Апелляционное определение по делу № 22-3374/2023 от 26.09.2023

Судья Котова Н.В. дело № 22 - 3374/2023

Апелляционное определение

город Волгоград 26 сентября 2023 года

Волгоградский областной суд

в составе: председательствующего Руппель Е.Н.,

судей Соловьева В.К., Павловой М.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Трифановым А.И.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Волгоградской области Самсоновой К.В.,

осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5,

защитника осужденного ФИО1 - адвоката Кобзарева И.В. представившего удостоверение № <...>, ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника осужденного ФИО2 – адвоката Висковой Ю.Э., представившей удостоверение <.......> года,

защитника осужденного ФИО3 – адвоката Артюшкова С.В., представившего удостоверение № <...>, ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника осужденного ФИО4 – адвоката Полянского А.С., представившего удостоверение № <...>, ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника осужденного ФИО5 – адвоката Галустян А.А., представившей удостоверение № <...>, ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника осужденной ФИО6 – адвоката Колесниковой И.Н., представившей удостоверение № <...>, ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника осужденной ФИО7 – адвоката Ператинского А.В., представившей удостоверение № <...>, ордер № <...> от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрел в открытом судебном заседании 26 сентября 2023 года апелляционное представление государственного обвинителя по делу ФИО8, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и его защитника адвоката Макеева Р.А., осужденного ФИО3 и его защитника – адвоката Артюшкова С.В., осужденного ФИО4, осужденного ФИО2, осужденного ФИО5 (основную и дополнительные) и его защитника – адвоката Зинченко О.П. на приговор Дзержинского районного суда г.Волгограда от 29 марта 2023 года, в соответствии с которым

ФИО1 <.......>, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осужден:

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по преступлению в отношении наркотического средства массой 23,164 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по преступлению в отношении наркотического средства массой 117,736 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по преступлению в отношении наркотического средства массой 7,754 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по преступлению в отношении наркотического средства массой 69,277 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев;

по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 2281 УК РФ по преступлению в отношении наркотического средства массой 215,748 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 9 лет.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 11 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО3 <.......>, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> Республики, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осужден:

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4 <.......>, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осужден:

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

ФИО6 <.......>, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданка Российской Федерации, несудимая

осуждена:

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

ФИО7 <.......>, родившаяся ДД.ММ.ГГГГ в городе <адрес>, гражданка Российской Федерации несудимая

осуждена:

ФИО2 <.......>, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, судимый ДД.ММ.ГГГГ по приговору Камышинского городского суда <адрес> по п. «г» ч.3 ст.158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно на 2 года,

осужден:

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 7 лет 7 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Камышинского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, на основании ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по предыдущему приговору, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 7 лет 8 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Дюжев <.......>, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, судимый ДД.ММ.ГГГГ по приговору Тракторозаводского районного суда <адрес> по ч.1 ст.30, п. «г» ч.3 ст.2281 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, освободившийся ДД.ММ.ГГГГ по отбытию срока наказания,

осужден:

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по преступлению в отношении наркотического средства, массой 56,06 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 лет;

по ч. 3 ст. 30, пп. «а», «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ (по преступлению в отношении наркотического средства, массой 9,641 гр.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 10 лет.

Срок отбытия наказания осужденными постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В приговоре решены вопросы о зачете в срок лишения свободы периодов содержания осужденных под стражей, мере пресечения, вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Руппель Е.Н., выслушав прокурора Самсонову К.В., поддержавшую доводы, изложенные в апелляционном представлении, возражавшую по доводам, изложенным в апелляционных жалобах, выступления осужденных и их защитников, подержавших доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не согласившихся с апелляционным представлением, суд

установил:

по приговору суда:

ФИО1 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, совершенном с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (по четырем преступлениям), а также в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в особо крупном размере;

ФИО5 признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере (по двум преступлениям).

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО6 признаны виновными в покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), организованной группой, в крупном размере.

Преступления совершены на территории Волгограда и Волгоградской области, окончены на территории Дзержинского района Волгограда при следующих обстоятельствах.

Судом установлено, что преступления совершены в составе организованной группы, созданной неустановленным лицом, с распределением ролей и функций среди ее участников, с соблюдением правил конспирации и дисциплины, обладающей признаком устойчивости, объединенных умыслом на совершение особо тяжких преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств синтетического происхождения на территории Волгограда, Волгоградской области с использованием сети «Интернет».

Среди участников организованной группы, согласно распределенным ролям, выполнялись функции «организатора», «оптовых закладчиков-фасовщиков», «фасовщиков-закладчиков», «закладчиков». В состав организованной группы вошли ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7, ФИО6 и иные неустановленные лица, а также лица, в отношении которых уголовные дела выделены в отдельное производство, чьи действия контролировались и руководились лицами под псевдонимом «Тульский Токарев».

Преступления участниками организованной группы совершены при следующих обстоятельствах.

ФИО1, являясь участником организованной группы, выполняя функции «оптового закладчика-фасовщика», в период с 7 по 11 июня 2019 года покушался на незаконный сбыт вещества, являющегося смесью, содержащей производное наркотического средства - N-метилэфедрона, массой 23,164 грамма, в крупном размере. Данное наркотическое средство он по указанию «организатора» извлек из тайника, переместил в арендованную квартиру с целью фасовки, расфасовал часть наркотического средства, после чего наркотическое средство поместил в два оборудованных им тайника массой 21, 979 гр. и 1,185 гр. в Тракторозаводском районе Волгограда, о чем сообщил в приложении «Телеграмм» «Тульскому Токареву».

12 июня 2019 года ФИО6, выполняя функции «закладчика», получив указание «Тульского Токарева», извлекла из одного из тайников, оборудованных ФИО1, расфасованное наркотическое средство общей массой 21,979 гр., однако была задержана 13 июня 2019 года сотрудниками полиции, а наркотическое средство изъято в ходе личного досмотра.

19 июня 2019 года лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью, выполняя функции «закладчика», получив указание «Тульского Токарева», прибыла к тайнику, оборудованному ФИО1, из которого должна была извлечь расфасованное наркотическое средство общей массой 1,185 гр., однако была задержана, а наркотическое средство изъято в ходе осмотра места происшествия – тайника, оборудованного ФИО1

Кроме того, ФИО1, действуя в составе организованной группы, в период с 9 июня по 8 июля 2019 года по указанию «Тульского Токарева» извлек из тайника наркотическое средство производное наркотического средства - N-метилэфедрона, массой не менее 117,736 гр., переместил его в арендованную квартиру с целью дальнейшего сбыта, сообщив об этом «организатору», однако 8 июля 2019 года был задержан сотрудниками полиции, а наркотическое средство изъято в ходе осмотра места происшествия – арендованной ФИО1 квартиры по адресу: ул.Логовская, 43-19 в г.Волгограде.

Он же, действуя в составе организованной группы, 19 июня 2019 года, выполняя функции «оптового закладчика-фасовщика», по указанию «Тульского-Токарева» извлек из тайника наркотическое средство производное наркотического средства - N-метилэфедрона массой 7,754 гр., переместил его в арендованную квартиру, расфасовал часть наркотического средства, после чего поместил его в оборудованный им тайник в Краснооктябрьском районе Волгограда, сообщив его координаты «Тульскому Токареву» в приложении «Телеграмм».

20 июня 2019 года лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи со смертью, являясь участником организованной группы и выполняя функции «закладчика», получив указание «Тульского Токарева», в приложении «Телеграмм», подтвердила свою готовность прибыть к тайнику, оборудованному ФИО1, получила его координаты, однако была задержана сотрудниками полиции, а наркотическое средство изъято в ходе осмотра места происшествия - тайника, оборудованного ФИО1

Кроме того, ФИО1 25 июня 2019 года, выполняя функции «оптового закладчика-фасовщика», по указанию «Тульского-Токарева» извлек из тайника, расположенного в Дзержинском районе Волгограда, наркотическое средство производное наркотического средства - N-метилэфедрона, суммарной массой 69, 277 гр., переместил его в арендованную квартиру, расфасовал, часть наркотического средства суммарной массой 30,624 гр. поместил в тайник, оборудованный в Советском районе Волгограда, часть наркотического средства суммарной массой 38, 653 гр. - в тайник в Ворошиловском районе Волгограда.

26 июня 2019 года ФИО7 совместно с ФИО3, являющиеся участниками организованной группы, выполняющие роль «закладчиков», по указанию «Тульского Токарева» в приложении «Телеграмм» подтвердили свою готовность прибыть к тайнику с наркотическим средством суммарной массой 38, 653 гр., оборудованному ФИО1 в Ворошиловском районе Волгограда, однако были задержаны сотрудниками полиции, а наркотическое средство изъято в ходе осмотра места происшествия – тайника.

Кроме того, ФИО1 7 июля 2019 года, выполняя функции «оптового закладчика-фасовщика», по указанию «Тульского-Токарева», извлек из тайника, расположенного в Городищенском районе Волгоградской области, наркотическое средство производное наркотического средства - N-метилэфедрона, массой не менее 215,748 гр., в особо крупном размере, переместил его в арендованную квартиру, расфасовал на части, часть расфасованного наркотического средства суммарной массой 116,09 стал хранить с целью сбыта в арендованной квартире по ул.Логовская, 43-19 в г.Волгограде, а остальную часть расфасованного наркотического средства разместил в оборудованных им 7 тайниках на территории Дзержинского района Волгограда, о чем сообщил информацию и место расположение тайников «организатору».

8 июля 2019 года ФИО4, являющийся участником организованной группы, выполняющий роль «закладчика», получив указание «Тульского Токарева» в приложении «Телеграмм», прибыл к тайнику с наркотическим средством массой 1,877 гр., оборудованному ФИО1 в Дзержинском районе Волгограда, однако был задержан сотрудниками полиции, а наркотическое средство изъято в ходе личного досмотра.

10 июля 2019 года ФИО5, являющийся участником организованной группы, выполняющий роль «фасовщика - закладчика», получив указание «Тульского Токарева» в приложении «Телеграмм», прибыл к тайнику, оборудованному ФИО1 в Дзержинском районе Волгограда с наркотическим средством массой 56,06 гр., в крупном размере, но был задержан, а наркотическое средство изъято в ходе осмотра места происшествия – тайника.

10 июля 2019 года ФИО2, являющийся участником организованной группы, выполняющий роль «закладчика» по указанию «Тульского Токарева», полученному через приложение «Телеграмм», прибыл к тайнику, оборудованному ФИО1 в Дзержинском районе Волгограда с наркотическим средством суммарной массой 15,762 гр., в крупном размере, но был задержан, а наркотическое средство изъято в ходе личного досмотра.

9 июля 2019 года <.......>, осужденный по выделенному уголовному делу, являющийся участником организованной группы, выполняющий роль «закладчика», по указанию «Тульского Токарева», полученного в приложении «Телеграмм», прибыл к тайнику, оборудованному ФИО1 в Дзержинском районе Волгограда с наркотическим средством суммарной массой 14,988 гр., в крупном размере, но был задержан, а наркотическое средство изъято в ходе личного досмотра.

Кроме того, ФИО5 не позднее 10 июля 2019 года, действуя в составе организованной группы, выполняющий роль «фасовщика - закладчика» по указанию «Тульского Токарева», полученного в приложении «Телеграмм», прибыл к тайнику, оборудованному неустановленным лицом, с наркотическим средством массой 9, 641 гр., в крупном размере, переместил его в арендованную квартиру, расфасовал, после чего поместил в оборудованный им тайник в Краснооктябрьском районе Волгограда, однако был задержан, а наркотическое средство изъято в ходе осмотра места происшествия - тайника.

Преступления участниками организованной группы не окончены в связи с их задержанием и изъятием наркотических средств в ходе досмотров, из оборудованных тайников и по месту арендованного для целей сбыта жилого помещения.

В судебном заседании осужденный ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 вину признали частично, оспаривая совершение преступлений в составе организованной группы, ФИО5 вину не признал.

В апелляционном представлении государственный обвинитель по делу ФИО8 считает приговор, подлежащим изменению, в связи с неправильным применением уголовного закона. Мотивирует тем, что в нарушение ч.32 ст.72 УК РФ ФИО7 и ФИО6 время содержания под стражей зачтено в льготном исчислении, из расчета 1 день за 1,5 дня отбывания наказания в колонии общего режима. Однако ч.32 ст.72 предусматривает исключения, согласно которым в отношении осужденных за преступления, предусмотренные ст.2281 УК РФ, время содержания под стражей, независимо от режима отбывания наказания, засчитывается один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Просит приговор в отношении ФИО7 и ФИО6 изменить и зачесть время содержания под стражей ФИО6 в период с 14 июня 2019 года, а ФИО7 с 27 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета 1:1, исключив указание на зачет указанных периодов содержания под стражей в льготном исчислении.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2, выражая несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, назначенное наказание не соответствующим содеянному, личности осужденного, чрезмерно суровым. Заявляет, что находясь под стражей, осознал содеянное, раскаялся и встал на путь исправления. Считает, что все смягчающие по делу обстоятельства следует признать исключительными и, с их учетом, применить в отношении него положения ст.64 УК РФ. Полагает, что суд немотивированно отказал в применении положений ст.64 УК РФ. Просит приговор в отношении него изменить и смягчить ему наказание.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО5 – адвокат Зинченко О.П. считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым. Мотивирует тем, что Дюжев вину не признал, указав, что сбытом наркотических средств никогда не занимался, приобретал наркотики только для личного употребления, являлся директором фирмы, имел доход, который ему был достаточен для содержания себя и своей семьи. Кроме того, Дюжев, заявляя, что сумка с наркотическими средствами, обнаруженная в его автомобиле, ему не принадлежит, была кем-то подброшена. Отмечает позицию ФИО5 о том, что предварительное следствие проведено с нарушением закона, его ходатайства необоснованно оставлены без удовлетворения, с нарушением проведены осмотр его автомобиля, по эпизоду с наркотическим средством массой 56,06 гр. его необходимо оправдать, а в части обвинения с наркотическим средством 9.641 гр. - возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.

Защитник считает, что вина ФИО5 в инкриминируемых преступлениях не доказана. Заявляет, что первичные показания ФИО5 даны под физическим и психологическим давлением со стороны оперативных сотрудников, задержавших его, в связи с чем Дюжев себя оговорил, опасаясь за свою жизнь. Полагает, что следственные действия с его участием: допрос, проверка показаний на месте, осмотр автомобиля должны быть признаны недопустимыми доказательствами.

Указывает, что ходатайства стороны защиты судом необоснованно отклонялись, без какой - либо мотивации.

Автор жалобы полагает, что предварительное и судебное следствие проведены с обвинительным уклоном, судом не проверены законность представленных стороной обвинения доказательств, что привело к осуждению невинного лица, вынесению несправедливого приговора, основанного на предположениях.

Просит приговор отменить, ФИО5 по эпизоду с наркотическим средством массой 56,06 гр. оправдать в связи с непричастностью к преступлению, а в части обвинения с наркотическим средством 9.641 гр. - возвратить уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Макеев Р.А., выражая несогласие с приговором, считает его несправедливым и чрезмерно суровым.

Отмечает, что в ходе судебного следствия ФИО1 вину признал частично, отрицая совершение преступления в составе организованной группы, однако, суд не согласился с позицией стороны защиты, счел, что квалифицирующий признак «совершение преступлений организованной группой» нашел подтверждение. Не соглашаясь с данными выводами суда, отмечает, что организатор группы и оператор не установлены, в связи с чем полагает, что данный признак преступления не доказан. Ссылаясь на показания соучастников преступления и показания ФИО1, отмечает, что ФИО1 согласие на вступление в организованную группу не давал, об обороте наркотических средств другими участниками группы не был осведомлен, у группы отсутствуют признаки сплоченности, устойчивости, длительности существования (все преступления совершены в течение месяца), между собой ее участники не общались и не знали друг друга, ФИО1 во всех преступлениях действовал один. В связи с чем автор жалобы полагает, что квалифицирующий признак «совершение преступления в составе организованной группы» по всем эпизодам преступлений в отношении ФИО1 подлежит исключению.

Автор жалобы отмечает, что в отношении ФИО1 суд признал смягчающими обстоятельствами – явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления, признание вины, раскаяние, наличие заболеваний и совершение преступлений впервые, а также удовлетворительную характеристику. Однако не учел в качестве смягчающих обстоятельств наличие у ФИО1 родителей преклонного возраста, 1958 и ДД.ММ.ГГГГ года рождения, нуждающихся в его поддержке и помощи. Автор жалобы также считает, что судом не в достаточной степени учтены общественная опасность содеянного ФИО1, отмечая, что какого- либо вреда от его действий обществу не причинено, наркотические средства изъяты и до потребителей не дошли. Полагает, что ФИО1 заслуживает снисхождения, просит приговор изменить вследствие чрезмерной суровости, исключить квалифицирующий признак «совершение преступления организованной группой» по каждому из вмененных ФИО1 преступлений, смягчить назначенное наказание, назначив ему минимально возможное наказание.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 считает приговор незаконным, постановленным на фальсифицированных, вызывающих сомнения в допустимости и достоверности доказательствах. Выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, судебное следствие проведено с обвинительным уклоном и нарушением его процессуальных прав.

Ссылаясь на постановление об административном правонарушении от 8 июля 2019 года, которым он привлечен к ответственности по ч.1 ст.6.9 КоАП, отмечает, что данным постановлением установлено нахождение его в указанный период в наркотическом опьянении. Заявляет, что в таком состоянии сотрудник полиции ФИО10 проводит его личный досмотр, изъятие находившихся при нем вещей, осмотр места происшествия без участия специалиста, диктуя ему написание заявлений о согласии на проведение осмотра помещения, изымает телефон Самсунг, блокнот с записями. При этом автор жалобы указывает на отсутствие у сотрудника полиции ФИО10 полномочий на проведение указанных следственных действий, в том числе, осмотр изъятых сотовых телефонов, поскольку дело уже находилось в производстве следователя. Указывает на нарушения при составлении протоколов осмотра места происшествия, изъятия и осмотра телефонов, получения информации из телефонов, отсутствие описания упаковки изъятых предметов и способа их осмотра, применения специальных средств, не предоставлении ему защитника. Считает, что обыск фактически подменили осмотром места происшествия. Заявляет, что согласие на осмотр дано им под психологическим давлением, изъятие телефонов было принудительным. Заявляет, что допущенные нарушения подтверждаются как протоколами следственных действий, так и следуют из показаний, участвующих в них понятых Свидетель №41 и Свидетель №40. Считает указанные нарушения существенными, влекущими недопустимость, как проведенных ФИО10 следственных действий, так и последующие следственные действия с использованием этих доказательств.

Считает фальсифицированным административное дело и, соответственно незаконным изъятие в ходе административного производства предметов, которые стали вещественными доказательствами по уголовному делу.

Заявляя о недопустимости доказательств, отмечает, что его не ознакомили с постановлением о проведении ОРМ, суд не установил и не допросил лиц, участвующих в ОРМ ДД.ММ.ГГГГ. Полученные в ходе ОРМ доказательства не проверены и не могут являться законными, на проведение «Оперативного эксперимента» не получено разрешение руководителя, оно проведено без участия понятых и специалистов.

Ставит под сомнение законность изъятия информации с сотового телефона, предполагая, что имеющаяся информация в телефоне подвергалась монтажу и корректировке, выгодным для следствия, относительно тайников и места его прибытия к ним.

Отмечает, что явка с повинной у него взята в период, когда он находился в наркотическом опьянении.

Ставит под сомнение достоверность показаний свидетеля ФИО9, из которых, следует, что свидетель за плату возил ФИО1 по местам закладок. При этом заявляя, что никогда не пользовался услугами данного свидетеля, показания даны свидетелем под давлением, Волов не был очевидцем преступлений, его показания противоречивы и основаны на предположении.

Автор жалобы также оспаривает наличие квалифицирующего признака организованную группу, считает, что он не доказан, обстоятельств организации и вхождения в нее ФИО1, судом не установлено.

Полагает, что указанные им нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов являются основанием для отмены судебного решения. Просит приговор отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение со стадии предварительного слушания в ином составе суда, либо возвратить уголовное дело прокурору для устранения нарушений, препятствующих рассмотрению дела.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат Артюшков С.В. считает, что приговор в отношении ФИО3 постановлен с нарушением норм уголовно-процессуального закона ст.297,307,308 УПК РФ. Выражая несогласие с оценкой судом доказательств, ссылаясь на обстоятельства задержания ФИО3 и ФИО7, изъятия у них сотовых телефонов, установление программы «Телеграмм» в их телефонах до момента их изъятия (согласно протоколам личного досмотра), автор жалобы считает указанные доказательства незаконными. Кроме того отмечает, что на место тайников ФИО3 и ФИО7 доставлены сотрудниками полиции.

Заявляет, что задержание ФИО3 и ФИО7 фактически произошло 26 июня 2019 года, после чего они лишены были права передвижения, однако протокол задержания оформлен только 27 июня 2019 года в вечернее время.

Ставит под сомнение показания свидетелей-оперуполномоченных об источнике получения оперативной информации, показания свидетелей- понятых, многократно участвующих в таком качестве, считая, что они не могут быть не заинтересованными лицами. Указывает на то, что показания свидетелей заучены, противоречивы.

Заявляет, что сторона защиты обращала внимание на указанные в апелляционной жалобе нарушения, однако суд им не дал надлежащей оценки.

Автор жалобы полагает, что в нарушении разъяснения Пленума Верховного Суда «О судебном приговоре», суд удовлетворил ходатайства стороны обвинения и огласил показания, неявившихся свидетелей.

Кроме того указывает, что суд в приговоре не обсудил возможность применения ч.6 ст.15 УК РФ.

Просит приговор отменить и передать уголовное дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 считает приговор несправедливым, вынесенным с существенным нарушением норм уголовно-процессуального закона, неправильным применением уголовного закона.

Ссылаясь на ст.297, 302 ч.4, 14 УПК РФ, согласно которым приговор не может быть основан на предположениях, считает, что показания свидетелей Свидетель №29, Свидетель №30, Свидетель №28 ФИО10 – сотрудников правоохранительных органов не могут служить доказательствами по делу, поскольку они только узнали о причастности ФИО3 и других лиц к обороту наркотиков, но им неизвестно о способах сбыта, характере взаимоотношений.

Отмечает, что суд в приговоре повторил ошибку в написании его имени, допущенную в обвинительном заключении, в связи с чем делает вывод, что суд скопировал доказательства из обвинительного заключения и не дал им своей оценки.

Ссылаясь на обстоятельства задержания его и ФИО7, заявляет, что на момент изъятия у них телефонов программа «Телеграмм» из их телефонов была ими же удалена, в связи с тем, что получив задание о 100 разовых дозах, они испугались и решили не участвовать больше в сбыте. Сотрудники полиции восстановили переписку, установив указанную программу, согласно протоколам следственных действий, по времени ранее, чем они изъяли у него и ФИО7 сотовые телефоны, то есть с их телефонами сотрудниками полиции совершены незаконные манипуляции. В связи с чем считает вещественные доказательства – сотовые телефоны недопустимыми доказательствами.

Также просит исключить из доказательств наркотическое средство, изъятое в ходе осмотра места происшествия по <адрес> общей массой 38,854 гр., поскольку они с ФИО7 добровольно отказались от дальнейшего сбыта наркотических средств, что подтверждается материалами уголовного дела.

Просит приговор в отношении него изменить, квалифицировать его действия по ч.3 ст.30, п. «б» ч.3 ст.228.1 УК РФ, применить ст.64 УК РФ, снизить наказание.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительных) осужденный ФИО5 считает приговор незаконным, вынесенным с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Указывает, что 26 декабря 2022 года им были заявлены ходатайства о недопустимости ряда доказательст, полученных с грубым нарушением УПК РФ, которые суд постановил рассмотреть при вынесении итогового решения по делу, тем самым своевременно не разрешил заявленные ходатайства в нарушение ст.271 УПК РФ, тем самым нарушив его права на защиту, лишив права вновь обратиться с данными ходатайствами и обжаловать решение об отказе в их удовлетворении. Полагает, что данное обстоятельство повлияло на исход дела. Кроме того отмечает, что суд признал недопустимым доказательством протокол его явки с повинной, однако в приговоре данное доказательство привел. Указывает, что в приговоре суд формально разрешил его ходатайства о недопустимости доказательств, которые отложил до вынесения приговора.

Формальным считает автор жалобы и проведенное судебное следствие, исследование доказательств.

Обращает внимание, что суд признал несостоятельными его доводы о недопустимости доказательств - свертка из фольги, ножниц, весов, гриппер-пакетов, банковской карты, изъятых в ходе осмотра места происшествия 10 июля 2019 года из автомобиля Датцун. Указанные доказательства находились в сумке, об осмотре которой в судебном заседании он заявлял, но суд, удовлетворив его ходатайство, данную сумку не осмотрел, сославшись на то, что сумка не признана вещественным доказательством по делу, что, по мнению автора жалобы, указывает на получение доказательств с нарушением закона, лишает его права проследить источник получения доказательств и оспорить стороне защиты данные доказательства. При этом отмечает, что свидетели- понятые и оперативные сотрудники, участвующие в осмотре, подтвердили наличие в машине черной сумки, которая была изъята. Однако суд, располагая указанными данными, не провел проверку фиксации и хранения вещественных доказательств в соответствии со ст.81,82 УПК РФ.

Кроме того автор жалобы выражает несогласие с оценкой судом доказательств – протокола осмотра телефона марки «Мeizu», отмечая, что в ходе судебного следствия исследован протокол осмотра указанного телефона (т.15 л.д.169-170), который возможен только с введением пароля, однако Дюжев согласия на использование телефона не давал, осмотр производился оперативным сотрудником Свидетель №34 в его отсутствие, каким манипуляциям был подвержен, и с помощью каких технических средств получен доступ к имеющейся в телефоне информации установить невозможно. Данное обстоятельство судом проигнорировано, и, по мнению автора жалобы в связи с этим указанное вещественное доказательство, а также все последующие с его использованием следственные действия, не отвечают требованиям закона. Также указывает на допущенные нарушения при изъятии указанного вещественного доказательства, которое не было надлежаще упаковано после изъятия.

Необоснованным считает отказ в ходатайстве о признании недопустимым протокола осмотра автомобиля, поскольку в ходе осмотра ФИО5 не были разъяснены процессуальные права, что нашло отражение при исследовании указанного протокола в судебном заседании.

Ссылаясь на заключения проведенных по делу экспертиз, установивших вид наркотических веществ и их размер, которые суд положил в основу приговора, отмечает, что экспертам не были поставлены вопросы о количестве наркотического средства, содержащегося в смеси с нейтральным веществом, степени воздействия на организм человека, возможности пользования для немедицинского потребления. В связи с чем определение размера наркотического средства считает с нарушением ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах». Отмечает, что в ходе судебного следствия им заявлены ходатайства о назначении по делу дополнительной экспертизы вещества с целью устранения сомнений по поводу немедицинского использования наркотического средства без выделения его из смеси и его количества в смеси. Однако суд необоснованно отказал в ходатайстве. Полагает, что без установления указанных обстоятельств невозможно определить степень общественной опасности совершаемых действий, суд проигнорировал требования действующего законодательства по определению размера наркотического средства, содержащегося в смеси.

По мнению автора жалобы, приговор не содержит описание преступного деяния в составе организованной группы, отсутствуют доказательства о его согласии вступления в организованную группу и осведомленности о действиях членов данной группы, отсутствуют признаки организованной группы. Однако суд указанным обстоятельствам не дал оценки, что привело к неправильному применению уголовного закона и является самостоятельным основанием для отмены судебного решения.

Считает, что суд проигнорировал допущенные нарушения при его задержании: о времени фактического задержания, не разъяснение ему процессуальных прав при задержании.

Выражает несогласие с решением судьбы вещественных доказательств, в частности сотового телефона, указывая, что имеющаяся информация в телефоне скопирована на диск, который хранится в материалах дела. В связи с чем, считает, что телефон подлежит возврату законному владельцу.

Просит приговор отменить и устранить допущенные судом нарушения. Вещественное доказательство сотовый телефон марки «Мeizu» передать ФИО5 или его близкому родственнику ФИО11

В апелляционной жалобе осужденный ФИО4, выражая несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, назначенное наказание чрезмерно суровым. Заявляет, что, находясь под стражей, осознал тяжесть содеянного, раскаялся и встал на путь исправления. Считает, что при назначении ему наказания, имелись основания для применения в отношении него ст.64 УК РФ, поскольку установленные по делу смягчающие обстоятельства, являются исключительными. По мнению автора жалобы, суд в приговоре не мотивировал отказ в применении ст.64 УК РФ. Просит приговор изменить и смягчить ему назначенное наказание.

Выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционном представлении и апелляционных жалобах (основных и дополнительных), суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Виновность ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 в совершении инкриминируемых деяний подтверждается исследованными по делу доказательствами.

Так из показаний осужденных, данных в судебном заседании и в ходе предварительного следствия и оглашенных в судебном заседании в соответствии со ст.276 УПК РФ, следует, что с использованием сети «Интернет» они были вовлечены в организованную группу, занимающуюся незаконным сбытом наркотических веществ. При этом, в обязанности ФИО1 входило изъятие оптовых партий наркотических средств из тайников на территории Волгограда и Волгоградской области, расфасовка наркотических средств, которую он производил в жилых помещениях, арендованных с этой целью, оборудование тайников, информирование о своих действиях операторов под аккаунтом «Тульский Токарев» через сеть «Интернет» в программе «Телеграмм».

ФИО5 выполнял роль «фасовщика - закладчика», в его обязанности входило изъятие мелко - оптовых партий наркотический средств из тайников на территории Волгограда, расфасовка наркотических средств, помещение их в тайники, его действия контролировались через сеть «Интернет» теми же операторами под аккаунтом «Тульский Токарев».

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 осуществляли функции «закладчиков» на территории города Волгограда, Волжского выполняя указания тех же операторов под аккаунтом «Тульский Токарев».

Из показаний осужденных следует, что перед трудоустройством на «работу» они проходили строгую проверку и инструктаж. Все их действия по размещению наркотических средств в тайники контролировались руководителями группы под псевдонимом «Тульский Свидетель №10», были законспирированы как действия, так и переписка в сети «Интернет», разработан план действий каждого из участников, выполнение которого строго контролировалось.

Кроме того, виновность осужденных в совершении инкриминируемых деяний подтверждается:

показаниями свидетеля ФИО12, являющегося участником преступной группы, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, об обстоятельствах трудоустройства через сеть «Интернет» распространителем наркотических средств, его роли в качестве мелко-оптового закладчика, на территории Волгограда и области, чьи действия контролировались операторами под аккаунтом «Тульский Токарев»;

показаниями свидетелей - сотрудников полиции ФИО10, Свидетель №34 Свидетель №35, Свидетель №37, Свидетель №18, ФИО13, Свидетель №22, Свидетель №23, Свидетель №24, Свидетель №28, Свидетель №29, Свидетель №30, Свидетель №32, Свидетель №36, Свидетель №38, ФИО14 об обстоятельствах проведения оперативно-розыскных мероприятий, задержания ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 и изъятия наркотических средств;

показаниями свидетелей ФИО15, Свидетель №6, Свидетель №15, Свидетель №2, Свидетель №11, Свидетель №40, Свидетель №16, Свидетель №17, Свидетель №1, Свидетель №12, Свидетель №9, ФИО16, Свидетель №3, Свидетель №8, Свидетель №25, Свидетель №26,Свидетель №27, Свидетель №10, Свидетель №41, принимавших участие в оперативно-розыскных мероприятиях в качестве понятых и подтвердивших обстоятельства их проведения,

показаниями свидетелей Свидетель №31, Свидетель №42, Свидетель №4, <.......> Свидетель №20 - лиц, не осведомленных о преступных действиях членов группы, предоставляющих в аренду транспорт участникам организованной группы, в аренду жилое помещение, используемое ФИО1 для расфасовки и хранения наркотических средств, приготовленных к сбыту, оказывающих услуги по транспортировке к местам тайников участников группы, а также лиц, предоставивших банковские карты, используемые в преступлении;

показаниями свидетеля Свидетель №21, являющегося сожителем <.......> уголовное дело в отношении которой прекращено в связи со смертью, о занятии ею незаконным сбытом наркотических средств через сеть «Интернет», оборудования тайников, о чем ему было известно, как сопровождавшему ее и задержанному вместе с нею на месте преступления.

Показания осужденных, положенные в основу приговора согласуются с показаниями свидетелей, протоколами оперативно-розыскных мероприятий, протоколами осмотра мест происшествия и изъятия наркотических средств из тайников, осмотров жилого помещения, автомобилей, используемых в преступной деятельности, а также сведениями о телефонных соединениях, заключениями экспертов о размере и видах наркотических средств, изъятых в ходе оперативно-розыскных мероприятий, и с иными исследованными в судебном заседании доказательствами.

Указанные и другие доказательства полно и объективно исследованы в судебном заседании, их анализ, а равно оценка изложены в приговоре. Приведенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. При этом в приговоре приведены мотивы, по которым одни доказательства по делу признаны судом правдивыми, а другие отклонены как недостоверные.

Сомневаться в объективности положенных в основу приговора доказательств, оснований не имеется, поскольку каждое из них согласуется и подтверждается совокупностью других доказательств и получено с соблюдением требований закона.

Суд первой инстанции, исследовав показания осужденных в судебном заседании и огласив их показания в соответствии со ст.276 УПК РФ, принял мотивированное решение о признании достоверными показаний, данных на предварительном следствии. Показания, признанные судом достоверными, даны в присутствии защитников, замечаний от участников процесса не поступило, каких-либо данных свидетельствующих о применении недозволенных методов в отношении допрашиваемых лиц при производстве следственных действий, не установлено. Судом приняты и показания осужденных, данные в судебном заседании, в той части, которые согласуются с другими доказательствами.

Показания свидетелей - оперативных сотрудников, понятых, также обоснованно приняты судом в качестве достоверных и положены в основу приговора.

Оснований не доверять показаниям указанных и иных свидетелей у суда не имелось. Показания свидетелей не содержат каких-либо противоречий, которые ставили бы их под сомнение. Нет в деле и данных, указывающих о заинтересованности сотрудников полиции, иных свидетелей в умышленной фальсификации доказательств виновности лиц, осужденных по настоящему уголовному делу. Доводы жалоб об участии понятых ранее при производстве различных следственных действий по другим уголовным делам, не ставят под сомнение их объективность и незаинтересованность в исходе дела, при том, что законом не запрещено привлечение одного и того же лица в качестве понятого неоднократно.

Вопреки доводам стороны защиты, не имеется оснований для исключения из числа доказательств показаний сотрудников полиции, сообщивших суду об обстоятельствах осуществления ими оперативных мероприятий, о роли каждого из участников преступной группы, способах сбыта наркотических средств, местах их хранения, проведения осмотров, личных досмотров и иных оперативных действий, то есть об обстоятельствах преступлений, ставших известными сотрудникам правоохранительных органов в ходе осуществления профессиональной деятельности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, показания сотрудников правоохранительных органов оценены судом в совокупности с иными доказательствами, представленными сторонами, и обоснованно положены судом в основу своих выводов в той части, в которой они подтверждаются и признаны достоверными. Само по себе должностное положение указанных свидетелей не может свидетельствовать о ложности их показаний, и, соответственно, недопустимости их в качестве доказательств.

Не имеется оснований ставить под сомнение показания свидетеля Свидетель №42, оказывающего услуги ФИО1 по транспортировке к местам тайников. Оснований для оговора у свидетеля не имелось, они находились в дружеских отношениях, свои показания он подтвердил в ходе очной ставки с ФИО1 В связи с чем доводы ФИО1, указавшего на недостоверность показаний свидетеля, оказание на свидетеля давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, являются несостоятельными.

Вопреки доводам адвоката Артюшкова С.В., у суда имелись основания для оглашения показаний свидетелей в соответствии с ч.1, п.5 ч.2 ст.281 УПК РФ.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельными доводы, изложенные в жалобах, о недопустимости положенных в основу приговора письменных доказательств. Собранные в ходе оперативно-розыскных и следственных действий письменные доказательства исследованы судом и получили надлежащую оценку в приговоре суда в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ. Вопреки доводам, сбор и оформление письменных материалов не противоречат уголовно-процессуальному законодательству, они являются допустимыми, относимыми и подтверждают виновность осужденных в инкриминированных им преступлениях.

Ставить под сомнение достоверность составленных в ходе проведения указанных оперативно-розыскных мероприятий документов, не имеется. Не вызывает сомнения и правильность оформления указанных материалов, в том числе, протоколов осмотра мест происшествия, в ходе которых обнаружены тайники с наркотическими средствами.

Проведения осмотра жилого помещения, арендованного для расфасовки наркотических средств, и оформление как протокола осмотра места происшествия, осмотренного с согласия проживающих в нем лиц, и собственника, вопреки доводам адвоката Кобзарева И.В., не противоречит ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Ссылки в апелляционных жалобах на возможную фальсификацию материалов оперативно-розыскных мероприятий со стороны оперативных сотрудников не подтверждены объективными данными и построены на предположениях. Оснований для признания результатов оперативно-розыскных мероприятий недопустимыми доказательствами не имеется.

Доводы защиты осужденного ФИО3 о провокации со стороны сотрудников правоохранительных органов в отношении ФИО3 и ФИО7 являются несостоятельными, поскольку приведенные в приговоре доказательства свидетельствуют о формировании умысла осужденных на вхождение в состав организованной группы с целью незаконного сбыта и участие в сбыте наркотических средств, без влияния сотрудников правоохранительных органов. Действия сотрудников правоохранительных органов после задержания указанных лиц были направлены на изъятие из незаконного оборота наркотических средств, изобличение других участников преступной группы, в связи с чем утверждения о том, что получив информацию из телефона ФИО7, они искусственно создали условия для совершения преступления, прибыв совместно с осужденными к тайнику, являются несостоятельными.

При этом результаты указанных оперативно-розыскных мероприятий судом оценены в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами и никакого преимущества перед остальными доказательствами они не имели. Правильность содержащейся информации в протоколах оперативно-розыскных действий подтвердили свидетели, участвующие в указанных мероприятиях. Оперативно-розыскные мероприятия, требующие согласования руководителя, проводились на основании соответствующих постановлений, санкционированных руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Вопреки доводам, материалы уголовного дела не содержат сведений о том, что оперативные сотрудники, в том числе ФИО10, действовали с превышением своих должностных полномочий.

Нарушения, которые указаны в апелляционных жалобах, не влекут признание доказательств недопустимыми, не являются существенными. Действия оперативных сотрудников, имеющих оперативную информацию о преступной деятельности были направлены на ее пресечение, установление всех причастных лиц, структуры работы организованной группы, и не вызывают сомнения в своей законности.

Судебные экспертизы проведены специалистами, имеющими необходимый уровень квалификации, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Им был предоставлен необходимый и достаточный материал для проведения экспертиз. На поставленные экспертам и входящие в их компетенцию вопросы в заключениях экспертиз даны исчерпывающие ответы. Сомнений в компетентности и беспристрастности экспертов, а также обоснованности и законности их заключений, не имеется, в связи с чем оснований, предусмотренных ст. 207 УПК РФ для проведения дополнительной экспертизы, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденных ФИО5, ФИО2, адвоката Висковой Ю.Э. не установлено.

Оснований для проведения физико-химической экспертизы на предмет оценки воздействия наркотического средства, включенного в Список наркотических средств и психотропных веществ, оборот которых в Российской Федерации запрещен, на организм человека, возможности его использования для немедицинского потребления, не имеется.

Заключения экспертов обоснованно признаны достоверными доказательствами, у суда не вызывает сомнения, что представленные на исследование объекты, изъяты в ходе оперативно-розыскных мероприятий по настоящему делу.

Сомнений в том, что экспертами исследовалось не то вещество, либо не в том размере, которое изымалось в ходе оперативно-розыскных мероприятий, и по которому назначались экспертизы веществ и предметов, не имеется. Из указанных заключений экспертов следует, что целостность упаковок не нарушена, получено на исследование то вещество, которое было указано в постановлении о назначении экспертизы, а до этого – в протоколах осмотра места происшествия, осмотра транспортных средств и протоколах досмотра, в ходе которых оно и было изъято.

Масса наркотических средств, входящих в состав смеси, изъятых в ходе предварительного следствия, правильно определена экспертами, поскольку в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 2281, 229 и 2291 УК РФ» размер смеси, в состав которых входит хотя бы одно наркотическое средство или психотропное вещество, перечисленное в Списке I, независимо от их содержания в смеси, определяется весом всей смеси.

При таких обстоятельствах отсутствуют основания для назначения экспертизы по определению массы наркотического средства в чистом виде, без учета нейтральных наполнителей.

Доводы ФИО5 о непричастности к преступлениям опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами, он задержан на месте преступления, в его автомобиле обнаружены наркотические средства и предметы, используемые для незаконного оборота наркотиков. Обстоятельства, при которых ФИО5 был задержан, осмотр автомобиля и изъятие обнаруженных веществ и предметов в присутствии понятых, исключают фальсификацию доказательств. Кроме того переписка в изъятом у него телефоне содержала сведения о месте нахождения тайников, именно по информации полученной с их телефонов были установлены места нахождения тайников и произведено изъятие наркотических средств.

Не является основанием к признанию недопустимыми в качестве доказательств протоколов следственных действий с участием ФИО1

Ссылка стороны защиты на протокол об административном правонарушении, как доказательство нахождения его в состоянии наркотического опьянения, судом апелляционной инстанции не принимается, поскольку он привлечен к административной ответственности за отказ выполнить законные требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования. Использование одних и тех же доказательств при административном и уголовном производстве не является нарушением закона, влекущим недопустимость доказательств.

Анализируя изложенные в апелляционных жалобах сведения о несогласии с судебной оценкой доводов о невиновности, недопустимости доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что они соответствуют позиции стороны защиты в судебном заседании, которые, вопреки доводам жалоб, оценены судом наряду с другими доказательствами и мотивированно опровергнуты в приговоре. Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют материалам дела, основаны на законе, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с ними. Нарушений закона при оценке доказательств допущено не было. Принципы уголовного законодательства, в том числе предусмотренные ст. 3-8 УК РФ, соблюдены в полном объеме.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает, что поскольку, в соответствии со ст. 17 УПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности доказательств, произвольная переоценка доказательств одной из сторон, не может являться основанием для отмены или изменения приговора.

Таким образом, все версии осужденных о незаконности проведенных в отношении них оперативно-розыскных мероприятий, о непричастности к совершению преступлений судом первой инстанции проверены, получили надлежащую оценку и обоснованно отвергнуты. Проверив указанные доводы, суд мотивировал в приговоре, почему он с одной стороны принял те или иные доказательства в качестве допустимых и достоверных, признал их в своей совокупности достаточными для разрешения дела, а с другой - критически оценил и отверг показания подсудимых и выдвинутые ими аргументы в свою защиту.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины осужденных доказательств, признанных судом первой инстанции недопустимыми, судом апелляционной инстанции не установлено и не добыто сведений об искусственном создании доказательств по делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов. Явки с повинной, полученные с нарушением закона, вопреки доводам жалоб, не использованы в качестве доказательств, однако это не препятствовало суду признать их в качестве смягчающих обстоятельств.

Оценив собранные доказательства в их совокупности, правильно установив фактические обстоятельства по делу, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 в совершении покушения на незаконный сбыт наркотических средств, организованной группой, с использованием сети «Интернет», в крупном размере, а в отношении ФИО1 по одному из эпизодов также в особо крупном размере, и правильно квалифицировал действия:

ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «а» и «г» ч. 4 ст.2281 УК РФ (за совершение четырех преступлений) и по ч. 3 ст. 30, ч.5 ст.2281 УК РФ;

ФИО5 по ч. 3 ст. 30, п. «а» и «г» ч. 4 ст.2281 УК РФ за два преступления;

ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО7 и ФИО6 по ч. 3 ст. 30, п. «а» и «г» ч. 4 ст.2281 УК РФ.

Доводы, изложенные в жалобах, об отсутствии в действиях осужденных признака «совершение преступления организованной группой», являются несостоятельными. Согласно приведенным в приговоре доказательствам, преступная группа создана и руководилась неустановленным лицом «организатором», дело в отношении которого

выделено в отдельное производство, занималась незаконным сбытом наркотических средств в крупном и особо крупных размерах на территории городов Волгограда, Волгоградской области. Отличительными признаками данной преступной группы явилось наличие у всех осужденных единого преступного умысла и цели - совершения незаконного сбыта наркотических средств, стремление к единому преступному результату, устойчивость существования, четкое функциональное распределение ролей между участниками группы, планирование преступной деятельности на длительный период, постоянство форм и методов сбыта наркотических средств и подготовки этих преступлений.

Тот факт, что осужденные не были знакомы между собой, не может служить основанием для исключения указанного квалифицирующего признака, в связи с тем, что основным условием функционирования данной преступной группы являлась высокая степень конспирации. При этом каждый из ее членов выполнял строго отведенную ему преступную роль, выполнение которой осуществлялось под контролем руководителя - одного и того же лица, зарегистрированного в сети «Интернет» под псевдонимом «Тульский Токарев», и в общем составляло единую цепь преступной деятельности.

Не установление в рамках настоящего уголовного дела организатора, руководителя и других членов организованной группы, на что авторы жалоб обращали внимание, не опровергают вывод об их виновности в совершении инкриминируемых преступлений и не свидетельствует о самостоятельности действий осужденных, а напротив, подтверждает высокую организованность членов преступной группы, продуманную систему конспирации при незаконном распространении наркотических средств.

Обстоятельства совершения преступлений свидетельствуют о том, что каждый из участников преступления не мог не осознавать, что помимо лица, руководившего их действиями, в преступной схеме сбыта наркотиков задействованы лица, которые оставляли наркотические средства в тайниках, которые забирали наркотики из тайников, лицо, координировавшее преступную деятельность, а также о масштабности деятельности преступной группы.

На основе исследованных доказательств, суд указал в приговоре, что каждый из осужденных, состоявших в организованной группе, выполнял отведенную ему роль, которая заключалась в изъятии наркотических средств из тайников, расфасовка и помещение в другие тайники непосредственно для потребителей наркотических средств.

Таким образом, судом были установлены обязанности осужденных в организованной группе. Доказательства этому обстоятельству суд надлежаще изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал, опровергнув доводы осужденных о неосведомленности о действиях других участников организованной группы.

Совершение осужденными преступлений путем использования сети «Интернет» также подтверждается сведениями, полученными в ходе осмотров сотовых телефонов, изъятых у осужденных в ходе их задержания, о переписке в сети «Интернет» в приложении «Телеграмм» участников группы с ее руководителем.

Оснований для переквалификации действий осужденных, исключения из объема обвинения отдельных эпизодов, суд апелляционной инстанции не усматривает, полагая, что предъявленное осужденным обвинение полностью нашло свое подтверждение.

Вопреки доводам осужденного ФИО3, не имеется оснований полагать, что они с ФИО7 добровольно отказались от совершения преступления. Как следует из материалов дела и установлено судом, в переписке с организатором преступной группы они подтвердили свое согласие на распространение наркотического средства в 100 дозах, получили координаты тайника, тем самым приступили к выполнению объективной стороны преступления.

При рассмотрении уголовного дела нарушений принципа состязательности сторон, необоснованных отказов осужденным и их защитникам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, нарушений процессуальных прав участников, которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного приговора, не допущено. В судебном заседании суда первой инстанции исследованы все доказательства, представленные сторонами, разрешены все заявленные ходатайства. Отказ в удовлетворении ходатайств не свидетельствует о нарушении принципа состязательности сторон. Необоснованных отказов осужденным и их защитникам в удовлетворении ходатайств не допущено.

Постановленный судом приговор в целом соответствует требованиям уголовно-процессуального закона к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступления, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ. Формулировок, позволяющих сделать вывод о том, что суд при описании преступных деяний вышел за пределы обвинения, судом не допущено.

Доводы апелляционных жалоб о том, что приговор скопирован с обвинительного заключения, не свидетельствуют о его незаконности, поскольку обстоятельства дела установлены на основании исследованных в суде допустимых и относимых доказательств.

Данные личности осужденного ФИО3, в том числе его имя, в приговоре указаны в соответствии с паспортными данными (т.31 л.д.11).

Вопреки доводам стороны защиты ФИО1, оснований для возврата дела прокурору у суда не имелось. Обвинительное заключение соответствует требованиям ст.220 УПК РФ. Обстоятельства совершения преступлений изложены, обвинение конкретизировано, каждому из соучастников преступной группы инкриминированы только те деяния, к которым они причастны. Изменение квалификации в части вида преступной группы в ходе предварительного следствия произведено без существенного нарушения Уголовно-процессуального закона, не повлекло нарушение прав обвиняемого и не является основанием для возврата уголовного дела прокурору.

Доводы о несправедливости приговора вследствие чрезмерной суровости назначенного осужденным наказания не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

При назначении наказания осужденным суд учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, относящихся к категории особо тяжких, данные о личности осужденных: ФИО1 не судим, удовлетворительно характеризуются; ФИО6 не судима, положительно характеризуется по месту жительства и учебы, ФИО7 положительно характеризуется по месту учебы, удовлетворительно по месту жительства, не судима; ФИО3 не судим, положительно характеризуется по месту жительства и учебы, осуществляет уход за родителями-инвалидами; ФИО4 не судим, положительно характеризуется по месту жительства и прежним местам работы; ФИО2 судим, удовлетворительно характеризуется по месту жительства, положительно по месту учебы; ФИО5 состоял на учете врача нарколога, судим, посредственно характеризуется по месту жительства, отрицательно по месту отбывания наказания, положительно по месту работы.

Судом также учтены смягчающие и отягчающие обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, суд признал явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, а также учел признание вины, раскаяние в содеянном, молодой возраст, совершение преступлений впервые.

Смягчающими наказание ФИО6 обстоятельствами обоснованно признаны: явка с повинной, активной способствование раскрытию и расследованию преступления, а также учтены признание вины и раскаяние в содеянном.

При назначении наказания ФИО7 суд в качестве смягчающих обстоятельств признал: явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления и учел частичное признание вины, раскаяние, совершение преступления впервые, молодой возраст, осуществление ухода за бабушкой.

Обоснованно признаны смягчающими обстоятельствами ФИО3: явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также учтены: признание вины, раскаяние в содеянном, совершение преступления впервые, состояние здоровья, молодой возраст, инвалидность родителей, наличие благодарностей и грамот за участие в молодежном общественно-патриотическом движении «Ахмат» и культурно-массовых мероприятиях.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО4, судом признаны: явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также учтены совершение преступления впервые, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, наличие заболеваний, в том числе психического расстройства, молодой возраст, наличие грамот за участие в спортивных мероприятиях, наличие бабушки-инвалида.

Смягчающими наказание осужденного ФИО2 обстоятельствами судом признаны: наличие на иждивении малолетнего ребенка, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, а также учтены: признание вины, раскаяние в содеянном, наличие на иждивении бабушки, оказание благотворительной помощи детским учреждениям, участие в акциях и соревнованиях, молодой возраст, принесение извинений.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО5, судом признаны: наличие на иждивении двоих малолетних детей, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, а также учтены состояние здоровья, наличие психического расстройства, ряда хронических заболеваний.

Обстоятельством, отягчающим наказание осужденного ФИО5, суд обоснованно признал рецидив преступлений, который является особо опасным.

В отношении остальных осужденных отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

С учетом характера и степени общественной опасности совершенных осужденными преступлений, степени фактического участия каждого из соучастников в преступлениях, данных о личности каждого из них, влияния наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, суд пришел к обоснованному выводу, что достижение целей наказания возможно лишь в условиях изоляции осужденных от общества, в связи с чем, назначил им наказания в виде лишения свободы.

При этом, размер наказания ФИО1, ФИО6, ФИО7, ФИО3, ФИО4, ФИО2 за каждое преступление назначен с учетом требований ст.67, ч.1 ст.62, ч.3 ст.66 УК РФ; ФИО5 с учетом положений ч.2 ст.68, ч.3 ст.66 УК РФ. При этом суд не усмотрел оснований для применения в отношении ФИО5 положений ст.64, ч.3 ст.68 УК РФ, надлежащим образом мотивировав свои выводы. Остальным осужденным наказание за каждое преступление назначено ниже низшего предела, предусмотренного санкцией инкриминируемых статей, в связи с чем применение ст.64 УК РФ не требовалось.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, суд не нашел оснований для изменения категории преступлений, совершенных осужденными, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции считает назначенное наказание осужденным ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 справедливым, соответствующим содеянному и всем обстоятельствам по делу, в связи с чем оснований для смягчения наказания не усматривает.

Вместе с тем, суд находит обоснованными доводы апелляционного представления и, в связи с этим, подлежащим изменению приговор суда в отношении ФИО6 и ФИО7 в части зачета в срок лишения свободы времени содержания их под стражей.

Как следует из приговора, суд, в нарушение положений ч.32 ст.72 УК РФ, согласно которым в отношении осужденных за преступления, предусмотренные ст.2281 УК РФ, время содержание под стражей, независимо от режима отбывания наказания, засчитывается один день содержания под стражей за один день лишения свободы, зачел ФИО7 и ФИО6 периоды содержания под стражей в льготном исчисление: один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Неправильное применение уголовного закона влечет изменение приговора в отношении ФИО7 и ФИО6, а периоды содержания их под стражей зачету в срок лишения свободы в соответствии с ч.32 ст.72 УК РФ, из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Вопреки доводам, содержащимся в жалобах ФИО5, судьба вещественных доказательств, в том числе, сотовых телефонов, являющихся орудием преступления, на которых содержалась информация о деятельности преступной группы, судом определена верно. Суд постановил хранить вещественные доказательства до рассмотрения других уголовных дел, выделенных в отдельное производство.

Соглашаясь с принятым решением, суд апелляционной инстанции не находит оснований для принятия иного решения в отношении вещественных доказательств, возврата сотовых телефонов осужденным, либо их родственникам.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 38913, 38918, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Дзержинского районного суда г. Волгограда от 29 марта 2023 года в отношении ФИО6 <.......> и ФИО7 <.......> изменить:

исключить из резолютивной части приговора указание о зачете ФИО6 и ФИО7 в срок лишения свободы периодов содержания под стражей в льготном исчисление.

В соответствии с ч. 32 ст. 72 УК РФ зачесть в срок лишения свободы:

время содержания под стражей ФИО6 <.......> с 14 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима;

время содержания под стражей ФИО7 <.......> с 27 июня 2019 года до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном этот же приговор в отношении ФИО6, ФИО7, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5 оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных и защитников (основные и дополнительные) – без удовлетворения, апелляционное представление удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном статьями 4017 и 4018 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения. В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 40110–40112 УПК РФ.

Осужденные, содержащиеся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи:

справка: осужденные ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО5, ФИО7 содержатся в ФКУ СИЗО-1 ФИО6- в ФКУ СИЗО-3 УФСИН России по Волгоградской области.