ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-21450/2023, 10АП-21447/2023, 10АП-21445/2023

г. Москва

13 ноября 2023 года

Дело № А41-48854/22

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 13 ноября 2023 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ивановой Л.Н.,

судей Беспалова М.Б., Миришова Э.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от истца, ФИО2: ФИО3, доверенность от 18.07.2019, удостоверение № 3298;

от ответчиков:

от ФИО4: не явился, извещен;

от ФИО5: ФИО6, доверенность от 14.07.2022, диплом, паспорт;

от ФИО7: ФИО6, доверенность от 13.01.2023, диплом, паспорт;

от ФИО8: не явился, извещен;

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО4, ФИО5, ФИО7 на решение Арбитражного суда Московской области от 31 августа 2023 года по делу № А41-48854/22, по иску ФИО2 к ФИО4, ФИО5, ФИО7, ФИО8 о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - ФИО2, истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением (с учётом принятых судом уточнений) к ФИО4 (далее - ФИО4), ФИО5 (далее - ФИО5), ФИО7 (далее - ФИО7), ФИО8 (далее - ФИО8) (далее совместно – ответчики) о взыскании солидарно задолженности с контролирующих лиц общества с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «КУВ» в порядке субсидиарной ответственности в размере 10 255 519 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 22.08.2023 в размере 710 906,88 руб. и по дату фактической уплаты задолженности (т.2 л.д. 20-21).

Решением Арбитражного суда Московской области от 31.08.2023 по делу № А41-48854/22 требования ФИО2 удовлетворены в полном объеме (т. 2 л.д. 37-42).

Не согласившись с решением суда, ФИО4, ФИО5, ФИО7 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, полагая, что обжалуемый судебный акт подлежит отмене в связи с неполным выяснением обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, недоказанностью имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд посчитал установленными, а также нарушением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель ФИО5, ФИО7 поддержал доводы, изложенные в своих апелляционных жалобах, в полном объеме, просил решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Представитель истца против доводов апелляционных жалоб возражал, просил решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Дело рассмотрено в соответствии со статьями 121-123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в отсутствие представителей ФИО4 и ФИО8, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе, публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел http://kad.arbitr.ru.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции судебного акта проверены арбитражным апелляционным судом в порядке статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, изучив доводы апелляционных жалоб, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для изменения или отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 21.06.2015 между ФИО2 и обществом с ограниченной ответственностью «Сельскохозяйственное предприятие «КУВ» (далее - ООО «СХП «КУВ») был заключен договор денежного займа № 1/02, согласно условиям которого ФИО2 передал ООО СХП «КУВ» денежные средства в размере 5 000 000 руб., 8000 евро и 6 000 долларов, а общество обязалось вернуть сумму займа вместе с причитающимися процентами в порядке и сроки, предусмотренные договором денежного займа № 1/02 от 21.06.2015.

В связи с неисполнением обществом своих обязательств по возврату суммы займа и процентов, займодавец обратился в Рузский районный суд Московской области.

Определением Рузского районного суда Московской области от 03.02.2020 между ФИО2 и ООО «СХП «КУВ» утверждено мировое соглашение, по условиям которого общество признало заявленные истцом требования на сумму 10 685 519 руб.

25.06.2020 налоговым органом было принято решение в отношении ООО СХП «КУВ» о предстоящем исключении недействующего юридического лица и 12.10.2020 ООО СХП «КУВ» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо в связи с отсутствием движения средств по счетам и непредставлением в течение последних 12 месяцев документов отчетности.

Согласно выписке из ЕГРЮЛ генеральным директором ООО СХП «КУВ» являлась ФИО5, а учредителями (участниками) общества – ФИО7, ФИО4, ФИО8.

Поскольку, как указал истец, исключение общества из ЕГРЮЛ привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом по возврату суммы займа, полагая, что исключение общества вызвано недобросовестными действиями ответчиков, истец обратился с настоящим иском в суд.

Проверив материалы дела, доводы, изложенные в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998№ 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган такого общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на единоличный исполнительный орган общества с ограниченной ответственностью обязанностей заключается, в том числе, в принятии им всех необходимых и достаточных мер для достижения максимального положительного результата от предпринимательской и иной экономической деятельности общества.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные ему их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ).

Согласно пункту 3.1 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (руководители или участники общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Поскольку субсидиарная ответственность является частным видом гражданско-правовой ответственности, то возложение на руководителя должника и его участника обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, предусмотрена статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Судом первой инстанции установлено, что согласно выписке из ЕГРЮЛ 12.10.2020 ООО СХП «КУВ» прекратило деятельность юридического лица в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

Генеральным директором юридического лица являлась ФИО5 с 26.03.2019, а участниками – ФИО7, ФИО4, ФИО8.

На основании части 1 статьи 21.1 Федерального закона № 129-ФЗ от 08.08.2001 года «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо). Такое юридическое лицо может быть исключено из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом.

При наличии одновременно всех указанных в пункте 1 настоящей статьи признаков недействующего юридического лица, регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц (далее - решение о предстоящем исключении) (п. 2).

В силу статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам.

В соответствии с частью 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику.

Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.

Исходя из системного толкования вышеуказанных норм, возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, к субсидиарной ответственности законодатель ставит в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц; бремя доказывания наличия признаков недобросовестности или неразумности в поведении указанных лиц возлагается законом на истца (пункты 1, 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Субсидиарная ответственность руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица (глава III.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), возмещение убытков в силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоправное поведение (в частности, умышленный обман контрагента) лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа, или иного представителя, повлекшее причинение вреда третьим лицам, может рассматриваться в качестве самостоятельного состава деликта по смыслу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Как установлено судом исключение ООО СХП «КУВ» из ЕГРЮЛ произошло вследствие фактического прекращения юридическим лицом деятельности, поскольку в течение 12 месяцев генеральный директор ООО СХП «КУВ» не представлял данные бухгалтерской отчетности, движения денежных средств по банковским счетам отсутствовало.

Вместе с тем, как правильно указал суд первой инстанции, генеральный директор ООО СХП «КУВ», как должностное лицо общества, ответственное за ведение бухгалтерского и налогового учета, а также за своевременное предоставление отчетности, действуя разумно и добросовестно, не мог не знать о непредставлении необходимых документов в налоговые органы.

Непредставление налоговой и бухгалтерской отчетности относится либо к неразумным, либо к недобросовестным действиям. В ином случае, если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств через процедуру банкротства.

ФИО5 как генеральный директор не предприняла никаких действий к погашению задолженности в полном объеме, в том числе не приняла действий к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО СХП «КУВ» из ЕГРЮЛ, а именно не представила в налоговый орган бухгалтерскую и финансовую отчетность, не осуществляла операции по банковским счетам ООО СХП «КУВ», не обратилась в налоговый орган с заявлением об отмене решения о предстоящем исключении ООО СХП «КУВ» из ЕГРЮЛ как недействующего юридического лица.

Кроме того, ФИО7, ФИО4, ФИО8 как участники ООО СХП «КУВ» знали или должны были знать о противоправности своих действий, совершенных в ущерб коммерческим интересам общества, знали о наличии у ООО СХП «КУВ» непогашенных обязательств перед ФИО2, при этом, действуя добросовестно, имели полномочия на принятие решений о ликвидации общества и осуществления расчетов с кредиторами.

Помимо этого, ответчики в установленном законом порядке не приняли мер по ликвидации ООО СХП «КУВ», в том числе предусмотренном статьями 61 - 64 Гражданского кодекса Российской Федерации либо Федеральным законом от 22.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу абзаца 1 пункта 1 статьи 9 Федерального закона от 22.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Федерального закона от 22.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», если в течение предусмотренного п. 2 настоящей статьи срока руководитель должника не обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 - 8 п. 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника, если на дату его заседания не устранены обстоятельства, предусмотренные абз. 2, 5 - 8 п. 1 настоящей статьи.

Доказательств того, что ответчики предприняли меры по ликвидации ООО СХП «КУВ», либо по обращению в суд с заявлением о банкротстве ООО СХП «КУВ», в материалы дела не представлено.

Указанное бездействие повлекло за собой исключение общества как недействующего юридического лица и лишило истца как кредитора ООО СХП «КУВ» возможности участвовать в деле о банкротстве общества, и, в конечном счете, повлекло за собой невозможность погашения задолженности ООО СХП «КУВ» перед истцом.

Указанные действия противоречат основной цели деятельности коммерческой организации.

В настоящем случае отсутствие в течение 12 месяцев движения денежных средств по банковским счетам ООО СХП «КУВ», непредставление бухгалтерской отчетности, способствовало доведению общества до состояния, когда оно не отвечает признакам действующего общества, и может свидетельствовать о том, что участники такого общества имели намерение прекратить деятельность общества в обход установленной законодательством процедуре ликвидации (банкротства).

Таким образом, как правильно установлено судом первой инстанции, ликвидация общества вызвана виновными действиями ответчиков, которые, являясь должностными лицами, ответственными за своевременное представление отчетности, не обеспечили своевременную сдачу отчетности общества, уплату обязательных платежей и налогов, фактически прекратили деятельность юридического лица.

В действиях ответчиков имеются признаки злоупотребления правом, поскольку, заведомо зная о наличии права требования, заключив мировое соглашение, ответчики не приняли мер к погашению задолженности, не обеспечили сдачу отчетности обществом и не воспрепятствовали исключению общества из ЕГРЮЛ, чем обеспечили невозможность удовлетворения требований истца за счет имущества общества.

Неисполнение обязательств общества перед истцом обусловлено недобросовестными и неразумными действиями ответчиков, являвшимися лицами, контролирующими деятельность общества согласно положениям п.п. 1-3 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доказательств разумности своих действий со стороны ответчиков, вопреки статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено, доводы истца не опровергнуты, какие-либо доказательства в обоснование возражений относительно иска отсутствуют.

Наличие задолженности перед истцом в размере 10 255 519 руб. ответчики не отрицали.

ФИО7 представил доказательства частичного погашения долга на сумму 430 000 руб. согласно выписке с банковского счета с февраля по декабрь 2020 года, в связи с чем истцом были уточнены исковые требования до суммы основного долга в размере 10 255 519 руб.

Учитывая вышеизложенное, приняв во внимание позицию Конституционного Суда Российской Федерации, выраженную в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, п. 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10 июня 2020 года, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о солидарном взыскании с ответчиком 10 255 519 руб. задолженности.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок (п. 3 ст. 395 ГК РФ).

На основании указанной нормы права истец на сумму задолженности по состоянию на 22.08.2023 начислил ответчикам проценты за пользование чужими денежными средствами, которые составили 710 906, 88 руб. Также истец просил взыскать проценты, начисленные на сумму долга в размере 10 255 519 руб. с 23.08.2023 по дату фактического исполнения обязательств.

Произведенный истцом расчет процентов проверен судом апелляционной инстанции и признан верным. Контррасчет ответчиками не представлен.

Поскольку наличие задолженности подтверждается материалами дела, требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами является обоснованным и правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

Доводы заявителей со ссылкой на недействительность договора займа и допущенные нарушения при заключении мирового соглашения, утвержденного определением суда от 03.02.2020, не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку приведенные заявителями доводы исследовались Первым Кассационным судом общей юрисдикции в рамках дела № 88-32359/2022(№2-152/2020) и указанным обстоятельствам дана соответствующая оценка.

Ответчики оспаривали указанное определение суда, ими была подана кассационная жалоба в Верховный суд РФ, который истребовал для проверки гражданское дело, в связи с чем судебное заседание по настоящему делу неоднократно откладывалось.

Согласно данным картотеки ВС РФ, судья Верховного Суда РФ, проверив доводы и материалы дела, не нашел основания для передачи дела в судебную коллегию по гражданским делам для пересмотра принятого судебного акта.

Оснований для иной оценки у суда апелляционной инстанции в силу ст.ст. 16, 69 АПК РФ не имеется.

Доводы заявителей со ссылкой на возникшие затруднения в деятельности общества из-за ковидных ограничений, не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку не имеют отношения к рассматриваемому спору, с учетом заявленного истцом предмета и оснований заявленных требований, основанных на ответственности ответчиков как контролирующих лиц общества, действия (бездействие) которых повлекли его исключение из ЕГРЮЛ, как недействующее юридическое лицо.

Доводы заявителей о неправомерном применении судом пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», являются несостоятельными, поскольку изменения в ст. 3 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998 в части ее дополнения п. 3.1 начали действовать с 30.07.2017. Между тем, обязанность по погашению задолженности перед истцом возникла у общества с момента утверждения Рузским городским судом Московской области мирового соглашения между сторонами, то есть с 03.02.2020.

Кроме того, предупреждение о предстоящем исключении общества из государственного реестра юридических лиц было опубликовано налоговым органом в Вестнике государственной регистрации 25.06.2020, то есть уже после внесения изменений в Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Довод жалоб о невозможности применения статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации апелляционный суд отклоняет ввиду следующих обстоятельств.

При привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в части, не противоречащей специальным положениям Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», подлежат применению общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда (Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

В силу правовой позиции, изложенной в Определении от 30.09.2019 Верховного Суда Российской Федерации № 305-ЭС16-18600 по искам (статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) о взыскании убытков с лиц, имеющих фактическую возможность определять действия юридического лица, применяется стандарт доказывания (ясные и убедительные доказательства).

В рассматриваемом случае конкретные обстоятельства (отсутствие действий, намерений по исполнению договора займа и утвержденного мирового соглашения; непредставлением в течение последних 12 месяцев документов отчетности общества), свидетельствуют о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчиков и тем, что долг перед кредитором не был погашен.

При обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями контролирующих должника лиц, истец обязан доказать сам факт причинения ему убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемым к гражданско-правовой ответственности контролирующим должника лицам.

В данном случае присутствует наличие всей совокупности обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам общества.

Вопреки доводам подателей жалоб, неверного распределения бремени доказывания судом не допущено.

Иные доводы заявителей не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие заявителей апелляционных жалоб с выводами суда первой инстанции и оценкой судом доказательств, что само по себе не может служить основанием для отмены правильного по существу судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с положениями части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

На основании вышеизложенного апелляционный суд считает, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 31 августа 2023 года по делу № А41-48854/22 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.

Председательствующий

Л.Н. Иванова

Судьи

М.Б. Беспалов

Э.С. Миришов