Апелляционное определение по делу № 1-7-22-970/2023 от 21.07.2023

Судья Певцева Т.Б. №1-7-22-970/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 июля 2023 года Великий Новгород

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Киреевой Н.П.,

судей Архиповой Т.Н. и Матвеева Е.Ю.,

при секретаре Старченко Ю.Н.,

с участием прокурора Чугуновой И.Л.,

осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката Анисимова А.Б.,

осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Щепоткина А.В.,

потерпевших К.Р.П. и Б.Л.Н., представителя потерпевших – адвоката Гетманова С.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Корчагина С.А. в защиту осужденного ФИО2, осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката Акатова А.С. на приговор Боровичского районного суда Новгородской области от 17 апреля 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2.

Заслушав доклад судьи Киреевой Н.П., изложившей краткое содержание приговора, апелляционных жалоб, возражений, выслушав участников процесса, суд

установил:

Приговором Боровичского районного суда Новгородской области от 17 апреля 2023 года

ФИО1, родившаяся <...> в <...>, гражданка Российской Федерации, несудимая,

осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, пп. «а», «д», «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 9 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ст. 53 УК РФ ФИО1 к дополнительному наказанию в виде ограничения свободы установлены ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где будет проживать или пребывать осужденная после освобождения, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы.

На ФИО1 возложена обязанность являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц.

На основании ч. 2 ст. 22 УК РФ, ч. 1, 2 ст. 97 УК РФ, ч. 2 ст. 99 УК РФ, ст. 104 УК РФ ФИО1 назначена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы постановлено исполнять после отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

ФИО1 зачтено в срок отбытия наказания в виде лишения свободы время содержания её под стражей с 17.04.2023 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с требованиями п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, а именно из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также отбытое наказание в виде ограничения свободы сроком 10 месяцев 2 дня по правилам п. «б» ч.1 ст.71 УК РФ.

Гражданские иски К.Р.П. и Б.Л.Н. удовлетворены частично, постановлено с ФИО1 в пользу каждого взыскать в счет компенсации морального вреда по 300 000 рублей;

ФИО2, родившийся <...> в с<...>, гражданин Российской Федерации, судимый:

- 15 августа 2011 года приговором Боровичского районного суда Новгородской области (с учетом постановления Великоустюгского районного суда Вологодской области от 20 октября 2016 года) по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ (16 преступлений), п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ (2 преступления), с применением ч.3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде 5 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима;

- 28 декабря 2012 года приговором Боровичского районного суда Новгородской области (с учетом постановления Великоустюгского районного суда Вологодской области от 20 октября 2016 года) по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ, с применением ч.5 ст.69 УК РФ к наказанию в виде 6 лет 4 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима; освобожден по отбытии срока наказания 07 февраля 2017 года;

- 19 июня 2018 года приговором Боровичского районного суда Новгородской области по пп. «б, в» ч.2 ст.158 УК РФ, п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, ч.3 ст.30, п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, с применением ч.2 ст.69 УК РФ к наказанию в виде 2 лет 2 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима; освобожден по отбытии срока наказания 18 августа 2020 года;

- 22 марта 2022 года приговором Троицкого районного суда г. Москвы по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ к наказанию в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима;

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, пп. «а», «д», «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, к наказанию в виде лишения свободы на срок 9 лет 6 месяцев с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

На основании ст. 53 УК РФ ФИО2 к дополнительному наказанию в виде ограничения свободы установлены ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где будет проживать или пребывать осужденный после освобождения, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы.

На ФИО2 возложена обязанность являться для регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц.

На основании ч. 5 ст. 69 УК РФ окончательное наказание ФИО2 назначено по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания, назначенного по настоящему приговору, и наказаний назначенных по приговору Боровичского районного суда Новгородской области 19 июня 2018 года и приговору Троицкого районного суда г. Москвы от 22 марта 2022 года, в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев.

ФИО2 к дополнительному наказанию в виде ограничения свободы установлены ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где будет проживать или пребывать осужденный после освобождения, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы.

ФИО2 постановлено зачесть в срок отбытия наказания время содержания его под стражей с 17 апреля 2023 года до дня вступления приговора в законную силу в соответствии с требованиями п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, а именно из расчета один день содержания под стражей – за один день отбывания наказания, а также отбытый срок наказания по приговору Троицкого районного суда г. Москвы от 22.03.2022 года с 20 января 2022 года по 16 апреля 2023 года включительно и полностью отбытый срок наказания по приговору Боровичского районного суда Новгородской области от 19 июня 2018 года.

Гражданские иски К.Р.П. и Б.Л.Н. удовлетворены частично, постановлено с ФИО2 в пользу каждого взыскать в счет компенсации морального вреда по 300 000 рублей.

Разрешены вопросы о взыскании процессуальных издержках и судьбе вещественных доказательств.

ФИО1 и ФИО2 каждый признаны виновными в покушении на убийство двух лиц, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления – умышленное причинение смерти двум лицам, совершенное с особой жестокостью, группой лиц по предварительному сговору, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Преступление совершено <...> в <...> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Корчагин С.А., действующий в защиту интересов осужденного ФИО2, выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и подлежащим отмене ввиду допущенных судом нарушений уголовного-процессуального законодательства, а также неправильной квалификации действий осужденного. Указывает, что умысел ФИО2 был направлен на запугивание потерпевшей, а не на убийство последней, его действия были направлены на потерпевшую К.Р.П., однако брызги от горючей жидкости случайно попали на потерпевшего Б.Л.Н. Защитник обращает внимание, что при проверке показаний на месте потерпевших в качестве специалиста принимал участие оперуполномоченный уголовного розыска М., что является нарушением ст.58 УПК РФ. Потерпевшие указывали, что жидкостью, которая попала на их одежду, был бензин, однако суд в качестве вещественного доказательства была представлена пластиковая бутылка, в которой согласно выводам экспертизы, имелись остатки дизельного топлива, которое, по мнению защитника, не может самостоятельно разгореться от открытого огня. Следовательно, обнаруженная на месте преступления пластиковая бутылка со следами дизельного топлива не может быть признана вещественным доказательством. При таких обстоятельствах защитник полагает, что доказательств вины ФИО2 недостаточно, в связи с чем приговор подлежит отмене, а действия его подзащитного – переквалификации на ст.119 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 выражает несогласие с приговором суда ввиду суровости назначенного наказания и завышенной суммой компенсации морального вреда. В обоснование указывает, что является инвалидом, имеет ряд тяжелых хронических заболеваний, которые требуют дорогостоящего лечения, имеет на иждивении несовершеннолетнего ребенка. С учетом изложенных доводов просит снизить срок назначенного наказания и снизить сумму компенсации морального вреда.

В дополнительной апелляционной жалобе от 03 июля 2023 года осужденная ФИО3 также находит приговор незаконным, считает, что ее за одно и то же привлекли к ответственности трижды: в 2018 году постановлением мирового судьи она была привлечена к административной ответственности к наказанию в виде штрафа в размере 5000 рублей, приговором мирового судьи от 24 мая 2019 года она была осуждена по ч.1 ст.119 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год 6 месяцев, наказание ею полностью отбыто, судимость погашена, так как прошли сроки давности. В 2023 году осуждена по ч.3 ст.30, п.п. «а,д,ж» ч.2 ст.105 УК РФ, находит это незаконным, поскольку у нее не было прямого умысла на совершение данного преступления. Вновь обращает внимание на состояние своего здоровья и наличие у нее несовершеннолетней дочери. Считает, что к показаниям потерпевших следует отнестись критически, так как они не являются достоверными.

В апелляционной жалобе адвокат Акатов А.С. приводит доводы о незаконности и необоснованности приговора суда, о его несоответствии фактическим обстоятельствам, установленным судом. В обоснование указывает, что ссора возникла именно между Петровой и К., никакой неприязни к Б. осужденная не испытывала. Выплескивая на одежду потерпевшей К. бензин, ФИО3 не преследовала цель облить бензином Б.. Поджигая одежду Керн, ФИО4 не преследовал цель поджечь на нем одежду, возгорание произошло, когда ФИО5 стал тушить огонь на одежде жены. Указанное обстоятельство прямо отражено в постановлении о привлечении Петровой в качестве обвиняемой. Указанное обстоятельство свидетельствует о наличии косвенного, а не прямого умысла, в то время как убийство предполагает наличие только прямого умысла. Таким образом, квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ, необоснованно вменен Петровой. Защитник указывает, что, поджигая одежду на К., ни ФИО3, ни ФИО4 не преследовали цели лишить их таким образом жизни. По мнению стороны защиты, квалифицирующий признак особой жестокости также не нашел своего подтверждения, поскольку ФИО3 только один раз плеснула бензином в сторону К., этого количества действительно хватило, чтобы воспламенилась одежда на потерпевшей, но его было недостаточно, чтобы таким образом расправиться с потерпевшими с особой жестокостью. Обращает внимание, что на протяжении следствия и в судебном заседании подсудимые давали последовательные показания относительно своих намерений, а вот показания потерпевшего Б. о том, что на тот момент, когда он, лежа на земле, тушил одежду супруги, то чувствовал, что сверху на него поливали бензином, следует отнестись критически, поскольку оба осужденных это отрицают. С учетом изложенных доводов, защитник полагает, что в действиях ФИО1 отсутствует состав инкриминируемого преступления, просит приговор суда отменить и ФИО1 оправдать.

В возражениях на апелляционные жалобы старший помощник Боровичского межрайонного прокурора Ефимова О.О. приводит доводы о законности и обоснованности приговора суда, а доводы апелляционных жалоб находит несостоятельными. Указывает, что вина осужденных подтверждается письменными и вещественными доказательствами, которые являются относимыми, допустимыми, а в своей совокупности достаточными для признания вины ФИО1 и ФИО2 в преступлениях, за которые они осуждены. Просит оставить приговор без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденная ФИО1 и ее защитник – адвокат Анисимов А.Б. доводы апелляционных жалоб поддержали по изложенным в них основаниям.

Осужденный ФИО2 и его защитник – адвокат Шепоткин А.В. поддержали доводы апелляционной жалобы адвоката Корчагина С.А. по изложенным в ней основаниям.

Потерпевшие К.Р.П., Б.Л.Н., представитель потерпевших – адвокат Гетманов С.В. возражали против удовлетворения апелляционных жалоб стороны защиты, просили приговор оставить без изменения.

Прокурор Чугунова И.Л. просила приговор изменить, зачесть осужденным в срок лишения свободы период нахождения каждого в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях в срок лишения свободы, в остальной части приговор оставить без изменения.

Изучив материалы дела, проверив и обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, судебная коллегия приходит к следующему.

ФИО1 и ФИО2 в судебном заседании утверждали, что совершили преступление, предусмотренное ч.1 ст.119 УК РФ, вину в покушении на убийство не признали.

Вместе с тем, выводы о виновности ФИО1 и ФИО2 в инкриминированных каждому деянии основаны на показаниях самих осужденных, данных на предварительном следствии и в судебном заседании, показаниях потерпевших К.Р.П. и Б.Л.Н., свидетелей П.Р.О., Л.Л.К., К.А.В., протоколах осмотра места происшествия, заключениях судебно-медицинских экспертиз, протоколах осмотра предметов и других доказательствах, подробный анализ которым дан в приговоре.

Так, из показаний ФИО1, данным в качестве подозреваемой и обвиняемой (т.1 л.д.198, т.2 л.д.69-72, т.8 л.д.10-12, 23-25) следует, что с декабря 2017 года между ней и потерпевшей К.Р.П. начались конфликты на почве развода с сыном потерпевшей – П.Р.О., она считала, что потерпевшая настраивает сына против нее. После очередного разговора с П.Р.О., когда он сказал, что проживает с другой женщиной, она сказала ему, что сожжет его вместе с его домами. Это было 30 марта 2018 года в вечернее время. Около 20 часов 30 минут она позвонила своему брату ФИО2, а когда он приехал, она попросила его съездить с ней в <...>, что бы наказать Р. и сжечь его вместе с домом. По дороге на автозаправочной станции ФИО2 купил 2 литра 92-го бензина, который залил в бутылку из-под минеральной воды. В <...>, где проживал Р. и его родные, они пришли около 21 часа. Она передала ФИО4 бутылку с бензином и показала на дом Р.. ФИО4 пощел к дому, а она стала ждать его на мостике недалеко от дома. Она видела, что ФИО4 пытался открыть калитку, но у него это не получилось, он вернулся к ней и сказал, что свет не горит, но в окно выглянула женщина. В это время из дома вышли К.Р.П. и Б.Л.Н. – мать и отчим Р., они подошли к ним, пояснили, что Р. дома нет. Между ней и К. начался словесный конфликт на почве ее отношений с Р., затем она взяла у ФИО4 бутылку с бензином и наотмашь облила К. и Б. бензином, они стали уходить. В это время она толкнула К. руками в спину и та упала, Б.Л.Н. стал ее поднимать, и в этот момент она сказала ФИО4: «поджигай». ФИО4 поднес горящее пламя к одежде К. со стороны спины, которая еще находилась на земле. Одежда К.Р.П. сразу загорелась, Б.Л.Н. пытался затушить пламя на К.Р.П., но огонь перекинулся на него. Затем потерпевшие совместными усилиями сняли с себя верхнюю одежду, бросили ее в снег и затушили пламя.Она и ФИО4 пошли в сторону остановки, при этом она крикнула К.: «Следующая будет Б., запомни». Она осознавала, что в результате ее действий К.Р.П. и Б.Л.Н. могли сгореть заживо. Из показаний обвиняемой ФИО1 от 30.11.2020 года и от 17.03.2021года следует, что убивать они никого, в том числе потерпевших не хотели, хотели их только напугать, поскольку она рассердилась на К.Р.П. из-за своего мужа. Не отрицала, что взяла из рук ФИО4 бутылку с бензином, наотмашь плеснула бензин на обоих потерпевших, сказала ФИО4 «поджигай», что тот и сделал. В судебном заседании ФИО1 фактические обстоятельства ранее данных показаний не оспаривала, но утверждала, что на Б.Л.Н. бензин попал случайно, а загорелся он потому, что стал тушить огонь, когда загорелась К.Р.П. Убивать потерпевших не хотела, хотела их напугать.

Из показаний ФИО2 в судебном заседании следует, что в марте 2018 года его сестра ФИО1 попросила его съездить в <...>, поскольку там мог находиться ее муж, сказала, что нужно взять с собой бензин. Он купил на заправке бензин, который налил в бутылку из-под минеральной воды, они хотели облить гараж и уйти, они ни о чем не договаривались, никакого преступного сговора между ними не было. В д<...> ФИО8 показала ему дом, где жил П.Р. с родителями. Он подошел к дому, все было закрыто. Он стал уходить, в доме загорелся свет и кто-то выглянул. Он вернулся к Петровой и в это время из дома вышли два человека, они их дождались. Между Петровой и К. начались семейные разборки. В один из моментов ФИО3 подбежала к нему, выхватила бутылку с бензином и стала разбрызгивать бензином наотмашь, на кого попало, на того и попало. Умысла убивать не было. Большей частью бензин попал на К., ФИО3 выкинула бутылку. Стали расходиться, он обернулся и увидел, что К. стоит на земле на коленях спиной к ним. ФИО3 крикнула ему: «поджигай», он подошел к К. со спины и чиркнул зажигалкой, одежда К. загорелась. Второй потерпевший подошел к ней, стал помогать тушить, и тоже вспыхнул. Потерпевшие вместе потушили огонь, сняв куртки. Считает, что совершил преступление, предусмотренное ст.119 УК РФ. Убивать потерпевших они не хотели, хотели лишь напугать их.

Из показаний потерпевшей К.Р.П. в судебном заседании следует, что вечером 30 марта 2018 года ей позвонил сын П.Р. и сказал, что ФИО1 ему угрожает, что разберется с ними, но она не придала значения данным словам. В этот же вечер из окна она увидела, что кто-то побежал от их дома на дорогу. Они с мужем вышли на улицу, увидели осужденных. Они подошли к ним и она сказала Петровой, что Р. здесь нет. ФИО3 стала обвинять ее во лжи, оскорблять. В ходе конфликтного разговора ФИО3 крикнула ФИО4: «Леша, обливай их», она увидела в руках ФИО4 двухлитровую бутылку с жидкостью, из которой он облил ее и мужа наотмашь, она почувствовала, что это бензин, который попал ей на лицо и левую часть волос. После этого к ней подошла ФИО3, что-то кинула в ее сторону, возможно зажигалку, после чего на ней вспыхнули волосы и полушубок, она очень испугалась, хотела бежать, но Б.Л. завалил ее на снег и закрыл собой, и загорелся сам. ФИО3 все кричала: «Леша, обливай», а ФИО4 лил на них эту жидкость. На Б. одежда стала плавиться и гореть. Она успела скинуть с себя полушубок и стащить куртку с Б.. ФИО3 в это время стояла и кричала: «Сдохните, как собаки», они стояли и смотрели, как они (потерпевшие ) горят, а затем ушли. Они сразу же вызвали скорую помощь. У нее сгорели волосы на левой стороне, были ожоги на лице, у Б. распухло все лицо, его сразу госпитализировали. Их спасло то, что на улице был снег и они смогли потушить пламя;

Потерпевший Б.Л.Н. аналогично в ходе предварительного и следствия и в судебном заседании показал, что 30 марта 2018 года около 21 часа 45 минут, когда они в <...> стояли напротив Петровой и ФИО4, ФИО3 крикнула последнему «Обливай», ФИО4 стал разбрызгивать на них жидкость, он почувствовал, что это бензин, увидел, что ФИО3 бросила в его супругу зажигалку с включенным пламенем, одежда и волосы супруги загорелись, он бросился к ней, сбил с ног, она упала в снег, он накрыл ее собой, на нем также загорелась одежда. Осужденные им никакой помощи не оказывали, ФИО1 при этом кричала: «сдохните, как собаки». Совместными усилиями они погасили пламя, стащив с себя одежду. Их спасло то, что был снег и на них было много одежды. Считает, что у осужденных были явные намерения лишить их жизни, их действия были согласованными, но руководила всем ФИО1 Ему были причинены телесные повреждения в виде ожога лица и грудной клетки. Он хотел умыться, но кожа с лица осталась у него на руках. Две недели он лечился в стационаре, затем месяц амбулаторно. У него были термические ожоги 1,2,3 степени, распухло лицо, была сильная боль, было трудно дышать, принимать пищу.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №209 от 09 апреля 2018 года, у потерпевшей К.Р.П.установлены термические ожоги 1-2 степени левой ушной раковины, лица, шеи площадью до 1% поверхности тела, которые образовались от воздействия термического агента, возможно в срок 30.03.2018 года;

В соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы №280 от 10.05.2018 года, у Б.Л.Н. при госпитализации в <...> 30.03.2018 года имели место термические ожоги 1-2-3 степени лица, шеи, груди, левой ушной раковины площадью 2% от поверхности тела, которые образовались от воздействия термического агента, возможно в срок, указанный в постановлении 30 марта 2018 года, и квалифицируются как легкий вред здоровью, повлекший за собой кратковременное расстройство здоровья длительностью не более трех недель.

Приведенные показания потерпевших суд обоснованно признал достоверными, поскольку они согласуются между собой, с протоколами проверки их показаний на месте с применением видеозаписи, протоколами принятия заявлений о совершенном преступлении от 30 марта 2018 года, иными доказательствами, в том числе с заключениями судебно-медицинских экспертиз, подтверждены при проведении очных ставок с осужденными.

Суд первой инстанции обоснованно положил в основу обвинительного приговора первоначальные показания ФИО1 при допросе ее в ходе предварительного следствия с участием защитника, из которых однозначно следует, что осужденные до начала совершения инкриминированного преступления договорились о его совершении, для этого приобрели бензин, оба совершали действия, направленные на убийство двух лиц, по предварительному сговору группой лиц, с особой жестокостью, поскольку избранный ими способ лишения потерпевших жизни путем сожжения заведомо для виновных связан с причинением потерпевшим особых страданий.

Судебная коллегия считает, что судом первой инстанции достоверно установлено из показаний потерпевших, что именно ФИО2 обливал их бензином, а ФИО1 бросила огонь.

Показания осужденных об обратном, что бензином потерпевших обливала ФИО1, а огонь бросил ФИО2, судебная коллегия находит несостоятельными, направленными на смягчение ответственности ФИО8, которая приходится ФИО2 родной сестрой, и о смягчении наказания которой он просил в суде апелляционной инстанции.

Об умысле осужденных на убийство потерпевших указывает и последующее поведение осужденных, которые стояли и смотрели, как потерпевшие горят, при этом ФИО1 выкрикивала: «Сдохните как собаки», а когда потерпевшие смогли потушить огонь и ушли в дом, ФИО2 взял полушубок К.Р.П., проверил его карманы, обнаружил там ключ, который себе забрала ФИО1

Подсудимые не смогли довести свой умысел до конца по независящим от них обстоятельствам, поскольку благодаря наличию на улице снега и действиям потерпевших они смогли потушить горевшую на них одежду, получив термические ожоги.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не допущено.

Представленные к исследованию доказательства рассмотрены в судебном заседании всесторонне, полно и объективно, они надлежащим образом оценены судом с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для постановления в отношении осужденных обвинительного приговора.

Фактические обстоятельства дела установлены правильно, действиям каждого из осужденных – ФИО1 и ФИО2 дана надлежащая юридическая оценка по ч.3 ст.30, п.п. «а,д,ж» ч.2 ст.105 УК РФ – покушение на убийство двух лиц, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на совершение преступления – умышленное причинение смерти двум лицам, совершенное с особой жесткостью, группой лиц по предварительному сговору, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Доводы осужденных и их защитников о том, что умысел осужденных был направлен лишь на запугивание потерпевших, а не на их убийство, опровергаются фактическими обстоятельствами совершенного ими деяния, поскольку совершенные ими действия однозначно указывают, что они действовали с прямым умыслом на убийство и их умысел был направлен на убийство двух лиц с особой жестокостью по предварительному сговору группой лиц.

Доводы осужденной ФИО1 о том, что она трижды наказана за одно и то же деяние, опровергаются постановлением судьи Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 21 октября 2021 года, которым постановление мирового судьи судебного участка №4 Боровичского судебного района Новгородской области от 01 февраля 2019 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.6.1.1 КоАП РФ, отменено, производство по делу прекращено на основании п.7 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ, а также кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25 июня 2020 года, которым отменен приговор мирового судьи судебного участка №37 Боровичского судебного района Новгородской области от 24 мая 2019 года, которым ФИО1 и ФИО2 были осуждены каждый по ч.1 ст.119 УК РФ, и апелляционное постановление Боровичского районного суда Новгородской области от 15 августа 2019 года, уголовное дело возвращено Боровичскому межрайонному прокурору Новгородской области на основании п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом. Наказание, отбытое ФИО1 по данному приговору зачтено в срок отбытия наказания по обжалуемому приговору.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания недопустимыми доказательствами протоколов проверки показаний потерпевших К.Р.П. и Б.Л.Н. на месте с проведением видеозаписи, поскольку то обстоятельство, что видеозапись проводилась привлеченным сотрудником полиции никак не влияет на законность проведенных следственных действий. Доводы стороны защиты основаны на неправильном толковании уголовно-процессуального закона, а потому являются несостоятельными.

Протокол осмотра пластмассовой бутылки от 02 августа 2018 года, изъятой 30 марта 2018 года, а также заключение эксперта №1386сэ от 09.12.20 года, согласно которому на внутренних поверхностях бутылки обнаружены следы дизельного топлива, признаны судом первой инстанции не относимыми доказательствами, а потому не учитывались судом первой инстанции при вынесении обвинительного приговора.

Виновность осужденных подтверждается той совокупностью доказательств, которые были исследованы в суде первой инстанции и изложены в приговоре.

При назначении наказания осужденным суд в соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, данные о личности осужденных, смягчающие, а в отношении ФИО2 и отягчающие обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

Данные о личности осужденных были подробно исследованы в судебном заседании, изложены в приговоре, учтены при принятии решения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд первой инстанции обоснованно признал в соответствии с п. «г, и» ч.1 ст.61 УК РФ – наличие малолетнего ребенка, явку с повинной, которой суд признал ее объяснения, полученные до возбуждения уголовного дела, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в том числе в участии в следственных действиях, направленных на их проверку, а именно в проведении очных ставок с потерпевшими; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – ее состояние здоровья, в том числе наличие хронических заболеваний, а также частичное признание вины, как в ходе предварительного следствия, так и судебного разбирательства, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшим, оказание помощи близкому родственнику – бабушке, положительные характеристики с места жительства и учебы дочери, а также данные свидетелем защиты.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2 суд первой инстанции признал в соответствии с п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ явку с повинной, изложенную в объяснении, полученном до возбуждения уголовного дела, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в том числе выразившееся в участии в следственных действиях, направленных на их проверку, а именно в проведении очных ставок с потерпевшими; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ – его состояние здоровья, в том числе наличие хронических заболеваний, а также частичное признание вины как в ходе предварительного расследования, так и судебного разбирательства, раскаяние в содеянном, принесение извинений потерпевшим, оказание помощи в содержании детей лица, с которой он фактически проживал, положительную характеристику, данную в судебном заседании свидетелем защиты.

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО2, суд первой инстанции в соответствии с п. «а» ч.1 ст.63 УК РФ обоснованно признал рецидив преступлений, который в соответствии с ч.2 ст.18 УК РФ является опасным.

Назначение обоим осужденным основного наказания в виде реального лишения свободы, а также дополнительного наказания в виде ограничения свободы судом первой инстанции мотивировано, с чем соглашается судебная коллегия.

Наказание в виде лишения свободы ФИО1 назначено с учетом специальных правил назначения наказания, предусмотренных ч.3 ст.66 УК РФ и ч.1 ст.62 УК РФ.

Оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ, ст.64 УК РФ, ст.73 УК РФ, ст.82 УК РФ при назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, подробно мотивировав свои выводы.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 назначен правильно в соответствии с п. «б» ч.1 ст.58 УК РФ – исправительная колония общего режима.

В соответствии с заключением комиссии экспертов №1Э/21 от 15.01.2021, суд первой инстанции на основании ч.2 ст.22 УК РФ, ч.1,2 ст.97 УК РФ, ч.2 ст.99 УК РФ, ст.104 УК РФ обоснованно назначил ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания.

Наказание в виде лишения свободы ФИО2 назначено с учетом специальных правил назначения наказания, предусмотренных ч.3 ст.66 УК РФ и ч.2 ст.68 УК РФ.

Правовые основания для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и ст.73 УК РФ при назначении ФИО2 наказания в виде лишения свободы отсутствуют, а применение оснований, предусмотренных ст.64 УК РФ и ч.3 ст.68 УК РФ суд первой инстанции обоснованно не усмотрел.

Вид исправительного учреждения для отбывания ФИО2 наказания в виде лишения свободы – исправительная колония строгого режима назначен судом первой инстанции правильно на основании п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Назначенное каждому из осужденных наказание по ч.3 ст.30, п.п. «а,д,ж» ч.2 ст.105 УК РФ, а ФИО2 также на основании ч.5 ст.69 УК РФ нельзя признать чрезмерно суровым, оно является справедливым, а потому смягчению не подлежит.

Вопросы о мере пресечения, исчислении срока наказания, зачете времени содержания под стражей, вещественных доказательствах и процессуальных издержках разрешены судом первой инстанции в соответствии с положениями закона.

Гражданские иски потерпевших рассмотрены в соответствии с положениями ст.ст.1099-1101 ГК РФ, и приговор в этой части отвечает требованиям разумности и справедливости.

Вместе с тем обжалуемый приговор подлежит изменению по следующим основаниям.

Согласно п.3 ч.10 ст.109 УПК РФ, в срок содержания под стражей засчитывается также время принудительного нахождения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, по решению суда.

В соответствии с п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ, в резолютивной части обвинительного приговора должно быть указано, в том числе решение о зачете времени нахождения в медицинской организации, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях.

Из материалов уголовного дела следует, что ФИО1 и ФИО2 на основании судебных решений при отсутствии избранной меры пресечения в виде заключения под стражу помещались в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, а именно находились каждый с 21 декабря 2020 года по 15 января 2021 года в ГОБУЗ <...> в связи с производством стационарных комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз.

Однако указанные периоды необоснованно не зачтены осужденным в срок лишения свободы.

В связи с этим приговор подлежит изменению,

В остальной части обжалуемый приговор является законным, обоснованным и справедливым, оснований для его отмены или иных изменений судебная коллегия не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд судебная коллегия

определила:

Приговор Боровичского районного суда Новгородской области от 17 апреля 2023 года в отношении ФИО1 и ФИО2 изменить:

Зачесть в срок лишения свободы время принудительного нахождения ФИО1 в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях <...> с 21 декабря 2020 года по 15 января 2021 года включительно из расчета один день нахождения в медицинской организации за один день лишения свободы.

Зачесть в срок лишения свободы время принудительного нахождения ФИО2 в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях <...> с 21 декабря 2020 года по 15 января 2022 года включительно из расчета один день нахождения в медицинской организации за один день лишения свободы.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Апелляционное определение и приговор суда первой инстанции могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента вступления в силу судебных решений, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им судебных решений, вступивших в силу.

В случае пропуска данного срока или отказа в его восстановлении вступившие в силу судебные решения могут быть обжалованы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий Н.П. Киреева

Судьи Т.Н. Архипова

Е.Ю. Матвеев