Дело № 2-669/2022
УИД: 34RS0012-01-2022-000564-24
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
р.п. Городище Волгоградской области 27 сентября 2022 года
Городищенский районный суд Волгоградской области в составе
председательствующего судьи Скоробогатовой Е.И.,
при секретаре Мозжевой С.Л.,
с участием истца ФИО1 и ее представителя по доверенности ФИО2,
ответчика ФИО3 и его представителя по ордеру ФИО4,
рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, прекращении права собственности, признании права собственности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ФИО3, мотивировав свои требования тем, что на основании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 – матери истца и ответчика, администрацией п.г.т. Городище была передана <адрес>.
Истец отказалась от участия в приватизации указанного жилого помещения в пользу матери и брата, но не переставала осуществлять помощь, как матери, так и брату в ремонте жилого помещения, покупке мебели, бытовой техники, давала деньги на оплату коммунальных услуг. С ФИО5 у истца всегда были отношения как между дочерью и матерью.
ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ оформила завещание на имя истца - ФИО1, в котором выразила свою волю передать, принадлежащую ей долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>
С 1992 года и по настоящее время истец постоянно проживает в <адрес>, на протяжении 30 лет осуществляла помощь матери по содержанию квартиры, приобретению материалов для ремонта, покупке мебели, высылая на ее имя денежные средства.
ФИО5 постоянно проживала по адресу: <адрес> одна, ответчик приходил лишь иногда и то, только с целью пожаловаться матери на свою жизнь, на супругу, на массу долговых обязательств, тем самым расстраивая ее.
В 2010 году у ФИО5 было диагностировано серьезное заболевание – <данные изъяты>.
В 2015 году болезнь начала заметно прогрессировать, ФИО5 стала забывать о происходящих вокруг нее событиях, путалась во времени (путала день и ночь). В 2016 году ФИО5 перенесла инфаркт миокарда, о котором ответчик умолчал, ничего не сообщил ФИО1, которая узнала об этом событии лишь в январе 2017 года, когда приехала к матери в Россию и проходила с ней медицинское освидетельствование для оформления инвалидности.
Истец часто звонила матери на стационарный номер телефона, на сотовый телефон, но часто не могла дозвониться, а в последующем узнала, что ответчик запретил матери общаться с ней, все общение происходило в его присутствии с его смартфона путем видеосвязи, он контролировал каждый шаг матери и каждое слово, злился и кричал на мать, когда та хвалила детей сестры.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 умерла, после ее смерти открылось наследство в виде ? доли <адрес>. Ответчик сообщил истцу о смерти матери посредством смс-информирования, поскольку в Германии с начала 2021 года был строгий карантин из-за пандемии коронавируса, то истца не выпускали из страны. Истец попросила брата выслать ей копию свидетельства о смерти мамы, поскольку в экстренном случае она могла оформить разрешение на выезд из страны, но он этого не сделал, не дал ей даже возможности попрощаться с матерью.
В августе 2021 года истец, прилетев в Россию на могилу матери, а также с целью подачи нотариусу заявления о принятии наследства, узнала, что в 2017 году ФИО5 подарила свою долю квартиры ответчику, соответственно с марта 2017 года по настоящее время собственником всей квартиры является ответчик и наследственная масса отсутствует.
Между тем, у истца с матерью были теплые родственные отношения, имелось на руках завещание, мать всегда говорила, что поскольку у сына уже есть половина квартиры, то ее половина, после ее смерти, должна принадлежать дочери. За все время общения с матерью, как по приезде в Россию, так и путем видеосвязи, ФИО5 ни разу не упомянула, что хочет иным образом распорядиться своей долей, что хочет подарить ее сыну.
Истец полагает, что на момент заключения договора дарения, по состоянию здоровья ФИО5 не могла понимать значение своих действий и руководить ими.
К числу причин, которые могут вызвать состояние, когда лицо не способно понимать значение своих действий или руководить ими, можно отнести имеющееся заболевание, тяжесть состояния здоровья ФИО5 в период совершения сделки дарения.
Поскольку в момент заключения договора дарения на имя ФИО3 – ФИО5, не была полностью дееспособной, а если и была дееспособной, то находилась в момент совершения сделки в таком состоянии, когда не могла понимать значения своих действий или руководить ими, истец просит суд признать недействительным договор дарения ? доли в праве собственности на <адрес>, заключенный между ФИО5 и ФИО3, прекратить право собственности ФИО3 на ? долю в <адрес>, признать за ФИО1 право собственности на ? долю в <адрес>
В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2, действующая на основании доверенности, исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, настаивали на их удовлетворении. Суду пояснили, что в 2010 году у ФИО5 было <данные изъяты>, но почему данная информация отсутствует в медицинских картах, истребованных судом, не совсем понятно, возможно, они утеряны. О наличии данного заболевания знала не только истица, но и подруга ФИО5 - ФИО6, с которой они тесно общались. К 2015 году болезнь стала заметно прогрессировать, ФИО5 забывала о происходящих вокруг нее событиях, путалась во времени (путала день и ночь). Эксперты не ответили ни на один вопрос, поставленный перед ними судом. Судебная экспертиза не является безусловным доказательством по делу, полагают к данной экспертизе, как к доказательству, необходимо отнестись критически, поскольку в ней лишь описаны имеющиеся у ФИО5 заболевания, но отсутствуют ответы на поставленные судом вопросы. Считают, что допросив свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, можно сделать вывод о том, что действительно в интересующий суд период (начало 2017 года) ФИО5 не была полностью дееспособной, а если и была дееспособной, то находилась в момент совершения сделки в таком состоянии, когда не была способна понимать значения своих действий или руководить ими, а потому указанный договор дарения является недействительным, так как он совершен с нарушениями требований действующего законодательства. Возражали против удовлетворения требований ответчика о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя, просили отказать в полном объёме.
Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4, действующий на основании ордера, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, указав, что на момент заключения договора дарения, а также на момент сдачи документов на переход и регистрацию права собственности, ФИО5 была полностью дееспособным, какими-либо психическими заболеваниями не страдала. В связи с чем, просят суд в удовлетворении исковых требований отказать в полном объёме. Взыскать с истца в пользу ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.
Третье лицо нотариус Городищенского района Волгоградской области ФИО7 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, ранее в судебном заседании пояснил, что договор дарения был заключен в письменной форме, удостоверен нотариусом, зарегистрирован в реестре. При заключении договора дарения нотариусом выяснялось волеизъявление сторон, разъяснялись последствия заключения договора. Договор был подписан в присутствии нотариуса, личность подписавшего установлена, дееспособность проверена.
Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав письменные доказательства, имеющиеся в материалах дела, суд приходит к следующему.
Согласно пункту 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с пунктом 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
В пункте 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственник, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В силу пункта 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.
В соответствии со статьей 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.
Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
На основании статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка не действительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В силу закона лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в пункте 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.
При разрешении спора судом установлено, что на основании договора на передачу и продажу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 и ФИО3 администрацией п.г.т Городище передана в собственность в равных долях квартира площадью 40,7 кв. м, расположенная по адресу: <адрес>, количество членов семьи – 3. ФИО1 отказалась от участия в приватизации в пользу матери и брата.
ФИО5 приходится матерью истцу ФИО1 и ответчику ФИО3
ДД.ММ.ГГГГ ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла (л.д. 11, 12, 15).
Как следует из материалов наследственного дела №, начатого ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариального округа Городищенского района Волгоградской области ФИО8, истец ФИО1 является наследником по завещанию №, удостоверенного нотариусом Городищенского района Волгоградской области ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированное в реестре за №, к имуществу ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в связи с чем, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ обратилась с соответствующим заявлением к нотариусу о принятии наследства.
При этом судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 (даритель) и ответчиком ФИО3 (одаряемый) был заключен договор дарения, согласно условиям которого в собственность ответчика была передана квартира, расположенная по адресу: <адрес>.
Согласно материалам регистрационного дела и выписке из ЕГРН об объекте недвижимости, договор дарения прошел государственную регистрацию ДД.ММ.ГГГГ, номер государственной регистрации права №.
Обращаясь в суд с иском, истец ссылается на недействительность договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ по основаниям, предусмотренным статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку даритель при составлении договора дарения ФИО5 не могла понимать значение своих действий или руководить ими, по причине болезни Альцгеймера, заболевания левого полушария головного мозга, характеризующееся прогрессирующим снижением интеллекта, нарушением памяти и изменением личности. Считает, что на момент заключения договора дарения ФИО5 не была полностью дееспособной, а если и была дееспособной, то находилась в момент совершения сделки в таком состоянии, когда не была способна осознавать значение своих действий или руководить ими.
Определением Городищенского районного суда Волгоградской области от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, с целью определения, обладала ли ФИО5 в юридически значимый период способностью понимать значение своих действий и руководить ими, проведение экспертизы поручено ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2». В распоряжение экспертов была предоставлена истребованная судом медицинская документация в отношении ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
В соответствии с заключением комиссии экспертов ГБУЗ «Волгоградская областная клиническая психиатрическая больница № 2» от ДД.ММ.ГГГГ №, экспертная комиссия пришла к заключению о том, что нет оснований полагать, что ФИО5 в момент подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ обнаруживала признаки какого-либо психического расстройства, которое лишало бы её понимать значение своих действий или руководить ими в интересующий период. Оценка иных «заболеваний», кроме психических расстройств, выходит за пределы компетенции врачей – судебно-психиатрических экспертов (ответ на вопросы 1, 2, 3). Вопросы №, 6 «Имелись ли в юридически значимый период у ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, расстройства не связанные с психическим заболеванием, которые б не позволили ей понимать значение своих действий и руководить ими, если имелись, то какие? 6. Принимала ли ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, медицинские препараты, которые могли оказать влияние на её сознание, психическое состояние, имеют ли они какие-либо побочные эффекты, способные повлиять на сознание и нарушить способность ФИО5, понимать значение своих действий на момент подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ?» не входят в компетенцию данного вида экспертизы. Ответ на вопрос медицинского психолога: в связи с отсутствием каких-либо сведений об индивидуально-психологических особенностях ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, аттенционно - мнистических процессах, уровня интеллекта, ответить на вопрос суда № «Имелись ли у ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признаки повышенной внушаемости?», не представляется возможным.
В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации право оценки достоверности, допустимости, достаточности и взаимной связи доказательств принадлежит суду.
Указанное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. В заключении приведены основания, по которым эксперты пришли к указанным в нем выводам, в его основу положены все материалы дела и имеющаяся медицинская документация, выводы экспертов носят ясный, понятный характер, соотносятся с другими доказательствами по делу, а потому заключение экспертов принято в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу.
Допрошенные в судебном заседании свидетели по ходатайству истца Свидетель 1, Свидетель 2, Свидетель 3 суду пояснили, что ФИО5 при жизни страдала забывчивостью, могла позвонить в любое время дня и ночь, забыв о том, то уже неоднократно звонила в течение дня.
При этом из показаний указанных свидетелей, усматривается, что ФИО5 до момента смерти проживала одна, сама себя обслуживала.
Показания о том, что ФИО5 проживала одна, сама себя обслуживала, выходила гулять на улицу, подтверждаются и показаниями свидетеля Свидетель 4, которая является соседкой, проживает в одном подъезде с матерью истца, и которая также подтвердила, что ФИО1 приезжала редко, основную помощь ФИО5 оказывал ее сын – ФИО3. Также указала на то, что до последнего дня жизни ФИО5 узнавала соседей, была общительным человеком.
О том, что ФИО5 жила одна до дня смерти, сама себя обслуживала, подтверждает и сама истец, которая в судебном заседании подтвердила, что созванивалась с матерью, которая узнавала и ее, и ее детей, каких-либо признаков невменяемого состояния не усматривалось.
Согласно пункту 1 статьи 163 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариальное удостоверение сделки означает проверку законности сделки, в том числе наличия у каждой из сторон права на ее совершение, и осуществляется нотариусом или должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, в порядке, установленном законом о нотариате и нотариальной деятельности.
В соответствии с пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Как установлено судом, договор дарения ДД.ММ.ГГГГ подписан ФИО5 лично в присутствии нотариуса ФИО7, при этом ФИО5 находилась в ясном сознании, здравом уме, четко выразила волю на дарение ФИО3 принадлежащей ей долю в спорной квартире, доказательств обратного, в силу положений стать 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду представлено не было.
Исследовав представленные сторонами доказательства объяснения сторон, показания свидетелей, письменные доказательства, в том числе, заключение судебной экспертизы, оценив их в совокупности в соответствии с правилами части 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что на момент заключения договора дарения сторонами соблюдены все существенные условия договора дарения: определен предмет договора, объект дарения передан на условиях безвозмездности, договор заключен в письменной форме с соблюдением всех предусмотренных законом требований, предъявляемых к данным видам договоров, в нем имеются личные подписи сторон договора. Также договор прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке, при этом с момента заключения договора дарения ДД.ММ.ГГГГ, действия ФИО5 носили последовательный и целенаправленный характер.
При этом суд также исходит из того, что допустимых и относимых доказательств, свидетельствующих о том, что в момент заключения договора дарения ФИО5 находилась в таком состоянии, которое лишало её способности понимать значение своих действий и руководить ими, стороной истца не представлено, материалы дела такие доказательства не содержат, недееспособным либо ограниченным в дееспособности в соответствии с требованиями действующего законодательства она признана не была.
Разрешая спор по существу, с учетом фактических обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств в их совокупности, в том числе, проведенной по делу комплексной посмертной судебно-психиатрической экспертизы, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО1 о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО3, недействительным по основаниям статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Доводы истца и его представителя о том, что имеющиеся у ФИО5 заболевания, и её состояние здоровья в период времени как до подписания договора дарения, так и после его подписания, было крайне тяжелым, что лишало её возможности понимать происходящее вокруг неё, понимать, где она находится и что подписывает, в полной мере осознавать значение своих действий, материалами дела не подтверждены, как и не представлено доказательств того, что сделка совершена под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угроз.
Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению в пределах заявленного по основанию, предусмотренному частью 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, иска является наличие или отсутствие психического расстройства у ФИО5 в момент составления договора дарения и могла ли она понимать значение своих действий или руководить ими.
В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Обязанность доказывания обстоятельств, изложенных в статьях 177, 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит на лице, обратившемся за защитой нарушенного права.
Между тем, истцом доказательств того, что ФИО5 в момент подписания договора находилась в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено.
Не представлено стороной истца и доказательств того, что ФИО5, подписывая договор дарения, заблуждалась относительно природы сделки, а именно: относительно совокупности свойств сделки, характеризующих ее сущность; а также доказательств отсутствия её воли на совершение сделки дарения квартиры либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования. Как и не представлено доказательств, что сделка совершена под влиянием обмана, насилия, угрозы, вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка).
То обстоятельство, что у ФИО5 на момент заключения договора дарения имелось заболевание Альцгеймера, не может быть принято во внимание, поскольку данное заболевание не было диагностировано, и не могло обусловить неспособность ФИО5 понимать значение своих действий и руководить ими. При этом, как следует из экспертного заключения, в связи с тем, что в представленной медицинской документации нет осмотра психиатром и описания психического состояния ФИО5, достоверно оценить её психическое состояние, степень выраженности психического расстройства, решить диагностические и экспертные вопросы не представилось возможным. Вместе с тем, на учете у психиатра ФИО5 не состояла, недееспособной как до совершения указанной сделки, так и после не признана.
При этом суд учитывает и то обстоятельство, что даритель была ознакомлена с условиями договора, выполнила условия договора, имея на руках экземпляр данного договора, при жизни не обращалась в суд с требованиями о расторжении договора, о признании его недействительным по каким-либо основаниям.
Доказательств совершения ФИО3 умышленных противоправных действий, направленных против жизни и здоровья наследодателя, а именно - обвинительного приговора суда, в материалы дела не представлено.
Согласно статье 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В гражданском судопроизводстве реализация этих принципов имеет свои особенности, связанные, прежде всего с присущим данному виду судопроизводства началом диспозитивности: дела возбуждаются, переходят из одной стадии процесса в другую или прекращаются под влиянием, главным образом, инициативы участвующих в деле лиц. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.
Не может быть принят во внимание довод стороны истца о том, что со стороны ответчика были противоправные действия по отношению к матери, так как ранее с его стороны в отношении матери поступали угрозы, поскольку из акта судебно-медицинского исследования трупа № от 4-ДД.ММ.ГГГГ усматривается, повреждение у ФИО5 было от травмирующего действия тупого предмета, образовалось при жизни в пределах нескольких суток до смерти, и расценивается как не причинившее вреда здоровью и не состоит в причинно-следственной связи с наступлением ее смерти. Смерть наступила от заболевания – постинфарктного кардиосклероза боковой стенки левого желудочка сердца.
При этом каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО3 противоправных действий в отношении ФИО5, истцом суду представлено не было.
Между тем, противоправность действий ответчика должна быть подтверждена в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу.
Доказательств того, что такие судебные постановления в отношении ФИО3 выносились, не представлено.
Поскольку судом отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании договора дарения, заключенного между ФИО5 и ФИО3, недействительным, исковые требования в части прекращения ФИО3 права собственности на ? долю в <адрес>, признании за ФИО1 права собственности на ? долю в <адрес>, также не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования.
Ответчиком ФИО3 в судебном заседании заявлено ходатайство, о взыскании с истца в его пользу судебных расходов на оплату услуг представителя в случае отказа в удовлетворении исковых требований, в размере 30 000 рублей.
В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, в том числе относятся расходы на оплату услуг представителей.
В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
На основании статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как следует из материалов дела, между адвокатом филиала «Адвокатская консультация №1» ФИО4 и ФИО3 заключено соглашение на представление интересов, подготовку документов ФИО3 в рамках гражданского дела в Городищенском районном суде Волгоградской области. Стоимость услуг составила 30 000 рублей, которые оплачены истцом, что подтверждается копией квитанции – серии №.
В рамках данного договора представитель принимал участие в судебных заседаниях на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно пункту 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.
Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными, следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1).
С учетом изложенного, оценивая объем проделанной представителем работы, характер спора и сложность дела, принимая во внимание результат рассмотрения дела, заявление стороны истца, исходя из принципа разумности, суд полагает возможным взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 рублей, отказав в остальной части во взыскании судебных расходов.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора дарения ? доли в праве собственности на <адрес>, заключенного между ФИО5 и ФИО3, прекращении ФИО3 права собственности на ? долю в <адрес>, признании за ФИО1 права собственности на ? долю в <адрес>, – отказать.
Заявление ФИО3 о взыскании с ФИО1 судебных расходов на оплату услуг представителя удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 7 000 рублей, отказав в остальной части.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Городищенский районный суд Волгоградской области в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме изготовлено 30 сентября 2022 года.
Судья Е.И. Скоробогатова