Решение по делу № А07-9560/2025 от 20.11.2025 | АС Республики Башкортостан

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, <...>, http://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Уфа Дело № А07-9560/25

20 ноября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 10.11.2025 г.

Полный текст решения изготовлен 20.11.2025 г.

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Хомутовой С.И., при ведении протокола секретарем судебного заседания Батршиной Р.Р., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

к обществу с ограниченной ответственностью "Туристская фирма "Крекс" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании компенсации в размере 60 000 руб.,

третье лицо - общество с ограниченной ответственностью "Аирпано" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

при участии в судебном заседании:

от истца (онлайн): ФИО2, по доверенности № 82АА 3325879 от 25.10. 2023, представлен паспорт и диплом о высшем юридическом образовании,

от ответчика: ФИО3, по доверенности от 01.02.2025, представлены паспорт и диплом о высшем юридическом образовании.

Индивидуальный предприниматель ФИО4 (далее - истец) обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью "Туристская фирма "Крекс" (далее – ответчик) о взыскании компенсации в размере 60 000 руб.

Определением суда от 27.03.2025 г. исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства, в порядке ст.51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью "Аирпано".

15.04.2025 г. от ответчика поступил отзыв на иск, в котором отражено следующее. С 2022 года социальная сеть «Инстаграм» признана на территории РФ экстремистской организацией, аккаунт в данной социальной сети ответчику ООО не принадлежит, обновления (сопровождение) данного аккаунта никем не осуществляется, информация не размещается, не обновляется, в связи с чем любые правоотношения, затрагивающие указанный запрещённый ресурс, выпадают из правового поля. На главной странице сайта Туристской фирмы «Крекс» иконка социальной сети «Инстаграм» переход к указанному аккаунту не ведет. На предоставленном истцом фотоснимке «Ласточкино гнездо» видно, что последние действия по размещению информации были в 2021 году.

Ответчиком также отражено, что спорная фотография, размещенная в социальной сети, была взята из сети Интернет, в которой находилась в свободном доступе, без указания автора или ссылки на имя автора, а также на наличие чьих-либо прав на данную фотографию.

На основании изложенного ответчик просил отказать истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Если суд сочтет наличие правовых оснований в нарушении прав истца, ответчик просил арбитражный суд снизить размер компенсации за нарушение исключительного права на доведение фотографического произведения «Ласточкино гнездо» до всеобщего сведения, до 10 000 руб.

21.04.2025 г. от третьего лица поступил отзыв, в соответствии с которым третье лицо поддержало исковые требования.

12.05.2025 г. от истца поступили возражения на отзыв ответчика.

В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что имеется основание для рассмотрения дела по общим правилам искового судопроизводства, предусмотренное частью 5 статьи 227 АПК РФ и перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства.

В судебном заседании 23.07.2025 г. произведен просмотр видеозаписей на представленном истцом диске.

В судебном заседании 25.08.2025 г. ответчиком представлены письменные пояснения, согласно которым исключительное право на произведение действует в течение всей жизни автора и семидесяти лет, считая с 1 января года, следующего за годом смерти автора. С учетом положений ст. 1281 ГК РФ, минимальный срок действия лицензии составляет 70 лет (840 месяцев).

Исковое заявление подано истцом в суд в марте 2025 г. Согласно ст. 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет 3 года, следовательно, возможным применить для расчета срок в количестве 3 лет или 36 месяцев.

С учетом изложенного, по мнению ответчика, размер компенсации может быть определен следующим образом: 30 000 руб. / 840 месяцев х 36 месяцев х 2 = 2.571,42 руб.

В судебном заседании 27.10.2025 г. от истца поступили возражения на отзыв ответчика.

В судебном заседании 27.10.2025 г. по правилам ст.163 АПК Российской Федерации судом объявлен перерыв до 10.11.2025 г. до 09:45 час., после окончания которого судебное заседание продолжено в том же составе суда.

Как разъяснено в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.09.2006 N 113 "О применении статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации", суд не обязан в порядке, предусмотренном ч. 1 ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, извещать об объявленном перерыве, а также о времени и месте продолжения судебного заседания лиц, которые на основании ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считаются извещенными надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, но не явились на него до объявления перерыва. Не извещение судом не присутствовавших в судебном заседании лиц о перерыве, а также о времени и месте продолжения судебного заседания не является безусловным основанием для отмены судебного акта на основании ст. 8, ч. 5 ст. 163, п. 2 ч. 4 ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, если о перерыве и о продолжении судебного заседания было объявлено публично, а официально не извещенное лицо имело фактическую возможность узнать о времени и месте продолжения судебного заседания.

Информация об объявлении перерыва была размещена на сервисе http://kad.arbitr.ru Федеральных арбитражных судов Российской Федерации.

Дело рассмотрено после перерыва в том же составе суда при участии тех же представителей истца и ответчика.

Исследовав материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, ООО «Аирпано» является правообладателем фотографического произведения «Ласточкино гнездо, панорама №3 (ID:16291)» (далее – произведение). Произведение представляет собой плоскую проекцию сферической панорамы (панорамы 360°), созданной из нескольких последовательно снятых фотографий.

ООО «Аирпано» является правообладателем произведения на основании следующих договоров:

- лицензионного договора № 003 о предоставлении прав на фотографические произведения и видеоматериалы по исключительной лицензии от 20.09.2014 г.;

- договора № 009/01-11-2016 от 01.11.2016 г. на выполнение работ по сборке панорам.

24.01.2024 г. между ООО "Аирпано" (учредитель управления) и ИП ФИО1 (доверительный управляющий, истец) заключен договор доверительного управления на объекты интеллектуальной собственности № ДУ-240124-1, в соответствии с условиями которого учредитель управления передает на срок, установленный договором, исключительное право на объекты интеллектуальной собственности: принадлежащие учредителю управления, а доверительный управляющий обязуется осуществлять управление ОИС в интересах учредителя управления, в том числе выявление нарушений исключительных прав на ОИС; направление нарушителям претензий; представление интересов учредителя управления во всех судах.

В ходе мониторинга сети «Интернет» истцу стало известно, что без разрешения правообладателя произведение доводится до всеобщего сведения в аккаунте @kreksufa «ТУРИСТСКАЯ ФИРМА «КРЕКС» УФА» (https://www.instagram.com/kreksufa/) в социальной сети «Инстаграм» в публикации https://www.instagram.com/kreksufa/p/CT7A45WMuM8/. [1]

Дата размещения произведения в публикации: 17.09.2021 г.

Истцом в адрес ответчика - общества с ограниченной ответственностью "Туристская фирма "Крекс" направлена претензия с требованием удаления фотографии, незаконно размещенной на сайте, выплаты компенсации.

Требования, изложенные истцом в претензии, были оставлены ответчиком без удовлетворения, компенсация ответчиком не выплачена, что послужило для истца основанием для обращения в суд с рассматриваемым исковым заявлением о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на фотографическое произведение в размере 60 000 руб.

Оценив все представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает исковые требования подлежащими удовлетворению частично на основании следующего.

В силу статей 64, 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В соответствии со ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

На основании абз. 10 п. 1 ст. 1259 ГК РФ фотографические произведения и произведения, полученные способами, аналогичными фотографии, относятся к объектам авторских прав.

Согласно п. 1 ст. 1300 ГК РФ информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация.

В силу п. 1 ст. 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (ст. 1233 ГК РФ), если названным ГК РФ не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

В силу п. 2 ст. 1300 ГК РФ в отношении произведений не допускается: воспроизведение, распространение, импорт в целях распространения, публичное исполнение, сообщение в эфир или по кабелю, доведение до всеобщего сведения произведений, в отношении которых без разрешения автора или иного правообладателя была удалена или изменена информация об авторском праве.

Авторские права распространяются как на обнародованные, так и на необнародованные произведения, выраженные в какой-либо объективной форме, в том числе в письменной, устной форме (в виде публичного произнесения, публичного исполнения и иной подобной форме), в форме изображения, в форме звуко- или видеозаписи, в объемно-пространственной форме (пункт 3 статьи 1259 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 1270 ГК РФ автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на произведение.

Таким образом, из названной нормы права следует, что только автор или иной правообладатель может использовать произведение установленными законом способами.

В соответствии с ч. 2 ст. 1270 ГК РФ, использованием произведения, независимо от того, совершаются ли эти действия в целях извлечения прибыли или без таковой цели, считается, в частности доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения), воспроизведение произведения, то есть изготовление одного и более экземпляра произведения или его части в любой материальной форме, в том числе в форме звуко- или видеозаписи, изготовление в трех измерениях одного и более экземпляра двухмерного произведения и в двух измерениях одного и более экземпляра трехмерного произведения. При этом запись произведения на электронном носителе, в том числе запись в память ЭВМ, также считается воспроизведением. Не считается воспроизведением краткосрочная запись произведения, которая носит временный или случайный характер и составляет неотъемлемую и существенную часть технологического процесса, имеющего единственной целью правомерное использование произведения либо осуществляемую информационным посредником между третьими лицами передачу произведения в информационно-телекоммуникационной сети, при условии, что такая запись не имеет самостоятельного экономического значения.

В силу ст. 1257 ГК РФ автором произведения науки, литературы или искусства признается гражданин, творческим трудом которого оно создано. Лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 Гражданского кодекса Российской Федерации, считается его автором, если не доказано иное. Таким образом, первоначально исключительное право на произведение возникает у его автора, под которым российским законодательством понимается исключительно физическое лицо.

Следует отметить, что предусмотренная статьей 1257 ГК РФ презумпция авторства не является тождественной презумпции обладания исключительными авторскими правами, так как указанные права в дальнейшем могут перейти к иному лицу, не являющемуся автором, по основаниям, установленным законом.

Лицо, не являющееся изначально автором произведения (физическим лицом, творческим трудом которого было создано это произведение), но претендующее на наличие у него исключительных прав, обязано это доказать относимыми и допустимыми доказательствами.

При анализе вопроса о том, является ли конкретный результат объектом авторского права, следует учитывать, что по смыслу статей 1228, 1257 и 1259 ГК РФ в их взаимосвязи таковым является только тот результат, который создан творческим трудом. При этом надлежит иметь в виду, что пока не доказано иное, результаты интеллектуальной деятельности предполагаются созданными творческим трудом.

Под творческой деятельностью фотографа следует понимать следующие его действия по созданию результата интеллектуальной деятельности: выбор экспозиции, размещение объекта фотоснимка в пространстве, выбор собственной позиции для совершения фотосъемки, установка света и/или адаптация своего местонахождения и места нахождения объекта фотосъемки под имеющееся освещение, подбор световых фильтров для объектива, установка выдержки затвора, настройка диафрагмы, настройка резкости кадра, проявление фотопленки (для пленочных фотоаппаратов), проявление фотографий (для пленочных фотоаппаратов), обработка полученного изображения при помощи специальных компьютерных программ (для цифровых фотоаппаратов). Соответственно, процесс создания любой фотографии или видеозаписи обладает признаками творческой деятельности, представляющей собой фиксацию с помощью технических средств различных отражений постоянно изменяющейся действительности.

Согласно пункту 1 статьи 1300 ГК РФ информацией об авторском праве признается любая информация, которая идентифицирует произведение, автора или иного правообладателя, либо информация об условиях использования произведения, которая содержится на оригинале или экземпляре произведения, приложена к нему или появляется в связи с сообщением в эфир или по кабелю либо доведением такого произведения до всеобщего сведения, а также любые цифры и коды, в которых содержится такая информация.

В силу пункта 1 статьи 1295 ГК РФ авторские права на произведение науки, литературы или искусства, созданное в пределах установленных для работника (автора) трудовых обязанностей (служебное произведение), принадлежат автору. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

В пункте 109 Постановления № 10 разъяснено, что при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ).

Правообладателем, получившим исключительное право на основании договора об отчуждении исключительного права, считается лицо, указанное в представленном в суд договоре.

Необходимость исследования обстоятельств возникновения авторского права и перехода этого права к правопредшественнику истца отсутствует, если право истца не оспаривается при представлении ответчиком соответствующих доказательств (пункт 100 Постановления № 10).

Истец по делу о защите авторских прав должен доказать право на иск - наличие у него исключительного права на соответствующее произведение. При этом он может быть автором (первоначальным правообладателем) или правообладателем, получившим исключительное право на основании договора.

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств. В иных случаях подразумевается презумпция авторства.

В качестве подтверждения факта принадлежности прав на спорное произведение обществу «Аирпано» истцом в материалы дела представлены: лицензионный договор № 003 о предоставлении прав на фотографические произведения и видеоматериалы по исключительной лицензии от 20.09.2014 г.; договор № 009/01-11-2016 от 01.11.2016 г. на выполнение работ по сборке панорам, а также диск с полноразмерным фотографическим изображением (л.д.14-36).

Представленные истцом документы, подтверждающие принадлежность исключительного права на фотографическое произведение, в установленном законом порядке ответчиком оспорены не были.

С учетом установленной частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальной обязанности каждой стороны доказать обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, ответчику, не согласному с подтвержденной документально правовой позицией истца о принадлежности исключительного права на фотографию, необходимо было представить в суд соответствующие доказательства в опровержение этой позиции, чего им сделано не было.

В соответствии с п. 1 ст. 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя).

В силу п. 2 ст. 1012 ГК РФ, осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя.

Доверительное управление исключительными правами, в том числе исключительными правами на произведения, прямо предусмотрено п. 1 ст. 1013 ГК РФ, содержащим перечень возможных объектов доверительного управления.

При этом, несмотря на то обстоятельство, что в п. 2 ст. 1250 ГК РФ доверительный управляющий прямо не назван в числе лиц, имеющих право на обращение в суд за защитой нарушенного исключительного права, в случае, если исключительное право передано именно в доверительное управление, то доверительный управляющий вправе как осуществлять переданные ему в управление права, так и защищать их такими же способами, какими обладает правообладатель. При этом исключительные права к доверительному управляющему не переходят.

С учетом заключения между обществом «Аирпано» и истцом договора доверительного управления, фактических обстоятельств дела, с учётом приведённого нормативного регулирования суд приходит к выводу, что ИП ФИО4 является надлежащим истцом по делу.

В силу положений ст. 65 АПК РФ истец обязан доказать факт принадлежности ему авторских прав и (или) смежных прав или права на их защиту, а также факт использования данных прав ответчиком.

В свою очередь, ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании произведений и (или) объектов смежных прав. В противном случае физическое или юридическое лицо признается нарушителем авторского права и (или) смежных прав и для него наступает гражданско-правовая ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, исходя из распределения бремени доказывания по делам настоящей категории, именно на ответчике лежит обязанность по представлению доказательств, подтверждающих факт правомерного использования им спорного фотографического произведения.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном АПК РФ и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В качестве доказательств допускаются письменные и вещественные доказательства, объяснения лиц, участвующих в деле, заключения экспертов, консультации специалистов, показания свидетелей, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы.

Согласно пункту 55 Постановления № 10 при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 55 ГПК РФ, статья 64 АПК РФ). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 55 и 60 ГПК РФ, статей 64 и 68 АПК РФ вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Допустимыми доказательствами являются в том числе сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, а также точного времени ее получения. Такие распечатки подлежат оценке судом при рассмотрении дела наравне с прочими доказательствами (статья 67 ГПК РФ, статья 71 АПК РФ).

На основании представленных в дело материалов - скриншотов, суд приходит к выводу, что на странице аккаунта @kreksufa «ТУРИСТСКАЯ ФИРМА «КРЕКС» УФА» в социальной сети «Инстаграм» https://www.instagram.com/kreksufa/ в разделе «О нас» https://www.instagram.com/stories/highlights/1795088389006184) размещен интернет-адрес сайта «Туристская фирма «КРЕКС» - Туристская фирма «Крекс» https://www.kraks.ru/.

При этом на каждой странице сайта находится иконка социальной сети «Инстаграм», при нажатии на которую левой кнопкой мыши осуществляется переход в аккаунт.

Согласно сведениям сервиса WhoIs администратором домена kraks.ru является ответчик.

При этом в разделах сайта «Финансовые гарантии» (https://www.kraks.ru/ sotrudnichestvo/finansovye-garantii), «Контакты» (https://www.kraks.ru/kontakty) и «Политика обработки персональных данных» содержатся сведения об ООО «Туристская Фирма «Крекс»: наименование, юридический адрес, ИНН, ОГРН, и реестровый номер РТО в Едином федеральном реестре туроператоров, что свидетельствует о том, что ответчик также является владельцем сайта, т.е. лицом, самостоятельно и по своему усмотрению определяющим порядок использования сайта в сети Интернет, в том числе порядок размещения информации на таком сайте (пункт 17 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации2).

Данный факт презюмируется из положений пункта 2 статьи 10 указанного Федерального закона, согласно которому владелец сайта в сети «Интернет» обязан разместить на принадлежащем ему сайте информацию о своих наименовании, месте нахождения и адресе, адресе электронной почты.

Также факт того, что ответчик осуществляет предпринимательскую деятельность с помощью связанного с аккаунтом сайта, подтверждается данными из Единого Федерального реестра туроператоров https://economy.gov.ru/material/directions/turizm/reestry_turizm/edinyy_federalnyy_reestr_turoperatorov/poisk_po_efrt/.

В рассматриваемом случае нарушение допущено в аккаунте https://www.instagram.com/kreksufa/ в социальной сети «Инстаграм», который фактически принадлежит ответчику, как владельцу сайта https://www.kraks.ru/, что подтверждается следующим:

-аккаунт связан с сайтом взаимными ссылками;

-и аккаунт, и сайт содержат в своих названиях наименование ответчика;

-в аккаунте указаны следующие сведения об ответчике: наименование, юридический адрес и информация о руководителе, а также номер телефона, совпадающие с размещенными на сайте;

-в публикациях аккаунта (в том числе – в публикации, где допущено нарушение) размещены предложения туристических продуктов, реализуемых ответчиком, с описаниями, ценами и номером телефона ответчика.

Указанное свидетельствует о том, что посредством аккаунта ведется предпринимательская деятельность, соответствующая основному виду деятельности ООО «Туристская Фирма «Крекс» (по коду ОКВЭД ред.2): 79.11 – Деятельность туристических агентств, а также согласуется с тем, что ответчик состоит в Едином федеральном реестре турагентов, субагентов https://tourism.gov.ru/agents/subject/b7df5e25-b145-4ba7-8f11- 89c8cef59cfd/.

Таким образом, ответчик является надлежащим, поскольку является фактическим владельцем и выгодоприобретателем, а также лицом, администрирующим либо по поручению и в интересах которого администрируется аккаунт @kreksufa «ТУРИСТСКАЯ ФИРМА «КРЕКС» УФА” в социальной сети «Инстаграм» (https://www.instagram.com/kreksufa/).

При этом запрет осуществления компании Meta Platforms Inc., которой принадлежат социальные сети Facebook и Instagram, деятельности на территории Российской Федерации и запрет распространения информации о средствах обхода ограничений не препятствуют использованию продуктов-социальных сетей Facebook, Instagram и средств обхода ограничений доступа (VPN) на территории Российской Федерации. С учетом этого российские пользователи до сих пор имеют возможность размещать и просматривать материал в указанных сетях, используя средства обхода ограничений.

В такой ситуации, вопреки доводам ответчика, указанные запреты не ограничивают возможность защиты прав правообладателей, в том числе путем предъявления требований о взыскании компенсации.

Указанное согласуется с правовой позицией, изложенной Судом по интеллектуальным правам в постановлении от 5 апреля 2024 года по делу № А10-5612/2022.

При этом по существу факт размещения спорного фотографического произведения на странице сайта социальной сети ответчиком не оспаривался.

Ответчик, оспаривая исковые требования, указал, что спорное фотографическое произведение размещено в открытом доступе без каких-либо знаков охраны.

Между тем, согласно положениям Постановления № 10 сеть «Интернет» и другие информационно-телекоммуникационные сети не относятся к местам, открытым для свободного посещения, по смыслу статьи 1276 ГК РФ. Сам по себе факт размещения спорной фотографии на различных информационных порталах в сети «Интернет» в отсутствие сведения об авторстве истца, не свидетельствует о том, что изображение возможно копировать без согласия автора и без выплаты вознаграждения.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами.

В соответствии с пунктом 11 части 2 статьи 1270 ГК РФ, использованием произведения, независимо от того, совершаются ли соответствующие действия в целях извлечения прибыли или без такой цели, считается, в частности, доведение произведения до всеобщего сведения таким образом, что любое лицо может получить доступ к произведению из любого места и в любое время по собственному выбору (доведение до всеобщего сведения).

До момента публикации фотографических произведений ответчику, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась как от субъекта предпринимательской деятельности, надлежало удостовериться в отсутствии нарушения прав иных лиц на объекты, публикуемые на странице в социальной сети, функционирующей в интересах ответчика. Ответчик мог и должен был осуществлять контроль за размещаемой им информацией. Затруднительность получения информации об авторе произведения не может быть оправданием для совершения неправомерных действий, поскольку при указанных обстоятельствах ответчик имел возможность не допустить нарушения, воздержавшись от опубликования произведений на странице в социальной сети, функционирующей в интересах ответчика.

Аналогичные выводы содержатся в п. 7 Обзора судебной практики рассмотрения гражданских дел, связанных с нарушением авторских и смежных прав в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29 мая 2024 года, согласно которому наличие произведения в сети «Интернет» само по себе не свидетельствует о том, что оно находится в свободном доступе с возможностью копирования без согласия правообладателя и без выплаты вознаграждения.

Таким образом, суд на основании совокупности представленных в материалы дела доказательств приходит к выводу о доказанности факта использования ответчиком без соответствующего разрешения правообладателя спорного фотографического произведения, что является неправомерным и нарушающим исключительное право правообладателя.

Истцом заявлены требования о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав на фотографическое произведение в размере 60 000 руб.

Расчет размера компенсации основан истцом на пп. 3 ст. 1301 ГК РФ, т.е. в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

Стоимость права использования фотографического произведения «Ласточкино гнездо, панорама №3 (ID:16291)» по расчету истца составляет 30 000 рублей, в подтверждение чего истцом представлены договоры № ЛДн-241203-1 от 03.12.2024, № ЛДн-250120-1 от 20.01.2025.

Расчет размера компенсации: 30000 рублей (цена правомерного использования произведения) х 2 (в соответствии с пп. 3 ст. 1301 ГК РФ) = 60 000 рублей за нарушение исключительного права на доведение произведения до всеобщего сведения.

Разрешая вопрос о размере компенсации за нарушение исключительных имущественных прав истца, суд пришёл к следующему.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных этим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения.

Пунктом 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 61 Постановления № 10, заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы, а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену.

В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или у третьих лиц. Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования произведения, объекта смежных прав, изобретения, полезной модели, промышленного образца или товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в силу чего суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Поскольку формула расчета размера компенсации, определяемого исходя из двукратного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака, императивно определена законом, доводы ответчика (если таковые имеются) о несогласии с заявленным истцом расчетом размера компенсации могут основываться на оспаривании указанной истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование права, и подтверждаться соответствующими доказательствами, обосновывающими иной размер стоимости этого права.

Исходя из требования об установлении обстоятельств дела с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле, суд должен определить, на что конкретно направлены (если они имеются) доводы ответчика о необходимости взыскания компенсации в меньшем размере, чем заявлено истцом, - на оспаривание доказываемой истцом цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего средства индивидуализации, либо на установление обстоятельств, позволяющих снизить размер компенсации ниже установленного по формуле.

Определение обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, является обязанностью арбитражного суда на основании части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При определении стоимости права использования соответствующего товарного знака необходимо учитывать способ использования нарушителем объекта интеллектуальных прав, в связи с чем за основу расчета размера компенсации должна быть взята только стоимость права за аналогичный способ использования (например, если ответчик неправомерно использовал произведение путем его воспроизведения, то за основу размера компенсации может быть взята стоимость права за правомерное воспроизведение).

Суд на основании имеющихся в материалах дела доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, устанавливает стоимость, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака.

Определение судом суммы компенсации в размере двукратной стоимости права в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, если суд определяет размер компенсации на основании установленной им стоимости права, которая оказалась меньше, чем заявлено истцом, не является снижением размера компенсации.

При этом представление в суд лицензионного договора (иных договоров) не предполагает, что компенсация во всех случаях должна быть определена судом в двукратном размере цены указанного договора (стоимости права использования), поскольку с учетом норм пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за основу рассчитываемой компенсации должна быть принята цена, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего товарного знака тем способом, который использовал нарушитель.

Ответчик вправе оспорить рассчитанный на основании лицензионного договора размер компенсации путем обоснования иного размера стоимости права использования соответствующего товарного знака исходя из существа нарушения, условий этого договора либо иных доказательств, в том числе иных лицензионных договоров и заключения независимого оценщика.

В случае если размер компенсации рассчитан истцом на основании лицензионного договора, суд соотносит условия указанного договора и обстоятельства допущенного нарушения: срок действия лицензионного договора; объем предоставленного права; способы использования права по договору и способ допущенного нарушения; перечень товаров и услуг, в отношении которых предоставлено право использования и в отношении которых допущено нарушение (применительно к товарным знакам); территория, на которой допускается использование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации, населенный пункт); иные обстоятельства.

Следовательно, арбитражный суд может определить другую стоимость права использования соответствующего товарного знака тем способом и в том объеме, в котором его использовал нарушитель, и, соответственно, иной размер компенсации по сравнению с размером, заявленным истцом.

При этом установление размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, ниже установленных законом пределов (в том числе двойной стоимости права использования товарного знака) возможно лишь в исключительных случаях и при мотивированном заявлении ответчика, с учетом абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 № 28-П и 24.07.2020 № 40-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2021).

Суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

В качестве обоснования размера предъявленной к взысканию компенсации истец ссылается на положения лицензионных договоров № ЛДн-241203-1 от 03.12.2024, № ЛДн-250120-1 от 20.01.2025.

В соответствии с условиями договора № ЛДн-241203-1 от 03.12.2024, заключенного между ИП ФИО4 и ООО «Путешествуем с Нинель», за предоставление неисключительного права на доведение фотографического произведения «Ласточкино гнездо» до всеобщего сведения на сайте, лицензиат обязан уплатить вознаграждение в размере 30 000 руб. (л.д.60-63).

Право на доведение произведения до всеобщего сведения на сайте предоставляется сроком на 2 года.

В качестве доказательства уплаты лицензионного вознаграждения в материалы дела представлено платежное поручение №60 от 06.12.2024 г. (л.д.64).

В соответствии с условиями договора № ЛДн-250120-1 от 20.01.2025, заключенного между ИП ФИО4 и ООО «Орбита», за предоставление неисключительного права на доведение фотографического произведения «Ласточкино гнездо» до всеобщего сведения на сайте, лицензиат обязан уплатить вознаграждение в размере 30 000 руб. (л.д.65-69).

Право на доведение произведения до всеобщего сведения на сайте предоставляется сроком на 1 год.

В качестве доказательства уплаты лицензионного вознаграждения в материалы дела представлено платежное поручение №14 от 23.01.2025 г. (л.д.70)

Исходя из сопоставления срока действия лицензионных договоров и даты правонарушения (17.09.2021), нарушение допущено ответчиком до даты заключения указанных лицензионных договоров.

Вместе с тем, само по себе отличие обстоятельств допущенного нарушения от условий лицензионного договора не является основанием для признания указанного договора неотносимым доказательством.

Доказательств изменения фактических обстоятельств, экономических обстоятельств и/или факторов, в Российской Федерации за временной период с 17.09.2021 по 03.12.2024 по договорам, в связи с чем невозможно определить цену, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующего произведения тем способом, который использовал нарушитель, в материалы дела не представлено.

Из материалов дела следует, что истец установил факт нарушения ответчиком прав на спорное фотографическое произведение 21.11.2024 г., что следует из сервиса WhoIS (л.д.37). При этом, из представленных скриншотов усматривается дата размещения произведения – 17.09.2021 г., то есть на дату рассмотрения дела и на дату фиксации нарушения ответчиком спорное произведение используется более 3 лет, с учетом изложенного определение компенсации в размере 30 000 руб. является целесообразным с учетом сроков действия лицензионных договоров ЛДн-241203-1 от 03.12.2024, № ЛДн-250120-1 от 20.01.2025 (2 и 1 год, соответственно).

Контррасчет компенсации, указанный в пояснениях ответчика, на сумму 2571,42 руб. нормативно не обоснован, противоречит нормам действующего законодательства и фактическим обстоятельствам дела.

Поскольку в рассматриваемом случае сведений о смерти автора спорного произведения не имеется, а ответчиком такие сведения в материалы дела не представлены, то установление срока действия бессрочного лицензионного договора ЛД-240401-3 от 01.04.2024 в 70 лет в рассматриваемом случае является неправомерным. Доводы ответчика об обратном судом отклоняются.

В рассматриваемом споре ответчик документально не опроверг сведения о стоимости права использование фотографического произведения связи с чем правовых оснований не принимать во внимание размер компенсации, указанный истцом согласно представленным лицензионным договорам, не имеется.

При определении размера компенсации, рассчитанного на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, снижение размера компенсации ниже установленных законом пределов возможно лишь в исключительных случаях с учетом положений абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, и лишь при мотивированном заявлении об этом ответчика.

При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленными требованиями, но не ниже низшего предела, установленного законом.

Суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по собственной инициативе.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже установленного законом минимального предела с учетом требований разумности и справедливости должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформирована в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 N 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3085, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-2988, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3088, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-4299, от 18.01.2018 N 305-ЭС17-16920, от 13.11.2018 N 305-ЭС18-14243.

В отзыве на иск ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации, в обоснование которого ответчиком указано на совершение нарушения впервые, отсутствие у истца убытков от подобного размещения.

Согласно правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в пункте 3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" (далее - постановление N 40-П), будучи мерой гражданско-правовой ответственности, компенсация имеет целью восстановить имущественное положение правообладателя, но при этом, отражая специфику объектов интеллектуальной собственности и особенности их воспроизведения, носит и штрафной характер.

Соответственно, компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 N 2256-О, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 03.07.2018 N 28-П "По делу о проверке конституционности пункта 6 статьи 1232 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Суда по интеллектуальным правам", при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьей 1311 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Судом установлено, что ответчик ранее не привлекался к ответственности за нарушение прав иных правообладателей.

На основании изложенного при определении размера компенсации суд учитывает характер нарушения, допущенного ответчиком, разъяснения пункта 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской 7 Федерации от 23.04.2019 N 10, приведенные позиции Конституционного суда Российской Федерации, принимает во внимание, что нарушения ответчиком исключительных прав истца не носило грубый характер и было совершено однократно, правообладатель не понес значительных имущественных потерь (обратного суду не доказано).

Таким образом, требования истца, направленные на взыскание с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав в размере 60 000 руб., не представляется возможным расценивать в качестве обоснованных с точки зрения разумности и справедливости, как обеспечивающего баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, в связи с чем суд полагает, что применительно к рассматриваемому спору имеются основания для снижения размера взыскиваемой истцом компенсации до 30 000 руб. (однократная стоимость права использования фотографического произведения).

При указанных обстоятельствах суд удовлетворяет исковые требования частично в размере 30 000 руб.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на ответчика в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

При этом суд отмечает, что согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 № 46-П, часть 1 статьи 110 АПК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не предполагает отнесения на обладателя исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности судебных расходов, понесенных им в связи с обращением в суд за защитой своих прав, в случае, когда, установив нарушение исключительных прав и удовлетворяя требования правообладателя о выплате ему компенсации за их нарушение, заявленные в минимальном размере, предусмотренном законом для соответствующего нарушения, суд принимает решение о снижении размера компенсации.

Соответственно, уменьшение судом размера компенсации до однократной стоимости права использования товарных знаков истца, не влияет на размер государственной пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Туристская фирма "Крекс" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) компенсацию в сумме 30000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 10000 руб.

В остальной части иска, отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Судья С.И. Хомутова

[1] Instagram - продукт компании Meta, которая признана экстремисткой организацией и запрещена в России.