СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail:17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№17АП-768/2025(1)-АК

г. Пермь

14 февраля 2025 года Дело №А71-2374/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 13 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 14 февраля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей Т.В. Макарова, Т.Н. Устюговой,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания А.Л. Ковалевой,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу должника ФИО1

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 09 декабря 2024 года,

об отказе в удовлетворении заявления должника о признании недействительным договора залога от 19.10.2023 №9064605810, заключенного между должником и публичным акционерным обществом «Совкомбанк», об исключении из конкурсной массы должника квартиры,

вынесенное судьей Е.Н. Сердитовой

в рамках дела №А71-2374/2024

о признании ФИО1 (ИНН <***>) несостоятельной (банкротом),

заинтересованное лицо с правами ответчика публичное акционерное общество «Совкомбанк»,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2, ФИО3, ФИО4,

установил:

в Арбитражный суд Удмуртской Республики 14.02.2024 поступило заявление ФИО5 (далее – ФИО1, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), которое определением от 16.02.2024 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 21.03.2024 (резолютивная часть от 18.03.2024) ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим должника утверждена ФИО6 (далее – ФИО6), член союза «Саморегулируемая организация «Гильдия Арбитражных Управляющих».

Сообщения о введении в отношении ФИО1 процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 20.03.2024 и в газете «Коммерсантъ» 23.03.2024.

Определением арбитражного суда от 05.12.2024 срок процедуры реализации в отношении должника продлен до 05.06.2025.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 19.04.2024 поступило заявление публичного акционерного общества «Совкомбанк» (далее – ПАО «Совкомбанк») о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 149 840,64 рубля, из них 1 042 487,19 рубля просроченного основного долга по кредитному договору от 19.10.2023 №9064605295 (1 027 404,23 рубля - просроченный основной долг, 15 082,96 рубля – просроченные проценты), как обеспеченных залогом имущества должника – квартиры площадью 66.3 кв.м, расположенной по адресу: 426052, <...> д.*, кв.*, кадастровый номер 18:26:040437:*.

Требование ПАО «Совкомбанк» определением суда от 23.04.2024 принято к производству суда.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 07.06.2024 поступило заявление ФИО1 о признании недействительным договора залога (ипотеки) от 19.10.2023 №9064605810, заключенного между должником и ПАО «Совкомбанк», об исключении из конкурсной массы должника квартиры, находящейся по адресу: <...> д. *, кв. *, с кадастровым номером: 18:26:040437:*, являющейся предметом залога, а также ходатайство об объединении в одно производство обособленных споров по заявлению ПАО «Совкомбанк» о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника и заявлению об исключении имущества из конкурсной массы.

Определением от 28.06.2024 указанное заявление принято судом к рассмотрению.

Судом 13.08.2024 вынесено определение об объединении в одно производство для совместного рассмотрения в деле №А71-2374/2024 обособленных споров по заявлению ПАО «Совкомбанк» о включении задолженности в размере 1 042 487,19 рубля в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченной залогом имущества должника, и по заявлению должника о признании недействительной сделкой договора залога (ипотеки) от 19.10.2023 №9064605810, заключенного между должником и ПАО «Совкомбанк», об исключении из конкурсной массы должника квартиры, находящейся по адресу: <...> д.*, кв.* с кадастровым номером: 18:26:040437:*.

От третьего лица ФИО4 26.09.2024 в арбитражный суд поступили возражения на отзыв ПАО «Совкомбанк», согласно которым ФИО4 просит в случае отказа в признании договора залога недействительным предложить кредитору заключить мировое соглашение либо установить план реструктуризации; выражает намерение оплачивать кредит в случае заключения мирового соглашения либо установления плана реструктуризации.

Определением арбитражного суда от 01.11.2024 выделено в отдельное производство рассмотрение ходатайства ФИО4 о заключении мирового соглашения (либо установлении плана реструктуризации) и заявления ПАО «Совкомбанк» о включении задолженности в размере 1 042 487,19 рубля в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченной залогом имущества должника.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09.12.2024 (резолютивная часть от 22.11.2024) в удовлетворении заявления должника о признании недействительным договора залога от 19.10.2023 №9064605810, заключенного между ФИО1 и ПАО «Совкомбанк», об исключении из конкурсной массы должника квартиры, находящейся по адресу: <...> д.*, кв.*, с кадастровым номером 18:26:040437:*, отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, должник ФИО1 подала апелляционную жалобу, в которой просит определение суда от 09.12.2024 отменить, заявленные должником требования удовлетворить.

Заявитель апелляционной жалобы указывает на то, что она существенно заблуждалась относительно природы договора ипотеки, заключая его при заключении договора займа на сумму 1 000 000,00 рублей, при этом, предметом договора ипотеки явилось единственное жилье должника, где на момент заключения данного договора должник проживала со своим мужем, сыном, для которых спорная квартира является единственным жильем. Заблуждение ФИО1 было настолько существенным, что она, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел, о том, что она может лишиться единственного жилья. Наоборот, ФИО1 полагала, что оформив кредиты, а также ипотеку, она спасает свое жилье от мошенников, которые пытались через кредиты в других банках отобрать у нее единственное жилье. Если бы ФИО1 могла знать, что все оформленные кредиты и ипотека на единственное жилье являются реальными сделками, то при данных обстоятельствах никогда бы данный договор не оформила. Полагает, что со стороны банка имеются нарушения при выдаче кредита. ПАО «Совкомбанк», выдавая кредит должнику под залог его единственного пригодного для проживания жилья, должно было удостовериться в платежеспособности и финансовой нагрузке заемщика, учитывая, что на дату выдачи кредита (17.10.2023) у должника уже был оформлен кредит в данном банке, а также в другом банке, о чем банк должен был узнать из кредитной истории заемщика. По расчету должника, его нагрузка по ежемесячной оплате всех кредитных обязательств (ежемесячные платежи) составляла 80 000,00 рублей, при официальной пенсии 26 000,00 рублей, соответственно, для банка являлось очевидным, что ежемесячные платежи в счет возврата кредита заемщик не сможет уплачивать. Несмотря на это, договор был заключен под залог недвижимости, то есть банк изначально рассчитывал, что обязательства будут погашены за счет залогового имущества – квартиры, являющейся единственным жильем ФИО1 Изложенное свидетельствует о явной недобросовестности и неосмотрительности со стороны банка, и, как следствие, заключении ФИО1 оспариваемого договора под влиянием обмана, выразившегося в намеренном умолчании банком об обстоятельствах, о которых он должен был сообщить должнику при той добросовестности, какая от него требовалась.

До начала судебного заседания от ПАО «Совкомбанк» поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает на то, что ПАО «Совкомбанк», как добросовестная сторона в сделках, не может отвечать за действия не связанного с ним третьего лиц, действия по распоряжению полученными в кредит денежными средствами не находятся во взаимосвязи с заключением с ПАО «Совкомбанк» кредитного договора. Спорный кредитный договор, договор ипотеки подписан собственноручно ФИО1 в отделении Банка. ФИО1, оформив кредитный договор с Банком и получив по нему денежные средства, распорядилась ими по своему усмотрению - передала их третьему лицу. По мнению ФИО1, третье лицо является мошенником, но это на действительность сделки с Банком не влияет. Приговора суда, которым был бы подтвержден факт совершения в отношении ФИО1 мошенничества, не имеется. Материалы дела не содержат сведений о том, что действия ПАО «Совкомбанк» были связаны с обманом либо недобросовестными действиями ПАО «Совкомбанк». По мнению ПАО «Совкомбанк», должник не заблуждался относительно заключения кредитного договора и заключения договора залога (ипотеки). Банк является добросовестным залогодержателем, поэтому оснований для прекращения ипотеки не имеется. Такой добросовестный залогодержатель вправе обратить взыскание на предмет залога. Банк не знал и не мог знать, что должник при заключении договора займа и договора ипотеки действовал под влиянием обмана третьих лиц, материалы дела таких доказательств не содержат, а значит, отсутствуют правовые основания для признания сделок недействительными по основаниям пункта 2 статьи 179 ГК РФ. Условия кредитного договора были озвучены должнику при оформлении кредита путем предоставления документов для ознакомления и подписания. Должником было подписано несколько документов (кредитный договор, договор залога, анкета, заявление на присоединение к программе страхования, заявление на предоставление ипотечного кредита, график платежей по кредиту), тем самым подтверждая осознание должником своих действий в полной мере. К тому же, в суде первой инстанции находится на рассмотрении ходатайство ФИО4 о заключении мирового соглашения либо установлении плана реструктуризации в отношении требований ПАО «Совкомбанк».

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

От ПАО «Совкомбанк» поступило заявление о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие его представителя.

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и подтверждено документально, между ПАО «Совкомбанк» (кредитор) и ФИО1 (заемщик) заключен кредитный договор от 19.10.2023 №9064605295, по условиям которого заемщику предоставлен кредит на сумму 1 030 549,70 рубля на срок 180 дней, со сроком возврата – 19.10.2038; процентная ставка 19,90% годовых.

В обеспечение исполнения обязательств, возникших из кредитного договора от 19.10.2023 №9064605295, между ПАО «Совкомбанк» и ФИО1 заключен договор залога от 19.10.2023 №9064605810, в соответствии с которым должник передала в залог банку принадлежащую ей на праве собственности квартиру, находящуюся по адресу: <...> д.*, кв.*, кадастровый номер 18:26:040437:*.

В рамках дела о банкротстве должника, ссылаясь на неисполнение должником обязательств по кредитному договору от 19.10.2023 №9064605295, ПАО «Совкомбанк» обратилось в суд арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 1 149 840,64 рубля, как обеспеченной залогом имущества должника – вышеуказанной квартиры.

Ссылаясь на то, что воля должника на передачу единственного жилья в залог сформировалась под воздействием обстоятельств, искажающих его волю, заключена под влиянием обмана, должник ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделкой договора залога (ипотеки) от 19.10.2023 №9064605810, заключенного между должником и ПАО «Совкомбанк», по основаниям, предусмотренным статьями 10, 177, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), об исключении спорной квартиры из конкурсной массы должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что кредитный договор, договор залога подписаны сторонами, содержат все существенные условия; должник, подписав договоры, выразил свое согласие с их условиями; 23.10.2024 управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике осуществлена государственная регистрация ипотеки, ответчик исполнил условия кредитного договора; непосредственно заемщиком в банке получены денежные средства, указанные в кредитном договоре; последовательные действия должника по сбору пакета документов для заключения договора залога, обращению в отделение банка, подписанию всех документов для получения кредитных средств, а также договоров, получению кредитных средств подтверждают понимание ФИО1 совершения ею действий по передаче недвижимого имущества в залог в целях обеспечения исполнения кредитных обязательств.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 №127-ФЗ (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей

В силу положений пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 указанного закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Федеральном законе «О несостоятельности (банкротстве)» (пункт 1 статьи 61.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26 октября 2002 года №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемая сделка – договор залога заключен 19.10.2023, то есть после 01.10.2015, следовательно, данная сделка может быть оспорена как по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, должник ссылается на то, что при заключении указанной сделки воля должника на передачу единственного жилья в залог сформировалась под воздействием обстоятельств, искажающих его волю, заключена под влиянием обмана, в связи с чем, в качестве оснований для признания сделки недействительной приведены положения пункта 2 статьи 177 ГК РФ.

В соответствии с абзацем первым пунктом 1 статьи 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В силу пункта 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

Как установлено статьей 337 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещение необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов.

В силу пункта 1 статьи 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 статьи 168 ГК РФ или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Из пункта 1 статьи 177 ГК РФ следует, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации). При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2 статьи 178 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Заблуждение - это ошибочное, не соответствующее действительности представление лица об элементах совершаемой им сделки, обстоятельствах, имеющих существенное значение для данной сделки. Однако, исходя из положений статьи 178 ГК РФ, не всякое заблуждение может повлечь признание сделки недействительной по иску заблуждавшейся стороны, для удовлетворения требования которой необходимо наличие определенных условий.

Закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

В соответствии с пунктом 3 статьи 431.2 ГК РФ сторона, заключившая договор под влиянием обмана или существенного заблуждения, вызванного недостоверными заверениями, данными другой стороной, вправе вместо отказа от договора (пункт 2 названной статьи) требовать признания договора недействительным (статьи 179 и 178 ГК РФ).

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами (часть 4 статьи 71 АПК РФ).

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступлений последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как следует из устных и письменных пояснений должника, 12.10.2023 ФИО1 поступил звонок, по телефону ей сообщили, что через мобильный банк ВТБ оформлен кредит на сумму 523 000,00 рублей. Зайдя в мобильный банк, должник обнаружила, что действительно оформлен кредит и сняты личные денежные средства в размере 72 299,00 рублей. 14.10.2023, 17.10.2023 поступали звонки о том, что в банках ПАО «Сбербанк», АО «Почтобанк», ПАО «Совкомбанк» имеются заявки на кредиты, и чтобы мошенники не смогли распорядиться этими деньгами, ФИО1 снимала деньги и отправляла через банкоматы по реквизитам, указанным мошенниками. Так как должник не понимала, что мошенники ее обманывают, согласилась с ними сотрудничать, начала выполнять их указания для спасения своей квартиры и денежных средств. Вначале лица, представившиеся сотрудниками банка, помогали ей оформить кредит онлайн в мобильном приложении банка. Оформить кредит через мобильное приложение не получилось, и сотрудник банка направил ее в отделение банка в г. Ижевске для оформления кредита и получения кредитных денежных средств в ПАО «Сбербанк», АО «Почтобанк». После данных действий сотрудники в телефонном разговоре направили ее в ПАО «Совкомбанк» для оформления кредита, в рамках которого должник должна была отдать свою квартиру, расположенную по адресу: <...> д.*, кв.*, в залог банку для того, чтобы, как указывали по телефону должнику, мошенники не смогли ее отдать в залог другому банку. Полученные в ПАО «Совкомбанк» кредитные денежные средства, а также личные накопления должник ФИО1 перечислила через банкомат по реквизитам, также указанным звонившим третьим лицом, для того, чтобы, как ей говорили, закрыть кредиты и сохранить квартиру. После перевода денежных средств сотрудники пропали, больше никакой информации от них не поступало.

Должник также пояснила, что общая сумма перечисленных денежных средств составила 2 390 000,00 рублей. По факту хищения денежных средств 13.11.2023 возбуждено уголовное дело №12301940016203507. У должника до октября 2023 года было удовлетворительное финансовое положение, ее доходом являлась пенсия; лиц на иждивении должника не имеется. На момент заключения договора должник не испытывал потребности в получении заемных средств в значительном размере, а также расходование заемных средств на собственные нужды. Воля должника на передачу единственного жилья в залог сформировалась под воздействием обстоятельств, искажающих его волю, заключена под влиянием обмана. При таких обстоятельствах, учитывая возраст должника и место его проживания, а также действия должника по заключению договоров займа, равно как и совершение всех последовательных достаточно сложных действий, предшествовавших заключению договора, ФИО1 считает, что нельзя признать принятие должником самостоятельного решения о заключении договора залога единственного жилого помещения. Также должник отмечает, что полная дееспособность должника не исключает наличия порока его воли при совершении спорной сделки; ФИО1 заблуждалась относительно правовой природы своих действий; при оформлении кредита в банке собственноручно подписала только кредитный договор, договор залога был подписан электронной подписью. Электронную подпись сотрудник сделала самостоятельно, взяв телефон должника. Стоимость оцененного залогового имущества ниже рыночной в два раза. Кроме того, ПАО «Совкомбанк», по мнению должника, должен был удостовериться в платежеспособности и финансовой нагрузке заемщика; банк не исполнил требования части 1 статьи 5.1 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)».

Согласно пояснениям ПАО «Совкомбанк», условия кредитного договора были озвучены должнику при оформлении кредита путем предоставления документов для ознакомления и подписания, должником были подписаны документы, что подтверждает осознание им своих действий в полной мере. Кредитный договор был оформлен и подписан лично должником в дополнительном офисе «Ижевский № 2» Филиала «Центральный». Кредитором в действиях должника не были выявлены обстоятельства, которые могли послужить основанием для отказа в выдаче кредита. Наличие залогового имущества является дополнительной гарантией исполнимости кредитных обязательств. Банк не может отвечать за действия не связанного с ним третьего лица; действия по распоряжению полученными в кредит денежными средствами не находятся во взаимосвязи с заключением кредитного договора.

Проанализировав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суд первой инстанции не установил взаимосвязь между ПАО «Совкомбанк» и третьими лицами, под руководством которых, как указывает должник, она заключала кредитные договоры и оспариваемый договор залога, совершение данными лицами совместных неправомерных действий в отношении ФИО1, обман со стороны банка, введение им должника в заблуждение либо осведомленность о совершении в отношении должника подобных действий третьими лицами.

В опровержение довода должника о том, что она подписала собственноручно только кредитный договор, а договор залога был подписан посредством электронной цифровой подписи сотрудником банка через телефон должника, ПАО «Совкомбанк» была представлена в материалы дела копия договора залога, собственноручно подписанная должником.

В судебных заседаниях суда первой инстанции, состоявшихся 18.07.2024, 21.11.2024, должник, ее представитель не выразили возражений относительно поступивших документов кредитного досье, в частности копии договора залога; о фальсификации данных доказательств в порядке, предусмотренном статьёй 161 АПК РФ, не заявлялось.

Судом установлено, что кредитный договор №9064605295, договор залога №9064605810 от 19.10.2023, заявление-анкета на получение ипотечного кредита от 19.10.2023, документы на страхование подписаны ФИО1 в письменном виде собственноручно.

Должник не оспаривала свою подпись в указанных документах, ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы в установленном законом порядке не заявлялось.

При этом, как верно отмечено судом, кредитный договор содержит условия о необходимости заключения договора залога (ипотеки) объекта недвижимости, обеспечения исполнения обязательств заемщика залогом (п. 10, 11); о цели использования заёмщиком кредита – на неотделимые улучшения объекта недвижимости (п. 12), аналогичная цель указана в договоре залога (п. 1.7.8).

Из пояснений ПАО «Совкомбанк» следует, что кредитный договор и договор залога заключены лично должником в дополнительном офисе «Ижевский № 2» Филиала «Центральный» ПАО «Совкомбанк».

Таким образом, материалами дела подтверждено, что кредитный договор, договор залога подписаны сторонами, содержат все существенные условия; должник, подписав договоры, выразил свое согласие с их условиями; 23.10.2024 управлением федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике осуществлена государственная регистрация ипотеки, ответчик исполнил условия кредитного договора; непосредственно заемщиком в банке получены денежные средства, указанные в кредитном договоре.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что последовательные действия должника по сбору пакета документов для заключения договора залога, обращению в отделение банка, подписанию всех документов для получения кредитных средств, а также указанных договоров, получению кредитных средств подтверждают понимание ФИО1 совершения ею действий по передаче недвижимого имущества в залог в целях обеспечения исполнения кредитных обязательств. Должник, ознакомившись с условиями кредитного договора и договора залога, будучи осведомленной о возможности отчуждения квартиры, обремененной ипотекой, должна была оценить риск обращения взыскания на предмет залога в случае неисполнения обязательств.

Определением от 04.10.2024 суд первой инстанции предлагал должнику представить обоснование наличия оснований для признания сделки недействительной на основании статьи 178 ГК РФ, в частности, пояснения относительно того, в чем именно (конкретные обстоятельства) выражалось заблуждение должника при заключении сделки с учетом преамбулы и пунктов 10, 11 кредитного договора от 19.10.2023.

Вместе с тем, конкретные обстоятельства, в которых должник заблуждалась при совершении оспариваемой сделки, суду не раскрыты.

Не раскрыты такие обстоятельства и суду апелляционной инстанции.

В пояснениях от 30.09.2024 должник ссылалась на то, что действовала под влиянием мошенников, убедивших ее, что кредит следует взять для прекращения всех обязательств по иным кредитам и сохранения квартиры; банк оценил стоимость квартиры ниже рыночной в два раза, что подтверждает, по мнению заявителя то, что ФИО1 не осознавала свои действия и была введена в заблуждение по поводу передачи в залог банка единственного жилья.

При этом, как усматривается из материалов дела, должник не отрицает факта получения кредитных денежных средств, не оспаривает кредитный договор, заключенный при аналогичных фактических обстоятельствах.

Должник пояснила, что заемные денежные средства были перечислены мошенникам, в подтверждение чего представила чеки приема наличных денежных средств в банкомат; указала на совершение действий по получению кредита и внесению денежных средств через банкомат неустановленным лицам.

Вместе с тем, как обоснованно отмечено судом первой инстанции, сами по себе указанные обстоятельства, а также ссылка должника на обстоятельства получения кредитов и заключения спорного договора залога, возбуждение уголовного дела по заявлению ФИО1 по факту мошеннических действий, при отсутствии противоправности в действиях банка по выдаче кредита, обеспеченного залогом, недостаточны для вывода о совершении ФИО1 сделок под влиянием обмана и заблуждения и о наличии предусмотренных гражданским законодательством оснований для признания сделки недействительной.

Как пояснила должник и следует из представленного ей кредитного отчета, ФИО1 заключены кредитные договоры 17.10.2023, 19.10.2023 с ПАО «Совкомбанк», 14.10.2023 с ПАО Сбербанк, 12.10.2023, 13.10.2024 с Банком ВТБ (ПАО), 13.10.2024 с АО «Почта Банк».

Доводы должника о том, что банк не исполнил требования части 1 статьи 5.1 Федерального закона «О потребительском кредите (займе)», а также относительно стоимости предмета залога, указанной в договоре залога от 19.10.2024, рассмотрены судом первой инстанции и отклонены. При этом, судом установлено, что должником было принято несколько кредитных обязательств в течение короткого периода времени; из представленных в материалы дела документов следует, что должник при заключении кредитного договора и договора залога не сообщил о своей долговой нагрузке. Кроме того, в заявлении должником указан доход в виде пенсии в размере 32 000,00 рублей, а также доход супруга в размере 60 000,00 рублей. Заключение договоров залога как обеспечения исполнения кредитных обязательств с целью снижения рисков невозврата суммы долга является для банка обычным способом осуществления своей деятельности. По общему правилу, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения; при этом предмет залога реализуется по рыночной стоимости; в случае, если стоимость отчуждаемого третьему лицу имущества превышает размер неисполненного обязательства, обеспеченного залогом, разница подлежит выплате залогодателю (статья 337, пункт 1 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, учитывая, что ряд кредитных договоров были заключены в короткий промежуток времени, банк, одобряя предоставление кредита, в силу объективных причин, не имел возможности знать о долговой нагрузке должника. соответственно, доводы апеллянта в указанной части подлежат отклонению как необоснованные.

С учетом вышеуказанного, суд первой инстанции не усмотрел в поведении АО «Совкомбанк» фактов злоупотребления гражданскими правами.

Доказательства, свидетельствующие о том, что при заключении оспариваемого договора залога от 19.10.2023 банк действовал недобросовестно, в материалах дела отсутствуют. Не представлены такие доказательства и суду апелляционной инстанции.

При изложенных обстоятельствах, принимая во внимание фактические обстоятельства заключения договора залога, его обеспечительный характер, целевой характер кредитного договора (на неотделимые улучшения объекта недвижимости), оформление договора залога лично должником в отделении банка, сбора пакета документов на объект недвижимости для передачи в залог, собственноручного подписания договоров (не дистанционное оформление), учитывая отсутствие доказательств взаимосвязанности банка с третьими лицами, по указанию которых, как утверждает должник, он вынужден был подписать спорный договор, равно как и доказательств осведомленности банка о мошеннических действиях третьих лиц, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных должником требований о признании оспариваемой сделки недействительной применительно к положениям пункта 2 статьи 177 ГК РФ.

При этом, судом указано, что должник не лишена права при наличии в будущем совокупности необходимых условий защитить свои права путем предъявления материальных претензий к виновным лицам.

Кроме того, должником были заявлены требования об исключении из конкурсной массы должника квартиры, расположенной по адресу: <...> д.*, кв.*, с кадастровым номером: 18:26:040437:*.

Статьей 131 Закона о банкротстве предусмотрено, что все имущество должника, имеющееся на момент открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу. Из имущества должника, которое составляет конкурсную массу, исключается имущество, изъятое из оборота, имущественные права, связанные с личностью должника, в том числе права, основанные на имеющейся лицензии на осуществление отдельных видов деятельности, а также иное предусмотренное настоящим Законом имущество.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» по общему правилу, в конкурсную массу гражданина включается все его имущество, имеющееся на день принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом и введении процедуры реализации имущества, а также имущество, выявленное или приобретенное после принятия указанного решения (пункт 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве), в том числе заработная плата и иные доходы должника.

Пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве предусмотрено, что из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Статьей 24 ГК РФ предусмотрено, что гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

Обращение взыскания на имущество гражданина-должника регулируется нормами Федерального закона от 02.10.2007 №229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Закон об исполнительном производстве), а также нормами Закона о банкротстве в случае, если в отношении гражданина-должника вводятся процедуры, применяемые в деле о его несостоятельности.

Положения части 1 статьи 79 Закона об исполнительном производстве и пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве отсылают к статье 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), согласно абзацу второму пункта 1 которой взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его часть), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем ему помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением.

В соответствии с абзацами первым, вторым части 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации взыскание по исполнительным документам не может быть обращено, в том числе, на жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в абзаце втором данной части (за исключением случая, если имущество является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание).

Из указанных правовых норм следует, что при решении вопроса об исключении имущества из конкурсной массы основным критерием является возможность обращения на него взыскания в соответствии с действующим законодательством.

По смыслу указанных норм права, установленный абзацем 2 пункта 1 статьи 446 ГПК РФ запрет обращения взыскания на жилое помещение, если для гражданина-должника и членов его семьи оно является единственным пригодным для постоянного проживания.

В силу пункта 1 статьи 50 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества обеспеченных ипотекой требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

Согласно пункту 1 статьи 334 ГК РФ в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит это имущество (залогодателя), за изъятиями, установленными законом.

В соответствии со статьей 348 ГК РФ взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя (кредитора) может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Таким образом, целью института залога является обеспечение исполнения основного обязательства, а содержанием права залога является возможность залогодержателя в установленном законом порядке обратить взыскание на заложенное имущество в случае неисполнения основного обязательства должником.

В силу пункта 1 статьи 18.1 Закона о банкротстве, регламентирующей правовое положения кредиторов, требования которых обеспечены залогом имущества должника, с даты введения наблюдения обращение взыскания на заложенное имущество, в том числе во внесудебном порядке, не допускается.

Следовательно, в ситуации банкротства должника, являющегося залогодателем по обеспеченному залогом обязательству, обращение взыскания на заложенное имущество может быть реализовано исключительно в судебном порядке путем установления статуса залогового кредитора в деле о банкротстве должника, с учетом положений ст. 18.1, 138 Закона о банкротстве.

В соответствии со статьями 137 и 138 Закона о банкротстве и статьей 1 Закона об ипотеке правом на обращение взыскания на заложенное имущество обладает кредитор, чьи требования обеспечены залогом такого имущества и включены в реестр требований кредиторов должника в порядке пункта 4 статьи 213.24 и абзаца третьего пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 №58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя» (далее - постановление №58) если залоговый кредитор предъявил свои требования к должнику или обратился с заявлением о признании за ним статуса залогового кредитора по делу с пропуском срока, установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, он не имеет специальных прав, предоставляемых залогодержателям Законом о банкротстве (право определять порядок и условия продажи заложенного имущества в конкурсном производстве и др.)

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» (далее - постановление №48), при рассмотрении вопросов, касающихся единственного пригодного для постоянного проживания жилого помещения, находящегося в залоге, необходимо учитывать следующее. Если кредитор по требованию, обеспеченному залогом единственного пригодного для постоянного проживания должника и членов его семьи жилого помещения, не предъявил это требование должнику в рамках дела о банкротстве либо обратился за установлением статуса залогового кредитора с пропуском срока, определенного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве, и судом было отказано в восстановлении пропущенного срока, такой кредитор не вправе рассчитывать на удовлетворение своего требования за счет предмета залога, в том числе посредством обращения взыскания на данное имущество вне рамок дела о банкротстве. Соответствующее требование учитывается в реестре требований кредиторов как не обеспеченное залогом.

При этом согласно позиции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.10.2012 №1090/12, Закон об ипотеке не предусматривает изъятия из исполнительского иммунитета в отношении обремененного ипотекой единственного пригодного для постоянного проживания помещения в части, касающейся не обеспеченных ипотекой обязательств. Соответственно, по обязательствам перед иными кредиторами в отношении такого жилого помещения действуют положения части 1 статьи 446 ГПК РФ.

Как следует из материалов дела, спорная квартира обременена залогом в пользу ПАО «Совкомбанк» по договору залога от 19.10.2023 №9064605810, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 27.12.2023.

С учетом приведенных норм права и разъяснений, принимая во внимание отсутствие оснований для признания договора залога от 19.10.2023 недействительным, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для исключения из конкурсной массы должника вышеуказанной квартиры, в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований в данной части.

Судебная коллегия отмечает, что учитывая конкретные обстоятельства настоящего дела, не исключается возможность заключения мирового соглашения либо локального плана реструктуризации долгов гражданина по указанному кредитному договору с целью сохранения за должником и членами ее семьи права на единственное жилое помещение.

Вопреки доводам апеллянта, судом первой инстанции при рассмотрении дела установлены и исследованы все существенные для принятия правильного судебного акта обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, основаны на имеющихся в деле доказательствах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену оспариваемого определения.

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, доводы жалобы выражают несогласие с ними и в целом направлены на переоценку доказательств при отсутствии к тому правовых оснований, в связи с чем, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в них доводов, следует оставить без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 09 декабря 2024 года по делу №А71-2374/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Л.М. Зарифуллина

Судьи

Т.В. Макаров

Т.Н. Устюгова