РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Иркутск 21 декабря 2023 г.

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе:

председательствующего судьи Лянной О.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Андреевой Т.Н.,

с участием административного истца ФИО1, представителя административного истца ФИО2,

представителя административных ответчиков: ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 38RS0036-01-2023-005651-91 (2а-4836/2023) по административному исковому заявлению ФИО1 к МЕЖРАЙОННОЙ ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 22 ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ, к УПРАВЛЕНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ о признании решений, действий незаконными,

установил:

административный истец ФИО1 обратился в суд с указанным административным исковым заявлением, в обоснование указав, что 16 февраля 2023 г. заместитель начальника МЕЖРАЙОННОЙ ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 22 ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ (далее – Межрайонная ИФНС России №22 по Иркутской области) ФИО4, рассмотрев акт налоговой проверки от <Дата обезличена> <Номер обезличен> и иные материалы проверки, проведенной в отношении ФИО1 по вопросу правильности исчисления и уплаты НДФЛ за период с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>, приняла решение <Номер обезличен> о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения. Решением Межрайонной ИФНС № 22 по Иркутской области налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде штрафа в размере 8 531 руб., по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 5 687 руб. Кроме того, решением <Номер обезличен> налогоплательщику также предложено уплатить доначисленную налоговым органом сумму НДФЛ за период 2021 года в размере 910 000 руб. Решением Управления ФНС России по Иркутской области от <Дата обезличена> <Номер обезличен> апелляционная жалоба ФИО1 на решение Межрайонной ИФНС России №22 по Иркутской области от <Дата обезличена> была оставлена без удовлетворения. Данное решение Управления ФНС России по Иркутской области от <Дата обезличена> было получено от налогового органа административным истцом только <Дата обезличена> по электронной почте.

С указанными решениями административный истец не согласен, считает их незаконными, необоснованным, нарушающими его права и законные интересы. Как следует из содержания обжалуемых решений основанием для привлечения ФИО1 к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 119, пункту 1 статьи 122 НК РФ и доначисления суммы НДФЛ, явились выводы налоговых органов о том, что в нарушение требований НК РФ, налогоплательщиком в установленный срок не была подана декларация по НДФЛ и не уплачена в бюджет сумма НДФЛ в отношении дохода в размере 8 000 000 руб., полученного от продажи объекта недвижимого имущества - земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен> расположенного по адресу: <адрес обезличен> (договор купли-продажи от <Дата обезличена>), находившегося, по мнению налоговых органов, в собственности налогоплательщика менее минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества, установленного пунктом 4 статьи 217.1. НК РФ. Данные выводы являются ошибочными ввиду следующего.

Из содержания оспариваемого решения Межрайонной ИФНС № 22 по Иркутской области от <Дата обезличена> следует, что налоговый орган пришел к выводу о том, что объект недвижимого имущества - земельный участок с кадастровым номером <Номер обезличен> к моменту его отчуждения налогоплательщиком по договору от <Дата обезличена> и получения дохода в сумме 8 000 000 руб. от его реализации находился в собственности налогоплательщика менее минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества, поскольку право собственности ФИО1 на данный земельный участок было зарегистрировано <Дата обезличена> Управление ФНС по Иркутской области в своем решении от <Дата обезличена> с данными выводами налоговой инспекции полностью согласилось. При этом доводы налогоплательщика об образовании земельного участка с кадастровым номером 38:36:000020:24538 в результате объединения двух земельных участков, принадлежавших налогоплательщику каждый в отдельности на праве собственности в течение более минимального предельного срока владения, налоговыми органами были отклонены со ссылкой на то, что при объединении земельных участков существование данных объектов прекращается, а срок нахождения в собственности вновь образованного участка следует исчислять с момента государственной регистрации права на него в ЕГРН.

ФИО1 документально подтверждено, что право па данный земельный участок было приобретено налогоплательщиком, а сам участок был создан в результате объединения 2 земельных участков: земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>, площадью 494 кв.м., принадлежавшего на праве собственности ФИО1 с <Дата обезличена> на основании договора купли-продажи от <Дата обезличена>, и земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>, площадью 1 001 кв.м., принадлежавшего на праве собственности ФИО1 с <Дата обезличена> на основании договора купли-продажи от <Дата обезличена> По мнению административного истца изменение объектов недвижимого имущества – земельных участков в связи с объединением их в один участок без изменения внешних границ созданного участка не влечет за собой прекращение или переход прав на существовавшие ранее участки. Право собственника лишь трансформируется в право собственности на один объект – объединённый земельный участок.

Так, в пункте 3.1. раздела выписки из ЕГРН «сведения о зарегистрированных правах» в качестве документов-оснований для государственной регистрации права собственности налогоплательщика на участок с кадастровым номером <Номер обезличен> указаны договор купли-продажи (купчая) земельного участка от <Дата обезличена>, договор купли-продажи земельного участка от <Дата обезличена>, постановление Мэра <адрес обезличен> <Номер обезличен> от <Дата обезличена> То есть основаниями возникновения права собственности налогоплательщика на объединенный участок с кадастровым номером <Номер обезличен> явились те же правовые основания, по которым у него в 2010 году возникло право собственности на земельные участки <Номер обезличен> и <Номер обезличен>, участвовавшие в объединении. Следовательно, срок нахождения в собственности объекта недвижимости, от реализации которого налогоплательщиком получен доход, следует исчислять с момента приобретения последнего земельного участка, участвовавшего в объединении, а не с момента регистрации права собственности на объединенный земельный участок. Таким образом, вопреки выводам административных ответчиков, срок владения ФИО1 объединенным земельным участком подлежит исчислению с момента регистрации прав на земельный участок с кадастровым номером 38:36:000020:2183, а именно с <Дата обезличена> (право собственности на земельный участок с кадастровым номером 38:366000020:2195 было зарегистрировано <Дата обезличена>).

До объединения указанных земельных участков с кадастровыми номерами <Номер обезличен> и <Номер обезличен>, данные земельные участки с 2010 года представляли собой единое землевладение, огороженное одним забором, с расположенным на территории землевладения жилым домом (кадастровый <Номер обезличен>), приусадебным хозяйством. Объединение земельных участков носило исключительно технический характер и было осуществлено по требованию кредитной организации (ПАО СБЕРБАНК), предоставлявшей денежные средства покупателю на приобретение объекта по договору купли-продажи от <Дата обезличена>

Владея на праве собственности каждым из земельных участков, объединенных в один участок, от реализации которого получен доход, на протяжении более 10 лет к моменту отчуждения участка, ФИО1 безусловно имеет право на применение в отношении полученного им дохода положений пунктов 2, 4 статьи 217.1 НК РФ, что полностью соответствует смыслу и целям данных норм.

Позиция налоговых органов, изложенная по тексту обжалуемых решений, является недопустимой поскольку носит формальный характер и полностью отрицает саму сущность нормативного регулирования, установленного пунктом 17.1 статьи 217, пунктов 2,4 статьи 217.1 НК РФ, необоснованно и несправедливо возлагая на налогоплательщика обязанность по подаче налоговой декларации и уплате НДФЛ с соответствующих сумм дохода при очевидном наличии предусмотренных НК РФ условий для освобождения от налогообложения. Таким образом, выводы налоговых органов о наличии оснований для привлечения ФИО1 к налоговой ответственности за совершение налоговых правонарушений по пункту 1 статьи 119 НК РФ в виде штрафа в размере 8 531 руб., по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 5 687 руб. и доначисления суммы НДФЛ за период 2021 года в размере 910 000 руб., являются ошибочными. Обжалуемые решения Межрайонной ИФНС России № 22 по Иркутской области от <Дата обезличена> <Номер обезличен> и решение Управления ФНС России по Иркутской области от <Дата обезличена> <Номер обезличен> не соответствуют пункту 17.1 статьи 217 НК РФ, пунктам 2, 4 статьи 217.1 НК РФ, нарушают права, свободы и законные интересы административного истца, поскольку возлагают на него обязанность по уплате в бюджет значительной суммы НДФЛ - 910 000 руб., а также суммы штрафов за совершение налоговых правонарушений, которых он не совершал. Кроме того, административными ответчиками нарушена процедура проведения камеральной налоговой проверки, поскольку акт камеральной налоговой проверки от <Дата обезличена> <Номер обезличен> не подписан должностным лицом, проводившим такую проверку, что свидетельствует о грубом нарушении налоговым органом порядка принятия оспариваемого решения от <Дата обезличена> <Номер обезличен>. При этом сведений об извещении ФИО1 о месте и времени подписания акта, либо отметки об его отказе от подписании – не имеется.

На основании изложенного, административный истец ФИО1 со ссылкой на статьи 218, 220 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), с учетом уточнений административных исковых требований в порядке статьи 46 КАС РФ, просит суд признать незаконными решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы России № 22 по Иркутской области от <Дата обезличена> <Номер обезличен> о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, принятое в отношении ФИО1, решение Управления ФНС России по Иркутской области от <Дата обезличена> <Номер обезличен> об оставлении апелляционной жалобы ФИО1 без удовлетворения, признать незаконной процедуру проведения камеральной налоговой проверки.

В судебном заседании административный истец ФИО1, представитель административного истца ФИО5 ФИО2, действующий на основании нотариальной доверенности от <Дата обезличена>, административные исковые требования с учетом уточнений поддержали в полном объеме, полностью повторив доводы, изложенные в административном исковом заявлении, дополнениях к нему.

Представитель административных ответчиков ФИО3, действующий на основании доверенностей от <Дата обезличена>, от <Дата обезличена>, в судебном заседании административные исковые требования не признал, просит суд в их удовлетворении отказать, повторив доводы, изложенные в отзыве, возражениях на административный иск.

В судебное заседание заинтересованные лица администрация г. Иркутска, ФИО6, ФИО7, советник государственной гражданской службы Российской Федерации 1 класса УФНС России по Иркутской области ФИО8, заместитель начальника Межрайонной ИФНС России № 22 по Иркутской области ФИО4, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области не явились, о дате, времени и месте которого извещены надлежащим образом в соответствии со статьей 96 КАС РФ, заинтересованные лица ФИО4 и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Иркутской области просили о рассмотрении дела в свое отсутствие, от остальных лиц заявлений, ходатайств не поступило.

Суд полагает возможным провести судебное разбирательство в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, в соответствии с частью 6 статьи 226 КАС РФ, поскольку их неявка не является препятствием к рассмотрению и разрешению административного дела и суд не признал их явку обязательной.

Выслушав лиц, участвующих в деле, рассмотрев административные исковые требования, проверив в соответствии с частями 8, 9 статьи 226 КАС РФ доводы и возражения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу, что административные исковые требования удовлетворению не подлежат в силу следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 218 КАС РФ гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) должностного лица (лица, наделенного государственными или иными публичными полномочиями), если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

Административный истец обратился в суд с настоящим административным иском <Дата обезличена>, что подтверждается штампом о принятии на личном приеме, после обжалования решения в порядке подчиненности и его получения, то есть в пределах срока, установленного частью 1 статьи 219 КАС РФ.

В соответствии со статьей 57 Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 17 декабря 1996 г. N 20-П, налог - необходимое условие существования государства, поэтому обязанность платить налоги, закрепленная в статье 57 Конституции Российской Федерации, распространяется на всех налогоплательщиков в качестве безусловного требования государства; налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью своего имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, и обязан регулярно перечислять эту сумму в пользу государства, так как иначе были бы нарушены права и охраняемые законом интересы других лиц, а также государства.

Статьей 13 НК РФ установлены виды федеральных налогов и сборов, подлежащих уплате на территории Российской Федерации, среди которых значится налог на доходы физических лиц (далее по тексту - НДФЛ).

Плательщиками налога на доходы физических лиц признаются физические лица, являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации, а также физические лица, получающие доходы от источников, в Российской Федерации, не являющиеся налоговыми резидентами Российской Федерации (пункт 1 статьи 207 НК РФ).

К доходам от источников в Российской Федерации относятся доходы от реализации недвижимого имущества, находящегося в Российской Федерации (подпункт 5 пункта 1 статьи 208 НК РФ).

В силу пункта 1 статьи 210 НК РФ, при определении налоговой базы по НДФЛ учитываются все доходы налогоплательщика, полученные им как в денежной, так и в натуральной формах.

Не подлежат налогообложению (освобождаются от налогообложения) доходы, получаемые физическими лицами за соответствующий налоговый период, от продажи объектов недвижимого имущества, а также долей в указанном имуществе с учетом особенностей, установленных статьей 217.1 настоящего Кодекса (пункт 17.1 статьи 217 НК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 217.1 НК РФ доходы, получаемые налогоплательщиком от продажи объекта недвижимого имущества, освобождаются от налогообложения при условии, что такой объект находился в собственности налогоплательщика в течение минимального предельного срока владения объектом недвижимого имущества и более.

В силу пункта 4 этой же статьи в случаях, не указанных в пункте 3 настоящей статьи, минимальный предельный срок владения объектом недвижимого имущества составляет пять лет.

Статьей 228 НК РФ предусмотрено, что физические лица, получившие доход от продажи имущества, принадлежащего им на праве собственности, самостоятельно исчисляют суммы налога, подлежащие уплате в соответствующий бюджет (пункт 2); обязаны представить в налоговый орган по месту своего учета соответствующую налоговую декларацию (пункт 3); обязаны уплатить общую сумму налога в срок не позднее 15 июля года, следующего за истекшим налоговым периодом (пункт 4).

Согласно пункту 1 статьи 229 НК РФ налоговая декларация представляется не позднее 30 апреля года, следующего за истекшим.

За невыполнение требований налогового законодательства и совершение налоговых правонарушений НК РФ предусмотрена ответственность.

В частности, пунктом 1 статьи 119 НК РФ предусмотрена ответственность за непредставление в установленный законодательством о налогах и сборах срок налоговой декларации (расчета по страховым взносам) в налоговый орган по месту учета.

Пунктом 1 статьи 122 НК РФ установлена ответственность за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 настоящего Кодекса.

Основанием для привлечения лица к ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах является установление факта совершения данного нарушения решением налогового органа, вступившим в силу (пункт 3 статьи 108 НК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 на основании договора купли-продажи от <Дата обезличена> приобретен земельный участок с кадастровым <Номер обезличен> (ранее <Номер обезличен>), по адресу: <адрес обезличен>, площадью 494 кв.м., право собственности ФИО1 зарегистрировано <Дата обезличена>, что подтверждается представленным суду соответствующим договором купли-продажи земельного участка (купчая) от <Дата обезличена>, свидетельством на право собственности на землю от <Дата обезличена>, свидетельством о государственной регистрации права от <Дата обезличена> серии <адрес обезличен>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним <Дата обезличена> сделана запись регистрации <Номер обезличен>.

Судом также установлено, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от <Дата обезличена> приобрел земельный участок с кадастровым <Номер обезличен>, расположенный по адресу: <адрес обезличен> «Б», площадью 1001 кв.м., право собственности ФИО1 зарегистрировано <Дата обезличена>, что подтверждается представленными суду договором купли-продажи земельного участка от <Дата обезличена>, постановлением о предоставлении земельного участка в собственность за плату от <Дата обезличена> <Номер обезличен>, свидетельством о государственной регистрации права от <Дата обезличена> серии <адрес обезличен>, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним <Дата обезличена> сделана запись регистрации <Номер обезличен>.

Согласно выписке из ЕГРН от <Дата обезличена> ФИО1 также принадлежит здание, расположенное по адресу: <адрес обезличен>, площадью 245,8 кв.м., кадастровый <Номер обезличен>, в пределах земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>.

Как установлено судом, ФИО1 является собственником вновь образованного (созданного) земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен>, площадью 1496 +/- кв.м., что подтверждается выпиской из ЕГРН по состоянию на <Дата обезличена>, датой государственной регистрации права является <Дата обезличена>

Из представленного суду межевого плана от <Дата обезличена> <Номер обезличен>, составленного кадастровым инженером ФИО11, следует, что межевой план подготовлен в целях образования земельного участка путем объединения земельных участков с кадастровыми номерами <Номер обезличен> и <Номер обезличен>. У исходных земельных участков площадь по данным ЕГРН составляет 1001 кв.м. и 494 кв.м. соответственно, площадь образуемого земельного участка составляет 1495,71 кв.м.

Таким образом, судом установлено и подтверждается представленными суду выписками из ЕГРН, межевым планом, что в результате объединения земельных участков с кадастровыми номерами <Номер обезличен> и <Номер обезличен> в один земельный участок у ФИО1 возникло право собственности в отношении земельного участка с кадастровым номером <Номер обезличен>.

Судом достоверно установлено и не оспаривалось стороной административного истца, что <Дата обезличена> между ФИО1 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи жилого дома, кадастровый <Номер обезличен>, расположенного по адресу: <адрес обезличен> «Б», и земельного участка с кадастровым номером 38:36:000020:24538.

Налоговым органом проведена камеральная налоговая проверка расчета налога на доходы физических лиц в отношении доходов, полученных ФИО1 от продажи объектов недвижимости за 2021 год, по результатам которой принято решение от <Дата обезличена> <Номер обезличен> о привлечении последнего к ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного статьями 119, 122 НК РФ, с начислением штрафа за неуплату налога в размере 5 687 руб., штрафа за непредставление налоговой декларации в размере 8531 руб., а также недоимки в размере 910 000 руб.

Решением УФНС России по Иркутской области от <Дата обезличена> <Номер обезличен> данное решение оставлено без изменения.

Проверяя законность и обоснованность принятых решений, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 являлся собственником земельного участка менее предусмотренного законом минимального срока пять лет (с <Дата обезличена> по <Дата обезличена>), в связи с чем, у него возникла обязанность самостоятельно исчислить и уплатить НДФЛ, подлежащий уплате по итогам налогового периода 2021 года, предоставить в налоговый орган по месту жительства налоговую декларацию по НДФЛ не позднее <Дата обезличена> и уплатить начисленный НДФЛ в соответствующий бюджет не позднее <Дата обезличена> Вместе с тем, указанную обязанность административный истец не исполнил, следовательно, оспариваемые решения налогового органа приняты уполномоченными должностными лицами с соблюдением установленного порядка и процедуры принятия, нормам федерального закона не противоречат.

Таким образом, размер дохода составил 8000 000 руб., в связи с чем размер налога, подлежащего уплате в бюджет, по данным налогового органа составляет 910000 руб. (8000000 руб. сума дохода - 1000000 руб. сумма вычета х 13%).

В соответствии с пунктом 1 статьи 235 ГК РФ установлено, что право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Из содержания пункта 2 статьи 8.1 ГК РФ следует, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

Согласно пункту 1 статьи 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации (статья 219 ГК РФ).

Государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав на недвижимое имущество осуществляются в соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее - Федеральный закон № 218-ФЗ).

Частью 1 статьи 41 Федерального закона № 218-ФЗ установлено, что в случае образования двух и более объектов недвижимости в результате раздела объекта недвижимости, объединения объектов недвижимости, перепланировки помещений, изменения границ между смежными помещениями в результате перепланировки или изменения границ смежных машино-мест государственный кадастровый учет и государственная регистрация прав осуществляются одновременно в отношении всех образуемых объектов недвижимости.

Из части 3 статьи 41 Федерального закона № 218-ФЗ следует, что снятие с государственного кадастрового учета и государственная регистрация прекращения прав на исходные объекты недвижимости осуществляются одновременно с государственным кадастровым учетом и государственной регистрацией прав на все объекты недвижимости, образованные из таких объектов недвижимости, за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Федеральным законом государственный кадастровый учет осуществляется без одновременной государственной регистрации прав.

В случае, если в соответствии с настоящим Федеральным законом государственный кадастровый учет образованных объектов недвижимости осуществляется без одновременной государственной регистрации прав на них, снятие с государственного кадастрового учета и государственная регистрация прекращения прав на исходные объекты недвижимости осуществляются одновременно с государственной регистрацией прав на образованные объекты недвижимости.

Анализ приведенных выше норм позволяет сделать вывод, что если в результате действий с объектами недвижимого имущества образовываются новые объекты недвижимого имущества, а старые объекты прекращают свое существование и прекращаются права на старые объекты, то минимальный предельный срок владения такими новыми объектами необходимо исчислять с даты государственной регистрации на них права собственности в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Аналогичное мнение изложено в письме Минфина России от <Дата обезличена> N 03-04-07/81087.

Принимая во внимание, что земельный участок с кадастровым номером 38:36:000020:24538 образован в результате объединения двух земельных участков с кадастровыми номерами 38:36:000020:2183 и 38:36:000020:2195 и реализован ФИО1 до истечения пяти лет после регистрации на них права собственности, то вопреки доводам административного истца, полученные от его продажи доходы в 2021 году, подлежат налогообложению и отражению в налоговой декларации, что верно указано налоговыми органами.

Таким образом, руководствуясь требованиями статьи 57 Конституции Российской Федерации, статей 4, 218, 219, 226, 227 КАС РФ, статей 3, 22, 30, 31, 32, 88, 100, 101, 207, 209, 216, 217, 217.1, 228, 229 НК РФ, оценивая представленные доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не нашел своего подтверждения факт нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца; нарушения требований законодательства со стороны административного ответчика в пределах их компетенции при принятии оспариваемых решений не установлено, доводы о нарушении прав, свобод и законных интересов ФИО1 в ходе судебного разбирательства не нашли своего подтверждения, в связи с чем административные исковые требования о признании незаконными решения от <Дата обезличена> <Номер обезличен> о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, решения от <Дата обезличена> <Номер обезличен> об оставлении апелляционной жалобы без удовлетворения, о признании незаконной процедуры удовлетворению не подлежат.

Доводы административного истца ФИО1 о том, что нарушена процедура проведения камеральной налоговой проверки, поскольку акт камеральной налоговой проверки от <Дата обезличена> <Номер обезличен> не подписан должностным лицом, проводившим такую проверку, что свидетельствует о грубом нарушении налоговым органом порядка принятия оспариваемого решения от <Дата обезличена> <Номер обезличен>, отклоняются судом как несостоятельные, не нашедшие своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку как следует из представленного суду акта камеральной налоговой проверки от <Дата обезличена> <Номер обезличен>, полученного административным истцом ФИО1 по почте, данный акт подписан ФИО12 То обстоятельство, что в представленных суду материалах камеральной налоговой проверки имеется идентичный акт от <Дата обезличена> <Номер обезличен>, не содержащий в себе подписи соответствующего должностного лица ФИО12, не свидетельствует о грубом нарушении порядка проведения процедуры налоговой проверки и не может является исключительным основанием для признания такой процедуры незаконной, и, как следствие, принятых по итогам ее проведения решений, поскольку данный акт направлен от имени налогового органа, получен ФИО1 без замечаний. Кроме того, доказательств, того, что данный акт имеет признаки недопустимого доказательства, получен с нарушением федерального закона, не имеет юридической силы суду в силу требований статей 59, 60, 61 КАС РФ стороной административного истца не представлено.

Ссылка представителя административного истца ФИО2 на то, что ФИО1 при продаже вновь образуемого земельного участка не приобретена никакая материальная выгода, не принимается судом во внимание, поскольку юридически значимым обстоятельством по рассматриваемом административному делу является расчет срока владения недвижимым имуществом, который связан не с увеличением или уменьшением физической величины находящегося в собственности налогоплательщика недвижимого имущества, а с появлением нового объекта налогообложения, образованного из ранее существующих. Таким образом, законодатель не связывает расчет налоговых обязательств с извлечением прибыли.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175-180, 226, 227, 298 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

административные исковые требования ФИО1 к МЕЖРАЙОННОЙ ИНСПЕКЦИИ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 22 ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ, к УПРАВЛЕНИЮ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ ПО ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ о признании незаконными решения от <Дата обезличена> <Номер обезличен> о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, решения от <Дата обезличена> <Номер обезличен> об оставлении апелляционной жалобы без удовлетворения, о признании незаконной процедуры, – оставить без удовлетворения.

На решение может быть подана апелляционная жалоба или принесено апелляционное представление в Иркутский областной суд через Свердловский районный суд г. Иркутска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий судья: О.С. Лянная

Мотивированное решение изготовлено в окончательной форме 12 января 2024 г.