Постановление по делу № 18АП-16240/2024 от 05.02.2025

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-16240/2024

г. Челябинск

05 февраля 2025 года

Дело № А76-989/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 февраля 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Аникина И.А.,

судей Жернакова А.С., Камаева А.Х.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Шагаповым В.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Первое управление «Химэнергострой» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 28.10.2024 по делу № А76-989/2022.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью Первое управление «Химэнергострой» - ФИО1 (доверенность от 08.11.2024, паспорт, диплом);

общества с ограниченной ответственностью «УЗС» - ФИО2 (доверенность от 18.01.2023, паспорт, диплом).

Общество с ограниченной ответственностью Первое управление «Химэнергострой» (далее – истец, ООО ПУ «Химэнергострой») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «УЗС» (далее – ответчик, ООО «УЗС») о взыскании задолженности по договору аренды оборудования № 01 АР-2020 от 24.06.2020 в размере 1 727 641 руб. 99 коп., неустойки по состоянию на 31.03.2023 за просрочку внесения арендной платы в размере 2 074 623 руб. 19 коп. с продолжением ее начисления по ставке 0,1% в день от суммы указанного основного долга до момента фактического исполнения обязательства по его уплате, неустойки за просрочку возврата оборудования в размере 9 339 450 руб. 33 коп. (с учетом уточнения исковых требований, принятого судом первой инстанции в порядке части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; т. 3, л.д. 18-19).

Судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «УралСпецХимзащита» (далее – ООО «УралСпецХимзащита», третье лицо).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 28.10.2024 исковые требования ООО ПУ «Химэнергострой» удовлетворены частично, в его пользу с ООО «УЗС» взысканы задолженность в размере 1 727 641 руб. 99 коп., неустойка в размере 2 089 830 руб. 48 коп., а также 34 590 руб. 76 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, 44 000 руб. в возмещение расходов на оплату экспертизы. Также решением продолжено начисление неустойки за просрочку оплаты задолженности в сумме 1 727 641 руб. 99 коп. с 01.02.2023 по день фактической оплаты задолженности, исходя из ставки 0,05% за каждый день просрочки исполнения обязательства. В удовлетворении остальной части требований отказано (т. 7, л.д. 183-189).

С вынесенным решением не согласился истец, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе ООО ПУ «Химэнергострой» (далее также податель жалобы, апеллянт) просит решение суда отменить в части, принять по делу новый судебный акт:

- об удовлетворении требования истца о взыскании с ответчика неустойки за просрочку возврата комплектов оборудования, начисленной по условиям п. 4.4 договора аренды оборудования № 01 АР-2020 от 24.06.2020, в размере 8 017 296 руб.;

- об исключении из описательной части обжалуемого решения (страница 2, абзац 4) вывода арбитражного суда первой инстанции о том, что «В рамках указанного уголовного дела подсудимый ФИО3 обвиняется в серии корыстных преступлений, которые длительное время совершались на объектах топливно-энергетического комплекса, расположенных в пяти субъектах РФ, и были окончены в Челябинской области»;

- об исключении из мотивировочной части обжалуемого решения (страница 5, абзац 6) вывода арбитражного суда первой инстанции о том, что «Из представленных в материалы дела доказательств усматривается, что подлинные документы не могут быть представлены для проведения экспертизы, поскольку изъяты при проведении обыска в рамках уголовного дела»;

- об исключении из мотивировочной части обжалуемого решения (страница 9, абзацы 4 и 5) вывода арбитражного суда первой инстанции о том, что «При рассмотрении вопросов, связанных с обстоятельствами возврата (невозврата) оборудования, судом принимается во внимание письмо УМВД России по г. Челябинску от 19.10.2023 № 94/СО 507, в котором указано, что в рамках уголовного дела в отношении ФИО3 (главного инженера, а впоследствии директора ООО «УралСпецХимзащита», арендодателя) установлены многочисленные факты изготовления фиктивных финансово-хозяйственных документов, содержащих заведомо недостоверные сведения о выполнении работ и оказании услуг.

Также судом учитывается, что документы финансово-хозяйственной деятельности арендодателя изъяты при проведении следственных мероприятий в рамках уголовного дела, часть документов уничтожена, что делает невозможным представление надлежащих доказательств в настоящее дело.»;

- об исключении из мотивировочной части обжалуемого решения (страница 9, абзацы 7 и 8) вывода арбитражного суда первой инстанции о том, что «Поведение ООО ПУ «Химэнергострой», которое, далее обращаясь в суд, ссылаясь при этом на невозврат оборудования по настоящее время, настаивает именно на начислении неустойки за его невозврат, изменяя позицию в зависимости от представления ответчиком документов, свидетельствует о намерении общества получать фактически повышенный размер арендной платы за пользование оборудованием, значительно превышающий согласованный сторонами размер арендной платы в договоре, а не намерение реально вернуть имущество арендодателю обратно в связи с прекращением арендных отношений.

Указанное поведение является недобросовестным, противоречивым и не соответствующим обычной практике.».

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель указывает, что при вынесении обжалуемого решения суд первой инстанции руководствовался копиями из материалов уголовного дела № 12201750098000507, представленными по инициативе ответчика. Кроме того, судом в решении сделаны негативные выводы в отношении истца, третьего лица и лично ФИО3 (не привлеченного к участию в деле). Истец считает, что подобный подход суда нарушает требования процессуального закона, ставит истца, третье лицо и лично ФИО3 (не привлеченного к участию в деле) в неравное положение, поскольку в случае вступления в законную силу обжалуемого решения (без изменения) все обстоятельства, изложенные в решении, приобретут статус установленных в судебном порядке, то есть будут иметь преюдициальное значение, в том числе для ряда арбитражных дел с участием ООО ПУ «Химэнергострой», ООО «УралСпецХимзащита», ООО «УЗС», ФИО3 Поскольку приговор в отношении ФИО3 не вынесен судом, обстоятельства, изложенные в материалах уголовного дела № 12201750098000507, не могут быть признаны установленными, следовательно, арбитражный суд не вправе на них ссылаться и считать какие-либо обстоятельства уголовного дела установленными, доказанными. Обжалуемое решение не может содержать в себе выводы, основанные на материалах уголовного дела, относительно квалификации поведения ФИО3 (не привлеченного к участию в деле). В дополнение к тому, что судом первой инстанции в основу решения положены выводы, сделанные на основании представленных по инициативе ответчика копий из материалов уголовного дела № 12201750098000507, истец считает необходимым сослаться на постановление Советского районного суда г. Челябинска от 25.09.2024 по делу № 1-408/2024, согласно которому уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении четырех преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УПК РФ, двух преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 4 ст. 174.1, ч. 1 ст. 309 УК РФ, возвращено прокурору Советского района г. Челябинска для устранения препятствий к его рассмотрению. Кроме того, физическое лицо ФИО3 не был привлечен к участию в деле в качестве третьего лица, поэтому любые выводы относительно добросовестности ФИО3, в особенности в контексте уголовного дела, являются неправомерными и не могут быть изложены в обжалуемом решении. Суд первой инстанции оставил без внимания тот факт, что копии актов, подвергнутые экспертному исследованию в рамках проведенной по настоящему делу судебной экспертизы, были представлены ООО «УЗС». Копии актов приема-передачи (возврата) от 02.11.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, заверены директором ООО «УЗС» ФИО4 Установленная судом фальсификация доказательств не повлекла за собой оценку поведения ООО «УЗС» с позиции добросовестности. Также из представленных доказательств следует однозначный вывод о том, что под видом почтовых документов ответчиком представлен фиктивный чек. Судом оставлено без внимания, что предоставление ответчиком сфальсифицированных доказательств повлекло необходимость совершения истцом процессуальных действий, направленных на опровержение таких доказательств, что привело к существенному затягиванию рассмотрения дела, необходимости назначения по делу судебной экспертизы, несению дополнительных судебных издержек. Истец считает, что обстоятельства использования ответчиком оборудования не имеют правового значения для настоящего дела, поскольку возможное неиспользование арендатором оборудования в своей хозяйственной деятельности не влияет на действительность арендных правоотношений при наличии подписанных в двустороннем порядке актов передачи оборудования в аренду. В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации именно на ответчике лежит бремя доказывания факта возврата оборудования из аренды. Поскольку ответчик (арендатор) не доказал факт полного возврата оборудования, следовательно, требование истца о взыскании неустойки за просрочку возврата комплектов оборудования, начисленной по условиям п. 4.4 договора аренды оборудования № 01АР-2020 от 24.06.2020, является обоснованным и подлежит удовлетворению.

К апелляционной жалобе обществом ПУ «Химэнергострой» приложены дополнительные доказательства (постановление Советского районного суда г. Челябинска от 25.09.2024 по делу № 1-408/2024; постановление о приостановлении предварительного следствия в связи с не установлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого по п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ от 30.09.2024; исковое заявление общества «УралСпецХимзащита»; определение Арбитражного суда Челябинской области от 13.11.2024 по делу № А76-2433/2024).

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 27.01.2025.

К дате судебного заседания от ООО «УЗС» поступил отзыв на апелляционную жалобу, с приложенным дополнительным доказательством (приговор Металлургического районного суда г. Челябинска от 24.12.2007).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения указанной информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»; третье лицо явку своего представителя в судебное заседание не обеспечило.

С учетом мнения представителей сторон и в соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившегося лица.

Судебной коллегией в приобщении к материалам дела представленных сторонами дополнительных доказательств отказано на основании части 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель истца поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

Представитель ответчика, ссылаясь на необоснованность доводов апелляционной жалобы, просил судебный акт оставить без изменения.

В соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, решение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой истцом части.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, на основании письма ООО «УЗС» от 20.06.2020 (т. 1, л.д. 70) между ООО «УралСпецХимзащита» (арендодатель) и ООО «УЗС» (арендатор) заключен договор аренды оборудования № 01АР-2020 от 24.06.2020 (т. 1, л.д. 25-29), по условиям которого ответчик принял в аренду комплекты компрессорного, окрасочного, моечного и вспомогательного оборудования, машин и механизмов (п. 1.1 договора).

Оборудование принадлежит арендодателю на праве собственности (т. 3, л.д. 52-151; т. 4, л.д. 1-61, 67-76).

В соответствии с п. 1.3 договора состав, номенклатура, комплектация, количество, стоимость передаваемых комплектов оборудования, срок аренды указываются в соответствующих приложениях к договору.

В приложении № 1 к договору сторонами согласованы перечень переданного в аренду оборудования, срок аренды с 01.07.2020 по 31.12.2020 и размер арендной платы (т.1, л.д. 30-32).

Согласно п. 3.3 договора на протяжении всего срока аренды стороны подписывают табели учета смен, отработанных комплектами оборудования, на основании которых составляются акты оказанных услуг.

Арендатор обязан оплатить стоимость арендной платы в течение 30 календарных дней с даты подписания акта оказанных услуг (п. 3.6 договора).

По условиям п. 4.1 договора за нарушение срока оплаты арендатор обязан оплатить пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки.

По актам приема-передачи от 29.06.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6 имущество передано арендатору (т. 1, л.д. 33-38).

Между сторонами подписан акт выполненных работ (оказанных услуг) № 1 от 31.08.2020, согласно которому размер арендной платы составляет 3 807 048 руб. (т. 1, л.д. 40), выставлена счет-фактура № 52 от 31.08.2020 (т.1, л.д. 39). В акте указано, что количество отработанных смен составляет 62, что подтверждается табелями учета отработанных смен комплектов оборудования (т. 1, л.д. 41-46).

Арендатором произведена оплата указанной суммы, что подтверждается платежными поручениями № 1381 от 18.12.2020, № 36 от 28.01.2021, № 126 от 25.02.20021, № 157 от 04.03.2021 (т. 1, л.д. 47-50). В графе «назначение платежа» указано «частичная оплата за выполненные работы по договору аренды № 01АР-2020 от 24.06.2020, счет-фактура № 52 от 31.08.2020».

Как указывает истец, ответчиком оплата производилась с нарушением установленного срока, размер неустойки по расчету истца составил 535 590 руб. 44 коп. (т. 3, л.д. 20).

Между сторонами подписан акт выполненных работ (оказанных услуг) № 2 от 30.09.2020, согласно которому размер арендной платы составляет 1 842 120 руб. (т. 1, л.д. 52), выставлена счет-фактура № 53 от 30.09.2020 (т.1, л.д. 51). В акте указано, что количество отработанных смен составляет 30, в подтверждение чего представлены табели учета отработанных смен комплектов оборудования (т.1, л.д. 53-55).

Арендатором произведена оплата указанной суммы, что подтверждается платежными поручениями № 156 от 04.03.2021, № 193 от 15.03.2021, № 194 от 15.03.2021 (т.1, л.д. 56-59). В графе «назначение платежа» указано «частичная оплата за выполненные работы по договору аренды № 01АР-2020 от 24.06.2020, счет-фактура № 53 от 30.09.2020».

Ответчиком оплата производилась с нарушением установленного срока, размер неустойки по расчету истца составил 247 293 руб. (т.3, л.д. 21).

Между сторонами подписан акт выполненных работ (оказанных услуг) № 3 от 31.10.2020, согласно которому размер арендной платы составляет 1 903 524 руб. (т.1, л.д. 61), выставлена счет-фактура № 54 от 31.10.2020 (т.1, л.д. 39). В акте указано, что количество отработанных смен составляет 31, в подтверждение чего представлены табели учета отработанных смен комплектов оборудования (т.1, л.д. 62-64).

Арендатором произведена частичная оплата в сумме 175 882 руб. 01 коп., что подтверждается платежным поручением № 195 от 15.03.2021 (т.1, л.д. 65). В графе «назначение платежа» указано «частичная оплата за выполненные работы по договору аренды № 01АР-2020 от 24.06.2020, счет-фактура № 54 от 31.10.2020».

По расчету истца, задолженность по договору аренды на дату подачи иска составляет 1 727 641 руб. 99 коп.

Поскольку ответчиком оплата производилась с нарушением установленного срока, по расчету истца размер неустойки за период с 01.12.2020 по 14.01.2022 составил 1 291 739 руб. 75 коп. (т.3, л.д. 22).

Согласно п. 2.1 договора возврат комплектов оборудования производится на основании актов приема-передачи, арендатор обязан возвратить оборудование своими силами и за свой счет. При возврате комплектов оборудования производится проверка их комплектности и технический осмотр, по результатам стороны подписывают акт приема-передачи (п. 2.15 договора).

В соответствии с п. 4.2 договора за нарушение сроков возврата комплектов оборудования на срок от 1 до 30 дней арендатор уплачивает арендодателю неустойку в размере 0,1% от стоимости невозвращенного оборудования за каждый день просрочки возврата. За нарушение сроков возврата оборудования на срок свыше 30 календарных дней арендатор уплачивает неустойку в размере 0,3% от стоимости невозвращенного оборудования за каждый день просрочки возврата (п. 4.3 договора).

В случае невозврата комплектов оборудования по истечении 100 дней с даты возврата, установленной приложением к договору, арендатор уплачивает арендодателю штраф в размере двойной стоимости невозвращенного оборудования (п. 4.4 договора).

Срок окончания аренды 31.12.2020, оборудование должно было быть возвращено 11.01.2021 (первый рабочий день).

Ссылаясь на невозврат оборудования в установленный договором срок, истец произвел расчет размер неустойки за просрочку возврата оборудования.

Исходя из стоимости оборудования 8 151 280 руб., размер неустойки за период с 12.01.2021 по 10.02.2021 составил 244 538 руб. 40 коп. (0,1% в день), за период с 11.02.2021 по 21.04.2021 (с 31 по 100 день, 0,3% в день) - 1 711 768 руб. 80 коп. (т.1, л.д 69).

Размер штрафа за просрочку возврата оборудования составил 9 339 450 руб. 33 коп. (т.3, л.д. 23).

14.12.2021 между ООО «УралСпецХимзащита» (цедент) и ООО ПУ «Химэнергострой» (цессионарий) заключен договор уступки права (требования) № 8/2021 (т.1, л.д. 71-72), по условиям которого цедент уступает, а цессионарий принимает право требовать от должника ООО «УЗС» исполнения обязательств, вытекающих из договора аренды № 01АР-2020 от 24.06.2020, а именно:

- уплаты в полном объеме неустойки по п. 4.1 договора за несвоевременное внесение арендной платы по акту № 1 от 31.08.2020;

- уплаты в полном объеме неустойки по п. 4.1 договора за несвоевременное внесение арендной платы по акту № 2 от 30.09.2020;

- уплаты задолженности по аренде оборудования в сумме 1 727 641 руб. 99 коп. по акту выполненных работ № 3 от 31.10.2020, пени по п. 4.1 договора до момента фактического погашения долга;

- уплаты неустойки по п.п. 4.2, 4.3, 4.4 договора за нарушение срока возврата комплекта оборудования за период от установленной договором даты возврата до даты настоящего договора включительно.

Должник уведомлен о состоявшейся уступке права требования 15.12.2021 (т.1, л.д. 73-75).

17.12.2021 истец направил в адрес ответчика претензию об оплате задолженности (т.1, л.д. 17-24).

Оставление ответчиком без удовлетворения требований истца, изложенных в претензии, послужило основанием для обращения ООО ПУ «Химэнергострой» в арбитражный суд с настоящим иском.

Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего.

Как следует из материалов дела, между сторонами сложились правоотношения, вытекающие из договора аренды оборудования № 01АР-2020 от 24.06.2020, особенности регулирования которых установлены в параграфе 3 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно пункту 1 статьи 611 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества. В свою очередь, арендатор в силу пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату).

Таким образом, исполнение арендатором обязательства по внесению арендной платы обусловлено исполнением арендодателем встречного обязательства по передаче имущества во владение и пользование арендатору (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По договору аренды имеет место встречное исполнение обязательств: обязанность арендодателя по отношению к арендатору состоит в предоставлении последнему имущества в пользование, а обязанность арендатора - во внесении платежей за пользование этим имуществом в согласованном порядке (пункт 10 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»).

Арендодатель вправе требовать от арендатора исполнения обязанности по внесению арендной платы за период, истекший с момента передачи ему указанного имущества до момента прекращения арендодателем обеспечения возможности владения и пользования арендованным имуществом в соответствии с условиями спорных договоров (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2013 № 13689/12).

Применительно по аналогии к статье 655 Гражданского кодекса Российской Федерации передача имущества арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами.

Факт передачи спорного имущества арендатору подтверждается актами приема-передачи от 29.06.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6 (т. 1, л.д. 33-38). Отсюда следует, что предусмотренные договором обязательства по передаче имущества в аренду выполнены арендодателем надлежащим образом и без каких-либо претензий со стороны ответчика.

В свою очередь, обязательства по внесению арендных платежей ответчиком надлежащим образом не исполнены, в результате чего за ним образовалась задолженность по договору аренды по акту выполненных работ № 3 от 31.10.2020 в размере 1 727 641 руб. 99 коп.

Произведенный истцом расчет задолженности по арендной плате проверен судом первой инстанции и признан арифметически и методологически верным, не оспорен ответчиком. Контррасчет задолженности ответчиком в материалы дела не представлен.

На основании пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме независимо от формы основного обязательства (статья 331 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 4.1 договора установлено, что за нарушение срока оплаты арендатор обязан оплатить пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки.

Истцом на основании пункта 4.1 договора начислены пени в общей сумме 2 074 623 руб. 19 коп., из которых:

- по акту приемки выполненных работ (оказанных услуг) № 1 от 31.08.2020 за период с 01.10.2020 по 04.03.2021 на сумму 535 590 руб. 44 коп. (т. 3, л.д. 20);

- по акту приемки выполненных работ (оказанных услуг) № 2 от 30.09.2020 за период с 31.10.2020 по 15.03.2021 на сумму 247 293 руб. (т. 3, л.д. 21);

- по акту приемки выполненных работ (оказанных услуг) № 3 от 31.10.2020 за период с 01.12.2020 по 31.01.2023 (за исключением периода моратория с 01.04.2022 по 01.10.2022) на сумму 1 291 739 руб. 75 коп. (т. 3, л.д. 22).

Расчет пени проверен арбитражным судом первой инстанции и признан арифметически правильным.

При рассмотрении дела судом первой инстанции ответчик заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

На основании пункта 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7) если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика (пункт 73 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7).

Признание несоразмерности неустойки (пени) последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение.

При этом в каждом конкретном случае арбитражный суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств дела.

Основанием для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств.

Одним из таких критериев является чрезмерно высокий процент неустойки.

При рассмотрении дела суд первой инстанции, принимая во внимание условия договора о размере неустойки, оценив соразмерность заявленной суммы неустойки и возможные финансовые последствия для каждой из сторон, пришел к выводу о наличии оснований для снижения суммы пени по акту приемки выполненных работ (оказанных услуг) № 3 от 31.10.2020 до 645 869 руб. 87 коп. из расчета 0,05% за каждый день просрочки.

В части применения судом первой инстанции положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера пени апелляционная жалоба соответствующих доводов не содержит.

Также истцом заявлено о взыскании неустойки за просрочку возврата комплектов оборудования.

За нарушение сроков возврата оборудования на срок свыше 30 календарных дней арендатор уплачивает неустойку в размере 0,3% от стоимости невозвращенного оборудования за каждый день просрочки возврата (п. 4.3 договора).

По расчету истца общий размер неустойки за несвоевременный возврат оборудования составляет 9 339 450 руб. 33 коп. (т. 3, л.д. 23), в том числе:

- размер неустойки за нарушение сроков возврата оборудования, возврат которого признается истцом, произведенный по п. 4.2, 4.3 договора, составляет 1 322 154 руб. 33 коп.;

- размер неустойки за нарушение сроков возврата оборудования, возврат которого не признается истцом, произведенный по п. 4.4 договора, составляет 8 017 296 руб.

Ответчик в качестве доказательств возврата оборудования из аренды в материалы дела представил акты приема-передачи (возврата) от 02.11.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6 (т.2, л.д. 56-61), акты приема-передачи (возврата), составленные в январе-феврале 2021 года (т.2, л.д. 30-37).

В суде первой инстанции представитель ответчика пояснил, что руководитель арендодателя отказался получить акты возврата от 02.11.2020, о чем составлен акт от 02.11.2020 (т.2, л.д. 95-96).

Истцом заявлено о фальсификации актов приема-передачи (возврата) от 02.11.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6 со ссылкой на то, что такие акты истцом не подписывались, представленные в дело акты изготовлены не в указанную в них дату, усматриваются следы переноса из других документов оттиска печати ООО «УралСпецХимзащита» и подписи бывшего директора ФИО5 (т.2, л.д. 74-76, 158-159).

С целью проверки доводов истца о фальсификации доказательств суд первой инстанции определением от 18.12.2023 назначил по делу судебную экспертизу, проведение которой поручил экспертам ФБУ Челябинская ЛСЭ Минюста России ФИО6, ФИО7.

На разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) Выполнены ли копии документов, а именно:

- акт приема-передачи (возврата) № 1 от 02.11.2020;

- акт приема-передачи (возврата) № 2 от 02.11.2020;

- акт приема-передачи (возврата) № 3 от 02.11.2020;

- акт приема-передачи (возврата) № 4 от 02.11.2020;

- акт приема-передачи (возврата) № 5 от 02.11.2020;

- акт приема-передачи (возврата) № 6 от 02.11.2020

посредствам монтажа?

2) С учетом ответа на 1 вопрос (если ответ положителен) установить, изготовлены ли копии документов с использованием одного источника?

11.04.2024 в материалы дела поступило заключение эксперта № 255/2-3 от 06.03.2024, в котором сделаны следующие выводы.

Акты приема-передачи (возврата) от 02.11.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, подписанные между ООО «УралСпецХимзащита» и ООО «УЗС», копии которых представлены на исследование, изготовлены путем монтажа.

Копии актов приема-передачи (возврата) от 02.11.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6, подписанные между ООО «УралСпецХимзащита» и ООО «УЗС», имеют единый источник происхождения в виде одного электронного образа документов, который впоследствии частично редактировался.

В судебном заседании эксперты ФИО6 и ФИО7 ответили на вопросы лиц, участвующих в деле.

Проанализировав экспертное заключение, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оно составлено в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; подготовлено лицами, имеющими соответствующий уровень квалификации и подготовки; содержит четкие ответы на поставленные вопросы, перечень примененных источников, описание и обоснование избранных подходов и методик исследования; выводы экспертов изложены последовательно, ясно, аргументировано и не допускают двоякого толкования. Экспертное заключение основано на материалах дела и результатах проведенных исследований, составлено в соответствии с положениями действующих нормативных актов, результаты исследования мотивированы, в заключении содержатся однозначные ответы на поставленные судом вопросы, сомнений в обоснованности заключения эксперта у судов не возникло, наличие противоречий в выводах эксперта не установлено, иными доказательствами выводы эксперта не опровергнуты.

При этом суд первой инстанции исходил из того, что эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо неверного заключения. Нарушения экспертами основополагающих методических и нормативных требований при его производстве не установлены.

Оснований не доверять выводам экспертов, предупрежденных об уголовной ответственности, принимая во внимание изложенные экспертами дополнительные пояснения по всем возникшим у суда и у сторон вопросам, не имеется.

Доказательств, опровергающих выводы экспертного заключения, основанные на исследовании объекта экспертизы, представленных документов, в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Представленная ответчиком консультация специалиста от 26.08.2024 оценена судом критически, суд счел ее поверхностной и не отражающей конкретных нарушений методик, из которых можно было бы сделать вывод о необоснованности заключения эксперта № 255/2-3 от 06.03.2024. Указанная консультация является личным мнением подписавшего ее специалиста, документ составлен не в рамках настоящего дела, не содержит сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, следовательно, не может являться доказательством по настоящему делу в силу статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, исследовав представленные в материалы дела доказательства, судом первой инстанции верно принято за основу заключение эксперта № 255/2-3 от 06.03.2024 с признанием факта фальсификации актов приема-передачи (возврата) от 02.11.2020 №№ 1, 2, 3, 4, 5, 6 установленным.

При рассмотрении требования истца о взыскании с ответчика неустойки за несвоевременный возврат оборудования, судом первой инстанции верно принято по внимание, что обращаясь с настоящим иском в суд, истец ссылался на то обстоятельство, что оборудование до настоящего времени не возвращено, что послужило основанием для взыскания штрафа в соответствии с п. 4.4 договора в размере двойной стоимости оборудования. Размер штрафа добровольно был уменьшен истцом до однократной стоимости оборудования.

В ходе рассмотрения дела и представления ответчиком документов, истец подтвердил факт возврата большей части оборудования, в связи с чем размер штрафа и порядок его расчета были изменены.

Судом установлено, что учредителем и руководителем ООО ПУ «Химэнергострой» является ФИО3 Он же является директором ООО «УралСпецХимзащита», учредитель общества его супруга ФИО8 (последнее следует из материалов уголовного дела и не оспаривается лицами, участвующим в деле). Данные обстоятельства свидетельствуют об аффилированности истца и третьего лица (собственника и арендодателя спорного оборудования).

При рассмотрении вопросов, связанных с обстоятельствами возврата (невозврата) оборудования, суд первой инстанции принял во внимание письмо УМВД России по г. Челябинску от 19.10.2023 № 94/СО 507, в котором указано, что в рамках уголовного дела в отношении ФИО3 (главного инженера, а впоследствии директора ООО «УралСпецХимзщита», арендодателя) установлены многочисленные факты изготовления фиктивных финансово-хозяйственных документов, содержащих заведомо недостоверные сведения о выполнении работ и оказании услуг.

Фактически в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом первой инстанции дана оценка данному доказательству, притом что обстоятельства противоправности либо законности действий ФИО3 при рассмотрении настоящего дела не устанавливались, выводы о правах и обязанностях указанного лица обжалуемый судебный акт не содержат.

Фактически судом первой инстанции изложено содержание письма УМВД России по г. Челябинску от 19.10.2023 № 94/СО 507

Также судом учтено, что документы финансово-хозяйственной деятельности арендодателя изъяты при проведении следственных мероприятий в рамках уголовного дела, часть документов уничтожена, что делает невозможным представление надлежащих доказательств в настоящее дело.

Оценивая добросовестность поведения истца и третьего лица, как аффилированных юридических лиц, суд первой инстанции счел необходимым отметить, что арендодатель - ООО «УралСпецХимзащита», ссылаясь на не возврат ответчиком по настоящее время спорного имущества, не заявляло о необходимости такого возврата, не обращалось с иском об истребовании имущества (иного материалы дела не содержат).

При этом ООО ПУ «Химэнергострой», приобретая право требования уплаты неустойки за нарушение срока возврата комплекта оборудования в размере, значительно превышающем арендную плату, фактически не заинтересовано в возврате спорного имущества.

Указанное поведение признано судом первой инстанции недобросовестным, противоречивым и не соответствующим обычной практике.

Аналогичная правовая позиция отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2024 № 309-ЭС24-5991.

Суд первой инстанции из представленных в материалы дела доказательств посчитал невозможным однозначно и бесспорно установить ни факт возврата оборудования в полном объеме, ни факт пользования ответчиком частью оборудования и невозврата его арендодателю.

В случае невозвращения имущества из аренды при продлении арендных отношений по правилам пункта 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель имеет право на оплату арендного пользования за период пользования имуществом арендатором по возобновленному договору на согласованных сторонами в договоре аренды условиях и размере арендной платы (абзац второй статьи 622 Кодекса).

В соответствии с пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Положения указанной нормы предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Злоупотребление правом по своей сути есть неразумное и недобросовестное действие, имеющее своей целью причинить вред другим лицам. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.

Учитывая изложенное, а также то обстоятельство, что арендатором предпринимались попытки вернуть оборудование, суд первой инстанции счел возможным соразмерно уменьшить неустойку за нарушение сроков возврата оборудования, возврат которого не отрицает истец, на 50% до суммы 661 077 руб. 17 коп и отказать во взыскании неустойки за несвоевременный возврат оборудования, возврат которого истцом не признается.

С учетом правовой позиции, получившей отражение в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2024 № 309-ЭС24-5991, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы.

Относительно довода апеллянта о непривлечении к участию в деле ФИО3 суд апелляционной инстанции повторно отмечает, что в рассматриваемом случае судом первой инстанции не сделано каких-либо выводов о правах и обязанностях ФИО3

Фактически судом первой инстанции при упоминании указанного лица в тексте обжалуемого судебного акта изложена позиция стороны спора – ответчика, а также содержание материалов уголовного дела, без установления каких-либо обстоятельств противоправности либо законности действий ФИО3

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не содержат достаточных фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения иного судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения.

Судом первой инстанции при рассмотрении спора правильно установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованы представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи с учетом доводов и возражений, приводимых сторонами, и сделаны правильные выводы по делу.

Из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено судом апелляционной инстанции исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Оснований для переоценки данных выводов суда первой инстанции у судебной коллегии не имеется.

При указанных обстоятельствах решение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене или изменению, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции не установлено.

Понесенные апеллянтом расходы при подаче апелляционных жалоб в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на его счет.

За подачу апелляционной жалобы обществом ПУ «Химэнергострой» уплачена государственная пошлина в сумме 30 000 руб. по платежному поручению от 22.11.2024 № 99.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 28.10.2024 по делу № А76-989/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью Первое управление «Химэнергострой» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судьяИ.А. Аникин

Судьи:А.С. Жернаков

А.Х. Камаев