Решение по делу № 03088/2021 от 29.08.2022 - о взыскании неосновательного обогащения, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и упущенной выгоды.

№ 2-77/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 августа 2022 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Андроновой А.Р.,

при секретаре Кабировой Р.Р.,

с участием истца ФИО1,

представителей ответчика ФИО2, ФИО3, действующих на основании доверенности от 02.07.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и упущенной выгоды,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, указав, что его отец У.С.В. умер 25.05.2019, что подтверждается свидетельством о смерти № от 30.05.2019. В соответствии с завещанием от 07.10.2015 № отец завещал квартиру, находящуюся по адресу: г.Оренбург<адрес> дочери ФИО4, денежный вклад, хранящийся в дополнительном офисе № 8623/055 Оренбургского отделения № 8623 Поволжского банка ПАО Сбербанк на счете №, с причитающимися процентами и компенсацией, сыну ФИО1 10.09.2019 он обратился с заявлением о принятии наследства к нотариусу Соль-Илецкого городского округа ФИО5, где было открыто наследственное дело №. 10.12.2019 состоялась встреча с его сестрой ФИО4, которая пояснила, что денежные средства, полагающиеся ему по завещанию находятся у нее. Им была написана расписка на получение денежных средств в размере 1006541 рубль, однако фактически денежные средства переданы не были, так как ФИО4 не была согласна с формулировкой в расписке. 17.12.2019 от нотариуса была получена информация, что в соответствии с ответом ПАО «Сбербанк» от 02.12.2019 счет, указанный в завещании отца, закрыт при жизни вкладчиком, в соответствии с ответом Росреестра от 11.09.2019 объекты недвижимого имущества за ФИО6 не зарегистрированы. Дополнительно были получены сведения, что квартира по адресу: Оренбургская область, г.Оренбург, <адрес> была продана 03.11.2016. Однако с 2016 года и по дату смерти отец находился на лечении в ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат». 18.03.2020 в адрес ФИО4 было направлено требование от 17.03.2020 о предоставлении следующих сведений: кто, когда, в какой сумме и на каких основаниях снял денежные средства со счета №, указанного в завещании ФИО6, а в последующем и закрыл счет; кем, когда, на каких основаниях и по какой стоимости произведено отчуждение квартиры по адресу: Оренбургская область, г. Оренбург, <адрес>, указанной в завещании ФИО6 от 07.10.2015; на какие цели были направлены денежные средства, полученные от реализации квартиры и снятые со счета. Данное требование было направлено в адрес ответчика заказным письмом с описью вложения посредством Почты России, однако его требование осталось без исполнения. Во время устных переговоров ответчик неоднократно обещала передать денежные средства, завещанные отцом, однако своего обещания не исполнила. В результате чего 08.08.2020 он был вынужден направить в адрес ФИО4 требование от 05.08.2020 о немедленном перечислении по приложенным реквизитам денежных средств в размере 1006541 рубль, находящихся в распоряжении ответчика и положенные для передачи ему в соответствии с Завещанием от 07.10.2015. Данное требование исполнено не было, все сроки, касающиеся передачи денежных средств по устным договоренностям, истекли. Кем, когда, в каком объеме и на каких основаниях были сняты денежные средства со счета № в ПАО Сбербанк истцу достоверно неизвестно. 07.05.2021 от ответчика поступил перевод в размере 50 000 рублей, назначение платежа указано: «Выплата за наследственное имущество». Считает данный платеж частичной выплатой по завещанию от 07.10.2015 №. Просил суд взыскать с ответчика в его пользу неосновательное обогащение в размере 956541 рубль и расходы по оплате государственной пошлины в размере 12765 рублей.

Впоследствии истец ФИО1 неоднократно уточнял исковые требования, окончательно просил суд взыскать с ФИО4 в его пользу неосновательное обогащение в размере 1062476,10 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 26.05.2019 по 20.02.2022 года в размере 178116,77 рублей и далее с 21.02.2022 по день фактического исполнения обязательств, также просил суд взыскать с ответчика в его пользу упущенную выгоду в размере 260954,19 рубля расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 708 рублей.

Кроме того, ФИО1 также обратился в суд с иском к ФИО4 о признании сделки недействительной, указав, что 25.05.2019 в возрасте 80 лет умер его отец У.С.В., который находился с 2016 года и по дату смерти в ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат». В соответствии с завещанием от 07.10.2015 отец завещал квартиру, находящуюся по адресу: Оренбургская область, <адрес> дочери ФИО4; денежный вклад, хранящийся в ПАО Сбербанк на счете №, с причитающимися процентами и компенсацией сыну ФИО1 После смерти отца 10.09.2019 он обратился с заявлением о принятии наследства к нотариусу, где было открыто наследственное дело №. Свидетельства о праве на наследство были получены 17.12.2019, также от нотариуса была получена информация, что в ПАО Сбербанк счет, указанный в завещании отца закрыт при жизни вкладчиком. В ходе рассмотрения дела о взыскании неосновательного обогащения стало известно, что ФИО6 на имя ФИО4 03.08.2016 была выдана нотариальная доверенность, в том числе с правом получения денежных средств, а также закрытия счета в ПАО Сбербанк. В соответствии с ответами ПАО Сбербанк от 06.10.2021, а также от 08.10.2021 денежные средства со счета № в размере 1112476,10 рублей были сняты ФИО4 по доверенности налично 05.08.2016, счет закрыт. Доверенность от 03.08.2016 от ФИО6 на имя ФИО4 была выдана нотариусом в период нахождения отца в ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат», о чем свидетельствует адрес ФИО6 в доверенности, который совпадает с адресом данного учреждения. Считает, что на момент подписания доверенности от 03.08.2016 на имя ФИО4 отец не понимал значение своих действий и не мог руководить ими. Удостоверение доверенности нотариусом не является подтверждением факта полной дееспособности ФИО6, так как полномочиями назначать психиатрическую экспертизу, обращаться за консультацией к специалистам-психиатрам, истребовать документы о состоянии здоровья из медицинского учреждений нотариус не наделен, специалистом в этой области нотариус не является. Денежные средства в размере 1 112 476,10 рублей были сняты ФИО4 на основании доверенности 03.08.2016 со счета №. Денежные средства в размере 50000 рублей были переведены ФИО4 истцу на счет 07.05.2021 с указанием назначения платежа: «выплата за наследственное имущество». Просит суд признать недействительной доверенность, удостоверенную нотариусом ФИО7 на имя ФИО4 от 03.08.2016 №, зарегистрированную в реестре за №; признать недействительной сделку от 05.08.2016 по снятию денежных средств в размере 1112476,10 рублей со счета № в ПАО Сбербанк, совершенную на основании доверенности на имя ФИО4; применить последствия недействительной сделки; взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате государственной пошлины в размере 13512 рублей.

Определением суда от 21.12.2021 гражданские дела объединены в одно производство.

Истец ФИО1 в судебном заседании просил исковые требования удовлетворить в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, пояснив, что ранее с сестрой ФИО4 у них были хорошие отношения, они все вместе проживали в г. Оренбурге, потом родители развелись, и с 2008 года он стал проживать с матерью в г. Москве, сестра проживала в г. Оренбурге, ухаживала за отцом, потом поместила его в дом-интернат. Он всегда созванивался с отцом, знал, что он злоупотреблял спиртными напитками. Также ему было известно, что отец составил завещание, распорядившись своим имуществом: квартиру на ул. Чкалова, где он ранее проживал один - дочери ФИО4, с чем он согласен, а денежные вклад в Сбербанке - ему, конкретно сумму вклада он не знал. В интернат отца определила сестра, вся семья решила, что проживание под постоянным присмотром врачей будет лучше для него, потому что ФИО4 говорила, что отец стал вести себя неадекватно и ей тяжело с ним справляться, в том числе и физически, потому что у него были проблемы с ногами. С заявлением о признании его недееспособным никто не обращался. Он не знал о том, что отец оформил доверенность на ФИО4, никто ему об этом не говорил. Считает, что нотариус не проверяла состояние здоровья ФИО6 и необоснованно оформила доверенность 03.08.2016, не убедившись в его адекватности. Он неоднократно приезжал в г. Оренбург, навещал отца в интернате, отец не всегда его узнавал, со слов медсестер для того, чтобы он вел себя нормально, ему давали какие-то медицинские препараты. Бывало такое, что отец не был агрессивным, но говорил очень странные вещи, речь его была не логична. На тот момент он не знал, что уже есть нотариальная доверенность от 03.08.2016, и что завещанная квартира уже продана сестрой. В декабре 2019 года он встречался с ФИО4 в Сбербанке, она просила написать расписку о получении 1000000 рублей, и что он больше претензий не имеет, однако он отказался писать расписку так, как просила ответчик, так как предполагал, что сестра от него что-то скрывает. Указывает, что он не претендует на квартиру, которую ФИО4 завещал отец, но в отношении вклада, который был завещан ему, считает, что это наследственные деньги, которые должны быть переданы ему как наследство. Однако ответчик, оформив нотариальную доверенность от имени ФИО6, который в момент совершения сделки не понимал значения своих действий и не мог ими руководить, что подтверждается выводами судебной экспертизы, воспользовавшись ситуацией, сняла с банковского счета все денежные средства, которые причитались ему как наследнику по завещанию, неосновательно обогатившись за его счет. Просит суд выводы судебной экспертизы принять во внимание при вынесении решения судом, критически отнестись к представленной рецензии на экспертизу от 11.07.2022, поскольку в ней имеются ошибки и неточности, в заключении специалиста указаны иные даты, фамилия подэкспертного, не учтено, что экспертиза проводилась посмертная. Относительно ходатайства о применении пропуска срока исковой давности, просил суд учесть, что 17.12.2019 от нотариуса стала известна информация только о том, что указанный в завещании отца счет закрыт при жизни вкладчика. Поэтому он обращался в Сбербанк с заявлениями от 23.12.2019 и от 18.03.2020 о предоставлении информации «кто, когда, в какой сумме и на каких основаниях снял денежные средства», на что ему были ответы, что указанная информация является банковской тайной. Только 26.10.2021 при ознакомлении с материалами дела были получены сведения, что на имя ФИО4 была оформлена нотариальная доверенность с правом получения денежных средств и закрытия счет, при этом ответ из Сбербанка поступил в суд 06.10.2021. Узнав данную информацию, он сразу 05.11.2021 направил иск в суд о признании доверенности недействительной, поэтому считает, что срок исковой давности им не пропущен.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела была извещена надлежащим образом, в заявлении просила дело рассмотреть в ее отсутствие. Представлены возражения на исковые требования, в которых ФИО4 указывает, что 07.10.2015 отцом ФИО6 было составлено завещание, согласно которому квартира по <адрес> была завещана ей, а денежный вклад в ПАО Сбербанк - ФИО1 (истцу). В ноябре 2015 года ФИО6 потерял способность ходить, до апреля 2016 года уход и платное лечение осуществляла она, с 29.04.2016 на основании путевки министерства социального развития Оренбургской области ФИО6 был помещен на социальное обслуживание в стационарной форме в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» и находился там до момента своей смерти 25.05.2019. ФИО6 03.08.2016 у нотариуса г.Оренбурга ФИО7 была составлена доверенность, в соответствии с которой управлять и распоряжаться всем его имуществом, в том числе с правом получения денег, ценных бумаг, в том числе в ПАО «Сбербанк России» и всех коммерческих банках по всем основаниям, распоряжаться счетами в ПАО «Сбербанк России» с правом закрытия счетов, правом получения и внесения денег в любой форме, было доверено ФИО4 На основании указанной доверенности она 05.08.2016 по указанию ФИО6 закрыла счет и сняла денежные средства в ПАО Сбербанк в сумме 1112476,10 рублей и передала их отцу. Утверждает, что ее отец ФИО6 на момент подписания доверенности 03.08.2016 являлся дееспособным, какого-либо ограничения или лишения его дееспособности не было, он в полном объеме способен был понимать значение своих действий и руководить ими, при этом в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» он находился на социальном обслуживании, а не на принудительном лечении. Просила в удовлетворении исковых требований ФИО1 полностью отказать.

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании просили в удовлетворении иска отказать, пояснив, что в семье У-вых сложилась такая ситуация, что сын проживал с мамой в г.Москве, дочь - с отцом в г.Оренбурге, в 2015 году отец составил завещание на своих детей. В феврале 2016 года у ФИО6 парализовало ноги, и его полным содержанием стала заниматься дочь. При этом у ответчика было на иждивении двое несовершеннолетних детей. С февраля по апрель она предпринимала попытки лечить отца, звонила брату, но он отказывался помогать сестре, поэтому было принято решение поместить его в интернат. Но ФИО6 поместили не для лечения, а по социальной путевке, на тот момент он был дееспособным человеком, всё понимал и осознавал. При этом между отцом и сыном были обиды, они не ладили, поэтому ФИО6 решил написать доверенность на дочь для того, чтобы она распорядилась его деньгами по своему усмотрению. Нотариус провела проверку дееспособности ФИО6, беседуя с ним в течение 30 минут, потом оформила доверенность. Утверждает, что ФИО4 сняла с банка денежные средства и передала их наличными своему отцу, когда он жил в интернате, доказательств передачи денег не имеется. Кроме того, указывают, что сделка от 03.08.2016 по оформлению нотариальной доверенности является оспоримой в силу ст. 168 ГК РФ, следовательно, годичный срок об оспаривании сделки истек 17.12.2020, поскольку о нарушении своих прав истец узнал 17.12.2019, что следует из содержания иска, в связи с чем, данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска. Также указывают, что ФИО1 не конкретизирует свои требования относительно применения последствий недействительности сделки, считают, что оснований для признания сделки недействительной не имеется, поскольку в момент ее совершения ФИО6 осознавал значение своих действий и мог руководить ими, сомнений в его сделкоспособности у нотариуса не возникло, выводы судебной экспертизы вызывают сомнения, поскольку содержат противоречивые выводы, что подтверждается представленной рецензией, поэтому необходимо назначить либо повторную либо дополнительную экспертизу. Также считают, что требования о взыскании процентов по ст. 395 ГК РФ являются необоснованными, так как со стороны ФИО4 как наследника неосновательного обогащения не было. Также считают, что истец не доказал упущенную выгоду, в связи с чем, просили в удовлетворении исковых требований полностью отказать.

Привлеченные к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ПАО Сбербанк и нотариус ФИО7 в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Суд с учетом мнения участников процесса определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Заслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

В силу подпункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения ответчиком имущества за счет истца либо факт сбережения ответчиком имущества за счет истца, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.

Согласно пункту 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

В силу ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В соответствии с абзацем первым статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу в ч. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

В соответствии с пунктом 1 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

В соответствии со статьей 185 Гражданского кодекса Российской Федерации доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

На основании пункта 1 статьи 185.1 ГК РФ доверенность на совершение сделок, требующих нотариальной формы, на подачу заявлений о государственной регистрации прав или сделок, а также на распоряжение зарегистрированными в государственных реестрах правами должна быть нотариально удостоверена, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Основы законодательство о нотариате предусматривают, что содержание нотариально удостоверяемой сделки, а также заявления и иных документов должно быть зачитано вслух участникам (статья 44); нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона (статья 54).

В соответствии с пунктом 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии не одобрит данную сделку.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Статья 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность сторон представить доказательства, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В судебном заседании установлено и это подтверждается материалами дела, что У.С.В., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерший ДД.ММ.ГГГГ, является отцом истца ФИО1 и ответчика ФИО4

Согласно справке МСЭ, У.С.В. 19.12.2014 впервые была установлена вторая группа инвалидности бессрочно по общему заболеванию.

ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на учете в наркологическом диспансере зарегистрирован не был.

В период с 29.04.2016 по дату смерти 25.05.2019 находился на социальном обслуживании в стационарной форме в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат», где и был зарегистрирован по месту жительства.

ФИО6 при жизни было составлено заверенное нотариусом 07.10.2015 завещание, согласно которому принадлежащее ему имущество в виде квартиры, расположенной по адресу: г.Оренбург, <адрес> завещана дочери ФИО4, денежный вклад, хранящийся в дополнительном офисе № 8623/055 Оренбургского отделения № 8623 Поволжского банка ПАО Сбербанк на счете №, с причитающимися процентами и компенсацией - сыну ФИО1

Из представленной копии наследственного дела №, открытого нотариусом нотариальной палаты Оренбургской области Соль-Илецкого городского округа Оренбургской области ФИО8, следует, что с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, обратились сын ФИО1 и дочь ФИО4

Наследники ФИО1 и ФИО4 05.12.2019 получили свидетельства о праве на наследство по закону, согласно которому наследство после смерти ФИО6, умершего ДД.ММ.ГГГГ, состоит из действующего лицевого счета «Картсчет «пенсионный-универсальный» № от 17.12.2018 в АО «Банк Оренбург», остаток на день смерти составляет 160072,82 рубля, по 1/2 доли за каждым, со всеми причитающимися процентами на момент выдачи и иными выплатами.

Согласно ответу ПАО Сбербанк на запрос нотариуса, по состоянию на 03.12.2019 на имя ФИО6 имеется в ПАО Сбербанке счет №, который закрыт при жизни вкладчиком.

Из уведомления Управления Росреестра по Оренбургской области по состоянию на 11.09.2019, за ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отсутствуют зарегистрированные объекты недвижимости.

Из дела правоустанавливающих документов кадастровый (условный) номер №, следует, что ФИО6 принадлежала на праве собственности однокомнатная квартира, общей площадью 31,8 кв.м., по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от 04.02.2019.

По договору купли-продажи квартиры от 26.10.2016 ФИО6 в лице представителя ФИО4, действующей на основании доверенности серии № от 03.08.2016, удостоверенной нотариусом г.Оренбурга ФИО7 продала квартиру по адресу: г.Оренбург, <адрес> ФИО9, стоимость квартиры составила 1680000 рублей.

Истец ФИО1 обращался 17.03.2020 и 05.08.2020 с требованиями к ответчику ФИО4 о предоставлении сведений кем, когда, на каких основаниях и по какой стоимости произведено отчуждение квартиры по адресу: г.Оренбург, <адрес>, указанной в завещании ФИО6 от 07.10.2015 и кто и на каких основаниях снял денежные средства со счета №, указанного в завещании ФИО6, а в последующем и закрыл счет. Также просил предоставить сведения о том, на какие цели были направлены денежные средства, полученные от реализации квартиры и снятые со счета. Его требования остались без ответа.

В судебное заседание по запросу суда была представлена доверенность № от 03.08.2016, удостоверенная нотариусом г.Оренбурга ФИО7, из которой следует, что ФИО6 уполномочил ФИО4 управлять и распоряжаться всем своим имуществом, в чем бы оно ни заключалось и где бы ни находилось, в соответствии с этим заключать все разрешенные законом сделки, в частности: покупать, продавать, принимать в дар, обменивать, определяя во всех случаях суммы, сроки и другие условия по своему усмотрению; заключать и подписывать договоры, акты о передаче и другие необходимые документы; производить расчеты по заключенным сделкам; получать причитающееся ему имущество, деньги, ценные бумаги, а также документы от всех лиц, учреждений, предприятий, организаций, в том числе в ПАО «Сбербанк России» и всех коммерческих банков, почты, телеграфа, по всем основаниям; распоряжаться счетами в ПАО «Сбербанк России» и во всех коммерческих банках, с правом закрытия счетов в банках; и т.д.

Таким образом, судом установлено, что на основании доверенности от 03.08.2016 ФИО4 продала квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, которая причиталась ей по завещанию, а также сняла денежные средства, находящиеся на вкладе на счете №, хранящиеся в дополнительном офисе № 8623/055 Оренбургского отделения № 8623 Поволжского банка ПАО Сбербанк, с причитающимися процентами и компенсацией в размере 1112476,10 рублей и закрыла счет, которые причитались ФИО1 согласно завещанию.

В настоящее время истец ФИО1 оспаривает доверенность от 03.08.2016, указывая, что на момент составления доверенности его отец ФИО6 находился в ГБУСО Оренбургской области «Соль-Илецкий психоневрологический интернат» не в сделкоспособном состоянии.

В судебном заседании по ходатайству сторон были допрошены свидетели:

- Я.С.В., состоял в зарегистрированном браке с ФИО4 в период с 2001 по 2016 годы, в судебном заседании пояснил, что он был знаком с умершим ФИО6, они хорошо общались, раз в месяц он заходил к нему в гости. Последний раз он видел ФИО6 перед тем, как его положили в первую лечебницу в Строителе, всеми вопросами отца всегда занималась ответчик. Когда отец сломал шейку берда, дочь положила его в больницу и оплатила лечение, после чего он стал плохо ходить, практически никогда не выходил из своей квартиры на ул. Чкалова. Осенью, точную дату назвать он не может, ФИО6 пролежал на полу в квартире, так как не смог встать. Его дочь Анна вызвала бригаду, сломали входную дверь квартиры, зашли и он помог работникам скорой помощи вынести отца, его увезли в больницу, потом они поняли, что он не может самостоятельно себя обслуживать, ходить в туалет, поэтому было принято решение определить его в дом престарелых. Ответчик всегда помогала своему отцу во всем, поддерживала его, занималась лечением. Утверждает, что ФИО6 был абсолютно адекватным человеком, никаких странностей он за ним не замечал;

- С.Е.В. является подругой ФИО4 с 2009 года, в судебном заседании пояснила, что Анна всегда заботилась о своем отце, какое-то время он проживал вместе с ней, между ними были хорошие отношения, поэтому он оставил квартиру и деньги своей дочери, так как она за ним ухаживала. Сыну Василию он ничего не оставил, так как он не проживал рядом с отцом. Она видела один раз ФИО6 - это было давно, когда затрудняется ответить, они пили с ним чай, он был спокоен, разговаривал, шутил. Про их отношения с сыном она ничего не знает. Также пояснила, что она с Анной ездила в интернат в Соль-Илецк навестить отца, он был нормальным человеком. Утверждает, что Анна оформила отца в интернат, так как она была беременная и не могла постоянно ухаживать за ним, а он жил один и не мог себе приготовить еду и сходить в магазин, поэтому она приняла такое решение;

- Я.С.В. в судебном заседании пояснил, что с ФИО4 они проживают совместно с 12.05.2016, воспитывают общую дочь. Он вместе с Анной ездил навещать ее отца ФИО6, кроме дочери у него не было никого ближе, но ей было тяжело ухаживать за отцом, и чтобы он был под постоянным присмотром врачей, его поместили в интернат. Анна отвозила ему продукты и вещи, они вместе ездили к отцу несколько раз в месяц. При встречах ФИО6 вел себя нормально, они общались о разном, об охоте, о рыбалке. В день подписания доверенности они привезли ФИО6 домой, пообедали и все вместе поехали к нотариусу. ФИО6 отдельно пригласили в кабинет, нотариус беседовала с ним, разъясняла ему права и последствия подписания доверенности. Доверенность оформлялась на управление счетами, какая сумма была на счете, он не знал. Также он знал брата Анны - Василия, который проживал у них, когда приезжал в г.Оренбург. Между ними были хорошие отношения, но ФИО6 никогда не говорил о сыне. Анна звонила маме и брату, просила его навещать отца. Все имущество отец оформил на Анну, так как она ухаживала за ним и у них были очень теплые хорошие отношения. Он знал, что отец оставил завещание. Куда Анна потратила деньги, которые сняла со счета, он не знает, так как у нее бизнес и он не следит за ее финансами. Квартиру на ул.Чкалова ответчик продала, но куда она потратила эти деньги, тоже не знает. Вообще потрачены они или нет, он не может сказать. Он всегда ездил с Анной к отцу в интернат, они вместе заходили к нему, но он не видел, как Анна передавала деньги отцу. Утверждает, что он никогда не сомневался в дееспособности ФИО6, поскольку он всегда вел себя нормально;

- Х.Е.А. в судебном заседании пояснила, что она знает семью У-вых с 2000 года, с Анной она дружит с 2002-2004 годов. ФИО4 к своему отцу относилась очень внимательно, заботилась о нем, привозила ему продукты, так как он проживал отдельно, созванивалась с ним часто, потом у него были проблемы с ногами в 2015-2016 годах, ему стало трудно передвигаться, Анна нанимала ему в помощь людей. В 2016 году отец совсем стал плохо ходить, Анна просила ее помочь с подбором врачей, так как отцустановилось все хуже. В 2016 году, когда за отцом стало тяжело ухаживать, сам он себя не обслуживал, поэтому его утроили в пансионат в г. Соль-Илецке, где за ним был постоянный уход. При выборе учреждения она ориентировалась на профессионализм и работу персонала, ей посоветовали пансионат. В самом учреждение она не была, но в 2017 году они ездили несколько раз туда, но сама она не видела ФИО6, только видела, как Анна с ним разговаривает по видеосвязи, ничего необычного в его поведении не было, он отвечал на все вопросы, рассказывал, чем они занимался в течение дня, что ел и т.п., он был адекватным, не заговаривался, отвечал правильно на вопросы, такой вывод она сделала сама по общению Анны с отцом по видео. В 2016 году ФИО6 сам приходил в гости к Анне, она тогда его видела, он был очень интеллектуальным человеком, был интересен в общении, ничего необычного в его поведении она не увидела. Про завещание она ничего не спрашивала, Анна рассказывала что-то, но она не старалась запомнить эту информацию. Она знает, что брат Анны - Василий жил с мамой в г. Москве, отношения между ними были хорошие. Но Василий мало времени уделял отцу, а больше общался с мамой. Отношения испортились у Василия с Анной, потому что он считает, что ему что-то недодали;

- К.В.А. в судебном заседании пояснила, что она дружит с ФИО4 с 2011 года. Раньше у Анны были хорошие отношения с братом, но потом они перестали общаться. До переезда Анны в г. Москву они виделись практически каждый день, но сейчас она проживает на два города, приезжает в г. Оренбург для ведения своего бизнеса, раз-два в месяц. ФИО6 она тоже знала с 2011 года, он часто приходил в гости к дочери, последний раз видела его в августе 2016 года у Анны дома. Она как психолог может сказать, что ФИО6 был очень адекватным человеком. В ПНИ его перевели, так как у него болели ноги и он не мог передвигаться самостоятельно. Со слов Анны ей известно, что 02.02.2016 она приехала к нему в квартиру, но он не открывал, поэтому вскрыли дверь, оказалось, что ее отец упал и не мог встать, поэтому его отвезли в больницу, а потом перевели в ПНИ в г. Соль-Илецк. Она не видела и не знает, что ФИО1 приезжал к отцу в интернат. Со слов Анны ей известно, что состояние ее отца было нормальным, стабильным, она говорила, что когда приезжала к нему, то отец был рад, разговаривал с ней;

- У.С.В. в судебном заседании пояснила, что она совместно проживает с ФИО1 с 2005 года, в зарегистрированном браке они состоят с 2017 года. Утверждает, что отношения между братом и сестрой всегда были хорошие, родственные. С конца 2015 года по сентябрь 2016 года она помогала ФИО4 ухаживать за отцом, иногда делала уборку в его квартире и видела много пустых бутылок от спиртного. Весной 2016 года ФИО6 лежал в больнице им.Пирогова, она ездила к нему, но он ее не узнавал, при этом визуально она заметила, что у него имеется психическое расстройство, потому что в ходе беседы он говорил несуществующие вещи, взгляд у него был потерянный, блуждающий. Она не может точно сказать, с каким диагнозом он находился в больнице, но у него был перелом шейки бедра, после чего он стал плохо передвигаться, ему постоянно требовалась посторонняя помощь. В тот период времени у них с Анной тоже были хорошие отношения, она спрашивала, что ей делать с отцом, она посоветовала нанять сиделку, оплачивая расходы за счет пенсии ФИО6, но ответчик приняла другое решение - она поместила отца в психоневрологический интернат. Также ФИО4 рассказывала ей, что отец составил завещание, по которому завещал свою квартиру - дочери, а сыну - банковский счет, на котором больше 1 млн. рублей. В октябре 2016 года Василий приехал в г. Оренбург и весь октябрь жил у сестры. В марте 2017 года с Анной испортились отношения, в это время она уже переоформила на себя квартиру, однако это скрывала. О том, что оказывается была оформлена отцом нотариальная доверенность, они с Василием узнали только в суде в ходе рассмотрения настоящего дела. Они часто ездили в интернат, навещали отца, в последний раз видели его в феврале 2019 года, состояние его было плохое, видно наличие серьезного расстройства личности. Он не узнавал их и говорил вещи, которые не соответствуют действительности. Когда они приезжали к нему на встречу, ждали минут 40, так как ФИО6 нужно было подготовить, так говорили врачи: кололи ему препараты, иначе он не мог бы вести с ними диалог.

Кроме того, в судебном заседании посредством видеоконференц-связи был опрошен в качестве свидетеля врач-психиатр ФИО10, который пояснил, что ФИО6 находился на лечении в его отделении около трех лет в ПНИ в г. Соль-Илецк. При поступлении у него был диагноз органическое расстройство личности смешенного генеза, данный диагноз был поставлен в больнице им. Пирогова, там он находился на лечении один месяц, после этого дочь его определила в центр «Долголетие», позже у ФИО6 начались галлюцинации, он стал неопрятным, 11.04.2016 года ему был поставлен тот же диагноз и по путевке от минсоцразвития его направили в ПНИ. При поступлении сознание у него было ясное, текущую дату не отслеживал, к контакту был доступен, но речь была фразовая, мимика однообразная, мышление было логичным, абстрагированным, внешний вид неопрятный. При поступлении в интернат пожилые люди всегда выбирают того, к кому можно обратиться, родственника, которому доверяют, ФИО6 выбрал свою дочь, он ей доверял, у них были хорошие отношения, она за ним ухаживала, с сыном у него не было доверительных отношений. В течение трех лет психический статус ФИО6 был стабилен, сознание было сохранено, ориентировался в месте и времени, делал это самостоятельно, но нуждался в постоянном уходе, передвигался с трудом, общался с медперсоналом, когда дочь приезжала, общался с ней. Последнее время он стал тяготиться нахождением в интернате, просился домой. Каждый год психиатры осматривают проживающих и дают заключение об обоснованности нахождения в интернате, оснований для выписывания ФИО6 не имелось.

В рамках рассмотрения дела судом была назначена и проведена судебно-психиатрическая амбулаторная посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, которая была поручена экспертам ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница № 1».

Из заключения судебно-психиатрической экспертизы от 17.05.2022 № 1033 следует, что анализ представленных экспертам материалов свидетельствует, что на момент составления доверенности 03.08.2016 ФИО6 обнаруживал признаки органического расстройства личности в связи ..., что подтверждается результатами проведенных инструментальных методов обследования, обследованиями специалистов, установлением группы инвалидности в связи с данными соматическими заболеваниями. Отмечается постепенное нарастание органических расстройств личности, которые документально зафиксированы в медицинской документации с февраля 2016 года (при первом осмотре психиатра) в виде ... с достаточно быстрым прогрессированием к апрелю 2016 года до выраженного психоорганического синдрома, что послужило причиной перевода в психоневрологический интернат. Ухудшение в состоянии проявлялось в усугублении расстройств памяти, снижении критических способностей, отсутствии ориентировки во времени и месте нахождения, утрате навыков опрятности, присоединением психопатоподобных нарушений поведения, делириозных нарушений ясности сознания. Данное состояние сохранилось с апреля 2016 на протяжении всего последующего периода, в том числе и в юридически значимый период (03.08.2016). В юридически значимый период (03.08.2016) ФИО6 находился в указанном хроническом психическом расстройстве, которое в исследуемой ситуации лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими при составлении доверенности 03.08.2016.

Психологический анализ представленных материалов дела позволяет сделать вывод, что в юридически значимый период 03.08.2016, индивидуально-психологические особенности ФИО6 оказали существенное (лишающее) влияние на его способность понимать характер и значение своих действий, а также на поведение.

Кроме того, в судебном заседании по ходатайству стороны ответчика был допрошен эксперт-психолог ФИО11, которая входила в состав комиссии экспертов, она полностью подтвердила выводы экспертизы и пояснила, что она как психолог делала свое заключение на основе представленных медицинских документов, поскольку экспертиза проводилась посмертная, изучала ранее выставленные психиатрами диагнозы, также ею исследовалась медицинская карта ПНИ. В апреле 2019 года имеется заключение психиатра, что память у ФИО6 была снижена, возраст называет неверно, дату назвать не может, своё местонахождение в психоневрологическом интернате объяснить не может. В эпикризе за 2016 год указано, что у ФИО6 ориентировка отсутствует и т.д. По поводу корректировки поведения: они не влияют на его память, мышление и сознание, они влияют на поведение. По представленным материалам видно, что у ФИО1 имеется заболевание, которое проявляется периодами, поэтому в исследуемый период времени его состояние оказало влияние на его поведение, он неспособен был в момент совершения сделки понимать характер и значение своих действий.

В судебном заседании по ходатайству стороны ответчика был допрошен эксперт ФИО12, проводившая судебную экспертизу в составе комиссии экспертов, которая подтвердила выводы судебной экспертизы и пояснила, что в период с 11.04.2022 по 17.05.2022 составлялось заключение относительно определения сделкоспособности ФИО6 на момент подписания нотариальной доверенности 03.08.2016, длительность связана с запросом дополнительных документов. В феврале-марте 2016 года ФИО6 находился на лечении в больнице им. Н.И.Пирогова и его осматривала ВК, где было дано заключение, что он может находиться в социальном учреждении, впоследствии вновь собралась комиссия уже с психиатрами, ФИО6 был выставлен диагноз - органическое расстройство личности, вызванный сосудистыми заболеваниями головного мозга, артериальной гипертонией, Болезнью Паркинсона, он не смог правильно назвать свой возраст, дату и др., поэтому было принято решение о переводе его в психоневрологический интернат. Экспертной комиссией была запрошена дополнительно вся история болезни У-005, где был подробно описан психический статус ФИО6, после этого ими были изучены все медицинские карты, записи врачей. Сам же врач ФИО10 в своих записях указал, что у ФИО6 отсутствует критика, также у него были психопатоподобные нарушения, когда личность вялая, безынициативная, но при этом не всегда требуются психотропные препараты. Утверждает, что представленных медицинских документов было достаточно для комиссии экспертов, чтобы сделать однозначный вывод о том, что ФИО6 в юридически значимый период находился в хроническом психическом расстройстве, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими при составлении доверенности 03.08.2016.

Оценивая всю совокупность доказательств, представленных сторонами и исследованных в судебном заседании, суд полагает возможным принять в качестве доказательства по делу заключение судебной амбулаторной посмертной комплексной психолого-психиатрической комиссии экспертов № 1033 от 17.05.2022, поскольку при проведении исследования экспертами были изучены все материалы дела, медицинские карты в отношении ФИО6

Выводы экспертов основаны на анализе представленных в дело доказательств, в том числе и показаний допрошенных по делу свидетелей как указывающих на поведение ФИО6, дающее основания полагать, что он в момент подписания нотариальной доверенности от 03.08.2016 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, так и тех свидетелей, которые сообщили суду об адекватном его поведении.

Заключение экспертизы № 1033 от 17.05.2022, составленное экспертами ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница № 1» соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ и Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Экспертиза проведена в соответствии со ст.ст. 79-84 ГПК РФ, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение мотивировано, обосновано ссылками на специальную литературу, эксперты имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы. Оснований сомневаться в правильности выводов экспертизы не имеется.

Какие-либо обоснованные доводы и возражения по заключению судебной экспертизы сторонами суду не представлено. Надлежащих доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, не имеется. Оснований для назначения повторной либо дополнительной экспертизы не имеется.

Кроме того, заключение судебной экспертизы согласуется с совокупностью других представленных в дело доказательств и не противоречит им.

Доводы стороны ответчика о том, что экспертами был нарушен порядок подписания о предупреждении их по ст. 307 УК РФ, являются несостоятельными и опровергаются заключением комиссии экспертов и показаниями самих экспертов в судебном заседании, которые подтвердили факт предупреждения их об уголовной ответственности при дачи заключения по делу, при этом последовательность написания указанной расписки в данном случае не имеет существенного значения.

Доводы стороны ответчика о том, что заключение судебной экспертизы недостоверно, изложенные в нем выводы являются спорными, заключение составлено с нарушением материального и процессуального законодательства, что подтверждается представленной рецензией - заключением специалиста № 18122 от 11.07.2022, отклоняются, поскольку представленная представителем ответчика рецензия на заключение экспертов представляет собой субъективное мнение неучаствующего в проведении судебной экспертизы специалиста, поэтому в силу ст. 55 ГПК РФ не является одним из видов доказательств.

Кроме того, суд отмечает, что приведенные в рецензии доводы, представляют собой частное мнение специалиста, не предупрежденного об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ за дачу ложного или заведомо ложного заключения, относительно достоверности, объективности и относимости заключения судебной психиатрической экспертизы. При этом данная рецензия не опровергает изложенные в заключении экспертизы выводы и не содержит однозначного и обоснованного вывода о том, что ФИО6 в момент совершения сделки понимал значение своих действий и мог руководить ими. Кроме того, специалист, привлеченный стороной ответчика, правом оценки доказательств по делу наделен не был, данное полномочие в силу статьи 67 ГПК РФ, является прерогативой суда.

Оценив показания допрошенных в судебном заседании свидетелей Я.С.В.,, К.В.А., С.Е.В., Х.Е.А., Я.С.В. в совокупности с другими доказательствами по делу, суд критически к ним относится, так как их показания не могут оцениваться как объективные, поскольку данные свидетели являются заинтересованными в исходе дела лицами, кроме того, о состоянии здоровья ФИО6 в юридически значимый период, когда он находился в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат», им известно только со слов ответчика ФИО4

Показания врача-психиатра ГБУСО «Соль-Илецкий ПНИ» ФИО10, допрошенного в судебном заседании, суд принимает как доказательство только в той части, в которой они подтверждаются материалами дела. Пояснения данного врача противоречат и расходятся с его же записями, которые имеются в медицинской карте ФИО6 Данное обстоятельство было исследовано экспертами при проведении судебной экспертизы и оценено в совокупности с другими медицинскими документами.

Представленная стороной ответчика видеозапись, которая осматривалась в судебном заседании, где ФИО6 рассказывает свои воспоминая, не может быть принята во внимание как доказательство сделкоспособности ФИО6 по состоянию на 03.08.2016, поскольку она не опровергает выводы судебной экспертизы и исследованные медицинские документы, при этом видеозапись сделана 05.01.2018, что не относится к исследуемому периоду.

При таких обстоятельствах, анализируя все собранные по делу доказательства в совокупности, в том числе и заключение комиссии экспертов № от 17.05.2022, суд приходит к выводу, что ФИО6 в момент оформления нотариальной доверенности 03.08.2016, хотя и являлся дееспособным, но находился в момент совершения сделки в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Таким образом, спорную нотариально оформленную доверенность от 03.08.2016 суд признает недействительной, следовательно, является недействительной и сделка от 05.08.2016 по снятию ФИО4 денежных средств и закрытию счета ФИО6 в ПАО Сбербанк № на сумму 1112476,10 рублей.

Доводы ответчика о том, что денежные средства в размере 1112476,10 рублей после закрытия банковского вклада она передала ФИО6 и он погасил свои долговые обязательства перед третьими лицами, являются неубедительными и не подтверждаются какими-либо доказательствами.

В судебном заседании установлено, что в период с 29.04.2016 по дату смерти 25.05.2019 ФИО6 находился на социальном обслуживании в стационарной форме в ГБУСО «Соль-Илецкий психоневрологический интернат», в данном учреждении у пациентов отсутствует возможность иметь наличные крупные суммы денежных средств и самостоятельно ими распоряжаться, учитывая состояние здоровья пациентов, что также пояснил в судебном заседании и врач ФИО10 Доказательств передачи ФИО6 денежных средств в размере 1112476,10 рублей и доказательств, подтверждающих наличие у него размера долга в указанной сумме перед третьими лицами, суду не представлено.

Судом установлено, что ответчик, действуя по поручению ФИО6 на основании доверенности, получила денежные средства в сумме 1112476,10 рублей, однако, данных о том, что эти денежные средства были переданы ФИО6, не представлены, обстоятельства того, что последний имел намерение осуществить дар в пользу ответчика при рассмотрении дела не установлены, то есть при жизни ФИО6 в своих интересах данной суммой не распоряжался, соответственно, учитывая положения вышеуказанных норм права, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение и обязательства по возврату данных денежных средств перед истцом, к которому как к наследнику перешли все права наследодателя. Наличие доверенности, выданной ответчику ФИО6 на распоряжение денежными средствами, не предоставляло ФИО4 права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению и в своем интересе.

Учитывая, что денежные средства, хранящиеся на вкладе в ПАО Сбербанк на счете №, с причитающимися процентами и компенсацией согласно завещанию ФИО6 от 07.10.2015 причитались сыну ФИО1, при этом ФИО4, воспользовавшись состоянием ФИО6, который в момент оформления доверенности 03.08.2016 находился в хроническом психическом расстройстве, которое лишало его способности понимать значение своих действий и руководить ими, закрыла вклад, получив денежные средства в сумме 1112476,10 рублей, воспользовалась ими по своему усмотрению, неосновательно обогатившись за счет ФИО1, поэтому наследственные денежные средства подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 1062476,10 рублей, за вычетом 50000 рублей, которые ФИО4 самостоятельно перечислила истцу согласно чек-ордеру от 07.05.2021, указав назначение платежа «выплата за наследственное имущество», что сторонами не оспаривается.

Доводы стороны ответчика о том, что истцом пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки, являются неубедительными.

Пунктом 2 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии с положениями статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из материалов дела усматривается, что 17.12.2019 от нотариуса ФИО1 стало известно, что спорный банковский счет был закрыт при жизни вкладчиком ФИО6, в связи с чем, истец обратился 23.12.2019 в ПАО Сбербанк для получения информации, кто и на каких основаниях снял денежные средства, однако получил отказ, поскольку указанные сведения являются банковской тайной. 18.03.2020 ФИО4 было направлено истцом требование о предоставлении сведений, кто и на каких основаниях снял денежные средства со счета №, однако ответчик такую информацию не предоставила. В связи с чем, 24.08.2021 ФИО1 обратился с иском в суд о взыскании неосновательного обогащения, судом были сделаны соответствующие запросы. В ходе ознакомления с материалами дела 26.10.2021 истцом была получена информация, что именно на основании доверенности от 03.08.2016 ответчиком были сняты денежные средства в размере 1112476,10 рублей и закрыт счет 05.08.2016, после чего истцом было подготовлено исковое заявление об оспаривании доверенности и 05.11.2021 подано в суд согласно штампу на конверте.

Таким образом, принимая во внимание о том, что ФИО1 узнал о нарушении своего права 26.10.2021, обратного суду не представлено, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что срок исковой давности истцом не пропущен, поэтому правовых оснований для удовлетворения ходатайства о применении пропуска срока исковой давности для оспаривания сделки не имеется.

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 26.05.2019 по день фактического исполнения обязательств, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 395 ГК РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующими в месте жительства кредитора или, если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения, опубликованными Банком России и имевшими место в соответствующие периоды средними ставками банковского процента по вкладам физических лиц. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами" положения ст. 395 ГК РФ не применяются к отношениям сторон, если они не связаны с использованием денег в качестве средства платежа, средства погашения денежного долга.

Данная норма предусматривает ответственность за нарушение денежного обязательства гражданско-правового характера и определяет последствия неисполнения или просрочки исполнения денежного обязательства, в силу которого на должника возлагается обязанность уплатить деньги, вернуть долг.

В настоящем случае между сторонами имелся спор о признании сделки недействительной и о взыскании денежных средств, который разрешен настоящим решением, и только на основании решения о взыскании суммы на стороне ответчика возникает денежное обязательство по уплате определенных судом сумм, соответственно действия ответчика не могут рассматриваться как неправомерное пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, в связи с чем отсутствуют основания для взыскания предусмотренных ст. 395 ГК РФ процентов за период до разрешения указанного спора и вступления решения в законную силу. Факт пользования чужими денежными средствами в данном случае отсутствует.

Таким образом, требования истца о взыскании процентов на основании ст.395 ГК РФ удовлетворению не подлежат.

Правовых оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании с ответчика упущенной выгоды, также не имеется, в связи со следующим.

ФИО1 указывает, что денежные средства в размере 1112476,10 рублей были неправомерно сняты ответчиком 05.08.2016, а поскольку наследодатель умер 25.05.2019, следовательно, упущенная выгода состоит в размере начисленных процентов по завещанному «Вкладу Особый Сохраняй» в ПАО Сбербанк за период с 05.08.2016 по 25.11.2019 года в размере 260954,19 рубля (1373430,29 рублей – 1112476,10 рублей).

Однако по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации упущенной выгодой является не полученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса, лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было.

Кроме того, согласно пункту 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

В соответствии со статьей 393 Гражданского кодекса Российской Федерации применительно к убыткам в форме упущенной выгоды лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления данного лица.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход.

Данные требования истцом выполнены не были, доказательств реальной возможности получения прибыли в заявленном размере истцом не представлено.

В силу ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом понесены расходы по оплате государственной пошлины в общей сумме 29 220 рублей, что подтверждается чек-ордерами.

С учетом требований ст. 98 ГПК РФ расходы по оплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных требований в сумме 13512,38 рублей.

В рамках рассмотрения спора судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница № 1».

Согласно выставленному счету на оплату № 599 от 06.06.2022 стоимость судебной экспертизы составляет 20000 рублей.

В соответствии с положениями ст.85 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика ФИО4 расходы на производство судебной экспертизы в пользу ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница № 1» 20 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 о взыскании неосновательного обогащения, признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами и упущенной выгоды удовлетворить частично.

Признать недействительной доверенность, выданную У.С.В., удостоверенную нотариусом ФИО7 на имя ФИО4 от 03 августа 2016 года №, зарегистрированную в реестре за №.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 денежные средства в размере 1062476,10 рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 13512,38 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО4 отказать.

Взыскать с ФИО4 в пользу ГБУЗ «Оренбургская областная клиническая психиатрическая больница № 1» расходы на оплату судебной экспертизы в размере 20000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 14 сентября 2022 года.

Судья А.Р. Андронова