Председательствующий по делу Дело №22-2164/2023г.

судья Олефирова М.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Чита 20 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Забайкальского краевого суда в составе:

Председательствующего судьи Емельяновой И.С.,

Судей Горюновой Н.Г., Дугаржапова Б.Б.,

с участием:

Прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Красиковой Е.И.,

Осужденного ФИО1,

Адвоката Ситникова А.Н., предоставившего удостоверение №108 и ордер №355129 от 20 декабря 2022 года,

При секретаре Юнусовой Ю.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 20 сентября 2023 года апелляционную жалобу и дополнения к ней осужденного ФИО1, на приговор Могочинского районного суда Забайкальского края с участием присяжных заседателей от 24 марта 2023 года, которым

ФИО1, родившийся <Дата> в <адрес>, не судимый,

- осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам 10 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на срок 01 год, с установлением в соответствии со ст.53 УК РФ ограничений: не выезжать за пределы муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства, место работы без разрешения специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц, ч.1 ст.222.1 УК РФ к 6 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 20 000 рублей.

На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено наказание в виде 15 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 01 год, со штрафом в размере 20 000 рублей;

- В соответствии со ст.53 УК РФ установлены ограничения: не выезжать за пределы муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбытия лишения свободы, не изменять место жительства, место работы без разрешения специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы; возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы два раза в месяц;

- Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу;

- Срок наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачтено в срок лишения свободы время содержания под стражей в период с 06 октября 2022 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима;

- постановлено о взыскании с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 денежную сумму в размере 1 500 000 рублей в счет компенсации морального вреда;

- приговором определена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Емельяновой И.С., пояснения осужденного ФИО1 и выступление адвоката Ситникова А.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Красиковой Е.И., возражавшей против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

На основании вердикта коллегии присяжных заседателей ФИО1 признан виновным и осужден за убийство, то есть умышленное причинение смерти Д.А.В., совершенное <Дата> в период с 15 до 16 часов на участке местности, расположенном в лесном массиве в 7км. в юго-восточном направлении от <адрес>.

Он же признан виновным и осужден за незаконное хранение взрывчатых веществ в период с <Дата> по <Дата> в <адрес>.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, несправедливым в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов указывает, что вердикт по делу вынесен незаконным составом суда, поскольку на стадии формирования коллегии присяжных заседателей со стороны председательствующего допущены нарушения закона. При явке в зал суда 21 кандидата, судья ограничил сторону защиты в заявлении мотивированных отводов кандидатам в присяжные заседатели, поскольку необоснованно признал количество допустимых отводов как не более одного. Право на немотивированные отводы ему и его защитнику не было разъяснено, списки не вручались. Таким образом, в процессе формирования коллегии присяжных заседателей он не мог в полной мере реализовать процессуальные права, на свое участие в судопроизводстве с участием присяжных заседателей предусмотренные ч.5 ст.327 УПК РФ. Указывает, что судья в напутственном слове подробно изложил доказательства стороны обвинения и практически не изложил позицию защиты, чем сформировал у коллегии обвинительный уклон. Как в ходе оглашения существа предъявленного обвинения и судебного следствия, так и в судебных прениях государственные обвинители свою речь построили на предположениях, однако председательствующий не прерывал выступление стороны обвинения, что, по мнению автора жалобы, необходимо расценивать как незаконное воздействие на присяжных заседателей. Отмечает, что в присутствии присяжных заседателей сторона обвинения исследовала данные, отрицательно его характеризующие, неоднократно было указано на предыдущую судимость, в присутствии присяжных заседателей был оглашен ответ из лицензионно-разрешительной системы о прекращении разрешения на хранение оружия в связи с постановлением обвинительного приговора и направлением для отбытия наказания в исправительное учреждение, чем, был нарушен принцип состязательности сторон и вызвано у присяжных в оношении него предубеждение. Вопросный лист составлен с нарушением ст.339 УПК РФ и таким образом, что, отвечая на поставленные вопросы, присяжные заседатели не могли принять иное решение, как о виновности в умышленном убийстве и незаконном хранении взрывчатых веществ, в нем содержатся фразы и отдельные слова, которые явно вызывают и даже предрешают ответ на вопрос, например, такие как произвел прицельный выстрел. Обращает особое внимание на то, что присяжные являются судьями факта, в их состав входят люди, не обладающие специальными познаниями, поэтому такие формулировки вопросов для них являются непонятными. Утверждает, что из всех исследованных в судебном заседании доказательств видно, что его действия носили только защитный, а не умышленный характер. Из показаний свидетелей С.А.В., В.И.Л, данных в ходе предварительного расследования и подтвержденных в судебном заседании, следует, что Д.А.В. его (ФИО1) действительно преследовал совместно с ними, выкрикивал в его адрес различные фразы, в лесу они находились одни. В момент преследования он (ФИО1) бежал с ружьем, которое держал в правой руке, так как при ином расположении оружия, например на плече, бежать по лесной чаще невозможно, затем в какой-то момент развернулся и выстрелил в сторону потерпевшего, после чего опять побежал. Везде были кусты, они его видели в момент выстрела не отчетливо. Полагает, что по сути свидетели подтверждают его показания о том, что он не имел намерения убить потерпевшего, а убегал, так как его начали преследовать трое человек в глухом лесу, выкрикивали фразы с угрозой расправы и причинения вреда здоровью, которые с учетом обстановки он воспринимал реально. Считает, что ни одними доказательствами не подтверждено, а напротив опровергнуто экспертным заключением, что собака Д.А.В. была застрелена из ружья, которым он произвел выстрел в сторону потерпевшего, когда убегал от него. Факт того, что собаку убил он, не доказан, что подтверждает то, что он не имел никаких мотивов на убийство потерпевшего, а просто находился в лесу, желая поохотиться. Мотива на убийство Д.А.В. у него не было и не могло быть, так как ранее он его не знал, неприязни не испытывал, в связи с чем и повода для убийства собаки у него также не имелось. Указывает, что им по объективным причинам был произведен выстрел в сторону потерпевшего, только с целью пресечь его (Д.) дальнейшее посягательство на его (ФИО1) жизнь и здоровье, поэтому его действия подлежали переквалификации на необходимую оборону. Далее указывает, что изъятые взрывчатые вещества ему не принадлежат, так как в ходе предварительного следствия, опасаясь негативных последствий для своего отца он вынужден был дать такие показания. Он не знал о том, что это были за взрывчатые вещества и каким образом они оказались дома по месту жительства родителей, и имеется ли запрет на их хранение. Более 12 лет он не проживает по тому адресу, где были изъяты взрывчатые вещества, а имеет место жительства и регистрации по другому адресу в г.Чите. По факту принадлежности данных взрывчатых веществ не проводился допрос его родителей, такой факт не выяснялся, что является нарушением, препятствующим объективному рассмотрению вопроса о его виновности в совершении данного преступления. Указывает, что на стадии предварительного следствия было нарушено его право на защиту, которое выразилось в том, что <Дата> его защитником следователю были поданы ходатайства о назначении баллистической экспертизы, повторной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы и иные ходатайства. В этот же день им было подписано уведомление об окончании следственных действий, а в январе <Дата> года при ознакомлении с материалами уголовного дела ему стало известно, о том, что данные ходатайства были разрешены еще <Дата>. Отмечает, что постановления следователя ни он, ни его защитник не получали. Полагает, что в данном случае, следователь ограничил его право на обжалование данного постановления об отказе в удовлетворении ходатайств и лишил права предпринять иные меры, предусмотренные законом для защиты своих прав и интересов. Указывает, что в ходе судебного следствия после допроса свидетелей, в том числе Свидетель №4, стороной обвинения было заявлено ходатайство о допросе волонтеров, а именно Свидетель №4, Д, З, которые принимали участие в поиске и обнаружении орудия преступления (ружья) по собственной инициативе, поскольку органами полиции ни поручения, ни инструктаж, ни просьба к ним не поступала. В материалах уголовного дела имеется акт сотрудника полиции ФИО2 о том, что он нашел и изъял в лесном массиве орудие преступления (ружье) единолично, так как какого-либо документа, подтверждающего, что данное ружье нашел кто-то иной, не имеется, это подтверждается протоколом его допроса, в оглашении которого судом необоснованно было отказано. По факту обнаружения данного ружья ни Свидетель №4, ни Д не были допрошены, протокол выемки у В не оформлялся. После допроса указанных свидетелей сторона обвинения отказалась от допроса свидетеля З. Наряду с изложенным указывает, что судом необоснованно был удовлетворен гражданский иск потерпевшей в размере 1 500 000 рублей, так как достаточного обоснования морального вреда, страданий, связанных с утратой мужа и доказательств суду представлено не было ни самой потерпевшей, ни ее представителем. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 представитель потерпевшей Потерпевший №1 – адвокат Мусенко Т.А. указывает, что приговор вынесен с соблюдением процессуальных и материальных норм права. Доводы осужденного о несоответствии выводов суда фактически происходящим событиям не могут быть основанием пересмотра уголовного дела в апелляционном порядке. Просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1, государственный обвинитель Быков В.А. указывает, что приговор, постановленный на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть оспорен только по основаниям, связанным с нарушением уголовно-процессуального закона либо несправедливостью наказания, о чем ФИО1 неоднократно разъяснялось. Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с требованиями ст.328 УПК РФ, судом стороны в реализации своих прав на заявление отводов кандидатам в присяжные не были ограничены, порядок формирования коллегии присяжных судом разъяснен и не нарушен. Вниманию коллегии присяжных заседателей представлены только допустимые доказательства, совокупность которых позволила им вынести вердикт о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений. Председательствующим по делу в судебном заседании созданы условия, при которых каждая из сторон имела возможность выразить свою позицию по делу. Право подсудимого на защиту не нарушено, ему и защитнику судом была предоставлена возможность заявить необходимые ходатайства, в том числе о производстве экспертиз, вызове свидетелей, которые разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Государственные обвинители в своих выступлениях, в том числе и в прениях сторон за рамки предъявленного обвинения не вышли, незаконного воздействия на присяжных не допустили. В напутственном слове председательствующий по делу напомнил коллегии все доказательства, исследованные в судебном заседании, изложил позицию каждой из сторон, не высказывая при этом своего мнения. Вопросный лист сформулирован в соответствии с требованиями ст.339 УПК РФ, действия ФИО1 судом квалифицированы верно, в соответствии с установленными вердиктом обстоятельствами. Наказание назначено справедливое. Исковые требования потерпевшей судом удовлетворены частично с учетом разумности и справедливости. Просит приговор оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав мнения участников судебного заседания, судебная коллегия приходит к следующему.

Настоящее уголовное дело было рассмотрено в суде первой инстанции в соответствии с требованиями, предусмотренными ст.ст.324-353 УПК РФ, которые регламентируют особенности разбирательства в суде уголовных дел с участием присяжных заседателей, с соблюдением принципа состязательности и реального обеспечения равенства прав сторон обвинения и защиты.

Подсудимому в полной мере были разъяснены его процессуальные права, в том числе и права, связанные с участием присяжных заседателей, предоставлена безусловная возможность пользоваться помощью защитника.

Вопреки доводам осужденного, формирование коллегии присяжных заседателей проведено с соблюдением требований ст.ст.327, 328 УПК РФ, сторонам было не только разъяснено право заявления отводов кандидатов в присяжные заседатели, но и предоставлена возможность задать каждому из кандидатов в присяжные заседатели вопросы, которые, по их мнению, связаны с выяснением обстоятельств, препятствующих участию лица в качестве присяжного заседателя в рассмотрении уголовного дела, которой сторона защиты воспользовалась.

У всех кандидатов в присяжные заседатели выяснялось их знакомство с участниками процесса, которое могло повлиять на их объективность. Сведений о необъективности и небеспристрастности коллегии присяжных заседателей, в материалах дела не содержится.

Из протокола судебного заседания следует, что сторона защиты принимала активное участие в формировании коллегии присяжных заседателей, в ходе судебного заседания заявляла немотивированный отвод присяжному заседателю № П.М.В., который был судом рассмотрен.

Кроме того, участникам процесса, вручались списки явившихся кандидатов в присяжные заседатели, без указания их домашнего адреса, что отражено в протоколе судебного заседания (т.4 л.д.79).

В соответствии с ч.1 ст.334 и ст.339 УПК РФ решение вопроса о доказанности событии преступления и виновности подсудимого является компетенцией присяжных заседателей.

В соответствии с положениями ст.17 УПК РФ присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью, никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Именно присяжные заседатели оценивают достоверность и достаточность представленных им доказательств при принятии решения по поставленным перед коллегией присяжных заседателей вопросам.

Каких-либо данных об исследовании перед коллегией присяжных заседателей недопустимых доказательств, а также ограничении участников процесса в предоставлении коллегии присяжных заседателей доказательств, которые являются допустимыми, не имеется, и судебной коллегией такие обстоятельства не установлены.

Вердикт вынесен на основании совокупности исследованных доказательств, которые сформировали у коллегии присяжных заседателей мнение о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых преступлений.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы отразиться на законности вердикта, вынесенного коллегией присяжных заседателей, повлиять на законность и обоснованность приговора, допущено не было.

В силу ст.389.27 УПК РФ вердикт присяжных заседателей и постановленный на его основе приговор не может быть обжалован по мотиву несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Особенности рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, равно как и обжалование приговора суда присяжных, были осужденному разъяснены.

Вопросы допустимости доказательств были исследованы судом в соответствии с требованиями главы 10 УПК РФ, в порядке, определяемом ч.2 ст.334 УПК РФ.

Доводы осужденного, изложенные в апелляционной жалобе, об отсутствии мотива на убийство, а также о том, что взрывчатые вещества ему не принадлежат, относятся к доводам о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела, соответственно постановленный с участием присяжных заседателей приговор, не может быть отменен или изменен по данному основанию.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено на основе принципа состязательности, установленного ст.15 УПК РФ, с учетом требований ст.252 УПК РФ о пределах судебного разбирательства, ст.335 УПК РФ об особенностях судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей, ст.334 УПК РФ о полномочиях судьи и присяжных заседателей.

Оснований для отводов председательствующего судьи и государственных обвинителей не было, в материалах уголовного дела отсутствуют данные, свидетельствующие о прямой или косвенной заинтересованности их в исходе дела.

Все ходатайства сторон, которые были заявлены в ходе судебного заседания, в том числе те ходатайства стороны защиты, в удовлетворении которых было отказано следователем, после их обсуждения с участниками судебного процесса, были разрешены в соответствии с установленным порядком с вынесением мотивированных постановлений. При таких обстоятельствах оснований считать, что сторона защиты не реализовала свои права, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, не имеется.

В соответствии с требованиями ст.291 УПК РФ у стороны обвинения и стороны защиты имелись равные возможности предоставления доказательств и дополнения судебного следствия.

Прения сторон, реплики и последнее слово подсудимого соответствуют требованиям ст.ст.292, 293, 336, 337 УПК РФ.

Вопреки утверждению в апелляционной жалобе осужденного судом сформулирован вопросный лист в строгом соответствии с требованиями ст.ст.338,339 УПК РФ, с учетом результатов судебного следствия, прений сторон, а также с учетом мнения сторон.

Включенные в вопросный лист вопросы, как того требует уголовно-процессуальный закон, основаны на предъявленном обвинении, формулировки вопросов конкретны и понятны, в них отсутствуют положения, требующие от присяжных заседателей юридических познаний или могущие быть расценены как содержание предрешение вопросов, имеющих значение для уголовного дела.

Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям, предусмотренным ст.340 УПК РФ. В нем председательствующий напомнила присяжным заседателям обо всех исследованных доказательствах, как уличающих подсудимого, так и оправдывающих его, правильно изложила позицию защиты, разъяснила основные правила оценки доказательств, сущность принципа презумпции невиновности, разъяснила порядок совещания присяжных заседателей, подготовки ответов на поставленные вопросы, голосования по ответам и вынесения вердикта. Также напомнила о том, чтобы присяжные заседатели не принимали во внимание обстоятельства, которые не подлежат учету при вынесении вердикта, и в завершении напомнила присяжным заседателям содержание данной ими присяги и обратила внимание на то, что в случае вынесения обвинительного вердикта они могут признать подсудимого заслуживающим снисхождения.

Возражений в связи с содержанием напутственного слова от участников процесса не поступило.

Совещание коллегии присяжных прошло с соблюдением всех требований ст.341-343 УПК РФ.

Вердикт коллегии присяжных является ясным и непротиворечивым, оснований для роспуска коллегии, предусмотренных ч.5 ст.348 УПК РФ председательствующим судьей не установлены. Не находит таких оснований и судебная коллегия.

Не соответствуют материалам дела и изложенные в апелляционной жалобе осужденного ФИО1 доводы о том, что стороной обвинения исследованы данные, отрицательно его характеризующие, а именно указание на предыдущую судимость. В соответствии со ст.335 УПК РФ, характеризующие данные ФИО1 доводились до присяжных заседателей только в той мере, в которой необходимо было для подтверждения предъявленного обвинения, в соответствии со ст.347 УПК РФ данные, характеризующие личность осужденного ФИО1 были исследованы на стадии обсуждения последствий вердикта.

Приговор постановлен председательствующим в соответствии с вердиктом присяжных заседателей. Действия осужденного ФИО1 правильно квалифицированы в приговоре, исходя из установленных вердиктом фактических обстоятельств дела.

Таким образом, доводы, изложенные в апелляционной жалобе осужденного о нарушениях порядка рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, своего подтверждения не нашли.

При назначении наказания в соответствии со ст.60 УК РФ суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности ФИО1, наличие смягчающих наказание обстоятельств.

Смягчающими наказание обстоятельствами обоснованно признаны наличие на иждивении малолетнего ребенка, состояние здоровья осужденного и состояние здоровья его родителей, по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.105 УК РФ явка с повинной.

Наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ и отсутствие отягчающих обстоятельств позволило при назначении наказания по ч.1 ст.105 УК РФ применить положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Выводы суда относительно необходимости назначения ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы и дополнительного наказания в виде ограничения свободы по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.105 УК РФ, с установлением ограничений, предусмотренных ст.53 УК РФ, штрафа по ч.1 ст.222.1 УК РФ, отсутствии оснований для применения положений ч.6 ст.15, ст.64, ст.73 УК РФ, подробно мотивированы в приговоре, и не согласиться с ними у судебной коллегии оснований не имеется.

Вердиктом присяжных заседателей ФИО1 признан не заслуживающим снисхождения.

Наказание, назначенное ФИО1, является справедливым, соразмерным содеянному, его личности, оснований для его смягчения, судебная коллегия не усматривает.

Вид исправительного учреждения осужденному назначен верно, в соответствии со статьей 58 УК РФ.

Вопросы о мере пресечения в отношении осужденного, о зачете времени содержания под стражей, о судьбе вещественных доказательств, в приговоре разрешены в соответствии с законом.

Гражданский иск по делу разрешен судом в соответствии с требованиями закона. В силу ч.8 ст.42 УПК РФ по уголовному делу о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права потерпевшего, предусмотренные настоящей статьей, переходят к одному из его близких родственников, которым по настоящему делу является его супруга.

Основываясь на положениях ст.ст.151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, суд сделал правильный вывод о том, что совершенным преступлением потерпевшей Потерпевший №1 причинены нравственные страдания вследствие смерти ее супруга. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учел принципы разумности и справедливости и удовлетворил исковые требования потерпевшей частично. Установленный судом размер компенсации морального вреда завышенным или несправедливым не является.

Учитывая вышеизложенное, а также принимая во внимание то, что в апелляционных жалобах больше не приводятся какие-либо иные данные о существенном нарушении судом уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судебная коллегия приходит к выводу об оставлении приговора без изменения, а апелляционной жалобы осужденного без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Могочинского районного суда Забайкальского края от 24 марта 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово), через суд, постановивший приговор.

Кассационная жалоба, представление подаются в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого решения, вступившего в законную силу.

Лицо, подавшее кассационную жалобу (представление) вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем необходимо указать в кассационной жалобе (представлении).

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.

Председательствующий: И.С. Емельянова

Судьи: Н.Г. Горюнова

Б.Б. Дугаржапов