Дело №
УИД 05RS0№-31
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
06 октября 2022 года г. Махачкала
Судья Советского районного суда г. Махачкалы Рамазанов Э.И., при секретаре судебного заседания Муталиповой М.А., с участием представителей истцов ФИО11 и ФИО12, действующих на основании доверенностей, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО13 по доверенности, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2, ФИО1 к ФИО3, третьим лицам – нотариусу ФИО6, Управлению Росреестра по РД о признании договора дарения недействительным и применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
Истцы обратились в суд с иском к ФИО3 о признании недействительным договора дарения квартиры и применении последствий недействительности сделки.
Иск мотивирован тем, что о договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, долевыми собственниками которой они являются, в пользу своей матери – ФИО3 им стало известно в 2022 году при разговоре с ней, до этого о договоре ничего не знали.
Указывают, что они являются фактическими долевыми собственниками вышеуказанной квартиры. В договоре дарения квартиры от 05.06.2021г. указано, что ФИО2 (дочь) и ФИО10, действующая от имени ФИО1 (дочь) по доверенности бланк <адрес>7 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру №-н/05-2018-3-3136, ФИО5 (дочь) по доверенности бланк <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ по реестру №-н/№, подарили ФИО3 (мать) свои доли собственности на вышеуказанную квартиру (по 1/3 доли каждая). На основании указанного договора дарения квартиры, собственником, согласно выписке из ЕГРН, является ФИО3.
Ссылаются на недействительность договора по тем мотивам, что ФИО10, согласно оспариваемому договору дарения, действует от имени ФИО5 по доверенности бланк <адрес>6, удостоверенной нотариусом ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ по реестру №-н/№, которую ФИО5 фактически не выдавала от своего имени на ФИО10
ФИО5 выдавалась лишь одна доверенность с вышеуказанным номером <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ - на имя ФИО3 (мать).
ФИО2, подписывая договор дарения квартиры, не читала его, не понимала правовую природу сделки, нотариус не провела с ней беседу и не объяснила последствия сделки, она заблуждалась о последствиях такой сделки, не предполагала, что лишается единственного места жительства. Заключение договора дарения не соответствовало ее действительной воле, а именно, она не имела намерения лишить себя права собственности на единственное жилье.
Спорное имущество является единственным жильем истцов и какого-либо иного имущества, принадлежащего им на праве собственности, нет. Договор дарения не содержит положений о сохранении за ними права пользования квартирой, а также право регистрации. Сделка была заключена на крайне невыгодных условиях.
Более того, ФИО10 много лет была тяжело больной, прикованной к постели с диагнозом – онкология.
В указанной связи, считают, что она ДД.ММ.ГГГГ никак не могла прийти в нотариальную контору, оформить сделку и подписать договор дарения квартиры. ДД.ММ.ГГГГ она скончалась.
На основании изложенного в иске, просят суд признать недействительным договор дарения от 05.06.2021г. <адрес>, обшей площадью 80,5 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, пр-кт И. Шамиля, д. <адрес>, заключенный ФИО2, ФИО10 от имени ФИО1 и ФИО5 с ФИО3, и применить последствия недействительности сделки - признать недействительной запись регистрации № в Едином государственном реестре недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации права собственности на квартиру по адресу: <адрес>, пр-кт И. Шамиля, <адрес>.
В судебном заседании представитель истцов ФИО11, действующая на основании доверенности, поддержала иск по изложенным в нем доводам и пояснила суду, что воля истцов не была направлена на отчуждение квартиры, они не понимали природу совершаемой сделки, заблуждались о последствиях сделки, которая, как она считает, была совершена на невыгодных условиях. ФИО19 не читала содержание доверенности. Доверенность от ФИО5 на ФИО10 не существует. Кроме того, ФИО10 не могла подписать договор дарения ввиду своего состояния здоровья на тот момент. Договор был составлен и подписан 05.06.2021г., а ДД.ММ.ГГГГ она умерла. Указывала на то, что ФИО10 до своей смерти нескольку дней находилась в коме и никаким образом не могла явиться к нотариусу для подписания договора.
Третье лицо – нотариус ФИО6 в судебном заседании указала, что в доверенности, о которой говорит представитель истцов Качекаева, на самом деле имеется описка в номере доверенности, но у ФИО5 нет претензий и требований о возврате доли имущества. Пояснила, что в день подписания договора она выезжала на дом к ФИО10, где и был заключен договор. ФИО2 видела, что ФИО10 собственноручно подписала договор дарения. На момент подписания договора ФИО10 находилась в здравом уме, вопрос о ее невменяемости или недееспособности ни у кого не возникал. Договор был подписан ФИО10 сидя. Когда к ней пришла ФИО19, она была вместе с ФИО10 чтоб дать вторую доверенность № на мать, она хотела, чтоб у квартиры был один собственник. Нотариусом ей было разъяснено, что сама на себя по первой доверенности она совершить сделку не сможет, и тогда была оформлена доверенность на ФИО10
Истец ФИО19 в судебном заседании пояснила, что знала о планах своих сестер и матери о дарении оспариваемой квартиры в пользу матери, против этого она не выступала и не выступает, на это имущество она никогда не претендовала и не претендует в настоящее время. У нее есть свое имущество и указанная квартира ей не нужна, однако считает, что квартира должна достаться младшей сестре ФИО5, так как ее жизнь не устроена и неизвестно, как сложится дальше. Доверенность, на основании которой был заключен договор дарения, подписала собственноручно, но не вникала в ее содержание.
Истец ФИО2 в судебном заседании пояснила, что договор подписала собственноручно и добровольно, она не была против продажи квартиры, если так хотела мать. Она думала, что подписывает договор купли-продажи, но оказалось, что это была дарственная. Тем не менее, сделала это добровольно, и ей было все равно относительно того, продадут ли квартиру. Сейчас она не хочет, чтоб квартира была продана или заложена в банк.
ФИО5 в ходе рассмотрения дела в письменной форме отказалась от исковых требований, последствия чего ей были разъяснены и понятны. Пояснила также, что сама она, как и ее сестры, хотела отказаться от квартиры в пользу матери. В настоящее время она также хочет, чтоб квартира была у мамы. Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу в части исковых требований, заявленных ФИО5 прекращено.
Представитель истцов ФИО12 в судебном заседании пояснил, что дочери к нему пришли и сказали, что не хотят, чтоб квартира была на матери, кроме того, ФИО10 не могла подписать договор дарения, поскольку ДД.ММ.ГГГГ она была физически не в состоянии совершить эту сделку, так как она принимала наркотические обезболивающие.
Представитель ответчика ФИО13 возражала против заявленных исковых требований, считала, что волеизъявление истцов было направлено на отчуждение квартиры, долевыми собственниками которой они являлись, в пользу своей матери, чтобы она была одной хозяйкой этой квартиры. Намерений продать или подарить или заложить оспариваемую квартиру кому-либо у ее доверительницы не имеется. Проблем с психикой в последние дни перед смертью у ФИО10 не имелось, о чем имеется медицинская документация.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании полагала, что оснований для удовлетворения требований не имеется, ее дочери хотели, чтоб у квартиры был один собственник. ФИО10 на дату подписания договора была в адекватном состоянии. Она все осознавала и отдавала отчет своим действиям. Инсульт, от последствий которого в последующем, она скончалась, получила вечером того дня, когда был подписан договор дарения.
Выслушав объяснения сторон, допросив свидетелей и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч.1 статьи 56 ГПК РФ следует, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с ч. 1 статьи 57 ГПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле.
Согласно ч.1 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.
Статьей 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплена судебная защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.
Защита гражданских прав осуществляется перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации способами, а также иными способами, предусмотренными законом. При этом избираемый способ защиты в случае удовлетворения требований истца должен привести к восстановлению его нарушенных или оспариваемых прав.
В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права.
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Судом установлено и кем-либо не оспаривается, что <адрес>, расположенная по адресу: <адрес>, до ДД.ММ.ГГГГ принадлежала четверым собственникам – ФИО3, ФИО5, ФИО2 и ФИО1 в равных долях по 1/3 каждой.
Гражданские права и обязанности возникают (подп. 1, 2 п. 1 ст. 8 ГК РФ) из договоров или иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей.
Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (п. 1 ст. 153 ГК РФ).
Одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.
Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из представленного договора дарения следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, действуя от своего имени, ФИО19, действуя через представителя по доверенности <адрес>7 от ДД.ММ.ГГГГ запись в реестре 05/55-н/05-2018-3-3136 – ФИО10, и ФИО5, действуя через представителя по доверенности <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ запись в реестре 05/55-н№ - ФИО10, с одной стороны, подарили свои доли (по 1/3 у каждой) <адрес>, расположенной по адресу: <адрес>, общей площадью 80,5 кв.м., в пользу своей матери ФИО3
Последняя приняла указанную квартиру в дар и зарегистрировала право собственности ДД.ММ.ГГГГ - запись регистрации №, что подтверждается выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.
Частью 3 статьи 17 Конституции РФ установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Данному конституционному положению корреспондирует пункт 3 статьи 1 ГК РФ, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.
В исковом заявлении, подписанном представителем истцов ФИО1 и ФИО2 – ФИО11, ставится вопрос о признании указанного договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным, в обоснование приведены доводы о том, что:
- ФИО5 не выдавала ФИО10 доверенность серии <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ с записью за №-н№ в реестре;
- ФИО2 не понимала правовую природу подписываемого договора, заблуждалась о последствиях, не предполагала, что лишается последнего жилья;
- ФИО10 не могла явиться к нотариусу и подписать договор, поскольку за несколько дней до своей смерти – ДД.ММ.ГГГГ она впала в кому, а договор датирован ДД.ММ.ГГГГ.
И в целом, в иске заключено, что сделка совершена на невыгодных для истцов условиях, не соответствует их воле.
При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в п. 5 ст. 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).
В соответствии с положениями ст.ст.166 и 167 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительная с момента ее совершения.
Согласно ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 настоящего Кодекса (ст. 576 ГК РФ).
В рассматриваемом случае, согласно требованиям ст.56 ГПК РФ, бремя доказывания обстоятельств недействительности договора дарения следует возложить на сторону истца, который обязан привести доказательства в пользу своих доводов о признании дарения недействительным.
В соответствии с ч.1 ст.55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
ФИО5, как установлено судом, от исковых требований отказалась, показав в судебном заседании, что она желала подарить свою долю в <адрес> в пользу матери – ФИО3
Истец ФИО2 в суде показала, что договор дарения подписала собственноручно и добровольно, и ей было все равно, относительно того, продадут ли эту квартиру. Ее мнение изменилось позже.
Истец ФИО19 в судебном заседании показала, что знала о планах своих сестер и матери о дарении оспариваемой квартиры в пользу матери, против этого она не выступала и не выступает, на это имущество она никогда не претендовала и не претендует в настоящее время. У нее есть свое имущество и указанная квартира ей не нужна. Ее мнение также изменилось позже, поскольку она считает, что квартира должна достаться младшей сестре ФИО5.
Таким образом, судом установлено, что воля истцов соответствовала содержанию договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, довод, приведенный только представителем истцов ФИО11, о том, что истцы лишены единственного жилья, своего подтверждения в суде не нашел, доказательств указанного, истцами не представлено.
Кроме того, сам по себе тот факт, что истцы произвели отчуждение в пользу ответчика своего единственного жилья, о пороке воли истцов свидетельствовать не может и доказательством недействительности заключенного договора не является.
В соответствии со ст.178 ч.1 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В ч.2 указанной статьи перечисляются условия, при которых заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности ее использования по назначению.
Согласно ст.21 ГК РФ способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их (гражданская дееспособность) возникает в полном объеме с наступлением совершеннолетия, то есть по достижении восемнадцатилетнего возраста.
При этом, никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе, как в случаях и в порядке, установленных законом (ст. 22 ГК РФ).
Таким образом, с наступлением совершеннолетия и при отсутствии оснований для ограничения дееспособности гражданина он осуществляет гражданские права и несет гражданские обязанности в полном объеме. Предполагается, что он понимает существо производимых им действий и последствия их совершения.
В материалах дела отсутствуют сведения об ограничении кого-либо из истцов в дееспособности, следовательно, оформляя доверенности на ФИО10, а так же подписывая оспариваемый договор дарения, истцы находились во вменяемом состоянии и понимали суть совершаемых ими действий.
Как указали в суде истцы ФИО2 и ФИО19, являвшиеся в момент совершения сделки совершеннолетними, они желали отчуждения своих долей в квартире в пользу матери, их не интересовала дальнейшая судьба квартиры на момент совершения сделки – договора дарения.
Это же следует из их показаний, данных в судебном заседании, согласно которым ФИО19, пояснила, что знала о планах оформить квартиру на мать, против этого не возражала, так как это имущество ей (ФИО1) не принадлежит и ей оно не нужно; ФИО2 заявила, что договор дарения подписала собственноручно и без принуждения, она не против того чтоб квартира была оформлена на мать.
Таким образом, в судебном заседании установлено, что воля истцов в рассматриваемый период была направлена на отчуждение долей спорной квартиры в пользу матери – ФИО3
Договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ составлен в письменной форме, в нем содержатся все необходимые реквизиты и условия передачи квартиры по договору дарения, кроме того, указанный договор подписан обеими сторонами, о чем в договоре имеются подписи, выполненные от имени ФИО10, ФИО2 и ФИО3, при этом подлинность указанных подписей сторонами нотариально удостоверялась.
При этом, материалы дела не содержат и кем-либо суду не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что истец ФИО2 не знала, какой именно договор заключает.
Для опровержения доводов ФИО11 о том, что ФИО10 не понимала значение своих действий и не могла ими руководить в момент подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, стороной ответчика в суд были обеспечены свидетели ФИО15 (дочь ФИО10), ФИО16 (сосед ФИО10), ФИО17 (племянник представителя истцов ФИО12)
Рассматривая настоящий иск, суду надлежало установить, способна ли была ФИО10 понимать значение своих действий или руководить ими (п. 1 ст. 177 ГК РФ) на момент заключения договора дарения. Если доказательств обратного суду не представлено, нет оснований для признания заключенного ею договора недействительным, так как права и охраняемые законом интересы представляемых ею лиц нарушены не были.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент заключения договора, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Допрошенные свидетели ФИО15, ФИО16, ФИО17 пояснили, что до своей смерти ФИО10 болела около 10 лет онкологией, не состояла на учете в психиатрическом диспансере, была в адекватном состоянии, каждый из них с ней общался в последние дни до ее смерти, и она все понимала и осознавала, непосредственно перед смертью получила инсульт.
Свидетель ФИО15 так же пояснила, что незадолго до смерти ФИО10 к ней приезжала ФИО2 (истец ФИО2) с нотариусом, конкретно в какой день она не помнит.
Эти показания свидетеля ФИО15 согласуются с показаниями нотариуса ФИО6 о том, что она (нотариус) заверяла договор дарения с выездом к месту нахождения ФИО10, и истицы ФИО2, которая также указывала о том, что подписывать договор дарения ездила к тете. При этом истица ФИО2 не показывала в суде, что ее тетя – ФИО10 была в неадекватном состоянии и тому подобное. Об этом в суде утверждали только представители истцов ФИО11 и ФИО12, не являвшиеся очевидцами заключения договора.
Показаниями свидетелей и представленной медицинской документацией подтверждается, что ФИО10 на дату совершения сделки находилась в адекватном состоянии, общалась с родными и близкими, их узнавала, бредовыми идеями не страдала и осознавала происходящее.
Доводы представителя истца о том, что ФИО10 находилась в коме, опровергаются показаниями указанных свидетелей, в частности, которые указали, что общались с ФИО10 в период с 4 по ДД.ММ.ГГГГ
Показания нотариуса ФИО6 о подписании договора с выездом по месту жительства ФИО10 никем и ничем не опровергнуты в суде.
При таких обстоятельствах, суд не нашел оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку они согласуются между собой, с показаниями истцов ФИО2, ФИО1, с показаниями нотариуса ФИО6 и с письменными доказательствами – договором дарения. Эти показания никак не опровергнуты стороной истца, которой также суду не представлены доказательства, свидетельствующие о какой-либо заинтересованности этих свидетелей.
В деле отсутствуют и суду стороной истца не представлены сведения о наличии у ФИО10 на дату заключения оспариваемого договора дарения какого-либо психического расстройства, которое лишало бы ее способности понимать значение своих действий и руководить ими.
Доводы стороны истца о том, что ФИО10 назначались наркотические средства для обезболивания, которые, в свою очередь, лишали ее возможности находиться в здравом сознании, суд отклоняет, поскольку согласно представленной медицинской документации (выписки из карты) указанное назначение было примерно за пол года до подписания договора дарения. Кроме того, суду не представлено сведений о том, что какие-либо препараты, содержащие наркотическое вещество, были получены для ФИО10 и вводились ей в начале июня 2021 года.
Доводы истцов о том, что в настоящее время они не стали бы заключать подобный договор, поскольку ситуация изменилась, суд не принимает во внимание, так как для суда имеют значение те обстоятельства, которые существовали на момент совершения оспариваемой сделки. Оснований считать, что истцы заключали договор дарения на крайне невыгодных для себя условиях, не имеется, поскольку по своей правовой природе договор дарения носит безвозмездный характер.
Истцы неоднократно в судебном заседании поясняли, что они знали о намерении их матери продать квартиру и были не против этого, доверенности и оспариваемый договор подписаны были ими без принуждения, поскольку они не претендуют на указанное имущество.
Что касается довода стороны истца о недействительности договора дарения в виду указания в нем на доверенность серии <адрес>6 от ДД.ММ.ГГГГ с записью за №-н№ в реестре от ФИО5 на ФИО10, которая не существует, суд принимает во внимание объяснения в суде нотариуса ФИО6 о том, что в указании реестрового номера была допущена описка, и нахождение данной доверенности в регистрационной книге нотариуса, исследованной судом.
Данные обстоятельства, с учетом установленной воли дарителей, принимая во внимание отказ ФИО5 от исковых требований, суд считает не имеющими существенного значения, способного повлиять на основания для признания сделки недействительной.
При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.
На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО2, ФИО1 к ФИО3, третьим лицам – нотариусу ФИО6, Управлению Росреестра по <адрес> о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, общей площадью 80,5 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>, пр-кт И. Шамиля, в <адрес>, и применении последствий недействительности сделки, признании недействительной записи регистрации № в Едином государственном реестре недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ о регистрации права собственности на указанную квартиру, - отказать.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Дагестан в течение одного месяца со дня его принятия в мотивированной форме, через Советский районный суд <адрес>.
Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.
Судья Э.И. Рамазанов