Постановление по делу № 11АП-17995/2024 от 26.02.2025.

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, <...>, тел. <***>

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

26 февраля 2025 года Дело № А65-11678/2024

г. Самара

Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2025 года

Постановление в полном объеме изготовлено 26 февраля 2025 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Поповой Е.Г.,

судей Корастелева В.А, Драгоценновой И.С.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Якуповым Д.Р.,

при участии:

от Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан – представителей ФИО1, ФИО2 (доверенность от 17.01.2025г.)

от Общества с ограниченной ответственностью "СМК Прогресс" – представителя Павловой А.В. (доверенность от 20.12.2021г.),

от Управления ФНС России по РТ – представитель не явился, извещено

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан

на решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 октября 2024 года по делу № А65-11678/2024 (судья Абдрафикова Л.Н.),

по заявлению Общества с ограниченной ответственностью "СМК Прогресс", г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан, г. Казань (ОГРН <***>, ИНН <***>),

третье лицо – Управление ФНС России по РТ, г. Казань,

о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения № 32 от 15.02.2023,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "СМК Прогресс" (далее - заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан к Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан (далее - ответчик, Инспекция) о признании недействительным Решения Межрайонной ИФНС № 3 по РТ о привлечении ООО "СМК Прогресс" к ответственности за совершение налогового правонарушения № 32 от 15.02.2023.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, было привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Республике Татарстан (далее - третье лицо, Управление).

Судом первой инстанции в порядке ст. 49 АПК РФ удовлетворено ходатайство ООО "СМК Прогресс" об уточнении заявленных требований, согласно которому заявитель просил:

- признать недействительным Решение Межрайонной ИФНС № 3 по РТ о привлечении к ответственности ООО «СМК Прогресс» за совершение налогового правонарушения № 32 от 15.02.2023 в части доначисления НДС в сумме 16 750 745 рублей, налога на прибыль в сумме 21 480 618 рублей, штрафа по пп. 1, 3 ст. 122 НК РФ в общем размере 5 666 097 рублей и обязать Межрайонную ИФНС № 3 по РТ устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «СМК Прогресс»;

- снизить размер штрафа в соответствии со ст. 112 НК РФ с учетом доводов налогоплательщика.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 октября 2024 года заявленные требования удовлетворены частично. Признано недействительным решение Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан № 32 от 15.02.2023 о привлечении ООО "СМК Прогресс" к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в сумме 16 750 745 руб., налога на прибыль в сумме 21 480 618 руб., а также пени и штрафа по ст. 122 НК РФ в соответствующей части. В остальной части заявленных требований отказано. На Межрайонную Инспекцию Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан возложена обязанность устранить допущенное нарушение прав и законных интересов ООО "СМК Прогресс".

В апелляционной жалобе Инспекция просит суд апелляционной инстанции отменить решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 октября 2024 года по делу № А65-11678/2024 в удовлетворенной части и принять по делу новый судебный акт.

Определением суда апелляционной инстанции от 04.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы на 20.01.2025.

В материалы дела от заявителя поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором ООО "СМК Прогресс" просит суд апелляционной инстанции решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 октября 2024 года по делу № А65-11678/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения как необоснованную.

Определением суда апелляционной инстанции от 20.01.2025 судебное разбирательство по делу было отложено на 12.02.2024.

В суд от Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан поступили пояснения по делу.

Судом поступившие пояснения по делу приобщены к материалам дела.

В суд от ООО "СМК Прогресс" поступили письменные пояснения.

Судом поступившие письменные пояснения приобщены к материалам дела.

В судебном заседании апелляционного суда представители Инспекции апелляционную жалобу поддержали, просили ее удовлетворить.

Представитель ООО "СМК Прогресс" в судебном заседании апелляционного суда возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, просила суд апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставить без изменения.

Представитель Управления в судебное заседание апелляционного суда не явился, извещен надлежащим образом о месте и времени судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.

На основании статей 156 и 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает апелляционную жалобу в отсутствие не явившегося в судебное заседание представителя Управления, надлежаще извещенного о месте и времени рассмотрения апелляционной жалобы.

Рассмотрев дело в порядке апелляционного производства, проверив обоснованность доводов, изложенных в апелляционной жалобе, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, налоговым органом проведена выездная налоговая проверка ООО «СМК «Прогресс» по всем налогам и сборам, страховым взносам за период 22.05.2018 по 31.12.2020.

По результатам проверки вынесено решение от 25.01.2023 № 470 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым налогоплательщик привлечен к налоговой ответственности, предусмотренной п. 1 и п. 3 ст. 122, п. 1 ст. 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), в виде взыскания штрафных санкций в размере в размере 5 688 097 руб., доначислены налоги на общую сумму 38 512 554 руб., в том числе налог на добавленную стоимость (НДС) в размере 16 750 745 руб., налог на прибыль организаций в размере 21 767 809 руб.

Основанием для доначисления указанных сумм налогов и пени послужил вывод налогового органа о нарушении Заявителем п. 1 ст. 54.1, ст. 169, п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172, 252 НК РФ и получении обществом налоговой экономии в виде неправомерного предъявления к вычету НДС, а также включения затрат в расходы по налогу на прибыль организаций по финансово-хозяйственным отношениям с 26 контрагентами: ООО «Амикс», ООО «Зевс», ООО «Мергон», ООО «Исток Плюс», ООО «Горизонт», ООО «Витязь», ООО «Норд Стар», ООО «Крона Групп», ООО «Бест-Торггрупп», ООО «Торгиндустрия», ООО ТПК «Волжский Завод-Деталь», ООО «ПФ Прогресс», ООО «Агат», ООО «Двери оптом», ООО «Партнер», ООО «16K», ООО «Зенит», ООО «Пром - Арт», ООО «Инпрос», ООО «Аванстрой», ООО ПМК «Автотранс», ООО «Аврора», ООО «Мегаполис», ООО «Азгард», ООО «ТК «Аврора», ИП ФИО3 (далее – спорные контрагенты).

Не согласившись с указанным решением, ООО «СМК «Прогресс» обратилось в вышестоящий налоговый орган с апелляционной жалобой с требованием признать незаконным решение № 32 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.02.2023.

Решением от 29.03.2024 № 2.7-18/009849@ Управлением апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения.

Не согласившись с вышеуказанными решениями налогового органа, Общество обратилось в суд с заявлением о признании недействительным решения Инспекции.

Принимая обжалуемый судебный акт, суд первой инстанции обоснованно исходил из следующих обстоятельств.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: - несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; - нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с положениями ст.ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В проверяемом периоде с 2018 по 2020 гг. Общество осуществляло строительство жилых и нежилых зданий, основным заказчиком являлось ГКУ «Главное инвестиционно строительное управление Республики Татарстан».

Как указал налоговый орган, для выполнения строительно-монтажных работ и поставки товаров (оборудования) Общество, наряду с реальными субподрядчиками и поставщиками, привлекало организации, имеющие признаки недобросовестности, которые на момент проверки ликвидированы при наличии кредиторской задолженности, не представили документы по требованиям налогового органа.

По мнению налогового органа, спорные контрагенты не оказывали ООО «СМК Прогресс» услуги, работы, не осуществляли поставку товаров. ООО «СМК Прогресс» создан формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорным контрагентам.

Основанием для выводов налогового органа о создании Обществом «фиктивного документооборота» с указанными организациями с целью уменьшения подлежащих уплате сумм НДС, налога на прибыль послужило следующее:

- спорные контрагенты не располагали численностью сотрудников, материально - технической базой, отчетность предоставлялась формально с целью исключения возможности присвоения контрагенту со стороны налоговых органов признаков «организаций - однодневок»;

- у спорных контрагентов отсутствуют расходы, свидетельствующие об осуществлении ими реальной хозяйственной деятельности: коммунальные платежи, расходы на хозяйственные нужды, выплаты заработной платы сотрудникам, перечисления за покупку либо услуги аренды оборудования, производственных помещений, земельных участков, оплата налогов;

- по цепочкам спорных контрагентов по документообороту (налоговые декларации) установлено наличие налоговых разрывов между спорными контрагентами и субконтрагентами различных последующих звеньев. Проверкой установлено, что налоговые вычеты у вышеперечисленных спорных контрагентов формируются за счет организаций - транзитеров, оформляющих фиктивные документы с НДС;

- часть спорных контрагентов не предоставили ответы на поручения/требования налогового органа об истребовании документов;

- большинство руководителей спорных контрагентов на допрос в налоговый орган не явились, что, по мнению инспекции, свидетельствует о наличии обстоятельств, подлежащих сокрытию;

- из анализа поступлений на расчетный счет и расходования денежных средств установлена схема с привлечением взаимозависимого поставщика и проблемных организаций, целью которой является минимизация налогов к уплате в бюджет.

Налогоплательщик указывает, что Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие: об умышленных действиях ООО «СМК Прогресс», направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок со спорными контрагентами, с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий между обществом и спорными контрагентами в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность организаций - контрагентов, использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам (поставкам).

Как указывает заявитель, материалы проверки не содержат сведений применительно к Обществу, которые свидетельствовали бы о не проявлении Обществом должной осмотрительности.

По мнению заявителя в оспариваемом решении отсутствуют доказательства получения Обществом налоговой выгоды в противоречие с требованиями п.1 ст.54.1 НК РФ; не установлено фактов дробления бизнеса, применения пониженных налоговых ставок, налоговых льгот или специальных налоговых режимов; оспаривание реальности приобретения заявителем сторонних организаций (контрагентов) для исполнения обязательств по договорам подряда, а равно, утверждения о сокрытии дохода (выручки) от налогообложения.

В связи с указанным, заявитель считает, что вывод налогового органа о неправомерном применении Обществом налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям со спорными контрагентами документально не подтвержден, фактически не установлен, носит предположительный характер и не может быть признан обоснованным.

Исследовав материалы дела, оценив доводы и возражения сторон, приведенные в заявлении, отзывах и дополнениях к ним, относимость и допустимость доказательств, их достаточность и взаимную связь, с учетом положений статьи 71 АПК РФ и разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53), суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

На основании п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

В силу пп. 2 п. 2 ст. 171 НК РФ вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, переработки для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении, в частности, товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

В соответствии с п. 1 ст. 172 налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных п.п. 2.1, 3, 6 - 8 ст. 171 НК РФ.

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Пунктом 1 ст.252 НК РФ определено, что в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, понесенные налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно статье 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать обязательные реквизиты.

Таким образом, налоговый орган, установив по результатам мероприятий налогового контроля совокупность обстоятельств, указывающих на несоблюдение нормативного запрета п. 1 ст. 54.1 НК РФ или условий, предусмотренных п. 2 ст. 54.1 Кодекса, вправе скорректировать налоговые обязательства налогоплательщика, сформированные в результате действий, направленных на получение необоснованной налоговой экономии (нарушение пределов осуществления прав при исчислении налогов).

Между тем, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством.

Положения НК РФ также не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств. Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 12.10.2006 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий. Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Из письма ФНС России от 16.08.2017 №СА-4-7/16152@ «О применении норм Федерального закона от 18.07.2017 №163-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации» следует, что указанная норма фактически определяет условия, препятствующие созданию налоговых схем, направленных на незаконное уменьшение налоговых обязательств, в том числе путем не учета объектов налогообложения, неправомерно заявляемых льгот и т.п.

В связи с указанным, налоговым органам при доказывании фактов неисполнения (неполного исполнения) обязанности по уплате налогов или необоснованного получения права на их возмещение (возврат, зачет) необходимо обеспечить получение доказательств, свидетельствующих об умышленном участии проверяемого налогоплательщика, обеспеченном в том числе действиями его должностных лиц и участников (учредителей), в целенаправленном создании условий, направленных исключительно на получение налоговой выгоды.

При этом об умышленных действиях налогоплательщика могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, установленные факты осуществления транзитных операций между взаимозависимыми или аффилированными участниками взаимосвязанных хозяйственных операций, в том числе через посредников, с использованием особых форм расчетов и сроков платежей, а также обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности и т.п.

Письмом ФНС России от 31.10.2017 №ЕД-4-9/22123@ "О рекомендациях по применению положений статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации" указанные разъяснения были дополнены. Так, в соответствие с указанным письмом, положения следует применять в случае доказывания умышленных действий самого налогоплательщика, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика в целях уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога, неправильного применения налоговой ставки, налоговой льготы, налогового режима, манипулирования статусом налогоплательщика, умышленных действий налогового агента по не удержанию (неполному удержанию) сумм налога, подлежащего удержанию налоговым агентом. При отсутствии доказательств такого умысла у налогоплательщика методологическая (правовая) ошибка сама по себе не может признаваться искажением в целях применения пункта 1 статьи 54.1 НК РФ.

При взаимодействии налогоплательщика с формально независимыми лицами в ряде случаев об умышленности действий могут свидетельствовать обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников хозяйственной деятельности, предопределенности движения денежных и товарных потоков, совершения ряда неслучайных действий (операций), подчиненных единой цели - возможности отражения заведомо ложных сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика, создания искусственного документооборота и получения налоговой экономии.

Также, при проведении мероприятий налогового контроля в целях устранения последствий нарушений в виде неуплаты налогов устанавливаются фактические обстоятельства, связанные с использованием полученной налоговой экономии, которые позволят определить, в чьих интересах оформлены соответствующие сделки (операции).

В подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ законодатель фактически ограничил право учесть расходы и вычеты по сделке при исполнении ее лицом, не указанным в первичных документах.

Таким образом, в рамках применения положений подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ налоговому органу следует доказывать, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии (при выявлении фактов несоблюдения условий, указанных в подпункте 1 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ), и (или), что сделка (операция) не исполнена заявленным контрагентом, и налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции) (при выявлении фактов несоблюдения условий, установленных в подпункте 2 пункта 2 статьи 54.1 НК РФ).

На основании п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

При установлении обстоятельств, свидетельствующих, что основной целью заключения налогоплательщиком сделки (операции) являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии, налоговые органы должны доказать, что такая сделка (операция) не имеет какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости ее заключения и совершения, а имеет своей целью лишь уменьшение налоговых обязательств, и (или) является частью схемы, основной целью которой является уменьшение налоговых обязательств.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие.

Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.

Проанализировав имеющиеся в материалах дела документы, доводы, приведенные в заявлении, отзывах, дополнительных пояснениях, а также в выступлениях представителей сторон, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в оспариваемом решении Инспекции не содержится неоспоримых доказательств нарушения заявителем п. 1 ст. 54.1 НК РФ.

Как неоднократно пояснялось заявителем налоговому органу в ходе проверки и указано в заявлении, все договоры со спорными контрагентами Общество заключало после соответствующей проверки, проявляя должную осмотрительность в отношении контрагентов для проверки добросовестности и благонадежности.

Судом установлено и налоговым органом не оспорено, что в проверяемом налоговом периоде контрагенты числились в ЕГРЮЛ, были зарегистрированы в установленном законом порядке, поставлены на налоговый учет, исков и исполнительных производств в отношении спорных контрагентов не имелось, как должники по налогам и сборам не числились, в реестре недобросовестных поставщиков не значились, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не могло свидетельствовать о неблагонадежности указанных контрагента.

ООО «СМК Прогресс» получило от спорных контрагентов учредительные документы, приказы о назначении руководителя, выписки из ЕГРЮЛ и прочее.

Данное обстоятельство подтверждается представленными Регламентом проверки благонадежности контрагентов ООО «СМК Прогресс», утвержденным директором ФИО4 25.05.2018, а также справками о результатах проверки спорных контрагентов. В указанных справках, в том числе содержатся паспортные данные руководителей спорных контрагентов, которые ООО «СМК Прогресс» не могло получить иным способом, кроме как от самих руководителей данных организаций.

Выбор контрагентов осуществлялся также с учетом предоставленных последними в коммерческих предложениях сведений о наличии работников, оборудования, товарами прочих сведений, оснований не доверять которым не имелось.

В соответствии с пунктом 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Прекращение деятельности организации в связи ликвидацией (исключением из ЕГРЮЛ) не может свидетельствовать о ее неблагонадежности. При данной процедуре налоговым органом проводятся мероприятия по проверке организации и в случае выявления нарушений, в том числе сомнительных сделок, получение организациями необоснованной налоговой выгоды) назначается выездная налоговая проверка, что сделано не было. Приведенные выше юридические лица исключены из ЕГРЮЛ на основании решений регистрирующего органа в соответствии с положениями ст. 21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ.

В период рассматриваемых операций контрагенты являлись действующими.

Нарушение контрагентами заявителя своих налоговых обязанностей не может вменяться в вину Общества и само по себе не может являться доказательством получения заявителем, как налогоплательщиком, необоснованной налоговой выгоды. Суд обратил внимание, что отсутствие контрагентов на момент проведения выездной налоговой проверки по месту их нахождения, и прекращение их деятельности в последующих периодах, не свидетельствует о невозможности осуществления данными организациями заявленной в учредительных документах предпринимательской деятельности в спорный период.

Довод налогового органа о непредставлении контрагентами налогоплательщика (ООО «Азгард», ООО «Горизонт», ООО «Зевс», ООО «Торгиндустрия», ООО «Витязь», ИП ФИО3, ООО «ТК Аврора», ООО ТПК «Волжский Завод - Деталь», ООО «Аванстрой», ООО «Мегаполис», ООО «Двери оптом», ООО ПФ «Прогресс») документов не принят судом, поскольку не является основанием для отказа в применении налоговых вычетов и учета затрат ООО «СМК Прогресс», само по себе не представление документов не может свидетельствовать о наличии умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности, а заявитель не может нести бремя негативных последствий и ответственность за недобросовестное поведение третьих лиц.

Подлежит отклонению также довод налогового органа об отсутствии товарно-транспортных накладных.

Как указал ВАС РФ в Определении от 19.03.2008 г. № 3284/08, и в Постановлении от 09.12.2010 г. №8835/10, ТТН служит документом для учета работ на автомобильном транспорте. Так как налогоплательщик не являлся заказчиком по договору перевозки грузов, то для принятия товара к учету и применения вычета по НДС достаточно ТОРГ-12.

Аналогичная позиция содержится в письме Минфина РФ от 30.10.2012 г. № 03-07-11/461, согласно которому, в случае принятия товаров на учет на основании товарной накладной по форме ТОРГ-12 налогоплательщиком, не являющимся заказчиком перевозки, отсутствие у него товарно-транспортной накладной по форме № 1-Т не является основанием для отказа в применении налоговых вычетов по НДС по приобретаемым товарам.

Из материалов дела следует, что поставка осуществлялась силами поставщика, следовательно, отсутствие у Общества, не являющегося организацией, оказывающей транспортные услуги, товарно-транспортной накладной не может служить безусловным основанием для отказа в праве на налоговые вычеты по НДС при приобретении товара, поскольку налоговые вычеты по транспортным расходам не заявлялись.

Относительно утверждений налогового органа по непредставлению налогоплательщиком на проверку сертификатов качества на товар, суд считает необходимым отметить следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011 №402-ФЗ «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерская (финансовая) отчетность, аудиторские заключения о ней подлежат хранению экономическим субъектом в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет после отчетного года.

Согласно ст. 9 Закона № 402-ФЗ первичным документом признается документ, оформляющий факт хозяйственной жизни и составляющийся сторонами при его совершении, содержащий перечисленные реквизиты.

Сертификат качества не подтверждает факт совершения хозяйственной операции, не опосредует собой возникновение, прекращение либо изменение прав и обязанностей сторон хозяйственных отношений, следовательно, сертификат качества не является первичным учетным документом.

В соответствии с подп. 1 п. 1 ст. 31 НК РФ налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

Однако, сертификаты качества не являются документами, служащими основанием для исчисления и уплаты налогов, либо подтверждающими правильность исчисления и своевременность уплаты налогов. Следовательно, указанные документы не подлежат обязательному хранению.

По доводам налогового органа о том, что паспорта – накладные по взаимоотношениям с ООО «Партнер» заполнены от руки, имеют печать организации ООО «ПК Аспект», указаны номера автомашин, но отсутствуют сведения о марке автомобиля, водителях, пункте вывоза и пункте назначения груза, суд отметил следующее.

Между ООО «Партнер» (Продавец) и ООО «СМК Прогресс» (Покупатель) заключен Договор № 012 от 17.06.2020, согласно п. 1.1 которого Продавец обязуется передать в собственность Покупателя, а Покупатель принять и оплатить поставляемую ему в рамках настоящего Договора асфальто- бетонную смесь (далее – АБС).

Согласно письму ООО «Партнер» от 22.04.2024 поставленная в адрес ООО «СМК Прогресс» была приобретена ООО «Партнер» у ИП ФИО5 и ООО «Выбор».

Из письма ООО «Партнер» следует, что паспорта качества на АБС выдаются производителем смесей – ООО ПК «Аспект». Паспорт – накладная составляется на каждую отгруженную машину в момент отгрузки производителем – ООО ПК «Аспект» в трех экземплярах: один экземпляр для производителя, два экземпляра передаются водителю – один для перевозчика и один для получателя. По совокупности отгруженных за день АБС/машин составляются передаточные документы УПД (накладные и счета – фактуры).

В паспортах – накладных, переданных ООО «Партнер» (Продавец) в адрес ООО «СМК Прогресс» (Покупатель) при поставке АБС, указан ООО ПК «Аспект», так как данная организация являлась производителем АБС. Ранее указанные паспорта – накладные были переданы ООО «Партнер» (Покупатель) от ООО «Выбор» и ИП ФИО5 (Продавцы) при поставке АБС.

Таким образом, по мнению суда, реальность сделки налогоплательщика с ООО «Партнер» налоговым органом не опровергнута.

Суд также отметил, что обязанность налогоплательщика по представлению паспортов качества на приобретенный товар для применения налоговых вычетов по НДС действующим законодательством не предусмотрена.

Доводы инспекции по непредоставлению Обществом оборотно-сальдовых ведомостей суд первой инстанции отклонил, поскольку указанные документы не относятся к числу первичных документов, подтверждающих факт несения расходов и получения доходов, а относятся к документам аналитического учета.

Неявка руководителей контрагентов на допрос не может быть поставлено в вину заявителем и являться основанием для отказа в учете затрат по налогу на прибыль и вычетов по НДС.

Как верно отмечено судом, неявка руководителей вышеуказанных организаций на допрос в налоговый орган не может свидетельствовать об умышленности действий Общества, направленных на сокрытие информации о финансово-хозяйственных взаимоотношениях с организациями. Данные факты налоговым органом не доказаны. Доказательств подконтрольности и аффилированности Общества с указанными организациями материалы налоговой проверки не содержат.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагентов на этапе заключения сделок с ними. По мнению суда, налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство, поскольку исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

Указанный вывод налогового органа о номинальности должностных лиц контрагентов не является достаточным подтверждением фиктивности сделок с ООО «СМК Прогресс», поскольку первичные документы данных организаций подписаны лицами, значащимися руководителями организаций согласно ЕГРЮЛ.

Налоговый орган указывает, что по ООО «Мергон» представлены договора поставки, УПД, в которых указан юридический адрес: <...>, комната 21. Согласно информационной базе налогового органа юридический адрес ООО «Мергон»: 105082, г. Москва, Спартаковская площадь, д. 10, стр. 10, этаж 1, помещение IV, комната 8.

Между тем указанные доводы обоснованно отклонены ввиду следующего.

В проверяемый период между ООО «СМК Прогресс» (Покупатель) и ООО «Мергон» (Продавец) был заключен Договор поставки № 15 от 20.06.2019, в рамках которого 25.06.2019 ООО «Мергон» поставило ООО «СМК Прогресс» светодиодный экран, лыжный тренажер и лыжероллеры, что подтверждается представленными заявителем в налоговый орган документами.

Представленные ООО «СМК Прогресс» по взаимоотношениям с ООО «Мергон» документы содержат сведения о юридическом адресе ООО «Мергон»: 109383, <...>, этаж 1, помещение 3, комната 21.

При этом, согласно ЕГРЮЛ, сведения об изменении юридического адреса ООО «Мергон» на адрес: 105082, г. Москва, Спартаковская площадь, дом 10, строение 10, этаж 1, помещение IV, комната 8, были внесены 12.05.2020, то есть спустя более 10 месяцев с даты составления вышеуказанных документов с ООО «СМК Прогресс».

Из представленных заявителем сведений в сети Интернет (на сайте https://www.tinkoff.ru/business/contractor/legal/1197746085130/) о проверке контрагентов, юридический адрес ООО «Мергон» на дату составления первичных документов по спорному контрагенту, был 109383, <...>, помещ. 3, ком. 21 (11.02.2020 юридический адрес изменился с «109383, <...> д 11 стр 12, помещ 3 ком 21» на «115088, гор. Москва, <...>, этаж 2, каб. 35»; 12.05.2020 юридический адрес изменился с «115088, гор. Москва, <...>, этаж 2, каб. 35» на «105082, гор. Москва, гор. Москва, Площадь Спартаковская, д. 10, стр. 10, эт. 1, пом. IV, ком. 8»).

Таким образом, недостоверность юридического адреса ООО «Мергон» в документах, представленных ООО «СМК Прогресс» налоговым органом не доказана.

Довод налогового органа об идентичности ассортимента, поставляемого в ООО «СМК Прогресс» компаниями ООО «Амикс» и ООО «Зевс» также несостоятелен.

Согласно представленным ООО «СМК Прогресс» универсальным передаточным документам, ООО «Амикс» поставляло в ООО «СМК Прогресс» доски, брус, гипсокартон, цемент, штукатурку, шпатлевку, швеллеры, арматуру, бетон, плиты, трубы.

Из анализа представленных ООО «СМК Прогресс» первичных документов, ООО «Зевс» поставляло в ООО «СМК Прогресс» трубы, уголки, арматуру, утеплители, плиты, бетон, швеллеры.

Таким образом, ассортимент поставляемого товара между контрагентами различен. Кроме того, количественные и качественные характеристики схожих по наименованию товаров, поставленных ООО «Амикс» и ООО «Зевс» в ООО «СМК Прогресс», различаются.

При этом, ссылка проверяющего органа о приобретении аналогичного материала у ООО «Зевс» не может доказывать отсутствие необходимости или нереальность приобретения материалов у ООО «Амикс», поскольку имеющимися в материалах проверки доказательствами подтверждается, использование товарно-материальных ценностей, приобретенных у спорных контрагентов в деятельности Заявителя. Доказательств обратного налоговым органом в материалы дела не представлено не представлено.

При этом, следует отметить, что наличие идентичного ассортимента поставленного спорными контрагентами товара, само по себе не указывает на фиктивность заключенных сделок. Налогоплательщик может закупать одинаковый товар у разных поставщиков, например, в силу отсутствия товара у конкретного поставщика в достаточном количестве либо в силу предложения более низкой цены и прочее. В рассматриваемом случае, налоговый орган не доказал отсутствие у ООО «СМК Прогресс» деловой цели при приобретении данных товаров у указанных лиц.

Судом также правомерно отклонен довод налогового органа о том, что спорные контрагенты (ООО «Аврора», ООО «Азгард», ООО «Амикс», ООО «Бест - Торггрупп», ООО «Горизонт», ООО «Зевс», ООО «Зенит», ООО «Норд Стар», ООО ПМК «Автотранс», ООО «Пром - Арт», ООО «Торгиндустрия», ООО «Исток Плюс», ООО «Витязь», ООО «Инпрос», ООО «Крона групп», ИП ФИО3, ООО «16К», ООО «ТК Аврора», ООО ТПК «Волжский Завод - Деталь», ООО «Аванстрои», ООО «Мегаполис», ООО «Двери оптом», ООО «Мергон», «Партнер») не имели возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия работников, складских помещений, имущества, транспортных средств, поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №305-КГ16-10399 отсутствие материальных и трудовых ресурсов у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести реальную хозяйственную деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «СМК Прогресс», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Исходя из анализа представленных Обществом в материалы дела документов, а также содержания материалов налоговой проверки, суд приходит к выводу, что Инспекцией в рассматриваемом случае не опровергнута возможность привлечения спорных контрагентов для исполнения заключенных с Обществом договоров.

Данный вывод суда соответствует сложившейся правоприменительной практике, нашедшей свое отражение в постановлениях Арбитражного суда Поволжского округа от 29.06.2018 по делу №А12-37867/2017, от 13.02.2018 года по делу №А12-10631/201, от 13 сентября 2018 г. по делу №А55-2995/2016 и т.д.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно, не могут свидетельствовать о несовершении Обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило со спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

То есть, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности. Однако такие обстоятельства в рамках настоящего дела не подтверждены налоговым органом.

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на Общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг). Инспекцией не соблюдены рекомендации, указанные в Методических рекомендациях об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ, а именно не проверено, имеются ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не собраны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п. п. 4, 8 Методических рекомендаций).

Так, юридические лица и предприниматели приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды. Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагенты налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) или налогоплательщик имели возможность влиять на определение условий совершаемых ими друг с другом сделок, а контрагент налогоплательщика или сам налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой они принадлежат, были связаны в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

Как уже отмечалось ранее, в нарушение вышеуказанных положений, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирм, с которыми заключены сделки; факты имитации хозяйственных связей с фирмами; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности. Отсутствует доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем.

Так, касаемо взаимоотношений налогоплательщика и контрагента ООО «ПФ Прогресс» судом установлено следующее.

В проверяемый период между ООО «СМК Прогресс» (Покупатель) и ООО «ПФ «Прогресс» (Поставщик) был заключен Договор поставки № 11/19 от 31.03.2019, в рамках которого ООО «ПФ «Прогресс» в период с 31.03.2019 по 03.12.2020 поставило обществу товары, выполнило работы по монтажу дверей, укладке фанеры, ламината и пр., что подтверждается представленными Заявителем в налоговый орган документами.

Сумма взаимоотношении? - 12 619 899,80 руб. Оплата за поставленный товар и выполненные работы произведена ООО «СМК «Прогресс» путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО ПФ «Прогресс» в полном объеме, что не отрицается налоговым органом.

Вместе с тем, налоговый орган указывает, что основные суммы оплат за ТМЦ в адрес ООО «ПФ Прогресс» в 2019 – 2020, согласно анализу расчетного счета, поступили от ООО «Триумф», ООО «Эталон», Министерства финансов РФ (за ООО «СМК Прогресс»), ООО «СМК Прогресс», ООО «СК Эталон». Данные организации, по мнению инспекции, являются взаимозависимыми: в ООО «Эталон», ООО «СК Эталон», ООО «СМК Прогресс» руководителем и учредителем являлся ФИО4; в ООО «Триумф» руководитель и учредитель – ФИО6 (супруга ФИО4), в ООО «ПФ Прогресс» учредителем и руководителем являлся ФИО7 – отец ФИО6.

Между тем, ссылка налогового органа на взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной? налоговой? выгоды, а может иметь юридическое значение в целях налогового контроля только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий?, не обусловленных разумными экономическими или иными причинами (пункты 5 - 7 Постановления Пленума ВАС № 53, пункт 13 Обзора судебной? практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Самостоятельное определение формы ведения предпринимательской деятельности (в том числе осуществление ее как одним субъектом предпринимательской деятельности, так и несколькими), особенности управления организацией, условия заключаемых гражданско-правовых договоров, ведение предпринимательской деятельности совместно с другими участниками гражданского оборота, отвечающее требованиям гражданского законодательства в Российской Федерации, в отсутствие доказательств, опровергающих реальность спорных правоотношении?, не могут сами по себе рассматриваться в качестве основании? для признания налоговой выгоды необоснованной.

В Письме от 31.10.2017 № ЕД-4-9/22123@ ФНС России разъяснила, что при выявлении таких фактов налоговый орган должен учитывать, что в актах и решениях по результатам налоговых проверок налоговые органы должны указывать обстоятельства, свидетельствующие о возможности влияния проверяемого налогоплательщика (его должностных лиц) на условия и результат экономической деятельности, манипулирования условиями, сроками и порядком осуществления расчетов по сделкам (операциям), искусственного создания условии? для использования налоговых преференции?. При этом установление умысла не может сводиться к простому перечислению всех сделок (операции?), в результате которых налогоплательщик получил налоговую экономию, и приведению анализа возможности влияния фактов подконтрольности на условия и результат экономической деятельности. Необходимо указывать конкретные действия налогоплательщика (его должностных лиц), которые обусловили совершение правонарушения, и приводить доказательства, которые бы свидетельствовали о намерении причинить вред бюджету.

В нарушение вышеуказанных положении?, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирм, с которыми заключены сделки; факты имитации хозяйственных связей с фирмами; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности. Отсутствует доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно Заявителем. Фактов и обстоятельств, свидетельствующих о влиянии такой подконтрольности на условия заключенных сделок и на содержание хозяйственных операции?, инспекцией не установлено и в оспариваемом Решении не описано.

В Постановлении от 06 апреля 2010 года № 17036/09 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась. Аналогичная правовая позиция изложена и в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 26 сентября 2014 года по делу № А72-10625/2013.

Верховный Суд РФ в Определении от 11.04.2016 № 308-КГ15-16651 по делу № А63- 11506/2014 разъяснил, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, а может иметь юридическое значение в целях налогового контроля только если установлено, что такая взаимозависимость используется участниками сделки как возможность для осуществления согласованных действий, не обусловленными разумными экономическими или иными причинами.

Сам по себе факт взаимозависимости и особенность расчетов по сделкам не могут являться основанием для безусловного утверждения о недобросовестности налогоплательщика при заявлении налоговых вычетов, о направленности таких сделок на получение из бюджета необоснованной налоговой выгоды.

Налоговым органом не представлено доказательств того, что движение денежных средств по расчетному счету контролировалось налогоплательщиком либо проводилось по поручению налогоплательщика. Также налоговым органом при проведении проверки общества не установлено обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии разумных экономических основании? совершения указанных хозяйственных операции?, направленных на искусственное создание условии? получения необоснованной выгоды.

Обстоятельства заключения и исполнения договоров, заключенных между ООО «СМК Прогресс» и ООО ПФ «Прогресс», согласно оспариваемого решения Инспекцией не устанавливались.

Как указывает налоговый орган, согласно анализу расчетного счета ООО «ПФ Прогресс», поступление денежных средств на счет с назначением платежа «за ТМЦ» составили в 2019 году 116 149 547 руб., в 2020 году – 140 346 982 руб. При этом Обществом перечислено с расчетного счета с назначением платежа «за ТМЦ» в 2019 году – 8 963 832 руб., в 2020 году – 55 836 238 руб.

Таким образом, по мнению налогового органа, стоимость закупленных ООО «ПФ Прогресс» материалов в разы меньше стоимости реализованных им ТМЦ в адрес взаимозависимых организаций, что свидетельствует о формальном оформлении документов и денежных потоков.

Данный вывод налогового органа обоснованно отклонен судом, поскольку, как верно отмечено заявителем, стоимость закупленных ООО «ПФ Прогресс» материалов недопустимо определять только на основании анализа движения денежных средств по расчетным счетам. ООО «ПФ Прогресс» могло рассчитываться за закупленные материалы из кассы предприятия, путем взаимозачетов и другими не запрещенными гражданским законодательством РФ способами; вышеперечисленные расходы могли иметь место, но не быть оплаченными.

Реальность поставки ТМЦ ООО «ПФ Прогресс» подтверждается УПД, представленными в рамках апелляционного обжалования оспариваемого решения, рапортами – нарядами:

- № 103 от 30.06.2019, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в июне 2019 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс» на объекты по ул. Поперечно – Базарная, 32, Волгоградская, 37, ФИО9, 43, Восстания, 18, стадион «Локомотив», Сквер на ФИО10;

- № 123 от 31.07.2019, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в июле 2019 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс» на объекты по ул. Поперечно – Базарная, 32, Волгоградская, 35, Восстания, 18, ФИО11, 57, ФИО9, 43;

- № 137 от 30.09.2019, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в сентябре 2019 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс» на объекты по ул. Баруди, 13, Восстания, 18, Волгоградская, 35, 37, ФИО12, 61а, ФИО9, 43, Лебяжье;

- № 141 от 31.10.2019, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в октябре 2019 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО ТПК «Волжский Завод – Деталь», ООО «ПФ Прогресс», ООО «Горизонт», ООО «Бест – Торггрупп» на объекты Сквер на ФИО10, Стадион Локомотив, Лебяжье, МКД;

- № 4 от 31.01.2020, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в январе 2020 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс» на объекты Лебяжье, ДОЛ «Восток», Сквер на ФИО10;

- № 73 от 30.04.2020, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в апреле 2020 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс» на объекты ДОЛ «Юнитур», ДОЛ «Восток»;

- № 112 от 30.09.2020, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в сентябре 2020 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс», ООО «Двери оптом» на объекты ДОЛ «Юнитур», ДОЛ «Восток», стадион «Локомотив»;

- № 126 от 31.10.2020, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в октябре 2020 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «ПФ Прогресс» на объекты ДОЛ «Юнитур», ДОЛ «Восток», а также тем, что указанные ТМЦ приняты ООО «СМК Прогресс», оприходованы в бухгалтерском учете, а впоследствии сданы заказчикам – неаффилированным с налогоплательщиком организациям.

Как следует из материалов дела, 22.03.2019 между ГКУ «Главное инвестиционно – строительное управление РТ» (Заказчик) и ООО «СМК Прогресс» (Исполнитель) заключен Государственный контракт № 5-19/смр на выполнение строительно – монтажных и прочих работ, а также установку и монтаж оборудования на объекте «Реконструкция стадиона «Локомотив» в жилом массиве Юдино г.Казани (п. 1.1 Госконтракта). Копия Госконтракта представлена ООО «СМК Прогресс» в Приложении №2 к Дополнению № 1 к Жалобе в УФНС по РТ. К исполнению данного Госконтракта ООО «СМК Прогресс» было привлечено ООО «ПФ Прогресс».

ООО «ПФ Прогресс» поставило ООО «СМК Прогресс» ТМЦ, которые в дальнейшем были переданы ООО «СМК Прогресс» Заказчику в составе работ по Актам о приемке выполненных работ № 2955674 от 28.12.2019, №2901874 от 30.12.2019, № 3006034 от 30.12.2019, № 2907694 от 31.12.2019, 3005894 от 31.12.2019 (Акты представлены ООО «СМК Прогресс» в Приложении № 2 к Дополнению № 3 к Жалобе в УФНС по РТ), а также в составе работ по Актам о приемке выполненных работ № 3033554 от 19.02.2020, № 3045654 от 21.02.2020, № 3052074 от 28.02.2020, № 3055794 от 02.03.2020, № 3052094 от 02.03.2020 (Акты размещены в общедоступной Информационно-аналитической системе управления капитальным строительством в сети Интернет и приобщены судом к материалам дела).

25.07.2019 между ГКУ «Главное инвестиционно – строительное управление РТ» (Заказчик) и ООО «СМК Прогресс» (Исполнитель) заключен Государственный контракт №33-19/смр на выполнение работ по реализации мероприятий по формированию современной городской среды на территории РТ на объекте «Сквер по ул. ФИО10» по адресу: <...> (п. 1.1 Госконтракта и п. 1 Приложения № 1 к Госконтракту). Копия Госконтракта представлена ГКУ «ГИСУ РТ» в ответ на Поручение № 8836 от 06.09.2022. К исполнению данного Госконтракта ООО «СМК Прогресс» было привлечено ООО «ПФ Прогресс».

ООО «ПФ Прогресс» поставило ООО «СМК Прогресс» ТМЦ, которые в дальнейшем были переданы ООО «СМК Прогресс» Заказчику в составе работ по Актам о приемке выполненных работ № 2851854 от 24.10.2019, № 2851914 от 24.10.2019, № 2851934 от 24.10.2019, № 2851634 от 25.10.2019, № 2851774 от 24.11.2019, № 2851754 от 24.11.2019. (Акты размещены в общедоступной Информационно-аналитической системе управления капитальным строительством в сети Интернет и приобщены судом к материалам дела).

16.12.2019 между ГУП РТ «Татлизинг» (Генподрядчик) и ООО «СМК Прогресс» (Подрядчик) на основании Государственного контракта № 73-19/смр от 19.11.2019, заключенного между ГКУ «Главное инвестиционно – строительное управление РТ» (Заказчик) и ГУП РТ «Татлизинг» (Генподрядчик), заключен Договор подряда № 37/19/226 на выполнение работ по реализации мероприятий по формированию современной городской среды на территории РТ на объектах Сквер по ул. ФИО10, 3-я очередь; Пляж Лебяжье, 2-я очередь (п. 1.1, 1.3 Договора подряда и пп. 1, 2 Приложения № 1 к Договору подряда). Копия Договора подряда представлена ГУП РТ «Татлизинг» в ответ на Поручение № 8837 от 06.09.2022.

В свою очередь, ООО «СМК Прогресс» в рамках исполнения обязательств по договору с ГУП РТ «Татлизинг» использовало ТМЦ, поставленные ООО «ПФ Прогресс».

В дальнейшем данный товар был передан ООО «СМК Прогресс» ГУП РТ «Татлизинг», что подтверждается документами, представленными ГУП РТ «Татлизинг» в ответ на Поручение №8837 от 06.09.2022.

Далее ГУП РТ «Татлизинг» передал указанный товар Заказчику в составе работ по Актам о приемке выполненных работ № 2947834 от 13.03.2020, № 3153274 от 28.05.2020. (Акты размещены в общедоступной Информационно-аналитической системе управления капитальным строительством в сети Интернет и приобщены судом к материалам дела).

07.05.2020 между ГКУ «Главное инвестиционно – строительное управление РТ» (Заказчик) и ООО СК «Алтын Групп» (Генподрядчик) заключен Государственный контракт №14/20-ЕП. Госконтракт доступен на официальном сайте госзакупок https://zakupki.gov.ru в сети Интернет (https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/document-info.html ?reestrNumber=2165400625020000083&contractInfoId=69505156). К исполнению данного Госконтракта ООО СК «Алтын Групп» привлекло ООО «СМК Прогресс» по Договору № 14/20-05/Л от 10.06.2020.

В свою очередь, ООО «СМК Прогресс» привлекло к исполнению Договора № 14/20-05/Л от 10.06.2020 ООО «ПФ Прогресс».

ООО «ПФ Прогресс» поставило ООО «СМК Прогресс» ТМЦ, которые в дальнейшем были переданы ООО «СМК Прогресс» в адрес Заказчика (ООО «СК Алтын Групп»), что подтверждается документами, представленными ООО «СК Алтын Групп» в налоговый орган в ответ на Требование № 15434 от 21.06.2022.

В свою очередь, ООО «СК Алтын Групп» передало указанные работы конечному Заказчику (ГКУ «ГИСУ РТ») в составе работ по Актам о приемке выполненных работ № 4117714 от 17.12.2020, № 4118094 от 24.12.2020, № 4124774 от 25.12.2020. Акты представлены ООО «СМК Прогресс» в Приложении № 2 к Дополнению № 3 к Жалобе в УФНС по РТ.

07.05.2020 между ГКУ «Главное инвестиционно – строительное управление РТ» (Заказчик) и ООО СК «Алтын Групп» (Генподрядчик) заключен Государственный контракт №14/20-ЕП. Госконтракт доступен на официальном сайте госзакупок https://zakupki.gov.ru в сети Интернет (https://zakupki.gov.ru/epz/contract/contractCard/document-info.html?reestrNumber=2165400625020000083&contractInfoId=69505156).

К исполнению данного Госконтракта ООО СК «Алтын Групп» привлекло ООО «СМК Прогресс» по Договору № 14/20-11/Л от 10.06.2020 на выполнение строительно – монтажных работ, в том числе установку и монтаж оборудования, для формирования коечного фонда в целях ликвидации последствий новой короновирусной инфекции (COVID-19) на объекте «Строительство оздоровительного лагеря «Восток» МБУ молодежной политики г. Казани «Городской центр по организации оздоровления, отдыха, занятости детей и молодежи «Ял»: контрольно – пропускной пункт, клуб, столовая, спальный корпус – 7 ед., медицинский пункт, склад – 1 ед., инженерные коммуникации (п.1.1 Договора и Приложение № 1 к Договору). Копия Договора представлена ООО «СМК Прогресс» в Приложении №2 к Дополнению № 1 к Жалобе в УФНС по РТ.

В свою очередь, ООО «СМК Прогресс» привлекло к исполнению Договора № 14/20-11/Л от 10.06.2020 ООО «ПФ Прогресс».

ООО «ПФ Прогресс» поставило ООО «СМК Прогресс» ТМЦ, которые в дальнейшем переданы ООО «СМК Прогресс» ГКУ «ГИСУ РТ» по Акту приема – передачи оборудования от 10.11.2020. Акт прилагается.

Между НО «Фонд ЖКХ РТ» (Заказчик) и ООО «Консорциум строительных компаний» (Геподрядчик) были заключены Госконтракты № 16-19/МКД от 24.03.2019 и № 35-19/МКД от 26.04.2019. Госконтракты находятся в общем доступе на официальном сайте госзакупок https://zakupki.gov.ru в сети Интернет.

В рамках данных Госконтрактов ООО «КСК» (Генподрядчик) заключило с ООО «СМК Прогресс» (Подрядчик) договоры № К-3/9 от 25.03.2019 и № К5/22 от 29.04.2019. Копии Договоров представлены ООО «КСК» в налоговый орган в ответ на Поручение № 7014 от 24.06.2022.

В свою очередь, ООО «СМК Прогресс» привлекло к исполнению обязательств перед ООО «КСК» ООО «ПФ Прогресс». Поставленные ООО «ПФ Прогресс» ТМЦ в дальнейшем были переданы ООО «СМК Прогресс» в адрес Заказчика (ООО «КСК») в рамках договоров № К-3/9 от 25.03.2019 и № К5/22 от 29.04.2019, что подтверждается представленными ООО «КСК» в налоговый орган в ответ на Поручение № 7014 от 24.06.2022 документами (КС-2, КС-3, СФ).

В свою очередь, ООО «КСК» передало указанные товары конечному Заказчику (НО «Фонд ЖКХ РТ»), в частности, в составе работ по Актам № 1 от 20.11.2019, № 2 от 20.11.2019, № 3 от 20.11.2019, № 3 от 24.07.2019, № 4 от 20.11.2019, № 4 от 19.08.2019, № 5 от 24.07.2019, № 6 от 20.11.2019, № 6 от 24.07.2019, № 7 от 20.11.2019, № 8 от 20.11.2019, № 10 от 20.11.2019, № 11 от 20.11.2019, № 12 от 20.11.2019, № 13 от 20.11.2019, № 14 от 20.11.2019, № 15 от 20.11.2019, № 15 от 20.11.2019 и др. (Акты размещены в общедоступной Информационно-аналитической системе управления капитальным строительством в сети Интернет и приобщены судом к материалам дела).

01.03.2019 между ООО «Мототрейд» (Заказчик) и ООО «СМК Прогресс» (Подрядчик) был заключен Договор подряда № 16-03/19 на выполнение работ по ремонту офисных помещений, в т.ч. работ по отделке помещений, поставке и установке мебели, а также по устройству инженерных коммуникаций на объекте по адресу: <...> – Базарная, д. 32. Договор с приложениями представлен ООО «Мототрейд» в ответ на адвокатский запрос и приобщен судом к материалам дела.

ООО «СМК Прогресс» привлекло к исполнению данного договора ООО «ПФ Прогресс».

ООО «ПФ Прогресс» поставило ООО «СМК Прогресс» ТМЦ, которые в дальнейшем переданы ООО «СМК Прогресс» в адрес Заказчика (ООО «Мототрейд») в составе работ по Акту о приемке выполненных работ № 1 от 31.07.2020. Акт представлен ООО «Мототрейд» в ответ на адвокатский запрос и приобщен судом к материалам дела.

Таким образом, суд пришел к верному выводу о том, что сделки ООО «СМК Прогресс» с ООО «ПФ «Прогресс» реальны, осуществлены заявителем для облагаемой НДС деятельности, имеют конкретную деловую экономическую цель, а привлечение указанного контрагента обусловлено хозяйственной необходимостью. Доходы и начисления по сделкам с ООО «СМК Прогресс» отражены ООО «ПФ «Прогресс» в его налоговых декларациях. Доказательств обратного Инспекцией не представлено, исчерпывающих мер налогового контроля по проверки доводов налогоплательщика налоговым органом ни в ходе проверки, ни в ходе рассмотрения апелляционной жалобы не предпринято.

Касаемо выводов налогового органа по взаимоотношениям с контрагентом ООО «Двери оптом» суд отметил следующее.

Заявителем в ходе апелляционного обжалования решения Инспекции были представлены следующие документы: Договор поставки от 20.03.2020; Счет - фактура № 25 от 29.09.2020; Товарная накладная № 25 от 29.09.2020; Акт сверки взаимных расчетов за 2020 год.

В ходе судебного разбирательства по делу представлено Дополнительное соглашение № 1 от 21.09.2020 к Договору поставки от 20.03.2020, уточняющее условия по доставке поставляемого товара.

В соответствии с п. 1 Дополнительного соглашения № 1 от 21.09.2020 к Договору поставки от 20.03.2020 доставка ТМЦ, поставленных ООО «Двери оптом» в адрес ООО «СМК Прогресс», осуществлялась силами Заявителя, что подтверждается следующими доказательствами: рапортом - нарядом № 112 от 30.09.2020, согласно которому водитель ООО «СМК Прогресс» ФИО8 на автомобиле Газель регномер У 302 АУ, принадлежащем ООО «СМК Прогресс», в сентябре 2020 года осуществлял перевозку ТМЦ, поставленных ООО «Двери оптом» на объект Стадион «Локомотив».

Реальность поставки товара ООО «Двери оптом» подтверждается также тем, что указанные товары приняты ООО «СМК Прогресс», оприходованы в бухгалтерском учете, а впоследствии сданы заказчику (ГКУ «ГИСУ РТ») - неаффилированной с налогоплательщиком организации.

Так, 22.03.2019 между ГКУ «Главное инвестиционно - строительное управление РТ» (Заказчик) и ООО «СМК Прогресс» (Исполнитель) заключен Государственный контракт № 5-19/смр на выполнение строительно - монтажных и прочих работ, а также установку и монтаж оборудования на объекте «Реконструкция стадиона «Локомотив» в жилом массиве Юдино г.Казани (п. 1.1 Госконтракта). Копия Госконтракта представлена ООО «СМКПрогресс» в Приложении №2 к Дополнению № 1 к Жалобе в УФНС по РТ.

03.03.2020 ООО «СМК Прогресс» были переданы Заказчику двери в составе работ по Акту о приемке выполненных работ № 3057374, копия которого приобщена к материалам дела.

Как указывает заявитель, после подписания вышеуказанного акта, в конце марта 2020 года в установленных дверях были выявлены дефекты. В целях устранения выявленных недостатков, к исполнению данного Госконтракта в рамках исполнения гарантийных обязательств по замене дверей ООО «СМК Прогресс» было привлечено ООО «Двери оптом».

Так, ООО «Двери оптом» поставило ООО «СМК Прогресс» двери, что подтверждается Счет - фактурой № 25 и Товарной накладной № 25 от 29.09.2020.

Перечень документов, оформляемых при устранении недостатков в выполненных работах, гарантийного ремонта, НК РФ не устанавливает. При этом правоприменительная практика исходит из того, что недостатки выполнения работ подлежат устранению за счет подрядчика, то есть заявителя, и не подлежат стоимостной оценке во взаимоотношениях с заказчиками. Устранение недостатков, выявленных заказчиком после приемки выполненных работ, является обязательным для подрядчиков, однако предъявить эти работы заказчику для их оплаты не представляется возможным, так как правоотношения между подрядчиком и заказчиком регулируются договором и сметой, подписанной сторонами.

Сумма взаимоотношений сторон по данной сделке составила 76 000 руб. Оплата за поставленный товар произведена ООО «СМК Прогресс» путем перечисления денежных средств на расчетный счет ООО «Двери оптом» в полном объеме, что не оспаривается налоговым органом (п. 14 табл. № 5 на стр. 7 оспариваемого решения).

Судом при проверке доводов и возражений сторон установлено, что банковские выписки о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «Двери оптом», содержат множество профильных платежей, как входящих, так и исходящих («доплата за двери», «оплата за двери», «аванс на доборы», «оплата за погонаж», «за фурнитуру» и др.). Следовательно, налоговый орган имел возможность установить возможных поставщиков ТМЦ.

В рамках проведенной налоговой проверки субконтрагенты спорных контрагентов (контрагенты 2-го и последующих звеньев) в налоговый орган на допрос не вызывались и документы по взаимоотношениям со спорными контрагентами на предмет реальности сделок у них не истребовались, что свидетельствует о формальности и неполноте проведенной налоговой проверки.

Как установлено судом, оспариваемое решение содержит противоречивые сведения в номере поручения об истребовании документов у ООО «Двери оптом»:

- на стр. 95 решения указано: «В МРИ ФНС № 5 по РТ направлено Поручение об истребовании документов № 3529 от 07.04.2022 у ООО «Двери оптом». Документы не представлены»;

- при этом в таблице на стр. 7 решения указано, что в адрес ООО «Двери оптом направлялось Поручение об истребовании документов № 3472 от 07.04.2022. Сведений о наличии/отсутствии ответа по данному Поручению Решение не содержит.

Согласно ответу Межрайонной ИФНС № 5 по РТ исх. № 2.12-20/11366 от 01.12.2023 на адвокатский запрос № 18 от 07.11.2023, представленного в материалы дела заявителем, Межрайонной ИФНС № 3 по РТ в Межрайонную ИФНС № 5 по РТ было направлено поручение № 3472 от 07.04.2022 в отношении ООО «Двери оптом». Из представленного ответа также следует, что «Инспекцией 25.04.2022 в адрес ИФНС № 3 было направлено Уведомление об отказе № 2.12-2/135, ввиду исключения из ЕГРЮЛ 08.04.2022... Поручение № 3529 от 07.04.2022 в адрес Инспекции не поступало».

Таким образом, выводы Инспекции по тексту оспариваемого решения о том, что ООО «Двери оптом» не представило документы, не соответствуют действительности, поскольку фактически Общество физически не могло их представить в связи с прекращением деятельности. Доводы налогового органа о закупе указанным контрагентом товаров у физических лиц, и как следствие отсутствии формирования источника возмещения НДС, суд при наличии доказательств реальности сделки и поставки товара заявителю именно от спорного контрагента, доказательств оплаты налогоплательщиком ТМЦ в полном объеме с выделением НДС, правильно признал несостоятельными, заявитель не может нести бремя негативных последствий и ответственность за недобросовестное поведение третьих лиц, выразившихся в не исчислении соответствующих налогов в бюджет с суммы осуществленной реализации.

Выявленные контролирующим органом налоговые разрывы, возникшие в цепочке взаимоотношений заявитель- спорные контрагенты- контрагенты контрагентов и далее , по мнению суда, не может вменяться в вину ООО «СМК Прогресс», поскольку организации-контрагенты являются самостоятельными юридическими лицами, за деятельность которых налогоплательщик не может и не должен нести ответственность.

При этом, как пояснил представитель налогового органа в ответе на вопрос апелляционного суда, разрывы возникли на 2-м и последующих звеньях.

Более того, сведения о налоговых разрывах по спорным контрагентам, полученные Инспекцией из внутренней программы АСК НДС-2, в силу положений Закона - НК РФ являются лишь поводом для проведения налоговым органом контрольных мероприятий, направленных на выяснение обстоятельств возникновения такого расхождения между данными налоговых деклараций налогоплательщиков. Между тем, такие сведения, сами по себе, в рассматриваемом случае не могут являться предусмотренным законом основанием для налоговых доначислений обществу.

Так, в материалы настоящего дела заявителем представлены доказательства формирования источника возмещения НДС на первом звене, в связи с чем, реальность оказания работ и поставки ТМЦ в производственном процессе Общества налоговым органом в нарушение требований ч. 5 ст. 200 АПК РФ не оспорена.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Пунктом 1 названной выше статьи, и п. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на налоговый орган, который принял решение.

В связи с этим, при рассмотрении в арбитражном суде налогового спора налоговым органом могут быть представлены в суд доказательства необоснованного возникновения у налогоплательщика налоговой выгоды.

Эти доказательства, как и доказательства, представленные налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, такого рода обстоятельства, налоговым органом в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены не были и в ходе судебного разбирательства соответствующие доказательства суду не представлены.

Материалами дела подтвержден факт представления налогоплательщиком на проверку налоговому органу, в том числе при апелляционном обжаловании решения Инспекции, всех необходимых документов, подтверждающих взаимоотношения между заявителем и спорными контрагентами.

Приведенные Инспекцией в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении Обществом хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с данными организациями сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Также в оспариваемом решении не приведены доказательства того, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета контрагентов было их последующее «обналичивание» в интересах именно заявителя; отсутствуют доказательства не проявления обществом должной осмотрительности при выборе контрагентов.

Так, налоговый орган в целях легализации объектов налогообложения на постоянной основе приглашает налогоплательщиков на комиссии, в том числе и налогоплательщиков с низкой налоговый нагрузкой. Следовательно, именно налоговый орган обязан своевременно выявлять допущенные налогоплательщиками нарушения налогового законодательства, запрашивать у налогоплательщиков причины низкой налоговой нагрузки, пресекать участие в схемах уклонения от налогообложения и предпринимать меры к легализации плательщиками объектов налогообложения.

Согласно правовой позиции КС РФ, выраженной в Определении № 329-0 от 16.10.2003, налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанность по проверке деятельности его контрагентов, которые являются самостоятельными налогоплательщиками и несут в случае недобросовестного исполнения налоговых обязательств налоговую ответственность.

Тем более, Общество не может нести ответственность за всю цепочку контрагентов и контролировать налоговую добросовестность поставщиков товаров, работ, услуг 2-го, 3- го и прочих звеньев, что подтверждается в том числе Письмом ФНС России от 23.03.2017 № ЕД5- 9/947@, из которого следует, что Общество, как налогоплательщик, не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

При этом, суд отметил, что ни Общество, ни его контрагенты, ни иные налогоплательщики не имеют доступа к ИР ФКУ «Налог-сервис» и иным специальным информационным ресурсам, к которым имеют доступ должностные лица налоговых органов. Налогоплательщики могут использовать только данные, имеющиеся в открытом доступе, а также документы, предоставленные самим контрагентом.

Исходя из письма Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, совместного письма Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, письма Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02-07/1/51753, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента и проявлению должной осмотрительности включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников, характеризующих деятельность контрагента.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

В свою очередь, на налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной, в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Иными словами, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Так, декларации по НДС проходят автоматизированную камеральную налоговую проверку. Для этого используется АСК «НДС-2» (письмо ФНС России от 05.05.2016 № ЕД4-15/8122). Эта система в автоматическом режиме проверяет, правильно ли рассчитан НДС и заявлены вычеты (возмещение); анализирует данные деклараций по НДС, сопоставляя их с данными деклараций всех контрагентов.

АСК «НДС-2» позволяет сравнивать показатели счетов-фактур, книг покупок и продаж, журналов учета полученных и выставленных счетов-фактур плательщиков с аналогичными данными у контрагентов. В результате такой перекрестной проверки налоговый орган не только проверяет, в полном ли объеме исчислен и уплачен в бюджет НДС, но и отслеживает, заявленные вычеты по НДС с операций, по которым контрагент не уплатил налог в бюджет, то есть выявляет налоговый разрыв. Следовательно, уже на моменте принятия деклараций по НДС и ее камеральной налоговой проверки инспекция устанавливает факт неотражения реализации контрагентом.

Далее происходит сопоставление записей о счетах-фактурах у покупателя и продавца и в случае выявления расхождений автоматически формируется требование с протоколом расхождений. В рамках камеральной проверки, представленных налогоплательщиками налоговых деклараций по НДС, налоговый орган направляет им требование о представлении пояснений и представлении уточенной декларации. Общество не должно нести ответственность за недобросовестное поведение юридических лиц, являющихся самостоятельными налогоплательщиками. О самостоятельности и осуществлении реальной хозяйственной деятельности контрагентов свидетельствует наличие взаимоотношений с иными контрагентами, представление налоговой отчетности, уплаты налогов, что подтверждается выписками с расчетных счетов контрагентов.

Согласно требованиям налогового законодательства (п. 3 ст. 100, п. 4, 5 ст. 101 НК РФ) факты, отраженные в акте и в решении налоговой инспекции, должны быть результатом тщательно проведенной проверки, исключающей неточности и обеспечивающей полноту вывода о несоответствии налоговому законодательству совершенных проверяемым лицом действий. Решение не должно содержать предположений, не основанных на доказательствах.

Каждый вывод о допущенных проверяемым лицом нарушениях, в том числе о не проявлении должной осмотрительности должен быть подтвержден первичными документами и ссылками на эти первичные документы либо иными доказательствами.

Согласно п. 2 ст. 87 НК РФ налоговые проверки проводятся в целях контроля за соблюдением налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах. Установленный законодательством о налогах и сборах порядок должен обеспечивать надлежащую реализацию прав и законных интересов налогоплательщиков в правовом государстве, что предполагает обязанность руководителя (заместителя руководителя) налогового органа провести всестороннюю и объективную проверку обстоятельств, влияющих на вывод о наличии недоимки (суммы налога, не уплаченной в срок), не ограничиваясь содержанием налоговой декларации, установить действительный размер налоговой обязанности, в том числе при разумном содействии налогоплательщика - с учетом сведений и документов, представленных им с возражениями на акт налоговой проверки и в ходе рассмотрения материалов налоговой проверки в соответствии с п. 6 ст. 100, п. 4 ст. 101 НК РФ.

При этом, исходя из положений п. 2 ст. 22 НК РФ, устанавливающих обязанность налоговых органов обеспечивать права налогоплательщиков, налоговое администрирование должно осуществляться с учетом принципа добросовестности, предполагающего учет законных интересов плательщиков налогов и недопустимость создания формальных условий для взимания налогов сверх того, что требуется по закону.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к верным выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по сделкам со спорными контрагентами.

Установленные судом факты, свидетельствуют об ошибочности выводов налогового органа, основанных на неполном выяснении обстоятельств взаимоотношений заявителя со спорными контрагентами, на ненадлежащих доказательствах, противоречивых показаниях свидетелей, информации не относимой к периоду проверки, противоречивости выводов налогового органа, поскольку по ряду контрагентов при аналогичных обстоятельствах и схожих документах, представленных на проверку, возражения налогоплательщика были приняты.

Также Инспекция указывает на минимальные отчисления контрагентами НДС, однако достоверность налоговой отчётности, представленной контрагентами, не может опровергаться лишь незначительной итоговой суммой НДС, исчисленной к уплате в бюджет, значительной долей заявленных налоговых вычетов.

Аналогичный вывод содержит Определение ВС РФ от 14.05.2020 по делу А42- 7695/2917.

В рассматриваемом случае, как указывалось ранее, налоговым органом не установлены признаки вывода денежных средств контрагентами в адрес заявителя, фиктивность совершаемых операций и иные порочащие достоверность налоговой отчетности и полноту уплаты налогов контрагентами факты.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.02.2017 года, факт неисполнения поставщиком обязанности по уплате налогов сам по себе не может являться основанием для возложения негативных последствий на налогоплательщика, проявившего должную осмотрительность при выборе контрагента, при условии реального исполнения заключенной сделки.

В связи с указанным, суд признал обоснованным довод Общества об отсутствии у него реальной возможности убедиться как в указанных обстоятельствах, так и в иных фактах финансово-хозяйственной деятельности контрагентов, их взаимоотношений с налоговыми органами, как в силу банковской, так и налоговой тайны.

При этом, следует отметить, что спорные контрагенты к ответственности за совершение налоговых правонарушений не привлекались.

Так, меры по установлению надлежащей деловой репутации контрагента по гражданско-правовому договору включают в себя, в частности, получение налогоплательщиком от контрагента копии свидетельства о постановке на учет в налоговом органе, проверку факта занесения сведений о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц, получение доверенности или иного документа, подтверждающего необходимые полномочия представителя на подписание документов от имени контрагента, использование официальных источников информации, характеризующих деятельность контрагента (письмо Минфина РФ и ФНС России от 11.02.2010 № 3-7-07/84, письмо Минфина РФ от 31.12.2008 № 03-02-07/2-231, письмо Минфина РФ от 29.11.2013 № 03-02- 07/1/51753).

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд правомерно отклонил выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанными контрагентами и пришел к обоснованному выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и спорных контрагентов, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд отметил, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы.

Действия заявителя в рассматриваемом случае полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности. Из материалов дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентами подтверждена договорами, счетами-фактурами, товарными накладными, платежными поручениями, и, документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется.

При этом выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами и установленными судом фактами.

Таким образом, суд в действиях заявителя и контрагентов не усмотрел недобросовестность налогоплательщика, поскольку все представленные документы, в том числе в ходе судебного разбирательства, подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности.

В отношении довода налогового органа о непредставлении документов в ходе проверки, представлении документов в вышестоящий налоговый орган и в суд, суд первой инстанции отметил следующее.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 267-0, налогоплательщик в рамках судопроизводства в арбитражном суде, во всяком случае, не может быть лишен права представлять документы, которые являются основанием получения налогового вычета, независимо от того, были ли эти документы истребованы и исследованы налоговым органом при решении вопроса о привлечении налогоплательщика к налоговой ответственности и предоставлении налогового вычета, а суд обязан исследовать соответствующие документы.

В абзаце 3 пункта 78 Постановления ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляются как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии проведения мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения спора.

В случае предоставления дополнительных доказательств суд по ходатайству лица, участвующего в деле, вправе в целях предоставления другой стороне возможности ознакомления с ними и представления опровергающих их доказательств объявить перерыв в судебном заседании или отложить судебное разбирательство. При этом в целях получения доказательств, опровергающих дополнительные доказательства, лицо, участвующее в деле, вправе заявлять ходатайство об истребовании судом необходимых доказательств с обоснованием причин невозможности самостоятельного получения этих доказательств (абзац 4 пункта 78 Постановления № 57).

Следовательно, непредставление доказательств в ходе налоговой проверки не исключает возможности их представления в суд для оценки в совокупности с другими доказательствами по правилам статей 66-71 АПК РФ (аналогичные выводы содержатся также в Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 14.10.2021 № Ф06-9282/2021 по делу № А65-29401/2020, Постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 31.08.2022 № Ф10-3067/2022 по делу № А36-2201/2020, Постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 27.05.2022 № Ф06-18854/2022 по делу № А55-11754/2021, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 23.11.2021 № Ф05-28416/2021 по делу № А41-69561/2020).

При этом, следует отметить, что такие доказательства суд исследует с соблюдением правил и принципов, установленных процессуальным законодательством, в совокупности и взаимосвязи с иными представленными сторонами доказательствами. На это указывает и ФНС России в п. 5 Обзора судебной практики, направленного Письмом от 10.10.2022 N БВ-4-7/13450@.

Как следует из пояснений заявителя, приложенные Обществом к апелляционной жалобе и дополнениям к жалобе в УФНС РТ на оспариваемое решение Инспекции копии документов были получены представителем Общества от бывшего директора Общества ФИО4, который в свою очередь, их получил от представителя ООО «Катрин» ФИО13 (ранее управляющей компании ООО «СМК Прогресс»), что подтверждается представленными в материалы дела актами приема-передачи документов.

Вместе с тем, представленные заявителем документы не нашли должной оценки в решении УФНС по РТ, в связи с чем, повторно представлены заявителем в ходе судебного разбирательства по делу.

Также с целью обоснования своей правовой позиции налогоплательщиком в лице представителя адвоката Павловой А.В. были направлены адвокатские запросы в адрес контрагентов, ответы на которые приобщались налогоплательщиком, как к материалам проверки, так и к материалам судебного дела по мере их поступления. Так, ответ на запрос от ИП ФИО3 представлен в ходе обжалования решения в УФНС по РТ, от ООО «Партнер», ООО «Мототрейд» и ООО «Эталон» в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, принимая во внимание, представление заявителем всех подтверждающих документов по факту их получения, суд счел возможным приобщить представленные налогоплательщиком в ходе судебного разбирательства документы, поскольку указанные документы самостоятельного правового значения не имеют, какой либо проверки не требуют, а лишь подтверждают позицию заявителя о реальности совершенных заявителем сделок со спорными контрагентами.

Так, налоговый орган указывает, что по ООО «Инпрос» среди прочих документов представлены акты о приемке выполненных работ от 14.01.2020, справка о стоимости выполненных работ и затрат от 14.01.2020, счет- фактура от 14.01.2020, подписанные со стороны ООО «Инпрос» ФИО14, который являлся директором с 11.03.2019 по 06.06.2019, в связи с чем, в вычете Обществу было отказано.

Между тем, как установлено судом, ФИО14 являлся руководителем ООО «Инпрос» в период с 11.03.2019 по 06.06.2019. В период его руководства (23.04.2019) им как директором ООО «Инпрос» был заключен Договор подряда № 2019/04-23 с ООО «СМК Прогресс». С 07.06.2019 руководство компанией ООО «Инпрос» осуществлял ФИО15.

При этом, как поясняет налогоплательщик, во взаимоотношениях с ООО «СМК Прогресс» интересы ООО «Инпрос» продолжил представлять ФИО14 на основании доверенности от 08.06.2019, выданной ООО «Инпрос» в лице директора ФИО15, сроком на 3 года, в том числе с правом подписания документов.

Кроме того, как верно отмечено заявителем, полномочия ФИО14, обладавшего документацией и печатью контрагента, явствовали из обстановки. При этом, действующее законодательство не содержит норм, вменяющих заявителю полномочие и обязанность по проверке характера правоотношений данного лица с контрагентом (трудовые или гражданско – правовые).

Однако, ФИО14 на допрос налоговым органом не вызывался, каким либо иным образом разночтения в документах контролирующим органом не проверялись, дополнительные пояснения и документы не истребовались, следовательно суд приходит к выводу о непринятии Инспекцией исчерпывающих мер по проверке представленных налогоплательщиком документов.

Кроме того, между ООО «СМК Прогресс» и спорными контрагентами, в том числе ООО «Инпрос», ООО «Зенит», ООО «Бест – Торггрупп», ООО «Горизонт», ООО «Пром – Арт», ООО «Норд Стар», ООО «Витязь», ООО «Амикс», ООО «Зевс», ООО «ПФ Прогресс», велась деловая переписка, подтверждающая факт реальности взаимоотношений. Копии писем представлены в материалы дела.

Довод налогового органа об отсутствии полной оплаты в адрес спорных контрагентов правомерно отклонен судом, поскольку само по себе неперечисление контрагентам денежных средств не может являться основанием для отказа налоговым органом в вычете по НДС, так как положения ст. ст. 171, 172 НК РФ не связывают право на налоговый вычет по НДС с оплатой товаров, работ (услуг).

Аналогичные выводы изложены в постановлении АС Поволжского округа от 07.02.2023 г. по делу № А65-5360/2022.

Из материалов дела следует, что расчеты с контрагентами произведены Обществом не запрещенным законодательством способом. Все операции Общества учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным. Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами.

Инспекция не опровергла факт реальности спорных поставок и выполненных работ. Получение Обществом товара от спорных контрагентов и последующая их реализация заказчикам Общества, и в том числе выполнение работ, Инспекцией не опровергнуты. Сговор с целью получения необоснованной налоговой выгоды документально не подтвержден, следовательно, не доказан. То, что, контрагент нарушил свои налоговые обязательства, не подтверждает получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Заявляя свое право на налоговый вычет, налогоплательщик не должен представлять документы, подтверждающие фактическую уплату налога всей цепочкой поставщиков. Налогоплательщик не несет ответственности за недобросовестные действия своего контрагента. Налоговая недобросовестность контрагентов второго, третьего и последующих звеньев не является признаком получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды, так как он не отвечает за действия контрагентов своих поставщиков, исполнителей и подрядчиков. В материалах проверки нет ссылки на доказательства того, что общество (или его должностные лица), перечислив денежные средства спорным контрагентам, впоследствии получили данные денежные средства обратно.

Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие об умышленных действиях Общества, направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок Общества через спорных контрагентов с "техническими" организациями с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий общества и "техническими" организациями в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность "технических" организаций и использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным поставкам.

При этом факты, установленные налоговым органом в отношении контрагентов второго, третьего и последующего звена, правового значения для существа рассматриваемого спора не имеют. Общество не несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, что соответствует сформировавшейся правоприменительной практике, в соответствии с которой налогоплательщик, заявляющий НДС к возмещению, при отсутствии фактов злоупотребления правом, не отвечает за последствия неисполнения поставщиком налоговых обязанностей.

Налоговый орган в данном случае не представил доказательств, свидетельствующих о том, что общество действовало без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов. Отсутствуют в материалах дела доказательства, которые указывали бы на осведомленность налогоплательщика о тех нарушениях налогового законодательства, которые допускаются его контрагентами, поэтому данный вывод инспекции является несостоятельным.

Как следует из текста оспариваемого решения, в отношении спорных контрагентов приведена краткая характеристика, причины не принятия тех или иных первичных документов по взаимоотношениям сторон, а также возражений заявителя, оспариваемое решение Инспекции не содержит.

Заявителем были представлены все первичные документы, подтверждающие взаимоотношения со спорными контрагентами, подробности взаимоотношений с которыми были изложены, в том числе в апелляционной жалобе и дополнениях к ней с приложением документов.

В соответствии со статьей 140 Кодекса лицо, подавшее жалобу (апелляционную жалобу), вправе предоставлять дополнительные документы до принятия решения по соответствующей жалобе. При этом дополнительные документы по жалобам (апелляционным жалобам) на решения, вынесенные в порядке статьи 101 и статьи 101.4 Кодекса, рассматриваются вышестоящим налоговым органом, если лицо представило пояснения причин, по которым было невозможно своевременное представление таких документов налоговому органу, решение которого обжалуется.

Согласно пункту 2 статьи 140 Кодекса вышестоящий налоговый орган рассматривает жалобу (апелляционную жалобу), документы, подтверждающие доводы лица, подавшего жалобу (апелляционную жалобу), дополнительные документы, представленные в ходе рассмотрения жалобы (апелляционной жалобы), а также материалы, представленные нижестоящим налоговым органом, без участия лица подавшего жалобу, за исключением случаев, когда при рассмотрении апелляционной жалобы выявлены противоречия между сведениями, содержащимися в материалах проверки, сведениям представленным налогоплательщиком.

В статье 9 Закона Российской Федерации от 21.03.1991 N 943-1 "О налоговых органах Российской Федерации" и в пункте 3 статьи 31 НК РФ вышестоящим налоговым органам предоставлено право отменять и изменять решения нижестоящих налоговых органов в случае их несоответствия Конституции Российской Федерации, федеральным законам и иным нормативным правовым актам.

Следовательно, при применении данных норм реализуется принцип законности деятельности органов публичной власти в отношениях, регулируемых законодательством о налогах и сборах.

Как неоднократно отмечено в актах Конституционного Суда Российской Федерации (в том числе определение от 22.04.2010 № 595-О-О, постановление от 24.03.2017 № 9-П), пункт 3 статьи 31 НК РФ допускает отмену вышестоящим налоговым органом решения нижестоящего в том случае, когда оно принято в нарушение требований законодательства о налогах и сборах; подобное решение имеет целью восстановление в административном порядке законности, нарушенной неправомерным актом нижестоящего органа, по инициативе самого вышестоящего налогового органа, осуществляющего текущий контроль за деятельностью нижестоящих органов.

Соответственно, исходя из актов Конституционного Суда Российской Федерации, в данном случае предусмотрено право государства (вышестоящего налогового органа), выявившего ошибку в определении налоговой обязанности, исправить ее по собственной инициативе, и такое регулирование согласуется со статьей 57 Конституции Российской Федерации, из содержания которой усматривается, что определение размера налоговой обязанности не является предметом усмотрения налогоплательщиков и налоговых органов, налоги должны уплачиваться в законно установленном размере

Таким образом, буквальное толкование п. 4 ст. 140 НК РФ не дает оснований для вывода о наличии у вышестоящего налогового органа права не принимать во внимание дополнительно представленные налогоплательщиком документы по мотивам, связанным с оценкой уважительности их подачи лишь на стадии пересмотра решения налогового органа, поскольку допущение ситуации, при которой доказательство, не принятое вышестоящим налоговым органом, но в последующем возможно принятое судом, противоречит сути административной стадии урегулирования спора, и потому пояснение причин несвоевременного представления документов налоговому органу фактически должно сводиться не к доказыванию уважительности их непредставления, а лишь к объяснению того, почему и каким образом вновь представленные документы опровергают выводы оспариваемого решения, и, соответственно, они должны учитываться и оцениваться вышестоящим налоговым органом.

Аналогичная правовая позиция в отношении применения указанной нормы права отражена в Постановлении Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2019 по делу № А72-8019/2018; Постановлении Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020 № 20АП-8627/2019 по делу № А09-11385/2018; Постановлении Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2017 № 19АП-7607/2017 по делу № А35-5289/2016; Постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 21.12.2020 № Ф10-4918/2020 по делу № А09-11385/2018.

В пункте 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда от 30.07.2013 № 57) разъяснено, что из положений статей 88, 89, 100, 101, 139 Налогового кодекса следует, что право налогового органа осуществлять сбор доказательств, равно как и право налогоплательщика знакомиться с этими доказательствами, представлять возражения против выводов налогового органа и подтверждающие такие возражения доказательства, предоставляются им на всех стадиях осуществления налогового контроля вплоть до вынесения вышестоящим налоговым органом решения по жалобе налогоплательщика на решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Исходя из п. 1 ст. 140 НК РФ, п. 78 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление № 57), в ходе рассмотрения жалобы (апелляционной жалобы) лицо, подавшее эту жалобу, до принятия по ней решения вправе представить дополнительные документы, подтверждающие его доводы, в связи с чем, заявителем и были представлены документы в обоснование поданной жалобы.

Однако, в рассматриваемом случае вышестоящий налоговый орган надлежащую правовую оценку представленным налогоплательщиком документам не дал, действительное налоговое обязательство Общества не установил, ограничившись указанием на непредставление приложенных к жалобе и дополнениям к ней документов в ходе проверки, в том числе по выставленным Инспекцией требованиям. При этом, УФНС по РТ акцентировало внимание на представление налогоплательщиком в ходе проверки первично-учетной документации не подписанной сторонами, что по мнению вышестоящего налогового органа подтверждает выводы Инспекции о ненадлежащем ведении бухучета.

Между тем, как отметил суд первой инстанции, налоговым органом не принято во внимание, что согласно сведениям ЕГРЮЛ, управление обществом осуществлялось Управляющей организацией, а именно ООО «Катрин», руководителем которой являлся ФИО13 О данном факте проверяющим не могло быть неизвестно, указанные сведения являются общедоступными. Вместе с тем, доказательств направления соответствующих требований в адрес управляющей организации и ее руководителя налоговым органом не представлено. Следовательно, Инспекцией, как и Управлением не предпринято исчерпывающих мер по налоговому контролю при проведении проверки и рассмотрении апелляционной жалобы с целью надлежащей оценки доводов налогоплательщика и представленных им документов.

С учетом изложенного, суд пришел к верному выводу о том, что налоговым органом не представлено бесспорных доказательств того, что для целей налогообложения налогоплательщик в налоговом учете отразил операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом.

Имеющиеся в материалах дела документы в их совокупности подтверждают реальность осуществления обществом в спорном периоде хозяйственных отношений со спорными контрагентами, доводы Инспекции об ином, о создании обществом формального документооборота с названными контрагентами подлежат отклонению как основанные на предположениях и документально не обоснованные.

В рассматриваемом случае, указывая на минимизацию налоговых обязательств за счет использования "технических" организаций, не исчисливших НДС, налоговый орган не учел, что в случае отсутствия поступления в бюджет НДС вследствие неправомерных действий контрагентов первого, второго и более дальних звеньев это является основанием для предъявления налоговых претензий к этим компаниям и контролирующим их лицам. При этом неправомерно возлагать ответственность за неуплату налогов и сборов на налогоплательщика, если между ним и контрагентами не доказан сговор (Определение ВС РФ от 28.05.2020 г. № 305-ЭС19-16064, п. 6 письма ФНС от 28.07.2020 г. № БВ-4-7/12120).

Иная трактовка означала бы возложение ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, на покупателя, у которого не было возможности предотвратить это нарушение (Определение ВС от 14.05.2020 г. № 307-ЭС19-27597, п. 5 письма ФНС от 28.07.2020 г. № БВ-4-7/12120).

По мнению суда, налоговый орган не привел достаточных доказательств подтверждения наличия оснований для привлечения Общества к налоговой ответственности, а именно налоговым органом не доказано, что заявитель действовал без должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов.

Кроме того, данное обстоятельство не может негативным образом отражаться на положении заявителя, добросовестно предпринявшего все меры по проверке контрагентов на этапе заключения сделок с ними. Налогоплательщик никак не мог повлиять на это обстоятельство.

Исполнение либо неисполнение контрагентами требований законодательства находится вне сферы возможностей и полномочий общества, поэтому такие обстоятельства не могут быть поставлены ему в вину.

На момент осуществления хозяйственных операций с заявителем контрагенты являлись самостоятельными юридическими лицами, состояли на налоговом учете, были зарегистрированы в ЕГРЮЛ, по адресу, указанному в первичных документах, при этом руководителем организаций значилось лица, которые указаны в качестве руководителей в первичных документах, представленных в материалы дела.

Данные организации имели расчетные счета в банках, сдавали налоговую отчетность, в том числе по налогу на добавленную стоимость и налогу на прибыль. Контрагенты осуществляли самостоятельную финансово-экономическую деятельность и не были подконтрольны заявителю. Доказательств обратного, налоговым органом не представлено.

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что применительно к спорным сделкам у заявителя отсутствовала разумная экономическая цель, либо то, что общество действовало совместно со спорными контрагентами с целью получения необоснованной налоговой выгоды, либо имеются иные обстоятельства, которые позволили бы утверждать о недобросовестности налогоплательщика.

Доводы налогового органа о выявленных нарушениях не носят бесспорный характер и опровергаются указанными выше фактами и доказательствами.

Суд также критически оценивает показания свидетелей, поскольку объяснения лиц, в том числе самостоятельно предоставлявших за вознаграждение свой паспорт для регистрации на свое имя юридических лиц, по отрицанию своей причастности к осуществлению финансово-хозяйственной деятельности созданных либо руководимых ими юридических лиц не являются объективной и достоверной информацией и могли быть даны, в том числе, с целью возможного недопущения для себя негативных уголовно-правовых последствий.

Кроме того, оценивая положения статей 89, 90, 101 НК РФ, следует принимать во внимание, что свидетельские показания, полученные в порядке статьи 90 НК РФ, служат только источником информации о каких-либо обстоятельствах и не могут являться единственным, безусловным доказательством в деле о налоговом правонарушении, доказательства в котором подлежат оценке в совокупности.

Довод налогового органа о том, что целью перечисления налогоплательщиком денежных средств на расчетные счета его контрагентов являлось дальнейшее их обналичивание, не подтвержден надлежащими доказательствами по делу.

Учитывая положения статей 88, 101, пункта 6 статьи 108 НК РФ, задача налогового органа при проверке правомерности налоговых вычетов заключается не в констатации своих сомнений в добросовестности налогоплательщика, а в проверке наличия или отсутствия правовых оснований, с которыми НК РФ связывает возможность применения налоговых вычетов, собирании и фиксировании соответствующих доказательств.

Относительно представленных заявителем опросов адвоката А.В. Павловой заместителя директора ООО «СМК Прогресс» ФИО16, подтверждающий реальность взаимоотношений ООО «СМК Прогресс» с ООО «Амикс», ООО «Зевс», ООО «ПФ «Прогресс», ИП ФИО3, заместителя директора ООО «СМК Прогресс» ФИО17, электромонтажника ООО «Мегаполис» ФИО18, менеджера ООО «Амикс» ФИО19, менеджера ООО «Горизонт» ФИО20 (протоколы опроса от 05.09.2024, от 16.09.2024, от 10.09.2024, от 08.09.2024, соответственно) суд отметил следующее.

В статье 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" указано, что адвокат вправе опрашивать с их согласия лиц, предположительно владеющих информацией, относящейся к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь, указано также, что полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя доверителя в конституционном, гражданском и административном судопроизводстве, а также в качестве представителя или защитника доверителя в уголовном судопроизводстве и производстве по делам об административных правонарушениях, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации (пункт 1).

Однако, нормы Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также Налогового кодекса Российской Федерации (в отличие, например, от Уголовно-процессуального кодекса РФ - статья 86) полномочий адвоката на сбор доказательств путем опроса свидетелей не содержат (Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 03.07.2017 по делу №А74-5802/2016, Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2023 №11АП-4856/2023 по делу №А65-30577/2022).

В силу положений статей 64, 68, 75 и 88 АПК РФ протокол опроса, проведенного адвокатом в соответствии со статьей 6 Федерального закона от 31.05.2002 №63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации", не может быть признан допустимым доказательством при рассмотрении дела арбитражным судом и установлении обстоятельств, которые могут быть подтверждены определенными доказательствами, ввиду отсутствия в арбитражном процессуальном законодательстве такого средства доказывания как составленные адвокатом письменные пояснения свидетеля.

Оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд первой инстанции обоснованно посчитал выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок со спорными контрагентами неправомерными и пришел к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и спорных контрагентов, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

С учетом изложенного, суд пришел к верному выводу о том, что налоговый орган не доказал факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям со спорными контрагентами.

По мнению суда, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности Общества, относятся исключительно к деятельности рассматриваемых контрагентов. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющегося покупателем товаров.

В пунктах 1,3 и 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснено, что судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики, в связи с чем предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны; представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы; налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера); налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В рассматриваемой ситуации налоговым органом не представлено достоверных и достаточных доказательств в подтверждение доводов о нереальности спорных хозяйственных операций, связанных с приобретением ТМЦ, выполнением работ, недобросовестности общества и направленности его действий на получение необоснованной налоговый выгоды. Достоверность представленных обществом документов и сведений, связанных с использованием спорных комплектующих и работ, налоговым органом не опровергнута.

Таким образом, оснований для доначисления по налогу на прибыль и НДС у Инспекции по рассматриваемым операциям, начисления штрафа, не имелось.

При этом, согласно заявления Общества об уточнении требований, заявитель доначисления по налогу на прибыль оспаривает частично, а именно в сумме 21 767 809 руб., ссылаясь на неверный расчет доначисленных сумм произведенных налоговым органом.

Проверяя доводы заявителя в указанной части, судом было установлено следующее.

Оспариваемым решением Инспекции ООО «СМК Прогресс» доначислен налог на прибыль за 2018 год в размере 2 657 485 рублей (в связи с занижением выручки и налога на прибыль).

Заявитель не согласен с доначислением налога на прибыль за 2018 год в размере 2 370 294 рубля (2 657 485 рублей – 287 191 рубль = 2 370 294 рублей) по следующим основаниям.

Налоговый орган обосновывает доначисленный налог на прибыль следующим расчетом, отраженным в таблице № 65 на стр. 133 оспариваемого решения:

107 157 199 рублей (выручка для исчисления НДС) – 93 869 771 рубль (выручка для исчисления налога на прибыль) = 13 287 428 рублей (расхождение в выручке). Сумма заниженного налога на прибыль (20% от 13 287 428 рублей) – 2 657 485 рублей.

В таблице № 66 на стр. 134 оспариваемого решения указано, что документально неподтвержденные расходы составили 13 287 428 рублей; итого налоговая база - 13 287 428 рублей, следовательно, сумма налога равна - 2 657 485 рублей.

Между тем, согласно данным налоговых деклараций ООО «СМК Прогресс», приведенным налоговым органом в таблице № 61 на стр. 127 – 128 решения, в 2018 году доходы составили 93 869 771 рубль, внереализационные доходы - 11 851 474 рубля.

Таким образом, вопреки доводам налогового органа, расхождение в выручке за 2018 год составило не 13 287 428 рублей, а 1 435 954 рубля (107 157 199 рублей (выручка для исчисления НДС) – 93 869 771 рубль (доходы) - 11 851 474 рубля (внереализационные доходы) = 1 435 954 рубля (расхождение в выручке).

Следовательно, сумма заниженного налога на прибыль за 2018 год (20% от 1 435 954 рубля) – 287 191 рубль. В указанной части, заявитель доначисления по налогу и штрафу не оспаривает.

Исходя из вышеизложенного, доначисление налога на прибыль за 2018 год в размере 2 370 294 рубля неправомерно.

За 2019 расхождений в выручке и занижения налоговой базы в сравнении с показателями деклараций по НДС и налогу на прибыль, согласно таблице № 65 на стр. 133 решения, налоговым органом не выявлено.

За 2020 год оспариваемым решением ООО «СМК Прогресс» доначислен налог на прибыль в размере 2 292 479 рублей в связи с занижением выручки и, соответственно, налога на прибыль.

Налоговый орган обосновывает доначисленный налог на прибыль следующим расчетом (таблица № 65 на стр. 133 решения):

606 314 678 рублей (выручка для исчисления НДС) – 594 852 281 рубль (выручка для исчисления налога на прибыль) = 11 462 397 рублей (расхождение в выручке). Сумма заниженного налога на прибыль (20% от 11 462 397 рублей) – 2 292 479 рублей.

Вместе с тем, согласно данным налоговых деклараций ООО «СМК Прогресс», приведенным налоговым органом в таблице № 61 на стр. 127 – 128 решения, в 2020 году доходы составили 594 852 281 рубль, внереализационные доходы – 12 013 007 рублей (11 462 394 рубля (доходы от сдачи в аренду нежилого помещения, продажи транспортного средства (выручка за минусом НДС) + 550 613 рублей (прочие внереализационные доходы (проценты банка, страховая премия без НДС. Все реализации отражены в книге продаж, проценты банка - в выписках расчетный счет, имеющихся в распоряжении налогового органа).

Таким образом, вопреки доводам налогового органа, расхождение в выручке за 2020 год отсутствует:

606 314 678 рублей (выручка для исчисления НДС) – 594 852 281 рубль (доходы) - 11 462 397 рублей (внереализационные доходы) = 0 (расхождение в выручке).

Следовательно, налог на прибыль за 2020 год по вышеуказанному основанию занижен не был, доначисление налога на прибыль за 2020 год в размере 2 292 479 рублей неправомерно.

В части принятия расходов в налогооблагаемую базу по налогу на прибыль по нижеуказанным спорным контрагентам, судом установлено следующее:

ВИТЯЗЬ

2 292 800,00 руб.

НОРД СТАР

1 592 000,00 руб.

КРОНА ГРУПП

958 725,00 руб.

ПФ Прогресс

2 095 603,97 руб.

ПРОМАРТ

2 317 166,70 руб.

АВРОРА

333 333,33 руб.

ИТОГО

9 589 629,00 руб.

9 589 629 рублей – заявителем учтены как затраты по незаконченным работам в 2020 году, что подтверждается сданной за 2020 год бухгалтерской отчетностью (согласно табл. № 63 на стр. 130 оспариваемого решения, остаток товаров на 31.12.2020 составлял 19 499 000 рублей). В соответствии с п. 1 ст. 318 НК РФ и письмом ФНС от 24.02.2011 № КЕ-4-3/2952 данные расходы были включены заявителем в налоговую базу по прибыли в 2021 году, т.е. после окончания строительных подрядных работ. Доказательств обратного налоговым органом не представлено.

В этой связи, доводы заявителя о неправомерном включении их Инспекцией в 2020 году в состав не принимаемых расходов и доначислении по ним налога на прибыль, суд посчитал обоснованными и подлежащими принятию.

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные судом обстоятельства дела, а также учитывая отсутствие доказательств умышленных действий заявителя, суд пришел к верному выводу о необоснованном привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налогового правонарушения по ст. 122 НК РФ в соответствующей части.

При этом, требование налогоплательщика о применении дополнительных смягчающих обстоятельств и снижении штрафа, начисленного в соответствии со ст. 122 НК РФ в оставшейся части, суд посчитал неподлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из оспариваемого решения ООО «СМК Прогресс» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения по п. 1 и п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в общем размере 5 676 097 рублей (штраф снижен в 2 раза в связи с отсутствием у ООО «СМК Прогресс» задолженности по текущим налоговым платежам и страховым взносам).

Как указывает заявитель, при вынесении оспариваемого решения налоговым органом учтены не все смягчающие обстоятельства, в связи с чем, размер санкции не отвечает критериям разумности, соразмерности и справедливости.

По мнению заявителя, налоговым органом не дана оценка иным смягчающим обстоятельствам, в связи с чем, Общество просит уменьшить размер штрафа с учетом всей совокупности смягчающих обстоятельств (помимо ранее учтенного), а именно:

- ООО «СМК Прогресс» занималось благотворительной деятельностью;

- Общество осуществляло социально значимую деятельность, а именно: активно участвовало в реализации программ капитального ремонта и благоустройства жилищного фонда г. Казани, что подтверждается прилагаемыми Госконтрактом № 5-19/смр от 22.03.2019 (работы по реконструкции стадиона «Локомотив» в жилом массиве Юдино г. Казани), Договорами субподряда о выполнении работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах № 9/15-19МКД от 22.03.2019, № К-3/9 от 25.03.2019, Договором субподряда № 76-20/смр/48 от 05.06.2020 (строительство ДОЛ «Восток»), Договор № 14/20-07/Л от 10.06.2020 (работы для формирования коечного фонда в целях ликвидации последствий COVID-19 в оздоровительном лагере «Юнитур»), Договором №14/20-11/Л от 10.06.2020 (работы для формирования коечного фонда в целях ликвидации последствий COVID-19 в ДОЛ «Восток»). За вклад в реализацию программ капитального ремонта и благоустройства жилищного фонда г. Казани руководитель ООО «СМК Прогресс» ФИО4 был награжден Мэром г. Казани ФИО21 почетной грамотой;

- тяжелое финансовое положение ООО «СМК Прогресс»;

- совершение правонарушения впервые (ООО «СМК Прогресс» не привлекалось ранее к ответственности по ст. 122 НК РФ);

- несоразмерность суммы штрафа тяжести нарушения.

Принимая во внимание вышеизложенное, налогоплательщик полагает, что имеются основания для снижения штрафа.

С указанными доводами заявителя суд не согласился по следующим основаниям.

Пункт 3 ст. 114 НК РФ предусматривает возможность снижения размера штрафов, налагаемых на основании НК РФ за совершение налоговых правонарушений, в случае установления смягчающих ответственность обстоятельств.

Из положений ст. 112 НК РФ следует, что смягчающими обстоятельствами могут быть признаны любые обстоятельства, так или иначе связанные с совершенным правонарушением.

Согласно пп. 3 п. 1, п. 4 ст. 112 НК РФ обстоятельства, смягчающие ответственность за совершение налогового правонарушения, устанавливаются налоговым органом или судом и учитываются при применении налоговых санкций.

Статьей 114 НК РФ предусмотрено, что налоговая санкция является мерой ответственности за совершение налогового правонарушения, санкции устанавливаются и применяются в виде денежных взысканий (штрафов). Пеня в состав налоговых санкций не включена, не является мерой ответственности за совершение налогового правонарушения, подлежит уплате помимо уплаты сумм налога и сбора и независимо от применения других мер обеспечения исполнения обязанности по уплате налога или сбора, а также мер ответственности за нарушение законодательства о налогах и сборах. Поскольку норм, допускающих возможность уменьшения пени, не установлено, нормы гражданского права, в частности статья 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, к данным отношениям не применимы, то требование общества в указанной части удовлетворению не подлежит, пени, начисленные в результате несвоевременного исполнения обязанности по уплате налога, не могут быть уменьшены.

Судом в ходе рассмотрения дела не установлено наличие оснований для еще большего снижения размера штрафа, предусмотренного п. 1, 3 статьи 122 НК РФ, примененного налоговым органом. По итогам оценки представленных в материалы дела доказательств, суд приходит к выводу, что начисленные финансовые санкции дополнительному снижению не подлежат, поскольку снижение налоговых санкций нарушит принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, и не будет соответствовать балансу частных и публичных интересов, может нивелировать значение института налоговой ответственности, направленной, в том числе на предупреждение новых правонарушений. Так, при вынесении оспариваемого решения Инспекция установила смягчающие ответственность обстоятельства, в связи с чем, штраф был снижен в два раза. По мнению суда, такое исчисление штрафных санкций с учетом конкретных обстоятельств рассматриваемого дела, является обоснованным и соразмерным.

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из содержания частей 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту;

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

С учетом изложенного, принимая во внимание установленные судом обстоятельства дела, суд пришел к верному выводу о том, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №3 по Республике Татарстан № 32 от 15.02.2023 о привлечении общества с ограниченной ответственностью «СМК Прогресс» к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления НДС в сумме 16 750 745 руб., налога на прибыль в размере 21 480 618 руб., а также соответствующих сумм пени и штрафов по ст. 122 НК РФ в соответствующей части, не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя, что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его недействительным, и, возложения на налоговый орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя. В удовлетворении остальной части заявленных требований судом отказано.

Доводы апелляционной жалобы налогового органа повторяют доводы, приводившиеся в суде первой инстанции.

Доводы налогового органа рассмотрены судом и получили надлежащую оценку на основе анализа относящихся к нему материалов и обстоятельств дела, отраженного в обжалуемом судебном акте.

Согласно пункту 78 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 "О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации" судам необходимо исходить из того, что по общему правилу сбор и раскрытие доказательств осуществляется как налоговым органом, так и налогоплательщиком на стадии осуществления мероприятий налогового контроля и в ходе досудебного разрешения налогового спора.

Возможность представления в суд дополнительных доказательств, не раскрытых в ходе осуществления мероприятий налогового контроля и досудебного разрешения налогового спора, не исключена. Такие доказательства подлежат исследованию судом с соблюдением правил и принципов, установленных процессуальным законодательством, в том числе в совокупности и взаимосвязи с иными доказательствами, представленными сторонами.

Заявитель воспользовался своим правом и с апелляционной жалобой в УФНС , с дополнением к ней, то есть до вынесения вышестоящим органом решения по жалобе налогоплательщика на решение Инспекции о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, а также в суд предоставил документы, подтверждающие операции со спорными контрагентами.

Суд первой инстанции, исследовав и оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи в соответствии с требованиями статей 71, 162 АПК РФ, в вышестоящий налоговый орган и в суд представлены все необходимые документы, подтверждающие его право как на налоговые вычеты, так и на отнесение на расходы затрат по хозяйственным операциям с названными контрагентами, в связи с чем доначисление Обществу спорных сумм НДС и налога на прибыль является незаконным.

Доводы налогового органа о наличии у Общества значительной кредиторской задолженности перед 6 контрагентами, не нашли подтверждения в ходе судебного разбирательства.

Указывая на наличие значительной кредиторской задолженности ООО «СМК Прогресс» перед 6 спорными контрагентами, налоговый орган, вместе с тем, не указывает ни контрагентов, перед которыми налогоплательщик имеет задолженность, ни размер задолженности.

Однако, налогоплательщик пояснял и представлял документы, подтверждающие следующее:

- оплата выполненных работ/ оказанных услуг/ поставленного товара произведена ООО «СМК Прогресс» в адрес 20 спорных контрагентов (ООО «Аврора», ООО «Лзгард», ООО «Бест -Торггрупп», ООО «Зенит», ООО «Норд Стар», ООО ПИК «Автотранс», ООО «Пром-Арт», ООО «Торгиндустрия», ООО «Витязь», ООО «Иппрос», ООО «16К», ООО «ТК Аврора», ООО ТПК «Волжский Завод -Деталь», ООО «Аванстрой», ООО «Мегаполис», ООО «Двери оптом», ООО «Агат», ООО «Партнер», ООО ПФ «Прогресс», ИПКузьминД.А.) в полном объеме, путем перечисления денежных средств на их расчетный счет, что не оспаривается налоговым органом;

- оплата за товар, поставленный 4 спорными контрагентами (ООО «Горизонт», ООО «Исток Плюс», ООО «Крона Групп», ООО «Мергон»), произведена ООО «СМК Прогресс» в полном объеме, путем перечисления денежных средств на расчетные счета третьих лиц на основании писем вышеуказанных спорных контрагентов;- оплата за выполненные работ и товар, поставленный ООО «Амикс», ООО «Зевс», произведена ООО «СМК Прогресс» частично путем перечисления на их расчетный счет, частично путем оплаты по договорам цессии.

Оплата по сделке с ООО «Амикс» произведена ООО «СМК Прогресс» более, чем на 90 % (остаток задолженности - 2 066 270,60 руб.).

Оплата по сделке с ООО «Зевс» произведена ООО «СМК Прогресс» более, чем на 95 % (остаток задолженности - 766 856,68 руб.).

Таким образом, как пояснял представитель ООО «СМК Прогресс», у налогоплательщика осталась незначительная кредиторская задолженность лишь перед 2 спорными контрагентами.

Данные доводы заявителя налоговым органом не опровергнуты.

С учетом установленных обстоятельств и приведенных выше мотивов при исследовании спорных сделок, наличие указанной кредиторской задолженности не может свидетельствовать об их фиктивности.

Доводы апелляционной жалобы налогового органа фактически сводятся к несогласию с оценкой суда первой инстанции представленных по делу документов и приведенных доводов Инспекции, свидетельствующих о необоснованном, по ее мнению, получении заявителем налоговой выгоды. Между тем, судом первой инстанции дана правовая оценка доводам налогового органа и доказательствам, представленным участвующими в деле лицами в подтверждение своей правовой позиции, в результате которой суд пришел к выводу о недоказанности инспекцией законности ее решения, тогда как обществом представлены доказательства правомерного принятия к вычету спорной суммы НДС и включения затрат в расходы по налогу на прибыль. Суд апелляционной инстанции считает, что при вынесении решения арбитражным судом установлены и оценены все обстоятельства дела и оснований для иной оценки данных обстоятельств и выводов суда не находит.

Выводы арбитражного суда первой инстанции соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм права. Сведений, опровергающих выводы суда, в апелляционной жалобе налогового органа не содержится.

Нарушений процессуального закона, влекущих безусловную отмену обжалуемого судебного акта, не установлено.

Оснований для отмены решения суда не имеется.

В соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации податель жалобы освобожден от уплаты государственной пошлины, в связи с чем вопрос о распределении судебных расходов апелляционным судом не рассматривался.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь ст. ст. 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Татарстан от 18 октября 2024 года по делу № А65-11678/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа.

Председательствующий Е.Г. Попова

Судьи В.А. Корастелев

И.С. Драгоценнова