Решение по делу № 2-178/2026 от 30.01.2026 - о взыскании денежных средств по договорам о создании программного обеспечения, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования, <ФИО>.

2-178/2026

УИД: 61RS0022-01-2025-005522-95

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

«19» января 2026 г. г. Таганрог

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Колесниковой Р.А.,

при секретаре судебного заседания Козодёровой Г.А.,

с участием: представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности № от <дата>,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о взыскании денежных средств по договорам о создании программного обеспечения, третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования, ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО2, указав следующее. <дата> между ФИО3 и ФИО2 был заключен Договор № на реализацию «FrontEnd модуля ЭДО». В рамках данного договора ответчик должен был разработать программный код и алгоритмы, создать и имплементировать программные компоненты, соответствующие техническому заданию (Приложение № к договору), вместе с передачей исключительных прав на программу. В п. 1.5 Договора установлен конечный срок выполнения работ – <дата>. также были утверждены этапы реализации программы, в котором были указаны отдельные этапы выполнения работ и их стоимость и сроки. Согласно п. 1.2 Договора результаты работы предоставляются заказчику в собственность в виде готового программного обеспечения и программного кода в формате цифровой копии в электронном виде. Исполнитель обязуется передать заказчику в полном объеме исключительные права на использование, улучшение и/или изменения «Программы» в соответствии с условиями Договора бессрочно (п. 1.3 Договора). В соответствии с п. 4.1 Договора по окончании создания Программы исполнитель направляет заказчику: результат создания программы и акт приема – передачи. Истцом была произведена оплата по Договору №, однако актом было закрыто лишь исполнение одного этапа. При выполнении договора ответчиком были привлечены внешние разработчики (субподрядчики). В мае 2025 года в переписке Телеграмм ответчик признал, что привлеченный разработчик не справляется. Согласно п. 10.1 Договора заказчик вправе отказаться от исполнения Договора в случае неисполнения исполнителем своих обязательств. В таком случае договор считается расторгнутым по истечение 3-х дней с момента получения исполнителем уведомления заказчика об отказе от исполнения договора. <дата> истец направил претензию в адрес ответчика с отказом от договора и требованием о возврате перечисленных денежных средств вместе с оплатой пени за нарушение срока. Денежные средства в адрес истца не поступали.

<дата> между ФИО3 и ФИО2 был заключен Договор № на доработку «FrontEnd части системы Drag-n-Drop блоков». В рамках данного договора ответчик должен был разработать программный код и алгоритмы, создать и имплементировать программные компоненты (Программа), соответствующие техническому заданию (Приложение № к договору), вместе с передачей исключительных прав на программу. В п. 1.5 Договора установлен конечный срок выполнения работ – <дата>. Также были утверждены описание этапов реализации программы, в котором были указаны отдельные этапы выполнения работ и их стоимость и сроки. Согласно п. 1.2 Договора результаты работы предоставляются заказчику в собственность в виде готового программного обеспечения и программного кода в формате цифровой копии в электронном виде. Исполнитель обязуется передать заказчику в полном объеме исключительные права на использование, улучшение и/или изменения «Программы» в соответствии с условиями Договора бессрочно (п. 1.3 Договора). В соответствии с п. 4.1 Договора по окончании создания Программы исполнитель направляет заказчику: результат создания программы и акт приема – передачи. Истцом была произведена оплата по Договору №, однако исполнение не осуществлено ни по одному из этапов. При выполнении договора ответчиком были привлечены внешние разработчики (субподрядчики). В мае 2025 года в переписке Телеграмм ответчик признал, что привлеченный разработчик не справляется. Согласно п. 10.1 Договора заказчик вправе отказаться от исполнения Договора в случае неисполнения исполнителем своих обязательств. В таком случае договор считается расторгнутым по истечение 3-х дней с момента получения исполнителем уведомления заказчика об отказе от исполнения договора. <дата> истец направил претензию в адрес ответчика с отказом от договора и требованием о возврате перечисленных денежных средств вместе с оплатой пени за нарушение срока. Денежные средства в адрес истца не поступали.

В связи с тем, что в рамках спорных договоров предусмотрено условие о возможности привлечения третьих лиц для исполнения обязательств исполнителя, соответственно данные договоры не могут быть квалифицированы в качестве договоров авторского заказа. Истец считает, что сложившиеся отношения необходимо квалифицировать как подряд.

В рамках Договора № со стороны ответчика сдан спринт № стоимостью 51 000 руб., о чем сторонами составлен акт от <дата>. Остальные спринты (№ и №) не выполнялись и не сдавались в виде готового результата работ, хотя за них было оплачено 197 200 руб. (по спринту № – 51 000 руб., по спринту № – 146 200 руб.) При этом работы, выполненные по спринту № не имеют для истца потребительской ценности, в связи с тем, что ответчик не обеспечил переход исключительных прав на результат работ в адрес истца в нарушение п.п. 3.2 и 7.1 договоров, поскольку ответчиком заключались договоры с субподрядчиками, документация с которым надлежащим образом не оформлялась, что препятствует переходу исключительных прав к истцу.

В части Договора № со стороны ответчика не выполнены и не сданы никакие работы, в связи с чем полученная по договору оплата не может быть удержана ответчиком, а именно за работы было оплачено 161 500 руб. (по спринту № – 93 500 руб., по спринту № – 34 000 руб., по спринту № – 34 000 руб.)

Таким образом в связи с расторжением Договоров № и № с <дата> ответчик обязан возвратить неотработанные денежные средства в размере 248 200 руб. и 161 500 руб.

В связи с тем, что ответчик нарушил окончательные сроки выполнения работ по обоим договорам и также промежуточные сроки (п. 6.4, п. 1.5, раздел 3 Договоров) заказчик вправе требовать от автора оплаты неустойки в размере 0,2% от стоимости неисполненного обязательства за каждый календарный день просрочки, начиная с первого дня нарушения сроков.

С учетом указанного по Договору № до даты расторжения договора <дата> была начислена пеня 57 732 руб.: по спринту № – 21 114 руб., по спринту № – 20 400 руб., по спринту № – 16 218 руб. По Договору № до даты расторжения договора <дата> была начислена пеня 82 922,60 руб.: по спринту № – 20 175,60 руб., по спринту № – 18 421,20 руб., по спринту № – 16 592 руб., по спринту № – 15 249 руб., по спринту № – 12 484,80 руб.

Также должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. В данном случае нарушение сроков выполнения обязательств ответчиком повлекло убытки, в виде упущенной выгоды. <дата> между ФИО3 и ООО «Мобильная Медицина» был заключен предварительный договор №, согласно которого на стороны возлагается обязанность заключить основной договор на внедрение системы визуальной автоматизации бизнес-процессов и электронного документооборота на сервер заказчика до <дата>. в п. 1.2 Договора установлена цена – 750 000 руб. <дата> заказчик обратился к поставщику с просьбой о заключении основного договора, однако <дата> поставщик уведомил заказчика о невозможности подписания основного договора в связи с технической неготовностью платформы из-за проблем на стороне привлеченного исполнителя. Данное обстоятельство явилось причиной для одностороннего расторжения ООО «Мобильная Медицина» предварительного договора №.

Также текущая цена за выполнение работ исполнителя была определена заказчиком на основании коммерческого предложения, предоставленного ООО «Редлайт Групп». Ее размер составляет 1 162 500 руб. Таким образом заказчик требует с исполнителя возмещение убытков в виде разницы между ценой расторгнутого Договора № в размере 163 000 руб. и текущей ценой на сопоставимые работы в размере 1 162 500 руб. в размере 999 500 руб.

Поскольку после расторжения договоров с <дата> исполнитель обязан был вернуть неотработанные денежные средства, что он не выполнил, то он обязан к уплате процентов по ст. 395 ГК РФ с даты расторжения договоров до даты фактического возврата денежных средств. Сумма процентов за период с <дата> по <дата> составляет 11 784,40 руб. по Договору №, по Договору № - 7 667,93 руб.

Истец просит суд, с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, взыскать с ФИО2 в свою пользу: неотработанные денежные средства по договорам № от <дата> и № от <дата> в размере 409 700 руб., пени за нарушение сроков выполнения работ в размере 140 654,6 руб., упущенную выгоду по Договору № и № в размере 750 000 руб., убытки в связи с удорожанием работ по расторгнутому Договору № от <дата> в размере 1 118 033,33 руб., убытки в связи с удорожанием работ по расторгнутому Договору № от <дата> в размере 2 074 200 руб., проценты в порядке ст. 395 ГК РФ в размере 19 452,33 руб. за период с <дата> по <дата>, проценты за период с <дата> по дату фактического погашения задолженности в размере 409 700 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 16 400 руб.

Протокольным определением суда от 19.11.2025 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, привлечен ФИО4

В судебное заседание истец ФИО3 не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом.

Представитель истца ФИО1, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме, при этом пояснил, что результат работы ответчика невозможно использовать, так как не переданы исключительные права на весь продукт, а также, согласно акта технической экспертизы от <дата> работы исполнителя являются неприемлемыми и не соответствующие предмету договора (создание работоспособного РО по ТЗ). Также доработать ПО эффективно невозможно, необходимо все выполнить с самого начала.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал, пояснил, что работы по Договору № выполнены, также объем работ по спринтам 1-2 принят истцом. Работы по спринту № по Договору № фактически выполнены ответчиком, сданы и приняты истцом. Полученные и оплаченные истцом результаты подлежат зачеты при расчетах. В ходе исполнения Договора № истец неоднократно расширял ТЗ и ставил новые задачи. Задержки вызваны исключительно действиями самого истца, а именно непредоставление работающего бэкенда и необходимых материалов, что подтверждается перепиской в рабочем чате. При этом ответчик не отрицал, что при имеющихся технических недостатках работы по выполнению договоров им не приостанавливались. Также ответчик подтвердил, что по спринту № по Договору № у истца имеются договор и акт передачи прав от разработчика; по остальным спринтам фактическое создание и передача исходников подтверждаются перепиской, платежными документами и логами выгрузок и репозиторий, на сервер истца, все разработчики подписали соглашение о неразглашении конфиденциальной информации. Ответчик контролирует исходные коды и при необходимости обеспечит чистоту прав, что исключает какие-либо препятствия к использованию результата истцом. Расторжение договора не отменяет исполненное. Истец не доказал факт реального и обеспеченного дохода, ни причинную связь между действиями ответчика и заявленными потерями. Отсутствует расчет чистой выгоды, не подтверждена замещающая сделка или сопоставимость условий. При отсутствии замещающей сделки и корректно определённой текущей цены заявленные 3 192 233,33 руб. подлежат отклонению. Просроченного денежного обязательства у ответчика не возникло, сроки исполнения по договорам были пролонгированы на период препятствий. С разработчиками ФИО7 и ФИО6 имеются подписанные договоры о выполнении работ, акты о передаче прав от <дата> и от <дата>. При этом не отрицал, что данного договора и акта не имеется с третьим разработчиком - ФИО5 Также не отрицал, что данные договоры были подписана уже после окончания срока действия Договоров и их расторжения.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, о слушании дела извещен надлежащим образом.

Дело рассмотрено в порядке ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Судом установлено, что <дата> между ФИО3 и ФИО2 был заключен Договор № на реализацию «FrontEnd модуля ЭДО». В рамках данного соглашения ответчик был обязан разработать программный код и алгоритмы, создать и имплементировать программные компоненты (Программа), соответствующие Техническому Заданию (Приложение № к договору), вместе с передачей исключительных прав на Программу.

При выполнении договоров ответчиком были привлечены внешние разработчики (субподрядчики).

В п. 1.5 Договора № был установлен конечный срок выполнения работ – <дата> Также вместе с заключением Договора № стороны утвердили описание этапов реализации Программы, в котором были указаны отдельные этапы выполнения работ, их стоимость и сроки:

Спринт № – срок до <дата>, стоимость 51000 руб. предоплата 25 000 руб. и постоплата 26 000 руб.

Спринт № – срок до <дата>, стоимость 51000 руб. предоплата 25 000 руб. и постоплата 26 000 руб.

Спринт № – срок до <дата>, стоимость 51000 руб. предоплата 25 000 руб. и постоплата 26 000 руб. При этом за Спринт № произведены оплаты в размере 87 200 руб. за доработки по спринту, и в размере 85 000 руб.

Согласно п. 1.2 Договора № результаты работы предоставляются Заказчику в собственность в виде готового программного обеспечения и программного кода, в формате цифровой копии в электронном виде. Исполнитель обязуется передать Заказчику в полном объеме исключительные права на использование, улучшения и/или изменения «Программы» в соответствии с условиями Договора бессрочно (п. 1.3 Договора). В соответствии с п. 4.1. Договора по окончании создания Программы Исполнитель направляет Заказчику: результат создания «Программы» и Акт приема-передачи.

Истцом была произведена оплата по Договору №, что подтверждается квитанциями об оплате. (т. 1 л.д. 47-51).

Акт выполненных работ, предоставленный ответчиком не принят, так как основная обязанность по передаче исключительных прав не исполнена.

В установленный договором срок ответчик свои обязательства не исполнил.

Согласно п. 10.1 Договора Заказчик вправе отказаться от исполнения Договора в случае неисполнения Исполнителем своих обязательств. Договор в таком случае считается расторгнутым по истечении 3-х дней с момента получения Исполнителем уведомления Заказчика об отказе от исполнения договора.

<дата> Истец направил в адрес Ответчика претензию, содержащую в себе односторонний отказ от договора и требование о возврате перечисленных денежных средств вместе с оплатой пени за нарушение срока. Претензия была получена ответчиком, однако оставлена без удовлетворения (т. 1 л.д. 56-57).

<дата> между Истцом и Ответчиком был заключен еще один Договор № на доработку «FrontEnd части системы Drag-n-Drop блоков». В рамках данного соглашения ответчик был обязан разработать программный код и алгоритмы, создать и имплементировать программные компоненты (Программа), соответствующие Техническому Заданию (Приложение № к договору), вместе с передачей исключительных прав на Программу.

При выполнении договоров ответчиком были привлечены внешние разработчики (субподрядчики).

В п. 1.5 Договора № был установлен конечный срок выполнения работ – <дата> Также вместе с заключением Договора № стороны утвердили описание этапов реализации Программы, в котором были указаны отдельные этапы выполнения работ, их стоимость и сроки:

Спринт № – срок до <дата>, 73 100 руб. (первая часть 36 000 руб. и вторая часть 37 100 руб.)

Спринт № – срок до <дата>, 71 400 руб. (первая часть 34 000 руб. и вторая часть 37 400 руб.)

Спринт № – срок до <дата>, 68 000руб. (первая часть 34 000 руб. и вторая часть 34 000 руб.)

Спринт № – срок до <дата>, 66 300 руб. (первая часть 34 000 руб. и вторая часть 32 300 руб.)

Спринт № – срок до <дата>, 57 800 руб. (первая часть 34 000 руб. и вторая часть 23 800 руб.)

По Договору были произведены оплаты в размере 36 000 руб., и 125 500 руб.

Согласно п. 1.2 Договора № результаты работы предоставляются Заказчику в собственность в виде готового программного обеспечения и программного кода, в формате цифровой копии в электронном виде. Исполнитель обязуется передать Заказчику в полном объеме исключительные права на использование, улучшения и/или изменения «Программы» в соответствии с условиями Договора бессрочно (п. 1.3 Договора). В соответствии с п. 4.1. Договора по окончании создания Программы Исполнитель направляет Заказчику: результат создания «Программы» и Акт приема-передачи.

Истцом была произведена оплата по Договору №, что подтверждается квитанциями (т. 1 л.д. 52, 53)

Однако исполнение не осуществлено ни по одному этапу.

В установленный договором срок ответчик свои обязательства не исполнил.

Согласно п. 10.1 Договора Заказчик вправе отказаться от исполнения Договора в случае неисполнения Исполнителем своих обязательств. Договор в таком случае считается расторгнутым по истечении 3-х дней с момента получения Исполнителем уведомления Заказчика об отказе от исполнения договора.

<дата> Истец направил в адрес Ответчика претензию, содержащую в себе односторонний отказ от договора и требование о возврате перечисленных денежных средств вместе с оплатой пени за нарушение срока. Претензия была получена ответчиком, однако оставлена без удовлетворения.

Также, 04.08.2025г. по электронной почте и <дата> почтовой связью Истцом была направлена повторная претензия об уплате задолженности по Договору № и Договору №. Однако, заявленные в ней требования не были исполнены ответчиком.

Неисполнение ответчиком обязанностей по исполнению Договора № и Договора №, а также невыполнение им требований истца о возврате перечисленных денежных средств послужило основанием для обращения истца в суд.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1288 ГК РФ по договору авторского заказа одна сторона (автор) обязуется по заказу другой стороны (заказчика) создать обусловленное договором произведение науки, литературы или искусства на материальном носителе или в иной форме. Материальный носитель произведения передается заказчику в собственность, если соглашением сторон не предусмотрена его передача заказчику во временное пользование.

Произведение, создание которого предусмотрено договором авторского заказа, должно быть передано заказчику в срок, установленный договором. Договор, который не предусматривает и не позволяет определить срок его исполнения, не считается заключенным (пункт 1 статьи 1289 ГК РФ).

Таким образом, предмет договора авторского заказа должен предусматривать создание непосредственно автором конкретного произведения и передачу его заказчику в установленный таким договором срок.

Как указывает Верховный Суд РФ при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п. (п. 47 постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений.

Соответственно, если в договоре, поименованном в качестве договора авторского заказа, установлена возможность привлечения к исполнению договора третьих лиц, то данный договор в действительности нельзя квалифицировать как авторский заказ, поскольку исполнение договора лично автором является квалифицирующим признаком данного договорного типа.

В указанном случае, ответчик ФИО2 пояснил суду, что им для работы были привлечены три разработчика, ФИО6, ФИО7 и ФИО4, которые занимались разработкой программного кода и алгоритмов, а сам ответчик выполнял лишь небольшую часть работ, а в основном был связующим звеном между разработчиками. Данный факт ответчиком не оспаривается.

В рамках спорных договоров предусмотрено условие о возможности привлечения третьих лиц для исполнения обязательств Исполнителя (п. 3.2). Соответственно заключенные сторонами договоры не могут быть квалифицированы в качестве договоров авторского заказа.

Анализ условий имеющихся в материалах дела договоров не позволяет прийти к выводам о том, что между сторонами заключен договор авторского заказа, суд полагает, что сложившиеся отношения следует квалифицировать как «подряд».

В соответствии с п. 1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. В ст. 1296 и 1297 ГК РФ прямо указана возможность существования договора подряда как основания для разработки компьютерной программы.

Согласно пункту 1 статьи 1296 ГК РФ, исключительное право на программу для ЭВМ, базу данных или иное произведение, созданные по договору, предметом которого было создание такого произведения (по заказу), принадлежит заказчику, если договором между подрядчиком (исполнителем) и заказчиком не предусмотрено иное.

Правила статьи 1296 ГК РФ не распространяются на договоры, в которых подрядчиком (исполнителем) является сам автор произведения (статья 1288) (пункт 5).

В пункте 107 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2019 г. N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в тех случаях, когда произведение создается по заказу, отношения сторон договора, в котором стороной является автор, регулируются статьей 1288 ГК РФ (договор авторского заказа). Положения статьи 1296 ГК РФ применяются только к случаям, когда подрядчиком (исполнителем) договора заказа на создание произведения выступает лицо, которое само не является автором заказанного произведения.

Предусмотренные частью четвертой ГК РФ различия в регулировании названных договоров требует для их квалификации и определения соответствующих обязанностей и прав сторон по расторжению договоров установления, является ли стороной рассматриваемого договора автор, в связи с чем на него распространяются специальные правила статей 1288, 1289, 1290 ГК РФ, или нет, в связи с чем правоотношения сторон подчинены статье 1296 ГК РФ. Вместе с тем условия о предмете и сроке таких договоров в силу статей 1288, 1296, 432 ГК РФ являются существенными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 ГК РФ предоставленное указанным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310 ГК РФ) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

Поскольку условия договора заказа предусматривают обязательства по созданию произведения, то на них распространяются общие правила статей 708, 405 ГК РФ постольку, поскольку иное не предусмотрено специальными нормами главы четвертой ГК РФ и не противоречит существу обязательства.

В соответствии со статьей 708 ГК РФ, в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки) (пункт 1).

Указанные в пункте 2 статьи 405 настоящего Кодекса последствия просрочки исполнения наступают при нарушении конечного срока выполнения работы, а также иных установленных договором подряда сроков (пункт 3).

Пунктом 2 статьи 405 ГК РФ закреплено, что, если вследствие просрочки должника исполнение утратило интерес для кредитора, он может отказаться от принятия исполнения и требовать возмещения убытков.

Особенности, установленные нормой пункта 3 статьи 708 ГК РФ, заключаются в признании того, что заказчик может утратить интерес к исполнению при нарушении подрядчиком не только конечного, но и начального и промежуточных сроков. Подрядчик отвечает перед заказчиком за нарушение начального и конечного, а в соответствующих случаях - и промежуточного сроков (абзац 2 пункта 1 статьи 708 ГК РФ), возмещая ему причиненные убытки (статьи 15, 393 ГК РФ).

В соответствии со статьей 715 ГК РФ, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным, заказчик вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков (пункт 2).

Последствия прекращения договора по основанию пункта 2 статьи 715 ГК РФ урегулированы статьей 728 ГК РФ: подрядчик также обязан возвратить заказчику ранее предоставленные материалы, а если это оказалось невозможным, - возместить их стоимость.

В то же время прекращение договора подряда не должно приводить и к неосновательному обогащению заказчика - к освобождению его от обязанности по оплате выполненных до прекращения договора работ, принятых заказчиком и представляющих для него потребительскую ценность (статья 1102 ГК РФ).

Таким образом, прекращение договора подряда порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по этому договору и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой (пункт 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 4 июля 2018 г.).

Из встречного характера обязательств и положений пунктов 1 и 2 статьи 328 ГК РФ следует, что в случае ненадлежащего исполнения принятого подрядчиком основного обязательства им не может быть получена та сумма, на которую он мог рассчитывать, если бы исполнил это обязательство должным образом (в том числе с соблюдением установленных сроков).

Указанные нормы права в зависимости от оснований отказа заказчика от исполнения договора предусматривают различные правовые последствия в виде взаимных представлений сторон по прекращаемому договору, а также объем завершающих обязательств заказчика и исполнителя (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2023), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2023 г.).

Если заказчик отказался от договора в связи с существенным нарушением подрядчиком договора, суд не вправе без согласия заказчика переквалифицировать данный отказ в немотивированный отказ от договора, предусмотренный статьей 717 ГК РФ.

В силу статьи 729 ГК РФ в случае прекращения договора подряда по основаниям, предусмотренным законом или договором, до приемки заказчиком результата работы, выполненной подрядчиком (пункт 1 статьи 720), заказчик вправе требовать передачи ему результата незавершенной работы с компенсацией подрядчику произведенных затрат.

По смыслу данной нормы в случае прекращения договора подряда до приемки у заказчика возникает право требовать передачи ему результата незавершенной работы с компенсацией подрядчику произведенных затрат. При этом заказчик обязан возместить подрядчику издержки на выполненную часть работ (относятся к их результату), но не оплатить ее договорную цену.

В соответствии со ст. 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении:

- непригодности или недоброкачественности предоставленных заказчиком материала, оборудования, технической документации или переданной для переработки (обработки) вещи;

- возможных неблагоприятных для заказчика последствий выполнения его указаний о способе исполнения работы;

- иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В указанном случае суд критически относится к доводам ответчика о том, что истец затягивал выполнение работ, не предоставлял исходные данные, бэкенд, а также иными способами препятствовал выполнению задач ответчиком, так как в материалах гражданского дела доказательств недобросовестного поведения истца не имеется, также как и не имеется доказательств того, что ответчик сообщал истцу об обстоятельствах, препятствующих его работе, предусмотренными законом и договором способами.

Суд отклоняет доводы ответчика о том, что между сторонами были подписаны акты приема работ, а значит работы по спринту 1 и 2 по договору № были выполнены.

В соответствии с п. 3.4. ответчик отчуждает «Заказчику» все исключительные права на улучшения и/или изменения Программы в полном объеме для использования их любым способом и в любой форме, включая перечисленные в ст. 1270 ГК РФ.

Ответчиком для работы были привлечены третьи лица ФИО6 и ФИО7, причем договоры с этими разработчиками были подписаны ФИО2 в <дата>, как указал ответчик в судебном заседании, уже после того, как он получил претензионное требование от истца. (т. 1 л.д. 207-211, т. 2 л.д. 19-40)

Следовательно, на момент подписания актов № и № по Договору № условие о передаче исключительных прав на программу в полном объеме не могло быть выполнено, так как исключительные права вышеуказанные разработчики ФИО2 не передали и в ходу судебного разбирательства было установлено, что только 2 из 3-х разработчиков такие права ФИО2 передали, что говорит о том, что ответчиком изначально не могло быть исполнено обязательное требование договора о передаче исключительных прав на Программу.

Как установлено судом третий разработчик ФИО4 исключительные права на программу ФИО2 не передал. Данный факт не отрицался ФИО2

Для приобретения ответчиком исключительных прав на программный код, ответчик обязан был заключить с авторами договоры об отчуждении исключительных прав и/или трудовые договоры с выдачей соответствующих служебных заданий работникам. В отсутствие указанных документов исключительные права на программный код ответчику не принадлежат, и ответчик не сможет их передать истцу, что делает невозможным использование последним результата работ.

Таким образом, ответчик не обеспечил переход исключительных прав на результат работ в адрес истца в нарушение положений п. 3.2 и 7.1 договоров, поскольку ответчиком заключались договоры с субподрядчиками, с которыми документация надлежащим образом не оформлялась, что препятствует переходу исключительных прав к истцу.

Истцом предоставлено в суд заключение специалиста ООО «ЛДС» ФИО8 от <дата>, согласно выводам которого предоставленное ПО не соответствует ТЗ, макетам и бизнес-требованиям по ключевому критерию – выполнению заявленных бизнес-функций. Реализована малая часть визуальной оболочки (65-70%), без полноценной бизнес-логики, интеграции с реальными данными и енд-ту-енд сценариев. Фактическая реализованная часть проекта по сравнению с требуемым объемом оценивается менее, чем в 15% с точки зрения готового продукта: функциональная готовность 10-15%, визуальная готовность 65-70%, бизнес-готовность – 0%. Основная причина – крайне заниженная и технически нереалистичная изначальная оценка в 150 часов, сформированная без учета: сложности самописного флоучарт – движка, необходимости рефакторинга архитектуры, полного цикла бэкенд – интеграции. Код содержит критический долг: самописный нестабильный движок, отсутствие тестов, несоответствие АПИ, 144 консол.лог в продактион. Невозможно дорабатывать – любое изменение ведет к регрессиям. Требуется полная переработка архитектуры с нуля. Оценка 150 часов дана без профессионального анализа рисков и объема работ. Исполнитель ввел заказчика в заблуждение через сдачу визуальных демо с мок-данными вместо рабочих функций, отсутствие предупреждений о сложности самописного движка, непредложение пересмотра оценки при выявлении реальных трудозатрат. Реалистичная оценка работоспособного ПО: 1200-1500+часов.

Рекомендации эксперта: признать работы исполнителя неприемлемыми и не соответствующими предмету договора (создание работоспособного ПО по ТЗ), рассмотреть расторжение договора по причине неисполнения обязательств исполнителя, отказать в приемке работ по акту сдачи-приемки в связи с несоответствием результата условиям договора и наличием неустранимых недостатков.

От сторон ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлено. В материалы дела не представлены доказательства, опровергающие выводы эксперта.

На основании вышеизложенного суд считает, что заключение от <дата>, выполненное экспертом ФИО8, в совокупности с материалами дела, в соответствии с частью 1 статьи 71 ГПК РФ является допустимым доказательством при рассмотрении настоящего дела.

Оценив заключение эксперта, суд принимает его в качестве надлежащего доказательства оценки степени завершенности программного обеспечения, разработанного ФИО2, соответствия условиям Договора и Технического задания, а также возможности его использования заказчиком в заявленных бизнес-процессах, поскольку заключение соответствует требованиям ГПК РФ, содержит подробное описание проведенных исследований, сделанные выводы являются мотивированными, ясными, полными, не содержат противоречий.

Судом установлено, что в результате реализации проекта заказчик должен был получить готовый к эксплуатации программный продукт (полноценный рабочий модуль EDM), который можно использовать в реальных бизнес-процессах без необходимости глубокой технической доработки. Фактически же выявлено, что данный продукт не реализован в объеме, необходимом для использования в реальной работе, как по Договору №, так и по Договору №.

Суд, оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, установив, что программное обеспечение не является самостоятельным и полноценным работоспособным продуктом, приходит к выводу об удовлетворении исковых требований в данной части и взыскивает с ФИО2 в пользу ФИО3 409 700 руб. - неотработанные денежные средства в связи с расторжением договоров – 1) 248 200 руб. по Договору № от <дата> и 2) 161 500 руб. по Договору № от <дата>.

Как было установлено судом выше, ответчик нарушил окончательные сроки выполнения работ по Договорам № и №, а также промежуточные сроки, установленные для каждого спринта в рамках этих договоров.

Согласно п. 6.4 Договоров за нарушение Исполнителем сроков исполнения отдельных этапов разработки Программы, окончательного срока разработки Программы, а также иных сроков выполнения обязательств, предусмотренных Договорами (п. 1.5, раздел 3 Договоров) Заказчик вправе требовать от Автора оплаты неустойки в размере 0,2% от стоимости неисполненного обязательства за каждый календарный день просрочки, начиная с первого дня нарушения сроков.

С учетом указанного истцом, по Договору № до даты расторжения договора (28.05.2025г.) была начислена пеня 57 732 руб.: по спринту № – 21 114 руб., по спринту № – 20 400 руб., по спринту № – 16 218 руб., а всего – 57 732 руб., согласно расчету:

Спринт № - 51 000,00 * 207 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 21 114 руб.

Спринт № - 51 000,00 * 200 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 20 400 руб.

Спринт № - 51 000,00 * 159 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 16 218 руб.

С учетом указанного истцом, по Договору № до даты расторжения договора (<дата>) была начислена пеня 82 922,60 руб.: по спринту № – 20 175,60 руб., по спринту № – 18 421,20 руб., по спринту № – 16 592 руб., № – 15 249 руб., № – 12 484,80 руб., а всего - 82 922,60 руб., согласно расчету:

Спринт № – 73 100,00 * 138 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 20 175 руб.

Спринт № – 71 400,00 * 129 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 18 421,20 руб.

Спринт № - 68 000,00 * 122 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 16 592,00 руб.

Спринт № – 66 300,00 * 115 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 15 249,00 руб.

Спринт № – 57 800,00 * 108 (<дата> по <дата>) * 0.2% = 12 484,80 руб.

Суд находит заявленные требования в данной части обоснованными и взыскивает с ответчика в пользу истца 140 654, 6 руб. - пени за нарушение сроков выполнения работ – 1) 57 732 руб. по Договору № от <дата> и 2) 82 922,60 руб. по Договору № от <дата>.

Истцом заявлены требования о взыскании процентов в соответствии со ст. 395 ГК РФ за нарушение срока возврат неотработанных денежных средств (409 700 руб.) в размере 19 452,33 руб. за период с <дата> по <дата>.

Истцом также заявлены требования о взыскании процентов за пользование займом с ответчика за период с <дата> по день фактического исполнения обязательств.

В силу ст. 395 ГК РФ, за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Как следует из п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

<дата> Истец направил в адрес Ответчика претензию, содержащую в себе односторонний отказ от договора и требование о возврате перечисленных денежных средств вместе с оплатой пени за нарушение срока. В эту же дату претензия была направлена по согласованному адресу электронной почты Ответчика – <данные изъяты>. Позже, <дата> претензия была продублирована почтовой связью. Претензия фактически была получена ответчиком, о чем свидетельствует его ответ на претензию от <дата>.

Так суд полагает взыскать с ответчика в пользу истца - 19 452,33 руб. проценты по ст. 395 ГК РФ за нарушение срока возврата 409 700 руб. неотработанных денежных средств в связи с расторжением договоров за период с <дата> по <дата>-1) 11 784,40 руб. по Договору № от <дата> и 2) 7 667,93 руб. по Договору № от <дата>.

Расчеты, предоставленные истцом, не опровергнуты ответчиком, и приняты судом как правильные.

Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства. При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.

Относительно заявленных истцом требований о взыскании упущенной выгоды в размере 750 000 руб. и убытков в связи с удорожанием работ по договору № и № в размере 3 192 233 суд приходит к следующему.

Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (п. 1 и 2 ст. 393 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, данным в п. 12 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств", если кредитор заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, он вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой, на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки (пункт 1 ст. 393.1 ГК РФ). Кредитором могут быть заключены несколько сделок, которые замещают расторгнутый договор, либо приобретены аналогичные товары или из заменителей в той же или в иной местности и т.п.

В силу положений пункта 1 статьи 15, пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу статей 15, 393 Гражданского кодекса, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

В пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского Кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно п. 3 указанного Постановления при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений для взыскания упущенной выгоды судам следует установить реальную возможность получения упущенной выгоды и ее размер, а также установить были ли истцом предприняты все необходимые меры для получения выгоды и сделаны необходимые для этой цели приготовления, т.е. лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Таким образом, лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным ответчиком нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

При разрешении требований истца о взыскании стоимости неисполненного замещающего договора № в размере 1 118 033 руб., и договора № в размере 2 074 200 руб. судом были изучены, представленные истцом коммерческие предложения, по результату которого судом установлено, что между истцом и организациями, поименованными в коммерческих предложениях, никаких замещающих сделки не заключено, а коммерческое предложение, представленное истцом в материалы дела, не отвечает требованиям к заключению сделки.

Также как истцом не представлены доказательства наличия причинно-следственной связи, что именно по причине неисполнения ответчиком своих обязательств, был расторгнут договор истца с ООО «Мобильная Медицина».

При установленных обстоятельствах, в удовлетворении данных требований истца должно быть отказано.

Истцом оплачена пошлина в размере 38 193 руб. В соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд возмещает расходы истцу в размере 16 400 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО2 о взыскании денежных средств по договорам о создании программного обеспечения – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3: 409 700 руб. - неотработанные денежные средства по договорам № от <дата> и № от <дата>; 140 654,6 руб. - пени за нарушение сроков выполнения работ; 19 452,33 руб. проценты в порядке ст. 395 ГК РФ в размере за период с <дата> по <дата>; проценты за период с <дата> по дату фактического погашения задолженности (409 700 руб.), расходы по оплате госпошлины в размере 16 400 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд.

Председательствующий: подпись Колесникова Р.А.

Решение в окончательной форме принято 30 января 2026 года.