ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, <...>, https://10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-5455/2025

г. Москва

30 мая 2025 года

Дело № А41-10903/22

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 30 мая 2025 года

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Муриной В.А.,

судей Терешина А.В., Шальневой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Никольским Я.А.,

при участии в заседании:

ФИО1 – лично, предъявлен паспорт;

ФИО2 – лично, предъявлен паспорт (слушатель);

от финансового управляющего ФИО1 ФИО3 – ФИО4 по доверенности от 23.12.2024;

от ГК «Агентство по страхованию вкладов» - ФИО5 по доверенности от 25.04.2023,

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Московской области от 24 февраля 2025 года по делу № А41-10903/22,

УСТАНОВИЛ:

21.02.2022 в Арбитражный суд Московской области поступило заявление АО КБ «РБС» о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом), которое определением от 31.03.2022 было принято к производству суда.

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.08.2022 заявление АО КБ «РБС» признано обоснованным; в отношении ФИО1 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов гражданина; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3, член ААУ «СЦЭАУ».

Решением Арбитражного суда Московской области 24.01.2023 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО3, член ААУ «СЦЭАУ».

Финансовый управляющий имуществом должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, с учетом уточнений принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации:

—о признании недействительной сделкой брачного договора от 18.10.2018 № 50 АБ 2008369, заключенного между ФИО1 (должником) и ФИО6, удостоверенного нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области ФИО7;

—признании недействительной сделкой соглашения об уплате алиментов на содержание ребенка № 77 АВ 9918449 от 16.07.2019, по которому от ФИО6 в пользу ФИО8 с участием законного представителя ФИО1 (должника) передано в собственность жилое помещение - квартира общей площадью 61,3 кв.м., кадастровый номер 50:48:0010406:532, расположенная по адресу: <...>; —признании недействительной сделкой договора купли-продажи № 50 АБ 3361276 от 16.08.2019, заключенного между ФИО6 и ФИО9, в отношении 1/2 доли жилого помещения - квартиры общей площадью 30,7 кв.м., кадастровый номер 50:16:0000000:52920, расположенной по адресу: Московская область, р-н. Ногинский, <...>;

—признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 18.10.2018, заключенного между ФИО1 (должником) и ФИО2, в отношении транспортного средства - автомобиля SKODA RAPID, 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>;

—признании недействительной сделкой договора купли-продажи транспортного средства от 06.03.2022, заключенного между ФИО2 и ФИО10, в отношении автомобиля SKODA RAPID, 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>;

и применении последствий недействительности сделок.

Определением арбитражного суда Московской области от 24.02.2025 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено в части.

Суд признал недействительной сделкой брачный договор от 18.10.2018 № 50 АБ 2008369, заключенный между ФИО1 и ФИО6, удостоверенный нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области ФИО7; недействительной сделкой соглашение об уплате алиментов на содержание ребенка № 77 АВ 9918449 от 16.07.2019, по которому от ФИО6 в пользу ФИО8 с участием законного представителя ФИО1 передано в собственность жилое помещение, 61.3 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532; недействительной сделкой договор купли-продажи доли квартиры № 50 АБ 3361276 от 16.08.2019 жилого помещения, Общая долевая собственность, 1/2 доли, площадь 30,7 кв.м., местоположение: Московская область, р-н. Ногинский, <...>, кадастровый номер 50:16:0000000:52920, заключенный между ФИО6 и ФИО9; недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного средства - транспортное средство SKODA RAPID 2014 г.в. VIN <***>, от 18.10.2018, заключенный между ФИО1 и ФИО2. Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права общей собственности супругов ФИО1 и ФИО6 и возврата в конкурсную массу должника следующего имущества:

Жилого помещения, площадь 41.6 кв.м., местоположение: Российская Федерация, Московская область, Ногинский район, городское поселение Ногинск, <...>, кадастровый номер 50:16:0302010:3285.

Жилого помещения, 61.3 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532.

Также определением Арбитражного суда Московской области от 24.02.2025 применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права личной собственности ФИО1 и возврата в конкурсную массу должника жилого помещения, общая долевая собственность, 1/2 доли, площадь 30,7 кв.м., местоположение: Московская область, р-н. Ногинский, <...>, кадастровый номер 50:16:0000000:52920 и последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу должника ФИО1 денежных средств в размере 533 000 руб.

В удовлетворении остальной части отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции в части возврата в конкурсную массу должника жилого помещения, 30,7 кв.м., Московская область, р-н. Ногинский, <...>, кадастровый номер 50:16:0000000:52920 и в части возврата в конкурсную массу должника жилого помещения, 61.3 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532 ФИО1 обратилась в Десятый арбитражный апелляционный суд, ссылаясь на неполное выяснение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

В силу части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», следует, что если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания.

26.05.2025 в материалы дела поступил отзыв ГК «Агентство по страхованию вкладов» на апелляционную жалобу.

Суд, совещаясь на месте,

определил:

приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам обособленного спора в качестве письменных пояснений в порядке статьи 81 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ввиду незаблаговременного направления отзыва в адрес лиц, участвующих в обособленном споре и суда.

В судебном заседании ФИО1 поддержала апелляционную жалобу, просила отменить судебный акт в обжалуемой части.

Представители ГК «Агентство по страхованию вкладов» и финансового управляющего ФИО1 ФИО3 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просили оставить обжалуемый судебный акт без изменения.

Законность и обоснованность определения суда, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации на сайте «Электронное правосудие» www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, изучив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены определения суда в обжалуемой части.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) и статье 32 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан, урегулированы главой X «Банкротство граждан», а также главами I - VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Закона.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в обозначенном Федеральном законе.

Право финансового управляющего на подачу заявлений о признании сделок должника - гражданина недействительными установлено абзацем 2 пункта 7 статьи 213.9 и пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Как следует из материалов дела, 18.10.2018 между ФИО1 и ФИО6 заключен брачный договор №50 АБ 2008369, удостоверенный нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области ФИО7.

В соответствии с вышеуказанным договором ФИО6 отошло имущество, нажитое в браке супругами, а именно:

—жилое помещение, площадь 41, 6 кв.м, местоположение: Российская Федерация, Московская область, Ногинский район, городское поселение Ногинск, <...>, кадастровый номер 50:16:0302010:3285. В настоящий момент имущество зарегистрировано за ФИО6

—Жилое помещение, 61, 3 кв.м, местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532. В настоящий момент имущество зарегистрировано за ФИО8 (сын ФИО1 и ФИО6), право собственности от ФИО6 перешло 17.07.2019 на основании соглашения об уплате алиментов на содержание ребенка № 77 АВ 9918449 от 16.07.2019.

Также ФИО6 отошло личное имущество ФИО1, нажитое должником до заключения брака, а именно:

—жилое помещение, Общая долевая собственность, 1/2 доли, площадь 30,7 кв.м., местоположение: Московская область, р-н. Ногинский, <...>, кадастровый номер 50:16:0000000:52920.

В настоящий момент имущество зарегистрировано за ФИО9 (родной брат ФИО1) на основании договора купли-продажи доли квартиры № 50 АБ 3361276 от 16.08.2019, заключенного между ФИО6 и ФИО9 Государственная регистрация перехода права собственности - 21.08.2019.

По брачному договору ФИО1 отошло следующее имущество, нажитое в браке супругами:

—транспортное средство SKODA RAPID, 2014 года выпуска, VIN <***>. Впоследствии вышеназванное имущество перешло третьим лицам: ФИО2 на основании договора от 18.10.2018.

Впоследствии транспортное средство отчуждено на основании договора купли – продажи от 06.03.2022 в пользу ФИО10.

В ходе рассмотрения заявления в суде первой инстанции финансовый управляющий указывал на то обстоятельство, что первоначальная сделка (соглашение о разделе имущества) и последующие сделки по отчуждению имущества совершены в преддверии банкротства в целях вывода ликвидного имущества из-под обращения взыскания, в связи с чем обратился с настоящим заявлением о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности, ссылаясь на статью 61.2 Закона о банкротстве и положения статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что само по себе наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, не препятствуют суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке. В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции на дату совершения оспариваемых сделок) не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 и пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Таким образом, для оспаривания сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо доказать цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также уменьшение конкурсной массы должника в результате оспариваемой сделки.

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:

- наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;

- наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц;

- наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац 32 статьи 2 Закона о банкротстве).

Учитывая, что спорные договоры оспариваются в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключены ли сделки с намерением причинить вред другому лицу, следует установить, имелось у сторон сделки намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 №6526/10).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ). Соответствующая правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4).

Так, как отмечалось ранее, судом первой инстанции установлено, что между должником и её супругом ФИО6 заключен брачный договор № 50 АБ 2008369, удостоверенный нотариусом Балашихинского нотариального округа Московской области ФИО7, по условиям которого ФИО6 перешло имущество, совместно нажитое супругами в период брака, а именно:

жилое помещение (квартира) общей площадью 41,6 кв.м., кадастровый номер 50:16:0302010:3285, по адресу: <...> (в настоящий момент имущество также зарегистрировано за ФИО6);

жилое помещение (квартира) общей площадью 61,3 кв.м., кадастровый номер50:48:0010406:532, по адресу: <...> (в настоящий момент имущество зарегистрировано за ФИО8 - сыном должника и ФИО6 - на основании соглашения об уплате алиментов на содержание ребенка № 77 АВ 9918449 от 16.07.2019).

Также ФИО6 перешло личное имущество ФИО1, нажитое ею до заключения брака - доля 1/2 в жилом помещении (квартире) общей площадью 30,7 кв.м., кадастровый номер 50:16:0000000:52920, по адресу: Московская область, р-н. Ногинский, <...> (в настоящий момент имущество зарегистрировано за ФИО9 - родным братом должника - на основании договора купли-продажи доли от 16.08.2019 № 50 АБ 3361276, заключенного между ФИО6 и ФИО9).

При этом самому должнику по условиям брачного договора перешло только транспортное средство - автомобиль SKODA RAPID, 2014 года выпуска, идентификационный номер (VIN): <***>.

Впоследствии вышеназванное имущество перешло ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (на основании договора от 18.10.2018) и далее отчуждено в пользу ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ г.р. (на основании договора от 06.03.2022).

Судом первой инстанции также установлено, что в период с 14.04.2015 по дату отзыва лицензии - 16.10.2015 ФИО1 являлась председателем Наблюдательного совета ЗАО КБ «Лада-Кредит» и членом совета директоров ООО Коммерческий банк «Региональный банк сбережений» (в период с 24.06.2014 по 16.04.2015). В силу занимаемых должностей и степени непосредственного участия, признана лицом, контролировавшим деятельность указанных кредитных организаций.

1) Участие ФИО1 в банкротстве ЗАО КБ «Лада-Кредит». Приказами Банка России от 16.10.2015 № ОД-2832, № ОД-2833 у кредитной организации ЗАО КБ «Лада-Кредит» с 16.10.2015 отозвана лицензия на осуществление банковских операций. Решением Арбитражного суда города Москвы от 22.12.2015 по делу № А40- 202708/2015 ЗАО КБ «Лада-Кредит» признано несостоятельным (банкротом).

02.10.2018 по результатам проведенных проверочных мероприятий, в Арбитражный суд города Москвы предъявлено заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «Лада-Кредит».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 10.07.2019 по делу № А40-202708/2015, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 12.09.2019 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.12.2019, к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО КБ «Лада-Кредит» солидарно привлечены контролирующие должника лица: ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО1, с указанных лиц солидарно взысканы денежные средства в размере 2 516 182 000 руб.

Судами установлено, что в период исполнения ФИО1 обязанностей Председателя Наблюдательного Совета ЗАО КБ «Лада-Кредит», ей были одобрены сделки по приобретению прав требований по ссудной задолженности юридических лиц и выдаче невозвратных кредитов в период с 05.06.2015 по 09.10.2015. Общая сумма одобренных ФИО1 сделок по выдаче технических кредитов и приобретению прав требования к техническим заемщикам составила 2 733 784 838,38 руб.

08.11.2018 по результатам проведенных проверочных мероприятий, в Арбитражный суд города Москвы также предъявлено заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО КБ «РБС».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.01.2021 по делу № А40-220054/2015 ФИО11, ФИО12, ФИО14, ФИО1, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО КБ «РБС» и в порядке привлечения к субсидиарной ответственности с них взысканы в солидарном порядке денежные средства в размере: 650 829 000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.04.2021 по делу № А40-220054/2015 определение суда первой инстанции отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО КБ «РБС» ФИО15, ФИО17, ФИО19, ФИО20, в удовлетворении заявленных требований в отношении указанных лиц отказано; в остальной части определение Арбитражного суда города Москвы от 20.01.2021 по делу № А40- 220054/15 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 02.09.2021 по делу №А40-220054/2015 судебные акты оставлены без изменения.

В процессе рассмотрения обособленного спора установлено, что в период с 01.02.2014 по дату отзыва лицензии (10.11.2015) финансовое положение Банка существенно ухудшилось. Причиной существенного ухудшения финансового положения Банка стало совершение в период с февраля 2014 г. по ноябрь 2015 г. действий по:

размещению денежных средств на корреспондентских счетах, открытых в банках, входящих в неформальную банковскую группу во главе с КБ «Анталбанк» ООО, в которую также входили Банк, КБ «МРБ» (ООО), ЗАО КБ «ЛАДАКРЕДИТ», АО «НСТ-БАНК», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО», ООО КБ «ДОРИС БАНК», АО «Гринфилдбанк», ООО КБ «Максимум», имевших признаки банкротства;

выдаче кредитов организациям, не ведущим реальной хозяйственной деятельности или ведущим ее в объемах, не сопоставимых с масштабом их финансирования Банком, и приобретению прав требования по технической ссудной задолженности юридических лиц у ЗАО КБ «ЛАДА-КРЕДИТ», ОАО Банк «СОДРУЖЕСТВО» и КБ «Анталбанк» ООО.

Судами установлено, что в период исполнения ФИО1 обязанностей члена совета директоров, ей были одобрены сделки по выдаче кредитов, что подтверждено представленными копиями протоколов совета директоров: № 2.1 от 16.01.2015, № 3 от 19.01.2015, № 5 от 21.01.2015, № 21 от 24.06.2014, № 27/2 от 09.07.2014, № 42 от 15.09.2014, № 43 от 17.09.2014, № 44 от 19.09.2014, № 53 от 08.10.2014, № 54 от 09.10.2014, № 56 от 13.10.2014, № 63/1 от № 64 от 27.10.2014, № 68 от 07.11.2014, № 69 от 10.11.2014, № 71 от 11.11.2014, № 72 от 14.11.2014, № 75 от 18.11.2014, № 87 от 04.12.2014, № 89 от 09.12.2014.

Кроме того, в период исполнения обязанностей члена совета директоров ФИО1 были одобрены сделки по покупке прав требования к техническим юридическим лицам, что подтверждено копиями протоколов совета директоров № 16/1 от 09.04.2015 и № 17 от 13.04.2015. Дополнительно ФИО1 были одобрены сделки по установлению и изменению лимитов ООО «Анталбанк», которые в последующем были трансформированы в неликвидные права требования, что подтверждено протоколами Совета директоров №23 от 30.06.2014, № 41 от № 47 от 29.09.2014, № 58/1 от 17.10.2014, № 84 от 01.12.2014, № 13 от 02.03.2015.

Так, начиная с 24.06.2014 (дата подписания первого протокола о выдаче невозвратного кредита от имени ООО КБ «РБС»), ФИО1 причинен вред Агентству, являющемуся правопреемником ЗАО КБ «Лада - Кредит» и ООО КБ «РБС», в связи с чем 24.06.2014 признается датой возникновения обязательств должника перед агентством.

Таким образом, на момент совершения оспариваемых сделок ФИО1 безусловно располагала сведениями не только о наличии задолженности, но и инициировании процесса её взыскания. Первоначальная сделка (брачный договор), направленная на отчуждение принадлежащих активов, совершена должником 18.10.2018. При этом заявление о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ранее подконтрольной кредитной организации ЗАО КБ «Лада-Кредит» было предъявлено в Арбитражный суд города Москвы 02.10.2018.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации в преддверии банкротства должник, осознавая наличие у него кредиторов (по требованиям как с наступившим, так и не наступившим сроком исполнения), может предпринимать действия, направленные либо на вывод имущества, либо на принятие фиктивных долговых обязательств перед доверенными лицами в целях их последующего включения в реестр. Обозначенные действия объективно причиняют вред кредиторам, снижая вероятность погашения их требований. В деле о банкротстве негативные последствия от такого поведения должника могут быть нивелированы посредством конкурсного оспаривания, направленного на приведение конкурсной массы в состояние, в котором она находилась до совершения должником противоправных действий, позволяющее кредиторам получить то, на что они вправе справедливо рассчитывать при разделе имущества несостоятельного лица (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2020 № 305-ЭС20-12206 по делу № А40- 61522/2019).

Сложившаяся судебная практика свидетельствует о том, что лица, привлекаемые к субсидиарной ответственности/взысканию убытков по обязательствам банков, не дожидаясь результатов судебных разбирательств, стремятся сокрыть принадлежащее им имущество путем его отчуждения в пользу третьих лиц. В результате в ходе исполнительного производства выясняется, что у привлеченных к имущественной ответственности лиц отсутствует имущество, на которое могло бы быть обращено взыскание, в связи с тем, что оно было реализовано в период рассмотрения судом соответствующего заявления. Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 27.12.2018 № 305-ЭС 17-4004(2) и от 16.01.2020 №305-ЭС 1916954.

Согласно правовой позиции Арбитражного суда Московского округа, при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок в делах о несостоятельности (банкротстве) контролирующих лиц, необходимо принимать во внимание личность должника, давать оценку его действиями в совокупности (постановление Арбитражного суда Московского округа от 17.07.2024 №Ф05- 25288/2022 по делу №А40-67735/2021, постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.11.2023 №Ф05-25288/2022 по делу N А40-67735/2021).

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от №305-ЭС18- 3009 по делу №А40-235730/2016 сформулирована правовая позиция, согласно которой родственные связи, с одной стороны, гарантируют должнику владение имуществом, а с другой, - позволяют скрыть его от возможных правопритязаний кредиторов. Подобные сделки, совершенные под прикрытием родственных (семейных) связей, не могут быть оценены как добросовестное поведение, подлежащее судебной защите.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что оспариваемые сделки должника заключены с целью вывода активов, соответственно, их сокрытия от кредиторов, что нельзя признать добросовестным и разумным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота. Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, признается мнимой, даже если стороны осуществили для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создавать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия. Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий. Совершая подобную сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2015 №22-КГ15-9), волеизъявление сторон сделки не совпадает с их внутренней волей (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 №305- ЭС16-2411).

Принимая во внимание обстоятельства по данному делу: наличие у должника неисполненных обязательств на момент заключения оспариваемых сделок, отчуждение активов в пользу заинтересованных лиц без предоставления встречного исполнения, следует констатировать, что стороны сделок не имели намерения на исполнение договоров, их действия носили формальный характер, лишь для вида, не преследующим цель создать соответствующие им правовые последствия, то есть мнимыми сделками, заключены при злоупотреблении их сторонами правом, с целью вывода из собственности должника ликвидного имущества во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов, в результате совершения оспоримых сделок причинен вред имущественным правам кредиторов.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 №301-ЭС17-19678, для признания в рамках дела о банкротстве недействительными сделками цепочку взаимосвязанных сделок, опосредующих переход права собственности от должника к приобретателю по последней сделке, управляющий должен доказать, что сделки были направлены на отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю, а спорное имущество находилось под контролем одного лица.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Применяя последствия недействительности сделки, суд преследует цель приведения сторон данной сделки в первоначальное положение, которое существовало до ее совершения.

В рассматриваемом случае суд, применяя последствия недействительности сделок должника, восстановил право общей собственности супругов ФИО1 и ФИО6 и возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: жилого помещения, площадь 41.6 кв.м., местоположение: Российская Федерация, Московская область, Ногинский район, городское поселение Ногинск, <...>, кадастровый номер 50:16:0302010:3285; жилого помещения, 61.3 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532.

Кроме того суд применил последствия в виде восстановления права личной собственности ФИО1 и возврата в конкурсную массу должника жилого помещения, общая долевая собственность, 1/2 доли, площадь 30,7 кв.м., местоположение: Московская область, р-н. Ногинский, <...>, кадастровый номер 50:16:0000000:52920.

Обращаясь с настоящей апелляционной жалобой, ФИО1 заявила довод о несогласии с вынесенным определением в части возврата в конкурсную массу должника следующего имущества: жилого помещения, 61.3 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532.

В обоснование заявленного довода должник указывал на то обстоятельство, что вышеуказанная квартира является для нее и ее несовершеннолетнего ребенка единственным жильем.

В связи с этим ФИО1, считает, что удовлетворяя заявление финансового управляющего в части применения последствий в отношении недвижимого имуществ жилого помещения, 61.3 кв.м., местоположение: <...>, кадастровый номер 50:48:0010406:532, судом первой инстанции не учтены фактические обстоятельства дела.

Однако заявленный довод подлежит отклонению в связи со следующим.

Согласно пункту 1 статьи 213.25 Закон о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу, за исключением имущества, определенного пунктом 3 настоящей статьи.

В силу положений статей 2, 131 Закона о банкротстве целью проведения процедуры банкротства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника за счет конкурсной массы, сформированной из выявленных активов должника.

Применяя последствия недействительности сделки, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 61.6 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Исходя из фактических обстоятельств дела, суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки возвратил в конкурсную массу имущество, принадлежащее должнику.

Вопрос об определении исполнительского иммунитета, а также об установлении факта того, что спорный объект недвижимости является единственным жильем для должника, не ставился на рассмотрение суда первой инстанции, ровно, как и не мог быть изучен в рамках обособленного спора о признании брачного договора недействительным.

Кроме того апелляционная коллегия отклоняет доводы ФИО1 о несогласии с определением Арбитражного суда Московской области от 24.02.2025 в части применения последствий недействительности в виде возврата конкурсную массу должника 30,7 кв.м., Московская область, р-н. Ногинский, <...>, кадастровый номер 50:16:0000000:52920.

Приведенные обстоятельства, такие как приобретение родственниками должника спорного объекта недвижимости для брата ФИО1 – ФИО9, который в свою очередь является инвалидом, не могут служить основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части, поскольку не содержат конкретизированных ссылок на нарушение судом первой инстанции норм материального права в рамках рассмотрения обособленного спора о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности.

Вопросы об определении исполнительского иммунитета в отношении единственного жилья, ровно как и исключение имущества из конкурсной массы, затронутые в апелляционной жалобе (с учетом наличия у должника нескольких жилых помещений), являются преждевременными и не могут стоять перед судом в рамках рассмотрения заявления финансового управляющего о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности. Указанные обстоятельства подлежат установлению в рамках отдельного обособленного спора с привлечением финансового управляющего, кредиторов должника и иных заинтересованных лиц (членов семьи должника).

Доказательств, опровергающих установленные судом обстоятельства, должником в материалы дела не представлено (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Каких-либо новых обстоятельств, которые могли бы повлиять на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, в апелляционной жалобе не приведено.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения оспариваемого определения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 223, 266-269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 24 февраля 2025 года по делу №А41-10903/22 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня принятия.

Председательствующий судья В.А. Мурина

Судьи А.В. Терешин

Н.В. Шальнева