Пятый арбитражный апелляционный суд
ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001 www.5aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Владивосток Дело № А51-22776/2022
08 сентября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 01 сентября 2025 года.
Постановление в полном объеме изготовлено 08 сентября 2025 года. Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего М.Н. Гарбуза, судей Т.В. Рева, Д.А. Глебова,
при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,
рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,
апелляционное производство № 05АП-3449/2025 на определение от 20.06.2025 судьи А.А. Мусориной
по делу № А51-22776/2022 Арбитражного суда Приморского края
заявление финансового управляющего ФИО2 об оспаривании сделки,
по делу по заявлению акционерного общества «Дальневосточная энергетическая управляющая компания - ЕНЭС» (ИНН <***>, ОГРН <***>; правопреемник публичное акционерное общество «Федеральная сетевая компания - Россети»(ИНН <***> ОГРН <***>, 121353, <...>) к ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., адрес: <...>) о признании его несостоятельным (банкротом),
при участии: ФИО1 (лично, с опозданием, в режиме веб-конференции), паспорт;
от ПАО «Россети»: представитель ФИО4 по доверенности от 19.02.2024 сроком действия до 31.12.2025, паспорт (до и посте перерыва).
иные лица, участвующие в деле, не явились,
УСТАНОВИЛ:
Акционерное общество «Дальневосточная энергетическая управляющая компания – ЕНЭС» (далее – АО «ДВЭУК – ЕНЭС», кредитор, заявитель) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО3 (далее – должник) несостоятельным (банкротом).
Определением суда от 27.12.2022 заявление кредитора принято к производству, назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.
Определением суда от 30.03.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2.
Решением суда от 25.07.2023 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО2
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника 03.11.2023 финансовый управляющий обратился в суд с заявлением о признании недействительной сделки - договора купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, заключенного между должником и ФИО1 (покупатель), взыскании с покупателя в конкурсную массу должника денежные средства в размере 2 000 000 руб. (с учетом уточнения от 10.06.2025, том 3 л.д. 19-22).
Определением суда от 20.06.2025 заявление финансового управляющего удовлетворено, признан недействительным договор купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, применены последствия недействительности сделки, со ФИО1 в конкурсную массу должника взысканы денежные средства в размере 2 000 000 руб.; с покупателя в доход федерального бюджета взыскано 6 000 руб. государственной пошлины по заявлению об оспаривании сделки и 3 000 руб. государственной пошлины по заявлению об обеспечении иска.
Не согласившись с вынесенным судебным актом, ФИО1 обратился в суд с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить в полном объеме, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование жалобы привел доводы о возмездном характере сделки, ссылаясь на ее возмездный характер, что подтверждено распиской от 20.04.2021. Указал, что денежные средства в сумме 2 000 000 руб. частично предоставлены его отцом за счет кредитного договора от 24.04.2021
№ 625/0056-0542552. Оспорил вывод суда первой инстанции о зависимости ФИО1 по отношению к должнику. Обратил внимание на номинальную роль ФИО3 в деятельности ООО «Приморская событийная компания», отрицательные экономические показатели организации, а также на наличие реального имущественного конфликта между ФИО5 (мать ФИО1) и ФИО3 Считал, что факт оплаты ФИО5 обучения ФИО1 не является доказательством зависимости.
По тексту жалобы привел доводы о не исследовании и не установлении факта осведомленности ФИО1 о банкротстве должника. Выразил несогласие с применением судом первой инстанции последствий недействительности сделки в виде взыскания с него денежных средств в размере 2 000 000 руб., поскольку полагал, что указанные последствия не приведут к восстановлению имущественных прав должника в связи с отсутствием какого-либо ликвидного имущества у ФИО1
Указал на процессуальные нарушения, допущенные судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта: не истребование кредитного договора от 24.04.2021 № 625/0056-0542552; отказе от вызова и допроса лиц; не разрешении вопроса о возможном виндикационном истребовании имущества у конечного приобретателя.
Апеллянт ссылался на нарушение права на защиту при принятии и рассмотрения уточненных требований финансового управляющего. Обратил внимание, что заявленные уточнения рассмотрены судом первой инстанции в судебном заседании 10.06.2025, в то время как получены ФИО1 17.06.2025, при этом отзыв ответчика был подготовлен 01.12.2023 в ответ на первоначальное заявление финансового управляющего. Отметил, что в последующем финансовый управляющий уточнил заявление, в котором просил признать недействительными все три сделки в цепочке отчуждения автомобиля и просил вернуть транспортное средство в конкурную массу. Ссылался на то, что официального отказа от требований к ФИО6 и ФИО7, как к ответчикам не последовало. Полагал, что суд первой инстанции не констатировав отказ от требований и не давая этому факту никакой оценки, вышел за пределы спора и самостоятельно провел правовую оценку сделок, заключенных между ФИО6, ФИО8 и ФИО7, фактически освободил их от ответственности, хотя такие требования были заявлены изначально, не дал надлежащей оценки позиции финансового управляющего в ее изменившемся виде и не мотивировал по каким основаниям произведено взыскание денежных средств со ФИО1 и вся ответственность была возложена на него.
К судебному заседанию через канцелярию суда от финансового управляющего ФИО3, ПАО «Россети» поступили письменные отзывы на апелляционную жалобу, которые в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщены к материалам дела.
В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы апелляционной жалобы. Определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе, ответил на вопросы суда.
Представитель ПАО «Россети» поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу. Обжалуемое определение считал законным и обоснованным, просил оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статей 121, 123, 156 АПК РФ, пункта 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.02.2011 № 12 рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие.
Суд, посовещавшись на месте, руководствуясь статьями 163, 184, 185 АПК РФ, определил объявить перерыв в судебном заседании до 01.09.2025 до 13 часов 05 минут.
Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на официальном сайте суда информации о времени и месте продолжения судебного заседания.
После перерыва судебное заседание продолжено 01.09.2025 в 13 часов 12 минут с использованием системы веб-конференции в том же составе суда, при ведении протокола судебного заседания тем же секретарем, при участи ФИО1
Иные лица, участвующие в деле, после перерыва не явились, что в силу части 5 статьи 163 АПК РФ не препятствовало дальнейшему рассмотрению жалобы.
ФИО1 поддержал озвученную до объявления перерыва в судебном заседании правовую позицию по настоящему спору.
За время перерыва через канцелярию суда от ФИО1 поступил второй экземпляр апелляционной жалобы, которая приобщен к материалам дела в порядке статьи 81 АПК РФ.
Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзывов на нее, заслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта.
Коллегией из материалов дела усматривается, что финансовым управляющим в результате анализа полученной информации, в частности, ответа УМВД России по Приморскому краю (поступил в арбитражный суд 14.06.2023 вх. № 130682) установлено, что между должником и ФИО1 заключен договор купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, по условиям которого должник продает покупателю транспортное средство TOYOTA LAND CRUISER PRADO GRJI50L-GKAEKW 2010 г.в., а покупатель оплачивает за него 2 000 000 руб.
Полагая, что договор купли-продажи автомобиля направлен на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, что соответствует условиям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) финансовый управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.
При этом в материалах дела доказательства передачи покупателем должнику денежных средств в размере 2 000 000 руб. отсутствуют. Кроме того, отсутствуют доказательства финансовой возможности покупателя передать должнику денежные средства в указанном размере. В связи с отсутствием доказательств оплаты по договору купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, финансовый управляющий посчитал указанную сделку безвозмездной.
В последующем между ФИО1 и ФИО6 03.12.2021 заключен договор купли-продажи автомобиля, по условиям которого продавец продает покупателю транспортное средство TOYOTA LAND CRUISER PRADO GRJI50L-GKAEKW 2010 г.в., а ФИО6 оплачивает за него 10 000 руб.
Финансовый управляющий обратил внимание суда на существенное изменение стоимости имущества с 2 000 000 руб. до 10 000 руб., отсутствие в материалах дела доказательств оплаты.
Также между ФИО6 и ФИО9 16.05.2022 заключен договор купли-продажи автомобиля, по условиям данного договора ФИО6 продает ФИО9 транспортное средство TOYOTA LAND CRUISER PRADO GRJI50L-GKAEKW 2010 г.в., а ФИО9 оплачивает за него 10 000 руб.
С учетом изложенного, финансовый управляющий направил в арбитражный суд уточнения, согласно которым финансовый управляющий просил:
1. признать недействительной сделкой - договор купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО1
2. признать недействительной сделкой - договор купли-продажи автомобиля от 03.12.2021, заключенный между ФИО1 и ФИО6
3. признать недействительной сделкой договор купли-продажи автомобиля от 16.05.2022, заключенный между ФИО6 и ФИО7 (в договоре Гвоздевой) Н.А.
4. применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО3 транспортного средства TOYOTA LAND CRUISER PRADO GRJI50L-GKAEKW 2010 г.в.
Данные уточнения приняты судом определением от 22.04.2024.
С учетом предоставленных в материалы дела документов, финансовый управляющий 10.06.2025 уточнил требования, просил признать недействительной сделкой - договор купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, заключенный между ФИО3 и ФИО1; взыскать со ФИО1 денежные средства в размере 2 000 000 руб. Уточнения приняты судом в порядке статьи 49 АПК РФ.
Дела о банкротстве граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.
Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.
Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.
Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий наделен правом подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением настоящего Федерального закона.
В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.
Как разъяснил Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в пункте 1 постановления от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством РФ, процессуальным законодательством РФ и другими отраслями законодательства РФ, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.
Как отмечено выше, в качестве основания оспаривания сделки финансовым управляющим указан пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.
Возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка) установлена пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:
стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;
должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;
после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.
Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.
Оспариваемая сделка (договор купли-продажи от 20.04.2021) совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (27.12.2022), то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем при наличии предусмотренных законом условий данная сделка может быть признана недействительной по названному основанию.
Согласно пункту 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.
В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.
При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.
Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.
При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).
На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).
Статья 19 Закона о банкротстве определяет круг заинтересованных лиц по отношению к должнику.
Правилами пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.
Пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.
Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные
организации): являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.
Коллегия согласилась с выводом суда первой инстанции о доказанности осведомленности ФИО1 о наличии у должника признаков банкротства, поскольку стороны договора являются заинтересованными лицами.
Из материалов дела усматривается, что оспариваемая сделка была совершена с целью вывода активов должника в пользу заинтересованного лица ФИО1 при наличии крупной просроченной кредиторской задолженности. По материалам дела судом установлено, что между должником и ФИО5 22.04.2011 заключен брак. ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) является сыном ФИО10 от предыдущего брака, то есть сделка заключена аффилированным лицом.
Апелляционным судом из информации по настоящему делу о признании должника банкротом, размещенной в свободном доступе в «Картотеке арбитражных дел» (https://kad.arbitr.ru), установлено наличие задолженности ФИО3 перед ФНС России в размере 244 116,83 руб. (определение от 14.06.2023); ПАО «Сбербанк России» в размере 842 058,71 руб. (определение от 14.06.2023); ПАО Банк ВТБ в размере 291 487,74 руб. (определение 14.06.2023); ПАО «Россети» (правопреемник АО «ДВЭУК-ЕНЭС» в размере 2 919 044,55 руб. (определение от 30.03.2023); ПАО «Росбанк» в размере 501 184,74 руб. (определение от 14.06.2023); АО «ДВЭУК-ГенерацияСети» в размере 2 651 131,81 руб. (определение от 17.05.2023).
Изложенные обстоятельства позволили апелляционному суду сделать вывод о том, что при наличии родственных отношений между ФИО3 и ФИО1, ответчик не мог не обладать информацией о финансовом состоянии должника, свидетельствующем о его неплатежеспособности, в связи со значительной задолженностью перед кредиторами.
Исходя из буквального толкования нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, осведомленность ответчика о неплатежеспособности должника, о наличии задолженности по обязательным платежам, перед кредитными организациями и иными кредиторами в значительном размере и о том, что продажа транспортного средства совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, предполагается и не требует дальнейшего доказывания.
При этом, как верно отмечено судом первой инстанции, аффилированность лиц не является безусловным основанием для признания сделки недействительной.
Вместе с тем, поскольку ФИО1 является заинтересованным лицом по отношению к должнику в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве, а именно пасынком (сын супруги должника), на такое лицо возлагается повышенный стандарт доказывания.
Возражая в отношении заявленного требования, ответчик ссылался на то, что
денежные средства в сумме 2 000 000 руб. переданы по расписке (приобщена 29.11.2023); источник денежных средств: личные средства ответчика и средства его отца ФИО11 (кредитный договор с ПАО Сбербанк от 24.04.2021 № 625/0056- 0542552); о продаже спорного автомобиля ответчик узнал от отца - ФИО11; автомобиль перешел в полную собственность ответчика, который пользовался им до 03.12.2021, после чего продал ФИО6 (приобщен 29.11.2023); ФИО1 и ФИО6 до момента продажи спорного автомобиля не были знакомы; о дальнейшей судьбе автомобиля ответчику не было известно; должник и его мать поженились в 2011 году; однако с 2011 года (с момента поступления в МГУ им. Г.И. Невельского) ответчик проживал самостоятельно, о жизни должника не осведомлен, был близок со своим отцом, погибшим в ходе СВО в Украине, воспитывался им. Ответчик считал себя не заинтересованным по отношению к должнику лицом; датой начала возникновения признаков
неплатежеспособности у должника считал 18.11.2021; оспаривал наличие на дату совершения сделки признаков неплатежеспособности у должника; полагал, что основания для признания сделки недействительной не имеется.
Указанные доводы ответчика обоснованно отклонены первой инстанции, поскольку опровергаются материалами дела.
По материалам дела судом первой инстанции установлено, что 12.03.2019 Судебной коллегией по гражданским делам Приморского краевого суда по делу № 33-2368/2019 принято апелляционное определение, из текста которого следует, что ФИО1 обучался в МГУ им. Г.И. Невельского на платной основе, заказчиком услуг и плательщиком выступала его мать - ФИО5 (документ имеется в свободном доступе в сети Интернет).
В материалы дела по иному обособленному спору по заявлению ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов задолженности по алиментам представлены сведения от ООО «Приморская событийная компания», что ФИО3 являлся директором названной компании с 02.10.2015 по 17.10.2022 (подтверждено: приказами о приеме на работу от 02.10.2015 № 1, о прекращении трудового договора с работником от 17.10.2022 № 4), а ФИО5 (мать ответчика) с 2015 года являлась учредителем ООО «Приморская событийная компания».
Таким образом, доводы ответчика о неосведомленности о жизни должника опровергаются материалами дела, свидетельствующими не только о наличии семейных, но и деловых отношений между должником и ответчиком.
Кроме того, ФИО3 и ФИО5 (мать ответчика) были допущены ФИО1 к управлению спорным транспортным средством, что подтверждается полисом Альфа Страхование от 03.05.2021 № XXX 0171502605 (том 2 л.д. 87-88).
Приведенные обстоятельства очевидно свидетельствуют о том, что должник и мать ответчика после продажи спорного автомобиля имели возможность управлять автомобилем и распоряжаться им. Изложенное подтверждает, что должник и ответчик состояли в близких родственных отношениях.
В обоснование наличия у ответчика финансовой возможности оплатить приобретенный автомобиль покупатель представил в материалы дела расписку от 20.04.2021 (том 1 л.д. 30), согласно которой денежные средства в сумме 2 000 000 руб. переданы должнику в счет оплаты за спорное транспортное средство.
Коллегия критически относится к доводам ответчика о наличии у него финансовой возможности произвести расчет по сделке, поскольку доход ФИО1 за период с 2018 года по март 2021 года составил 340 952,58 руб., что подтверждено ответом ОСФР по Приморскому краю от 20.05.2025 № ТП-7601-13/31417-К (том 2 л.д. 143-146), ответом Межрайонной ИФНС России № 10 по Приморскому краю от 20.05.2025 № 2.11-34/11922 дсп (том 2 л.д. 127-135). Более того, из названного ответа налогового органа усматривается, что ФИО1 деклараций по форме 3-НДФЛ в инспекцию не подавал, что свидетельствует об отсутствии иных доходов ответчика с 01.01.2018 по 20.04.2021.
Доводы ответчика о наличии финансовой возможности произвести расчет по сделке опровергаются, в том числе, и иными доказательствами, приобщенными к материалам дела, в частности: выпиской из Единого государственного реестра недвижимого имущества от 06.05.2025 № КУВИ-001/2025—100915227 (том 2 л.д. 111); ответом УМВД России по Приморскому краю от 13.05.2025 № 49-1824 (том 2 л.д. 121) согласно которых в период с 01.01.2018 и до даты совершения оспариваемой сделки ответчик сделок с недвижимым имуществом и транспортными средствами не совершал.
Кроме того, согласно ответу УМВД России по Приморскому краю от 13.05.2025
№ 49-1824 (том 2 л.д. 121) в период с 01.01.2018 по 20.04.2021 (дата совершения оспариваемой сделки) за ФИО1 транспортные средства не регистрировались.
С учетом изложенного, вывод суда первой инстанции об отсутствии финансовой возможности ответчика произвести расчет по сделке является правильным и подтвержден предоставленными в дело доказательствами, которые участвующими в деле лицами не оспорены, не опровергнуты, недействительными не признаны.
Доводы апеллянта о наличии финансовой возможности произвести расчет по сделке со ссылкой на кредитный договор с ПАО Сбербанк от 24.04.2021 № 625/0056-0542552, коллегией отклоняется, поскольку указанный договор не был представлен суду первой инстанции и, более того, заключен позднее даты составления расписки - 24.04.2021 (расписка от 20.04.2021). Таким образом, названный договор не является доказательством наличия финансовой возможности ответчика осуществить расчет по оспариваемой сделке на дату ее совершения, поскольку он заключен позже даты составления расписки и даты совершения оспариваемой сделки.
Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказывать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений, а арбитражному суду предписывает оценивать эти доказательства (в том числе их взаимную связь в совокупности) по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и отражать результаты оценки доказательств в судебном акте (статьи 8, 9, 65, 71 АПК РФ).
Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, спектр которых достаточно широк; обязаны своевременно представлять доказательства в подтверждение своих доводов и несут риск наступления последствий несовершения соответствующих процессуальных действий (часть 2 статьи 9, часть 2 статьи 41, часть 3 статьи 65 АПК РФ).
В соответствии с принципом диспозитивности, присущим судопроизводству в арбитражных судах, арбитражные правоотношения возникают и развиваются, главным образом по инициативе лиц, участвующих в деле.
В этой связи, по общему правилу добросовестное лицо, ознакомившись с доводами о признании сделки недействительной, спешит раскрыть свои документы и представить объяснения относительно совершенной сделки.
Из материалов дела коллегией усматривается, что суд первой инстанции просил ФИО1 определениями от 04.12.2023, 01.04.2025 подтвердить документально финансовую состоятельность, однако в материалы дела были представлены только письменные пояснения без документального подтверждения, доводы которых расходятся с представленными в материалы документами.
Поддерживая выводы суда первой инстанции, апелляционная коллегия отмечает, что поскольку заявление об оспаривании сделки принято к производству 09.11.2023, более 1,5 лет производства по обособленному спору является достаточным временем для предоставления всех возможных документов, обосновывающих собственную позицию по финансовой состоятельности.
С учетом изложенного, при таких обстоятельствах не имеется оснований полагать, что ответчиком выполнен повышенный стандарт доказывания юридически значимых обстоятельств по делу. Разумные сомнения относительно факта передачи денежных средств не устранены.
Как верно отмечено судом первой инстанции, безвозмездная передача имущества должника ответчику свидетельствует о том, что имущественным правам кредиторов должника причинен вред.
Поскольку в результате совершения оспариваемой сделки произошло безвозмездное отчуждение принадлежащего должнику ликвидного имущества в пользу аффилированного лица - ФИО1, суд первой инстанции обоснованно признал недействительной сделкой - договор купли-продажи автомобиля от 20.04.2021, заключенный между должником и ответчиком.
Относительно последующих сделок по реализации транспортного средства, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.
Из материалов дела усматривается, что ФИО6, ФИО8, ФИО7 не являются заинтересованными по отношению к должнику лицами; документов, подтверждающих заинтересованность ФИО1 по отношению к ФИО6, ФИО8, ФИО7 не имеется; в этой связи к ФИО6, ФИО8, ФИО7 не применим повышенный стандарт доказывания.
При продаже автомобиля физическими лицами формальное указание в договоре его цены в размере 10 000 руб., которая, как правило, кратно отличается от реальной цены сделки, зачастую производится в целях ухода от налогообложения, является обычной практикой, сложившейся в Дальневосточном регионе, что является общеизвестным фактом (часть 1 статьи 69 АПК РФ), а потому представление в органы Государственной инспекции безопасности дорожного движения договора купли-продажи автомобиля с указанием цены его продажи в размере 10 000 руб., согласно сложившимся обычаям гражданского оборота в сфере купли-продажи бывших в употреблении транспортных средств между гражданами, само по себе не подтверждает отсутствие между участниками сделки иных расчетов.
В рассматриваемом случае сторонами договора выступили физические лица, которые при покупке транспортных средств исходят из личных нужд. В такой сделке, при недоказанности взаимосвязи между продавцом и покупателем и наличия у них намерения вывести имущество с целью недопущения обращения взыскания на него, презюмируется основанная на статье 1 ГК РФ добросовестность участников гражданского оборота и совершение ими действий с целью достижения обычных в этих взаимоотношениях целей: для продавца - реализовать имущество за максимально возможную в условиях текущего спроса цену, для покупателя - приобрести имущество с максимально возможным снижением от цены предложения.
Каких-либо мотивов, позволяющих усомниться в намерении продавца ФИО6, ФИО8 получить от реализации имущества его рыночную стоимость, а также позволяющих признать договор совершенным без получения встречного исполнения, не приведено и соответствующих тому доказательств не представлено.
Фактически договоры (кроме договора от 20.04.2021) заключены и исполнены, автомобиль переходил от собственника к собственнику, производилась перерегистрация имущества на нового собственника. Указанные факты подтверждаются сведениями РСА, ГИБДД, платежными документами, выписками по счетам, пояснениями ответчиков, сведениями с ДРОМ.
С учетом изложенного, учитывая совершение сделок между независимыми участниками гражданского оборота, оснований считать, что ФИО6, ФИО8, ФИО7 не исполнили обязанность по оплате за транспортное средство рыночной стоимости, у суда не имеется.
Следовательно, как верно отмечено судом первой инстанции, договоры заключены с лицами (ФИО6, ФИО8, ФИО7), не связанными с должником и его пасынком, оспариваемые сделки являлись обычными для гражданского оборота, при фактической оплате за каждый спорный автомобиль по 10 000 руб., указанное не свидетельствует о том, что при приобретении спорных автомобилей ФИО6, ФИО8, ФИО7 не произвели равноценное встречное исполнение по сделкам, а при их совершении преследовали противоправную цель причинения вреда кредиторам должника, суд пришел к выводу о недоказанности совершения сделок (от 03.12.2021, 12.12.2021, 16.05.2022) с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и, соответственно, осведомленности ответчиков о подобной цели, то есть и об отсутствии оснований для признаний сделок недействительными на основании положений Закона о банкротстве.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам, установленным статьей 71 АПК РФ, апелляционный суд не усматривает оснований для иных выводов.
Согласно части 2 статьи 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед
должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.
Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.
Если сделка, признанная в порядке главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки (пункт 29 Постановления № 63).
Таким образом, принимая во внимание, что спорное имущество из владения ответчика выбыло, а последующие приобретатели транспортного средства являлись добросовестными покупателями, принимая во внимание стоимость спорного транспортного средства, указанную ФИО1 в расписке и указанную в объявлении о продаже транспортного средства на сайте Дром, в порядке применения последствий недействительности сделки суд первой инстанции правомерно взыскал со ФИО1 в конкурсную массу должника денежные средства в сумме 2 000 000 руб.
Доводы апеллянта о нарушении его права на судебную защиту вследствие принятия судом первой инстанции уточненных требований финансового управляющего 10.06.2025 – непосредственно в последнем судебном заседании коллегией отклоняются в силу следующего.
Как следует из содержания уточнения к заявлению о признании сделок недействительными от 09.06.2025 финансовый управляющий уточнил ранее заявленные требования, а именно, уточнил испрашиваемые последствия недействительности сделки - просил вместо ранее заявленного требования о возврате спорного автомобиля в конкурсную массу взыскать ее стоимость с ответчика в денежном эквиваленте.
Принимая уточнение требований конкурсного управляющего, суд первой инстанции правомерно пришел выводу о том, что в нем не содержатся новые обстоятельства и факты, которые не исследовались ранее, а лишь изменен объем требований о применении последствий недействительности оспариваемой сделки.
Вместе с тем, вопреки доводам апеллянта, реализация судом первой инстанции своего процессуального права на применение последствий недействительности сделки обусловлена не только последней редакцией требований финансового управляющего, уточненных и принятых 10.06.2025 в порядке статьи 49 АПК РФ, но и положениями статей 166-168 ГК РФ, а также разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».
По существу, доводы поданной апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции об обстоятельствах дела и направлены на изменение данной судом оценки доказательств.
Принимая во внимание изложенное апелляционный суд считает, что в рассматриваемом случае судом первой инстанции верно установлены обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для его разрешения, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы сделаны исходя из конкретных обстоятельств спора, соответствуют установленным фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, основаны на правильном применении норм права, регулирующих спорные отношения.
Доводы апеллянта подлежат отклонению по основаниям, указанным выше в мотивировочной части настоящего постановления.
Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта по основаниям, установленным частью 4 статьи 270 АПК РФ, апелляционной инстанцией не установлено.
При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения обжалуемого определения суда первой инстанции отсутствуют, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.
Учитывая результат рассмотрения апелляционной жалобы и предоставление апеллянту отсрочки уплаты государственной пошлины, со ФИО1 в доход федерального бюджета 5 000 рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.
Пятый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда Приморского края от 20.06.2025 по делу № А51-22776/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Взыскать со ФИО1 в доход федерального бюджета 5 000
(пять тысяч) рублей государственной пошлины по апелляционной жалобе.
Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного
округа через Арбитражный суд Приморского края в течение одного месяца.
Председательствующий М.Н. Гарбуз
Судьи Т.В. Рева
Д.А. Глебов