АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА
ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Хабаровск
14 февраля 2025 года № Ф03-4252/2024
Резолютивная часть постановления объявлена 04 февраля 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен 14 февраля 2025 года.
Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:
Председательствующего судьи Падина Э.Э.
Судей: Захаренко Е.Н., Лесненко С.Ю.
при участии
от истца: ФИО2, представитель по доверенности от 24.08.2022;
от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности от 29.12.2024;
рассмотрел в судебном онлайн-заседании кассационную жалобу акционерного общества «Дальневосточная генерирующая компания»
на решение от 27.05.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2024
по делу № А51-18794/2023 Арбитражного суда Приморского края
по иску акционерного общества «Дальневосточная генерирующая компания»
к обществу с ограниченной ответственностью «Энергия», обществу с ограниченной ответственностью инвестиционно-строительная группа «Стройинвест»
третье лицо: Агентство по тарифам Приморского края
о признании договора недействительным
УСТАНОВИЛ:
акционерное общество «Дальневосточная генерирующая компания» (адрес: 680000, <...>, далее – АО «ДГК») обратилось в Арбитражный суд Приморского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Энергия» (адрес: 690003, <...>, далее – ООО «Энергия»), обществу с ограниченной ответственностью инвестиционно-строительная группа «Стройинвест» (адрес: 692760, <...>, офис. 308, далее – ООО ИСГ «Стройинвест») о признании договора №Э-УТС-1/20 от 01.04.2020 недействительным.
К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Агентство по тарифам Приморского края (адрес: 690090, <...>).
Решением Арбитражного суда Приморского края от 27.05.2024, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.
Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, АО «ДГК» (с учетом дополнительных пояснений) обжаловало их в порядке кассационного производства, просит решение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт. Податель жалобы считает решение и постановление незаконными и необоснованными, поскольку суды не в полном объеме выяснили все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела.
В обоснование жалобы приведены доводы о том, что 01.04.2020 между ООО ИСГ «Стройинвест» и ООО «Энергия» заключен договор №Э-УТС-1/20, по условиям которого во временное владение и пользование переданы участки сетей длиной 103,2 м, посредством которых осуществляется передача тепловой энергии, поставляемой АО «ДГК» по договорам теплоснабжения потребителям. Данный договор стал основанием для утверждения ООО «Энергия» тарифа и норматива потерь по передаче тепловой энергии. Договор, смешанный с элементами договора доверительного управления, аренды, хранения. Однако, по мнению кассатора, данный договор не соответствует существенным условиям, указанным в Гражданском кодексе Российской Федерации (далее – ГК РФ) для данных видов договоров. По договору доверительного управления доверительный управляющий не может быть выгодоприобретателем по договору (статья 1015 ГК РФ), в соответствии со статьей 614 ГК РФ договор аренды является возмездным, договор хранения также является возмездным и хранитель не может быть выгодоприобретателем по договору. По условиям пункта 3.1 договора расчеты по договору: «Все плоды и доходы, извлекаемые Стороной-2 в ходе управления (владения пользования) Сетями и оборудованием, являются доходами Строны-2 и не подлежат перечислению Стороне-1».
Также АО «ДГК» обращает внимание суда, что участок тепловой сети с 03.08.2022 оформлен в собственность ФИО4 на основании договора инвестирования от 07.05.2007, акт приема-передачи имущества от 30.12.2013, в связи с чем возникает вопрос, на каком основании ООО ИСГ «Стройинвест» передавало данный участок сети во владение и пользование ООО «Энергия», тогда как он ему уже не принадлежал, что не исследовалось судом надлежащим образом.
Таким образом, по мнению кассатора, договор доверительного управления заключен на имущество, не зарегистрированное в установленном законом порядке, а собственник данного имущества в период с 01.04.2020 до 02.08.2022 был не известен.
Со ссылкой на данные в ходе судебного заседания пояснения Агентства по тарифам Приморского края согласно которым последнее указало, что договоры на правомерность их заключения не проверялись, а сразу рассматривались как легитимные и исходя из данных, указанных в договорах, рассчитывались и утверждались тарифы для ООО «Энергия», которые в дальнейшем ежегодно корректировались, а утверждение тарифа на данный участок сети, послужило основанием для внесения изменений в договор №75/ПГ-19 от 20.02.2019, АО «ДГК» считает, что сделка нарушает права и законные интересы истца, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия, а именно: договор доверительного управления №Э-УТС-1/20 от 01.04.2020 стал основанием для внесения изменений в заключенный между АО «ДГК» и ООО «Энергия» договор №75/ПГ-19 от 20.02.2019 оказания услуг по передаче тепловой энергии, теплоносителя (далее - договор транспортировки тепловой энергии). А потому в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ является притворной сделкой.
Полагая, что заключение договора доверительного управления №Э-УТС-1/20 от 01.04.2020 преследовало лишь цель обойти действующее законодательство, а именно нормы статьи 131 ГК РФ, то таковой является ничтожным. В рассматриваемом случае активные действия по сделке производило ООО «Энергия», а ООО ИСГ «Стройинвест» в целях уклонения от регистрации участка сети и снятия с себя бремени расходов на ее содержание было осведомлено о намерении ООО «Энергия» фактически возложить бремя расходов на истца путем установления тарифа на услуги по передаче тепловой энергии, теплоносителя (транспортировки тепловой энергии), пользуясь тем, что Агентство по тарифам Приморского края предоставленные договоры на предмет правомерности их заключения не проверяло. Фактически именно АО «ДГК» несло расходы на содержание сети, так как ежемесячно вносило ООО «Энергия» плату за услуги по передаче тепловой энергии, вместо взыскания сумм потерь с застройщика, как лица построившего участок сети.
Истец не оспаривает факт того, что ООО «Энергия» является теплосетевой организацией на территории Артемовского городского округа на основании постановления Агентства по тарифам Приморского края от 26.08.2022 №41. Истец оспаривает тот факт, что ООО «Энергия» являлось теплосетевой организацией на территории Артемовского городского округа с 20.02.2019 по 31.08.2022 годы.
Обращает внимание окружного суда на то, что Агентство по тарифам Приморского края в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации №1075 ежегодно корректирует тарифы для всех организаций, включая АО «ДГК». В связи с чем, признание договора №Э-УТС-1/20 от 01.04.2020 повлечет за собой корректировку тарифа, в целях приведения тарифной нагрузки на потребителей тепловой энергии в соответствии с действующим законодательством.
АО «ДГК» получило договор лишь 22.04.2022, в связи с чем считает, что срок исковой давности не пропущен (пункт 1 статьи 181 ГК РФ - срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
АО «ДГК» считает, что приведенная судами судебная практика (№№А51-15657/2021, А51-13378/2021) по взысканию потерь тепловой энергии к настоящему спору отношения не имеет, поскольку потери взыскивались по г.Артем, до выяснения обстоятельств в отношении правомерности владения участками сетей.
АО «ДГК» в кассационной жалобе также настаивает на том, что в отношении участков тепловых сетей, как объектов, обладающих специальным статусом, не мог быть заключен иной договор, кроме договора аренды. А соответственно участки сетей должны находиться в собственности (зарегистрированы в установленном законом порядке) согласно статье 608 ГК РФ.
Кассатор также не согласен с доводами судов о том, что требования о регистрации участков сетей законодательство до 01.09.2022 не содержало, так как в соответствии со статьей 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом. Истец считает, что не зарегистрированные сети не могли передаваться в иное владение только основываясь на факте несения затрат застройщиком. Кроме изложенного, АО «ДГК» считает, что правоотношения по взысканию потерь, приведенные судом в решении (пункт 8 Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее - Правила № 491), статья 36 Жилищного кодекса Российской Федерации; далее – ЖК РФ, статья 9 Закона №214-ФЗ, статья 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации; далее – ГрК РФ) не указывают на то, что застройщик имеет право распоряжаться имуществом до его законной регистрации, а лишь указывают на то, что обязательства застройщика по содержанию созданного им участка тепловой сети не прекращаются в части обязательств по энергоснабжению.
Более подробно доводы заявителя изложены по тексту кассационной жалобы.
Ответчик (ООО «Энергия») в отзывах на кассационную жалобу и дополнительные к ней пояснения, изложенные доводы подателя жалобы отклонило.
В порядке статьи 158 АПК РФ судебное разбирательство откладывалось.
В судебном онлайн-заседании представители сторон изложили свои процессуальные позиции по делу.
Проверив в порядке и пределах статей 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых по делу судебных актов, Арбитражный суд Дальневосточного округа не усматривает правовых оснований для их отмены либо изменения.
Как установлено судами и следует из материалов настоящего дела, ООО «Энергия» с 2014 года является теплосетевой организацией, осуществляющей транспортировку тепловой энергии потребителям по Владивостокскому и Артемовскому городским округам.
В рамках оказания услуг по передаче тепловой энергии, теплоносителя 20.02.20219 между ООО «Энергия» (теплосетевая организация) и АО «ДГК» (теплоснабжающая организация) заключен договор № 75/ПГ-19 в редакции дополнительных соглашений, по условиям которого теплосетевая организация обязалась осуществлять действия, обеспечивающие поддержание технических свойств тепловых сетей в надлежащем состоянии, преобразование тепловой энергии в центральных тепловых пунктах и передачу тепловой энергии с использованием теплоносителя от точки приема тепловой энергии/теплоносителя до точки передачи тепловой энергии/теплоносителя, а теплоснабжающая организация оплачивать указанные услуги.
Согласно Приложению № 9 к указанному договору точки передачи тепловой энергии указаны по г. Артему и г. Владивостоку.
Пунктами 7.1 и 7.2 договора № 75/ПГ-19 предусмотрено, что данный договор вступает в силу с даты установления тарифа на услуги по передаче тепловой энергии теплосетевой организации и действует на установленный уполномоченным органом тарифного регулирования период.
При утверждении теплосетевой организации тарифа на услуги по передаче тепловой энергии на последующие периоды регулирования, договор считается продленным на соответствующий период регулирования и на тех же условиях, если за 90 дней до окончания срока его действия ни одна из сторон не заявит о его прекращении, изменении либо о заключении нового договора.
Между ООО ИСГ «Стройинвест» (сторона-1) и ООО «Энергия» (сторона-2) 01.04.2020 заключен договор № Э-УТС-1/20, по условиям которого сторона-1 передала в управление стороне-2 следующие внешние сети инженерно-технического обеспечения и обслуживающие их оборудование (далее сети и оборудование) многоквартирного жилого дома по адресу: <...> (Гоголя,7) (пункт 1.1.); тепловую сеть (наружная теплотрасса), находящиеся в исправном состоянии к жилому дому по адресу: <...>, а сторона-2 приняла сети и оборудование в управление для осуществления надлежащего технического обслуживания, эксплуатации и обеспечения сохранности. Диаметры и протяженность тепловой сети передаваемых стороной-1 стороне-2 следующие: тепловая сеть 2d 75/160 «Изопрофлекс» от наружной стороны ЦТП «Кедровый» до наружной стены жилого дома по ул. Тихоокеанская, 2, длинной 80,0 м, 2019 года постройки; теплосеть 2d 76?3,5 мм, до ИТП по подвалу дома и от ЦТП, длинною 23,2 м, 2019 года постройки. Балансовая стоимость тепловых сетей 968 520 руб. (пункт 1.1.1).
Пунктом 1.2. указанного договора предусмотрено, что под передачей сетей и оборудования стороны понимают передачу стороной-1 стороне-2 прав владения и пользования сетями и оборудованием (без права отчуждения) для осуществления надлежащего технического обслуживания, эксплуатации и обеспечения сохранности сетей и оборудования в надлежащем состоянии, устранения аварий, в т.ч. с правом на извлечение доходов от управления (владения и пользования) сетями и оборудованием.
Все плоды и доходы, извлекаемые стороной-2 в ходе управления (владения и пользования) сетями и оборудованием, являются доходами стороны-2 и не подлежат перечислению стороне-1 (пункт 3.1).
В последующем, АО «ДГК» направило в адрес ООО «Энергия» письмо от 21.02.2022 № 110-15-28/42, в котором сообщило, что у теплоснабжающей организации отсутствует весь перечень первичных документов, подтверждающих факт правообладания ООО «Энергия» сетями, через которые тепловая энергия транспортируется до потребителей (договоры аренды, акты приема-передачи сетей от арендодателя арендатору, дополнительные соглашения о продлении договоров аренды, свидетельства о праве собственности и др.) и указало на необходимость предоставить все первичные документы.
Основанием для направления данного письма в адрес ООО «Энергия» послужило внесение изменений в Правила организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808, в части установления критериев отнесения собственников или иных законных владельцев тепловых сетей к теплосетевым организациям (пункты 56(1) и 56(2) указанных правил) и применения таких критериев с 01.09.2022. Данные изменения внесены Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2021 № 2033 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации».
Поскольку документы от ООО «Энергия» в адрес АО «ДГК» не поступили, теплоснабжающая организация письмом от 11.03.2022 №114-01/341 сообщила о расторжении с 11.06.2022 договора №75/ПГ-19.
Письмом от 15.04.2022 №115/22 ООО «Энергия» сообщило, что введенные Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.11.2021 №2033 критерии отнесения к теплосетевым организациям вступают в действие только с 01.09.2022. Кроме того, ООО «Энергия» сообщило, что по факту принятых Агентством по тарифам Приморского края на рассмотрение документов для корректировки тарифов ООО «Энергия» на транспортировку тепловой энергии последним будут направлены в адрес Теплоснабжающей организации документы для подготовки дополнительного соглашения к договору № 75/ПГ-19. При этом в случае неутверждения для нее тарифов на транспортировку тепловой энергии уполномоченным органом договор от 20.02.2019 будет расторгнут с даты отмены органом регулирования тарифа на услуги по транспортировке тепловой энергии. Одновременно, ООО «Энергия» приложило к своему ответу документы, подтверждающие факт правообладания им тепловыми сетями, которые в октябре 2021 года теплосетевая организация уже передавала в теплоснабжающую организацию.
АО «ДГК» в направленном в адрес ООО «Энергия» письме от 12.05.2022 №114-01/777 сообщило, что у него отсутствуют основания для отзыва уведомления о расторжении договора от 20.02.2019, в связи с чем указало, что договор №75/ПГ-19 будет расторгнут с 10.06.2022.
Письмом от 06.07.2022 №114-01/537 АО «ДГК» сообщило ООО «Энергия» о том, что теплоснабжающей организацией был выполнен анализ применения критериев, предусмотренных пунктами 56(1) и 56(2) Правил организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 №808, на предмет соответствия собственников или иных законных владельцев тепловых сетей к теплосетевым организациям, в результате которого теплоснабжающая организация установила, что ООО «Энергия» не соответствует критериям, указанным в подпункте «а» пункта 56(1) и ни одному из критериев, указанных в подпунктах «а», «б» и «в» пункта 56(2) Правил №808. Одновременно, теплоснабжающая организация обратила внимание ООО «Энергия» на то, что АО «ДГК» готово рассмотреть условия по принятию на обслуживание тепловых сетей ООО «Энергия» по договору за минимальную стоимость.
Письмом от 28.07.2022 №114-01/1223 АО «ДГК» направило в адрес ООО «Энергия» 2 экземпляра подписанного со своей стороны дополнительного соглашения № 6 к договору № 75/ПГ-19 о расторжении данного договора с 11.06.2022 с просьбой подписать его, заверить печатью и возвратить.
Теплосетевая организация в направленной в адрес теплоснабжающей организации претензии от 11.08.2022 № 292/22 и № 293/22 (вх. № 5750 и № 5749 от 12.08.2022) сообщила о несогласии с расторжением договора от 20.02.2019, указав также, что по состоянию как на 01.07.2022, так и на дату составления данной претензии решение регулирующего органа об отмене действующих для ООО «Энергия» тарифов отсутствует, в связи с чем односторонний отказ теплоснабжающей организации от исполнения обязательств по договору № 75/ПГ-19 не основан на положениях действующего законодательства Российской Федерации.
Письмом от 12.08.2022 №295/22 ООО «Энергия» направило в адрес АО «ДГК» два экземпляра проекта дополнительного соглашения № 7 к договору №75/ПГ-19, в котором предложило с 01.09.2022 изменить в сторону уменьшения до 2,9013 Гкал/час величину максимальной мощности тепловых сетей, технологически присоединенных к сетям Теплоснабжающей организации, а также изменить количество точек поставки в сторону уменьшения до 2-х (только в отношении потребителей в г. Артем).
В направленном в адрес АО «ДГК» письме от 30.08.2022 №327/22 ООО «Энергия», сославшись на постановление Агентства по тарифам Приморского края от 26.08.2022 № 41, сообщило, что оно соответствует критериям теплосетевой организации по Артемовскому городскому округу. ООО «Энергия» указало на необходимость возобновить работу по договору № 75/ПГ-19 ввиду неправомерности расторжения теплоснабжающей организацией указанного договора.
АО «ДГК» работу в рамках договора от 20.02.2019 не возобновило, указав письмом от 05.09.2022 №114-01/1453, что в обоснование заключенного договора от 20.02.2019 ООО «Энергия» так и не были предоставлены первичные документы, подтверждающие права на тепловые сети. ООО «Энергия», не согласившись с расторжением договора от 20.02.2019, обратилось в Управление Федеральной антимонопольной службы по Приморскому краю (далее – Управление, УФАС, Приморский УФАС России) с заявлением (вх. №357/22 от 19.09.2022, №6484 от 21.09.2022) о наличии в действиях АО «ДГК» по расторжению в одностороннем порядке договора оказания услуг по передаче тепловой энергии признаков нарушения антимонопольного законодательства.
Приморским УФАС России издан приказ от 17.11.2022 №87 о возбуждении дела №025/01/10-1148/2022 о нарушении антимонопольного законодательства по признакам нарушения АО «ДГК» пункта 4 части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон № 135-ФЗ) и создании Комиссии по рассмотрению указанного дела.
Управление, рассмотрев жалобу ООО «Энергия», признало ее обоснованной, усмотрев в действиях АО «ДГК» нарушение пункта 4 части 1 статьи 10 Закона №135-ФЗ, выразившееся в злоупотреблении своим доминирующим положением на рынке оказываемых услуг по поставке тепловой энергии потребителям Артемовского городского округа путем неправомерного расторжения договора №75/ПГ-19, следствием чего явилось ущемление интересов ООО «Энергия» в сфере предпринимательской деятельности в части воспрепятствования осуществлению ООО «Энергия» деятельности по оказанию услуг по передаче тепловой энергии и невозможности (при наличии утвержденных Агентством по тарифам Приморского края тарифов на услуги по передаче тепловой энергии по сетям ООО «Энергия») получения денежных средств за указанные услуги, о чем составлено заключение об обстоятельствах дела № 025/01/10-1148/2022.
УФАС по Приморскому краю вынесено решение от 24.04.2022 №025/01/10-1148/2022, на основании которого в адрес АО «ДГК» направлено предписание от 24.04.2022 № 025/01/10-1148/2022 об устранении последствий нарушения антимонопольного законодательства.
АО «ДГК», полагая, что решение и предписание от 24.04.2022 №025/01/10-1148/2022 не отвечают требованиям закона и нарушают его права, обратилось в суд с соответствующим заявлением. Решением Арбитражного суда Приморского края от 08.11.2023 по делу №А51-7967/2023 оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 17.01.2024 по делу №А51-7967/2023 в удовлетворении заявленных требований АО «ДГК» отказано.
Истец, указывая на то, что на момент заключения спорного договора передаваемое имущество не зарегистрировано, а также спорный договор, являясь смешанным по своей природе, не имел цены, и не мог быть заключен, обратился с настоящим материально-правовым притязанием в арбитражный суд.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции руководствовался статьями 12, 131, 166, 167, 168, 170, 181, 195, 196, 199, 200, 209, 218, 431, 1012, 1013, 1026 ГК РФ, статьей 55 ГрК РФ, положениями Федерального закона от 30.12.2004 № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 214-ФЗ), Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее - Закон о теплоснабжении), принял во внимание преюдициально значимые обстоятельства по делу по ранее рассмотренному делу № А51-7967/2023 (ч.2 статьи 69 АПК РФ) и, исходил из того, что после окончания строительства и получения разрешения на ввод МКД в эксплуатацию объект строительства передается застройщиком участникам долевого строительства, не означает прекращения обязательства застройщика по содержанию созданного им участка тепловой сети, поскольку он не выводится из эксплуатации, а оснований для вывода о прекращении обязательства по энергоснабжению не имеется; при наличии таких обязательств застройщик передал по спорному договору управляющей организации (теплосетевой организации) сети и оборудование, а также тепловую сеть (наружная теплотрасса) многоквартирного жилого дома по адресу: <...> (Гоголя,7) и оспариваемый договор не противоречит действующему законодательству; у оспариваемой сделки отсутствуют признаки притворности и истцом данный довод не доказан; тепловые сети по спорному договору являются трубами определенного диаметра и определенной длины, не имеют прочной и неразрывной связи с землей и могут быть демонтированы и перемещены без несоразмерного ущерба их назначению, требование об обязательной государственной регистрации права собственности на тепловые сети появилось только после 01.09.2022, после начала применения Постановления Правительства Российской Федерации от 25.11.2021 №2033 «О внесении изменений в некоторые акты Правительства РФ», определившего критерии теплосетевых организаций; АО «ДГК», не являющееся стороной оспариваемой сделки, не доказало нарушение данной сделкой своих прав и законных интересов. Кроме того, ответчиком (ООО «Энергия») заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, спорный договор отвечает признакам оспоримой сделки, срок исковой давности для его оспаривания в судебном порядке исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ, истец узнал о существовании оспариваемого договора 22.04.2022, а исковое заявление направлено в суд 24.10.2023 (согласно штампа на почтовом конверте), годичный срок исковой давности по данной категории сделок истек и АО «ДГК» срок исковой давности пропущен.
Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.
Рассматривая кассационную жалобу, судебная коллегия окружного суда исходит из следующего.
В абзацах втором и третьем пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее - Постановление Пленума № 13) разъяснено, что суд при принятии постановления самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также нормы законодательства, подлежащие применению, и может не применить законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле (пункт 12 части 2 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). С учетом этого при определении пределов рассмотрения дела суд кассационной инстанции не связан правовым обоснованием доводов кассационной жалобы и возражений, представленных сторонами, и не ограничен в выводах, которые он делает по результатам проверки.
Из разъяснений, изложенных в абзацах третьем и четвертом пункта 32 Постановления Пленума № 13 следует, что иная правовая квалификация существующих правоотношений не является переоценкой доказательств, поскольку представляет собой применение норм права к уже имеющимся в деле доказательствам.
В соответствии со статьей 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.
В силу пункта 3 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор).
К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее - Постановление Пленума № 49), в силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.
При оценке судом того, является ли договор непоименованным, принимается во внимание не его название, а предмет договора, действительное содержание прав и обязанностей сторон, распределение рисков и т.п. (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах»).
Основные правила толкования условий договоров разъяснены в пункте 43 Постановления Пленума № 49, согласно которым данное толкование осуществляется в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ), условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).
По результатам рассмотрения доводов кассатора и изучения материалов кассационного производства суд округа не соглашается с правовой квалификацией правоотношений сторон, оформленных договором № Э-УТС-1/20 от 01.04.2020, данной судами, как договора доверительного управления имуществом в связи со следующим.
Гражданское право построено на началах эквивалентности обмена экономическими благами, поскольку участники оборота действуют каждый в своем интересе (пункт 2 статьи 1 ГК РФ).
По своей правовой природе, исходя из предмета, условий и предполагаемых интересов стороны-1 (застройщик - ООО ИСГ «Стройинвест») и стороны-2 (теплосетевая организация – ООО «Энергия») в достижении конкретных результатов, спорный договор является смешанным и содержит элементы договоров оказания услуг (теплосетевая организация как профессиональный участник энергетических правоотношений осуществляет техническое обслуживание, эксплуатацию, обеспечение сохранности тепловых сетей и оборудования), аренды тепловых сетей (передача застройщиком теплосетевой организации сетей и оборудования во временное пользование до момента передачи сетей и оборудования стороной-1 в государственную или муниципальную собственность или до момента расторжения настоящего договора по соглашению сторон, а также одностороннего отказа стороной-1 от исполнения настоящего договора) с взаимосвязанными встречными возмездными обязательствами сторон: получение ООО «Энергия» от владения и пользования данным имуществом дохода от своей деятельности как сетевой организации, на которые ООО ИСГ «Стройинвест» не должно претендовать (пункты 2.1.2 и 3.1 договора), в свою очередь ООО «Энергия» за свой счет или за счет извлекаемых доходов от владения и пользования сетями и оборудования в интересах ООО ИСГ «Стройинвест» самостоятельно или путем привлечения специализированных организаций обеспечивает техническое обслуживание сетей и оборудования в соответствии с действующими техническими регламентами и иными установленными нормативами; оплачивает стоимость технического обслуживания и иные расходы, связанные с техническим обслуживанием сетей и оборудования; обеспечивает производство текущего ремонта сетей и оборудования, а также проведение планово-профилактических мероприятий; принимает необходимые меры для оперативной ликвидации аварий и нарушений в работе сетей и оборудования, а также устранения последствий таких аварий и нарушений (пункты: 2.3.3 – 2.3.6 договора).
Соответственно спорный смешанный договор, регулируется как общими положениями гражданского законодательства, так и нормами главы 34 «Аренда», главы 39 «Возмездное оказание услуг».
Вместе с тем, ошибочная квалификация судами первой и апелляционной инстанций правоотношений сторон по спорному договору не повлекла за собой принятие неправильных судебных актов, в связи с чем суд округа не усматривает оснований для их отмены или изменения в связи со следующим.
Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).
Суды первой и апелляционной инстанций инстанции произведя исследование и оценку всей совокупности представленных в материалы дело доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ, проанализировав доводы и возражения сторон, правильно распределив бремя доказывания, пришли к верным выводам о том, что АО «ДГК», не являющееся стороной оспариваемой сделки, не доказало нарушение данной сделкой своих прав и законных интересов; у оспариваемой сделки отсутствуют признаки притворности и истцом данный довод не доказан; спорный договор отвечает признакам оспоримой сделки; о пропуске истцом годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ), о чем заявлено ответчиком, в связи с чем отказали в удовлетворении иска.
Оснований для несогласия с итоговыми выводами судов по делу у судебной коллегии окружного суда не имеется.
Установление фактических обстоятельств и оценка доказательств являются прерогативой судов первой и апелляционной инстанций в рамках конкретного дела, которые в силу присущих им дискреционных полномочий, необходимых для осуществления правосудия и вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, разрешают дело на основе установления и исследования всех его обстоятельств.
Доводы подателя жалобы о том, что: охраняемый законом интерес АО «ДГК» в признании сделки недействительной связан с тем, что оспариваемая сделка повлекла неблагоприятные для него последствия, а именно: договор доверительного управления № Э-УТС-1/20 от 01.04.2020 стал основанием для внесения изменений в заключенный между АО «ДГК» и ООО «Энергия» договор №75/ПГ-19 от 20.02.2019 оказания услуг по передаче тепловой энергии, теплоносителя; данный договор в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ является притворной сделкой; заключение договора доверительного управления преследовало цель обойти действующее законодательство, а именно статьи 131 ГК РФ и он является ничтожным – являются позицией АО «ДГК» по делу, приводились им в судах двух инстанций, судами рассмотрены и отклонены со ссылкой на установленные по данному делу фактические обстоятельства с изложением в судебных актах мотивов их непринятия, которые суд округа поддерживает.
Выводы судов соответствуют установленным по делу обстоятельствами и нормам права.
По правилам пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу пункта 1 статьи 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).
Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Из смысла вышеприведенных положений закона следует, что лицо, заявившее такие требования, должно иметь охраняемый законом интерес в признании сделки недействительной.
Такой интерес должен носить материально-правовой характер и, соответственно, должен быть подтвержден соответствующими доказательствами, как, собственно, должно быть доказано нарушение конкретного, а не абстрактного права заинтересованного лица.
Между тем приводимые истцом утверждения противоречат подлежащим применению нормам материального права и правоприменительной практике.
Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.07.2009 № 738-О-О указал, что под заинтересованным лицом следует понимать лицо, имеющее материально-правовой интерес в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой.
Аналогичная позиция содержится в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 25), согласно которому исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.
Таким образом, применительно к норме абзаца 2 пункта 2 статьи 166 ГК РФ лицо, не являющееся стороной договора и заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.
Согласно части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов. При этом избранный способ защиты должен соответствовать характеру и последствиям нарушения и в случае удовлетворения требований заявителя должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.
По результатам рассмотрения настоящего спора суды первой и апелляционной инстанций пришли к единому выводу, что истец надлежащим образом не обосновал наличия у него материально-правового интереса в признании спорной сделки недействительной. Данный вывод судов соответствует установленным по делу фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и подлежащему применению законодательству.
В силу пунктов 87, 88 Постановления Пленума № 25, согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.
Таким образом, признаком притворности сделки является отсутствие волеизъявления на исполнение заключенной сделки у обеих сторон, а не у одной из них, а также намерение сторон фактически исполнить прикрываемую сделку. По основанию притворности недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю одних и тех же участников сделки.
Для установления истинной воли сторон в притворной сделке, то есть для определения той сделки, которая была прикрыта, имеет значение выяснение фактических отношений между сторонами сделки, а также намерений каждой стороны.
Как верно указал суд апелляционной инстанции, спорный договор не имеет признаков притворной сделки, поскольку как установлено судом первой инстанции:
- заключая договор, стороны преследовали цель передачи объектов в пользование ООО «Энергия» как теплосетевой организации, передающая сторона-1 снимала с себя затраты на содержание данных объектов, а ООО «Энергия» как сторона-2 обязалась принятые в управление объекты содержать и нести в связи с этим затраты;
- рассматриваемый договор соответствовал волеизъявлению сторон и исполнялся сторонами в соответствии с таким волеизъявлением, и подтверждается государственными органами, а именно Агентством по тарифам Приморского края путем утверждения тарифа для ООО «Энергия».
Согласно правовой позиции, сформулированной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 02.08.2005 № 2601/05, по основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.
Истец не указал, какую конкретно сделку ответчики предполагали прикрыть договором от 01.04.2020 № Э-УТС-1/20.
Судами подробно исследовалась экономическая разумность спорной сделки. Проверяя утверждения истца, суды установили, что спорный договор реально исполнялся, его направленность на прикрытие какой-либо сделки и его экономическая нецелесообразность не подтверждена истцом, соответствующих доказательств в состязательном процессе АО «ДГК» не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ), доказательств того, что спорный договор прикрывал совершение сделки по договору от 20.02.2019 № 75/ПГ-19 путем внесения изменений в данный договор (заключение дополнительного соглашения) истцом также не представлено, доводы истца носят предположительный характер, в связи с чем суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности оснований для признания спорной сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 170 ГК РФ.
Довод кассатора о том, что на момент заключения договора №Э-УТС-1/20 от 01.04.2020 передаваемое имущество не было зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости (далее - ЕГРН), получил со стороны судов первой и апелляционной инстанций надлежащую правовую оценку с приведением мотивов отклонения.
Судами верно учтено, что спорные участки тепловой сети созданы ООО ИСГ «Стройинвест» в рамках осуществления мероприятий по технологическому присоединению МКД к централизованным сетям теплоснабжения, по правилам пункта 1 статьи 218 ГК РФ и то, что Постановлением Правительства Российской Федерации № 2033 от 25.11.2021, вступившим в силу с 05.12.2021, в Правила организации теплоснабжения в Российской Федерации, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 08.08.2012 № 808 (далее – Правила № 808), внесены изменения, касающиеся критериев отнесения собственников или иных законных владельцев тепловых сетей к теплосетевым организациям, которые применяются с 01.09.2022, до 31.08.2022 собственники или иные законные владельцы тепловых сетей, в отношении которых в установленном порядке утверждены цены (тарифы) на услуги по передаче тепловой энергии, теплоносителя, признаются теплосетевыми организациями.
Истец не оспаривал (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ), что ООО «Энергия» являлось профессиональным участником энергетических правоотношений, в на момент заключения спорного договора имело статус теплосетевой организации, для которой в предусмотренном законом порядке с учетом переданных застройщиком сетей и оборудования был установлен соответствующий тариф на оказание данных услуг, как не оспаривал и фактическое оказание услуг по передаче тепловой энергии этой сетевой организацией.
Данный статус ООО «Энергия» недействительным не признавался, как не признавались таковыми и тарифные решения регулирующего органа, и принимая во внимание уже оказанные сетевой организацией АО «ДГК» услуги посредством спорных сетей следует учитывать, что в тот период этот статус безусловно не связан с конкретными правовыми основаниями владения объектами, предназначенными для транспортировки тепловой энергии (сети теплоснабжения), как то: право собственности, хозяйственного ведения или аренды, а обусловлен фактической эксплуатацией такой организацией этих объектов и оказанием ею услуг по передаче тепловой энергии в период ее соответствия нормативно определенным критериям теплосетевой организации, наличием тарифного регулирования ее деятельности (установление тарифа) по этим сетям.
Применительно к периоду до принятия Правительством Российской Федерации Постановления № 2033 от 25.11.2021 судами обоснованно принято во внимание, что наличие либо отсутствие зарегистрированного гражданско-правового титула, подтверждающего законность владения субъектом энергетического правоотношения соответствующим имуществом, для целей участия этого имущества в спорном энергетическом правоотношении, не являлось безусловно необходимым (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 07.09.2010 № 2255/10, определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.09.2015 № 303-ЭС15-6562, от 03.12.2015 № 305-ЭС15-11783, от 25.07.2016 № 305-ЭС16-974).
После 31.08.2022 в связи с внесением изменений в Правила № 808, в части установления критериев отнесения собственников или иных законных владельцев тепловых сетей к теплосетевым организациям, с 01.09.2022 ООО «Энергия» тарифы установлены только по ее сетям на территории Артемовского городского округа, что подтверждается постановлением Агентства по тарифам Приморского края от 26.08.2022 № 41.
Довод заявителя жалобы о том, что спорный договор является ничтожной сделкой, был предметом исследования судов двух инстанций и правомерно отклонен, поскольку отсутствует совокупность условий, установленных статьями 168 и 170 ГК РФ, договор отвечает признакам оспоримой, а не ничтожной сделки, в связи с чем срок исковой давности для его оспаривания в судебном порядке должен исчисляться по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и был пропущен истцом, о чем заявлено ответчиком и что является самостоятельным основанием для отказа в иске.
То обстоятельство, что в судебном акте не отражены все без исключения имеющиеся в деле доказательства, либо доводы участвующих в деле лиц, не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной оценки и проверки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2022 № 307-ЭС21-28336, от 30.12.2021 № 301-ЭС21-24552, от 17.09.2021 № 305-ЭС21-15478, от 06.10.2017 № 305-КГ17-13690).
При разрешении спора судами первой и апелляционной инстанций во исполнение требований статей 8, 9 АПК РФ обеспечены сторонам равные условия для реализации ими своих процессуальных прав, в том числе на представление доказательств, в состязательном процессе; созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств дела.
Обжалуемые судебные акты содержат в соответствии с требованиями части 7 статьи 71, пункта 2 части 4 статьи 170, пункта 12 части 2 статьи 271 АПК РФ мотивированную оценку доводов лиц, участвующих в деле, и представленных доказательств.
Оценка требований и возражений сторон, представленных доказательств осуществлена судами с учетом положений статей 1, 9, 41, 65, 71 АПК РФ исходя из принципов равноправия сторон и состязательности, правильного распределения бремени доказывания.
Стандарт исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи без придания преимущественного значения какому бы то ни было из них судами соблюден (определения Верховного Суда Российской Федерации от 20.06.2016 № 305-ЭС15-10323, от 05.10.2017 № 309-ЭС17-6308).
По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа считает, что суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив все приведенные сторонами спора доводы и возражения, представленные ими в материалы дела доказательства, верно и в полной мере установили имеющие существенное значение для правильного разрешения настоящего спора фактические обстоятельства, дали им надлежащую и мотивированную правовую оценку, на основании которой пришли к выводам, соответствующим установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основанным на правильном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.
Иное толкование заявителем жалобы положений действующего законодательства, а также иная оценка обстоятельств спора, не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права в сфере энергетики.
Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств по делу, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу части 2 статьи 287 АПК РФ.
В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 287 АПК РФ обжалуемые решение и постановление подлежат оставлению без изменения, а кассационная жалоба - без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа
ПОСТАНОВИЛ:
решение от 27.05.2024, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2024 по делу №А51-18794/2023 Арбитражного суда Приморского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий судья Э.Э. Падин
Судьи Е.Н. Захаренко
С.Ю. Лесненко