ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

12.05.2025 года дело № А48-7326/2023

г. Воронеж

Резолютивная часть постановления объявлена 25.04.2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 12.05.2025 года

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Безбородова Е.А.

судей Ботвинникова В.В.

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем Омельченко О.В.,

при участии:

от Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима»: ФИО2, представитель по доверенности от 01.03.2025,

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» на решение Арбитражного суда Орловской области от 17.12.2024 по делу № А48-7326/2023 с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 21.01.2025 по исковому заявлению Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» к контролирующим должника ООО «Оллвин» лицам - ФИО3, ФИО4, ФИО5, обществу с ограниченной ответственностью «Пласт», ФИО6, о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, при участии в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, УФНС России по Орловской области, ФИО7, ФИО8,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 и Орловская городская общественная организация инвалидов «Апроксима» (далее по тексту также именуемая ОГООИ «Апроксима») обратились в Арбитражный суд Орловской области с исковым заявлением о привлечении контролирующих должника общества с ограниченной ответственностью «Оллвин» лиц к субсидиарной ответственности, просили привлечь контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО4, ФИО5, общество с ограниченной ответственностью «Пласт» и генерального директора общества с ограниченной ответственностью «Пласт» ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Оллвин» (далее - общество, ООО «Оллвин»), и взыскании с контролирующих должника лиц в пользу ФИО9 3 271 140,46 руб., в пользу Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» - 1 866 268,48 руб.

Истцы заявили отказ в части исковых требований о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Оллвин».

Определением от 20 декабря 2023 года суд прекратил производство по настоящему делу в части исковых требований о привлечении ФИО10 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Оллвин».

ФИО9 представил ходатайство о его замене в данном деле на Орловскую городскую общественная организация инвалидов «Апроксима».

В обоснование данных требований представил вступившее в законную силу определение Заводского районного суда города Орла от 24 июня 2024 года.

Определением от 4 октября 2024 года суд произвел процессуальную замену стороны по делу № А48-7326/2023 соистца ФИО9 на его правопреемника - Орловскую городскую общественную организацию инвалидов «Апроксима».

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования, в окончательной редакции просил суд привлечь к субсидиарной ответственности указанных им лиц и взыскать 5 086 238,81 руб. (в сумме, отраженной в справке пристава-исполнителя от 24 июня 2024 года, об остатке долга) и ООО «Пласт» привлечь к ответственности в размере полученной выгоды от безвозмездного использования имущества ООО «Оллвин» в размере 3 180 000 руб.

ФИО3 исковые требования не признала (том 1, листы дела 64-66). Как указал ответчик, у истцов не возникло права на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, так как производство по делу о банкротстве ООО «Оллвин» прекращено не в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедуры несостоятельности, а по иному основанию (длительное непредставление кандидатуры временного управляющего). Основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту - Закон о банкротстве) отсутствуют. Кроме того, ОГООИ «Апроксима» не являлась заявителем по делу № А48-10843/2022 о признании должника ООО «Оллвин» несостоятельным (банкротом).

Кроме того, ответчик считал, что документы общества в настоящий момент также находятся у ФИО6. В отношении акта приема-передачи документов, приложенного ФИО6 к своему отзыву, заявлено об экспертизе в рамках оперативно-розыскных мероприятий по заявлению ФИО3. При этом истец не пояснил, почему именно ФИО3 довела общество до банкротства.

Истцами не представлено доказательств того, что ООО «Пласт» использовало оборудование ООО «Оллвин». Станки просто находились на одной арендуемой площади. Мнение истца о крупной сделке в виде передаче имущества ФИО4 и ООО «Пласт» документально не подтверждено. Истцом не доказано наличие причинной связи между действиями контролирующих лиц и наступлением последствий (банкротством) до указанной истцом даты 1 июня 2016 года, так и после неё.

Кроме того, истцом не обоснован размер субсидиарной ответственности. Сумма заявлена без учета статей 9, 61.12 Закона о банкротстве. Истец до момента приобретения задолженности знал о неликвидности приобретаемого им права требования. Ответчик указал на злоупотребление правом со стороны истца: истец, не воспользовался правом на обращение взыскания на заложенное имущество, специально ждал увеличение суммы исходя из процентов, установленных дополнительным соглашением к договорам займа, подписанных сыном ФИО6.

Также ответчик заявил о пропуске срока исковой давности. Как указал ответчик, 12 ноября 2021 года истек срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Кредитор не был лишен возможности своевременно обратиться в суд по независящим от них причинам, однако таким правом не воспользовался. ООО «Оллвин» не было признано несостоятельным (банкротом), какие-либо процедуры в отношении него не вводились. Поэтому невозможно привязать дату начала течения срока исковой давности, исчисляемую с момента признания должника банкротом или прекращения процедуры в отношении выявленных контролирующих лиц.

ФИО4 исковые требования не признал. Как указал ответчик, основания для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, предусмотренные статьями 61.11, 61.12 Закона о банкротстве отсутствуют. ООО «Оллвин» принадлежало имущество, стоимость которого позволяла погасить расходы на проведение процедуры банкротства (имущество, внесенное в уставный капитал ООО «Оллвин» и которое было арестовано судебными-приставами исполнителями). Также заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

По мнению ответчика, деятельностью общества могла и занималась только ФИО6, что подтверждается сдачей документов в налоговый орган, составлением справок о задолженности и подтверждением её размера. Именно на основании справок было вынесено решение о взыскании задолженности с ООО «Оллвин». ООО «Пласт» станок общества не использовало. У ООО «Пласт» есть свое оборудование, с помощью которого оно изготавливает продукцию. Истцы не привели никаких конкретных доказательств, что именно ФИО4 является контролирующим должника лицом, нет доказательств получением им какой-либо выгоды от деятельности или отсутствия деятельности ООО «Оллвин».

Общество с ограниченной ответственностью «Пласт» считает исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению. В представленном в материалы дела отзыве на исковое заявление сослалось на отсутствие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, заявило о пропуске срока исковой давности.

Также указало, что не представлено доказательств того, что оборудование ООО «Оллвин» использовало ООО «Пласт». Станки находились на одной арендуемой площади. Проверяя сохранность станка судебный пристав-исполнитель, судя по материалам исполнительного производства, никогда не отмечал, что станок используется. ООО «Пласт» не использовало станок ООО «Оллвин», поскольку у него имеется собственный станок, а также прессформы. Причиной банкротства ООО «Оллвин» стало непогашение задолженности по договорам займов, подтвержденных судебным актом, а не сделки с ООО «Пласт». Кроме того, истцом не представлено правового обоснования взыскания с ООО «Пласт» полученной выгоды в рамках рассмотрения дела о привлечении к субсидиарной ответственности.

ФИО5 просил в удовлетворении исковых требований отказать, сослался на пропуск со стороны истца срока исковой давности. Отсутствие оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Указал, что не является контролирующим должника лицом. К деятельности ООО «Оллвин» не имеет никакого отношения (с тех пор как перестал быть участником). Отрицает факт передачи ФИО7 каких-либо денежных средств ФИО4. Ответчик указал, что ФИО7 активно занимался финансово-хозяйственной деятельностью общества, печать организации находилась у него. Документы общества никогда не передавались ФИО6, а были переданы лично ФИО7. Станок в пользование ООО «Пласт» не передавался и им не использовался. Он был арестован и опечатан судебными приставами-исполнителями, что подтверждается материалами исполнительного производства. У ООО «Пласт» имеются собственные станок и формы. Вины в том, что ООО «Оллвин» не смогло погасить задолженность по договорам займа (которые подписаны неустановленными лицами) нет, о заключении каких-либо договоров займов неизвестно. Ответчик указал, что не удерживал и не использовал имущество ООО «Оллвин». Именно ФИО6 обязана была погашать задолженность и подать заявление о банкротстве, так как была руководителем ООО «Оллвин» с 10 июня 2015 года, все документы общества были в семье Т-вых. Истцом не указано, какие именно действия в 2016 году повлекли невозможность погасить задолженность перед ФИО9.

Определением от 20 декабря 2023 года привлечена в качестве соответчика по настоящему делу ФИО6.

ФИО6 просила удовлетворить заявленные исковые требования к указанным истцом ответчикам. В отзыве на иск указала, что не является учредителем и директором ООО «Оллвин» с мая 2019 года, имущество общества, в том числе станок, ей не передавался, никаких распорядительных действий не совершалось. Сослалась на отсутствие каких-либо документов общества, а также оригиналов договоров займа. Указала, что никаких документов общества у нее не имеется, поскольку она их выбросила в связи с истечением срока хранения и отказом ФИО3 их забрать. Просила исключить ее из круга ответчиков, поскольку истец не согласился на предъявления требований к ней.

ФИО7 представил письменный отзыв, в котором указал, что заявленные требования являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Управление Федеральной налоговой службы по Орловской области указало, что правом на подачу настоящего искового заявления обладает строго определенный круг лиц. При этом согласно данным https://kad.arbitr.ru/ определения о завершении процедуры конкурсного производства или прекращении производства по делу о банкротстве в связи с недостаточностью имущества должника для погашения расходов по делу о банкротстве не выносились.

В своих объяснениях Орловская городская общественная организация инвалидов «Апроксима» указала, что ФИО3, ФИО4, ФИО5 должны быть привлечены в сумме задолженности ООО «Оллвин» перед ОГООИ «Апроксима», которая отражена в справке пристава от 24 июня 2024 года и составляет 5 086 238,81 руб. Относительно заявления ответчиком о пропуске срока исковой давности указала, что по данным истца в состоянии банкротства общество находится с 1 июня 2016 года. Всё поведение контролирующих лиц, негативно отразившееся на финансовом состоянии компании, происходило после 1 июня 2016 года (ФИО4 при участии ФИО5 безвозмездно передал в пользование ООО «Пласт» единственное ликвидное имущество ООО «Оллвин»). За это время ни одно контролирующее лицо не обратилось с заявлением о банкротстве. Но если для кредитора такое обращение является правом, то для контролирующих лиц - это обязанность, которую они не исполнили. Также истец указал, что в настоящее время сложилась ситуация, при которой у должника нет имущества, сумма задолженности более 5 000 000 руб. с просрочкой исполнения в несколько лет, данную организацию невозможно исключить из ЕГРЮЛ как недействующую, в отношении общества невозможно ввести процедуру банкротства, так как все арбитражные управляющие отказались от участия в процедуре, а кредитор не может нести расходы на проведение процедуры, так как у него нет достаточных финансов.

Решением Арбитражного суда Орловской области от 17.12.2024 по делу № А48-7326/2023 с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 21.01.2025 в удовлетворении исковых требований отказано. В связи с отказом в удовлетворении иска обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Орловской области от 15 августа 2023 года по настоящему делу, сохраняют свое действие до вступления в законную силу решения арбитражного суда. После вступления решения суда в законную силу указанные обеспечительные меры считаются отмененными. С Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в сумме 25 431 руб.

Не согласившись с данным решением, Орловская городская общественная организация инвалидов «Апроксима» обратилась в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить.

В электронном виде через систему «Мой арбитр» от ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в ее отсутствие.

В электронном виде через систему «Мой арбитр» от ООО «Пласт» поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя.

На основании статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом.

Представитель Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» поддержал доводы апелляционной жалобы, считает решение незаконным и необоснованным, просил его отменить.

Выслушав представителя Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима», изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта. При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ООО «Оллвин» было зарегистрировано 26 апреля 2011 года.

Учредителями Общества явились ФИО4 и ФИО5.

Полномочия единоличного исполнительного органа ООО «ОллВин» последовательно осуществляли:

- с 26 апреля 2011 года - ФИО5;

- с 17 апреля 2013 года - ФИО11;

- с 22 сентября 2014 года - ФИО12;

- с 2 февраля 2015 года - ФИО3;

- с 11 марта 2015 года – ФИО8;

- с 10 июня 2015 года - ФИО6;

Участниками общества являлись:

- с 26 апреля 2011 года по 16 апреля 2013 года - ФИО5 (50%) и ФИО4 (50%);

- с 17 апреля 2013 года по 21 сентября 2014 года - ФИО11 (100%);

- с 22 сентября 2014 года по настоящее время - ФИО3 (50%);

- с 12 февраля 2015 года по 18 июня 2015 года - ФИО8 (50%);

- с 19 июня 2015 года - ФИО6 (50%).

24 апреля 2019 года ФИО6 было подано заявление о выходе из состава участников и увольнении с поста директора по собственному желанию (том 3, листы дела 77-78).

4 июня 2019 года в публичный реестр внесена запись о недостоверности сведений об участнике и директоре.

Как следует из представленных доказательств, 19 мая 2014 года между ООО «Оллвин» (заемщик) в лице генерального директора ФИО11 и гражданином ФИО7 (заимодавец) был заключен договор займа, в соответствии с которым заимодавец передает на условиях договора денежные средства в размере 150 000 руб. в срок до 18 мая 2015 года, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу сумму займа и проценты за пользование суммой займа в срок и на условиях договора (том 2, листы дела 5-6).

В соответствии с пунктом 4.1. договора займа процент за пользование деньгами установлен - 10% в месяц.

25 марта 2015 года между ООО «ОЛЛВИН» в лице генерального директора ФИО8 (сын ФИО6) и ФИО7 (муж ФИО6) подписано дополнительное соглашение к договору займа от 19 мая 2014 года, согласно которому изменен срок исполнения обязательств на 19 мая 2016 года, установлен иной процент - 14% в месяц, исключены следующие условия: выплата неустойки только на основании обоснованного письменного требования (пункт 5.2 договора займа), претензионный порядок досудебного урегулирования спора (пункт 6.1 договора займа), рассмотрение спора в арбитражном суде (пункт 6.4 договора займа), том 2, лист дела 7.

11 января 2016 года ФИО6, являясь генеральным директором ООО «ОЛЛВИН», подтверждает сумму задолженности по договору займа и процентов в размере 481 079,00 руб.

11 января 2016 года ФИО7 уступает права требования, возникшие из вышеуказанного договора займа ФИО8 по соглашению об уступке права требования (цессия).

В пункте 2.3 указанного выше соглашения стороны установили, что оплата по данному договору цессии должна состояться не позднее 11 января 2036 года.

14 января 2016 года генеральный директор ООО «Оллвин» ФИО6 (мать) и ФИО8 (сын) подписывают договор залога в обеспечение исполнения обязательств общества по договору займа от 19 мая 2014 года, предметом которого является термопласт автомат HXF128 оценочной стоимостью 927 800 руб. (том 2, листы дела 13-14).

15 января 2019 года генеральный директор ООО «Оллвин» ФИО6 подтверждает задолженность ООО «Оллвин» по состоянию на указанную дату по договору займа от 19 мая 2014 года в размере 1 263 731,50 руб., из которых сумма основного долга 150 000 руб., размер неустойки 1 113 731,5 руб.

15 января 2019 года по договору уступки прав требований (цессии) ФИО8 уступает права требования по договору займа от 19 мая 2014 года ФИО9 (том 2, лист дела 21).

Согласно пункту 2 договора цессии стоимость уступленных прав требования составила 150 000 руб., оплата произведена при подписании договора.

14 января 2015 года между ООО «Оллвин» (заемщик), в лице генерального директора ФИО3 и ФИО7 (заимодавец) заключен договор займа, в соответствии с котором заимодавец передает на условиях договора денежные средства в размере 180 000,00 руб. в срок до 14 июня 2015 года, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу сумму займа и проценты за пользование суммой займа в срок и на условиях договора (том 2, листы дела 8-9).

В соответствие с пунктом 4.1. договора процент за пользование деньгами установлен - 10% в месяц.

25 марта 2015 года между ООО «ОЛЛВИН» в лице генерального директора ФИО8 и ФИО7 подписано дополнительное соглашение, согласно которому изменен срок исполнения обязательств на 19 мая 2016 года, установлен иной процент - 14% в месяц, исключены некоторые условия: выплата неустойки только на основании обоснованного письменного требования (пункт 5.2 договора займа), претензионный порядок досудебного урегулирования спора (пункт 6.1 договора займа), рассмотрение спора в арбитражном суде (пункт 6.4 договора займа), том 2, лист дела 10.

15 января 2019 года генеральный директор ООО «Оллвин» ФИО6 подтверждает задолженность ООО «ОллВин» по состоянию на данную дату по договору займа от 15 января 2015 года в размере 1 374 450,42 руб., из которых сумма основного долга 180 000,00 руб., размер неустойки 1 194 450,42 руб.

15 января 2019 года по договору уступки прав требований (цессии) ФИО7 уступает права требования по договору займа от 14 января 2015 года ФИО9 (том 2, лист дела 22).

Согласно пункту 2 договора цессии стоимость уступленных прав требования составила 180 000 руб., оплата произведена при подписании договора. Доказательств оплаты по данному договору суду не представлено.

В марте 2019 года ФИО9 обращается с исковыми требованиями о взыскании задолженности по указанным выше договорам займа и требованием об обращении взыскания на заложенное имущество.

Определением Заводского районного суда города Орла от 2 апреля 2019 года наложен арест на имущество ООО «ОллВин» в пределах заявленной ко взысканию денежной суммы.

Заочным решением Заводского районного суда от 8 мая 2019 года по делу № 2-1123/2019 исковые требования ФИО9 удовлетворены, с ООО «Оллвин» взысканы денежные средства по договору займа от 19 мая 2014 года в размере 150 000 руб. - основной долг, начисленные договорные проценты за период с 19 мая 2014 года по 15 января 2019 года - 1 263 731,50 руб.; по договору займа от 14 января 2015 года в размере 180 000 руб. - основной долг, начисленные договорные проценты с 14 января 2015 года по 15 января 2019 года - 1 152 433,98 руб., а всего 2 752 665,48 руб. (том 2, листы дела 36-39)

На основании выше указанных судебных актов возбуждены исполнительные производства № 68684/19/57024-ИП от 12 августа 2019 года и № 26374/19/57024-ИП от 8 апреля 2019 года, впоследствии присоединенные к сводному исполнительному производству № 7011/16/57024-СД (том 2, листы дела 25-26, 40-41).

Арбитражным судом были истребованы материалы исполнительного производства (том 3, листы дела 35-162, то 5, листы дела 45-151, тома 6-11, том 12, листы дела 1-39).

В рамках исполнительного производства № 26374/19/57024-ИП, № 7011/16/57024-СД был наложен арест на термопластавтомат и пресс-формы, являющиеся единственным имуществом ООО «ОЛЛВИН» в соответствии с решением от 6 мая 2014 года № 1.

16 июля 2019 года судебным приставом-исполнителем был наложен арест на оборудование термопластавтомат, ответственным хранителем назначен руководитель ООО «Оллвин» ФИО6 (том 2, листы дела 29-31).

ООО «Пласт» обратилось в Железнодорожный суд города Орла с исковым заявлением об освобождении имущества от ареста или исключении его из описи. Исковые требования были обоснованы тем, что арестованное имущество является собственностью ООО «Пласт», представлены документы о покупке имущества (том 2, листы дела 42-45).

В ходе судебного разбирательства была назначена товароведческая экспертиза. Согласно заключению эксперта установлено, что в помещении по адресу: <...> имеются станки термопластавтомат HXF 128 в количестве двух штук.

Решением Железнодорожного суда города Орла от 14 февраля 2020 года иск удовлетворён, один станок исключен из акта описи арестованного имущества (том 2, листы дела 84-87).

7 февраля 2020 года в адрес МОСП по особым исполнительным производствам от представителя взыскателя ФИО9 поступило заявление о внесении изменений в акт описи арестованного имущества от 16 июля 2019 года.

13 февраля 2020 года судебным приставом - исполнителем вынесено постановление о внесении изменений в акт о наложении ареста от 16 июля 2019 года.

Согласно определению Заводского районного суда города Орла от 28 октября 2022 года по делу № 13820/2022 взысканная сумма была проиндексирована за период с 1 апреля 2021 года по 31 августа 2022 года на сумму 459 401,06 руб.

Вступившим в законную силу решением Железнодорожного районного суда от 6 июля 2020 года по делу № 2-296/20 исковые требования ФИО3 к ООО «Оллвин», ФИО9, ФИО6 об освобождении имущества от ареста и исключении его из описи оставлены без удовлетворения, поскольку суд пришел к выводу о том, что станок термопласт HXF28 был передан в уставный капитал ООО «Оллвин» (том 2, листы дела 124-127).

Решением Арбитражного суда Орловской области от 8 ноября 2022 года (резолютивная часть решения объявлена 31 октября 2022 года) по делу № А48-11109/2020 с общества с ограниченной ответственностью «Оллвин» в пользу Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 263 393,45 руб. за период с 8 мая 2019 года по 21 декабря 2020 года, начиная с 22 декабря 2020 года, начислять проценты за пользование чужими денежными средствами на сумму основного долга (2 752 665,48 руб.) по действующим в соответствующие периоды ключевым ставкам Банка России по день фактического исполнения обязательства, проценты за пользование займом в размере 477 602,89 руб. за период с 16 января 2019 года по 21 декабря 2020 года, начиная с 22 декабря 2020 года начислять проценты за пользование займом на сумму задолженности (150 000 руб.) по 14 % в месяц по день фактического исполнения обязательства.

12 декабря 2022 года ФИО9 обратился в Арбитражный суд Орловской области с заявлением о признании ООО «Оллвин» несостоятельным (банкротом); просил утвердить финансового управляющего из числа членов САУ «Авангард».

Определением от 19 декабря 2022 года указанное заявление было принято судом к производству, возбуждено производство по делу № А48-10843/2022.

Определением суда от 17 апреля 2023 года производство по делу № А48-10843/2022 о признании должника ООО «Оллвин» несостоятельным (банкротом) было прекращено, поскольку от саморегулируемых организаций арбитражных управляющих кандидатур для утверждения арбитражного управляющего в деле о банкротстве не поступило.

По мнению истца, фактически деятельность общества контролировалась тремя лицами: ФИО3, ФИО4, ФИО5, а ООО «Пласт» извлекало выгоду от использования принадлежащего ООО «Оллвин» имущества.

Как указал истец, в адрес контролирующих должника лиц были направлены требования о погашении задолженности ООО «Оллвин», которые были оставлены без удовлетворения. Данные обстоятельства послужили основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Принимая обжалуемый судебный акт, арбитражный суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В силу статьи 419 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается ликвидацией юридического лица (должника или кредитора), кроме случаев, когда законом или иными правовыми актами исполнение обязательства ликвидированного юридического лица возлагается на другое лицо.

При рассмотрении настоящего спора судом первой инстанции правомерно установлено ненадлежащее исполнение ООО «ОллВин» обязательств перед истцом, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами.

Статьей 399 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность. То есть субсидиарная ответственность устанавливается в качестве санкции за противоправное поведение должника или лиц, имеющих право в силу закона определять условия ведения хозяйственной деятельности должника или же влиять на исполнение должником своих обязательств.

Согласно пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Согласно выписке из ЕГРЮЛ общество с ограниченной ответственность «Оллвин» является действующим.

В силу пункта 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве, и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 Закона о банкротстве, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.12 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, или возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом обладают конкурсные кредиторы, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, обязательства перед которыми предусмотрены пунктом 2 статьи 61.12 настоящего Федерального закона.

В силу пункта 3 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, обладают кредиторы по текущим обязательствам, кредиторы, чьи требования были включены в реестр требований кредиторов, и кредиторы, чьи требования были признаны обоснованными, но подлежащими погашению после требований, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявитель по делу о банкротстве в случае прекращения производства по делу о банкротстве по указанному ранее основанию до введения процедуры, применяемой в деле о банкротстве, либо уполномоченный орган в случае возвращения заявления о признании должника банкротом.

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что после прекращения производства по делу в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедур банкротства, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности вправе подать только те кредиторы, чьи требования в деле о банкротстве были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов должника (в том числе в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве) (пункты 3 и 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Как было указано выше, определением арбитражного суда от 17 апреля 2023 производство по делу № А48-10843/2022 о признании ООО «Оллвин» несостоятельным (банкротом) прекращено на основании пункта 9 статьи 45 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В рамках дела № А48-10843/2022 было установлено, что судебное заседание по заявлению о признании должника несостоятельным (банкротом) откладывалось неоднократно по причине отсутствия кандидатуры арбитражного управляющего - определениями суда от 25 октября 2022 года, 21 марта 2023 года, 11 апреля 2023 года.

Арбитражный суд неоднократно предлагал заявителю рассмотреть вопрос о кандидатуре арбитражного управляющего и (или) иной саморегулируемой организации. Запрашиваемые сведения суду не были представлены, в связи с чем, производство по делу о признании ООО «Оллвин» несостоятельным (банкротом) было прекращено на основании пункта 9 статьи 45 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Таким образом, судом первой инстанции правомерно установлено, что, поскольку производство по делу о банкротстве общества «Оллвин» прекращено на основании пункта 9 статьи 45 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности в порядке статьи 61.14 Закона о банкротстве не имеется.

При завершении ликвидационной процедуры конкурсного производства или прекращении производства по делу о банкротстве судом исследуется и устанавливается факт того, что погашение задолженности перед кредиторами за счет имущества должника невозможно.

В первом случае (при завершении конкурсного производства) должник проходит длительную публичную процедуру банкротства и исключается из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с завершением процедуры конкурсного производства. Исключение из ЕГРЮЛ (ликвидация) и утрата юридическим лицом правоспособности происходит лишь после прохождения процедур несостоятельности, необходимых, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов. Публичная процедура предполагает проведение в полном объеме ряда мероприятий: арбитражными управляющими (например, временным, конкурсным) проводится работа по анализу финансового состояния должника, поиску его имущества, формированию конкурсной массы, в том числе путем взыскания дебиторской задолженности, оспаривания сделок должника и прочее, имущество реализуется, проводится погашение (частичное погашение) внеочередных (текущих) и реестровых требований. Следовательно, у кредиторов возникает право на предъявление требований к контролирующим должника лицам в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по долгам должника.

Во втором случае (при прекращении производства по делу о банкротстве в связи с недостаточностью имущества должника для погашения расходов по делу о банкротстве) судом также устанавливается, что имущества должника недостаточно даже для погашения внеочередных требований первой очереди (расходов по делу о несостоятельности). Следовательно, погашение требований текущих кредиторов нижестоящих очередей и конкурсных (реестровых) кредиторов невозможно. При этом, как правило, в большинстве случае производство по делу о банкротстве по данному основанию прекращается по итогам рассмотрения отчёта временного управляющего должника, то есть после проведения наличия признаков фиктивного и преднамеренного банкротства, анализа сделок должника, проведения финансового анализа на основании изучения документации, опосредующей его хозяйственную деятельность. Таким образом, только после этого у кредиторов возникает право на предъявление требований к контролирующим должника лицам в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по долгам должника.

Таким образом, в указанных случаях уже установлена невозможность для кредиторов получить удовлетворение за счет имущества должника.

Также законодатель допускает возможность прокалывания корпоративной вуали и при исключении должника из ЕГРЮЛ, поскольку в данном случае кредитор также лишен возможности погашения имеющегося перед ним долга за счет средств должника.

Признавая ликвидацию юридического лица основанием прекращения обязательств, в которых оно участвует в качестве кредитора или должника, статья 419 ГК РФ допускает существование предусмотренных законом или иными правовыми актами изъятий из указанного правила. В частности, такие изъятия предусмотрены пунктом 2 статьи 700 и пунктом 2 статьи 1093 ГК РФ. В этих случаях указанное законом лицо является правопреемником ликвидированного юридического лица по соответствующим обязательствам.

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации), его самостоятельную ответственность (статья 56 Гражданского кодекса Российской Федерации), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Таким образом, привлечение руководителя должника к имущественной ответственности по обязательствам корпорации (субсидиарной ответственности, взысканию убытков) является экстраординарным способом восстановления нарушенных прав кредиторов (исключением из принципа ограниченной ответственности участников общества и правила о защите делового решения менеджеров).

Действующее законодательство и правоприменительная практика выделяют два основных случая привлечения руководителя к субсидиарной ответственности (взысканию убытков) по обязательствам ликвидированной организации:

-в случае банкротства (субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц);

-в случае ликвидации недействующего юридического лица при условии, что исключение должника из ЕГРЮЛ в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия) (с учетом позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 мая 2021 года № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО13»).

В рассматриваемом же случае ООО «Оллвин» не ликвидировано, из публичного реестра ЕГРЮЛ не исключено. В отношении общества проводится процедура исполнительного производства, в ходе которой выявлено имущество должника, залоговый кредитор ФИО9 оставил часть имущества за собой, то есть получил частичное удовлетворение своих требований в ходе рассмотрения настоящего искового заявления (875 025 руб.).

В ходе дела № А48-10843/2022 о признании ООО «Оллвин» несостоятельным (банкротом) вопрос об имущественном положении общества вообще не исследовался, поскольку производство было прекращено на стадии проверки обоснованности требований кредиторов по причине невозможности утверждения судом временного управляющего. При этом нельзя исключить, что по итогам проведения финансового анализа деятельности общества, в том числе исследования вопроса о совершенных должником сделках, был бы сделан вывод о достаточности имущества должника для финансирования процедуры банкротства (в том числе за счет залогового имущества должника (процент от стоимости) и иного имущества).

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно приняты доводы ответчика о преждевременности обращения истцов в суд.

Судом первой инстанции обоснованно принята во внимание позиция Верховного Суда Российской Федерации (определение от 3 июля 2020 года № 307-ЭС20-6456).

Кроме того, судом первой инстанции правомерно отмечено, что ответствуют доказательства, однозначно свидетельствующие о том, что в спорный период Общество обладало объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, либо доказательства того, что должнику были предъявлены требования, которые он не смог удовлетворить ввиду удовлетворения требований иных кредиторов и отсутствия у него имущества.

Под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Ответчиками заявлено о пропуске истцом исковой давности для обращения с рассматриваемым исковым заявлением.

Истец возражал против данного довода, утверждал, что срок исковой давности не пропущен, сослался на пункт 1 статьи 61.19 Закона о банкротстве, которым предусмотрено, что если после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве лицу, которое имеет право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 3 статьи 61.14 настоящего Федерального закона и требования которого не были удовлетворены в полном объеме, станет известно о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.11 настоящего Федерального закона, оно вправе обратиться в арбитражный суд с иском вне рамок дела о банкротстве.

Таким образом, по мнению истца, обращение с настоящим иском не могло состояться ранее вынесения Арбитражным судом Орловской области определения о прекращении производства по делу № А48-10843/2022, которое датировано 17 апреля 2023 года, полагал, что срок исковой давности подлежит исчислять именно с 17 апреля 2023 года и не является пропущенным.

В соответствии со статьей 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса, согласно которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

В соответствии с пунктом 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности», исходя из указанной нормы (статьи 195 ГК РФ) под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица. Поскольку, исковая давность является субъективным правом лица, подлежащим защите, то под исковой давностью понимается материальное право, а не процессуальное право (право на обращение в суд).

Верховным Судом Российской Федерации в определении от 6 августа 2018 года № 308-ЭС17-6757(2,3) изложена правовая позиция, согласно которой субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, в связи с чем материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых соответствующим лицам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для привлечения данных лиц к ответственности).

В соответствии с абзацем четвертым пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Учитывая изложенное, судом первой инстанции правомерно установлено, что срок исковой давности истцом пропущен не был, поскольку не может начать свое течение ранее возникновения права на обращение в суд с требованием о привлечении к «внебанкротной» субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, как правомерно установлено судом первой инстанции, заявленные требования не подлежат удовлетворению даже в случае признания за истцом права на обращение в суд в связи с отсутствием доказательств того, что именно в результате действий (бездействия) ответчиков кредиторы не смогли получить исполнение своих обязательств за счет имущества должника.

Напротив, имущество должника было выявлено в ходе исполнительного производства, оценено, выставлено на торги, а в итоге принято кредитором в счет погашения обязательств.

Ответчики указывали, что им не ясны основания привлечения их к субсидиарной ответственности (истец просто цитирует объемные положения Закона о банкротстве и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»), тогда как должен сослаться на конкретные действия (бездействие) контролирующих должника лиц.

В ходе рассмотрения настоящего дела арбитражный суд неоднократно предлагал истцу представить итоговые требования с указанием основания привлечения к субсидиарной ответственности, ее размера и ответчиков (по каждому основанию отдельно), конкретных обстоятельств, свидетельствующих о наступлении данного вида гражданской ответственности, пояснить производилось ли дальнейшее погашение задолженности в ходе исполнительного производства, в том числе за счет оставления взыскателем имущества должника за собой, указать и документально обосновать размер непогашенной задолженности.

Истец указал, что фактически деятельность общества контролировали ФИО3, ФИО4 и ФИО5. ООО «Пласт» извлекало выгоду от использования принадлежащего ООО «Оллвин» имущества. Контролирующие должника лица допустили безхозяйное обращение с имуществом должника, использование его в собственных интересах и интересах третьих лиц, то есть совершили убыточную сделку. При этом должных мер к погашению задолженности перед ФИО7 и ФИО8 (в дальнейшем уступившим право требования ФИО9) не предпринимали, что повлекло увеличение задолженности (за счет срока кредитования) и невозможность исполнения обязательства за счет имущества должника.

Также истец указал, что участник общества ФИО3 не созвала для решения вопроса собрание участников общества в целях решения вопроса об обращении в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Арбитражный суд первой инстанции неоднократно предлагал истцу раскрыть основания привлечения к субсидиарной ответственности по данному основанию, указать период, в который данная обязанность должна была быть исполнена, указать размер ответственности.

ФИО3 указала, что предпринимала попытки по созыву собрания, однако ей был получен ответ нотариуса о невозможности удостоверения общего собрания участников общества. Также ответчик неоднократно обращалась к ФИО6 с просьбой передать документы общества, которая уклонилась от передачи документов (том 3, листы дела 11-16).

Вместе с тем, в любом случае привлечение к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления имеет правовой смысл в случае возникновения новых обязательств в тот период времени, когда данная обязанность не была исполнена.

Обязанность лиц в рамках субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления проистекает из нарушения ими информационной обязанности перед кредиторами, выраженного в неосведомлении их о неудовлетворительном финансовом состоянии должника, вступающего с такими кредиторами в новые отношения.

Анализируемый вид субсидиарной ответственности - один из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

При привлечении к ответственности на основании пункта 2 статьи 10 либо статьи 61.12 Закона о банкротстве необходимо установление наличия обязательств перед кредиторами, возникшими после определенной судом даты истечения срока на подачу заявления о банкротстве, независимо от того, будет ли приостановлено производство по вопросу о размере субсидиарной ответственности (пункт 26 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2023 года).

Срок возникновения обязательства не следует отождествлять со сроком его исполнения (определения ВС РФ от 6 июля 2017 года № 303-ЭС17-2748, от 28 сентября 2020 года № 310-ЭС2О-7837).

Как правомерно установлено судом первой инстанции, в рассматриваемом случае обязательства перед кредитором в любом случае возникли ранее, новых обязательств у должника не возникло. Следовательно, привлечение контролирующих должника лица по данному основанию в любом случае не возможно.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ООО «Пласт» 3 100 000 руб. Данная сумма рассчитана истцом как размер рыночной арендной платы за пользование соответствующим оборудованием в течение 53 месяцев.

При этом доказательств того, что ООО «Пласт» является лицом контролирующим деятельность ООО «ОллВин» в материалы дела не представлено, тогда как к субсидиарной ответственности может быть привлечено только лицо, обладающее данным статусом.

Также в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ООО «Пласт» безвозмездно использовало имущество должника.

Судом первой инстанции правомерно установлено, что спорный станок был арестован в рамках возбуждённого исполнительного производства, ответственным хранителем были последовательно назначены ФИО6, ФИО3. При этом судом первой инстанции обоснованно принято во внимание то обстоятельство, что станок был опечатан судебным приставом-исполнителем, который периодически проверял его сохранность.

Каких-либо предписаний относительно пользования арестованным имуществом в материалах исполнительного производства, иных доказательств того, что ООО «Пласт» использовало имущество ООО «ОллВин» не имеется.

ООО «Пласт» объективно трудно доказать отрицательный факт неиспользования станка общества. Вместе с тем ООО «Пласт» представило доказательства наличия у него собственного оборудования, обосновало отсутствие экономической необходимости в пользовании иными станками с учетов объемов производства.

Также судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что договором от 30 июля 2022 года ФИО6 уступила ФИО14 право на взыскание действительной доли в размере 50% в уставном капитале ООО «ОллВин» за 50 000 руб. (том 3, лист дела 73).

ФИО14 также является представителем истца по настоящему делу.

В дальнейшем ФИО14 уступил приобретенное у ФИО6 право требования ФИО15, что усматривается из определения Арбитражного суда Орловской области от 23 марта 2023 года по делу № 9136/2022 (том 3, листы дела 80-81).

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам и не может служить средством разрешения корпоративного конфликта (пункт 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 декабря 2020 года).

Не допускается использование процедур банкротства с целью разрешить ранее возникший корпоративный конфликт (определения ВС РФ от 15 сентября 2022 года № 302-ЭС22-14623(2)), от 27 апреля 2024 года № 303-ЭС22-25508(5)).

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции правомерно отказано в удовлетворении заявленных требований.

Довод заявителя апелляционной жалобы о несогласии с вышеуказанным выводом суда первой инстанции подлежит отклонению, поскольку не опровергает законный и обоснованный вывод суда первой инстанции, сделанный на основании надлежащей оценки представленных в материалы дела доказательств, при правильном применении норм права.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на наличие оснований для оставления иска без рассмотрения, а не для отказа в иске, подлежит отклонению как основанная на неправильном применении норм права.

С учетом результатов рассмотрения настоящего искового заявления, а также положений части 5 статьи 96 АПК РФ, суд первой инстанции правомерно указал на то, что обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Орловской области от 15 августа 2023 года по настоящему делу, сохраняют свое действие до вступления в законную силу решения арбитражного суда. После вступления решения суда в законную силу указанные обеспечительные меры считать отмененными.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении исковых требований отказано, государственная пошлина за рассмотрение иска правомерно отнесена на истца и с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 21.01.2025 с Орловской городской общественной организации инвалидов «Апроксима» правомерно взыскана в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 25 431 руб.

С учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 21.01.2025, судом апелляционной инстанции не принимается ссылка заявителя апелляционной жалобы на неправильное исчисление государственной пошлины подлежащей взысканию.

Убедительных доводов, основанных на доказательствах и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, удовлетворению не подлежит.

Нормы процессуального права, являющиеся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции в любом случае, судом первой инстанции не нарушены.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Орловской области от 17.12.2024 по делу № А48-7326/2023 с учетом определения об исправлении арифметической ошибки от 21.01.2025 оставить без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.А. Безбородов

Судьи В.В. Ботвинников

ФИО1