Постановление по делу № 18АП-3691/2025 от 27.05.2025

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-3691/2025

г. Челябинск

27 мая 2025 года

Дело № А76-5442/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 27 мая 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Жернакова А.С.,

судей Зориной Н.В., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Анисимовой С.П.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.02.2025 по делу № А76-5442/2024.

Общество с ограниченной ответственностью «Техническая экспертиза и оценка» (далее – истец 1, ООО «ТЭО»), ФИО2 (далее – истец 2, ФИО2) обратились в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к ФИО1 (далее – ответчик, ФИО1) с требованиями:

- признать несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФИО2 и ООО «ТЭО» сведения, распространённые ФИО1 07.02.2023 в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» по ссылке https://vk.com/wall-84775365_8374?z=video12425 6274456240293/ae647009c2cebed4a6/pl_post_-84775365_8374, «ФИО3, ТЭО, тоже самое, разбил экспертизу. К ней вообще с восемнадцатого года не назначают», «причем компромата у меня на каждого из вас – вагон и маленькая тележка...»;

- обязать ФИО1 в течение 5 дней с момента вступления в законную силу настоящего решения суда удалить вышеуказанные сведения и разместить опровержение в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» в виде видеоролика с названием «Опровержение видеоролика «от 07.02.2023 «Итак.насыщенный денъ), 1-обращение к экспертам над которым стоит задуматься.» с видеотекстом: «ФИО1 никогда не оспаривали в суде судебных строительно-технических экспертиз, выполненных экспертом ФИО2 ФИО4, которая осуществляет свою деятельность в ООО «ТЭО». Эксперту ФИО2, которая является экспертом ООО «ТЭО» судами назначается проведение строительно-технических экспертиз с 2018 года по настоящее время. ФИО1 не располагает каким-либо компроматом на ФИО2 и ООО «ТЭО»;

- обязать опубликовать в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» настоящее решение в течение 5 дней с момента вступления решения в законную силу;

- взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 судебную неустойку в размере 10 000 руб. в день за каждый день просрочки исполнения решения суда в части размещения опровержения и удаления информации по день фактического исполнения решения суда, судебные расходы в размере 2 200 руб., моральный вред в размере 150 000 руб.;

- взыскать с ФИО5 в пользу ООО «ТЭО» судебную неустойку в размере 10 000 руб. в день за каждый день просрочки исполнения решения суда в части размещения опровержения и удаления информации по день фактического исполнения решения суда, судебные расходы в размере 78 520 руб., убытки (репутационный ущерб) в размере 100 000 руб.

Решением Арбитражного суда Московской области от 30.06.2023 по делу № А41-29164/2023 исковые требования удовлетворены (т. 2 л.д. 110-120).

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024 решение Арбитражного суда Московской области от 30.06.2023 по делу № А41-29164/2023 отменено, дело № А41-29164/23 передано на рассмотрение по подсудности в Арбитражный суд Челябинской области (т. 4 л.д. 57-59).

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 06.06.2024, на основании статьи 124 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), на основании свидетельства о заключении брака <...>, изменена фамилия истца 2 с ФИО3 на ФИО6 (далее также – ФИО7)

В период рассмотрения спора истцы уточнили исковые требования, окончательно просили суд:

- признать несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФИО7 и ООО «ТЭО» сведения, распространённые ФИО1 07.02.2023 в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» по ссылке https://vk.com/wall-84775365_8374?z=video12425 6274456240293/ae647009c2cebed4a6/pl_post_-84775365_8374: «ФИО3 ТЭО, тоже самое, разбил экспертизу. К ней вообще с восемнадцатого года не назначают»;

- обязать ФИО1 в течение 5 дней с момента вступления в законную силу решения суда удалить вышеуказанные сведения и разместить опровержение в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» в виде видеоролика с названием «Опровержение видеоролика от 07.02.2023г. «Итак, насыщенный день), 1-обращение к экспертам, над которым стоит задуматься.» с текстом, что ФИО1 никогда не разбивал в суде экспертиз, выполненных ФИО3 ТЭО. В момент записи и размещения видеоролика Эксперту ФИО3 ТЭО судом было поручено проведение судебной строительно-технической экспертизы по гражданскому делу, в котором ФИО1 принимал участие в качестве представителя на стороне истца». Обязать ФИО1 опубликовать в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» решение суда по настоящему делу в течение 5 дней с момента вступления решения в законную силу;

- взыскать с ФИО5 в пользу ФИО7 судебную неустойку в размере 10 000 руб. в день за каждый день просрочки исполнения решения суда в части размещения опровержения и удаления информации по день фактического исполнения решения суда;

- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «ТЭО» судебную неустойку в размере 10 000 руб. в день за каждый день просрочки исполнения решения суда в части размещения опровержения и удаления информации по день фактического исполнения решения суда;

- взыскать с ФИО5 в пользу ФИО7 моральный вред в размере 150 000 руб.;

- взыскать с ФИО1 в пользу ООО «ТЭО» убытки (репутационный ущерб) в размере 100 000 руб.;

- взыскать с ФИО1 судебные расходы в пользу ООО «ТЭО» в размере 78 520 руб., в пользу ФИО7 – в размере 2 200 руб. (т. 6 л.д. 44, 57).

В порядке статьи 49 АПК РФ указанное уточнение предмета заявленного иска было принято судом к рассмотрению.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 26.02.2025 (резолютивная часть от 25.02.2025) исковые требования удовлетворены частично. Суд признал не соответствующими действительности и порочащими деловую репутацию истцов сведения, распространённые ответчиком 07.02.2023 в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» по ссылке https://vk.com/wall-84775365_8374?z=video12425627 4456240293/ae647009c2cebed4a6/pl_post_-84775365_8374: «ФИО3 ТЭО, тоже самое, разбил экспертизу. Мне вообще с 2018 года не назначают»; обязал ФИО5 в течение 5 календарных дней с даты вступления в законную силу решения суда разместить опровержение в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» в виде видеоролика с названием «Опровержение видеоролика от 07.02.2023 «Итак. насыщенный день), 1-обращение к экспертам, над которым стоит задуматься.» с текстом: «ФИО1 никогда не разбивал в суде экспертиз, выполненных ФИО3 ТЭО. В момент записи и размещения видеоролика эксперту ФИО3 ТЭО судом было поручено проведение судебной строительно-технической экспертизы по гражданскому делу, в котором ФИО1 принимал участие в качестве представителя на стороне истца»; взыскал с ФИО5 в пользу ООО «ТЭО» судебную неустойку в размере 1 000 руб. за каждый день неисполнения решения суда в части размещения опровержения сведений, начисляемую по истечении 5 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу по дату фактического исполнения решения суда, расходы на оплату заключения специалиста в размере 28 250 руб., расходы на оформление протокола осмотра доказательств в размере 9 310 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.; взыскал с ФИО5 пользу ФИО7 моральный вред в размере 150 000 руб., судебную неустойку в размере 1 000 руб. за каждый день неисполнения решения суда в части размещения опровержения сведений, начисляемую по истечении 5 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу по дату фактического исполнения решения суда, расходы на оформление доверенности в размере 2 200 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований судом было отказано.

С указанным решением суда не согласился ФИО5 (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), подал апелляционную жалобу, в которой просил решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе ее податель указал, что суд первой инстанции необоснованно взыскал с ответчика в пользу истца ФИО7 моральный вред в размере 150 000 руб., поскольку размер морального вреда не был ничем обоснован и многократно завышен, суд не учел, что ответчик является физическим лицом, и подобная сумма составляет трехмесячный доход ответчика, повлечет за собой значительное ухудшение его материального положения. Суд не учел того факта, что истец общаясь с ответчиком по работе, не высказывала претензий, требований удаления поста или опровержения, не сообщала о наличие иска, вела себя недобросовестно, заведомо зная о месте жительства, пребывания и работы подала иск в другой регион, не направила копию иска ответчику и не сообщила суду номер телефона и электронную почту ответчика, которую достоверно знала. Апеллянт полагал, что отсутствие внесудебных претензий и требований со стороны истца является прямым опровержением наличия у него какого-либо морального вреда, так как если бы истец испытывала моральные страдания, то она хотела бы как можно скорее удалить пост и потребовать разъяснений или опровержения.

По мнению апеллянта, суд первой инстанции дал ненадлежащую оценку приобщенном заключению специалиста, которое было искажено намеренно, ответчик неоднократно указывал, что из исследуемого текста было выброшено слово, которое полностью исказило смысл фразу «Мне не назначают» на «не назначают». Таким образом, истцы требовали опровергнуть тот факт, что их не назначают экспертами вообще, хотя такого утверждения ответчик не заявлял, а говорил, что конкретно именно ему не назначают. Ответчик не утверждал, что истцов не назначают экспертами по делам, где он был представителем, в силу чего не был обязан опровергать такое утверждение.

Апеллянт считал недоказанным по материалам дела факт распространения им порочащих сведений именно в отношении истцов. Апеллянт также указал, что у него отсутствует возможность вносить изменения и записи в группу «Соседи-174» в социальной сети «ВКонтакте», так как он не является ее владельцем уже год.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание явку своих представителей не обеспечили.

От истцов поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие их представителей, которое в силу части 2 статьи 156 АПК РФ удовлетворено апелляционным судом.

От ФИО1 поступило ходатайство о переносе судебного заседания, мотивированное невозможностью обеспечения явки ответчика в судебное заседание апелляционного суда, которое на основании частей 3, 4 статьи 158 АПК РФ отклонено судом апелляционной инстанции.

В силу части 3 статьи 158 АПК РФ в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными.

В соответствии с частью 4 статьи 158 АПК РФ при наличии ходатайства лица, участвующего в деле, суд рассматривает возможность и необходимость отложения судебного разбирательства. При этом следует отметить, что отложение судебного разбирательства по ходатайству лица, участвующего в деле, является правом, а не обязанностью суда, и должно быть обусловлено уважительностью причин неявки.

Указанные нормы предусматривают право, но не обязанность суда отложить судебное разбирательство в случае заявления лицом, участвующим в деле, такого ходатайства с обоснованием причины неявки в судебное заседание и при условии, что эти причины будут признаны судом уважительными.

Невозможность участия в судебном заседании апеллянта или его представителя в настоящем случае не доказана, а также не является препятствием к реализации заявителем его процессуальных прав.

Кроме того, апелляционный суд исходит из того, что позиция апеллянта изложена в апелляционной жалобе, в материалах дела имеются все необходимые доказательства для ее рассмотрения по существу, новых доказательств суду не представлено, апеллянтом не указано, какие процессуальные действия он намеревался совершить в судебном заседании, которые невозможно совершить в его отсутствие.

В данном случае апелляционный суд оснований для отложения судебного разбирательства не усмотрел, неявка апеллянта сама по себе препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы не является.

В соответствии со статьями 123, 156, 159 АПК РФ дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле.

К дате судебного заседания от ФИО1 поступило дополнение к апелляционной жалобе, в котором апеллянт привел дополнительные мотивы, по которым считает чрезмерным размер взысканного с него морального вреда.

К дополнению к апелляционной жалобе было приложено дополнительное доказательство – копия решения Советского районного суда города Челябинска от 02.10.2024 по делу № 2-1014/2024, в приобщении которого к материалам дела было отказано в силу недоказанности уважительности причин невозможности представления указанного документа в суд первой инстанции.

От ООО «ТЭО» и ФИО7 поступил отзыв на апелляционную жалобу, который приобщен к материалам дела.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из письменных материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц от 06.04.2023 ООО «ТЭО» зарегистрировано в качестве юридического лица, основным видом деятельности ООО «ТЭО» является судебно-экспертная деятельность (т. 2 л.д. 10-18).

Участниками ООО «ТЭО» являются ФИО7 с долей 29,98 % уставного капитала общества, ФИО8 с долей 70,02 % уставного капитала общества.

Приказом ООО «ТЭО» от 02.05.2012 № 27/1-к ФИО9 принята на должность оценщика (т. 2 л.д. 20).

Как указали истцы, ФИО1 в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в открытом доступе, в социальной сети «ВКонтакте», в группе «Соседи-174» по адресу https://vk.com/wall-84775365_8374 разместил видео с недостоверной информацией, порочащее честь, достоинство и деловую репутацию ООО «ТЭО» и эксперта ФИО2

По мнению истцов, в видеоролике, размещенном в социальной сети «ВКонтакте» от 07.02.2023 «Итак, насыщенный день), 1- обращение к экспертам над которым стоит задуматься.» содержится адресная негативная информация ФИО1 о ФИО2, ООО «ТЭО», которая расценивается как недостоверная, порочащая честь, достоинство и деловую репутацию заявителей. Сведения, содержащиеся в видеоролике, размещенном по адресу https://vk.com/wall-847753658374, носят утвердительный характер и не являются оценочным субъективным мнением, поскольку подлежат проверке. В своем обращении ответчик доводит до сведения зрителя те обстоятельства, что эксперт ФИО2 и ООО «ТЭО» с 2018 года не проводят судебных строительных экспертиз, поскольку ФИО1 опроверг в суде заключение, которое изготовлено ФИО2; ФИО2 с 2018 года не назначают проведение строительно-технических экспертиз (т. 1 л.д. 83).

Истцами в материалы дела было представлено заключение специалиста от 09.03.2023 № 0426 (т. 1 л.д. 59-82), в котором установлено, что в высказываниях, зафиксированных на видеоролике, размещенном по адресу https://vk.com/wall-847753658374, содержится адресная негативная информация о ФИО2 и ООО «ТЭО»; адресная негативная информация о ФИО2 и ООО «ТЭО» выражена в высказывании «ФИО3, ТЭО, тоже самое разбил экспертизу. К ней вообще с восемнадцатого года не назначают» в форме проверяемого утверждения о фактах.

Полагая, что распространенная ФИО1 в открытом доступе, в сети Интернет, информация носит недостоверный и порочащий характер, ООО «ТЭО» и ФИО9 обратились арбитражный суд с рассматриваемым иском.

Частично удовлетворяя заявленные исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу об изложении оспариваемых сведений в утвердительной форме и возможности их проверки на предмет соответствия действительности; суд пришел к выводу, что ответчиком допущены недостоверные и порочащие деловую репутацию высказывания о профессиональной деятельности ФИО2, которая является работником ООО «ТЭО», что является официальным сокращенным наименование ООО «Техническая оценка и экспертиза», в силу чего ФИО9 и ООО «ТЭО» правомерно обратились в суд с заявленными исковыми требованиями; ФИО1 опубликован видеоролик, не соответствующий действительности и порочащий деловую репутацию истцов, опубликованные ответчиком сведения являются недостоверными и порочащими деловую репутацию истцов. В целях восстановления нарушенного субъективного материального права суд счел возможным и необходимым обязать ФИО1 в течение 5 календарных дней с даты вступления в законную силу разместить опровержение в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174», взыскать с ответчика судебную неустойку в пользу ФИО7 и ООО «ТЭО», снизив ее размер с учетом разумности до 1 000 руб. за каждый день неисполнения решения суда в части исполнения обязательства в натуре, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб., в пользу ООО «ТЭО» - репутационный вред в размере 100 000 руб.

Проверив законность и обоснованность решения суда, оценив доводы апелляционной жалобы ответчика, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространявший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Правила указанной статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица (пункт 11 статьи 152 ГК РФ) и силу пункта 3 статьи 23 ГК РФ – к защите деловой репутации индивидуального предпринимателя.

В силу прямого указания пункта 5 части 1 статьи 33 АПК РФ дела о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности подведомственны арбитражным судам.

К компетенции арбитражных судов относится рассмотрение дел о защите деловой репутации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности независимо от субъектного состава участников спорных отношений (пункт 2 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее – Постановление № 3) по делам, связанным с защитой деловой репутации, необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления, подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, а также лица, распространившие эти сведения. Если оспариваемые сведения были распространены в средствах массовой информации, то надлежащими ответчиками являются автор и редакция соответствующего средства массовой информации (пункт 5 Постановления № 3).

Обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений (пункт 9 Постановления № 3).

В силу абзаца 2 пункта 7 указанного Постановления № 3 под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также использование иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе, устной форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

По смыслу приведенных разъяснений распространение сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, представляет собой доведение таких сведений до третьих лиц или неограниченного количества лиц (за исключением источника таких сведений и лица, в отношении которого сведения содержат информацию).

В отличие от оценочных суждений (мнений, убеждений), которые не могут быть проверены на предмет соответствия действительности, утверждения о фактах возможно проверить на предмет их соответствия действительности, они содержат информацию о событиях или явлениях, имевших место в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также использование иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе, устной форме хотя бы одному лицу; порочащими являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

Как разъяснено в пункте 12 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, ущерб деловой репутации организации может быть причинен распространением порочащих сведений как о самой организации, так и в отношении лиц, входящих в ее органы управления, а также работников этой организации.

В рассматриваемом случае истцами оспаривается информация (сведения), в которых упоминается ФИО9 и ООО «ТЭО», которая нашла свое отражение в видеоролике от 07.02.2023 в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174».

Исследовав содержание оспариваемой информации, суд первой инстанции пришел к выводу, что оспариваемые сведения изложены в утвердительной форме, в связи с чем не являются выражением субъективного взгляда и могут быть проверены на предмет их соответствия действительности.

Ключевыми являются утверждения ФИО1 о следующих фактах, содержащихся в видеоролике:

- «У меня такое небольшое обращение. У меня в группе сидят судьи, помощники, эксперты, застройщики… просто к вам…» (видеозапись с 00 мин. 02 сек.);

- «давайте вспомним, сколько я экспертов «сломал» (видеозапись с 00 мин. 47 сек.);

- «Майорова (ТЭО), тоже самое, «разбил» экспертизы, мне вообще с 2018 года не назначают» (видеозапись с 01 мин. 04 сек.).

Судом первой инстанции установлено, что видеоролик с 01 мин. 12 сек. начинается со слов «Для тех недобросовестных экспертов поясняю, вы можете кому угодно 0 недостатков…».

Содержание видеоролика после 01 мин. 12 сек. не позволяет установить обстоятельства того, что ролик адресован ФИО10 и ООО «ТЭО».

В указанной части ролика содержатся личное мнение ответчика о деятельности абстрактного круга недобросовестных экспертов и экспертных организаций без указания их наименования и иных идентифицирующих признаков.

Поскольку видеоролик после 01 мин. 12 сек. не содержит высказываний, адресованных лично ФИО2 и ООО «ТЭО», суд первой инстанции пришел к выводу, что указанная часть ролика является личным мнением ФИО1, не относимым к настоящему делу, не может нарушать права и законные интересы ФИО7 и ООО «ТЭО».

В связи с тем, что в видеоролике до 01 мин. 11 сек. (включительно) содержатся высказывания о профессиональной деятельности ФИО10, которая является работником ООО «ТЭО», в видеоролике упомянуто наименование «ТЭО», которое согласно выписке из ЕГРЮЛ от 06.04.2023 является официальным сокращенным наименование ООО «Техническая оценка и экспертиза», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ФИО10 и ООО «ТЭО» правомерно обратились в суд с заявленными исковыми требованиями.

В судебных заседаниях ФИО1 последовательно приводил доводы о том, что видеоролик, размещенный в социальной сети «Вконтакте» по ссылке «https://vk.com/sosedi174», является личным мнением ФИО1, является мотивированным, деловую репутацию ФИО10, ООО «ТЭО» не порочит, поскольку адресован не истцам.

Однако в порядке статей 65, 66 АПК РФ соответствующие доказательства, подтверждающие обоснованность указанных возражений (доводов), ФИО1 представлены не были.

Доводы подателя апелляционной жалобы о том, что оспариваемые сведения были распространены не в отношении истцов, отклонены судебной коллегией, поскольку видеоролик был размещен в социальной сети «ВКонтакте», в группе «Соседи-174», которая является специализированной социальной группой, в которой собственники квартир, иные участники группы обсуждают вопросы, связанные с защитой своих прав от действий недобросовестных застройщиков, передавших им квартиры в г. Челябинске со строительными недостатками, с судебными разбирательствами по указанному вопросу, обсуждают перспективы и последствия рассмотрения споров с застройщиками.

ФИО1 не было представлено в дело доказательств того, что распространенные им сведения об опровержении («сломе») подготовленного экспертного заключения «ФИО3, ТЭО», касалось иных лиц, а не истцов по делу. Из материалов дела не следует, и судом первой инстанции не было установлено факта наличия на территории Челябинской области иной экспертной организации, имеющей сокращенное фирменное наименование как «ТЭО», в штате которой экспертом бы работал сотрудник с фамилией «ФИО3».

Ссылка ФИО1 на сведения, размещенные в группе «Соседи-174» в 2006 г., на то, что ТЭО подлежит расшифровке как технико-экономическое обоснование, отклонена судом апелляционной инстанции, поскольку в контексте информации, содержащейся в видеоролике, размещенном в 2023 г. в социальной сети «ВКонтакте», в группе «Соседи-174», суд пришел к выводу, что ФИО1 доводил сведения до неопределенного круга лиц не о прошедших событиях 2006 г., а о своей текущей деятельности, в рамках которой им было опорочено заключение конкретного судебного эксперта - ФИО10

Судом первой инстанции также было верно установлено, что ФИО1 проживает в г. Челябинске, что подтверждается адресной справкой МВД России (т. 3 л.д. 46), осуществляет профессиональную деятельность в городе Челябинске, что подтверждается пояснениями ФИО1 (т. 5 л.д. 37), согласно которым ответчик является представителем по делам, рассматриваемым в Седьмом кассационном суде общей юрисдикции, в Челябинском областном суде.

В группе «Соседи-174» в социальной сети «ВКонтакте» содержатся сведения об организациях, осуществляющих деятельность на территории города Челябинска, что подтверждается приложениями к протоколу осмотра доказательств от 09.02.2023 (т. 1 л.д. 35-38).

Наименование группы «Соседи-174» в социальной сети «ВКонтакте» содержит общеупотребительное обозначение учетного номера кадастрового округа Российской Федерации – Челябинской области (Приказ Росреестра от 28.12.2015 № П/675 «О кадастровом делении территории Российской Федерации на кадастровые округа, кадастровые районы и кадастровые кварталы»).

Доказательств того, что информация, размещаемая в группе «Соседи-174», предназначена для жителей иных регионов Российской Федерации, в материалы дела не представлено.

Следовательно, информация, распространяемая в видеоролике, адресована, в первую очередь, профессиональному кругу участников, проживающих и осуществляющих профессиональную деятельность на территории Челябинской области, в том числе, на территории города Челябинска.

Поскольку деятельность судебных экспертов не является общераспространенной, требует специальных знаний, регулярного повышения квалификации, является, в том числе, публичной, в связи с публикацией судебных актов в открытых информационных системах, ответчиком не раскрыты Ф.И.О. ФИО3 и наименование общества «ТЭО», о которых упомянуто в видеоролике, не предоставлено доказательств существования иного эксперта ФИО3, являющегося работником общества «ТЭО», суд первой инстанции пришел к обоснованному и правильному выводу о том, что ФИО2 и ООО «ТЭО» являются надлежащими истцами по делу, поскольку оспариваемые сведения были распространены именно в отношен7ии них.

Указание истцов на то, что проверяемым обстоятельством является утверждение о факте, что ФИО10 с 2018 года не назначают экспертизы, поскольку ФИО1 были опровергнуты результаты экспертизы, подготовленной ФИО2, не приняты судом первой инстанции, поскольку, вопреки позиции истца, в видеозаписи с 01 мин. 04 сек. ответчиком произносится фраза «мне вообще с 2018 года не назначают», а не «к ней вообще с 2018 года не назначают».

По утверждению ответчика, ФИО10 с 2018 года не назначают экспертизы в случае, если в деле участвует ФИО1 как сторона по делу либо как представитель стороны по делу. Как следует из пояснений ФИО1, ответчик против поручения проведения экспертизы в ООО «ТЭО» в связи с личным неприятием указанной экспертной организации.

Утверждение истца об отнесении ФИО10 к недобросовестным экспертам не был принят судом первой инстанции, поскольку видеоролик после 01 мин. 12 сек. не содержит высказываний о ФИО10 и ООО «ТЭО»; содержит мнение ответчика, адресованное абстрактному кругу недобросовестных экспертов и экспертных организаций без указания их конкретного наименования. ФИО10 и ООО «ТЭО» упомянуты ФИО1 в видеоролике до 01 мин. 12 сек., как пример успешной деятельности ответчика по оспариванию некачественных экспертиз.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, что проверке подлежат следующие обстоятельства, которые являются проверяемыми:

- оспорил ли ФИО1, как сторона по гражданскому делу либо как представитель стороны по делу (представитель заказчика), экспертизы (судебные экспертизы), в том числе, строительно-технические экспертизы, подготовленные ФИО2, как работником ООО «ТЭО»;

- являлся ли отказ в назначении экспертизы (судебной экспертизы), в том числе, строительно-технические экспертизы, у ФИО2, как работника ООО «ТЭО», связан с участием ФИО1, как стороны по гражданскому делу либо как представителя стороны по делу (представителя заказчика).

В материалы дела представлено заключение эксперта ООО «ТЭО» № 3-0038-23 от 02.06.2023 (т. 2 л.д. 38-70), подготовленное, в том числе, ФИО10 Судебная экспертиза назначена по гражданскому делу Советского районного суда г. Челябинска № 2-760/2023.

Из протокола судебного заседания от 16-21.06.2023 по делу № 2-760/2023 Советского районного суда г. Челябинска (т. 3 л.д. 57-60) следует, что представителем истца являлся ФИО1

Из протокола судебного заседания от 16-21.06.2023 по делу № 2-760/2023 Советского районного суда г. Челябинска не следует, что ФИО1, как представитель истца, оспаривал результаты судебной экспертизы, подготовленной ООО «ТЭО», в том числе, экспертом ФИО10

Доказательств того, что в основу судебного акта по гражданскому делу № 2-760/2023 Советского районного суда г. Челябинска положено иное заключение судебного эксперта, судом опровергнуты выводы, изложенные в заключении эксперта ООО «ТЭО» № 3-0038-23 от 02.06.2023, в материалы дела не представлено.

Доказательства того, что сведения, распространенные в видеоролике в отношении ФИО10 и ООО «ТЭО», в целом соответствуют действительности, ФИО1 не представлены.

В материалы дела не были представлены доказательства того, что ФИО1 на дату публикации видеоролика были оспорены («сломаны») экспертные заключения, подготовленные экспертом ФИО10, ООО «ТЭО» по мотиву их недостоверности, подложности, несоответствия требованиям, предъявляемым Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; не представлены доказательства того, что ФИО10, ООО «ТЭО» привлекались к уголовной либо иной ответственности в связи с изготовлением заведомо ложного заключения эксперта.

В силу изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному и верному выводу о том, что ФИО1 был опубликован видеоролик, в части не соответствующий действительности и порочащий деловую репутацию истцов, опубликованные ответчиком сведения являются недостоверными и порочащими деловую репутацию истцов, поскольку ФИО1 «не ломал» экспертных заключений ФИО10 (не доказал в каком-либо из судебных процессов неполноту, недостоверность или недопустимый характер экспертных заключений, подготовленных ФИО10).

Суд верно отметил, что опубликование ответчиком оспариваемой информации, содержащейся в видеоролике, порочит деловую репутацию истцов, поскольку видеоролик построен на заведомо конфликтной, агрессивной подаче информации, создает у потенциальных партнеров, клиентов или заказчиков ложное представление о ненадлежащей, некачественной экспертной деятельности истцов, что может привести к расторжению договоров на проведение экспертизы (судебной экспертизы) и очевидно негативно отражается на предпринимательской деятельности ООО «ТЭО», профессиональной деятельности ФИО10 Такое утверждение («ФИО3, ТЭО, тоже самое, разбил экспертизу») формируют негативное общественное отношение к экспертной деятельности истцов и умаляет их деловую репутацию.

Общий контекст, характер его изложения и смысловая нагрузка позволяют определить спорную информацию как негативную, порочащую, поскольку являются утверждениями об осуществлении истцами ненадлежащей экспертной деятельности с нарушением законодательства, тогда как на момент опубликования видеоролика доказательств наличия каких-либо нарушений в проведенных экспертизах (судебных экспертизах) не имеется.

Каких-либо объективных доказательств того, что ФИО10 является недобросовестными экспертом, ООО «ТЭО» является недобросовестной экспертной организацией, ответчиком в материалы дела не представлено, поэтому распространенные сведения нельзя признать соответствующими действительности.

Оснований считать эти сведения мнением, оценочным суждением суд первой инстанции обосновано не усмотрел ввиду того, что субъективное мнение автора всегда должно быть основано на фактических обстоятельствах, интерпретация которых не должна приводить к искажению и распространению недостоверной информации, особенно если сведения носят порочащий характер (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.09.2008 № 6461/08).

С учетом изложенного, требование о признании несоответствующими действительности и порочащими деловую репутацию ФИО10 и ООО «ТЭО» сведений, распространенных ФИО1 в отношении ФИО10 и ООО «ТЭО» 07.02.2023 в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174», является законным, обоснованным и было правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

Доводы апеллянта о том, что суд первой инстанции дал ненадлежащую оценку приобщенному заключению специалиста, которое было искажено намеренно, что ответчик неоднократно указывал, что из исследуемого текста было выброшено слово, которое полностью исказило смысл фразу «Мне не назначают» на «не назначают»; истцы требовали опровергнуть тот факт, что их не назначают экспертами вообще, хотя такого утверждения ответчик не заявлял, а говорил, что конкретно именно ему не назначают, отклонены судом апелляционной инстанции, поскольку помимо прочего судом первой инстанции была проверена достоверность распространенных ответчиком сведений о том, что он «сломал» (опорочил) экспертное заключение, подготовленное ФИО10

По тем же мотивам апелляционным судом отклонена ссылка апеллянта на то, что ответчик не утверждал, что истцов не назначают экспертами по делам, где он был представителем, в силу чего не был обязан опровергать такое утверждение.

Как разъяснено в пункте 17 Постановления № 3, при удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие именно сведения являются не соответствующими действительности, порочащими сведениями, когда и как они были распространены, а также определить срок (применительно к установленному статьей 44 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации»), в течение которого оно должно последовать.

Опровержение, распространяемое в средстве массовой информации в соответствии со статьей 152 ГК РФ, может быть облечено в форму сообщения о принятом по данному делу судебном решении, включая публикацию текста судебного решения.

Порядок опровержения сведений регулируется нормой статьи 44 Закона Российской Федерации от 27.12.1991 № 2124-1 «О средствах массовой информации», в которой, в частности, закреплено, что в опровержении должно быть указано, какие сведения не соответствуют действительности, когда и как они были распространены данным средством массовой информации. По телевидению опровержение должно быть передано в то же время суток и, как правило, в той же передаче, что и опровергаемое сообщение или материал. В течение месяца со дня получения требования об опровержении либо его текста редакция обязана в письменной форме уведомить заинтересованных гражданина или организацию о предполагаемом сроке распространения опровержения либо об отказе в его распространении с указанием оснований отказа.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что в целях восстановления нарушенного права истцов ФИО10 и ООО «ТЭО» необходимо обязать ФИО1 в течение 5 календарных дней с даты вступления в законную силу разместить опровержение в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» в виде видеоролика с названием «Опровержение видеоролика от 07.02.2023 «Итак. насыщенный день), 1- обращение к экспертам, над которым стоит задуматься.» с видеотекстом: «ФИО1 никогда не разбивал в суде экспертиз, выполненных ФИО3 ТЭО. В момент записи и размещения видеоролика эксперту ФИО3 ТЭО судом было поручено проведение судебной строительно-технической экспертизы по гражданскому делу, в котором ФИО1 принимал участие в качестве представителя на стороне истца».

Довод апеллянта от том, что у него отсутствует возможность вносить изменения и записи в группу «Соседи-174» в социальной сети «ВКонтакте», так как он не является ее владельцем уже год, отклонен судебной коллегией как не подтвержденный и как опровергаемый самим апеллянтом, который в дополнении к апелляционной жалобе указал на опубликование опровержения до вступления судебного акта в законную силу.

Поскольку в материалы дела не представлено доказательств того, что группа «Соседи-174» в социальной сети «ВКонтакте» является средством массовой информации, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении требований истцов ФИО10 и ООО «ТЭО» об обязании ФИО1 опубликовать в социальной сети «ВКонтакте» в группе «Соседи-174» решение суда по настоящему делу в течении 5 календарных дней с даты вступления решения в законную силу.

Согласно письму ООО «В Контакте» от 13.02.2025 (т. 6 л.д. 41-42) публикация по ссылке https://vk.com/wall-84775365_8374?z=video124256274_ 456240293/ae647009c2cebed4a6/pl_post_- 84775365_8374, удалена 23.09.2023 пользователем «Евгений Лукин», год рождения «1984».

Поскольку спорный видеоролик был удален, суд первой инстанции также правомерно отказал в удовлетворении требование истцов об обязании ФИО1 удалить видеоролик, размещенный по ссылке https://vk.com/wall-84775365_8374?z=video124256274_456240293/ae647009c2 cebed4a6/pl_post_-84775365_8374.

ФИО10 и ООО «ТЭО» были заявлены требования о взыскании с ответчика судебной неустойки в размере 10 000 руб. в отношении каждого истца в день за каждый день просрочки исполнения решения суда в части размещения опровержения и удаления информации по день фактического исполнения решения суда.

Согласно статье 308.3 ГК РФ в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства.

Арбитражный суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом арбитражным судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (часть 4 статьи 174 АПК РФ)

В силу пунктов 28, 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» на основании пункта 1 статьи 308.3 ГК РФ в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе, предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя. Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя), как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (части 1, 2.1 статьи 324 АПК РФ).

Учитывая изложенное, в целях исполнения решения суда в разумный срок, суд первой инстанции правомерно и обосновано взыскал с ответчика в пользу ФИО10 и ООО «ТЭО» судебную неустойку, снизив ее размер до 1 000 руб. за каждый день неисполнения решения суда в части исполнения обязательства в натуре, начисляемую по истечении 5 календарных дней с даты вступления решения суда в законную силу и до даты фактического исполнения обязательства.

Возражений относительно указанного вывода суда первой инстанции и определенного им размера судебной неустойки лицами, участвующими в деле, на стадии апелляционного рассмотрения дела не заявлено.

ООО «ТЭО» также было заявлено о взыскании убытков в виде репутационного вреда в размере 100 000 руб.

Гражданин, в отношении которого распространены порочащие его деловую репутацию сведения, вправе требовать по суду опровержения этих сведений, а также возмещения причиненных ему убытков (пункты 1-9 статьи 152 ГК РФ). При этом согласно пункту 11 статьи 152 ГК РФ правила названной статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Юридическое лицо согласно пункту 1 статьи 53 ГК РФ приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом, в том числе, через своих представителей (работников).

В связи с этим, так как работник общества действует от имени общества в гражданском обороте, его репутация неизбежно ассоциируется с репутацией самого общества и непосредственно влияет на сложившуюся в обществе оценку деятельности организации.

В пункте 12 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, отмечено, что ущерб деловой репутации организации может быть причинен распространением порочащих сведений как о самой организации, так и в отношении лиц, входящих в ее органы управления, а также работников этой организации.

Деловая репутация организации как профессиональная репутация, которая заработана в среде аналогичных профессионалов (например, экспертов), а также в среде лиц, на которых направлена деятельность организации, включает в себя профессиональную репутацию как самой организации, так и ее работников. При этом деловая репутация организации может быть нарушена путем распространения порочащих сведений как о самой организации, так и о лицах, входящих в органы управления организацией, а также о работниках этой организации.

Указанные выводы согласуются с позицией Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении от 26.10.2015 № 307-ЭС15-5345.

Определяющим является характер распространенных сведений и их влияние на деловую репутацию юридического лица. Конкретные сведения, порочащие репутацию физического лица – работника организации, могут как иметь, так и не иметь негативных последствий для репутации самого юридического лица (абзац 6 пункта 12 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016).

Согласно пункту 16 Постановления № 3 в случае, когда вместе с требованием о защите чести и достоинства гражданина либо деловой репутации гражданина или юридического лица заявлено требование о возмещении убытков, причиненных распространением порочащих сведений, суд разрешает это требование в соответствии со статьей 15 и пунктами 5, 7 статьи 152 ГК РФ.

Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.

В силу статьи 1064ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Для наступления деликтной ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего: наступление вреда; противоправность действий (бездействий) причинителя вреда; причинную связь между двумя первыми элементами; вину причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

При рассмотрении споров о применении деликтной ответственности наличие вреда и его размер доказываются потерпевшим, а вина причинителя предполагается, пока причинителем вреда не доказано обратное.

Из пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» следует, что если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 5 данного постановления по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Как разъяснено в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017, в случае умаления репутации юридического лица оно вправе защищать свое право путем заявления требования о возмещении вреда, причиненного репутации юридического лица.

Под вредом, причиненным деловой репутации, следует понимать всякое ее умаление, которое проявляется, в частности в наличии у юридического лица убытков, обусловленных распространением порочащих сведений и иных неблагоприятных последствиях в виде утраты юридическим лицом в глазах общественности и делового сообщества положительного мнения о его деловых качествах, утраты конкурентоспособности, невозможности планирования деятельности и т.д.

Следовательно, юридическое лицо, чье право на деловую репутацию нарушено действиями по распространению сведений, порочащих такую репутацию, вправе требовать восстановления своего права при доказанности общих условий деликтной ответственности (наличия противоправного деяния со стороны ответчика, неблагоприятных последствий этих действий для истца, причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникновением неблагоприятных последствий на стороне истца) (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.07.2012 № 17528/11).

При этом противоправный характер действий ответчика должен выражаться в распространении вовне (сообщении хотя бы одному лицу), в частности посредством публикации, публичного выступления, распространения в средствах массовой информации, сети Интернет, с помощью иных средств телекоммуникационной связи, определенных сведений об истце, носящих порочащий и не соответствующий действительности характер.

Как следует из пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2017, факта распространения ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию истца, недостаточно для вывода о причинении ущерба деловой репутации и для выплаты денежного возмещения в целях компенсации за необоснованное умаление деловой репутации.

На истце, в силу требований статьи 65 АПК РФ, лежит обязанность доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, то есть подтвердить, во-первых, наличие сформированной репутации в той или иной сфере деловых отношений (экспертизы, судебные экспертизы), во-вторых, наступление для него неблагоприятных последствий в результате распространения порочащих сведений, факт утраты доверия к его репутации или ее снижение.

В обоснование своей позиции по существу заявленного требования о взыскании компенсации репутационного вреда ООО «ТЭО» ссылалось на распространение ответчиком сведений, порочащих деловую репутацию ФИО10, которая является работником общества, и ООО «ТЭО», в социальной сети «Вконтакте» в группе «Соседи-174», в которой опубликованы оспариваемые сведения, и, как следствие, неограниченной степени распространения порочащих истца сведений.

Вместе с тем, каких-либо доказательств и пояснений, свидетельствующих о сформированной репутации истца до нарушения, и доказательств, позволяющих установить наличие неблагоприятных последствий для ООО «ТЭО» в результате размещения оспариваемого видеоролика, в материалы дела истцом представлено не было.

Доводы ООО «ТЭО» о том, что основанием для взыскания убытков являются возражения ФИО1 относительно кандидатуры экспертов ООО «ТЭО», не приняты судом, поскольку право выбора экспертного учреждения или эксперта принадлежит суду.

Суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, на основании которых возможно установить, что самого признания факта распространения порочащих сведений и судебного решения об их опровержении недостаточно для восстановления баланса прав участников спорных правоотношений, а также для определения размера справедливой компенсации в конкретных правоотношениях.

Поскольку в материалы дела не было представлено доказательств, подтверждающих наличие оснований для привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности, суд первой инстанции отказал удовлетворении исковых требований о взыскании в пользу ООО «ТЭО» репутационного ущерба в размере 100 000 руб.

ФИО10 также было заявлено требование о взыскании с ФИО1 морального вреда в размере 150 000 руб.

Абзац десятый статьи 12 ГК РФ в качестве одного из способов защиты гражданских прав предусматривает возможность потерпевшей стороны требовать компенсации морального вреда.

Согласно пункту 9 статьи 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Правила названной статьи о защите деловой репутации гражданина, за исключением положений о компенсации морального вреда, соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица (пункт 11 статьи 152 ГК РФ).

Положения пункта 9 статьи 152 ГК РФ предусматривают, что распространение сведений, порочащих деловую репутацию и не соответствующих действительности, является основанием для компенсации морального вреда. Достаточным основанием для компенсации морального вреда является установление судом факта распространения в отношении истца – физического лица не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию сведений. Размер компенсации определяется судом.

Компенсация морального вреда определяется судом при вынесении решения в денежном выражении. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 151 и пункте 2 статьи 1101 ГК РФ, и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

В пункте 2 статьи 1101 ГК РФ указано, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В соответствии с пунктом 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» право на компенсацию морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, на основании статьи 152 ГК РФ возникает в случае распространения о гражданине любых таких сведений, в том числе сведений о его частной жизни. Истец по делу о компенсации морального вреда, причиненного распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений, а ответчик – соответствие действительности распространенных сведений (пункт 1 статьи 152 ГК РФ).

При причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается. В указанных случаях компенсация морального вреда взыскивается судом независимо от вины причинителя вреда (абзац 4 статьи 1100 ГК РФ).

Согласно пункту 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» при определении размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации гражданина судам следует принимать во внимание, в частности, содержание порочащих сведений и их тяжесть в общественном сознании, способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, то, насколько его достоинство, социальное положение или деловая репутация при этом были затронуты, нравственные и физические страдания истца, другие отрицательные для него последствия, личность истца, его общественное положение, занимаемую должность, индивидуальные особенности (например, состояние здоровья).

В соответствии с пунктом 18 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите чести, достоинства и деловой репутации, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016, присуждение денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства и деловой репутации должно отвечать цели, для достижения которой установлен данный способ защиты неимущественных прав граждан. Сумма компенсации морального вреда должна отвечать требованиям разумности, справедливости и быть соразмерной последствиям нарушения.

Применение к нарушителю деловой репутации именно такого способа защиты, как компенсация морального вреда, хоть и выраженного в денежной форме, но носящего компенсационный характер, то есть не являющегося эквивалентом нарушенного нематериального блага, обусловлено не только невозможностью определения стоимостной оценки такого нематериального блага, как деловая репутация, но и целевым назначением данного способа защиты (компенсация), направленным не на возмещение вреда и возвращение потерпевшего в первоначальное положение (что исходя из нематериального характера нарушенного права невозможно), а на уравновешивание неимущественной потери.

Суд первой инстанции, ссылаясь на то, что факт распространения сведений, порочащих деловую репутацию ФИО10, подтвержден материалами дела, распространенные сведения порочат деловую репутацию ФИО10, приняв во внимание профессиональный характер, распространяемых сведений, их содержание, учитывая, что лицо, распространяющее сведения, осуществляет функции представителя по делам об установлении строительных недостатков, степень распространения сведений (в группе «Соседи-174» состоит 2 824 участника (т. 1 л.д. 43), удовлетворил требование ФИО10 о взыскании компенсации морального вреда в заявленном размере 150 000 руб.

Однако судом первой инстанции не было учтено следующее.

Несмотря на то, что достаточным основанием для компенсации морального вреда является установление судом факта распространения в отношении истца – физического лица не соответствующих действительности и порочащих деловую репутацию сведений; что при причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается, указанные обстоятельства не освобождают потерпевшую сторону от обязанности по доказыванию в порядке статей 65, 66 АПК РФ, а суд первой инстанции – по установлению наличия физических, нравственных страданий, иных критериев для определения размера подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда по делам о защите чести, достоинства или деловой репутации (пункты 14, 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда).

Из анализа статей 151, 1101 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой и апелляционной инстанции.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Заявляя требование о компенсации морального вреда ФИО10 не было представлено в дело каких-либо доказательств причинения ей существенных нравственных и физических страданий, негативных последствий по трудовой или экспертной деятельности, причиненных в результате распространения ответчиком недостоверных и порочащих истца сведений.

Напротив, из материалов дела усматривается, что в период судебного разбирательства ФИО2 вышла замуж, сменила фамилию на ФИО6.

В обоснование заявленного иска ФИО10 утверждала, что ей как поручали ранее, так и продолжают поручать проведение по делам судебных экспертиз.

Таким образом, истцом не было подтверждено, что распространение ответчиком порочащих сведений каким-либо явным образом повлияло на физическое или нравственное здоровье истца, сформировало негативное общественное мнение о нем, затронуло его достоинство, социальное положение или деловая репутация.

Учитывая изложенное, апелляционный суд пришел к выводу, что суд первой инстанции необоснованно, немотивированно удовлетворил в полном объеме заявленное ФИО10 требование о взыскании компенсации морального вреда именно в размере 150 000 руб., не соотнеся данный размер с вышеуказанными обстоятельствами.

Тем не менее, принимая во внимание, что при причинении вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, наличие морального вреда предполагается, то есть суд в полном объеме не вправе отказать во взыскании морального вреда, принимая во внимание способ и длительность распространения недостоверных сведений, степень их влияния на формирование негативного общественного мнения о лице, которому причинен вред, а также предпринятые ответчиком действия по удалению видеоролика, содержащего высказывания, унижающие честь и достоинство ФИО10, исходя из требований разумности и справедливости, судебная коллегия пришла к выводу о возможности снижения размера заявленного морального вреда и взыскания с ответчика в пользу ФИО10 компенсации морального вреда в размере 30 000 руб.

Иной разумный и обоснованный, соразмерный допущенному нарушению размер компенсируемого морального вреда ответчиком документально подтвержден не был.

Доводы апеллянта о том, что ответчик является физическим лицом, и подобная сумма составляет трехмесячный доход ответчика, повлечет за собой значительное ухудшение его материального положения, не приняты судебной коллегией, поскольку ежемесячный доход ответчиком документально подтвержден не был, его размер ответчиком варьировался от пояснений к пояснениям (доводам апелляционной жалобы). Кроме того, сам по себе ежемесячный доход ответчика не может служить объективным мерилом разумности и обоснованности размера компенсируемого морального вреда.

Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит изменению в части взыскания с ФИО1 в пользу ФИО7 морального вреда в размере 150 000 руб. С ФИО1 в пользу ФИО7 подлежит взысканию моральный вред в размере 30 000 руб.

ООО «ТЭО» было заявлено требование о взыскании судебных расходов на оплату заключения специалиста от 09.03.2023 № 0426 в размере 56 500 руб., судебных расходов на нотариальное оформление протокола осмотра доказательств в размере 18 620 руб., судебных расходов на оформление доверенности в размере 3 400 руб.

Согласно статье 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ). Перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

ООО «Эскала Групп» по инициативе ООО «ТЭО» составлено заключение специалиста № 0426 от 09.03.2023, в котором проведено лингвистическое исследование видеоролика, размещенного в социальной сети «Вконтакте» в группе «Соседи-174» (т. 1 л.д. 59-73).

Стоимость услуг по подготовке заключения специалиста № 0426 от 09.03.2023 составила 56 500 руб., что подтверждается договором от 22.02.2023 № 2794/02 (т. 1 л.д. 142-144) в редакции дополнительного соглашения от 07.03.2023 (т. 1 л.д. 145-146), платежным поручением № 76 от 01.03.2023 (т. 1 л.д. 147).

ООО «ТЭО» понесены расходы на составление протокола осмотра доказательств от 09.02.2023 (т. 1 л.д. 29-30) в размере 18 620 руб., что подтверждается отметкой на протоколе осмотра доказательств от 09.02.2023 об уплате пошлины за совершение нотариального действия (т. 1 л.д. 30).

ООО «ТЭО» понесены расходы на нотариальное оформление доверенности от 09.02.2023 № 74 АА6191969 (т. 1 л.д. 141) в размере 3 400 руб. 00 коп., что подтверждается справкой от 09.02.2023 нотариуса нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО11 (т. 1 л.д. 149).

Бремя доказывания того, что понесенные ООО «ТЭО» расходы являются завышенными, возлагается на ФИО1, однако ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих, что понесенные ООО «ТЭО» расходы являются завышенными.

Из приведенных ответчиком обстоятельств судом не установлено недобросовестного поведения ООО «ТЭО» либо злоупотребления правом на его стороне.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Судом установлено, что обращение ООО «ТЭО» к специалисту для проведения лигвистического исследования, расходы на составление протокола осмотра доказательств обусловлены необходимостью защиты деловой репутации, то есть признаки злоупотребления правом с его стороны в указанном поведении отсутствуют.

Поскольку неимущественные требования ООО «ТЭО» удовлетворены, в удовлетворении имущественных требований ООО «ТЭО» отказано, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату заключения специалиста № 0426 от 09.03.2023 в размере 28 250 руб.., расходы на оформление протокола осмотра доказательств от 09.02.2023 в размере 9 310 руб.

В удовлетворении требований о взыскании расходов за составление доверенности от 09.02.2023 № 74 АА6191969 в размере 3 400 руб. судом первой инстанции отказано правомерно, поскольку доверенность выдана в отношении ФИО2, согласно которой ФИО2 предоставлены общие полномочия представителя ООО «ТЭО». Из доверенности от 09.02.2023 № 74 АА6191969 не следует, что она выдана для участия ФИО2 в настоящем судебном деле.

Возражений относительно распределения понесенных по делу судебных издержек лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке не заявлено (часть 5 статьи 268 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку судебный акт суда первой инстанции частично изменен на основании апелляционной жалобы ответчика, доводы которой в части приняты апелляционным судом, понесенные ответчиком судебные расходы по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы в размере 10 000 руб. подлежат взысканию с ФИО10 в пользу ФИО5

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.02.2025 по делу № А76-5442/2024 изменить в части взыскания с ФИО1 в пользу ФИО7 морального вреда в размере 150 000 руб.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО7 моральный вред в размере 30 000 руб.

В остальной части решение Арбитражного суда Челябинской области от 26.02.2025 по делу № А76-5442/2024 оставить без изменения.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 10 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья

А.С. Жернаков

Судьи:

Н.В. Зорина

Т.В. Курносова