СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Томск Дело № А27-7661/2025 14 октября 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 сентября 2025 года. В полном объеме постановление изготовлено 14 октября 2025 года.
Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: Председательствующего судьи Смеречинской Я.А., судей Захаренко С.Г.,
ФИО1,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Прокопчук Э.П., рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3, ФИО4 ( № 07АП-5473/2025) на решение от 09.07.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7661/2025 (судья Душинский А.В.) по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Правозащита» (630102, Новосибирская область, город новосибирск, ул Кирова, д. 32, кв. 67, ОГРН <***>, ИНН <***>) к ФИО2 (ИНН <***>), ФИО3 (ИНН <***>), ФИО4 (ИНН <***>) о солидарном взыскании убытков в сумме 529 087 рублей 76 копеек,
третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Сибторг» (652715, Кемеровская область - Кузбасс, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «МВМ» (652715, Кемеровская область - Кузбасс, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>),
при участии в судебном заседании представителя истца ФИО5 по решению ООО «Правозащита» от 15.03.2021 № 7, представителя ответчиков ФИО6 по доверенностям от 07.05.2025, 28.05.2024, 24.08.2023 путем использования систем веб- конференции,
УСТАНОВИЛ:
общество с ограниченной ответственностью «Правозащита» (далее – ООО «Правозащита») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о взыскании в солидарном порядке убытков в размере индексации 529 087 рублей 76 копеек.
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Сибторг» (далее – ООО «Сибторг»), общество с ограниченной ответственностью «МВМ» (далее – ООО «МВМ»).
Решением от 09.07.2025 Арбитражного суда Кемеровской области исковые требования удовлетворены, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 привлечены к субсидиарной ответственности по долгам ООО «Сибторг», с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «Правозащита» взыскано солидарно 529 087 рублей 76 копеек убытков, с ФИО2, ФИО3 и ФИО4 в доход федерального бюджета взыскано солидарно 31 454 рубля государственной пошлины за рассмотрение иска.
Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2, ФИО3 и ФИО4 обратились в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят отменить решение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований, ссылаются на исполнение в полном объеме ответчиками определения от 27.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2022 о взыскании индексации денежных сумм, присужденных решением от 11.01.2024 по указанному делу в сумме 218 756 рублей 24 копеек и решения от 20.03.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-18217/2024 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 275 039 рублей 42 копейки, начисленных на сумму задолженности, установленную решением от 27.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2022; недоказанность противоправного поведения ответчиков после привлечения их к субсидиарной ответственности и причинно-следственной связи между их поведением и начислением индексации; отсутствие оснований для применения гражданско-правовых механизмов к индексации, которая по своей правовой природе не является санкцией; фактическое дробление истцом одного требования о взыскании убытков путем подачи исков в различных делах; отсутствие оснований для начисления индексации за счет ответчиков до момента привлечения к субсидиарной ответственности по долгам должника.
Возражая относительно апелляционной жалобы, ООО «Правозащита» представило отзыв, просит оставить решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, ссылается на предъявление в настоящем деле требования с иным предметом, отличным от предмета требования в деле № А27-7620/2022, что указывает на отсутствие тождества исков; отсутствие оснований для отказа в возмещении за счет контролирующих должника лиц имущественных потерь, присужденных в размере индексации долга; перевод ответчиками активов должника на зеркальное юридическое лицо при наличии задолженности перед вышедшими из общества участниками и другими кредиторами; неправомерное непредоставление ответчиками информации об имуществе должника; предъявление иска в пределах срока исковой давности, течение которого началось с даты вынесения определения от 21.03.2025.
Представители сторон в судебном заседании поддержали доводы апелляционной жалобы и возражения относительно апелляционной жалобы, изложенные в отзыве, соответственно.
Третьи лица, участвующие в деле, извещенные посредством публичного размещения определения суда на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет по правилам части 1 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), представителей в судебное заседание не направили, о причинах неявки не сообщили.
Принимая во внимание наличие доказательств надлежащего извещения указанных лиц, арбитражный апелляционный суд рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие их представителей по правилам статей 156, 266 АПК РФ.
Изучив доводы апелляционной жалобы, отзыва на жалобу, выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность обжалуемого решения, арбитражный суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены или изменения.
Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), в качестве юридического лица зарегистрировано ООО «Сибторг» 12.09.1996. Директором общества с 09.02.2005 являлся ФИО7 Должность директора ООО «Сибторг» с 20.02.2007 последовательно занимали ФИО8 и ФИО7, с 11.12.2008 директором общества являлся ФИО9, также ФИО9 с 05.12.2011 являлся единственным участником ООО «Сибторг». С 27.07.2012 участником ООО «Сибторг» являлся ФИО3
Согласно материалам регистрационного дела, представленного регистрирующим органом по запросу арбитражного суда, по состоянию на 01.12.2009 участниками
общества являлись ФИО9 с долей 23,6%, ФИО7 с долей участия 23,5%, ФИО10 с долей участия 23,5%, ФИО8 с долей участия 12,1%, ФИО11 с долей участия 12,1%, ФИО12 с долей участия 5,2%. Указанные доли принадлежали названным участникам с момента создания общества.
ФИО11 и ФИО10 вышли из состава участников общества в 2011 году на основании собственных заявлений. Доли указанных участников проданы ФИО9, доля которого в уставном капитале общества составила 44,4% уставного капитале. Решение общего собрания участников общества об одобрении продажи доли участия зафиксировано в протоколе от 29.04.2011 № 2.
ФИО12 вышла из состава участников общества на основании собственного заявления от 07.11.2011.
ФИО13 и ФИО8 вышли из состава участников общества на основании собственных заявлений от 01.07.2011 и от 08.06.2011 соответственно.
Решением от 05.12.2011 № 1 единственного учредителя ООО «Сибторг» доли вышедших их общества участников, учтенные за обществом, распределены в пользу ФИО9, оставшегося единственным учредителем в обществе; доля ФИО9 в уставном капитале общества составила 100%. В дальнейшем доля участия в ООО «Сибторг» в размере 1% передана ФИО3
25.06.2012 ФИО9, являвшийся единственным участником и директором ООО «Сибторг», представил в общество заявление о выходе из общества и выплате ему действительной стоимости доли в размере 99% уставного капитала общества. Данное заявление ФИО9 28.06.2012 направил в регистрирующий орган – Межрайонную Инспекцию Федеральной налоговой службы России по Кемеровской области.
Решением от 19.07.2012 единственного участника ООО 2Сибторг» ФИО3 в связи с недостижением целей, предусмотренных уставом организации, и экономической нецелесообразностью инициирована процедура ликвидации ООО «Сибторг», назначена ликвидационная комиссия, председателем которой назначен ФИО2 Уведомление о принятии решения о ликвидации общества представлено в регистрирующий орган 20.07.2012.
Решением от 05.09.2013 № 1 единственного участника общества ФИО3 утвержден промежуточный ликвидационный баланс, ликвидатору поручено предпринять дальнейшие действия по процедуре ликвидации общества.
Решением от 24.04.2013 Арбитражного суда Кемеровской области на ООО «Сибторг» возложена обязанность включить требования ООО «Правозащита» в перечень
предъявляемых кредиторами требований с последующим включением их в промежуточный ликвидационный баланс общества.
Решением от 11.09.2014 единственного участника общества ФИО3 снят с должности председателя ФИО2 Решением от 12.09.2014 единственного участника общества ФИО3 прекращен процесс ликвидации ООО «Сибторг», директором общества назначен ФИО2
Решением от 18.06.2015 № 1 единственного участника общества ФИО3 доля участия в уставном капитале в размере 99%, оставшаяся после выхода из общества участника ФИО9 и принадлежащая обществу, распределена ФИО3
30.09.2015 ФИО2 представил в ООО «Сибторг» заявление о своем желании войти в состав участников общества на условиях, что ему будет принадлежать доля в размере 10,04% уставного капитала.
22.07.2015 ФИО3 обратился в ООО «Сибторг» с заявлением, засвидетельствованным нотариусом, в котором просил вывести его из состава участников общества, от выплаты действительной стоимости доли отказался.
Решением от 24.08.2015 № 118 Управления НС России по Кемеровской области признаны недействительными решения от 29.06.2015, от 09.07.2015 о внесении изменений в ЕГРЮЛ, в результате которых доля в уставном капитале ООО «Сибторг» в размере 99% распределена единственному участнику ФИО3, уставный капитал общества увеличен с 24 288 рублей до 27 000 рублей за счет вклада ФИО2, принятого в общество.
01.03.2019 ФИО2 представил в ООО «Сибторг» заявление об освобождении от занимаемой должности с 01.04.2019 по собственному желанию.
На основании заявления ФИО2, представленного в регистрирующий орган 05.4.2019, в ЕГРЮЛ внесена запись о недостоверности сведений о нем как единоличном исполнительном органе.
08.07.2020 регистрирующим органом в ЕГРЮЛ внесены сведения о недостоверности адреса ООО «Сибторг».
12.04.2019 регистрирующим органом внесены в ЕГРЮЛ сведения о недостоверности сведений о ФИО3 как об участнике общества.
26.05.2021, 09.01.2024, 05.05.2025 регистрирующим органом приняты решения о предстоящем исключении ООО «Сибторг» из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых в реестр внесена запись о недостоверности.
До настоящего времени ООО «Сибторг» сохраняет статус юридического лица, из реестра не исключено.
Согласно представленным в дело по запросу арбитражного суда сведениям регистрирующих органов, ООО «Сибторг» регистрационные действия в органах гостехнадзора Кузбасса не производило, сведения о правах общества на объекты недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости отсутствуют, транспортные средства за последние три года на регистрационном учете за ООО «Сибторг» не состояли.
Согласно сведениям ЕГРЮЛ, ООО «МВМ» зарегистрировано в качестве юридического лица 27.07.2012, участником общества и директором с момента его создания являлся Маков ФИО14 участником ООО «МВМ» с 04.06.2021 и директором этого общества с 06.10.2017 является ФИО4
В связи с выходом из состава участников ООО «Сибторг» и возникновением разногласий относительно действительной стоимости доли, подлежащей выплате ей обществом, ФИО8 обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области в рамках дела № А27-1491/2012 с исковым заявлением к ООО «Сибторг» о выплате истице как участнику 2 457 808 рублей действительной стоимости её доли в размере 16,4% уставного капитала ООО «Сибторг» в связи с выходом из состава участников общества, с учетом изменения исковых требований по правилам статьи 49 АПК РФ, принятого судом.
Решением от 27.03.2012 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1491/2012, оставленным без изменения постановлением от 07.06.2012 Седьмого арбитражного апелляционного суда, постановлением от 05.09.2012 Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа, с ООО «Сибторг» в пользу ФИО8 взыскано 2 457 808 рублей действительной стоимости доли, 1 500 рублей расходов по государственной пошлине и в доход федерального бюджета Российской Федерации 33 789 рублей государственной пошлины по иску.
Определением от 16.09.2019 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1491/2012 произведена замена стороны (истца, взыскателя) в деле № А27-1491/2012 ФИО8 на ее правопреемника – ООО «Правозащита».
В рамках дела № А27-1491/2012 от ООО «Правозащита» поступили заявление об индексации присужденной денежной суммы и ходатайство о процессуальной замене должника и взыскателя, просило суд заменить взыскателя ООО «Правозащита» на ИП ФИО5, а также заменить должника ООО «Сибторг» на ФИО2, ФИО3, ФИО4
Определением от 19.12.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1491/2012 отказано в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве должника, взыскателя.
Определением от 06.03.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1491/2012 заявление ООО «Правозащита» удовлетворено, с ООО «Сибторг» в пользу ООО «Правозащита» взыскано 2 163 814 рублей 52 копейки индексации.
11.03.2025 от ООО «Правозащита» вновь поступило заявление об индексации присужденных денежных сумм по решению суда от 27.03.2012 и взыскании 833 370 рублей 77 копеек, мотивированное тем обстоятельством, что судебным актом от 06.03.2025 не были учтены 1 500 рублей расходов от уплаты государственной пошлины при расчете окончательной индексации, при этом размер присужденной индексации удовлетворён в пределах заявленной взыскателем суммы.
Определением от 25.03.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-1491/2012 ООО «Правозащита» отказано в удовлетворении заявления об индексации присужденных арбитражным судом сумм.
В связи с выходом из состава участников ООО «Сибторг» и возникновением разногласий относительной подлежащей выплате ему действительной стоимости доли ФИО7 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области к ООО «Сибторг» в рамках дела № А27-3936/2012 с иском о взыскании действительной стоимости доли в сумме 3 159 453 рублей.
Решением от 05.03.2012 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3936/2012, оставленным без изменения постановлением от 30.05.2012 Седьмого арбитражного апелляционного суда, постановлением от 29.08.2012 Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского округа, с ООО «Сибторг» в пользу ФИО7 взыскано 3 159 453 рубля действительной стоимости доли, а также 33 797 рублей расходов по уплате государственной пошлины по иску; в доход федерального бюджета 5 000 рублей государственной пошлины за рассмотрение иска.
В рамках дела № А27-3936/2012 от ООО «Правозащита» поступили заявление об индексации присужденной денежной суммы и ходатайство о процессуальной замене кредитора на ИП ФИО5, должника на – ФИО2, ФИО3, ФИО4.
Определением от 19.12.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3936/2012, оставленным без изменения постановлением от 18.02.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве должника, взыскателя отказано.
Определением от 06.03.2025 с учетом определения от 06.03.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3936/2012 с ООО «Сибторг» в пользу ООО «Правозащита» взыскано 1 955 570 рублей 14 копеек индексации.
ООО «Правозащита» как правопреемник ФИО8 и ФИО7 обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Сибторг» о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму задолженности по выплате действительной стоимости доли вышедшим из общества участникам, установленную судебными актами по делам №№ А27-1507/2013 и № А27-3936/2012.
Решением от 31.03.2014 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-43/2014 исковые требования удовлетворены, с ООО «Сибторг» в пользу ООО «Правозащита» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 564 752 рубля 22 копейки.
Определением от 21.03.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-43/2014 удовлетворено заявление ООО «Правозащита» о взыскании с ООО «Сибторг» суммы индексации 529 087 рублей 76 копеек.
Утверждая о неисполнении ООО «Сибторг» судебных актов о взыскании задолженности об утрате возможности получить причитающееся ему удовлетворение за счет общества в результате неправомерных действий контролирующих это общество лиц – ФИО2, ФИО3, ФИО9, ООО «Правозащита» обратилось в арбитражный суд с требованием о привлечении указанных лиц к ответственности по долгам ООО «Сибторг». При рассмотрении спора в связи со смертью ФИО15 произведена его замена на правопреемника ФИО16
Решением от 25.01.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2022, оставленным без изменения постановлением от 10.04.2024 Седьмого арбитражного апелляционного суда, постановлением от 29.08.2024 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа, с ФИО2, ФИО3, ФИО16 солидарно в пользу ООО «Правозащита» взысканы убытки в сумме 4 526 400 рублей 68 копеек, расходы по уплате государственной пошлины в сумме 12 000 рублей.
Определением от 31.07.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2022 произведена процессуальная замена ООО «Правозащита» на его правопреемника ФИО5
Определением от 27.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7620/2022 с ФИО2, ФИО3, ФИО16 в пользу ФИО5 солидарно взыскана сумма индексации 218 756 рублей 24 копейки.
Утверждая о причинении ему убытков в связи с утратой возможности получить сумму индексации 529 087 рублей 76 копеек, установленную вступившим в законную силу определением от 21.03.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-43/2014, за счет должника ООО «Сибторг» в результате неправомерных действий указанных им ответчиком, контролировавших деятельность должника, ООО «Правозащита» обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском.
Удовлетворяя исковые требования, арбитражный суд первой инстанции исходил из преюдициальной значимости обстоятельств, установленных вступившими в законную силу решениями Арбитражного суда Кемеровской области от 27.03.2012 по делу № А27-1491/2012, от 05.03.2012 по делу № А27-3936/2012, от 31.03.2014 по делу № А27-43/2014, от 25.01.2024 по делу № А27-7620/2022, в том числе обстоятельствами возникновения задолженности ООО «Сибторг» по выплате действительной стоимости доли вышедшим из общества участникам, размера долга общества, длительного неисполнения судебных актов о взыскании указанной задолженности, утраты возможности получения кредитором причитающегося ему удовлетворения в результате действий ответчиков, допустивших фактическое прекращение деятельности общества в отсутствие установленных законом процедур, направленных на справедливое удовлетворение требований кредиторов, в условиях сохранения неисполненных обязательств.
Арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, при этом исходит из следующего.
В силу пункта 6 части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе вследствие причинения вреда другому лицу.
Согласно статье 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путем возмещения убытков.
Частью 1 статьи 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных
условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Согласно пункту 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление от 23.06.2015 № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Согласно разъяснениям пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление от 24.03.2016 № 7) по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).
При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях
гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.
Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.
В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.
Аналогичные требования к добросовестному и разумному поведению единоличного исполнительного органа общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей закреплены в пункте 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах с ограниченной ответственностью).
Согласно разъяснениям, приведенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление от 21.12.2017 № 53) привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда
независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).
Рассматривая вопрос о добросовестности, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 07.02.2023 № 6-П (далее – Постановление от 07.02.2023 № 6-П) указал, что стандарт добросовестного поведения контролирующих лиц (в том числе осуществляющих полномочия единоличного исполнительного органа общества с ограниченной ответственностью), обязанность действовать добросовестно и разумно в интересах контролируемой организации предполагают учет интересов всех групп, включенных в правоотношения с участием или по поводу этой организации, при соблюдении нормативно установленных приоритетов в их удовлетворении, в частности принятие всех необходимых (судя по характеру обязательства и условиям оборота) мер для надлежащего исполнения обязательств перед ее кредиторами. Это основывается, помимо прочего, на общеправовом принципе pacta sunt servanda и на принципах неприкосновенности собственности, свободы экономической деятельности и свободы договора, судебной защиты нарушенных прав (статьи 8, 34, 35 и 46 Конституции Российской Федерации), из чего следует возможность в целях восстановления нарушенных прав кредиторов привлечь контролирующих организацию лиц, действовавших недобросовестно и неразумно при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей, к ответственности при недостаточности ее средств и в предусмотренных законом случаях.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 Постановления от 21.12.2017 № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ, его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).
По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).
Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника (пункт 3 Постановления от 21.12.2017 № 53).
По смыслу приведенных выше законоположений и разъяснений, законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.
Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.
В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 Постановления от 21.12.2017 № 53).
Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.
Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их
«продолжением» (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.
К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 № 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 25.12.2023 № 305-ЭС23-11757, от 02.07.2024 № 303-ЭС24-372).
Оценка добросовестности поведения участников отношений предполагает необходимость учитывать специфику возникших между сторонами отношений, в рамках которого формирована задолженность, утрата возможности истребования которой причинила убытки кредитору.
Соответственно, в исключительных случаях участники корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее - Закон о банкротстве) могут быть привлечены к имущественной ответственности перед кредиторами данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.
При этом исключение юридического лица из реестра как недействующего в связи с тем, что оно в течение длительного периода времени не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ), не препятствует привлечению контролирующего лица к
ответственности за вред, причиненный кредиторам, хотя и не является прямым основанием наступления указанной ответственности (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2022 № 305-ЭС22-14865, от 03.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3), от 30.01.2023 № 307-ЭС22-18671, от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091 и др.).
Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Так, в частности, отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного. В силу этого и в соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующие должника лица за такое поведение несут ответственность перед кредиторами должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2024 № 303-ЭС23-26138, от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).
Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305-ЭС23-29091, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809).
Эта же правовая позиция применима и к случаю, когда юридическое лицо еще не исключено из реестра, но является уже фактически недействующим («брошенным»), так как по существу экономически оно ничем не отличается от ликвидированного. Иной подход приведет к правовой незащищенности кредиторов «брошенных» юридических лиц и существенно ущемит их права по сравнению с кредиторами ликвидированных юридических лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.04.2025 № 308-ЭС24-21242).
Согласно правовому подходу, изложенному в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809, от 21.02.2025 № 305-ЭС24-22290, от 10.04.2025 № 308-ЭС24-21242, признаками недействующего юридического лица, созданного в организационно-правовой форме, предусматривающей активное участие в гражданском обороте для осуществления приносящей доход деятельности, являются следующие (пункт 1 статьи 64.2 ГК РФ, пункт 1 статьи 21.1 Федерального закона 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»):
1) длительное (более одного года) непредставление документов отчетности, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах;
2) длительное (более одного года) отсутствие операций хотя бы по одному банковскому счету.
Кроме того, во внимание могут быть приняты и иные обстоятельства, например, недостоверные сведения о юридическом лице (несоответствие фактических данных тем, что имеются в регистрационных документах).
Таким образом, кредитор «брошенного» юридического лица, обращающийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности лица, контролировавшего последнего, должен доказать следующие обстоятельства:
1) наличие и размер перед ним задолженности у юридического лица; 2) наличие у должника признаков брошенного юридического лица;
3) контроль над этим должником со стороны физического и (или) иного юридического лица (лиц);
4) отсутствие содействия последних в предоставлении сведений о финансово-хозяйственной деятельности должника в необходимых объемах.
Кредитор вправе доказать и большее, однако, как правило, совокупность указанных признаков уже достаточна для удовлетворения его требований, так как сокрытие контролирующим лицом сведений о причинах неисполнения подконтрольным лицом денежного обязательства предполагает его интерес в укрывании собственных незаконных действий (бездействия), повлекших невозможность погашения требований кредитора.
В случаях, если Кодекс или другой закон ставит наступление правовых последствий в зависимость от наличия между лицами отношений связанности (аффилированности), наличие или отсутствие таких отношений определяется в соответствии с законом (статья 53.2 ГК РФ).
В соответствии со статьей 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированные
лица - физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность. Аффилированными лицами юридического лица, в частности, являются лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа; лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо; лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица; юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.
Понятие группы лиц определено в Федеральном законе от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), согласно статье 9 которого группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, включая следующие признаки: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) (пункт 1 части 1 статьи 9); юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо (пункт 2 части 1 статьи 9); физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры (пункт 7 части 1 статьи 9); лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку (пункт 8 части 1 статьи 9).
Понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого хозяйствующего субъекта» (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование
всеми членами группы одного товарного знака и т.д.) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).
Совокупностью представленной в дело организационной и регистрационной документации, составленной в отношении ООО «Сибторг», подтверждается, что ФИО9 являлся участником этого общества с момента его создания, с 2007 году осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа общества, а с 2011 года являлся его единственным участником, владевшим долей от 99 до 100 процентов уставного капитала общества. В силу указанных обстоятельств ФИО9 полностью контролировал деятельность общества.
Заведомо зная о неоплаченной задолженности по выплате действительной стоимости доли в уставном капитале вышедшим из общества участникам, ФИО9 инициировал процедуру ликвидации общества, в которой интересы кредиторов общества, ожидающих исполнения им вступивших в законную силу судебных актов, не учитывались.
Одновременно с введением процедуры ликвидации общества ФИО9 совершил действия, направленные на выход из общества, что с учетом размера принадлежащей ему доли участия в уставном капитале ООО «Сибторг» по сути означало прекращение деятельности последнего.
Не принимая никаких мер к погашению установленной судебными актами задолженности, ФИО9 организовал другое общество – ООО «МВМ», находящееся по тому же адресу, что и ООО «Сибторг» (Кемеровская область-Кузбасс, <...>) и осуществляющее виды деятельности, совпадающие с видами деятельности предыдущего общества.
Являясь единственным участником ООО «МВМ» и его руководителем (директором), ФИО9 продолжить осуществлять приносящую доход деятельность способом, исключающим аккумулирование денежных средств на счетах общества-должника и обращение взыскания на денежные средства и имущество.
ФИО16 после смерти ФИО9 приняла наследство, вступила в качестве участника в ООО «МВМ», является его руководителем и продолжает деятельность этого общества. Приняв наследство в виде доли участия в ООО «МВМ», ФИО16 тем самым приняла и остальную часть наследства, в том числе обязанности по возмещению убытков, причиненных в результате действий наследодателя.
ФИО3, ФИО2 осуществляли деятельность по ликвидации общества, позиционировали себя как единственный участник и руководитель общества в период
организации деятельности нового общества ООО «МВМ», чем создавали для кредиторов общества видимость правомерной деятельности ООО «Сибторг».
ФИО3 и ФИО2 прекратили процедуру ликвидации ООО «Сибторг» непосредственно в период, когда вступившим в законную силу судебным актом установлена обязанность ООО «Сибторг» отразить задолженность, установленную судебными актами, в процедуре ликвидации.
Вместе с этим указанными лицами не приняты меры к оплате задолженности, проведению процедур, обеспечивающих справедливое удовлетворение требований кредиторов общества, в том числе путем проведения ликвидации в соответствии с требованиями законодательства либо процедур банкротства общества.
Подобные действия направлены на исключение возможности взыскания кредитором денежных средств, на получение которых он вправе рассчитывать по условиям нарушенного должником обязательства, то есть на причинение вреда кредитору.
Согласно разъяснениям пункта 6 Постановления от 21.12.2017 № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление, например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).
В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).
Смысл и предназначение номинального контролирующего лица (в частности, руководителя) состоят в том, чтобы обезопасить действительных бенефициаров от негативных последствий принимаемых по их воле недобросовестных управленческих решений, влекущих несостоятельность организации. В результате назначения номинальных руководителей создается ситуация, при которой имеются основания для привлечения к ответственности лиц, формально совершивших недобросовестное
волеизъявление. При этом внешне условия для возложения ответственности на теневых руководителей (иного контролирующего лица) не формируются по причине отсутствия как информации об их личности, так и письменных доказательств их вредоносного поведения.
Тем самым происходит перекладывание ответственности с реально виновных лиц на номинальных, что в конечном итоге нарушает права кредиторов на получение возмещения, поскольку номинальные руководители не являются инициаторами действий, повлекших банкротство, и, как правило, не имеют имущества, достаточного для погашения причиненного ими вреда. При этом бенефициары, избежавшие ответственности, подобным способом извлекают выгоду из своего недобросовестного поведения.
Очевидно, что такое положение дел не может являться допустимым. Именно поэтому к субсидиарной ответственности подлежат привлечению как теневые, так и номинальные контролирующие лица солидарно (абзац второй пункта 6 постановления № 53). Первые - поскольку в результате именно их виновных действий стало невозможным погасить требования кредиторов, вторые - поскольку они своим поведением содействовали сокрытию личности действительных правонарушителей (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.01.2023 № 305-ЭС21-18249(2,3)).
В связи с изложенным, материалами дела подтверждается совершение ответчиками действий, направленных на сокрытие имущества и денежных средств общества в условиях сохранения задолженности перед кредитором, совершение ими действий, прямо препятствующих получению кредитором причитающегося ему исполнения, что создает основания для возложения на ФИО16, ФИО2, ФИО3 ответственности по долгам подконтрольного им ООО «Сибторг».
Одним из негативных последствий несвоевременного исполнения решения суда для взыскателя является обесценивание присужденных сумм в результате инфляции. Компенсировать ее влияние на имущественные правоотношения между взыскателем и должником, своевременно не исполнившим обязательство, возложенное на него судом, призвана индексация взысканных судом сумм на день исполнения судебного решения. Индексация имеет целью восстановить покупательную способность причитающихся взыскателю по решению суда средств, утраченную ввиду инфляции в период исполнения решения должником, без чего ставилось бы под сомнение само право взыскателя на судебную защиту, означающее возможность не только обратиться в суд, но и получить не формальную, а реальную защиту нарушенных прав и свобод (постановления
Конституционного Суда Российской Федерации от 23.07.2018 № 35-П, от 20.06.2024 № 31-П).
По своей правовой природе индексация присужденных денежных сумм представляет собой предусмотренный процессуальным законодательством упрощенный порядок возмещения взыскателю финансовых потерь, вызванных несвоевременным исполнением должником решения суда, когда взысканные суммы обесцениваются в результате экономических явлений. Сумма индексации определяется за период, предшествующий дню обращения в суд с заявлением о ней, что позволяет учесть конкретное время просрочки исполнения и применить критерии индексации (включая индекс потребительских цен), действующие на момент рассмотрения заявления судом, для исчисления ее размера (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 06.10.2018 № 738-О-О, от 28.09.2023 № 2393-О, постановления от 22.07.2021 № 40-П, от 20.06.2024 № 31-П).
Таким образом, индексация взысканных судом денежных сумм - механизм, который направлен на защиту имущественных интересов взыскателя от инфляционных процессов в период с момента вынесения решения до его реального исполнения, и который не является мерой гражданско-правовой ответственности должника за ненадлежащее исполнение денежного обязательства (пункт 15 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с индексацией присужденных судом денежных сумм на день исполнения решения суда, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 18.12.2024, далее - Обзор судебной практики).
Целью индексации является восстановление покупательной способности денежной суммы до того уровня, каким он был на момент ее присуждения.
Исходя из положений статьи 183 АПК РФ и приведенных правовых позиций, присуждение индексации по сути является способом возмещения убытков, понесенных кредитором в связи с уменьшением покупательной способности денег в период ожидания исполнения неисправным должником судебного акта.
В этой связи инфляционные потери, понесенные кредитором, не получившим своевременного предоставления за счет общества-должника, подлежат возмещению за счет лиц, в результате действий которых утрачена возможность получения исполнения за счет должника.
Размер убытков, определенный судом первой инстанции к возмещению за счет ответчиков, проверенный арбитражным судом апелляционной инстанции, не превышает действительный размер индексации денежной суммы, присужденной решением арбитражного суда по делу № А27-43/2014. При установлении данного размера устранено
задвоение ответственности обязанных лиц, поскольку размер индексации рассчитан за период до 10.01.2024, после которого в порядке индексации присужденной денежной суммы возмещены инфляционные потери кредитора определением от 27.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7661/2025. При расчете размера индексации учтены даты фактического погашения задолженности ответчиками с 02.05.2024 по 26.08.2024.
Взыскание арбитражным судом процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму задолженности ООО «Сибторг» перед кредитором не приводит к нарушению прав ответчиков, поскольку применение меры ответственности, предусмотренной статьей 395 ГК РФ, направлено на возмещение иных убытков кредитора, возникающих в связи с длительным ожиданием исполнения денежного обязательства, а начисление процентов на сумму задолженности, не препятствует индексации присужденных судом денежных сумм.
При таких обстоятельствах вывод арбитражного суда первой инстанции соответствует о возложении на ФИО16, ФИО3, ФИО2 обязанности солидарно возместить кредитору ООО «Правозащита» убытки в размере инфляционных потерь, установленном вступившим в законную силу решением арбитражного суда, соответствует фактическим обстоятельствам отношений участников спора, основан на представленных в дело доказательствах, отвечает подлежащим применению нормам закона.
Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда первой инстанции.
Принятое арбитражным судом первой инстанции решение является законным, выводы суда соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам, представленным доказательствам дана правильная оценка, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены решения суда первой инстанции, установленных статьей 270 АПК РФ, а равно принятия доводов апелляционной жалобы, у суда апелляционной инстанции не имеется.
В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее подателей.
Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
решение от 09.07.2025 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-7661/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2, ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения. Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.
Председательствующий Я.А. Смеречинская
Судьи С.Г. Захаренко
ФИО1