Решение по делу № 02212/2025 от 26.01.2026 - о признании договора потребительского кредита недействительным, признании недействительными банковские операции, взыскании денежных средств.

Центральный районный суд г. Оренбурга (Оренбургская область)

Категория дела О признании недействительными договоров потребительского кредита Гражданское Удовлетворено частично

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

При таких обстоятельствах, суд признает извещение ответчиков надлежащим. Суд, огласив исковое заявление, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Центрального района г

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> к Банку ВТБ (публичное акционерное общество), Банку ГПБ (акционерное общество), <ФИО>, <ФИО>, <ФИО>, <ФИО> о признании договора потребительского кредита недействительным, признании

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

Гражданское дело № 2-124/2026 (2-3463/2025;)

Уникальный идентификатор дела

56RS0042-01-2025-003415-49

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16 января 2026 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе:

председательствующего судьи Гончаровой Е.Г.,

при помощнике судьи Минигазимовой А.И.,

при секретаре Белицкой Н.Н.,

с участием помощника прокурора Центрального района г. Оренбурга Симоновой Т.М,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности, представителя ответчика Банка ГПБ (АО) ФИО2, действующей на основании доверенности, представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) ФИО3, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество), Банку ГПБ (акционерное общество), ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании договора потребительского кредита недействительным, признании недействительными банковские операции, взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

Истец первоначально обратился в суд с названным иском к Банку ВТБ (ПАО), указав, что в период с 18.03.2025 года по 21.03.2025 года мошенники получили доступ к счетам истца в АО «Т Банк», Газпромбанк и Банк ВТБ (ПАО), после чего перевели денежные средства с принадлежащего истцу счета в Банке ВТБ (ПАО) на счета неустановленных лиц. 22.03.2025 года истец обнаружила пропажу денежных средств и обратилась в полицию, что подтверждается талоном-уведомлением №, номер № от 22.03.2025 года. По ее заявлению было возбуждено уголовное дело, по которому истец признана потерпевшей.

На основании изложенного, просила суд признать недействительной банковскую операцию от 19.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 60000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 19.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 59000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 19.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 42000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 60000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 59000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 58000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 57000 рублей, признать недействительной банковскую операцию (от 21.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 51000 рублей, признать недействительной банковскую операцию по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 49000 рублей клиенту Банка ВТБ (ПАО) от 21.03.2025 года по номеру телефона №; взыскать с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ФИО4 сумму в размере 495000 рублей.

В ходе судебного разбирательства к участию в деле в качестве ответчиков привлечены Банк ГПБ (акционерное общество), ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, АО «ТБанк», федеральную службу по финансовому мониторингу, а также для дачи заключения прокурор Центрального района г. Оренбурга.

В ходе судебного разбирательства истец неоднократно уточнял исковые требования, окончательно указав, что 18.03.2025 года истцу поступил звонок в мессенджере <данные изъяты> с неизвестного абонентского номера №, в ходе разговора позвонивший представился сотрудником компании <данные изъяты> и поинтересовался нет ли у нее жалоб на качество мобильной связи. Истец была занята, попросила, чтобы ей перезвонили вечером. 18.03.2025 года в вечернее время истцу поступил звонок в мессенджере <данные изъяты> с неизвестного абонентского номера №, в ходе разговора позвонивший представился К., сотрудником компании <данные изъяты>, пояснил, что звонит по заявке на плохое качество связи и расход трафика. После чего пояснил, что для улучшения качества связи необходимо установить интернет соединение 5G, после чего порекомендовал войти в личный кабинет <данные изъяты>, зайти в раздел «Настройки» и переключить на 5G. Впоследствии истцу неоднократно звонили якобы сотрудники сотовой компании <данные изъяты> и под предлогом улучшения качества связи совершали какие-то манипуляции в личном кабинете <данные изъяты>. 21.03.2025 года истец решила зайти в свой мобильный банк «T-Банк» для того чтобы перевести денежные средства своей снохе в качестве подарка на день рождения. Войдя в мобильный банк, истец обнаружила отсутствие денежных средств. Также она обнаружила, что от ее имени заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) № от 19.03.2025 года и перечислена денежная сумма в размере 74000 рублей со снятием комиссии в размере 5796 рублей Истец не заключала данный кредитный договор, не получала и не перечисляла никому денежные средства. По изложенным выше фактам 23.03.2025 года <данные изъяты> возбуждено уголовное дело № по признакам совершения преступлений, предусмотренных <данные изъяты>. Таким образом, установлено, что в период с 18.03.2025 года по 21.03.2025 года, мошенники получили доступ к счетам истца АО «Т Банк», Газпромбанк и Банк ВТБ (ПАО), оформили на нее кредит в Газпромбанке, после чего перевели денежные средства с принадлежащего ей счета в Банке ВТБ (ПАО) на счета неустановленных лиц. В данном случае, перечисление значительных денежных средств явно выходило за рамки обычно совершаемых истцом операций, на что банк (ответчик), как профессиональный участник финансового рынка, должен был обратить внимание. Также, на стороне получателей денежных средств (физических лиц) возникло неосновательное обогащение.

На основании изложенного, истец окончательно просит суд признать недействительным договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) № от 19.03.2025 года, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 74000 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 5796 рублей, признать недействительной банковскую операцию от 19.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 60000 рублей в пользу ФИО8, признать недействительной банковскую операцию от 19.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 59000 рублей в пользу ФИО8, признать недействительной банковскую операцию от 19.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 42000 рублей в пользу ФИО8, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 60000 рублей в пользу ФИО7, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 59000 рублей в пользу ФИО7, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 58000 рублей в пользу ФИО7, признать недействительной банковскую операцию от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 57000 рублей в пользу ФИО6, признать недействительной банковскую операцию от 21.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 51000 рублей в пользу ФИО6, признать недействительной банковскую операцию от 21.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 49000 рублей в пользу ФИО5 по номеру телефона №, взыскать солидарно с Банка ВТБ (ПАО) и ФИО8 в пользу ФИО4 денежные средства в размере 161000 рублей, взыскать солидарно с Банка ВТБ (ПАО) и ФИО7 в пользу ФИО4 денежные средства в размере 177000 рублей, взыскать солидарно с Банка ВТБ (ПАО) и ФИО6 в пользу ФИО4 денежные средства в размере 108000 рублей, взыскать солидарно с Банка ВТБ (ПАО) и ФИО5 в пользу ФИО4 денежные средства в размере 49000 рублей

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, извещена о дате судебного заседания, в заявлении просила рассмотреть дело в свое отсутствие. Ранее в судебном заседании пояснила, что денежные средства не переводила, данных ответчиков не знает, но о кредите в Газпромбанке ей стало известно только при рассмотрении настоящего спора, так как у нее много счетов различных банках и остатков на них ей не известно. Полагает, что при разговоре со звонившим она установила доступ к своим счетам и телефону.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, заявленные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Просил суд их удовлетворить.

Представитель ответчика Банк ВТБ (ПАО) ФИО3 в судебном заседании поддержал доводы письменного отзыва на исковое заявления и пояснений, данных в ходе судебного разбирательства. Просил в удовлетворении исковых требований к Банку ВТБ (ПАО) отказать в полном объеме, ссылаясь на необоснованность заявленных требований, так как основания заявленных требований противоречат обстоятельствам дела и пояснениям самого истца.

Представитель ответчика Банка ГПБ (АО) ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы письменного возражения на исковое заявления и пояснений, данных в ходе судебного разбирательства. Просила в удовлетворении исковых требований к Банку ГПБ (АО) отказать в полном объеме, просила учесть, что истец неоднократно ранее заключала кредитные договора в дистанционном режиме и является клиентом банка более десяти лет.

Ответчики ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещались в порядке ст.ст.113-116 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о дне, месте и времени рассмотрения дела.

Таким образом, судом при рассмотрении дела предприняты исчерпывающие меры по уведомлению ответчиков о судебных заседаниях. Применительно к правилам пункта 34 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных Приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 года № 234, ч. 2 ст. 117 Гражданского процессуального кодекса РФ отказ в получении почтовой корреспонденции, о чем свидетельствует его возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

По смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат (пункты 63, 67 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Статья 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению также к судебным извещениям и вызовам, если гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством не предусмотрено иное (пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25).

Таким образом, отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту жительства (регистрации) корреспонденцией, является риском самого гражданина. Все неблагоприятные последствия такого бездействия несет само лицо, а возвращение в суд неполученного адресатом заказного письма в связи с истечением срока хранения, не противоречит действующему порядку вручения заказных писем и может быть оценено в качестве надлежащей информации органа связи о неявке адресата за получением направленной ему судебной корреспонденции.

Кроме того, ответчики неоднократно извещались на судебные заседания путем направления смс и теленограмм на номера, зарегистрированные за ними.

При таких обстоятельствах, суд признает извещение ответчиков надлежащим.

Ответчики также извещались судом путем публичного размещения информации о судебном заседании на официальном интернет-сайте Центрального районного суда г. Оренбурга.

Поскольку стороны в силу личного волеизъявления не воспользовался своим правом на участие в судебном заседании, суд с учетом мнения представителя истца, определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц в порядке ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, огласив исковое заявление, заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Центрального района г. Оренбурга полагавшего, что исковые требования в части взыскания неосновательного обогащения с физических лиц подлежат удовлетворению, в части признания недействительными сделок, полагала, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку при рассмотрении настоящего спора не установлена виновность банков при оспариваемых операциях, приходит к следующему.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 названного выше кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума N 25).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума N 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В силу п. 1 ст. 819 Гражданского кодекса Российской Федерации по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В случае предоставления кредита гражданину в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (в том числе кредита, обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой), ограничения, случаи и особенности взимания иных платежей, указанных в абзаце первом данного пункта, определяются законом о потребительском кредите (займе).

Порядок и условия предоставления потребительского кредита урегулированы Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа), четким, хорошо читаемым шрифтом (часть 12 статьи 5).

Условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) только при условии, что заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) (часть 18 статьи 5).

Согласно статье 7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных данным федеральным законом (часть 1).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет".

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Как было установлено судом и усматривается из материалов дела, 19.03.2025 года в Банк ГПБ (АО) от ФИО4 было подано заявление-анкета на получение банковской карты с предоставлением кредита в форме овердрафта и в тот же день между сторонами был заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) № с лимитом кредитования 80000 рублей под 54,9 % годовых, а при снятии наличных/переводе денежных средств под 54,9 % годовых, на срок до 19.03.2055 года, при этом, для погашения кредита используется счет карты №.

В рамках указанного договора была оформлена банковская карта <данные изъяты>.

В заявлении и договоре, указанных выше, был указан один и тот же номер мобильного телефона №.

В ходе судебного разбирательства стороной истца не оспаривался факт принадлежности указанного номера ФИО4

Как указывает представитель ответчика Банка ГПБ (АО) в период с 19.03.2025 года по 31.03.2025 года в Банк не поступали заявления истца о некорректной работе SIM-карты с указанным номером, ее утрате, повреждении, установке переадресации звонков и сообщений на другой номер, утрате или повреждении мобильного устройства с установленной в нем SIM-картой.

Указанный договор потребительского кредита был заключен путем обмена электронными документами при авторизации в мобильном приложении, заявление-анкета, а также индивидуальные условия кредитования подписаны простой электронной подписью заемщика путем введения кода, поступившего на номер мобильного телефона №.

Согласно расшифровки СМС-сообщений и ПУШ-уведомлении, направленных Банком ГПБ (АО) 19.03.2025 года и 20.03.2025 года, приобщенной к материалам дела, для подтверждения заявки 19.03.2025 года Банком ГПБ (АО) на номер телефона № направлено смс-сообщение следующего содержания:

- 20:34 (мск) – Код: XXXXXX. Никому его не сообщайте. Банк ГПБ (АО).

- 20:34 (мск) – Л.П., заявка принята к рассмотрению - сообщим решение в ближайшее время. Банк ГПБ (АО);

- 20:46 (мск) – Л.П., ваша заявка на получение кредитной карты одобрена. Лимит кредитования 80000 рублей. Информация о готовности Вашей карты придет в другом SMS. Банк ГПБ (АО);

- 20:46 (мск) – Ваша карта готова. Проект договора у вас на почте. Подтвердите согласие с условиями в приложении. Банк ГПБ (АО);

- 20:46 (мск) Код: XXXXXX. Никому его не сообщайте. Банк ГПБ (АО).

- 20:48 (мск) – Вы устанавливаете ПИН-код. Нельзя сообщать ПИН-код третьим лицам. Код: XXXXXX. Никому его не сообщайте. gpb.ru;

- 20:49 (мск) – № Изменение ПИН <данные изъяты> Доступно 80000 рублей;

- 20:49 (мск) – Л.П., Ваша кредитная карта с лимитом 80000 рублей активирована. Подключены услуги: Мобильное информирование, Финансовая защита, Защита карты. Можно отключить до 18.04.2025. Приятных покупок. Банк ГПБ (АО).

Согласно выписки по счету банковской карты за расчетный период с 19.03.2025 года по 07.08.2025 года №, 20.03.2025 от имени ФИО4 была совершена операция по переводу денежных средств в сумме 74000 рублей. Сумма комиссии за перевод составила 5796 рублей.

Согласно расшифровки СМС-сообщений и ПУШ-уведомлении, направленных Банком ГПБ (АО) 19.03.2025 года и 20.03.2025 года, приобщенной к материалам дела, для подтверждения распоряжения на перевод Банк ГПБ (АО) 20.03.2025 года направил на номер телефона истца № смс-сообщение с одноразовым паролем следующего содержания: Код: XXXXXX. Никому его не сообщайте. Банк ГПБ (АО).

О факте совершения перевода Банк ГПБ (АО) направил ПУШ-уведомления: «Перевод на сумму 74000 рублей с карты № через СБП. Доступно 204 рубля».

Как указывает сторона истца в ходе судебного разбирательства, 21.03.2025 года, когда ФИО4 зашла в свой мобильный банк «T-Банк» для того чтобы перевести денежные средства, она обнаружила отсутствие денежных средств на счету банка ВТБ. Позднее она обнаружила, что от ее имени заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) № от 19.03.2025 года и перечислена денежная сумма в размере 74000 рублей со снятием комиссии в размере 5796 рублей. Однако она не заключала данный кредитный договор, не получала и не перечисляла никому денежные средства.

23.03.2025 года <данные изъяты> возбуждено уголовное дело № по признакам совершения преступлений, предусмотренных <данные изъяты>

Постановлением старшего следователя <данные изъяты> от 23.03.2025 года ФИО4 признана потерпевшей по уголовному делу №.

Как указано в постановлении от 23.03.2025 года в рамках рассмотрения материалов уголовного дела № установлено, что в период времени с 18.03.2025 года по 21.03.2025 года неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, тайно, умышленно, из корыстных побуждений, похитило с банковского счета ПАО «ВТБ», зарегистрированного за ФИО4 денежные средства на общую сумму 495000 рублей, принадлежащие ФИО4, чем причинило последней ущерб в крупном размере на указанную сумму.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, по состоянию на 14.11.2025 года по договору № от 19.03.2025 года отсутствует задолженность по основному долгу и начисленным процентам. Договор прекратил свое действие 07.08.2025 года, ранее выпущенная Банком ГПБ (АО) на имя ФИО4 банковская карта с разрешенным овердрафтом № заблокирована. Счет, к которому была выпущена карта, закрыт 07.08.2025 года.

Разрешая исковые требования, суд исходит из следующего.

На отношения по предоставлению потребительского кредита в части, не урегулированный положениями Закона о потребительском кредите, распространяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей).

Данным законом установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров.

Так, статьей 8 Закона о защите прав потребителей предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

При этом пунктом 2 данной статьи предписано, что названная выше информация доводится до сведения потребителя при заключении договоров купли-продажи и договоров о выполнении работ (оказании услуг) способами, принятыми в отдельных сферах обслуживания потребителей, на русском языке, а дополнительно, по усмотрению изготовителя (исполнителя, продавца), на государственных языках субъектов Российской Федерации и родных языках народов Российской Федерации.

Частью 6 статьи 3 Закона Российской Федерации от 25 октября 1991 г. N 1807-1 "О языках народов Российской Федерации" установлено, что алфавиты государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик строятся на графической основе кириллицы. Иные графические основы алфавитов государственного языка Российской Федерации и государственных языков республик могут устанавливаться федеральными законами.

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

На основании ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с положениями п.1 и п. 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 820 данного Кодекса кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно пункту 1 статьи 160 названного Кодекса сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В силу статьи 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей" потребитель вправе потребовать предоставления необходимой и достоверной информации об изготовителе (исполнителе, продавце), режиме его работы и реализуемых им товарах (работах, услугах) (пункт 1).

Статьей 10 этого Закона предусмотрена обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В статье 5 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ "О потребительском кредите" (далее - Закон о потребительском кредите, в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) подробно указана информация, которая должна быть доведена кредитором до сведения заемщика при заключении договора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита в соответствии с пунктом 9 этой статьи согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально.

В пункте 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим Федеральным законом (пункт 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите).

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

В части 2 статьи 6 указанного Закона закреплено, что информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 данного Федерального закона.

Электронный документ согласно статье 9 названного Закона считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий:

1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе;

2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

В части 2 этой же статьи указано, что нормативные правовые акты и (или) соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

1) правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

2) обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

В случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств его письменная форма считается соблюденной, если эти средства позволяют воспроизвести на материальном носителе содержание договора в неизменном виде (в частности, при распечатывании).

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами или соглашением между участниками электронного взаимодействия, которые должны предусматривать в том числе правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Учитывая изложенное, легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

Как усматривается из представленных СМС-сообщений и ПУШ-уведомлении, направленных Банком ГПБ (АО) они направлены на кириллице, читаемые и доступные для понимания.

Кроме того, судом учитывается не оспоренной истцом факт, что ранее до заключения оспариваемого договора ею трижды дистанционно в таком же формате заключались договора.

Также судом принимается во внимание тот факт, что при обращении с настоящим иском 26.05.2025 года истцом первоначально не заявлялись требования о признании недействительного договора, и только в процессе после полного погашения, ФИО4 обратилась с уточненными требованиями.

В процессе давая пояснения истец указывала на многочисленность открытых ее счетов разного назначения, сообщить об остатках и поступлениях на них не смогла, относительно кредитного договора банка ГПБ (АО) никаких пояснений не давала.

Как усматривается из материалов дела, ФИО4 является держателем дебетовой банковской карты №, оформленной и выданной по заявлению от 19.12.2024 года на получение банковской карты банка ГПБ (АО), в котором истец собственноручной подписью подтвердила, что с Условиями использования банковских карт банка ГПБ (АО) ознакомлена и обязуется их выполнять, выразила согласие на заключение с банком договора об открытии банковского счета, об эмиссии и использовании банковских карт Банка ГПБ (АО), подтвердила достоверность содержащихся в заявлении сведений и ознакомление с Памяткой по безопасности использования карт, включая информацию о возможных ограничениях способов и мест использования и случаях повышенного риска использования карт.

При этом обслуживание истца в Банке ГПБ (АО), осуществляется в соответствии с Правилами ДБО и КБО.

Согласно пункту 2.12 Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц банка ГПБ (АО) действие договора комплексного банковского обслуживания распространяется на счета карт, открытые как до, так и после введения в банке ДКО. В случае если на момент ввода в действие ДКО между клиентом и банком заключен договор об открытии банковского счета, об эмиссии и использовании банковских карт Банка ГПБ (АО), то с даты введения ДКО в Банке условия указанного договора считаются изложенными в редакции ДКО, а правоотношения сторон, возникшие ранее, регулируются в соответствии с ДКО.

Действие ДКО распространяется на клиентов, заключивших договор оказания услуги «Мобильный банк «Телекард» и/или договор о предоставлении дистанционного банковского обслуживания с использованием автоматизированной системы «Домашний Банк» до введения в Банке ДКО, при условии совершения действий по скачиванию нового приложения Банка/перехода по ссылке, размещенной на сайте банка, с целью получения доступа к системе ДБО. Стороны договорились, что указанные действия по скачиванию нового приложения Банка/перехода по ссылке и регистрация клиента к системе ДБО являются согласием клиента на присоединение к правилам комплексного обслуживания (заключением ДКО) и к правилам дистанционного банковского обслуживания физических лиц с использованием мобильного Банка и интернет Банка в Банке ГПБ (АО). С даты присоединения клиента к правилам комплексного обслуживания (заключения ДКО) условия договора оказания услуги «Мобильный банк «Телекард» и/или договора о предоставлении дистанционного банковского обслуживания с использованием автоматизированной системы «Домашний Банк» считаются изложенными в редакции ДКО и договора дистанционного банковского обслуживания, а правоотношения сторон, возникшие ранее, регулируются в соответствии с ДКО и договором дистанционного банковского обслуживания.

Действие ДКО в части предоставления услуг через систему ДБО распространяется на счета карт, банковские счета, в том числе счета в металле (при условии технической реализации), счета вкладов, а также иные счета, открытые клиенту в рамках отдельных договоров, как до, так и после введения в Банке ДКО.

В соответствии с пунктом 7.6 правила КБО, включая правила по банковским продуктам, и/или тарифы Банка, а также условия ДКО и заключенного (-ых) в его рамках договора (-ов) о предоставлении банковского продукта считаются измененными по соглашению сторон с даты вступления изменений в действие при условии, что в течение этого срока Банк не получит от клиента письменного (-ых) заявления (-ий) о расторжении всех договоров о предоставлении банковского продукта.

Согласно пункту 8.5 Правил КБО любые изменения и дополнения, вносимые в Условия и/или Тарифы Банка, с даты вступления их в силу равно распространяются на всех лиц, заключивших договор счёта карты, в том числе заключивших Договор счёта карты ранее даты вступления изменений в силу.

Условия использования банковских карт Банка ГПБ (АО) являются приложением № 1 и неотъемлемой частью Правил КБО.

В соответствии с пунктом 2.11 условий использования банковских карт при совершении операций идентификация держателя осуществляется на основе реквизитов карты. Операции считаются совершенными по распоряжению держателя, если они осуществлены с использованием ПИН, либо заверены иными аналогами собственноручной подписи держателя, а также кодом безопасности, индивидуальным телефонным персональным идентификационным номером (ТПИН-кодом, кодами подтверждения или паролями для заверения операций, выданными держателю в рамках подключенных банковских услуг (сервисов)). Клиент обязуется нести ответственность за все операции, совершенные третьими лицами с ведома или без ведома Клиента до даты получения Банком письменного «Заявления об утрате / блокировке Банковской карты» включительно (пункт 5.1.20 условий использования банковских карт).

Согласно пункту 5.1.1 условий использования банковских карт клиент обязуется соблюдать и исполнять условия, а также при наличии дополнительных карт обеспечить соблюдение условий всеми держателями дополнительных карт.

В соответствии с пунктом 2.15 условий использования банковских карт Банк не несет ответственности перед держателем за убытки и конфликтные ситуации, которые могут возникнуть вследствие невыполнения держателем условий, а также во всех случаях, когда такие ситуации находятся вне сферы контроля Банка.

Согласно пунктам 2.25 - 2.26 Правил КБО стороны договариваются, что документы (согласия, запросы, заявления, в т.ч. при совершении сделок / заключении договоров) могут быть направлены Клиентом в Банк в форме электронных документов, подписанных простой электронной подписью, которые признаются сторонами документами, равнозначными документам на бумажном носителе, подписанным собственноручной подписью. В указанных целях Клиент представляет Банку номер его мобильного телефона, и/или адрес электронной почты.

Банк направляет на указанный Клиентом номер мобильного телефона и/или адрес электронной почты текстовое сообщение, содержащее последовательность символов, являющуюся ключом простой электронной подписи, и указание лицу, использующему простую электронную подпись, на необходимость соблюдать ее конфиденциальность. Клиент подписывает согласие (запрос, заявление, в т.ч. при совершении сделок/заключении договоров) в электронном виде с использованием ключа простой электронной подписи, полученного в соответствии с установленными в настоящем пункте правилами.

Используемые документы в электронной форме, направленные Клиентом в Банк с использованием удаленных каналов обслуживания, после положительных результатов аутентификации и верификации Клиента в системах Банка считаются отправленными от имени Клиента и признаются равными соответствующим бумажным документам и порождают аналогичные им права и обязанности сторон. Стороны соглашаются с тем, что электронные документы, подписанные простой электронной подписью Клиента в установленном настоящим пунктом порядке, а также в случаях, установленных 6 разделом 3 Правил КБО, влекут юридические последствия, аналогичные последствиям подписания собственноручной подписью документов на бумажном носителе.

Стороны согласны признавать данные, полученные в порядке электронного документооборота, информацию в электронном виде, в том числе зафиксированных в удаленных каналах обслуживания, в качестве доказательств для разрешения споров и разногласий, в том числе при решении спорных вопросов в ходе судебного разбирательства.

В силу пункта 2.16 Правил КБО в рамках ДКО Банк предоставляет Клиенту возможность воспользоваться любым Банковским продуктом, предусмотренным ДКО, заключив в порядке, установленном настоящими Правилами комплексного обслуживания, договор о предоставлении банковского продукта на условиях, установленных в Правилах по банковскому продукту.

В соответствии с пунктом 2.18 Правил КБО договор о предоставлении банковского продукта считается заключенным с момента акцепта Банком предложения (оферты) Клиента, оформленного в виде Заявления о предоставлении банковского продукта, по форме, установленной Банком. Заявление о предоставлении банковского продукта оформляется Клиентом в Подразделении Банка/в присутствии уполномоченного работника Банка вне офиса Банка (в том числе при курьерской доставке) или может быть оформлено и направлено в Банк с использованием удаленных каналов обслуживания / платформы (если такой порядок определен договором о предоставлении банковского продукта).

Согласно пункту 2.10 Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц с использованием Мобильного банка и Интернет Банка в Банке ГПБ (АО) и пункта 1.12 приложения 1 к указанным правилам ДБО Клиент может совершать, в частности, банковскую операцию по направлению заявления-анкеты на предоставление кредита, в том числе кредита в форме овердрафта с использованием Банковских карт.

Порядок заключения кредитного договора с использованием дистанционных каналов связи предусмотрен пунктами 5.18, 5.19 Правил ДБО: в рамках ДБО Клиент имеет право оформить заявление-анкету на предоставление кредита, в том числе кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт. По результатам заполнения электронной формы заявления-анкеты на предоставление кредита Клиент отправляет кредитную заявку, подписанную электронной подписью Клиента, в Банк для рассмотрения и принятия решения. Заявление-анкета на предоставление кредита считается принятым Банком при отражении в Интернет Банке или Мобильном Банке информации о его принятии на рассмотрение. По результатам успешного рассмотрения заявления-анкеты на предоставление кредита Клиент получит смс-сообщение. Клиент в Интернет Банке или Мобильном Банке также увидит отображение статуса его рассмотрения.

В соответствии с пунктом 8.4 Правил ДБО в случае оспаривания Клиентом факта направления электронного документа или корректности его параметров при разборе спорной ситуации Банк основывается на данных протоколов (журналов) Интернет Банка и Мобильного Банка.

Пунктом 8.5. Правил ДБО установлено, что сформированные Банком соответствующие отчеты по произведенным действиям (операциям) в ДБО на бумажных носителях по форме Банка, подписанные уполномоченным лицом Банка, являются достаточными доказательствами фактов совершения операций и действий, предусмотренных 7 Правилами, и могут быть использованы при разрешении любых споров, а также предоставлены в любые судебные органы.

Из материалов дела следует, что 19.03.2025 года между истцом ФИО4 и Банком ГПБ (АО) дистанционным способом, посредством удаленных каналов обслуживания, в порядке, согласованном сторонами, был заключен договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО) №, путем направления клиентом в Банк посредством электронного документооборота при авторизации в мобильном приложении, заявления на кредит, подписанного наряду с индивидуальными условиями кредитования простой электронной подписью вследствие введения корректного кода, поступившего на номер мобильного телефона истца № и акцепта со стороны Банка путем зачисления денежных средств на счет клиента.

В связи с таким обращением, Банк ГПБ (АО), по мнению суда, в соответствии с действующим законодательством и в порядке, предусмотренном индивидуальными условиями кредитования, исполнил свои обязательства кредитора, открыв на имя истца счет банковской карты и зачислив на данный счет оговоренные денежные средства. Операции с денежными средствами производились Банком с учетом идентификации и аутентификации ФИО4

Доводы ФИО4 об отсутствии повышенных мер предосторожности со стороны банка при оформлении и выдаче дистанционно кредитных денежных средств не могут служить основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку истец лично не обеспечила необходимый уровень безопасности сведений. При этом не предоставила доказательств, свидетельствующих о наличии объективной возможности принятия банком дополнительных мер безопасности, но не принятых им, а также о наличии несанкционированного доступа к соответствующим устройствам и программам своего телефона. Следовательно, доказательств, оспаривающих волю истца в заключении оспариваемых сделок, не было установлено.

Какой-либо вины Банка ГПБ (АО) в обстоятельствах, о которых сообщает истец в исковом заявлении, по настоящему делу не установлено.

Как следует из п.14 Индивидуальных условий договора потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка ГПБ (АО), заемщик согласен с Общими условиями договора потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт банка, размещенными на официальном сайте Банка и в офисах обслуживания Банка.

Рассматриваемый кредитный договор от 19.03.2025 года содержит все существенные условия, в т.ч. сумму кредита, срок предоставления кредита, ставку процентов за пользование кредитными денежными средствами, размер штрафных санкций и т.д.

Вышеприведенными Правилами комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ГПБ (АО) и являющимися приложением к ним Условиями использования банковских карт Банка ГПБ (АО) была предусмотрена возможность использования аналога собственноручной подписи в договоре потребительского кредита, заключенном с использованием электронных средств, как способа, позволяющего достоверно определить лицо, выразившее волю на заключение такого договора. Используемые документы в электронной форме, направленные Клиентом в Банк с использованием удаленных каналов обслуживания, после положительных результатов аутентификации и верификации Клиента в системах Банка считаются отправленными от имени Клиента и признаются равными соответствующим бумажным документам и порождают аналогичные им права и обязанности сторон.

На момент осуществления операций по заключению кредитного договора с использованием аналога собственноручной подписи личный кабинет ФИО4 был привязан к номеру ее мобильного телефона, подтверждение волеизъявления клиента на заключение кредитного договора было произведено Банком посредством использования персональных паролей направленных на номер мобильного телефона истца, которые могли быть известны только ему. При таких обстоятельствах, у Банка имелись объективные основания полагать, что волеизъявление на заключение кредитного договора выражено именно истцом.

Кроме того, судом отмечается, что из расшифровки СМС-сообщений и ПУШ-уведомлении, направленных Банком ГПБ (АО) 19.03.2025 года и 20.03.2025 года на номер телефона №, принадлежащий истцу, следует, что уведомления от Банка о совершаемых операциях направлялись на телефонный номер ФИО4 в течение нескольких дней в период с 19.03.2025 года по 20.03.2025 года.

Это также подтверждается имеющейся в материалах дела детализацией счета за период с 17.03.2025 по 22.03.2025, ФИО4, №, предоставленная оператором мобильной связи <данные изъяты>, которая подтверждает поступление входящих смс-сообщений от Банка ГПБ (АО) 19.03.2025 и 20.03.2025 в указанное выше время.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, в период с 19.03.2025 года по 31.03.2025 года в Банк ГПБ (АО) не поступали заявления истца о некорректной работе SIM-карты с указанным номером, ее утрате, повреждении, установке переадресации звонков и сообщений на другой номер, утрате или повреждении мобильного устройства с установленной в нем SIM-картой.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что оформление кредита на имя истца и последующее хищение с ее счета кредитных денежных средств явилось следствием грубого нарушения ФИО4 действующих Правил комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ГПБ (АО), Условий использования банковских карт Банка ГПБ (АО), Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц с использованием Мобильного Банка и Интернет Банка в Банке ГПБ (АО), Правил и условий предоставления Банком ГПБ (АО) услуг по информированию об операциях, совершенных с использованием банковских карт, что не может свидетельствовать о добросовестности истца.

Учитывая вышеизложенное, у суда не имеется законных оснований для признания рассматриваемого договора о предоставлении потребительского кредита недействительным.

Разрешая исковые требования истца в части признания недействительными банковские операции от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 на сумму 74000 рублей и 5796 рублей, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 1 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Также согласно п. 3 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие не предусмотренные законом или договором банковского счета ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

В соответствии со ст. 848 Гражданского кодекса Российской Федерации банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Согласно п. 4 ст. 847 Гражданского кодекса Российской Федерации договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (пункт 2 статьи 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом.

Согласно ст. 854 Гражданского кодекса Российской Федерации списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента. Без распоряжения клиента списание денежных средств, находящихся на счете, допускается по решению суда, а также в случаях, установленных законом или предусмотренных договором между банком и клиентом.

Согласно пункту 2.4 Положения Банка России от 29.06.2021 № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных средств, позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с пунктом 1.26 настоящего Положения.

В пункте 1.26 Положения указано, что распоряжение плательщика в электронном виде (реестр (при наличии) подписывается электронной подписью (электронными подписями), аналогом собственноручной подписи (аналогами собственноручных подписей) и (или) 10 удостоверяется кодами, паролями и иными средствами, позволяющими подтвердить, что распоряжение (реестр) составлено плательщиком или уполномоченным на это лицом (уполномоченными лицами).

Как следует из материалов дела, обслуживание истца в Банке ГПБ (АО), осуществляется в соответствии с Правилами ДБО и КБО.

В соответствии с пунктом 1.48 Правил ДБО электронное распоряжение – оформленное в электронном виде поручение Клиента по форме Банка и содержащее указание Клиента о совершении операции, в том числе для целей заключения договора между Банком и Клиентом. При этом расчетные документы, необходимые для совершения операции перечисления средств, составляются, подписываются и исполняются Банком на основании электронных распоряжений Клиента, подписанных электронной подписью.

В соответствии с пунктами 8.2, 8.3 Правил ДБО клиент подтверждает свое согласие с тем, что электронное распоряжение, в том числе заявления и согласия, сформированные в Интернет Банке или Мобильном Банке в электронном виде и подписанные электронной подписью, считаются представленными Клиентом лично, имеют юридическую силу, и влекут предусмотренные для данного документа правовые последствия в соответствии с законодательством Российской Федерации и Правилами дистанционного обслуживания. При этом документы признаются подписанными простой электронной подписью в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Клиент признает, что получение Банком документов, сформированных в Интернет Банке или Мобильном Банке в электронном виде, эквивалентно получению Банком документов на бумажном носителе, подписанных собственноручной подписью Клиента.

Согласно пунктам 2.13 и 2.14 Правил ДБО Клиент подтверждает, что полученное Банком электронное распоряжение, подписанное электронной подписью Клиента, рассматривается Банком как распоряжение Клиента на проведение операции, полученное непосредственно от Клиента. Все операции в Интернет Банке и Мобильном Банке осуществляются только в случае формирования Клиентом электронного распоряжения, подписанного электронной подписью, и успешной проверки Банком электронной подписи Клиента.

В силу требований части 1 статьи 9 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронный документ считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий: 1) простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; 2) ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

Таким образом, если правилами, установленными оператором информационной системы или соглашением между участниками электронного взаимодействия, предусмотрено, что сгенерированный банком и отправленный пользователю код совпадает с введенным пользователем, код введен своевременно, совместно с информацией, позволяющей идентифицировать пользователя, данные действия подтверждают факт подписания пользователем документов (распоряжений, в том числе на осуществление перевода денежных средств) простой электронной подписью, являющейся аналогом собственноручной подписи.

В силу пункта 1.57 Правил ДБО электронная подпись представляет собой информацию в электронной форме, созданную на основе ключа простой электронной подписи, посредством использования:

- Кода подтверждения для конкретной операции или 11 - пароля в рамках одной Сессии (в установленных Правилами дистанционного обслуживания случаях), подтверждающего факт формирования электронной подписи Клиентом.

В соответствии с пунктами 3.5 – 3.13 Правил КБО подписание электронного документа осуществляется посредством ввода в соответствующее поле ввода экранной формы кода подтверждения, являющегося ключом простой электронной подписи, направленного Банком в отдельном смс-сообщении на основной номер телефона.

В соответствии с пунктами 2.12 – 2.15 Правил ДБО электронный документ, подписанный Клиентом простой электронной подписью, доступен ему для просмотра в системе ДБО (раздел «Подписание документов», вкладка «Подписанные»). По запросу Клиента, инициированному в системе ДБО, подписанный простой электронной подписью электронный документ может быть направлен Банком на адрес электронной почты, указанный Клиентом в специально предназначенном поле экранной формы системы ДБО.

Клиент подтверждает, что полученное Банком электронное распоряжение, подписанное электронной подписью Клиента, рассматривается Банком как распоряжение Клиента на проведение операции, полученное непосредственно от Клиента.

Все операции в Интернет Банке и Мобильном Банке осуществляются только в случае формирования Клиентом электронного распоряжения, подписанного электронной подписью, и успешной проверки Банком электронной подписи Клиента.

В соответствии с пунктом 3.4.9 Правил ДБО Клиент обязан соблюдать требования Банка по защите информации, установленные в приложении № 2 к Правилам дистанционного обслуживания. Клиент обязан хранить аутентификационные данные и коды подтверждения в секрете, соблюдать их конфиденциальность и не вправе их сообщать третьим лицам, включая работников Банка, как самостоятельно, так и по их запросу, по телефону, в том числе посредством ввода данных или разглашения данных при автоматическом голосовом информировании, электронной почте или иным способом. Использование аутентификационных данных и кодов подтверждения допускается только самим Клиентом при работе через сеть Интернет без участия работников Банка, любых иных третьих лиц.

Как установлено судом из выписки по счету банковской карты за расчетный период с 19.03.2025 года по 07.08.2025 года №, 20.03.2025 от имени ФИО4 была совершена операция по переводу денежных средств в сумме 74 000 руб. Сумма комиссии за перевод составила 5 796 руб.

Согласно расшифровки СМС-сообщений и ПУШ-уведомлении, направленных Банком ГПБ (АО) 19.03.2025 года и 20.03.2025 года, приобщенной к материалам дела, для подтверждения распоряжения на перевод Банк ГПБ (АО) 20.03.2025 направил на номер телефона № смс-сообщение с одноразовым паролем следующего содержания: Код: XXXXXX. Никому его не сообщайте. Банк ГПБ (АО).

О факте совершения перевода Банк ГПБ (АО) направил ПУШ-уведомления: «Перевод на сумму 74 000 р с карты № через СБП. Доступно 204 р».

В рассматриваемой ситуации речь идет об операции, совершенной с согласия Клиента. Таким согласием является факт подписания истцом распоряжения на перевод денежных средств простой электронной подписью (вводом одноразового пароля, поступившего 20.03.2025 на номер телефона Истца № в 10:38 (мск).

Имеющейся в материалах дела детализацией счета за период с 17.03.2025 по 22.03.2025, ФИО4, №, предоставленная оператором мобильной связи <данные изъяты>, которая подтверждает поступление входящих смс-сообщений от Банка ГПБ (АО) 19.03.2025 и 20.03.2025 в указанное выше время.

Согласно части 4 статьи 9 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» оператор по переводу денежных средств обязан информировать клиента о совершении каждой операции с использованием электронного средства платежа путем направления клиенту соответствующего уведомления в порядке, установленном договором с клиентом.

В соответствии с частью 11 статьи 9 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в случае утраты электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия клиента клиент обязан направить соответствующее уведомление оператору по переводу денежных средств в предусмотренной договором форме незамедлительно после обнаружения факта утраты электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия клиента, но не позднее дня, следующего за днем получения от оператора по переводу денежных средств уведомления о совершенной операции.

В силу части 14 статьи 9 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в случае, если оператор по переводу денежных средств исполняет обязанность по информированию клиента о совершенной операции в соответствии с частью 4 настоящей статьи и клиент не направил оператору по переводу денежных средств уведомление в соответствии с частью 11 настоящей статьи, оператор по переводу денежных средств не обязан возместить клиенту сумму операции, совершенной без добровольного согласия клиента, за исключением случая, установленного частью 3.13 статьи 8 настоящего Федерального закона.

Как установлено судом, уведомление об утрате истцом электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия ФИО4 в соответствии с частью 11 статьи 9 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в адрес Банка ГПБ (АО) в период с 20.03.2025 года по 22.03.2025 года не поступало.

Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Таким образом, на момент осуществления перевода денежных средств по карте истца у Банка ГПБ (АО) отсутствовала информация о совершении операций без добровольного согласия клиента согласно признакам, указанным в приказе Банка России от 27.06.2024 года № ОД-1027 «Об установлении признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента и отмене приказа Банка России от 27 сентября 2018 года «ОД-25252».

Кроме того, как установлено из материалов дела, денежные средства были переведены на счет истца, открытый в Банке ВТБ (ПАО), а не третьим лицам или по указанию третьих лиц.

Также судом отмечается, что из выписки по счету банковской карты за расчетный период с 19.03.2025 года по 07.08.2025 года №, 25.03.2025 года задолженность по договору погашена истцом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что при совершении операции перевода денежных средств Банк ГПБ (АО) действовал в строгом соответствии с положениями Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», в связи с чем требование о признании недействительной банковской операции по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 74000 рублей не подлежит удовлетворению.

Суд также не находит оснований для удовлетворения исковых требований истца в части признания недействительной банковской операции по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 5796 рублей.

Согласно п. 1 ст. 851 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных договором банковского счета, клиент оплачивает услуги банка по совершению операций с денежными средствами, находящимися на счете.

В соответствии со статьей 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» комиссионное вознаграждение по операциям устанавливается кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено федеральным законом. Размер комиссионного вознаграждения, взимаемого кредитной организацией при осуществлении операций по переводу денежных средств между банковскими счетами физических лиц в этой кредитной организации, не может быть обусловлен открытием указанных банковских счетов в разных обособленных подразделениях (внутренних структурных подразделениях) кредитной организации.

В соответствии с пунктом 4.13 Правил открытия и обслуживания банковских (текущих) счетов в Банке ГПБ (АО) Клиент оплачивает услуги Банка, связанные с осуществлением операций по банковскому счету, в том числе на основании поступивших к банковскому счету инкассовых поручений (кроме взыскания сумм по исполнительным документам), в соответствии с Тарифами Банка, действующими на дату совершения операции (движения средств по Банковскому счету).

Согласно пункту 6.1.4 Тарифов Банка ГПБ (АО) на выпуск и обслуживание расчетных банковских карт категории МИР с предоставлением кредита в форме «овердрафт», действовавших в Банке на дату совершения переводов 20.03.2025, за осуществление перевода на счета в Банке с использованием Мобильного Банка взимается комиссия в размере 6,9 % от суммы перевода + 690 рублей.

Как установлено из материалов дела, в соответствии с Тарифами за перевод 74000 рублей с карты истца № на счет истца в Банке ВТБ (ПАО) была оплачена комиссия в размере 5796 руб.

Учитывая, что перевод исполнен Банком ГПБ (АО) надлежащим образом в установленные сроки, согласно Правилам открытия и обслуживания банковских (текущих) счетов в Банке ГПБ (АО) и Тарифам Банка ГПБ (АО), требование о признании недействительной банковской операции от 20.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в размере 5796 рублей не подлежит удовлетворению.

Разрешая исковые требования истца в части признания недействительными банковские операции от 19.03.2025 года, 20.03.2025 года и 31.03.2025 года по списанию денежных средств со счета ФИО4 в Банке ВТБ (ПАО), суд исходит из следующего.

Согласно п. 3.1. Правил совершения операций по счетам физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), клиент вправе в пределах остатка денежных средств на Банковском счете/в пределах остатка Драгоценного металла на Счете ОМС осуществлять операции, предусмотренные законодательством Российской Федерации и не противоречащие режиму Банковского счета/Счета ОМС, путем передачи в Банк Распоряжений. Оформление и передача Распоряжений производится в Офисе Банка в порядке, установленном законодательством Российской Федерации и Договором. Распоряжение может быть оформлено и передано в Банк посредством Системы ДБО в порядке, установленном Договором ДБО, в случае если между Банком и Клиентом заключен указанный договор.

Как следует из материалов дела, между Банком ВТБ (ПАО) и истцом заключено соглашение о дистанционном банковском обслуживании, которое было достигнуто путем подписания истцом Заявления на предоставление комплексного обслуживания в Банк ВТБ (ПАО) от 02.11.2021 года, согласно которому ФИО4 было предоставлено комплексное обслуживание в Банке ВТБ (ПАО), включающее в себя в том числе: предоставление доступа к ВТБ-Онлайн и дистанционное банковское обслуживание. Данное заявление было подписано собственноручной подписью ФИО4, и содержало все необходимые персональные данные, включая доверенный номер телефона № указанный непосредственно истцом в качестве такового, и необходимый для подтверждения его волеизъявления на совершение операций и/или заключения договоров с Банком.

Доверенный номер телефона – сообщенный Клиентом Банку на основании Заявления, составленного по форме Банка, номер мобильного телефона Клиента, используемый в целях направления Банком Клиенту сообщений/уведомлений в рамках Договора ДБО, в том числе при использовании Технологии Безбумажный офис, а также для направления Банком Клиенту SMS-кодов/Паролей/ОЦП и иных Средств подтверждения, установленных Договором ДБО (п.1.3. Правил ДБО).

Обслуживание истца в Банке ВТБ (ПАО), связанное с использованием дистанционного банковского обслуживания с использованием Мобильный банк / Системы ВТБ-Онлайн регулируются Правилами Дистанционного банковского обслуживания.

В соответствии Правилами ДБО доступ Клиента в Систему ДБО осуществляется при условии успешной аутентификации. Порядок аутентификации определяется Условиями Системы ДБО, в которой она осуществляется (п. 3.1.1. Правил ДБО).

При этом в соответствии с Общими Положениями Правил ДБО под аутентификацией понимается процедура проверки соответствия указанных Клиентом данных предъявленному им Идентификатору при проведении операции в Системах ДБО.

Идентификатор – число, слово, комбинация цифр и/или букв, или другая информация, однозначно выделяющая (идентифицирующая) Клиента среди определенного множества клиентов Банка (паспортные данные Клиента, пароль, УНК, логин, номер карты клиента, номер счета).

Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронную почту.

Как установлено из материалов дела, в Банке ВТБ (ПАО) у ФИО4 открыт действующий банковский счет №.

Пунктом 3.10.2 Правил комплексного обслуживания предусмотрено, что об Операции, совершенной с использованием Системы ДБО, Банк дополнительно уведомляет Клиента посредством указания статуса Электронного документа о переводе денежных средств, сформированного в соответствующей Системе ДБО.

Клиент, совершивший Операцию с использованием Системы ДБО, считается уведомленным Банком об Операции по Счету в момент присвоения Электронному документу окончательного статуса, свидетельствующего об исполнении Распоряжения/Заявления БП Банком или об отказе Банка в исполнении Распоряжения/Заявления БП.

Таким образом, Банк, как оператор по переводу денежных средств, обязан информировать Клиента о совершенных им операциях, в установленном договоре порядке.

Согласно выписке по счету № в период с 19.03.2025 года по 21.03.2025 года, с банковского счета осуществлены переводы денежных средств на общую сумму 495000,00 рублей на счета третьих лиц, а именно:

- 19.03.2025 года, в пользу ФИО8 (№, ОПТ-Банк) – 60 000,00 руб.;

- 19.03.2025 года, в пользу ФИО8 (№, ОПТ-Банк) – 59 000,00 руб.;

- 19.03.2025 года, в пользу ФИО8 (№, ОПТ-Банк) – 42 000,00 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО7 (№, ОПТ-Банк) – 60 000,00 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО7 (№, ОПТ-Банк) – 59 000,00 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО7 (№, ОПТ-Банк) – 58 000,00 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО6 (№, ОПТ-Банк) – 57 000,00 руб.;

- 21.03.2025 года, в пользу ФИО6 (№, ОПТ-Банк) – 51 000,00 руб.;

- 21.03.2025 года, в пользу ФИО5 (№, ОПТ-Банк) – 49 000,00 руб.

Согласно представленной в материалы дела СМС-детализации, в целях подтверждения распоряжения на вышеуказанные электронные платежи, направил на доверенный номер телефона №, соответствующие сообщения:

- 19.03.2025 в 20.09 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ»,

- 19.03.2025 в 20.10 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ»,

- 20.03.2025 в 20.19 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ»,

- 20.03.2025 в 20.20 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ»,

- 20.03.2025 в 20.23 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ»,

- 20.03.2025 в 20.36 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ»,

- 21.03.2025 в 10.44 «Никому не сообщайте этот код для подтверждения : №. ВТБ».

После чего указанные коды были введены и направлены в ВТБ Онлайн. Положительный результат проверки кода Банком означает, что распоряжение или иное действие клиента в ВТБ-Онлайн подтверждено, а соответствующий электронный документ подписан электронной подписью клиента.

Согласно п. 4.5 Правил комплексного обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), клиент поставлен в известность и в полной мере осознает, что передача конфиденциальной информации в рамках ДКО на Доверенный номер телефона, адрес электронной почты, на почтовый адрес, указанные Клиентом в Заявлении, влечет риск несанкционированного доступа к такой информации сторонних лиц.

Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) (п. 7.1.3.), предусмотрены обязанности клиента, в том числе:

- самостоятельно за свой счет обеспечить подключение своего Средства доступа к сети Интернет и доступ в сеть Интернет. Обеспечивать безопасность и целостность программных средств на своем Средстве доступа, не допускать несанкционированного доступа третьих лиц к программным средствам, с помощью которых осуществляется обмен Электронными документами с Банком в соответствии с Договором ДБО;

- соблюдать конфиденциальность Средств подтверждения, ФИО9, Пароля, Passcode, используемых в Системе ДБО, ключа ПЭП;

- исключить доступ третьих лиц к Мобильному устройству, посредством которого передаются Распоряжения/Заявления П/У в Банк

- при утрате Мобильного устройства, номер которого подключен к Системе ДБО (Доверенный номер телефона), обратиться к своему сотовому оператору для блокировки номера мобильного телефона и замены SIM-карты, а также обратиться в Банк для выявления возможных несанкционированных Операций и приостановления оказания услуг по Системе ДБО.

Кроме того, в п. 7.2.3 Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), прямо указано, что Банк не несет ответственности:

- если информация, связанная с использованием Системы ДБО станет известной третьим лицам во время использования клиентом Системы ДБО в результате доступа к информации при ее передаче по каналам связи, находящимся вне зоны ответственности Банка;

- за ущерб, возникший вследствие несанкционированного доступа к Системе ДБО, несанкционированного использования третьими лицами Идентификаторов и/или Распоряжения/Заявления П/У, или вводом Клиентом неверных данных.

Как установлено судом, уведомление об утрате истцом электронного средства платежа и (или) его использования без добровольного согласия ФИО4 в соответствии с частью 11 статьи 9 Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» в адрес Банка ВТБ (ПАО) в период с 20.03.2025 года по 22.03.2025 года не поступало.

Доказательств иного в материалы дела не представлено.

Таким образом, на момент осуществления переводов денежных средств по карте истца у Банка ВТБ (ПАО) отсутствовала информация о совершении операций без добровольного согласия клиента согласно признакам, указанным в приказе Банка России от 27.06.2024 № ОД-1027 «Об установлении признаков осуществления перевода денежных средств без добровольного согласия клиента и отмене приказа Банка России от 27 сентября 2018 года «ОД-25252».

Учитывая положения ст. ст. 845, 847-848 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что при совершении операции перевода денежных средств Банк ВТБ (ПАО) действовал в строгом соответствии с положениями Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», в связи с чем требование о признании недействительными банковские операции по списанию денежных средств со счета ФИО4 от 19.03.2025 года, 20.03.2025 года и 21.03.2025 года в размере 495000 рублей не подлежит удовлетворению.

Разрешая исковые требования в части взыскания денежных средств в размере 495000 рублей с ФИО8, ФИО7, ФИО5 суд исходит из следующего.

В силу п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 указанного Кодекса.

Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п. 2 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретения или сбережения имущества за счет другого лица и отсутствия правовых оснований неосновательного обогащения, то есть приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица не основано ни на законе, ни на сделке.

Судом установлено, что согласно выписке по счету № в период с 19.03.2025 года по 21.03.2025 года, с банковского счета, принадлежащего истцу, осуществлены переводы денежных средств на общую сумму 495000 рублей на счета третьих лиц, а именно:

- 19.03.2025 года, в пользу ФИО8 (№, ОПТ-Банк) – 60000 руб.;

- 19.03.2025 года, в пользу ФИО8 (№, ОПТ-Банк) – 59000 руб.;

- 19.03.2025 года, в пользу ФИО8 (№, ОПТ-Банк) – 42000 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО7 (№, ОПТ-Банк) – 60000 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО7 (№, ОПТ-Банк) – 59000 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО7 (№, ОПТ-Банк) – 58000 руб.;

- 20.03.2025 года, в пользу ФИО6 (№, ОПТ-Банк) – 57000 руб.;

- 21.03.2025 года, в пользу ФИО6 (№, ОПТ-Банк) – 51000 руб.;

- 21.03.2025 года, в пользу ФИО5 (№, ОПТ-Банк) – 49000 руб.

Суд полагает, что наличие неосновательного обогащения на стороне ответчиков имеется и одновременно с этим полагает, что основания для применения пункта 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствуют.

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями приведенных выше норм материального права, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации собранные по делу доказательства в их совокупности, суд исходя из того, что ответчиками ФИО8, ФИО7, ФИО6, ФИО5 не представлено относимых и допустимых доказательств наличия законных оснований для приобретения денежных средств от истца или наличия обстоятельств, при которых они не подлежат возврату.

Установив факт перечисления с банковского счета истца на банковский счет ответчиков денежных средств в отсутствие между сторонами какого-либо обязательства и при этом недобровольно и в отсутствие встречного предоставления в адрес истца, а также учитывая наличие на стороне ФИО8, ФИО7, ФИО6, ФИО5 неосновательного обогащения в заявленном истцом размере, суд приходит к выводу о взыскании с ФИО8 в пользу ФИО4 денежных средств в размере 161000 рублей, с ФИО7 в пользу ФИО4 денежных средств в размере 177000 рублей, с ФИО6 в пользу ФИО4 денежных средств в размере 108000 рублей, с ФИО5 в пользу ФИО4 денежных средств в размере 49000 рублей.

При этом суд не находит оснований для взыскания с Банка ВТБ (ПАО) указанных сумм солидарно с ответчиками с учетом вышеизложенных обстоятельств.

Согласно п. 1 ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Согласно п. 7.2.3 Правил дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Банк не несет ответственности:

В ходе судебного разбирательства установлено, что при совершении операций перевода денежных средств Банк ВТБ (ПАО) действовал в строгом соответствии с положениями Федерального закона от 27.06.2011 года № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», до оспариваемых операций 18.03.2025 года заблокировав перевод денежных средств со счета истца, и разблокировав 19.03.2025 года по личному обращению ФИО4, что стороной истца было подтверждено в судебном заседании.

С учетом вышеизложенного, суд полагает, что на действия Банка ВТБ (ПАО) и последствия возникшие для истца не применимы положения ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, ответственность банка не предусмотрена ни договором, ни нормами действующего законодательства, в связи суд отказывает в удовлетворении требований предъявленных к Банку ВТБ (ПАО) в части взыскания с него неосновательного обогащения.

С учетом вышеизложенного суд приходит к выводу о частичному удовлетворении исковых требований ФИО4

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к Банку ВТБ (публичное акционерное общество), Банку ГПБ (акционерное общество), ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 о признании договора потребительского кредита недействительным, признании недействительными банковских операций, взыскании денежных средств, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС №, денежные средства в размере 161000 рублей.

Взыскать с ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС №, денежные средства в размере 177000 рублей.

Взыскать с ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС №, денежные средства в размере 108000 рублей.

Взыскать с ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серия № №, в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС №, денежные средства в размере 49000 рублей.

В удовлетворении остальных требований ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд в апелляционном порядке в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд г. Оренбурга.

Судья Гончарова Е.Г.

Решение в окончательной форме изготовлено 26 января 2026 года.

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →