ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

31 июля 2025 года

Дело №А56-35890/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 31 июля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Целищевой Н.Е.

судей Балакир М.В., Сухаревской Т.С.

при ведении протокола судебного заседания секретарем Марченко С.А.,

при участии:

от истца: ФИО1 (доверенность от 01.01.2025),

от ответчиков: 1) ФИО2 (доверенность от 23.04.2025), 2) не явился, извещен,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ГКФХ ФИО3 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2025 по делу № А56-35890/2024(судья Евдошенко А.П.), принятое

по иску общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль»

к 1. индивидуальному предпринимателю ГКФХ ФИО3;

2. обществу с ограниченной ответственностью «Бор»

о взыскании,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Альфамобиль" (далее - Компания) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и и Ленинградской области с иском к индивидуальному предпринимателю ГКФХ ФИО3 и обществу с ограниченной ответственностью "БОР" (далее – Общество) о взыскании солидарно 5 498 913,76 руб. сальдо встречных обязательств в связи с расторжением договора лизинга № 17711-ИРК-22-АМ-Л от 09.08.2022.

Решением от 03.02.2025 с индивидуального предпринимателя ГКФХ ФИО3 и Общества солидарно в пользу Компании взыскано 3 938 840,96 руб. неосновательного обогащения, 42 694 руб. в возмещение расходов по оплате госпошлины; Компании из федерального бюджета возвращено 7801 руб. государственной пошлины, излишне уплаченных платежным поручением от 28.03.2024 № 22501.

Не согласившись с указанным решением, ответчик обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель Компании возражал против ее удовлетворения по мотивам, изложенным в отзыве.

Определением апелляционного суда от 16.07.2025 в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 АПК РФ ввиду нахождения судьи Изотовой С.В. в очередном отпуске в составе суда произведена замена судьи Изотовой С.В. на судью Сухаревскую Т.С.

Законность и обоснованность обжалуемого решения проверены в апелляционном порядке.

Как видно из материалов дела, Компания (лизингодатель) и предприниматель (лизингополучатель) 09.08.2022 заключили договор лизинга № 17711-ИРК-22-АМ-Л, по условиям которого лизингодатель обязался приобрести у определенного лизингополучателем поставщика в собственность предмет лизинга, предоставить его лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в договоре лизинга и Общих условиях.

В силу п. 2.2 договора лизинга предметом лизинга является автоцистерна вакуумная 4672L7-10, причем как все указанное имущество в целом, так и отдельные вещи, включая их принадлежности и составные части согласно приложению № 1 к договору лизинга.

Согласно п. 2.3 договора лизинга поставщиком предмета лизинга является общество с ограниченной ответственностью «Карьерные машины» на основании договора поставки.

Во исполнение договора лизинга истец на основании договора поставки 09.08.2022 № 17711-ИРК-22-АМ-К приобрел имущество – автоцистерну вакуумная 4672L7-10 и передал предмет лизинга во временное владение и пользование ответчику по акту приема-передачи.

В обеспечение исполнения обязательств по договору лизинга Компания и Общество заключили договор поручительства от 09.08.2022 № 17711-ИРК-22-АМ-П.

В соответствии с п. 1.1 договора лизинга условия договора лизинга изложены в тексте договора лизинга, который включает в себя приложение № 1, приложение № 2 и приложение № 3 к договору лизинга. Приложение № 3 к договору лизинга, в котором изложены Общие условия лизинга, утвержденные Приказом генерального директора Компании № 27АМ-1 от 27 декабря 2021 г. (далее - «Общие условия»), размещено на сайте лизингодателя: alfaleasing.ru. Подписывая договор лизинга лизингополучатель подтверждает, что ознакомлен с Общими условиями и согласен с ними. Все термины и определения, используемые в договоре лизинга, трактуются в соответствии с Общими условиями. Все условия, прямо не определенные в договоре лизинга, определяются в соответствии с Общими условиями лизинга.

В соответствии с п. 6.1.6 Общих условий за владение и пользование предметом лизинга в соответствии с договором лизинга лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю лизинговые платежи. Размеры лизинговых платежей определяются в графике лизинговых платежей согласно приложению № 2 к договору лизинга.

Согласно п.п. «в» п. 12.2 Общих условий лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке полностью отказаться от исполнения договора лизинга и Общих условий и потребовать возмещения причиненных убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае, если просроченная задолженность лизингополучателя по полной уплате любого лизингового платежа, предусмотренного Общими условиями и договором лизинга, превышает 15 календарных дней, независимо от того, был такой лизинговый платеж уплачен позднее, или не был уплачен.

В нарушение условий договора лизинга ответчик свои обязательства по внесению лизинговых платежей согласно графику платежей надлежащим образом не исполнил, в связи с чем истцом 05.05.2023 в адрес ответчика было направлено уведомление о досрочном расторжении договора лизинга.

Предмет лизинга был возвращен лизингополучателем лизингодателю по акту изъятия от 22.05.2023.

Как предусмотрено пунктом 12.9 Общих условий, в случае расторжения договоров и возврата предметов лизинга лизингодателю (в том числе в случае одностороннего изъятия предметов лизинга), если полученные лизингодателем от лизингополучателя лизинговые платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенных предметов лизинга меньше суммы финансирования, платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договорами, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу. При этом стороны установили, что стоимость предмета лизинга соответствует цене его реализации третьему лицу без учета НДС.

В претензии от 21.03.2024 Компания потребовала уплатить неосновательное обогащения в результате расторжения договора лизинга.

Неисполнение требований претензии в добровольном порядке послужило поводом для обращения Компании в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в части.

Проверив в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального права и соблюдение норм процессуального права, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

В силу пункта 1 статьи 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату); порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно пункту 2 статьи 13 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон № 164-ФЗ) лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, Законом № 164-ФЗ и договором лизинга. В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, страхование и транспортировку, несет лизингополучатель.

В пункте 3.1 Постановления № 17 разъяснено, что расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков (статья 15 ГК РФ), а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Согласно пункту 3.4 Постановления № 17 размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

В соответствии с пунктом 3.5 Постановления № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора по формуле, приведенной в примечании к данному пункту.

В соответствии с пунктом 4 Постановления № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент возврата и исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга, при условии его продажи в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом принимаются во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

Согласно пункту 4 Постановления № 17 стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порче предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю) исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга, либо на основании отчета оценщика.

При этом сумма продажи, полученная лизингодателем от реализации изъятого имущества, имеет приоритетное значение для целей расчета сальдо встречных обязательств, так как именно указанная сумма свидетельствует о размерах фактического возврата предоставленного финансирования в денежной форме, что подтверждается сложившейся судебной практикой.

Суд первой инстанции, приняв во внимание, что по смыслу пункта 3.5 Постановления № 17 приведенная в данном пункте формула не подлежит применению в том случае, если стороны прямо определили в договоре или приложениях к нему ставку платы за финансирование и порядок расчета, то есть формулу расчета такой платы, правомерно применил при расчете сальдо формулу расчета размера платы за предоставленное лизингополучателю финансирование, приведенную в п. 12.9 Общих условий, в соответствии с которым плата за предоставленное финансирование по договору лизинга выражается в процентах годовых и начисляется на остаток непогашенного финансирования.

С учетом изложенного плата за финансирование, рассчитанная с 17.08.2022 по 19.07.2023, составила 1 206 403,71 руб.

Согласно сведениям, предоставленным лизингодателем, изъятый у предпринимателя предмет лизинга был реализован по договору купли-продажи от 19.07.2023 № 17711-ИРК-22-АМ-Р по цене 3 055 000 руб., включая НДС по ставке 20% – 509 166,67 руб.

Между тем при расчете суммы предоставления лизингополучателя Компанией указана стоимость возвращенного имущества без учета НДС – 2 545 833,33 руб.

Стоимость предмета лизинга по договору лизинга была определена в размере 7 200 000 руб., включая НДС по ставке 20%.

Выполнение такого расчета Компания обосновывает условиями пункта 12.9 Общих условий, согласно которому стороны установили, что стоимость предмета лизинга соответствует цене его реализации третьему лицу без учета НДС.

Суд первой инстанции согласился с расчетом сальдо Компании в названной части.

Вместе с тем судом первой инстанции не учтено следующее.

Как указано в связи с этим в пункте 2 Постановления № 17, в договоре выкупного лизинга имущественный интерес лизингодателя заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, а имущественный интерес лизингополучателя - в приобретении предмета лизинга в собственность за счет средств, предоставленных лизингодателем, и при его содействии. Приобретение лизингодателем права собственности на предмет лизинга служит для него обеспечением обязательств лизингополучателя по уплате установленных договором платежей, а также гарантией возврата вложенного.

В свою очередь, посредством внесения лизинговых платежей лизингополучатель осуществляет возврат предоставленного ему финансирования (возмещает закупочную цену предмета лизинга в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.) и вносит плату за пользование финансированием, определяемую, как правило, в процентах годовых на размер финансирования либо расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга и размером финансирования (пункты 3.4 - 3.5 Постановления N 17).

Приведенные данные свидетельствуют, что Компанией при определении предоставления предпринимателю сумма НДС в расчетах учитывалась, а при определении предоставления предпринимателем - не учитывалась.

С учетом установленной законом обязанности сторон действовать добросовестно при исполнении обязательства и после его прекращения (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 ГК РФ) при реализации предмета лизинга должны быть приняты меры, необходимые для получения наибольшей выручки от его продажи и обеспечения возврата финансирования за счет переданного по договору лизинга имущества (пункт 1 статьи 6, абзац третий пункта 1 статьи 349 ГК РФ).

Такой правовой подход изложен Судебной коллегией в определениях от 19 мая 2022 г. N 305-ЭС21-28851, от 25 октября 2022 г. N 308-ЭС21-16199.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 1, пункта 1 статьи 421 ГК РФ свобода договора предполагает предоставление участникам гражданского оборота возможности по своему взаимному усмотрению решать, заключать или не заключать договор, выбирать вид заключаемого договора, определять его условия.

Свобода договора призвана гарантировать его сторонам, в особенности участникам предпринимательской или иной экономической деятельности, что договор будет исполняться на согласованных условиях, чем обеспечивается стабильность гражданского оборота и предсказуемость правового положения его участников.

В то же время свобода договора не является абсолютной и имеет свои пределы, которые обусловлены, в том числе недопущением грубого нарушения баланса интересов участников правоотношений. Пределы свободы договора определяются, в частности, требованием добросовестности, соблюдение которого позволяет отграничить свободу от произвола.

Применение сформулированного при заключении договора условия, даже если оно считалось разумным на момент совершения сделки, может привести к явно несправедливым последствиям в конкретной ситуации, являющейся предметом судебного разбирательства.

Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 N 16 "О свободе договора и ее пределах", сторона договора в случае существенного нарушения баланса интересов сторон вправе на основании статьи 10 ГК РФ заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной (то есть оказалась слабой стороной договора).

Таким образом, при наличии возражений слабой стороны относительно применения явно обременительных для нее условий договора, например, условий, касающихся одностороннего отказа от исполнения обязательства, уплаты несоразмерных компенсаций и неустоек, необоснованного ограничения или исключения ответственности, иных необоснованных с экономической точки зрения условий, суд не вправе отклонить эти возражения только по той причине, что при заключении договора в отношении спорного условия они не были высказаны.

Если спорное условие договора явно нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для экономически слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора, не обосновала его разумность, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 ГК РФ в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства (определения Судебной коллегии от 10 октября 2023 г. N 305-ЭС23-12470, от 29 июня 2023 г. N 307-ЭС23-5453 и др.).

Поскольку условия договора лизинга разработаны Компанией, являющейся профессиональным участником оборота в сфере лизинга, предполагается, что спорное договорное условие установлено по ее инициативе, а у лизингополучателя отсутствовала возможность оказать реальное влияние на определение условий договора. В материалы дела со стороны Компании не представлены доказательства обратного, в том числе преддоговорная переписка, результаты переговоров относительно Общих условий лизинга.

Суд первой инстанции указал, что стороны конкретизировали порядок определения стоимости возвращенного предмета лизинга при расчете сальдо встречных обязательств, с целью реализации результата лизингового приближения сальдо к реальной финансовой операции за счет учета такого фактора как дополнительные налоговые издержки лизингодателя; указанные условия не регулируют возложение необходимости уплаты налога на сторону лизингополучателя, а регулируют порядок расчета сальдо.

Вместе с тем в силу пункта 1 статьи 28 Закона № 164-ФЗ в общую сумму платежей по договору лизинга за весь срок действия договора входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя.

В случае надлежащего исполнения договора лизинга лизинговая компания должна была уплатить налоги с выручки, полученной в виде лизинговых платежей, общий размер которых согласно пункту 1 статьи 28 Закона № 164-ФЗ покрывает как стоимость предмета лизинга, так и вознаграждение лизинговой компании, при этом подлежащие получению лизинговые платежи по мере их начисления согласно пункту 2 статьи 153 и пункту 1 статьи 167 Налогового кодекса Российской Федерации облагались бы НДС у лизингодателя.

Анализ названных выше положений позволяет прийти к выводу, что по общему правилу издержки лизингодателя, возникающие в связи с необходимостью уплаты НДС при получении положительного финансового результата (прибыли) от исполнения договора лизинга, учитываются в финансовых параметрах договора лизинга при его заключении и не требуют дополнительной компенсации со стороны лизингополучателя в случае расторжения договора.

Договорное условие, установленное в интересах лизинговой компании как профессионального участника оборота, которым предусмотрено исключение НДС из стоимости возвращенного предмета лизинга, не подлежит применению судом, поскольку оно несправедливо обременяет лизингополучателя, приводя к искусственному уменьшению величины его встречного предоставления при определении завершающей договорной обязанности.

Изложенное согласуется с правовой позицией, выраженной в пункте 22 Обзора судебной практики по лизингу и в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 13 февраля 2024 г. N 305-ЭС23-18327, от 18 февраля 2022 г. N 305-ЭС21-20354.

В рассматриваемом деле лизингодатель с целью исключения убытков в виде уплаты в бюджет НДС от стоимости реализованного имущества предлагает к расчету сальдо цену товара за вычетом налога, что приводит к убыткам на стороне лизингополучателя, противоречит порядку определения цены товара и изложенному выше подходу Верховного Суда Российской Федерации.

Принимая во внимание возражения предпринимателя относительно применения пункта 12.9 Общих условий в соответствующей части, как несправедливого договорного условия, расчет сальдо с исключением НДС из выручки от продажи предмета лизинга не может быть признан правомерным.

Таким образом, для определения сальдо встречных предоставлений подлежит учету стоимость предмета лизинга в размере 3 055 000 руб., включая НДС по ставке 20%.

Также суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии в рассматриваемом случае оснований для снижения суммы неустойки в порядке ст. 333 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательства и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств независимо от того, является неустойка законной или договорной.

При этом в отношениях, связанных с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии соответствующего волеизъявления со стороны ответчика.

Согласно пункту 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - Постановление N 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 72 Постановления N 7 указано, что заявление ответчика о применении положений статьи 333 ГК РФ может быть сделано исключительно при рассмотрении дела судом первой инстанции или судом апелляционной инстанции в случае, если он перешел к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции (часть 5 статьи 330, статья 387 ГПК РФ, часть 6.1 статьи 268, часть 1 статьи 286 АПК РФ). Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 ГК РФ) размер неустойки может быть снижен судом на основании статьи 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика, поданного суду первой инстанции или апелляционной инстанции, если последней дело рассматривалось по правилам рассмотрения дела в суде первой инстанции.

В настоящем деле отсутствуют сведения, подтверждающие, что предприниматель или Общество при рассмотрении дела в суде первой инстанции заявляли ходатайство о снижении размера подлежащей взысканию неустойки на основании статьи 333 ГК РФ.

Поскольку материалами дела подтверждено отсутствие заявления ответчиков о снижении размера неустойки как в письменной, так и в устной форме, с учетом изложенного следует признать, что у суда первой инстанции не имелось оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ.

В связи с изложенным довод апелляционной жалобы о несоразмерности суммы неустойки при расчете сальдо встречных обязательств (310 740,43 руб.) последствиям нарушения предпринимателем обязательств не может быть признан обоснованным.

Также судом первой инстанции указано на то, что истец обоснованно включил в расчет сальдо расходы лизингодателя в виде реально понесенных и документально подтвержденных расходов на хранение, страхование, транспортировку, оценку изъятого имущества изъятого имущества, что не противоречит пункту 3.6 Постановления № 17.

При расчете сальдо судом также обоснованно учтено страховое возмещение в размере 1 571 472,80 руб., поступившее 26.07.2023 по полису Z6917/046/0008759/22.

На основании статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

В силу пункта 1 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства (пункт 2 статьи 363 ГК РФ).

В соответствии с правилами статей 322 и 323 ГГК РФ солидарная обязанность возникает из договора или закона и при этом кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников.

По смыслу статей 363, 323, 309 ГК РФ наличие поручительства не освобождает основного должника от ответственности, кредитор вправе предъявить иск либо к должнику, либо к поручителю, либо к тому и другому одновременно.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции, приняв во внимание заключенный компанией и Обществом договор поручительства от 09.08.2022 №17711-ИРК-22-АМ-П, правомерно взыскал неосновательное обогащение с ответчиков солидарно.

Поскольку вывод суда первой инстанции о том, что расчет сальдо должен производиться с исключением НДС из выручки от продажи предмета лизинга, не может быть признан правомерным, сумма сальдо встречных обязательств (с учетом указания в качестве стоимости возвращенного имущества 3 055 000 руб., включая НДС по ставке 20%) составит 3 426 035,66 руб.

При таком положении решение суда первой инстанции от 03.02.2025 подлежит изменению в части суммы неосновательного обогащения, подлежащей взысканию с ответчиков солидарно, и соответствующего распределения между сторонами судебных расходов.

Иные доводы предпринимателя не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения апелляционной жалобы.

Нарушений или неправильного применения норм процессуального права, в том числе являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием к отмене обжалуемого судебного акта, судом первой инстанции также не допущено.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной, кассационной жалобы, распределяются по правилам, установленным этой статьей (часть 5 той же статьи).

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 03.02.2025 по делу № А56-35890/2024 изменить, изложив резолютивную часть решения в следующей редакции.

Взыскать солидарно с индивидуального предпринимателя ФИО4 крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 (ИНН <***>) и общества с ограниченной ответственностью "БОР" (ИНН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ИНН <***>) 3 426 035,66 руб. неосновательного обогащения, а также 31 460 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

В остальной части в иске отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ИНН <***>) из федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины, излишне уплаченной платежным поручением от 28.03.2024 № 22501.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО4 крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 3769 руб. в возмещение расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО4 крестьянского фермерского хозяйства ФИО3 из федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины, уплаченных платежным поручением от 03.03.2025 № 17.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Е. Целищева

Судьи

М.В. Балакир

Т.С. Сухаревская