АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

153022, <...>

http://ivanovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А17-5171/2024

г. Иваново

11 декабря 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 ноября 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 11 декабря 2025 года

Арбитражный суд Ивановской области в составе судьи Антоновой Ю.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Гордеевым В.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>)

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "АГРОТОРГ" (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, 191025, Г.САНКТ-ПЕТЕРБУРГ, ПР-КТ НЕВСКИЙ, Д.90/92)

о взыскании 2 588 886 рублей убытков,

третье лицо: индивидуальный предприниматель ФИО2 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>),

в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 обратился в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Агроторг" о взыскании 2 588 886 руб. убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена индивидуальный предприниматель ФИО2.

В ходе судебного разбирательства истец поддержал заявленные требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и дополнениях к нему.

Ответчик в ходе судебного разбирательства против удовлетворения иска возражал по основаниям, изложенным в отзывах.

Третье лицо представила отзыв на иск, в котором поддержала позицию истца, просило иск удовлетворить.

В итоговое судебное заседание лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными, не явились, направили ходатайства о рассмотрении дела по существу в отсутствие своих представителей. Суд пришёл к выводу о возможности рассмотрения спора по существу в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их отсутствие.

Исследовав представленные в дело доказательства в их совокупности по правилам статей 65 – 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил следующие обстоятельства и пришёл к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения иска.

Между ИП ФИО1 (арендодатель) и ООО "Агроторг" (арендатор) заключен договор аренды нежилого помещения №СВЯ-6/1737 от 06.11.2018, в соответствии с пунктами 1.1, 1.2 которого арендодатель обязуется передать, а арендатор принять за плату во временное владение и пользование для организации торговли продовольственными и непродовольственными товарами часть нежилого помещения площадью 496 кв.м. (учетный номер и обозначение части ЧЗ1), расположенную в нежилом здании площадью 1 162,2 кв.м. с кадастровым номером 37:23:010120:972, адрес: <...>, которое принадлежит арендодателю на праве собственности.

Помещение передано арендатору по акту приема-передачи помещения от 08.11.2018 (т.1, л.д. 107).

По утверждению истца, в период действия договора арендатор своими виновными действиями допустил ухудшения арендованного имущества:

1) для функционирования торговой точки (магазин «Пятерочка») арендатор установил контейнер для сбора ТКО, однако нарушил требования пожарной безопасности, установив его близко к стене магазина. 07.07.2019 произошло возгорание мусора в контейнере, в результате пожара пострадала стена здания (произошла её деформация с повреждением лакокрасочного покрытия), что подтверждено постановлением следователя СО МВД России «Вичугский» об отказе в возбуждении УД от 26.06.2020 (т.1, л.д. 25-26);

2) после заключения договора аренды арендатор установил внутри помещения сплит-систему (кондиционер) с выводом системы воздухозабора на наружную стену здания. В 2022 году в результате обрушения наружной части кондиционера зданию был причинен ущерб. Согласно выводам представленного истцом заключения специалиста ООО «ИСК» ФИО3 от 08.08.2022 основной причиной падения наружных блоков системы кондиционирования и повреждения наружной стены здания является некачественный монтаж компрессорно-конденсаторных блоков системы кондиционирования и их защитных козырьков;

3) в сентябре 2018 года истец как собственник здания за свой счет ввел в эксплуатацию парковочную площадку перед входом в здание. В начале 2022 года систематические заезды на парковку крупнотоннажного транспорта арендатора привели к существенному (более 60%) износу покрытия парковки. Согласно выводам заключения специалиста ООО «ИСК» ФИО3 от 08.08.2022 разрушение парковки перед зданием вызвано агрессивными внешними воздействиями, в частности заездами на парковку крупнотоннажного транспорта.

Согласно выводам заключения специалиста ООО «ИСК» ФИО3 от 08.08.2022 общая стоимость устранения повреждений здания в результате указанных событий составила 2 588 886 руб. = 392 053 руб. (повреждение стены здания огнём) + 424 253 руб. (повреждение стены здания падением кондиционеров) + 1 772 580 руб. (повреждение парковки транспортом ответчика).

В ходе судебного разбирательства суд установил, что 19.06.2023 ИП ФИО1 (даритель) и ИП ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения недвижимого имущества, в соответствии с которым даритель безвозмездно передал в собственность одаряемой (родной матери), а одаряемая приняла в дар нежилое помещение, этаж №1, общей площадью 496 кв.м., кадастровый номер 37:23:010120:976, расположенное по адресу: <...> (т.1, л.д. 125).

Согласно сведениям ЕГРН право собственности на помещение зарегистрировано за ИП ФИО2 27.06.2023. Помещение обременено арендой, возникшей из договора аренды нежилого помещения №СВЯ-6/1737 от 06.11.2018, в пользу ООО "Агроторг" (т.1, л.д. 137).

Истцом представлено дополнительное соглашение от 27.12.2023 к договору дарения, согласно пункту 1 которого стороны констатируют, что при переходе одаряемой права собственности на часть нежилого здания с кадастровым номером 37:23:010120:976 площадью 496 кв.м., расположенного по адресу: <...>, для функционирования торговой точки – магазина «Пятёрочка», имели место повреждения здания. В частности, наружной стены здания (открытым огнем), повреждение наружной части стены здания, а также значительное разрушение покрытия парковочной площадки перед входом в здание. Указанные повреждения и соответственно имущественный ущерб имели место до заключения договора дарения (т.1, л.д. 134).

В пункте 2 соглашения стороны согласовали, что даритель берет на себя обязательство самостоятельно, в том числе за счет виновника (виновников) указанных выше повреждений устранить указанный выше имущественный ущерб в течение двух лет с момента подписания дополнительного соглашения.

Полагая, что вследствие подписания дополнительного соглашения от 27.12.2023 к договору дарения от 19.06.2023 истец приобрёл право требования возмещения убытков, причиненных находящемуся в собственности третьего лица помещению, в свою пользу, ИП ФИО1 обратился в суд с иском к ООО "Агроторг" о взыскании 2 588 886 руб. убытков, возникших по вине арендатора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 650 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды здания или сооружения арендодатель обязуется передать во временное владение и пользование или во временное пользование арендатору здание или сооружение.

Арендатор обязан поддерживать имущество в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на содержание имущества, если иное не установлено законом или договором аренды (пункт 2 статьи 616 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Пунктом 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

I. Первый эпизод причинения убытков

Согласно пункту 2.1.5 договора аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору и его субарендаторам на прилегающей к зданию территории место для размещения двух контейнеров объемом 0,8 куб.м. каждый, предназначенных для накопления твердых коммунальных отходов деятельности арендатора.

Пунктом 1.6 договора предусмотрено, что в случае аварии, пожаров, затоплений, взрывов и других подобных чрезвычайных событий арендодатель за свой счет немедленно принимает все необходимые меры к устранению последствий указанных событий. Арендатор возмещает ущерб от чрезвычайных событий лишь в случае, если арендодатель докажет, что это события произошли по вине арендатора.

Из постановления следователя СО МВД России «Вичугский» об отказе в возбуждении УД от 26.06.2020 (т.1, л.д. 25-26) следует, что 07.07.2019 произошло возгорание мусора в контейнере, в результате пожара пострадала стена здания (произошла её деформация с повреждением лакокрасочного покрытия). В постановлении содержатся не опровергнутые истцом сведения о том, что при просмотре камер видеонаблюдения было установлено, что около контейнера проходили подростки, после чего содержимое контейнера загорелось.

При данных обстоятельствах суд соглашается с обоснованными возражениями ответчика об отсутствии его вины в повреждении стены здания в результате возгорания контейнера. Напротив, довод истца о том, что причиной повреждения стены здания стало нарушение арендатором правил размещения контейнера, материалами дела не подтверждается. Убедительных доказательств того, что таким образом, как видно на фотографиях (т.1, л.д. 51-53), контейнер перед пожаром установил именно ответчик, суду не представлено.

Суд соглашается и с доводом ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по данному требованию.

В соответствии со статьями 195, 196 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Событие пожара произошло 07.07.2019 и о вероятном причинителе вреда (ООО "Агроторг") истец был осведомлен. Иск подан в суд 04.06.2024, то есть с пропуском срока исковой давности, что является безусловным основанием для отказа в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Довод истца о том, что ответчик признавал долг, со ссылкой на переписку с инженером ФИО4 (сообщение от 21.04.2022) (т.1, л.д. 157), суд не принимает, поскольку доказательств наличия у ФИО4 полномочий вести такого рода переговоры от имени ООО "Агроторг" в дело не представлено. Ответчик действия ФИО4 ни до подачи иска в суд, ни в ходе судебного разбирательства в порядке статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации не одобрял.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования истца о взыскании 392 053 руб. убытков, причиненных повреждением стены здания огнём в результате события от 07.07.2019.

II. Второй эпизод причинения убытков

Пунктом 2.1.6 договора предусмотрено обязанность арендодателя выделить по требованию арендатора места/площадку под установку охладителей (конденсаторов) рядом с арендуемым помещением.

В соответствии с пунктом 2.1.8 договора арендодатель обязан самостоятельно и за свой счет нести эксплуатационные, ремонтно-восстановительные и иные расходы, связанные с обеспечением функционирования помещения и поддержанием здания, в т.ч. его фасада и подвальных/чердачных помещений в надлежащем техническом, противопожарном и санитарно-эпидемиологическом состоянии. Данное условие не распространяется на элементы оформления фасада здания, произведенные арендатором.

Согласно пункту 4.1 договора в случае неисполнения сторонами обязанностей, указанных в договоре, стороны несут ответственность, предусмотренную договором или в соответствии с законодательством.

По утверждению истца, после заключения договора аренды ответчик установил наружные блоки системы кондиционирования с нарушением необходимых технических условий (без необходимой проектной и рабочей документации, на стальные кронштейны, закрепленные не к металлическому каркасу здания, а на самонесущей стене из сэндвич-панелей посредством резьбовой шпильки).

В феврале 2022 года в результате падения блоков системы кондиционирования стене принадлежащего истцу здания был причинен ущерб. Основной причиной падения наружных блоков системы кондиционирования и повреждения наружной стены здания согласно заключению специалиста ООО «ИСК» ФИО3 от 08.08.2022 является некачественный монтаж компрессорно-конденсаторных блоков системы кондиционирования и их защитных козырьков.

В пункте 13 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено, что заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив заключение специалиста ООО «ИСК» ФИО3 суд не может признать его выводы соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

В заключении (стр. 9) специалист отметил, что падение наружных блоков системы кондиционирования и повреждение наружной стены здания произошло в период снеготаяния, при сходе снежных масс с кровли здания. Этот факт подтверждается фотографиями (т.1, л.д. 103-104).

Истец в пояснениях от 15.08.2025 указал дословно следующее: «действительно, в силу п. 4.1 договора аренды истец как арендодатель гарантировал надлежащее техническое состояние кровли здания и своими силами и за свой счет взял на себя обязательством по обслуживанию и ремонту кровли на основании показателей и критериев, установленных нормативно-правовыми и нормативно-техническими актами Российской Федерации (в частности, СП 17.13330.2017 «СНиП II-26-76 Кровли»). О том, что на карнизе кровли здания якобы имеется скопление наледи и снега ответчик сообщил истцу после падения наружных блоков системы кондиционирования» (т.2, л.д. 81-82).

Следовательно, суд приходит к выводу, что истец признал факты: а) наличия на его стороне обязанности по очистке кровли здания (помещения) от снега и наледи и б) факт своевременного получения от ответчика извещения о повреждении наружных блоков системы кондиционирования (часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, в зимнее время года истец обязан контролировать состояние крыши здания и своевременно осуществлять регулярную очистку кровли от снега и наледи во избежание их падения с причинением ущерба имуществу. Суд, вопреки утверждению истца и выводам заключения ООО «ИСК», приходит к выводу, что при надлежащем исполнении истцом обязанности по очистке крыши здания сход наледи с крыши не должен был произойти и, как следствие, не должно было произойти падение кондиционеров и повреждение стены здания.

Суд констатирует, что прямая причинно-следственная связь между способом монтажа блоков системы кондиционирования и причинением ущерба наружной стене здания истцом не доказана.

Помимо изложенного суд учитывает, что сам истец с момента монтажа блоков в 2018 году и вплоть до подачи иска не предъявлял ответчику претензий относительно правильности монтажа кондиционеров, хотя пунктом 2.3.2 договора ему было предоставлено право регулярно проверять арендуемое помещение на предмет его технического состояния и целевого использования.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования истца о взыскании 424 253 руб. убытков, причиненных повреждением стены здания в результате падения кондиционеров в феврале 2022 года.

III. Третий эпизод причинения убытков

Согласно пункту 2.1.13 договора арендодатель обязался обеспечить сотрудникам арендатора, его субарендаторов и контрагентов возможность свободного доступа в помещение, использования зоны разгрузки и путей подъезда к ней, шириной не менее 4 метров, в круглосуточном режиме; обеспечить наличие парковки на 20 парковочных мест на прилегающей к помещению территории в соответствии с приложением №9 к договору, а также возможность беспрепятственного использования парковки в круглосуточном режиме сотрудниками арендатора, его субарендаторов и контрагентов.

Пунктом 2.1.16 договора на арендодателя была возложена обязанность в срок не позднее 24.10.2018 года выполнить благоустройство прилегающей к зданию территории, в том числе асфальтирование территории и обеспечивать надлежащее состояние выполненного благоустройства в течение срока действия договора.

По утверждению истца, он в сентябре 2018 года за свой счет ввел в эксплуатацию парковку перед входом в здание. В начале 2022 года систематические заезды на парковку крупнотоннажного транспорта арендатора привели к существенному (более 60%) износу покрытия парковки, что подтверждается выводами заключения специалиста ООО «ИСК» ФИО3

Суд соглашается с возражениями ответчика о ложности утверждения истца о факте введения парковки в эксплуатацию к сентябрю 2018 года. Так, в акте приема-передачи помещения от 08.11.2018 имеется отметка «не закончены работы по благоустройству» (т.1, л.д. 107), при этом доказательств того, что работы по устройству парковки фактически были завершены, в дело не представлено.

Суд соглашается и с доводами ответчика о недоказанности о том, что именно ответчик является причинителем вреда. Из представленных истцом скриншотов сервиса «Яндекс Карты» (т.1, л.д. 108) видно, что в здании, помимо принадлежащего ответчику магазина «Пятерочка», располагаются сетевые магазины «Магнит», «Бристоль», которые также используют крупнотоннажный транспорт. Кроме того, на скриншоте видно, что доступ на парковку открытый, в том числе для грузовых автомобилей (запечатлен грузовой фургон с рекламой бренда «Apteka.ru»). Выводов относительно конкретного причинителя ущерба парковке заключение специалиста ООО «ИСК» ФИО3 также не содержит.

Суд констатирует, что все доводы истца о вине ответчика в повреждении парковки носят голословный и гипотетический характер, в связи с чем суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требования истца о взыскании 1 772 580 руб. убытков, причиненных повреждением парковки.

IV. Итоговые выводы суда

Таким образом, оценив все представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что истец не доказал юридический состав, необходимый для привлечения к ответственности в виде договорных убытков, ни по одному из трёх эпизодов, а потому в удовлетворении иска о взыскании 2 588 886 руб. убытков истцу следует отказать в полном объёме.

Отказывая в удовлетворении иска суд счёл заслуживающим внимания и довод ответчика о том, что ИП ФИО1 является ненадлежащим истцом.

В ходе судебного разбирательства суд установил, что в связи с заключением ИП ФИО1 (даритель, прежний собственник) и ИП ФИО2 (одаряемый, новый собственник) договора дарения право собственности на помещение 27.06.2023 перешло к ИП ФИО2

Согласно пункту 1 статьи 617 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности (хозяйственного ведения, оперативного управления, пожизненного наследуемого владения) на сданное в аренду имущество к другому лицу не является основанием для изменения или расторжения договора аренды.

По смыслу данной нормы с момента перехода права собственности на недвижимое имущество прежний собственник утрачивает, а новый приобретает право на получение доходов от сдачи имущества в аренду (определение ВАС РФ от 10.12.2012 №ВАС-16223/12). Суд полагает, что указанная позиция применима и к рассматриваемому случаю. Следовательно, с момента перехода права собственности на помещение прежний собственник (ИП ФИО1) утратил, а новый (ИП ФИО2) приобрела право требовать возмещения договорных убытков, причиненных арендатором в период действия договора аренды.

Ссылку истца и третьего лица на факт заключения дополнительного соглашения от 27.12.2023 к договору дарения, которым ИП ФИО2 было предоставлено право требовать возмещения причиненных зданию убытков в свою пользу, суд отклоняет, поскольку данное дополнительное соглашение не было зарегистрировано в установленном на момент его заключения порядке (пункт 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд не может квалифицировать дополнительное соглашение от 27.12.2023 и как договор уступки права требования (цессии) договорных убытков в силу следующих причин. Во-первых, договор дарения является безвозмездной сделкой (пункт 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации), а договор, на основании которого производится уступка, предполагается возмездным (постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»). Во-вторых, дополнительное соглашение не содержит ни указания на денежное обязательство (договор аренды), из которого возникла задолженность, ни на причинителя вреда.

Следовательно, даже если предположить, что дополнительное соглашение от 27.12.2023 к договору дарения является самостоятельным договором уступки, цессия убытков не произошла, а ИП ФИО1 не стал надлежащим истцом.

Иск удовлетворению не подлежит.

Расходы по оплате государственной пошлины в связи с отказом в удовлетворении иска в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации остаются проигравшем спор истце.

Излишне уплаченная госпошлина подлежит возврату истцу из федерального бюджета на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) из федерального бюджета 1 рубль государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению №60 от 24.05.2024.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия в соответствии со статьями 181, 257, 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу в соответствии со статьями 181, 273, 275, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.

Судья Ю.Н. Антонова