УИД: №

Дело №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

ДД.ММ.ГГГГ <адрес>

Балашихинский городской суд <адрес> в составе судьи Строчило С.В., при секретаре судебного заседания ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «ЗАЯ» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, процентов, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ООО «ЗАЯ» обратилось в суд с исковым заявлением к ФИО1, в котором просит взыскать с ответчика неосновательно полученные денежные средства в размере 307 297 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 77 795 руб. 42 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму 307 297 руб., исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с ДД.ММ.ГГГГ по дату фактического возврата указанной суммы, расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 051 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ на основании проведенной проверки по заявлению ФИО8 по факту мошенничества (КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ) возбуждено уголовное дело № по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Следователем СО ОМВД России по Можайскому городскому округу майором юстиции ФИО5 установлено, что в период с сентября 2021 года по настоящее время неустановленное лицо в неустановленном месте путем обмана и злоупотребления доверием генерального директора ООО «ЗАЯ» ФИО8, введя последнего в заблуждение относительно своих истинных намерений, совершило хищение денежных средств, принадлежащих ФИО8, в сумме свыше 1 000 000 руб., что является особо крупным размером. С целью незаконного вывода денежных средств соучредителями ООО «ЗАЯ» ФИО6 и ФИО7 без ведома генерального директора ФИО8 заключались договоры на оказание услуг, подписанные неустановленными лицами с подражанием подписи генерального директора, была составлена фиктивная документация в подтверждение выполнения работ (акты об оказании услуг), при этом фактически предусмотренные договорами обязательства перед ООО «ЗАЯ» исполнителем не выполнялись. Кроме того, указанными лицами якобы для работы в ООО «ЗАЯ» нанимались сотрудники (самозанятые), которые услуги для ООО «ЗАЯ» фактически не оказывали, однако получали оплату. В период с марта 2022 года между истцом и ответчиком была договоренность о выполнении последней работ по изготовлению игрушек ручной работы, материалы для изготовления игрушек предоставлялись заказчиком. Однако, изготовленные игрушки истцу не переданы, материалы для их изготовления, которые закупались ООО «ЗАЯ» не возвращены. Таким образом, в период с марта по июнь 2022 года на счет ФИО1 со счета ООО «ЗАЯ» были перечислены денежные средства в общем размере 307 297 рублей в отсутствие на то предусмотренных законом оснований. С целью мирного урегулирования ситуации со стороны генерального директора ФИО8 неоднократно предпринимались попытки получить результаты услуг, которые оказывала ответчик для ООО «ЗАЯ», возвратить материалы для изготовления игрушек, предоставить акты выполненных работ. Однако, ФИО1 A.Г. просьбы истца проигнорировала, что подтверждается скриншотами переписки. С 2022 года ФИО1 фактически пользуется предоставленными ей денежными средствами без законных на то оснований. Так как договор с ФИО1 фактически не заключался, услуги не оказывались, результаты работ истцу не передавались, последняя обязана вернуть неосновательно перечисленные ей денежные средства. Факт перечисления ООО «ЗАЯ» и получения ФИО1 денежных средств со счета ООО «ЗАЯ» подтверждаются платежными поручениями на общую сумму 307 297 рублей. Указанное явилось основанием для обращения истца с настоящим иском.

Представитель истца ООО «ЗАЯ» ФИО8 в судебное заседание явился, исковые требования поддержал, просил удовлетворить в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении требований, указав, что все вяленные изделия (мягкие игрушки) по заказу истца изготовила, передала их на склад, за что получила от истца денежное вознаграждение.

Третье лицо ФИО9 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного разбирательства извещена, ходатайств об отложении рассмотрения дела не поступало. Ранее в судебном заседании пояснила, что работала вместе с ФИО1 у Андрея Геннадьевича. Познакомилась с ним в 2022 году, по рекомендации родственницы, которая работала у него на складе, она посоветовала подключиться к работе изготовления мышек. В это время она находилась в декретном отпуске, поэтому такая отдалённая работа на дому устраивала. С ФИО1 они обсуждали технические детали, согласовывали форму и цвет, работали на дому. После каждой партии изготовления игрушек они с ФИО1 направляли по мессенджеру на телефон истца сведения о том, сколько изделий сделано и высылали счет. Потом ехали на склад, где этот товар сдавали. Товар у них принимался Игорем, заносился в программу ФИО2. Со слов Андрея Геннадьевича он наделил Ольгу и Игоря правами подписывать, и принимать товар. Товар отвозили они с ФИО1 на склад самостоятельно. Заранее оплаты не производились. Все было на доверии. Потом товар находился на складе в коробках, в последствии продавался на торговой площадке «Озон» или «Вайлдберриз».

Суд, заслушав позиции сторон, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, пришел к следующему.

В соответствии с правилами, установленными ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с правилами, установленными ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему, а также из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности.

Статьей 10 ГК РФ закреплена презумпция добросовестности и разумности действий участников гражданских правоотношений. При отсутствии доказательств порока воли, добровольность действий презюмируется.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли п.2 ст. 1102 Гражданского кодекса РФ).

Обязательства из неосновательного обогащения возникают при наличии трех обязательных условий: имеет место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества произведено за счет другого лица; приобретение или сбережение имущества не основано ни на законе, ни на сделке, то есть происходит неосновательно.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ СО ОМВД России по Можайскому городскому округу было возбуждено уголовное дело № по ч. 4 ст. 159 УК РФ по заявлению ФИО8 по факту того, что в период с сентября 2021 года по настоящее время неустановленное лицо в неустановленном месте путем обмана и злоупотребления доверием генерального директора ООО «ЗАЯ» ФИО8, введя последнего в заблуждение относительно своих истинных намерений, совершило хищение денежных средств, принадлежащих ФИО8, в сумме свыше 1 000 000 руб., что является особо крупным размером.

Стороной потерпевшего указывалось, что с целью незаконного вывода денежных средств соучредителями ООО «ЗАЯ» ФИО6 и ФИО7 без ведома генерального директора ФИО8 заключались договоры на оказание услуг, подписанные неустановленными лицами с подражанием подписи генерального директора, была составлена фиктивная документация в подтверждение выполнения работ (акты об оказании услуг), при этом фактически предусмотренные договорами обязательства перед ООО «ЗАЯ» исполнителем не выполнялись.

Истец утверждает, что в период с марта 2022 года между истцом и ответчиком была договоренность о выполнении последней работ по изготовлению игрушек ручной работы, материалы для изготовления игрушек предоставлялись заказчиком. Однако, изготовленные игрушки истцу не переданы, материалы для их изготовления, которые закупались ООО «ЗАЯ» не возвращены. Таким образом, в период с марта по июнь 2022 года на счет ФИО1 со счета ООО «ЗАЯ» были перечислены денежные средства в общем размере 307 297 рублей в отсутствие на то предусмотренных законом оснований.

Факт перечисления ООО «ЗАЯ» и получения ФИО1 денежных средств со счета ООО «ЗАЯ» подтверждаются платежными поручениями на общую сумму 307 297 рублей.

Ответчик в свою очередь утверждает, что договор исполнялся, она оказывала услуги по изготовлению валяных игрушек ручной работы, за что получала по ним оплату.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть, представленных сторонами. Разрешая гражданско-правовой спор в условиях конституционных принципов состязательности и равноправия сторон и связанного с ними принципа диспозитивности, осуществляя правосудие как свою исключительную функцию (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ), суд не может принимать на себя выполнение процессуальных функций сторон.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается, в первую очередь, поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Статьями 59, 60, 67 ГПК РФ предусмотрено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а решение суда основывается на совокупности всех представленных сторонами доказательств.

Таким образом, оценка относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности является исключительной прерогативой суда.

В силу п. 1 и п. 5 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено: в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ) (п. 1).

Несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (пункт 1 статьи 432 ГК РФ) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров, а при их отсутствии - общими правилами о последствиях несоблюдения формы договора и формы сделки (статья 162, пункт 3 статьи 163, статья 165 ГК РФ) (п. 3).

Если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства (п. 6).

При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений. Если условие договора допускает несколько разных вариантов толкования, один из которых приводит к недействительности договора или к признанию его незаключенным, а другой не приводит к таким последствиям, по общему правилу приоритет отдается тому варианту толкования, при котором договор сохраняет силу (п. 44).

Установление факта заключения сделки представителем без полномочий или с превышением таковых служит основанием для отказа в иске, вытекающем из этой сделки, к представляемому, если только не будет доказано, что последний одобрил данную сделку (пункты 1 и 2 статьи 183 ГК РФ).

Под последующим одобрением сделки представляемым, в частности, могут пониматься: письменное или устное одобрение независимо от того, кому оно адресовано; признание представляемым претензии контрагента; иные действия представляемого, свидетельствующие об одобрении сделки (например, полное или частичное принятие исполнения по оспариваемой сделке, полная или частичная уплата процентов по основному долгу, равно как и уплата неустойки и других сумм в связи с нарушением обязательства; реализация других прав и обязанностей по сделке, подписание уполномоченным на это лицом акта сверки задолженности); заключение, а равно одобрение другой сделки, которая обеспечивает первую или заключена во исполнение либо во изменение первой; просьба об отсрочке или рассрочке исполнения; акцепт инкассового поручения.

Независимо от формы одобрения оно должно исходить от органа или иного лица, уполномоченного заключать такие сделки или совершать действия, которые могут рассматриваться как одобрение.

Равным образом об одобрении могут свидетельствовать действия работников представляемого по исполнению обязательства при условии, что они основывались на доверенности, либо полномочие работников на совершение таких действий явствовало из обстановки, в которой они действовали (абзац второй пункта 1 статьи 182 ГК РФ) (п. 123).

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено: согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (п. 1).

В соответствии с абзацем 10 п. 2 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» фактическое пользование потребителем услугами обязанной стороны следует считать в соответствии с пунктом 3 статьи 438 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) как акцепт оферты, предложенной стороной, оказывающей услуги (выполняющей работы), поэтому такие отношения следует рассматривать как договорные.

Из приведенных выше правовых норм и их разъяснений следует, что даже отсутствие подписей не влечет незаключенности сделок, если иное прямо не установлено законом.

К юридически значимым обстоятельствам, подлежащим установлению при разрешении настоящего спора, относится направленность воли сторон на заключение оспариваемого договора и фактическое исполнение сделки.

Оценке в том числе подлежит предшествующее и последующее сделке поведение участников договорных правоотношений, их взаимоотношения, совершенные ими конклюдентные действия, обстоятельств, которые позволяют установить фактически сложившиеся договорные отношения или отсутствие таковых.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ООО «ЗАЯ» (ИНН <***>) зарегистрировано на торговой площадке WILDBERRIES в качестве продавца и осуществляет реализацию товаров в соответствии с условиями акцептованной оферты о реализации товара на сайте WILDBERRIES.

Для продажи указанным продавцом предлагались товары, карточки которых указаны в выгрузке, в том числе мягкие игрушки.

В судебном заседании были исследованы выгрузка карточек товаров, представленных ООО «Вайлдберриз» по запросу суда. В карточках товаров указаны мягкие игрушки, не содержат сведений о том, кто является их автором.

Из представленных в материалы дела фотоматериалов, а также пояснений стороны ответчика следует, что после изготовления мягких игрушек товар привозили на склад, где его принимали, также ответчиком составлялись рукописные акты, которые передавались сотрудникам ООО «ЗАЯ» на склад, после принятия товара на складе составлялись счета на оплату, предоплату не получали.

Из представленных ответчиком счетов на оплату № от № следует, что ФИО1 передала изделия в виде мягких игрушек ООО «ЗАЯ» в счет исполнения договора, за что получила денежные средства.

Кроме того, из представленной истцом в материалы дела переписки следует, что истцом действительно производилась оплата сдельно за сделанные сувениры.

Истцом не представлено доказательств, которые бы по отдельности или в совокупности одновременно отвечали бы требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности, и подтверждали бы неосновательность совершенных в пользу ответчика денежных переводов.

В данном случае, суд делает вывод об отсутствии доказательств, которые свидетельствовали бы о получении ответчиком денежных средств без предусмотренных договором либо законом оснований, а также возникновение обязанности на стороне ответчика по их возврату, что могло бы обусловить вывод о необходимости защиты прав истца, предусмотренным нормами главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующими обязательства вследствие неосновательного обогащения, способом, поскольку получение денежных средств было предусмотрено договором.

Таким образом требования истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения удовлетворению не подлежат.

Требования истца о взыскании с ответчика процентов по ст. 395 ГК РФ, расходов на оплату государственной пошлины не подлежат удовлетворению, поскольку являются производными от основного требования о взыскании неосновательного обогащения, в удовлетворении которого судом отказано.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ООО «ЗАЯ» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, процентов, судебных расходов - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Балашихинский городской суд <адрес>.

Судья Строчило С.В.

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Строчило С.В.