Дело № 2-4256/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 декабря 2025 года город Севастополь

Ленинский районный суд города Севастополя в составе:

председательствующего судьи Эрзихановой С.Ф., с участием

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании доверенности,

ответчика ФИО3,

при секретаре судебного заседания Ивановой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 о взыскании денежных средств, полученных от продажи квартиры, процентов за пользование чужими денежными средствами,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о взыскании денежных средств, полученных от реализации общего имущества супругов, ссылаясь на то, что в период брака с ФИО3 приобретено жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, которое 15.08.2024 отчуждено ответчиком по договору купли-продажи, заключенному с ФИО4, цена договора составила <данные изъяты> руб. Поскольку ? часть суммы, полученной ответчиком по договору, истцу не передана, ФИО1 просил суд взыскать с ФИО3 денежные средства в размере <данные изъяты> руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 02.09.2024 до момента вынесения решения суда, судебные расходы.

Протокольным определением Ленинского районного суда города Севастополя от 17.10.2025 в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещался судом. Доказательств уважительности причин неявки не представил, ходатайств об отложении не заявлял. При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие истца в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена судом. Доказательств уважительности причин неявки не представила, ходатайств об отложении не заявляла. При таких обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотрение дела в отсутствие третьего лица в порядке ч. 3 ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности, доводы искового заявления поддержала, просила требования удовлетворить, поскольку реализованное жилое помещение является совместно нажитым имуществом, ответчик с требованиями о признании квартиры личным имуществом супруга не обращалась.

Ответчик ФИО3 против удовлетворения иска возражала, поскольку квартира куплена на денежные средства ее матери, которая в свою очередь продала квартиру в Казахстане. ФИО1 по просьбе бывшей супруги приобрел квартиру на имя ФИО3, действуя на основании доверенности, при этом на момент покупки, совместно бывшие супруги не проживали, у ФИО1 должен был родиться ребенок от другой женщины, ФИО3 находилась в Казахстане, в связи с чем и была выдана доверенность. На протяжении всего периода с момента приобретения квартиры, а впоследствии расторжения брака, ФИО1 требований о разделе не заявлял, в квартиру не вселялся, бремя содержания не нес, интереса не проявлял. ФИО3 указала, что в связи с реализацией квартиры, нотариус потребовала согласие бывшего супруга, поскольку на момент приобретения жилого помещения, брак не был расторгнут. Кроме того, указала на пропуск срока исковой давности, поскольку квартира совместной собственностью супругов не являлась, денежные средства от ее реализации разделу не подлежат.

Суд, выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО1 и ФИО3 находились в зарегистрированном браке, что подтверждается записью акта № от ДД.ММ.ГГГГ Дом бракосочетаний <адрес>.

Решением Гагаринского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № брак между ФИО1 и ФИО3 расторгнут, запись акта о расторжении № от ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из содержания указанного решения, ФИО3 обратилась в суд с иском о расторжении брака с ответчиком тем мотивам, что их семья распалась и существует формально. В судебном заседании истец поддержала свои требования и пояснила суду, что с 1997 года она проживает в Севастополе, а ответчик в России, примирение между ними невозможно. Ответчик в судебное заседание не явился, т.к. проживает в <адрес>, в деле имеется заверенная телеграмма о согласии ответчика на развод с истцом.

Из материалов дела следует, что 26.05.1997 ФИО3 выдала на имя ФИО1 доверенность, удостоверенную городской нотариальной конторой <адрес> 26.05.97 за рег. №, из содержаний которой следует, что ФИО3 уполномочила ФИО1 купить за цену и на условиях по его усмотрению квартиру на ее имя в г. Севастополе.

19.06.1997 ФИО1, действующий от имени ФИО3, на основании доверенности, удостоверенной городской нотариальной конторой <адрес> 26.05.97 за р. №, приобрел <адрес> по адресу: <адрес> на основании договора купли-продажи, удостоверенного частным нотариусом Севастопольского городского нотариального округа ФИО5, зарег. за №.

Согласно п. 2 Договора, продажа совершена за 14 000 грн., которые продавцы получили от покупателя ФИО3 в лице представителя ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 продала ФИО4 жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, по договору купли-продажи, удостоверенному нотариусом ОЛН в реестре за №-н/92-2024-1-1177, цена договора составила <данные изъяты>

В силу п. 4.1 Договора, ФИО3 заключает договор с согласия бывшего супруга ФИО1, которое удостоверено нотариусом ДД.ММ.ГГГГ за реестровым №-н/50-2024-3-708.

ФИО3, возражая по требованиям истца, в подтверждение единоличного несения бремени содержания жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, представила квитанции на оплату ЖКУ за период с 01.2022 по 02.2024, с 03.2024 по 07.2024, согласно которым лицевой счет открыт на имя ФИО3, с подтверждением оплаты, договор о предоставлении услуг содержания домов, сооружений и придомовых территорий, заключенного 18.07.2008 с ФИО3, договор управления МКД, заключенный 01.04.2015 с ФИО3, квитанции на оплату услуг газоснабжения и техническое обслуживание за период с 01.2022 по 02.2024, согласно которым лицевой счет открыт на имя ФИО3, с подтверждением оплаты, договор № 40410 о предоставлении услуг по газоснабжению, заключенный 21.12.2015 ФИО3, договор о поставке газа, заключенный 27.06.2015 ФИО3, договор о техническом обслуживании и ремонте ВДГО, заключенный 17.03.2016 ФИО3, дополнительное соглашение № 1 к договору № 40410 от 17.03.2016, заключенное 30.10.2018 ФИО3, квитанции об оплате электроснабжения за период с 01.2022 по 07.2024, согласно которым лицевой счет открыт на имя ФИО3, с подтверждением оплаты, договор № 232-93 о пользовании электрической энергией, заключенный 12.12.2000 ФИО3, акты сдачи-приемки выполненных работ к договору № 40410 от 17.03.2016, от 17.06.2016, от 30.10.2018, от 01.10.2019.

Кроме того, ФИО3 указала на то, что в период приобретения жилого помещения, стороны фактически вместе не проживали, что подтверждается рождением у ФИО6 Анд.Алек. сына КАА. ДД.ММ.ГГГГ г.р., матерью которому приходится ТОВ

Учитывая, что приобретение и регистрация квартиры осуществлена до 22 марта 2014 года, принимая во внимание период нахождения сторон в зарегистрированном браке, с учетом положений статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым применить к спорным отношениям положения семейного законодательства Украины, действовавшего на территории Республики Крым и города Севастополя до 22 марта 2014 года.

В соответствии со ст. 22 КоБС УССР имущество нажитое супругами во время брака является их общей совместной собственностью. Каждый из супругов имеет равные права владения, пользования и распоряжения этим имуществом.

Аналогичные нормы предусмотрены Семейным кодексом Российской Федерации.

Согласно ст. 35 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Согласно ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 года N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (статья 34 Семейного кодека Российской Федерации) является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела.

Согласно положениям Семейного кодекса Российской Федерации при разрешении спора об определении правового режима имущества супругов и его разделе в предмет доказывания входят следующие юридически значимые факты: наличие в определенный период времени брака между сторонами, заключенного в установленном законом порядке, состав и стоимость спорного имущества, приобретенного в период брака, основания его приобретения, при этом необходимо учитывать, не является ли оно единоличной собственностью одного из супругов (статья 36, пункт 5 статьи 38 Семейного кодекса Российской Федерации).

Любой из супругов в случае спора не обязан доказывать факт общности имущества, если оно нажито в период брака, так как в силу закона (пункт 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации) существует презумпция, что указанное имущество является совместной собственностью супругов. Иное может быть установлено брачным договором супругов (пункт 1 статьи 33 Семейного кодекса Российской Федерации).

Сторона, ссылающаяся на обстоятельства, влияющие на определение долей в общем имуществе, единоличный режим собственности имущества, должна это доказать.

Пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса РФ установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются (п. 3 ст. 10 ГК РФ).

В ходе рассмотрения дела ответчика ФИО3 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по требований в отношении как раздела квартиры, так и полученных от ее реализации денежных средств.

В соответствии с п. 1 ст. 38 СК РФ раздел общего имущества супругов может быть произведен как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов.

Пунктом 7 ст. 38 СК РФ предусмотрено, что к требованиям супругов о разделе общего имущества супругов, брак которых расторгнут, применяется трехлетний срок исковой давности.

При этом течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут, следует исчислять со дня, когда супруг узнал или должен был узнать о нарушении своего права на общее имущество (п. 2 ст. 9 СК РФ, п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", течение трехлетнего срока исковой давности для требований о разделе имущества, являющегося общей совместной собственностью супругов, брак которых расторгнут (п. 7 ст. 38 Семейного кодекса РФ), следует исчислять не со времени прекращения брака (дня государственной регистрации расторжения брака в книге регистрации актов гражданского состояния при расторжении брака в органах записи актов гражданского состояния, а при расторжении брака в суде - дня вступления в законную силу решения), а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права (п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, исковая давность по разделу имущества супругов наступает с момента нарушения прав супруга на совместно нажитое имущество и будет исчисляться со времени, когда супруг узнал о чинимых другим супругом препятствиях в пользовании.

Если после расторжения брака бывшие супруги продолжают пользоваться общим имуществом, то срок исковой давности начинает течь с того дня, когда одним из них будет совершено действие, препятствующее другому супругу осуществлять свои права в отношении этого имущества.

В данном, конкретном случае в течение трех лет после развода жилое помещение между супругами разделено не было. Пользованием, владением и оформлением жилого помещения в установленном законом порядке осуществляла ФИО3 единолично, прекратив брачные отношения с 1997 года.

Доказательств того, что ФИО1 вселялся и пользовался жилым помещением, как с момента его приобретения, так и после расторжения брака, либо принимал участие в содержании квартиры, оплачивал имущественный налог, коммунальные услуги и т.д., суду не представлено и в материалах дела таких доказательств не имеется.

В связи с этим суд не соглашается с доводами истца о том, что режим совместной собственности продолжался и после расторжения брака, бывшие супруги продолжали пользоваться общим имуществом, а о своих нарушенных правах истец узнал в 2024 году, давая согласие на продажу квартиры.

Как установлено судом, мер к разделу данного имущества, нажитого в браке, истец не предпринимал, каких-либо требований в отношении помещения к ответчику не заявлял. Каких-либо действий, препятствующих истцу осуществлять свои права в отношении спорного имущества со стороны бывшей супруги в течение указанного времени, стороной истца суду не представлено и в материалах дела не имеется.

Анализируя содержание доверенности, выданной 26.05.1997 в <адрес> ФИО3 на имя ФИО1, которая предусматривала право последнего приобрести именно на имя ФИО3 жилое помещение в г. Севастополе, нахождение ФИО1 в фактических брачных отношениях с иным лицом, от которых ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 рожден сын, раздельное проживание ФИО3 и ФИО1 на момент приобретения квартиры, отсутствие доказательств вселения и несения бремени содержания ФИО1 квартирой, суд приходит к выводу о том, что жилое помещение являлось личностью собственность ФИО3 и соответственно денежные средства, полученные от ее реализации разделу между бывшими супругами не подлежат.

Поскольку во взыскании денежных средств истцу отказано, производные требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 к ФИО3, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 о взыскании денежных средств, полученных от продажи квартиры, процентов за пользование чужими денежными средствами, отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с момента изготовления в окончательной форме в Севастопольский городской суд через Ленинский районный суд города Севастополя.

Судья С.Ф. Эрзиханова

Мотивированное решение суда изготовлено 12.01.2026.

Судья С.Ф. Эрзиханова