АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИВАНОВСКОЙ ОБЛАСТИ

153022, <...>

http://ivanovo.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А17-8660/2024

г. Иваново

20 января 2026 года

Резолютивная часть решения объявлена 13 января 2026 года.

В полном объеме решение изготовлено 20 января 2026 года.

Арбитражный суд Ивановской области в составе судьи Смирнова В.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем Молозиной Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) об обязании ответчика в течение 5 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу передать копии документов, касающихся деятельности общества, а также об установлении судебной неустойки в размере 10 000 рублей за каждый день просрочки исполнения решения суда,

при участии в деле третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 и финансового управляющего ФИО1 ФИО3,

при участии в судебном заседании (до перерыва):

от истца – ФИО1, лично, паспорт,

от ответчика – не явился, извещен,

в отсутствие надлежащим образом извещенных третьих лиц,

после перерыва: в отсутствие представителей сторон и третьих лиц,

установил:

ФИО1 (далее также – истец, ФИО1) обратился в Арбитражный суд Ивановской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Монолит» (далее также – ответчик, общество) об обязании ответчика в течение 5 рабочих дней с момента вступления решения суда в законную силу передать копии документов, касающихся деятельности общества, а также об установлении судебной неустойки в размере 10 000 руб. за каждый день просрочки исполнения решения суда.

Исковые требования мотивированы тем, что истец, являясь участником общества, доля в уставном капитале которого составляет 33 %, запросив у ответчика информацию и документацию, касающуюся деятельности общества, не получил ее, что побудило его обратиться в суд с настоящим исковым заявлением.

Определением от 12.09.2024 исковое заявление ФИО1 принято к рассмотрению по общим правилам искового производства, назначено предварительное судебное заседание на 17.10.2024.

Определением от 17.10.2024 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО2 (далее также – третье лицо, ФИО2) и отложил предварительное судебное заседание на 02.12.2024.

В связи с необходимостью уточнения исковых требований, представления дополнительных доказательств, определениями от 02.12.2024 и от 21.01.2025 предварительное судебное заседание в порядке, предусмотренном статьями 136, 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, откладывалось.

Определением от 19.02.2025 суд назначил дело к судебному разбирательству на 09.04.2025.

Судебное разбирательство в связи с неявкой истца, представлением сторонами и истребованием судом дополнительных доказательств, уточнением исковых требований, в соответствии с положениями статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неоднократно откладывалось.

Определением от 03.12.2025 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового управляющего истца ФИО3, истребовал дополнительные доказательства и отложил судебное разбирательство на 13.01.2026.

Дело рассмотрено 13.01.2026 с участием истца, и в отсутствие представителей надлежащим образом извещенных о рассмотрении дела ответчика и третьих лиц, по имеющимся в деле доказательствам.

Исследовав материалы дела и выслушав истца, а ранее представителя ответчика, суд установил следующие фактические обстоятельства.

Согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) общество с ограниченной ответственностью «Монолит» зарегистрировано в качестве юридического лица 31.12.2015 за ОГРН: <***>.

ФИО1 является участником общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>), доля в уставном капитале в обществе которого составляет 33 % (номинальная стоимость 3 300 рублей).

Участником общества также является ФИО4, доля в уставном капитале в обществе которого составляет 34 % (номинальная стоимость 3 400 рублей), он же является генеральным директором общества.

Ранее, участником общества также являлся ФИО5 (до его смерти), доля в уставном капитале в обществе которого составляла 33 % (номинальная стоимость 3 300 рублей).

Как указывает истец, он, как участник общества, в связи с существенными изменениями финансового и имущественного состояния последнего, 17.08.2024 направил в адрес ответчика заявление от 16.08.2024 о предоставлении информации и копий следующей документации:

1) в отношении сделки, совершенной между обществом и ФИО6 в том числе:

− договор уступки права требования от 29.12.2018 с приложениями;

− дополнительные соглашения, переписка и иная документация, касающаяся исполнения указанного договора,

− дополнительные соглашения, переписка и иная документация, касающаяся исполнения указанного договора, включая документацию и переписку, оформленные между обществом и ФИО6, а также правопреемниками ФИО6;

2) в отношении сделок, совершенных между обществом и ФИО4, а также между обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4, в том числе: договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, первичная документация, подтверждающая выполнение работ, документация об оплате, переписка и иная документация, касающаяся исполнения указанных договоров;

3) в отношении заявления ФИО4 (действующий генеральный директор общества в ИФНС о недостоверности юридического адреса общества (в том числе копию заявления, ответ ИФНС, иную документацию и переписку в отношении данного вопроса);

4) в отношении аренды обществом помещений по юридическому адресу ответчика (<...>) в период с 01.01.2016 по дату получения запроса истца, включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров;

5) в отношении имевшего место 18.02.2019 перечисления со счета общества на счет ФИО7 денежных средств в сумме 60 000 рублей, включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров;

6) в отношении имевшего место 20.03.2019 и 26.03.2019 перечисления со счета общества на счет ФИО8 денежных средств в сумме 100 000 рублей, включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров;

7) в отношении имевшего место 06.05.2019 и 27.05.2019 перечисления со счета общества на счет общества с ограниченной ответственностью «Аспект» денежных средств в сумме 100 000 рублей, включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров;

8) в отношении имевшего место выдачи судебного приказа по делу № А17-1210/2024 на сумму 110 000 (сто десять тысяч) рублей (данным судебным приказом взыскана с общества в пользу индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) задолженность по оплате оказанных услуг по договору оказания бухгалтерских услуг от 10.03.2022 за период с 10.03.2022 по 31.12.2022), включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров;

9) договоры об отчуждении обществом находившегося в его собственности недвижимого имущества, имущественных прав и иных активов общества в период с 01.01.2016 по дату получения требования ФИО1;

10) документы, подтверждающих приобретение, списание, реализацию, выбытие и прочее перемещение основных средств и товарно-материальных ценностей общества за период с 01.01.2016 по дату получения требования ФИО1;

11) протоколы общих собраний участников общества в период с 01.01.2016 по дату получения требования ФИО1

Запрос истца ответчик получил 28.08.2024 (РПО 80088298822395).

Не получив от ответчика затребованную информацию, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

В процессе рассмотрения дела истец, в связи с частичным добровольным удовлетворением обществом требований ФИО1, уточнил исковые требования и просил обязать ответчика предоставить истцу заверенные подписью руководителя и печатью общества копии следующих документов:

1) в отношении Договора уступки права требования от 29.12.2018:

- дополнительные соглашения, переписка и иная документация, касающаяся исполнения договора уступки права требования от 29.12.2018;

- дополнительные соглашения, переписка и иная документация, касающаяся исполнения указанного договора, включая документацию и переписку, оформленные между обществом и ФИО6, а также правопреемниками ФИО6;

2) в отношении сделок, совершенных между обществом и ФИО4, а также между обществом и индивидуальным предпринимателем ФИО4, в том числе, договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, первичная документация, подтверждающая выполнение работ, документация об оплате, переписка и иная документация, касающаяся исполнения указанных договоров;

3) в отношении заявления ФИО4 (действующий генеральный директор общества) в ИФНС о недостоверности юридического адреса общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (в том числе, копию заявления, ответ ИФНС, иную документацию и переписку в отношении данного вопроса);

4) в отношении аренды обществом помещений по юридическому адресу ответчика (<...>) в период с 01.01.2016 до 2019 года, включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров;

5) договоры об отчуждении обществом находившегося в его собственности недвижимого имущества, имущественных прав и иных активов общества в период с 01.01.2016 до 2019 года включительно;

6) документы, подтверждающие приобретение, списание, реализацию, выбытие и прочее перемещение основных средств и товарно-материальных ценностей общества за период с 01.01.2016 до 2019 года включительно.

Уточненные исковые требования приняты судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (протокол от 13.05.2025).

Ответчиком были представлены отзывы на исковое заявление и письменные дополнения к ним, из содержания которых следует, что исковые требования не подлежат удовлетворению, поскольку:

- истребование истцом у общества запрашиваемой документации не обусловлено наличием у ФИО1 деловой цели, поскольку большая часть документов у него имеется, так как сам истец являлся непосредственным их автором, что подтверждается вступившими в законную силу судебными актами арбитражного суда и свидетельствует о злоупотреблении ФИО1 своим правом;

- документы, запрашиваемые истцом у ответчика, у общества фактически отсутствуют (уничтожены), что подтверждается представленными в дело доказательствами;

- отсутствие конкретизированного списка запрашиваемых документов с указанием наименования и реквизитов документа, не позволяет исполнить решение в случае удовлетворения судом исковых требований;

- истцом пропущен срок исковой давности, а все запрашиваемые истцом документы относятся к прошлым периодам, что позволяет обществу отказать в предоставлении указанных документов в силу норм действующего федерального законодательства;

- в обществе отсутствуют истребуемые истцом документы, в том числе, в связи с не передачей предыдущим генеральным директором общества ФИО2 документов, оформленных им в период его руководства с 03.09.2019 по 31.12.2019.

Истцом представлялись письменные мотивированные возражения на позицию и доводы ответчика.

ФИО2 был представлен отзыв на исковое заявление, в котором отражены доводы в поддержу исковых требований ФИО1

Финансовым управляющим истца представлена письменная позиция по спору от 13.01.2026, в которой последний оставил разрешение спора на усмотрение суда и просил рассмотреть дело в свое отсутствие.

Более подробно позиции сторон и третьих лиц изложены ими в представленных в суд процессуальных документах.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ) представленные в материалы дела доказательства, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

Из абзаца первого пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), следует, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Защита гражданских прав осуществляется путем, в том числе, присуждения к исполнению обязанности в натуре (абзацы первый, восьмой статьи 12 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено ГК РФ, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1).

Обращаясь с исковым заявлением в суд, истец указал, что он является участником общества, в связи с чем, обладает корпоративным правом на получение любой информации о деятельности ответчика.

Из пункта 1 статьи 65.2 и пункта 1 статьи 67 ГК РФ следует, что участник корпорации вправе, помимо прочего, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом и учредительным документом корпорации, получать информацию о деятельности корпорации и знакомиться с ее бухгалтерской и иной документацией.

В абзаце третьем пункта 1 статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах) также предусмотрено право участника требовать любые имеющиеся у общества документы, которые связаны с деятельностью этого общества.

В силу положений статей 32, 40 Закона об обществах, руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества. В целях осуществления своих полномочий директор имеет доступ ко всей документации, связанной с деятельностью общества, и как его исполнительный орган, отвечает за сохранность документов.

В соответствии с положениями статьи 50 Закона об обществах, общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Общество по требованию участника общества обязано обеспечить ему доступ к следующим документам:

- договор об учреждении общества, за исключением случая учреждения общества одним лицом, решение об учреждении общества, устав общества, утвержденный учредителями (участниками) общества, а также внесенные в устав общества и зарегистрированные в установленном порядке изменения и дополнения;

- протокол (протоколы) собрания учредителей общества, содержащий решение о создании общества и об утверждении денежной оценки неденежных вкладов в уставный капитал общества, а также иные решения, связанные с созданием общества;

- документ, подтверждающий государственную регистрацию общества;

- внутренние документы общества;

- положения о филиалах и представительствах общества;

- решение о выпуске (дополнительном выпуске) ценных бумаг, изменения в решение о выпуске (дополнительном выпуске) ценных бумаг, отчет об итогах выпуска (дополнительного выпуска) ценных бумаг, уведомление об итогах выпуска (дополнительного выпуска) ценных бумаг;

- протоколы общего собрания участников общества, протоколы ревизионной комиссии общества;

- списки аффилированных лиц общества;

- заключения ревизионной комиссии (ревизора) общества, аудиторской организации (индивидуального аудитора) общества, государственных и муниципальных органов финансового контроля;

- судебные решения по спорам, связанным с созданием общества, управлением им или участием в нем, а также судебные акты по таким спорам, в том числе определения о возбуждении арбитражным судом производства по делу и принятии искового заявления либо заявления об изменении основания или предмета ранее заявленного иска;

- протоколы совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального исполнительного органа общества;

- договоры (односторонние сделки), являющиеся крупными сделками и (или) сделками, в совершении которых имеется заинтересованность;

- запись трансляции заседания общего собрания участников общества с дистанционным участием;

- иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Общество по требованию участника общества обязано предоставить ему копии указанных документов.

Общество вправе отказать в предоставлении документов при наличии хотя бы одного из следующих условий:

1) электронная версия запрашиваемого документа на момент предъявления участником общества требования размещена на сайте общества в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в свободном доступе либо раскрыта в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о ценных бумагах для раскрытия информации;

2) документ запрашивается повторно в течение трех лет при условии, что первое требование о его предоставлении было надлежащим образом исполнено обществом;

3) документ относится к прошлым периодам деятельности общества (более трех лет до момента обращения участника общества с требованием), за исключением документов, перечисленных в подпунктах 1 – 9 пункта 2 статьи 50 Закона об обществах.

Порядок хранения документов общества и доступа участников к ним определен статьей 16 Устава общества.

Кроме того, согласно части 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта, за исключением случаев, если иное установлено бюджетным законодательством Российской Федерации.

По смыслу положений статьи 9 Закона о бухгалтерском учете, все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Из части 1 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете следует, что первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Из анализа норм действующего федерального законодательства следует, что все документы, согласно которым фиксируются и подтверждаются хозяйственные операции корпорации и иные значимые для деятельности общества действия, подлежат хранению, организация которого (хранения) обеспечивается руководителем экономического субъекта (в данном случае, исполнительным органом общества).

При этом в действующем законодательстве не содержится норм, которыми бы устанавливались какие-либо ограничения в перечне документации, касающейся деятельности общества, с которой участник общества вправе знакомиться и получать заверенные копии (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2024 № 301-ЭС24-2609 по делу № А11-11750/2022).

Участники общества, как лица, участвующие в деятельности общества, вправе требовать от последнего доступа к документам (ознакомления с ними, получения их копий) о деятельности указанного общества, в том числе, о сделках, совершаемых (совершенных) обществом, общих собраний общества, переписок с контрагентами общества, заявлений и прочих документов, так или иначе затрагивающих деятельность общества, прямо или косвенно влияющих на непосредственно права и законные интересы общества, и соответственно, опосредованно, на права и законные интересы участников такого хозяйственного общества.

Таким образом, учитывая, что истец является участником общества, суд констатирует, что ФИО1 обладает правом на получение интересующей его документации (информации) о деятельности общества. Такое право является основополагающим корпоративным правом участника общества и не может быть произвольно ограничено судом.

Проанализировав доводы ответчика и представленные им доказательства в обоснование возражений по иску, суд пришел к следующим выводам.

Так, ответчик указывает, что истец не обосновал наличие у него деловой цели в получении документов, датированных до 2019 года, что свидетельствует о злоупотреблении правом с его стороны.

В опровержении позиции ответчика в данной части истец указал, что в спорный период, в частности, в четвертом квартале 2018 года, обществом были приняты решения и совершены сделки об отчуждении всех активов общества, однако в полном объеме всеми подтверждающими отчуждение активов документами истец не располагает, названные сделки с ним не согласовывались, что свидетельствует об отсутствии соблюдения корпоративных процедур, а потому, ознакомление с данными документами необходимо в целях анализа законности деятельности общества и контролирующих его лиц, в частности, ФИО4, являющегося в соответствующий период времени генеральным директором общества.

Изучив данные доводы, суд учитывает следующее.

Из правового подхода, сформулированного в пункте 14 Обобщения судебной практики по корпоративным спорам о предоставлении информации хозяйственными обществами, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, следует, что о наличии у участника правомерного (добросовестного) интереса в получении информации могут свидетельствовать такие действия с его стороны, как планирование истцом продажи своих акций или доли в уставном капитале (в том числе в ходе процедур банкротства истца), подготовка к обращению в суд с требованием об оспаривании решения органа или договора хозяйственного общества либо о привлечении к ответственности органов общества, а также подготовка к участию в общем собрании акционеров.

Аналогичная правовая позиция содержится в абзаце пятом пункта 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ».

Проанализировав представленные в дело документы, суд считает заслуживающим внимания довод истца о том, что необходимость ознакомления с документами о деятельности общества, датируемыми до 2019 года, вызвана существенным уменьшением активов общества (до 0) в спорный период, при этом истец не обладает достоверной информацией о сделках и решениях, принятых обществом под руководством ФИО4, повлекших отчуждение многомилионных активов юридического лица, что ответчиком не было надлежащим образом опровергнуто.

Таким образом, деловая цель на получение информации и цель ее предполагаемого использования подтверждена истцом, суд считает ее убедительной, при этом наличие в действиях истца признаков злоупотребления правом, в том числе, перечисленных в абзацах третьем и четвертом пункта 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ» и абзацах шестом, восьмом – тринадцатом пункта 14 Обобщения судебной практики по корпоративным спорам о предоставлении информации хозяйственными обществами, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, документально не подтверждается, судом не установлено.

Довод ответчика о том, что истец являлся непосредственным автором ряда документов, сам по себе, не может служить основанием полагать, что такой изготовленный истцом документ, подписанный генеральным директором общества, не является в процессе его согласования и подписания измененным и вообще, юридически существующим, а кроме того, допустимые, относимые и достоверные доказательства авторства истца каких-либо документов, являющихся предметом спора, в дело истцом или ответчиком не представлены.

При указанных обстоятельствах, названный выше довод общества суд считает несостоятельным, не являющимся основанием для отказа в иске.

Довод ответчика о том, что отсутствие конкретизированного списка запрашиваемых документов с указанием наименования и реквизитов документа, не позволяет исполнить решение в случае удовлетворения судом исковых требований, суд считает необоснованным в силу следующего.

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 4 информационного письма Президиума ВАС РФ от 18.01.2011 № 144 «О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ», судам надлежит учитывать, что при обращении в хозяйственное общество с требованием о предоставлении информации об обществе участники должны определять предмет своего требования, конкретизировав перечень и виды запрашиваемой информации или документов.

Однако степень должной конкретизации требования участника о предоставлении информации должна оцениваться судом с учетом обстоятельств рассматриваемого дела и необходимости обеспечить реальную возможность осуществления участником общества своих прав. Например, обращенное к обществу требование о представлении протоколов общих собраний участников за определенный период не обязательно предполагает указание точных дат составления протокола и их номеров, которые участник может не знать.

В случае удовлетворения требования участника об обязании хозяйственного общества предоставить информацию суд в резолютивной части решения должен указать, какие именно действия и в какой срок должно совершить общество (например, предоставить истцу заверенные копии определенных документов или определенные документы для ознакомления).

Из уточненных исковых требований следует, что известные истцу реквизиты документов, в числе которых тип (вид) документа, наименования сторон сделок, период их совершения и (или) исполнения, а также примерное содержание данных документов, позволяющих определить направленность порождающих ими правовых последствий, позволяют определить перечень документации, подлежащей передаче ответчиком истцу, что согласуется с названными выше разъяснениями.

Из изложенного следует, что требование участника общества о предоставлении информации (документов) признается достаточно конкретизированным, в частности, если в нем указан вид документации и период ее составления, при этом точные даты и номера документов указывать необязательно.

Таким образом, данный довод общества не может служить основанием для отказа судом в удовлетворении исковых требований.

Довод ответчика о том, что истцом пропущен срок исковой давности, а все запрашиваемые истцом документы относятся к прошлым периодам, что позволяет обществу отказать в предоставлении указанных документов в силу норм действующего федерального законодательства, рассмотрен судом.

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено (статья 195 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 и пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Учитывая данные нормы права, срок исковой давности в данном случае надлежит исчислять с даты направления истцом в адрес ответчика требования о передаче документации (17.08.2024), которое обществом удовлетворено не было, чем и были нарушены права ФИО1 на получение информации в виде документации о деятельности ответчика, а с указанной даты срок исковой давности истцом на день предъявления иска в суд (06.09.2024) не пропущен.

Относимость запрашиваемых истцом у ответчика документов к прошлому периоду деятельности общества (более трех лет до момента обращения участника общества с требованием) в данном конкретном случае не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в полном объеме в силу следующего.

Согласно подпункту 3 пункта 4 статьи 50 Закона об обществах, общество вправе отказать в предоставлении документов, относящихся к прошлым периодам деятельности общества (более трех лет до момента обращения участника общества с требованием), за исключением документов, перечисленных в подпунктах 1 – 9 пункта 2 данной статьи.

В то же время указанное ограничение на предоставление документов, относящихся к прошлым периодам деятельности общества (более трех лет до момента обращения с требованием), следует применять с учетом того, что право на информацию обеспечивает участнику общества возможность осуществления иных его прав, в том числе права на судебную защиту. Поэтому для отказа в предоставлении информации необходимо, чтобы документ не только относился к периодам деятельности общества более трех лет до момента обращения с требованием, но и не имел ценности с точки зрения его анализа (экономического, юридического (в том числе по причине истечения сроков исковой давности) и т.д.).

Указанная правовая позиция отражена в пункте 16 Обобщения судебной практики по корпоративным спорам о предоставлении информации хозяйственными обществами, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023, а также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2016 № 302-ЭС15-14349 по делу № А33-16565/2014.

Суд проанализировал перечень истребуемой истцом документации, связанной с деятельностью общества за период ранее 2019 года, и пришел к следующим выводам.

При разрешении данной категории споров, помимо прочего, суд обязан учитывать, что по смыслу статьи 6 Федерального конституционного закона от 31.12.1996 № 1-ФКЗ «О судебной системе Российской Федерации», статей 16 и 182 АПК РФ судебные решения должны отвечать общеправовому принципу исполнимости судебных актов.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно отмечал, что общеправовой принцип правовой определенности предполагает стабильность правового регулирования и исполнимость вынесенных судебных решений (Постановления от 30.07.2001 № 13-П, от 05.02.2007 № 2-П); судебные акты должны быть исполнимы реально и безусловно.

Из содержания статьи 16 АПК РФ и статьи 308.3 ГК РФ следует обязанность суда исследовать вопрос о фактическом нахождении всех истребуемых документов у лица, к которому предъявлено требование об их передаче. Судебный акт, обязывающий передать документы, отсутствующие у лица, не может обладать признаками исполнимости. Вынесение неисполнимого судебного акта недопустимо, поскольку иначе он не будет соответствовать части 1 статьи 16 АПК РФ и может создать угрозу необоснованного привлечения лица к ответственности за его неисполнение (в частности, в случае взыскания в пользу кредитора неустойки в соответствии со статьей 308.3 ГК РФ).

Таким образом, истребование судом документации у лица, у которого она отсутствует, с риском наложения на него по требованию истца судебной неустойки за неисполнение судебного акта о передаче документации, начисляемой сколь угодно долго без возможности его наконец исполнить, означает неисполнимость судебного акта об истребовании в соответствующей части и влечет грубое нарушение прав и законных интересов такого лица.

Исходя из заявленных ФИО1 уточненных исковых требований, истец фактически просит обязать ответчика представить, помимо прочего, копии следующих документов: дополнительные соглашения, переписка и иная документация, касающаяся исполнения договора уступки права требования от 29.12.2018, а также дополнительные соглашения, переписка и иная документация, касающаяся исполнения указанного договора, включая документацию и переписку, оформленные между обществом и ФИО6, и (или) правопреемниками ФИО6

В процессе рассмотрения дела ответчик предоставил истцу копию договора уступки права (требования) от 29.12.2018, а также копию дополнительного соглашения к нему от 09.01.2019.

Согласно общедоступным данным реестра наследственных дел, ФИО6, являющийся участником заключенных между им и обществом сделок, умер 02.03.2023 (наследственное дело № 34243759-63/2023).

Как неоднократно указывал в судебных заседаниях представитель ответчика, какие-либо иные соглашения, договоры и прочие документы, требующие заключения (подписания), с ФИО6 либо с его правопреемниками, не заключались (не совершались, не подписывались), переписка с данными лицами обществом не велась, иные документы, касающиеся данных лиц, отсутствуют (протокол судебного заседания от 23.09.2025).

Одновременно с этим, суд находит заслуживающим внимание контрдовод ответчика о том, что оплату по договору уступки ФИО6 должен был произвести только после получения задолженности от общества с ограниченной ответственностью «Инвест-Юр-Сервис» (это условие отражено в переданном истцу дополнительном соглашении от 09.01.2019, из которого следует, что ФИО6 возвращает обществу 90 % денежных средств, полученных от общества с ограниченной ответственностью «Инвест-Юр-Сервис»). Принимая во внимание, что общество с ограниченной ответственностью «Инвест-Юр-Сервис» не осуществляло оплаты ФИО6, он, соответственно, не обязан был осуществлять оплату обществу с ограниченной ответственностью «Монолит». Ввиду ненаступления отраженного в указанных документах отлагательного условия, какие-либо новые документы, в том числе, связанные с оплатой, между участниками данных соглашений не заключались, что суд находит убедительным.

При таких обстоятельствах, суд не нашел оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 в указанной части.

Не нашел суд оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и в части заявления ФИО4 (действующий генеральный директор общества) в ИФНС о недостоверности юридического адреса общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (в том числе, копию заявления, ответ ИФНС, иную документацию и переписку в отношении данного вопроса), поскольку в результате истребования из регистрирующего органа указанных документов судом было установлено, что подобного рода заявления ФИО4 не направлял; с иными документами, связанными с недостоверностью юридического адреса общества с ограниченной ответственностью «Монолит», истец ознакомился. Доказательств существования иных подобного рода документов, в том числе, появившихся по инициативе ответчика или контролирующих его лиц, в деле не имеется.

Также истец просил истребовать документы по аренде обществом помещений по юридическому адресу ответчика (<...>) в период с 01.01.2016 до 2019 года, включая договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, документацию об оплате, переписку и иную документацию, касающуюся исполнения, изменения и расторжения указанных договоров.

Суд, проанализировав данный вид истребуемой истцом документации, не нашел оснований для удовлетворения исковых требований в указанной части.

Факт наличия или отсутствия указанных документов представители сторон прямо не подтвердили.

Из регистрационного дела в отношении общества, полученного судом по результатам истребования доказательств, следует, что общество с ограниченной ответственностью «Монолит» было зарегистрировано по адресу: 153021, <...> с момента его учреждения; в гарантийном письме, представленном в регистрирующий орган при учреждении общества указано, что собственником данного нежилого помещения (юридического адреса общества) является ФИО4. Указанные обстоятельства также подтверждаются представленным в регистрирующий орган свидетельством о государственной регистрации права от 22.01.2007.

Основания полагать, что данное нежилое помещение было передано в аренду обществу без наличия косвенных доказательств данному обстоятельству, у суда отсутствуют.

Кроме того, по убеждению суда, истец надлежащим и достаточным образом не обосновал цель получения названного типа документации, принимая во внимание, что данные документы объективно и однозначно никак не могут быть связаны с уменьшением размера активов общества в спорный период (с 01.01.2016 по 31.12.2019), а учитывая, что договор аренды данного нежилого помещения и тому подобные документы датированы ранее 2019 года (даже если предположить, что они юридически существовали), истец не имеет в такой ситуации правовых оснований для их истребования в силу подпункта 3 пункта 4 статьи 50 Закона об обществах.

Применительно к остальной части истребуемых истцом документов, суд пришел к следующим выводам.

Так, истец фактически просил истребовать копии следующих документов – сделки, совершенные между обществом с ограниченной ответственностью «Монолит» и ФИО4, в том числе, договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, первичная документация, подтверждающая выполнение работ, документация об оплате, иная документация, касающаяся исполнения указанных договоров.

Из представленных ответчиком письменных позиций следует, что общество не отрицало факт существования данных документов, заключаемых (совершаемых) между обществом и ФИО4.

Факт уничтожения названных документов, о чем заявлено ответчиком, не свидетельствует о безвозвратной утрате названных документов и (или) утрате возможности их восстановления, принимая во внимание, что участниками данных сделок являлось общество, где основным контролирующим его лицом является ФИО4 и сам ФИО4.

Довод ответчика о том, что ФИО4 оказывал услуги обществу в период с 2017 года по 2018 год, то есть к моменту обращения истца с иском прошло более 5 лет, при этом в указанный период времени между участниками отсутствовал корпоративный конфликт, все они участвовали в хозяйственной жизни общества, что подтверждается, в том числе, представленными протоколами общих собраний и отсутствием судебных споров между участниками в указанный период времени, не является достаточным для отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1

Сам факт участия в хозяйственной жизни общества, учитывая, что ФИО1 никогда не исполнял обязанности исполнительного органа общества, однозначно не свидетельствует о том, что истец мог и (или) должен был знать о всех заключаемых между обществом и ФИО4 сделках и их содержании.

Какие-либо достоверные доказательства, подтверждающие что истец знал (не мог не знать) об указанных документах и их содержании в дело ответчиком не были представлены.

Ссылка ответчика на подписанный, в том числе истцом, протокол общего собрания участников общества, не свидетельствует о том, что ФИО1 был в курсе о всех заключенных между обществом и ФИО4 сделках и достоверно знал их содержание.

Суд также пришел к выводу о том, что подлежат удовлетворению исковые требования ФИО1 об истребовании договоров об отчуждении обществом с ограниченной ответственностью «Монолит» находившегося в его собственности недвижимого имущества, имущественных прав и иных активов общества за период с 01.01.2017 по 31.12.2019, а также документов, подтверждающих приобретение, списание, реализацию, выбытие и прочее перемещение основных средств и товарно-материальных ценностей общества с ограниченной ответственностью «Монолит» за период с 01.01.2017 по 31.12.2019.

Приходя к выводу об удовлетворении исковых требований в данной части, но за период с 01.01.2017 (а не с 01.01.2016, как просил истец) по 31.12.2019, суд исходил из следующего.

Перечисленные истцом документы отнесены к документации, подтверждающей хозяйственную деятельность общества, получение им прибыли, подлежащей соответственно распределению между его участниками в порядке, предусмотренном действующим законодательством и уставом общества, в связи с чем, такого рода документы не могут не иметь значения для лиц, являющихся участниками общества, рассчитывающими на получение доходов (прибыли) от его деятельности.

Определяя период истребования документации с 01.01.2017 по 31.12.2019, суд исходил из того, что перечисления денежных средств, как указывает истец, без соблюдения корпоративных процедур, происходили в период с 2017 года по 2018 год, о чем указано в письменных пояснениях истца от 06.11.2025. Какие-либо иные документы, которые могли бы иметь экономическую и юридическую ценность за период до 2017 года в деятельности общества, истцом не поименованы, судом не установлены, а потому, необходимость их истребования у ответчика объективно отсутствует.

Ссылки ответчика на невозможность представления истребуемых документов, в том числе, по причине их не передачи ФИО2 ФИО4, являются необоснованными, поскольку из содержания постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 21.12.2023, оставленного без изменений постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 20.06.2024 по делу Арбитражного суда Ивановской области № А17-5810/2022, следует, что ФИО4 являлся генеральным директором общества как до назначения ФИО2, так и после освобождения последнего от занимаемой должности. Доказательства, свидетельствующие о передаче ФИО2 бывшим руководителем коммерческих документов, а также печати общества, в материалы дела не представлены (страница 11 апелляционного постановления, страница 4 кассационного постановления).

Таким образом, по убеждению суда, истец обосновал наличие ценности указанных выше документов за определенный судом период времени с точки зрения их анализа (экономического, юридического), позволяющего составить представление о финансово-хозяйственном состоянии общества в соответствующий период времени, учитывая, что истец, как в исковом заявлении, так и при озвучивании позиции в судебных заседаниях, обосновал деловую цель в необходимости получения запрашиваемых у ответчика документов, обусловленную существенным (абсолютным) уменьшением активов общества, особенно в период с 01.10.2018 по 31.12.2018, указав на их важность для реализации права на судебную защиту своих корпоративных прав в условиях наличия не оспариваемого сторонами корпоративного конфликта в обществе, и напротив, ответчик не обосновал, что запрашиваемые за спорный период документы не представляют ценности для истца.

Довод ответчика о том, что документы, запрашиваемые истцом, у общества фактически отсутствуют (уничтожены), что подтверждается актом № 1 от 01.07.2024 об уничтожении документов, не подлежащих дальнейшему хранению, подлежит отклонению по следующим мотивам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при предъявлении кредитором иска об исполнении должником обязательства в натуре суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, определяет, является ли такое исполнение объективно возможным. Не может быть отказано в удовлетворении иска об исполнении обязательства в натуре в случае, когда надлежащая защита нарушенного гражданского права истца возможна только путем понуждения ответчика к исполнению в натуре и не будет обеспечена взысканием с ответчика убытков за неисполнение обязательства, например обязанностей по предоставлению информации, которая имеется только у ответчика, либо по изготовлению документации, которую правомочен составить только ответчик.

В абзацах пятом – седьмом пункта 19 Обобщения судебной практики по корпоративным спорам о предоставлении информации хозяйственными обществами, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2023 разъяснено следующее.

Само по себе отсутствие у хозяйственного общества документов, которые в соответствии с пунктом 1 статьи 50 Закона об обществах должны быть составлены и храниться у общества, не может служить основанием для отказа в иске участнику (акционеру).

В том случае, если хозяйственное общество не обладает необходимыми документами и не имеет возможности для их восстановления, оно обязано известить заявителя об отсутствии документов и о причинах их отсутствия, кроме того, причины такого отсутствия, невозможность восстановления и передачи каких-либо документов должны быть надлежащим образом обоснованы и документально подтверждены. В противном случае действует презумпция нахождения документов у хозяйственного общества.

При удовлетворении требования участников о предоставлении информации (документов), требующих восстановления, арбитражным судам в соответствии с частью 2 статьи 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует устанавливать срок, до истечения которого документ (его копия) должен быть восстановлен и предоставлен участнику.

Судебное решение об отказе в удовлетворении исковых требований по данной категории споров может быть принято исключительно в случае предоставления ответчиком относимых, допустимых и достоверных доказательств объективной невозможности передачи копий истцу истребуемых им документов (Определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2022 № 307-ЭС22-5640 по делу № А26-507/2021, от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986 по делу № А65-27205/2017).

Проанализировав представленный обществом акт № 1 от 01.07.2024 об уничтожении документов, не подлежащих дальнейшему хранению, суд отмечает, что:

- указанный акт фактически составлен в одностороннем порядке без привлечения незаинтересованных лиц, но с участием директора общества и подконтрольных ему лиц, являющихся и (или) являвшихся работниками (сотрудниками) общества;

- в указанном акте не отражено, что общество уничтожило конкретные, являющиеся предметом спора, документы, их конкретные реквизиты отсутствуют, равно как и оборудование, с помощью которого они были уничтожены, в связи с чем, оснований считать, что в их числе имелись запрашиваемые истцом документы, не имеется, принимая во внимание, что, например, договор уступки права (требования) от 29.12.2018, а также дополнительное соглашение к нему от 09.01.2019 уничтожены не были, поскольку их копии были переданы истцу после возбуждения производства по настоящему делу;

- указанный акт составлен без уведомления и участия истца, как участника общества, при знании директора о наличии в обществе между контролирующими его лицами корпоративного конфликта.

При этом, суд исходит из того, что в условиях очевидного корпоративного конфликта общество должно было осознавать и оценивать все риски во взаимоотношениях со своими участниками, не совершая те или иные действия при той степени заботливости и осмотрительности, какая требуется от общества. Иными словами, руководитель общества перед тем, как предпринимать действия по уничтожению той или иной документации, связанной с деятельностью общества, обязан был уведомить о таких планируемых мероприятиях всех его участников, чего, исходя из имеющихся в деле доказательств, сделано не было.

Суд также учитывает, что ответчиком не представлены документы, подтверждающие соблюдение порядка уничтожения документов, срок хранения которых в обществе истек.

Так, согласно части 1 статьи 29 Закона о бухгалтерском учете, первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

На дату составления акта № 1 от 01.07.2024 об уничтожении документов, не подлежащих дальнейшему хранению, действовали и действуют в настоящее время Правила организации хранения, комплектования, учета и использования документов Архивного фонда Российской Федерации и других архивных документов в государственных органах, органах местного самоуправления и организациях, утвержденные приказом Росархива от 31.07.2023 № 77 (далее – Правила), которые определяют порядок и требования к организации хранения, комплектования, учета и использования, сроков хранения, в том числе документов организаций.

Согласно Правилам, для целей определения срока хранения и отбора документов, выделения их к уничтожению по истечении установленного срока хранения, экспертной комиссией, создаваемой организацией, осуществляется экспертиза ценности данных документов, проводимая на основании принципов историзма, системности и целостности путем комплексного применения критериев происхождения, содержания, внешних особенностей документов, а также пригодности для использования (воспроизводимости (при экспертизе ценности электронных и аудиовизуальных документов) (пункты 14 – 16 Правил).

Из пункта 20 Правил следует, что экспертиза ценности проводится ежегодно на основе принципов и критериев, указанных в пункте 15 Правил.

В силу пункта 23 Правил, по результатам экспертизы ценности в структурных подразделениях составляются:

а) номенклатуры дел структурных подразделений;

б) описи дел, документов, описи электронных документов структурных подразделений: постоянного, временных (свыше 10 лет) сроков хранения, по личному составу;

в) проекты перечней проектов/объектов, проблем/тем, научно-техническая документация по которым подлежит передаче на постоянное хранение;

г) предложения к акту о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению.

Проекты документов, указанных в пунктах 24 – 26 Правил, подлежат представлению на согласование. Проекты описей дел, документов постоянного хранения и по личному составу и проекты актов о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению, рассматриваются на заседании одновременно (пункт 28 Правил).

Из пункта 31 Правил следует, что документы, дела, подлежащие уничтожению, передаются в организацию, занимающуюся переработкой вторсырья, после утверждения руководителем организации или уполномоченным им лицом акта о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению.

Документ, подтверждающий факт утилизации, прикладывается к акту о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению.

Доказательства соблюдения указанных нормативных положений Правил, в частности, доказательства проведения экспертизы ценности документов для целей определения срока их хранения и возможности (необходимости) уничтожения, составления и согласования номенклатуры и описей дел и документов, а также передачи подлежащих уничтожению документов в организацию, занимающуюся переработкой вторсырья, в дело ответчиком не представлены.

Не представлен ответчиком и документ, прилагаемый к акту о выделении к уничтожению документов, не подлежащих хранению, подтверждающий факт утилизации запрашиваемых истцом документов указанным ответчиком способом (путем измельчения).

Кроме того, вызывает разумные сомнения и то обстоятельство, что согласно пункту 2 приказа общества от 01.07.2024 о создании экспертной комиссии, экспертной комиссии предписано подготовить акт о возможности уничтожения документов, срок хранения которых истек, к 05.07.2024, тогда как сам акт об уничтожении документов, не подлежащих дальнейшему хранению, датируется 01.07.2024, то есть, раньше предписанной приказом общества от 01.07.2024 даты.

Заслуживает также внимания контрдовод истца о том, что 15.04.2024 обществом с ограниченной ответственностью «Юридическое агентство «Волченков и Партнеры» в Арбитражный суд Ивановской области подано заявление о признании общества банкротом. 22.04.2024 заявление принято к производству, возбуждено дело № А17-3320/2024, производство по которому было прекращено определением только 14.10.2024.

При указанных обстоятельствах, представляется крайне маловероятным, чтобы в преддверии процедуры банкротства исполнительный орган организации, в отношении которой подано заявление о признании ее банкротом, принял решение об уничтожении документации, поскольку указанные действия могли бы быть расценены, как недобросовестные, и повлекли бы за собой соответствующие негативные последствия для исполнительного органа общества в виде привлечения последнего к субсидиарной ответственности и взыскания с него убытков.

Более того, в ответ на запрос истца общество не сообщало ФИО1 о том, что ряд запрошенных документов был уничтожен 01.07.2024, что также порождает сомнения по факту уничтожения документации, являющейся предметом спора.

Указанные обстоятельства в их совокупности не позволяют достоверным образом убедиться в реальности операции экспертной комиссии общества по уничтожению документов о деятельности ответчика в спорный период времени, в связи с чем, суд констатирует, что презумпция нахождения спорных документов у общества ответчиком не опровергнута, поскольку отсутствие запрашиваемых истцом документов обществом не доказано достоверными и убедительными доказательствами.

Кроме того, не доказал ответчик и то обстоятельство, что отсутствует реальная возможность восстановить испрашиваемые истцом документы, даже если действительно предположить, что указанные документы были уничтожены. При этом вопрос о сроке исполнения судебного акта в связи с наличием затрудняющих исполнение обстоятельств может быть предметом рассмотрения по правилам статьи 324 АПК РФ.

Так, например, общество явно имеет фактическую возможность восстановить документы – сделки, заключенные между обществом и ФИО4, учитывая их подписание одним физическим лицом, что свидетельствует об объективном знании подписанта об условиях и содержании таких документов контролирующим общество лицом – ФИО4.

Между тем, названные действия в целях соблюдения права истца, как участника общества, на информацию о деятельности общества, ответчиком не предприняты, доказательства обратного последним не представлены.

Довод ответчика о том, что истец не участвует в общих собраниях участников общества, чем сам себя лишает соответствующих корпоративных прав, в том числе, права на информацию о деятельности общества, применительно к данному предмету спора не относится, и сам по себе, и особенно в условиях корпоративного конфликта, о злоупотреблении истцом права не свидетельствует, равно как и не аннулирует право истца на данный иск.

Более того, несогласованность и (или) невозможность, либо существенная затруднительность участия в общих собраниях участников общества по причине наличия между ними корпоративного конфликта подтверждается решением Арбитражного суда Ивановской области от 22.09.2020, оставленным без изменений постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 01.02.2021 по делу № А17-9349/2019 и решением Арбитражного суда Ивановской области от 10.03.2021, оставленным без изменений постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 27.07.2021 по делу № А17-9350/2019.

Позиция финансового управляющего истца об отсутствии перспектив пополнения конкурсной массы за счет оспаривания сделок в связи с истечением сроков исковой давности на существо рассматриваемого спора не влияет, поскольку указанные финансовым управляющим истца обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии у ФИО1, как участника общества, корпоративных прав, предусмотренных действующим федеральным законодательством, принимая во внимание, что методы и подходы по исчислению и (или) восстановлению сроков исковой давности определяются судом в каждом конкретном случае с учетом тех или иных фактических обстоятельств спора и иных факторов, предусмотренных гражданским законодательством.

Иные доводы ответчика, заявленные в обоснование возражений по иску, озвученные устно представителем в судебных заседаниях или приведенные письменно, всесторонне исследованы судом и признаны необоснованными, как, в том числе, не подтвержденные документально (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Рассмотрев исковые требования истца о присуждении судебной неустойки на случай неисполнения судебного акта, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с частью 4 статьи 174 АПК РФ арбитражный суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом арбитражным судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.

В системе действующего правового регулирования судебная неустойка является дополнительной мерой воздействия на должника, мерой стимулирования и косвенного принуждения. В основе судебного акта о присуждении судебной неустойки лежат гражданское правоотношение и нарушение его стороной своего обязательства (обязанности) (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.03.2018 № 305-ЭС17-17260 по делу № А40-28789/2014).

Согласно разъяснениям, данным во втором абзаце пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума № 7), размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение.

Исходя из фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о длительности неисполнения ответчиком требований истца о предоставлении документации (не менее года), объема подлежащих предоставлению документов, принципа разумности, справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения, суд считает возможным и справедливым определить судебную неустойку на случай неисполнения судебного решения в установленный срок в размере 2 000 рублей за каждый день неисполнения судебного акта.

Суд также отмечает, что судебный акт в части взыскания судебной неустойки подлежит принудительному исполнению только по истечении определенного судом срока исполнения обязательства в натуре. Факт неисполнения или ненадлежащего исполнения решения суда устанавливается судебным приставом-исполнителем (пункт 33 Постановления Пленума № 7).

При принятии решения, обязывающего ответчика совершить определенные действия, не связанные со взысканием денежных средств или с передачей имущества, арбитражный суд в резолютивной части решения указывает лицо, обязанное совершить эти действия, а также место и срок их совершения (часть 1 статьи 174 АПК РФ).

Суд счел разумным установить срок исполнения судебного решения – три месяца с момента вступления его в законную силу.

Судебные расходы истца на оплату государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений, приведенных в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», применяемого по аналогии и к судебным расходам по уплате государственной пошлины.

Учитывая изложенное и руководствуясь статьями 110, 167 – 171, 174, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Обязать общество с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>) предоставить ФИО1 в течение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу заверенные копии следующих документов:

- сделки, совершенные между обществом с ограниченной ответственностью «Монолит» и ФИО4, в том числе, договоры, приложения к договорам, дополнительные соглашения, акты выполненных работ, первичная документация, подтверждающая выполнение работ, документация об оплате, иная документация, касающаяся исполнения указанных договоров;

- договоры об отчуждении обществом с ограниченной ответственностью «Монолит» находившегося в его собственности недвижимого имущества, имущественных прав и иных активов общества за период с 01.01.2017 по 31.12.2019;

- документы, подтверждающие приобретение, списание, реализацию, выбытие и прочее перемещение основных средств и товарно-материальных ценностей общества с ограниченной ответственностью «Монолит» за период с 01.01.2017 по 31.12.2019.

В случае неисполнения обществом с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>) решения по настоящему делу взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>) в пользу ФИО1 судебную неустойку в размере 2 000 рублей за каждый день просрочки исполнения настоящего решения по истечение трех месяцев с момента вступления решения суда в законную силу до момента его полного исполнения обществом с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>).

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Монолит» (ИНН: <***>) в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 рублей.

Решение может быть обжаловано во Второй арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия или в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения суда в законную силу, при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы.

Жалобы подаются через Арбитражный суд Ивановской области.

Судья В.А. Смирнов