Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс <***>, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-2246/2025

город Иркутск

28 августа 2025 года

Дело № А33-24908/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2025 года.

В полном объеме постановление изготовлено 28 августа 2025 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе

председательствующего судьи Качукова С.Б.

судей Кушнаревой Н.П., Фирсова А.Д.

при участии в судебном заседании представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО2 (доверенность от 14.12.2023),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО3 на решение Арбитражного суда Красноярского края от 25 сентября 2024 года по делу № А33-24908/2023 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 20 марта 2025 года по тому же делу,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>, далее также – предприниматель ФИО3, истец) обратился в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>, далее также – предприниматель ФИО1, ответчик) об истребовании из незаконного владения последнего имущества, указанного в приложении № 1 к исковому заявлению, а именно – имущества по приведенному перечню стоимостью 467 399 рублей 23 копейки и торгового оборудования (стеллаж, витрины, компьютер, МФУ, кассовый аппарат), а также о взыскании упущенной выгоды в сумме 1 921 402 рубля 85 копеек.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 25 сентября 2024 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20 марта 2025 года, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, предприниматель ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просила их отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении иска.

В поданной жалобе истец сослался на неправильное применение судами норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам и, как следствие, на ошибочность их выводов об отсутствии оснований для удовлетворения предъявленного иска. В частности, истец указал, что суды необоснованно не приняли во внимание его доводы о наличии у ответчика (арендодателя) обязанности заключить с ним дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку уплаты арендной платы на основании постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439. По мнению истца, ввиду незаконных действий ответчика по несоблюдению названной выше обязанности и последующему расторжению заключенного ими договора аренды в одностороннем порядке, он (истец) не смог продолжить пользоваться арендуемым помещением в целях осуществления предпринимательской деятельности и извлекать из этой деятельности запланированный доход. Кроме того, истец указал на необоснованное отклонение судами доказательств, представленных им в подтверждение принадлежности ему истребуемого имущества, а также на отсутствие оснований для возникновения у ответчика права залога на все имущество, находившееся в арендуемом помещении, поскольку стоимость этого имущества превышает размер задолженности, имеющейся у него (истца) на момент расторжения договора аренды.

Определением заместителя председателя Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 11 августа 2025 года в связи с длительным отсутствием ввиду нахождения в отпуске судьи Яцкевич Ю.С. в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктами 31, 37 Регламента арбитражных судов Российской Федерации произведена замена в составе судей, рассматривающих кассационную жалобу по настоящему делу: судья Яцкевич Ю.С. заменена на судью Кушнареву Н.П.

В связи с заменой в составе суда рассмотрение дела произведено с самого начала.

В настоящем судебном заседании представитель ответчика указал на несостоятельность доводов истца, в связи с чем просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Истец своих представителей в заседание не направил, о времени и месте его проведения в соответствии со статьями 123 и 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считается извещенным надлежащим образом.

Определение о принятии кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания по ее рассмотрению от 6 июня 2025 года выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, и направлено участвующим в деле лицам посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» (kad.arbitr.ru).

На основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в отсутствие представителя истца.

Проверив в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из доводов, изложенных в кассационной жалобе, правильность применения судом первой инстанции и апелляционным судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов этого суда о применении норм права установленным им по делу обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, предприниматель ФИО1 (арендодатель) и предприниматель ФИО3 (арендатор) заключили договор аренды нежилого помещения от 01.12.2019 № 2019/12/02, согласно которому арендодатель передал арендатору во временное владение и пользование часть нежилого помещения № 16 площадью 26,4 кв. м (из них: торговая площадь – 13,2 кв. м, площадь складского помещения – 13,2 кв. м), расположенного на первом этаже здания по адресу: <...> (торговый комплекс «Славянский»).

По условиям договора (пункты 5.2 и 5.3) сумма базовой арендной платы за помещение составила 26 400 рублей в месяц, при этом арендная плата подлежала внесению арендатором ежемесячно не позднее 5 (пятого) числа текущего месяца.

В соответствии с пунктом 3.1.1 договора арендатор обязался своевременно уплачивать арендную плату, вносить и своевременно пополнять в течение всего срока аренды обеспечительный платеж, а также надлежащим образом исполнять иные денежные обязательства, установленные договором.

В пункте 5.12 договора предусмотрено, что при просрочке внесения арендной платы (в полном объеме или частично) на срок свыше 7 (семи) календарных дней арендодатель вправе без какого-либо дополнительного предупреждения ограничить доступ или воспрепятствовать деятельности арендатора на арендуемых площадях и удерживать находящееся в помещении оборудование и иное имущество в целях обеспечения исполнения им своих обязательств по договору. Ограничение доступа может производиться любыми доступными способами, препятствующими осуществлению арендатором своей деятельности на арендованных площадях (в том числе путем смены замков входной группы помещения, установления пропускного режима и т.д.) В этом случае арендодатель вправе потребовать от арендатора помимо уплаты удвоенной арендной платы возмещения убытков, причиненных арендодателю (в том числе расходов на хранение и охрану имущества арендатора, упущенную выгоду). С момента ограничения доступа в помещение у арендодателя возникает право залога на все имущество, находящееся в нем. Правила этого пункта применяются к отношениям сторон также после истечения предусмотренного договором срока аренды. Арендодатель не несет риска возможных убытков арендатора, причиненных указанными в этом пункте действиями арендодателя, а также не несет ответственности за сохранность имущества, находящегося в помещении, и не обязан обеспечивать его охрану в случае совершения арендодателем или третьими лицами по его указанию действий, указанных в этом пункте. Подписанием договора арендатор подтверждает отсутствие возражений или иных претензий в случае совершения арендодателем или третьими лицами по его указанию указанных в этом пункте действий. Данные действия будут считаться совершенными с согласия арендатора, независимо от дальнейшего неодобрения таких действий.

В пункте 9.7 договора стороны пришли к соглашению, что вне зависимости от иных положений договора, не исключая и не ограничивая каким-либо образом возможность реализации арендодателем иных прав по договору, арендодатель в случаях и в порядке, предусмотренных приложением к договору («соглашение о залоге»), приобретает право залога на имущество арендатора в обеспечение исполнения любых его денежных обязательств по договору, в том числе тех, которые возникнут в будущем (обеспечиваемые обязательства).

Во исполнение положений пункта 9.7 договора его стороны заключили соглашение о залоге от 01.12.2019, согласно которому в случае ненадлежащего исполнения арендатором денежных обязательств по договору у арендодателя автоматически возникает право залога на все имущество, находящееся в арендуемом помещении, включая товары в обороте (предмет залога), с момента наступления обстоятельств, предусмотренных пунктом 5.18 договора, о чем арендатор письменно не уведомляется арендодателем. В случае, если предметом залога по соглашению о залоге выступает товар в обороте, к правоотношениям сторон применяются правила статьи 357 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 соглашения).

Согласно пункту 7 соглашения о залоге стоимость предмета залога определяется как размер базовой арендной платы за один месяц.

В процессе исполнения указанного договора в период действия в Красноярском крае ограничительных мер, направленных на предотвращение распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), арендатор обратился в адрес арендодателя с заявлением от 21.08.2020 о заключении дополнительного соглашения, предусматривающего отсрочку уплаты арендной платы в 2020 году, на основании статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ и постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439.

В свою очередь арендодатель направил арендатору претензию от 21.08.2020 № 08/Лит с требованием об оплате в срок до 31.08.2020 образовавшейся задолженности по договору аренды в сумме 66 000 рублей, указав при этом, что при отсутствии оплаты по истечении установленного срока им будут применены положения пунктов 5.12, 5.13, 6.10 и 9.7 этого договора.

В ответ на указанную претензию арендатор сообщил арендодателю о том, что в связи с наличием у последнего вытекающей из статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ и постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 обязанности предоставить отсрочку уплаты арендной платы у него (арендодателя) отсутствует право требовать уплаты арендной платы и применения положений договора об ограничении доступа в арендованное помещение, удержания имущества и расторжения договора в одностороннем внесудебном порядке.

Ввиду того, что арендатор не внес указанную выше сумму арендной платы, арендодатель с 08.09.2020 ограничил ему доступ в арендованное помещение, а 24.09.2020 в одностороннем порядке вывез находившееся в арендованном помещении имущество арендатора, о чем составил акт описи имущества в порядке принятия мер по задолженности от 25.09.2022. В указанном акте арендодатель указал, что перечисленное в нем имущество принимается им в залог на основании договора от 01.12.2019 № 2019/12/02.

По утверждению истца (арендатора), после ограничения доступа в арендованное помещение арендодатель передал его в аренду другому лицу, чем в одностороннем порядке расторг договор аренды.

Ссылаясь на то, что ответчик (арендодатель) незаконно ограничил ему доступ в арендованное помещение, а также неправомерно удержал принадлежащее ему имущество, чем лишил его возможности осуществлять коммерческую деятельность с извлечением прибыли, предприниматель ФИО3 обратилась в арбитражный суд с настоящим иском об истребовании из незаконного владения ответчика указанного истцом имущества стоимостью 467 399 рублей 23 копейки и торгового оборудования, а также о взыскании с него упущенной выгоды в сумме 1 921 402 рубля 85 копеек.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 15, 209, 301, 307, 393, 606, 610, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 32, 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пунктах 3, 4, 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», и, установив, что действия арендодателя по расторжению договора аренды и удержанию имущества арендатора соответствуют условиями договора аренды, а также что истцом не представлены доказательства принадлежности ему истребуемого имущества и фактического нахождения этого имущества у ответчика, пришел к выводу об отсутствии оснований как для его истребования от ответчика, так и для взыскания с последнего убытков. При этом суд исходил из того, что основной вид экономической деятельности ответчика (код ОКВЭД 47.19) не входил в Перечень отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434, в связи с чем пришел к выводу об обоснованности отказа арендодателя от заключения дополнительного соглашения к договору аренды, предусматривающего отсрочку уплаты арендной платы в 2020 году.

По результатам повторного рассмотрения дела апелляционный суд выводы суда первой инстанции поддержал, указав при этом, что, вопреки позиции суда первой инстанции, осуществляемый им основной вид экономической деятельности включен в Перечень отраслей, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434, и на него распространяется действие постановления Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 в части предоставления отсрочки уплаты арендной платы. Однако, согласно выводам апелляционного суда, указанное обстоятельство не привело к принятию неправильного решения, поскольку после истечения срока действия установленной постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 отсрочки арендатор не оплатил образовавшуюся задолженность по арендной плате за период до прекращения договора, в связи с чем действия арендодателя по ограничению ему доступа в арендованное помещение и по удержанию его имущества являются правомерными, что исключает возможность взыскания с него убытков (упущенной выгоды).

Между тем принятые судом первой инстанции и апелляционным судом решение и постановление подлежат отмене.

В соответствии с пунктом 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

Согласно пункту 1 статьи 611 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

В силу пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Из содержания норм главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательства сторон по договору аренды являются взаимными – арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, позволяющем использовать его в соответствии с условиями договора и назначением имущества, в то время как арендатор, получив возможность такого использования, обязан вносить арендную плату.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, истец (арендатор) просил истребовать из незаконного владения ответчика (арендодателя) изъятое из арендованного помещения и удерживаемое им имущество (в том числе торговое оборудования), а также взыскать с него упущенную выгоду в сумме 1 921 402 рубля 85 копеек. При этом в подтверждение своих требований истец сослался на необоснованный отказ ответчика в предоставлении ему предусмотренной Федеральным законом от 01.04.2020 № 98-ФЗ и постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 отсрочки уплаты арендной платы и, как следствие, на незаконные ограничение ему доступа в арендованное помещение и фактическое расторжение ответчиком договора аренды в одностороннем порядке (мотивированные невнесением арендной платы), а также на неправомерные изъятие и удержание принадлежащего ему имущества.

Возражая против предъявленного иска, ответчик указывал на правомерность своих действий и, в частности, на отсутствие оснований для предоставления истцу отсрочки уплаты арендной платы.

Частью 1 статьи 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ предусмотрено, что в отношении договоров аренды недвижимого имущества, заключенных до принятия в 2020 году органом государственной власти субъекта Российской Федерации в соответствии со статьей 11 Федерального закона от 21.12.1994 № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (в редакции этого закона) решения о введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации, в течение 30 дней со дня обращения арендатора соответствующего объекта недвижимого имущества арендодатель обязан заключить дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку уплаты арендной платы, предусмотренной в 2020 году. Требования к условиям и срокам такой отсрочки устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Соответствующие требования к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества предусмотрены постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439.

Согласно этому постановлению отсрочка уплаты арендной платы, предусмотренной в 2020 году за использование недвижимого имущества по договорам аренды недвижимого имущества, которые заключены до принятия в 2020 году органом государственной власти субъекта Российской Федерации решения о введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации, предоставляется арендаторам – организациям и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции (пункт 1). Отсрочка предоставляется в отношении недвижимого имущества, находящегося в государственной, муниципальной или частной собственности, за исключением жилых помещений (пункт 2).

Пунктом 3 Требований предусмотрено, что отсрочка предоставляется на срок до 01.10.2020 начиная с даты введения режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации на следующих условиях: а) задолженность по арендной плате подлежит уплате не ранее 01.01.2021 и не позднее 01.01.2023 поэтапно не чаще одного раза в месяц, равными платежами, размер которых не превышает размера половины ежемесячной арендной платы по договору аренды; б) отсрочка предоставляется на срок действия режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации в размере арендной платы за соответствующий период и в объеме 50 процентов арендной платы за соответствующий период со дня прекращения действия режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации до 01.10.2020; в) штрафы, проценты за пользование чужими денежными средствами или иные меры ответственности в связи с несоблюдением арендатором порядка и сроков внесения арендной платы (в том числе в случаях, если такие меры предусмотрены договором аренды) в связи с отсрочкой не применяются.

Исходя из содержания указанных норм, на арендодателя недвижимого имущества по договору аренды, заключенному до даты введения на территории субъекта Российской Федерации режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации, в силу прямого указания закона возложена обязанность заключить с арендатором такого имущества дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку уплаты предусмотренной в 2020 году арендной платы. При этом право на получение отсрочки уплаты арендной платы предоставлено арендаторам – организациям и индивидуальным предпринимателям, осуществляющим деятельность в отраслях российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции.

На территории Красноярского края режим повышенной готовности был введен с 16.03.2020 постановлением Правительства Красноярского края от 16.03.2020 № 152-п, ограничительные меры были введены с 28.03.2020 указом губернатора Красноярского края от 27.03.2020 № 71-уг «О дополнительных мерах, направленных на предупреждение распространения коронавирусной инфекции, вызванной 2019-nCOV на территории Красноярского края».

Признавая предъявленные истцом требования необоснованными, суд первой инстанции исходил из того, что осуществляемый им основной вид экономической деятельности (47.19 – торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах) не входил в Перечень отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденный постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 434, в связи с чем он не вправе был претендовать на получение отсрочки уплаты арендной платы, должен был вносить ее в период с апреля по сентябрь 2020 год, а отказ арендодателя от заключения дополнительного соглашения к договору аренды, предусматривающего такую отсрочку, являлся правомерным.

Между тем данные выводы суда первой инстанции являются ошибочными, поскольку названный выше вид экономической деятельности, указанный в выписке из ЕГРИП для истца в качестве основного, включен в данный Перечень.

Апелляционный суд указал на ошибочность этих выводов суда первой инстанции, однако, оставляя решение без изменения, исходил из того, что после истечения срока действия установленной постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 отсрочки истец не оплатил задолженность по арендной плате, образовавшуюся за период до прекращения договора аренды. По выводам апелляционного суда, это свидетельствует об отсутствии оснований для признания действий ответчика по ограничению истцу доступа в арендованное помещение, фактическому одностороннему отказу от договора аренды, изъятию и удержанию его имущества неправомерными и исключает возможность взыскания с него убытков (упущенной выгоды).

Однако с учетом положений статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерность названных выше действий ответчика подлежит определению по состоянию на дату совершения этих действий. Как указано выше, предъявляя требование о взыскании упущенной выгоды, истец ссылался на то, что в результате неправомерного, не имеющего под собой законных оснований ограничения ему доступа в арендованное помещение и фактического расторжения ответчиком договора аренды он был лишен возможности использовать это помещение в своей деятельности на основании заключенного договора и извлекать из этого доход. В этой связи факт невнесения истцом арендной платы за период с апреля по сентябрь 2020 года после истечения предусмотренного постановлением Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 439 периода отсрочки не может свидетельствовать о правомерности его действий по ограничению доступа в арендованное помещение и фактическому расторжению договора аренды, совершенных в сентябре 2020 года, и, как следствие, само по себе не может исключать возможность истца требовать возмещения причиненных в связи с этим убытков.

Каких-либо иных оснований для отказа в удовлетворении требования истца о взыскании убытков в виде упущенной выгоды суды в принятых по делу решении и постановлении не указали, сам факт наличия убытков (упущенной выгоды) и их размер в нарушение требований части 1 статьи 65 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не проверяли.

Отказывая в удовлетворении иска в части требования об истребовании от ответчика имущества, изъятого им из арендованного помещения 24.09.2020, суды исходили из недоказанности истцом принадлежности ему этого имущества, его фактического наличия в арендованном помещении на момент изъятия и нахождения этого имущества у ответчика.

Между тем, делая указанные выводы, суды не учли, что ответчик не отрицал факт изъятия из арендованного истцом помещения находившегося в нем имущества и, более того, представил в материалы дела акт описи имущества в порядке принятия мер по задолженности от 25.09.2020, составленный им в одностороннем порядке в присутствии двух свидетелей при изъятии этого имущества и вывозе его из арендованного помещения. В этом акте ответчик отразил 35 позиций изъятого имущества, в 34-х из которых указал конкретное имущество, а в качестве 35-й позиции указал на изъятие коробок с товаром в количестве 61 штука.

Разрешая настоящий спор и ссылаясь на недоказанность истцом принадлежности ему спорного имущества и его изъятия ответчиком, суды в нарушение требований статьи 71 и части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не соотнесли перечень истребуемого имущества, указанного истцом в представленных актах инвентаризации, и перечень имущества, отраженный ответчиком в акте описи имущества от 25.09.2020. Кроме того, суды также не учли, что, действуя добросовестно и разумно с учетом прав и законных интересов другой стороны обязательства (пункт 3 статьи 1, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), ответчик (арендодатель) при одностороннем ограничении истцу доступа в арендованное помещение и изъятии находящегося в этом помещении имущества в целях его последующего удержания и возможного обращения взыскания на него должен надлежащим образом детально описать и идентифицировать в акте все изымаемое имущество. В этой связи, поскольку в составленном акте от 25.09.2020 ответчик отразил часть имущества, изъятого из арендованного истцом помещения, как коробки с товаром в количестве 61 штука, исходя из положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в такой ситуации именно на него должно быть возложено бремя доказывания того, какое именно имущество было изъято им из арендованного помещения.

Кроме того, делая выводы об отсутствии оснований для истребования имущества из незаконного владения ответчика и ссылаясь при этом на наличие у него оснований для его удержания согласно условиям договора аренды от 01.12.2019 № 2019/12/02 и являющегося приложением к нему соглашения о залоге, суды не учли следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 359 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор, у которого находится вещь, подлежащая передаче должнику либо лицу, указанному должником, вправе в случае неисполнения должником в срок обязательства по оплате этой вещи или возмещению кредитору связанных с нею издержек и других убытков удерживать ее до тех пор, пока соответствующее обязательство не будет исполнено. Удержанием вещи могут обеспечиваться также требования хотя и не связанные с оплатой вещи или возмещением издержек на нее и других убытков, но возникшие из обязательства, стороны которого действуют как предприниматели.

С экономической точки зрения смысл удержания как способа обеспечения исполнения обязательства заключается в том, что отстранение собственника от владения вещью должно побудить его к наиболее оперативному погашению долга перед кредитором в целях возврата имущества. Это обусловлено тем, что в период, пока вещь удерживается, отсутствует возможность пользования ею, извлечения из нее доходов и выгоды.

Если становится очевидно, что цель склонить должника к скорейшим расчетам не может быть достигнута (например, должник не проявляет интерес к возврату имущества), действующему добросовестно ретентору в разумный срок следует обратить взыскание на имущество в порядке, предусмотренном для удовлетворения требований, обеспеченных залогом (статья 360 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, при нормальном обороте удержание не может длиться бессрочно, оно должно быть ограничено разумно достаточным периодом для реализации кредитором своих прав.

Если суд в ходе рассмотрения дела придет к выводу об удержании имущества сверх должного, следует учесть, что в обычном гражданском обороте (при наличии положительных финансовых показателей у сторон спорных правоотношений) такой вывод должен повлечь необходимость обращения взыскания на имущество должника в принудительном порядке с передачей ему оставшихся после погашения долга денежных средств.

Соответствующая правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2019 № 301-ЭС19-2351.

В рассматриваемом случае ответчик удерживает изъятое имущество начиная с 24.09.2020, при этом до настоящего времени он не предпринял действий, направленных на взыскание имеющейся задолженности по арендной плате и обращение взыскания на удерживаемое имущество. Ответчик также не произвел оценку рыночной стоимости этого имущества с целью определения соразмерности применяемой им обеспечительной меры размеру неисполненного обязательства (по утверждению истца, стоимость изъятого и удерживаемого ответчиком имущества (товарных остатков) составляет 467 399 рублей 23 копейки, сумма задолженности по арендной плате за период с 01.04.2020 по 24.09.2020 по расчетам ответчика составляет 87 120 рублей).

Согласно пункту 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя). В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, требование залогодержателя может быть удовлетворено путем передачи предмета залога залогодержателю (оставления у залогодержателя).

В силу пунктов 1 и 2 статьи 350.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, если взыскание на заложенное имущество обращается во внесудебном порядке, его реализация осуществляется посредством продажи с торгов, проводимых в соответствии с правилами, предусмотренными этим Кодексом или соглашением между залогодателем и залогодержателем. Если залогодателем является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, соглашением между залогодателем и залогодержателем может быть также предусмотрено, что реализация заложенного имущества осуществляется путем: оставления залогодержателем предмета залога за собой, в том числе посредством поступления предмета залога в собственность залогодержателя, по цене и на иных условиях, которые определены указанным соглашением, но не ниже рыночной стоимости; продажи предмета залога залогодержателем другому лицу по цене не ниже рыночной стоимости с удержанием из вырученных денег суммы обеспеченного залогом обязательства. В случае, если стоимость оставляемого за залогодержателем или отчуждаемого третьему лицу имущества превышает размер неисполненного обязательства, обеспеченного залогом, разница подлежит выплате залогодателю.

В соглашении о залоге от 01.12.2019 (пункты 6 и 13) стороны предусмотрели возможность обращения арендодателем взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, а также возможность его реализации как путем оставления за собой, в том числе посредством поступления предмета залога в его собственность, по рыночной стоимости (с проведением арендодателем при необходимости независимой оценки), так и путем продажи другому лицу по цене не ниже рыночной стоимости. По условиям соглашения о реализации заложенного имущества одним из указанных способов арендодатель должен письменно уведомить арендатора.

Несмотря на приведенные нормы закона и условия договора, в ходе рассмотрения дела ответчик не представил ни доказательств проведения оценки рыночной стоимости удерживаемого заложенного имущества, ни доказательств обращения на него взыскания тем или иным способом с обязательным письменным уведомлением об этом истца (арендатора).

Доводы ответчика о том, что в соответствии с соглашением о залоге от 01.12.2019 (пункт 7) залоговая стоимость удерживаемого имущества независимо от его состава и размера и его начальная продажная цена равны размеру базовой арендной платы за один месяц (26 400 рублей), являются несостоятельными, поскольку в указанной части соглашение о залоге не соответствует названной выше норме пункта 2 статьи 350.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей необходимость определения рыночной стоимости заложенного имущества.

Залог является способом обеспечения исполнения обязательства и его применение и реализация, также как и любого иного способа обеспечения, должны быть соразмерны сумме неисполненного основного обязательства. В этой связи изъятие и удержание кредитором в течение длительного периода времени (более четырех лет) заложенного имущества без проведения оценки его рыночной стоимости и без обращения на него взыскания нарушают принципы справедливости, соразмерности и правовой определенности (с учетом утверждения истца о значительном превышении стоимости удерживаемого заложенного имущества над суммой неисполненного основного обязательства).

Более того, в соответствии со статьей 357 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение которой к своим отношениям стороны согласовали в соглашении, залог товаров в обороте предполагает их оставление у залогодателя.

Доводы ответчика о том, что по условиям заключенного договора аренды от 01.12.2019 № 2019/12/02 истец выразил безоговорочное согласие с применением в отношении него и его имущества всех описанных мер воздействия с отказом от последующего заявления каких-либо возражений, являются необоснованными и также подлежат отклонению, поскольку соответствующие способы обеспечения исполнения обязательства могут быть реализованы только с соблюдением установленных гражданским законодательством условий их применения. При применении данных условий договора судам следовало дать им оценку на предмет соответствия разъяснениям, содержащимся в пункте 10 постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах».

С учетом изложенного, ввиду неправильного применения судами норм материального права и невыяснения ими всех обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда не могут быть признаны законными и обоснованными, как того требует часть 4 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 и частями 1 и 2 статьи 288 этого Кодекса подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть изложенное выше, исследовать и дать оценку всем имеющимся в материалах дела доказательствам и доводам сторон с отражением результатов такой оценки в судебном акте, установить обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, применить подлежащие применению к отношениям сторон нормы материального права и разрешить имеющийся спор. Кроме того, по итогам рассмотрения дела суду также следует распределить между сторонами расходы на уплату государственной пошлины, понесенные истцом при подаче кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 25 сентября 2024 года по делу № А33-24908/2023 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 20 марта 2025 года по тому же делу отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Красноярского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий С.Б. Качуков

Судьи Н.П. Кушнарева

А.Д. Фирсов