Решение по делу № 2-673/2023 от 08.08.2023 - о признании недействительным решения общего собрания собственников нежилых помещений.

Мотивированное решение составлено 08 августа 2023 года

66RS0002-02-2022-004257-71

Дело № 2-673/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

01 августа 2023 года пгт. Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Коняхина А.А., при секретаре судебного заседания Мамшанове А.Р.,

с участием представителя истца ФИО1, являющегося также представителем третьего лица ГЭК «Авто», ответчика ФИО2, являющегося также представителем третьего лица ГК «Авто»,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным решения общего собрания собственников нежилых помещений,

установил:

ФИО3 обратился в суд к ФИО2 с исковым заявлением, в котором просит признать недействительным решение внеочередного общего собрания собственников нежилых помещений в здании, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, проведенного в форме заочного голосования по инициативе собственника гаражного бокса <номер> ФИО2, оформленного протоколом № 1 от 17 июня 2022 года, взыскать с ответчика в свою пользу расходы по оплате государственной пошлины в размере 600 рублей, почтовые расходы на отправку иска.

В обоснование требований указано, что истец является собственником гаражного бокса <номер>, находящегося по адресу: <адрес>, <адрес>, а также председателем гаражно-эксплуатационного кооператива «АВТО» (далее – ГЭК «АВТО»), который создан в 2009 году с целью удовлетворения потребностей членов кооператива в гаражных боксов по вышеуказанному адресу. В гаражном комплексе по адресу: <адрес>, <адрес> находится 196 гаражных боксов, собственники 193 гаражных боксов, а именно, 183 собственника, являются членами ГЭК «АВТО». Летом 2022 года истцу стало известно о том, что по инициативе собственника гаражного бокса <номер> ФИО2 было проведено в форме заочного голосования общее собрание собственников нежилых помещений в здании, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, на котором принято решение о передаче управления гаражным комплексом гаражному кооперативу «АВТО» (далее – ГК «АВТО»), созданному в начале 2022 года ФИО2, который является председателем данного кооператива. На основании указанного решения был расторгнут договор энергоснабжения № 21794 от 01 января 2013 года между ГЭК «АВТО» и АО «Екатеринбургэнергосбыт» и заключен новый договор энергоснабжения № 41227 от 01 июля 2022 года между ГК «АВТО» и АО «Екатеринбургэнергосбыт». 01 августа 2022 года ГЭК «АВТО» провело внеочередное общее собрание членом, на котором участвовавшие в собрании 133 собственника гаражных боксов заявили о том, что они не участвовали во внеочередном общем собрании собственников нежилых помещений в здании, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, проведенном по инициативе ФИО2 Копия протокола № 1 от 17 июня 2022 года, бюллетеней, на основании которых был произведен подсчет голосов на собрании ФИО2 не предоставлено, соответственно, наличие кворума на собрании не подтверждено, что свидетельствует о ничтожности принятых на собрании решений.

В дополнительных пояснениях к исковому заявлению указано, что ответчик ФИО2 по четырем запросам суда не представил документы, связанные с проведением общего собрания от 17 июня 2022 года, в том числе, листы голосования 86 собственников гаражных боксов, истец полагает, это свидетельствует о том, что данные листы голосования не существуют. В гаражном комплексе по адресу: <адрес>, <адрес> находится 196 гаражных боксов, во внеочередном общем собрании согласно протоколу № 1 от 17 июня 2022 года приняли участие собственники 86 гаражных боксов, то есть 43,88 % от общего количества собственников, в связи с чем кворум на собрании отсутствовал, что влечет ничтожность решений этого собрания. У всех гаражных боксов по адресу: <адрес>, <адрес> есть собственник, зарегистрировавший свое право в порядке, установленном законодательством, действовавшим в момент регистрации права. До вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ право собственности на недвижимое имущество в г. Екатеринбурге регистрировалось в ЕМУП «Бюро технической инвентаризации». В соответствии с ч. 1, 3 ст. 69 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ права на объекты недвижимости, возникшие до вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН (т. 3 л.д. 22-25).

В письменных возражениях на исковое заявление ответчик ФИО2 просил в удовлетворении иска отказать, указал, что в соответствии с Федеральным законом № 218-ФЗ от 2015 года с января 2017 года надлежащим правоустанавливающим документом на любой вид объектов является выписка из ЕГРН (т. 1 л.д. 192-193).

В письменных возражениях на исковое заявление ответчик ФИО2 просил в удовлетворении иска отказать, указал, что право собственности на недвижимое имущество возникает с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, при этом государственная регистрация права подтверждается только выпиской из ЕГРН и является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Ответчиком суду представлены выписки из ЕГРН на 120 боксов о зарегистрированных правах собственников и на 76 бесхозных боксов, в которых отсутствуют зарегистрированные права. Здание гаражного кооператива сдано в эксплуатацию в 1994 году, всего в здании 196 боксов, факт того, что 96 гаражных боксов являются бесхозными подтвержден ответом Департамента по управлению муниципальным имуществом г. Екатеринбурга от 03 марта 2023 года. Соответственно, кворум правильно исчислять от 120 собственников, что и нашло отражение в протоколе № 1 от 17 июня 2022 года. Внеочередное общее собрание собственников может быть созвано по инициативе любого собственника, оспариваемое собрание было проведено по инициативе собственника гаражного бокса № 56. То обстоятельство, что ГЭК «АВТО», как утверждает представитель истца, не был извещен о предстоящем собрании, правового значения не имеет, поскольку у ГЭК «АВТО» гаражные боксы в собственности отсутствуют, соответственно ГЭК «АВТО» не мог принимать участие в голосовании на общем собрании собственников (т. 3 л.д. 19-20).

В дополнение к отзыву ответчик ФИО2 указывает, что стороной истца не предоставлено доказательств – выписок из ЕГРН, подтверждающих право собственности на дату проведения собрания у всех гаражных боксов, тогда как ответчиком представлены доказательства – выписки из ЕГРН, подтверждающие то количество собственников гаражных боксов, от которого рассчитан кворум на собрании. Решение общего собрания собственников, оформленное протоколом № 1 от 03 апреля 2023 года, является недопустимым доказательством, поскольку ГЭК «АВТО» не вправе было его инициировать. Истцом не представлено доказательств, что оспариваемое решение причинило истцу убытки, голосование истца не могло повлиять на результаты собрания. Судебный акт, из которого следует, что решение внеочередного общего собрания собственников жилых помещений, проведенное в заочной форме и оформленное протоколом № 1 от 17 июня 2022 года, является недействительным, поддельным или подложным, отсутствует (т. 4 л.д. 212-213).

В отзыве представитель третьего лица ГЭК «АВТО» ФИО1 просит исковые требования ФИО3 удовлетворить, указывает, что в гаражном комплексе по адресу: <адрес>, <адрес> находится 196 гаражных боксов, во внеочередном общем собрании согласно протоколу № 1 от 17 июня 2022 года приняли участие собственники 86 гаражных боксов, то есть 43,88 % от общего количества собственников, в связи с чем кворум на собрании отсутствовал, что влечет ничтожность решений этого собрания. Деление ФИО2 собственников на зарегистрированных и незарегистрированных опровергается правоустанавливающими документами. Кроме того, 01 августа 2022 года ГЭК «АВТО» провело внеочередное общее собрание членов кооператива, на котором участвовавшие в собрании 133 собственника гаражных боксов заявили о том, что они не участвовали во внеочередном общем собрании собственников нежилых помещений в здании, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, проведенном по инициативе ФИО2 (т. 1 л.д. 234-235).

В дополнении к отзыву представитель третьего лица ГЭК «АВТО» ФИО1 указывает, что ФИО2 вводит суд в заблуждение утверждением, что листы голосования были предоставлены представителем АО «Екатеринбургэнергосбыт» в Арбитражный суд Свердловской области и приобщены к материалам дела № А60-62520/2022, поскольку в материалах указанного дела, в котором ФИО2 участвовал лично, нет копий листов голосования по оспариваемому решению в количестве 86 штук, были представлены копии только двух листов – М., (собственник гаражного бокса <номер>) и Ю. (собственник гаражного бокса <номер>). Согласно протоколу № 1 от 17 июня 2022 года местом хранения документов, принятых общем собранием, определено – у председателя ГК «АВТО», т.е. у ФИО2, следовательно, именно он несет ответственность за сохранность листов голосования. Поскольку ФИО2 подлинники листов голосования в количестве 86 штук суду не представил, их не существует, а решение внеочередного общего собрания ничтожно (т. 2 л.д. 226-229).

В письменных пояснениях, приобщенных к материалам дела в судебном заседании, ответчик ФИО2 ссылается на ничтожность решения внеочередного собрания членов ГЭК «АВТО» от 01 августа 2022 года, поскольку бы нарушен порядок созыва, подготовки и проведения указанного собрания – отсутствовало уведомление за 30 суток до проведения собрания, в голосовании принимали участие члены ГЭК «АВТО», не являющиеся собственниками гаражных боксов.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 и третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ГЭК «АВТО» - ФИО1 поддержал заявленные исковые требования по доводам искового заявления, письменных пояснений и отзывов.

В судебном заседании ответчик ФИО2, являющийся также представителем третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ГК «Авто» возражал против удовлетворения заявленных требований по доводам письменных отзывов и возражений.

В судебное заседание третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, ФИО4, ФИО5 не явились, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом – заказной почтовой корреспонденцией, а также путем размещения информации на официальном сайте Белоярского районного суда Свердловской области в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Учитывая сведения о надлежащем извещении третьих лиц, суд в соответствии с частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие указанных третьих лиц.

Заслушав пояснения представителя истца и третьего лица ФИО6, ответчика и представителя третьего лица ФИО2, исследовав материалы дела, представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Положениями ст. 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены основания, при которых решения общих собраний может быть признано судом недействительным (оспоримыми).

Так, в силу положений ст. 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если: 1) допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания; 2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия; 3) допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении; 4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Основания для признания решений собрания ничтожными, содержатся в статье 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Так в силу положений указанной статьи, если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно: 1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества; 2) принято при отсутствии необходимого кворума; 3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания; 4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии с п. 1 ст. 6 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям собственников помещений, расположенных в нежилом здании, возникающим по поводу общего имущества в таком здании, подлежат применению нормы законодательства, регулирующие сходные отношения, в частности ст. 249, 289 и 290 Гражданского кодекса Российской Федерации и 44 – 48 Жилищного кодекса Российской Федерации.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 разъяснено, что, по смыслу абзаца второго пункта 1 статьи 181.3 и статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, решение собрания, нарушающее требования Гражданского кодекса Российской Федерации или иного закона, по общему правилу является оспоримым, если из закона прямо не следует, что решение ничтожно (пункт 107).

В соответствии с ч. 3 ст. 45 Жилищного кодекса Российской Федерации общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме правомочно (имеет кворум), если в нем приняли участие собственники помещений в данном доме или их представители, обладающие более чем пятьюдесятью процентами голосов от общего числа голосов, за исключением общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, проводимого по вопросам, указанным в п. п. 4.5 и 4.6 ч. 2 ст. 44 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 3 ст. 48 Жилищного кодекса Российской Федерации количество голосов, которым обладает каждый собственник помещения в многоквартирном доме на общем собрании собственников помещений в данном доме, пропорционально его доле в праве общей собственности на общее имущество в данном доме.

В силу пункта 1 статьи 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания, и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме может быть проведено посредством очно-заочного голосования, предусматривающего возможность очного обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование, а также возможность передачи решений собственников в установленный срок в место или по адресу, которые указаны в сообщении о проведении общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме (ч. 3 ст. 47 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Как следует из положений ч. 4 ст. 45 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник, иное лицо, указанное в настоящем Кодексе, по инициативе которых созывается общее собрание собственников помещений в многоквартирном доме, обязаны сообщить собственникам помещений в данном доме о проведении такого собрания не позднее чем за десять дней до даты его проведения. В указанный срок сообщение о проведении общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме должно быть направлено каждому собственнику помещения в данном доме заказным письмом, если решением общего собрания собственников помещений в данном доме не предусмотрен иной способ направления этого сообщения в письменной форме, или вручено каждому собственнику помещения в данном доме под роспись либо размещено в помещении данного дома, определенном таким решением и общедоступном для всех собственников помещений в данном доме.

В силу ч. 6 ст. 46 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник помещения в многоквартирном доме вправе обжаловать в суд решение, принятое им собранием собственников помещений в данном доме с нарушением требований настоящего Кодекса, в случае, если он не принимал участие в этом голосовании или голосовал против принятия такого решения и если таким решением нарушены его права и законные интересы. Заявление о таком обжаловании может подано в суд в течение шести месяцев со дня, когда указанный собственник узнал или должен был узнать о принятом решении. Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение, если голосование иного собственника не могло повлиять на результаты голосования, допущенные нарушения не являются существенными и принятое решение не повлекло за собой причинение убытков указанному собственнику.

По смыслу ст. 181.4 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для признания решений собрания недействительным может являться не любое, а только существенное нарушение процедуры подготовки и проведения собрания, которое повлияло на волеизъявление участников собрания, в связи с чем данная норма предоставляет суду при определенных обстоятельствах оставить обжалуемое решение собрания в силе.

Данное положение закона предусмотрено с целью соблюдения баланса интересов всех сособственников - с одной стороны, должны быть защищены интересы сособственников, не принимавших участия в собрании и не знающих о принятых решениях, часть которых может нарушить их права, но с другой стороны существует большинство сособственников, которые принимали участие в собрании, обеспечили положительное решение большинства вопросов, включенных в повестку дня. В связи с этим, возможность во всех случаях признавать решения недействительными по формальным основаниям была бы неоправданной.

Нарушение требований, установленных ст. 44 – 48 Жилищного кодекса Российской Федерации при созыве, проведении и оформлении результатов общего собрания, могут служить основанием для признания его недействительным при условии, что такие нарушения являются существенными, то есть связанными с отсутствием компетенции по рассматриваемым вопросам, отсутствием волеизъявления собственников (нарушения кворума), невозможностью определить волеизъявление (нарушения при оформлении результатов голосования).

Решения общего собрания, компетентного для рассмотрения вопросов его повестки, при наличии необходимого кворума, не вызывающее сомнения с точки зрения оформления волеизъявления, не могут быть признаны недействительными по одним лишь формальным соображениям, поскольку в таком случае нарушались бы права участников собрания и третьих лиц, и не соблюдался бы необходимый баланс интересов.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, по инициативе собственника гаражного бокса <номер> в нежилом здании по адресу: <адрес>, <адрес> ФИО2 проведено внеочередное общее собрание собственников нежилых помещений в форме заочного голосования с 10 мая 2022 года по 10 июня 2022 года.

Решения указанного собрания оформлены протоколом № 1 от 17 июня 2022 года (т. 1 л.д. 84-87).

Общим собранием приняты следующие решения – 1) о выборе председателем собрания ФИО2, 2) о выборе секретарем собрания ФИО4, 3) о выборе счетной комиссии в составе ФИО7 и М., 4) о расторжении договора на управление и обслуживание с ГЭК «АВТО», 5) об утверждении и заключении договора на управление с ГК «АВТО», 6) об утверждении тарифа на содержание и обслуживание общего имущества ГК «АВТО» в сумме 23 рубля за 1 кв.м нежилого помещения (бокса), 7) о проведении инвентаризации имущества – нежилых помещений, расположенных в здании по адресу: <адрес>, <адрес> для заключения договора на управление и содержание с ГК «АВТО», 8) о поручении председателю ГК «АВТО» заключать все необходимые договоры для управления зданием, включая договоры поставки ресурсов, коммунальных услуг и прочих договоров, 9) об определении места хранения документов, принятых общим собранием собственников ГК «АВТО» у председателя ГК «АВТО» по адресу: <адрес>А, <адрес>.

Ч. 1 ст. 47 Жилищного кодекса Российской Федерации не содержит прямого запрета на проведение собрания путем заочного голосования без предварительного проведения собрания путем совместного присутствия собственников помещений в данном доме для обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование, следовательно, проведение общего собрания посредством заочного голосования без предварительного проведения такого собрания в очной форме, не противоречит закону.

Уведомление о проведении собрания, включающее повестку дня, которая соответствует вопросам, вынесенным на голосование исходя из текста протокола № 1 от 17 июня 2022 года, заблаговременно размещалось на стенде, что подтверждается сообщением, актом о его размещении и фотографиями (т. 1 л.д. 178-183).

Таким же образом размещались уведомления об итогах собрания (т. 1 л.д. 184-189).

В протоколе № 1 от 17 июня 2022 года указано, что на дату проведения собрания всего гаражных боксов в здании – 196, право собственности зарегистрировано на 120 боксов, что составляет 100% голосов, в собрании приняли участие 86 человек, что составляет 72 %, таким образом кворум имеется.

Истцом заявлен довод об отсутствии кворума на собрании, поскольку ответчиком неверно определено общее число голосов, от которого следует рассчитывать кворум. Кроме того стороной ответчика поставлен под сомнение сам факт проведения собрания и наличия листов голосования.

Для проверки указанных доводов и в соответствии с распределенным бремени доказывания по делу судом у ответчика истребованы листы голосования (письменные решения собственников), однако ответчиком в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса все 86 листов не представлены.

Из пояснений ответчика следует, что листы голосования в прошитом и пронумерованном виде были переданы им М. для копирования, однако М. умер и установить местонахождение листов не представляется возможным, при этом указанные листы предоставлялись в АО «Екатеринбургэнергосбыт» при заключении договора электроснабжения, а также в арбитражный суд.

Из решения Арбитражного суда Свердловской области от 07 февраля 2023 года по делу № А60-62520/2022 следует, что в судебном заседании по ходатайству представителя АО «Екатеринбургэнергосбыт» к материалам дела приобщены листы голосования (т. 1 л.д. 247-248), при этом указание на количество приобщенных листов отсутствует.

Семнадцатым арбитражным апелляционным судом по запросу были представлены копии имеющихся в материалах дела А60-62520/2022 двух листов голосования – М. и Ю. (т. 5 л.д. 27-30).

Актом от 25 июля 2022 года подтверждается, что ФИО2 передал М. реестр проголосовавших собственников и листы голосования 86 собственников на 183 листах для изготовления копий (т. 1 л.д. 249).

Согласно сведениям ЗАГС М. умер <дата> (т. 3 л.д. 18, 26).

В ответе на судебный запрос АО «Екатеринбургэнергосбыт» указывает, что ГК «АВТО» для обозрения предоставляло листы голосования на 183 листах, прошитых и пронумерованных, которые были частично сфотографированы сотрудником АО «Екатеринбургэнергосбыт», копии листов голосования представлены не были (т. 4 л.д. 192). К ответу приложены фотографии листов голосования М. и Ю. (т. 4 л.д. 194-198).

Ответчиком суду представлены фотографии листов голосования П., А., ФИО4, Н., В. (т. 4 л.д. 216-223).

01 августа 2022 года ГЭК «АВТО» проведено внеочередное общее собрание, на котором по четвертому вопросу повестки дня ФИО3 предложил собравшимся членам кооператива ГЭК «АВТО» проголосовать «за», если не участвовал в собрании ГК «АВТО» - бюллетени не получал, заполненные не сдавал ФИО2 либо иным лицам, проводившим собрание; «за» проголосовало 133 члена кооператива (т. 1 л.д. 61).

Однако указанное решение не может иметь доказательственнного значения по обстоятельствам спора в связи с грубыми нарушениями порядка созыва и проведения указанного собрания 01 августа 2022 года – отсутствие заблаговременно уведомления, отсутствие исходя из пояснений представителя истца очной части собрания, на которой одновременно присутствовали все 133 участника.

Вместе с тем, суд оценивает как иное письменное доказательство лист регистрации участников собрания 01 августа 2022 года, в котором 133 человека своими подписями подтвердили, что не принимали участия в собрании 17 июня 2022 года (т. 4 л.д. 225-230).

Общим собранием собственников (решение по вопросу № 9) определено, что документы должны храниться у председателя ГК «АВТО», кем и является ФИО2, таким образом, именно он обязан был обеспечить сохранность документов, включая листы голосования, являющиеся приложением к протоколу общего собрания № 1 от 17 июня 2022 года.

Бремя доказывания наличия кворума при проведении собрания лежит также на ФИО2, который, будучи лицом, ответственным за хранение документов, включая листы голосования, имел возможность представить их суду.

Передача документов иному лицу, которая привела к их фактической утрате, не освобождает ФИО2 ни от ответственность за сохранность данных документов, ни от несения соответствующего бремени доказывания наличия кворума при проведении собрания.

Вместе с тем, соответствующих доказательств ФИО2 суду не представлено.

В отсутствии листов голосования суд лишен возможности с необходимой степенью достоверности установить, кто участвовал в общем собрании, и каким образом участвующие лица голосовали по вопросам повестки дня.

При этом, исходя из имеющихся доказательств, суд полагает необходимым отметить следующее.

При расчете кворума, указанном в протоколе, за 1 голос ошибочно принят 1 гаражный бокс, а за 100% голосов – количество гаражных боксов, на которые зарегистрировано право собственности, поскольку количество голосов должно быть пропорционально доли собственника гаражного бокса в общем имуществе, которая в свою очередь определяется исходя из площади гаражного бокса, находящегося в собственности.

Гаражные боксы, согласно представленным в материалы дела документам, имеют разную площадь – от 15,4 кв.м до 45,2 кв.м, и уравнивание до единицы количества голосов собственников гаражных боксов, имеющих разную площадь, уже свидетельствует о нарушении равенства прав участников собрания, при этом суд в отсутствии листов голосования лишен возможности проверить, насколько данное нарушение повлияло на определение кворума и на определение того, приняты ли большинством голосов решения по вопросам повестки дня.

Кроме того, даже при подсчете голосов исходя из формулы 1 гаражный бокс – 1 голос, ответчиком ошибочно принято за 100% голосов количество гаражных боксов, право собственности на которые зарегистрировано в ЕГРН, исходя из следующего.

Пунктом 1 ст. 6 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» закреплено, что права на недвижимое имущество, возникшие до момента вступления в силу данного закона, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введенной названным законом.

Государственная регистрация таких прав проводится по желанию их обладателей. Государственная регистрация прав, осуществляемая в отдельных субъектах Российской Федерации и муниципальных образованиях до вступления в силу названного закона, является юридически действительной.

Согласно п. «в», «г» § 1 Инструкции о порядке регистрации строений в городах, рабочих, дачных и курортных поселках РСФСР, утвержденной приказом Министерства коммунального хозяйства РСФСР от 21 февраля 1968 года № 83, в целях учета принадлежности строений в городах, рабочих, дачных и курортных поселках РСФСР бюро технической инвентаризации исполнительных комитетов местных Советов депутатов трудящихся ведут по установленным формам реестры и производят регистрацию строений, в том числе, жилых домов, принадлежащих гражданам на праве личной собственности, кооперативных и других общественных организаций.

С 1 января 2017 года регулирование отношений, возникающих в связи с осуществлением государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, подлежащих в соответствии с законодательством Российской Федерации государственной регистрации, осуществляется в порядке, установленном Федеральным законом от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости».

В соответствии с частью 5 статьи 1 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права на недвижимое имущество в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права, которое может быть оспорено только в судебном порядке.

Главой 11 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (статьи 69 - 72) определены заключительные и переходные положения в связи с введением в действие этого закона.

Так, частью 1 статьи 69 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» установлено, что права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости проводится по желанию их обладателей.

Из приведенных нормативных положений следует, что, по общему правилу, права на недвижимое имущество, подлежащие государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации. Вместе с тем права на недвижимое имущество, возникшие у правообладателя до вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», признаются юридически действительными и при отсутствии их регистрации в Едином государственном реестре недвижимости. Государственная регистрация таких прав в Едином государственном реестре недвижимости производится по желанию их правообладателей. Обязательность государственной регистрации прав на недвижимое имущество, возникших до вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», установлена законом только при государственной регистрации перехода таких прав, их ограничения и обременения объектов недвижимого имущества или совершенной после дня вступления в силу Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» сделки с указанным объектом недвижимого имущества.

Таким образом, если право на объект недвижимого имущества возникло до даты вступления в силу Федерального закона от дата № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», то есть до 31 января 1998 года, момент возникновения такого права не связан с его государственной регистрацией, такое право признается юридически действительным и при отсутствии его государственной регистрации. Государственная регистрация этого права в Едином государственном реестре недвижимости лишь подтверждает наличие такого права, но не определяет момент его возникновения.

Таким образом, позиция ответчика о том, что право собственности подтверждается только выпиской из ЕГРН, основано на ошибочном толковании норм права, прямо противоречит вышеуказанным положениям федеральных законов, не учитывает наличие так называемых ранее возникших прав.

Согласно ответу ЕМУП «Бюро технической инвентаризации» по адресу: <адрес>, <адрес> заинвентаризированы здания гаражей литер А1 в составе 186 боксов №<номер> и литер Б в составе 10 боксов №<номер> (т. 5 л.д. 25). Также предоставлены сведения о собственниках гаражных боксов в литере А1, зарегистрированных в ЕМУП «БТИ» в составе 153 объектов (т. 5 л.д. 24).

Ответчиком предоставлены сведения о регистрации в ЕГРН права собственности на 120 гаражных боксов (т. 4 л.д. 1-182).

При сопоставлении сведений о собственников гаражных боксов как по данным ЕМУП «БТИ», так и по данным ЕГРН, суд приходит к выводу о наличии права собственности на 193 гаражных бокса. В наглядном виде указанное сопоставление в форме таблицы представлено стороной истца и приобщено в материалы дела.

Ответ Департамента по управлению муниципальным имуществом г. Екатеринбурга от 03 марта 2023 года (т. 3 л.д. 21), вопреки доводам ответчика, не подтверждает того обстоятельства, что 96 гаражных боксов являются бесхозяйными и права на данные гаражные боксы за какими-либо физическими лицами не зарегистрированы; напротив, в ответе указано, что сведения о правообладателях 96 гаражных боксов отсутствуют только в ЕГРН, и ДУМИ ведется работа по выявлению правообладателей, в том числе, путем направления запросов в ЕМУП «Бюро технической инвентаризации», что объясняется как раз тем обстоятельством, что ЕМУП «Бюро технической инвентаризации» обладает сведениями о ранее зарегистрированных правах. Из ответа ДУМИ следует, что только в случае, если сведения о правообладателях не поступят, будет проводиться работа по регистрации права муниципальной собственности на бесхозяйное имущество, следовательно, в настоящее время указанные 96 гаражных боксов бесхозяйными не являются.

Таким образом, 100% голосов составляет не 120, а 193 гаражных бокса, в связи с чем даже при выбранном при подсчете голосов способе (1 гаражный бокс – 1 голос), и принимая за истину, что в собрании приняло участие 86 собственников гаражных боксов (хотя данное обстоятельство ответчиком также не доказано) в собрании приняло участие лишь 44,56% (86 * 100% / 193), таким образом, кворум на собрании отсутствовал, поскольку в собрании приняли участие собственники, обладающие менее чем пятьюдесятью процентами голосов от общего числа голосов.

Документально ответчиком подтверждено участие в собрании только 6 человек (М., Ю., П., А., ФИО4, Н., В.), что составляет 3,1 % (6 * 100 % / 193) от общего числа собственников и также свидетельствует об отсутствии кворума на собрании.

Кроме того, согласно ч. 1 ст. 46 Жилищного кодекса Российской Федерации решения общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме по вопросам, поставленным на голосование, принимаются большинством голосов от общего числа голосов принимающих участие в данном собрании собственников помещений в многоквартирном доме, за исключением, в том числе, принятия решения о выборе управляющей организации (п 4.7 ч. 2 ст. 44 Жилищного кодекса Российской Федерации), которое принимаются более чем пятьюдесятью процентами голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме, и принятие решения об определении лиц, которые от имени собственников помещений в многоквартирном доме уполномочены на заключение договоров об использовании общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме (п. 3.1 ч. 2 ст. 44 Жилищного кодекса Российской Федерации), которое принимаются большинством не менее двух третей голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме.

Исходя из протокола № 1 от 17 июня 2022 года за решение о расторжении договора на управление и обслуживание с ГЭК «АВТО» и заключение договора на управление и обслуживание с ГК «АВТО», а по сути о выборе управляющей организации, проголосовал 51 собственник, что составляет менее 50% даже от 120. За решение о поручении председателю ГК «АВТО» заключать все необходимые договоры проголосовал 51 собственник, то есть мене 2/3 даже от 120.

Таким образом, даже в случае предоставления ответчиком листов голосования, подтверждающих, что за вышеуказанные решения проголосовал 51 собственник, решения по вопросам 4, 5, 8 ничтожны, так как приняты недостаточным количеством голосов.

С учетом изложенного и установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО3, поскольку ответчиком не доказано наличие кворума на общем собрании собственников, решения которого оформлены протоколом № 1 от 17 июня 2022 года.

При этом иск подлежит удовлетворению именно к ФИО2, который, будучи инициатором общего собрания собственников, является надлежащим ответчиком по иску о признании недействительным решений этого общего собрания.

Согласно части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

При обращении в суд истцом уплачена государственная пошлина в размере 600 рублей, что подтверждается чеком-ордером от 28 сентября 2022 года (т. 1 л.д. 18), а также понесены почтовые расходы на отправку копий искового заявления в сумме 158 рублей 40 копеек (т. 1 л.д. 9, 19).

Учитывая, что исковое заявление удовлетворено, указанные расходы подлежат возмещению ответчиком истцу, при этом расходы по оплате государственной пошлины подлежат возмещению в размере 300 рублей, поскольку именно столько истец должен был заплатить при подаче заявления, содержащего 1 требование неимущественного характера.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковое заявление ФИО3 (паспорт серии <номер> <номер>) к ФИО2 (паспорт серии <номер>) о признании недействительным решения общего собрания собственников нежилых помещений – удовлетворить.

Признать недействительным решения внеочередного общего собрания собственников нежилых помещений в здании, расположенном по адресу: <адрес>, <адрес>, оформленные протоколом № 1 от 17 июня 2022 года.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 в возмещение расходов по уплате государственной пошлины – 300 рублей, в возмещение почтовых расходов – 158 рублей 40 копеек.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.

Судья А.А. Коняхин