Постановление по делу № 09АП-2986/2025 от 14.05.2025.

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП -4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес веб-сайта: http://9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№09АП-2986/2025

г. Москва Дело № А40-252910/23

14 мая 2025г.

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2025г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 мая 2025г.

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Н. Кухаренко,

судей Т.В. Захаровой, В.В. Валюшкиной,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Т.Ф. Махаури,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на решение Арбитражного суда города Москвы от 17.01.2025

по делу №А40-252910/23,

по иску ФИО1

к ответчику обществу с ограниченной ответственностью «Яндекс» (ОГРН: 18.09.2002, ИНН: <***>)

о взыскании,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1 (паспорт)

от ответчика: ФИО2 по доверенности от 25.09.2023,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Яндекс» о возмещении вреда, причиненного недобросовестным ведением переговоров, в сумме 10 000 000 руб.

Решением суда от 17.01.2025 в удовлетворении исковых требований отказано.

ФИО1, не согласившись с решением суда, подал апелляционную жалобу, в которой считает его незаконным, необоснованным.

В своей жалобе заявитель указывает на то, что не мог защитить в полной мере свои права вследствие обстоятельств непреодолимой силы.

Указывает на то, что вывод суда первой инстанции о недоказанности факта заинтересованности ответчика в сотрудничестве с заявителем, не обоснован.

Кроме того полагает, что срок исковой давности не пропущен.

По доводам, приведенным в жалобе, заявитель просит решение суда отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании апелляционного суда заявитель доводы жалобы поддерживает в полном объеме.

Ответчик с доводами жалобы не согласен, решение суда считает законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Как усматривается из материалов дела, в 2017-м году ФИО1 (заявитель, автор, истец) был выдан патент № 2631752 на основании заявки №2015135630 (приоритет РСТ от 31 марта 2015г.) с наименованием изобретения: «Способ управления движением транспортных средств, устройство и система для его реализации».

Указанное изобретение и коммерческий проект на его основе (коммерческое наименование проекта — «FreeRoads»), целью которого является оптимизация внутригородской логистики, предполагающий возможность поиска попутчиков со схожими маршрутами, по мнению заявителя, являлось коммерчески привлекательным для организаторов пассажироперевозок, в частности, ООО «Яндекс» (ответчик), находившегося в поиске инновационных решений для активно развивающегося направления такси.

Руководствуясь вышеизложенным, на стадии подготовки патента (в период действия приоритета РСТ) заявитель обратился к ответчику с предложением о проведении переговоров касательно возможности дальнейшего совместного развития проекта «FreeRoads».

Переговоры между заявителем и ответчиком велись на протяжении периода с 07.07.2016г. по 20.07.2022г.

В рамках указанных переговоров заявителем были предложены для оценки как технические характеристики проекта, так и некоторые из коммерческих направлений вывода проекта на самоокупаемость, причем как в рамках отдельного направления, так и совокупно с сервисом «Яндекс.Такси».

Указанные переговоры проходили как в рамках переписки, так и путем прямых встреч в офисе ответчика по адресу: ул. Льва Толстого, <...>.

По итогам указанных переговоров управляющим директором ответчика ФИО3 заявителю было сообщено, что интерес ответчика к указанному проекту отсутствует.

Заявитель, не оставляя попыток возобновить переговоры, приступил к осуществлению действий по окончательной регистрации патента.

В свою очередь, непосредственно после окончания переговоров с заявителем, ответчиком были запущены несколько вариантов реализации его изобретения, и запускаются, периодически по сей день.

Указанные варианты принципиально направлены на достижение тех же целей, что и запатентованное изобретение заявителя, в отношении которого осуществлялись переговоры между заявителем и ответчиком.

Так, к изобретению заявителя относятся следующие варианты реализации функций изобретения:

1) Альтернативные точки посадки.

Позволяет вычислить наиболее эффективные точки посадки пассажира, для достижения минимального времени движения по пути к пункту назначения, включая возможность дойти пешком до таких точек.

Примеры использования Ответчиком:

https://go.yandex/ru_ru/lp/care/cheaper_pickups

https://taxi.yandex.ru/blog/5-vozmozlmostey-yandeks-taksi-o-kotorykh-znayut-ne-vse/

2) Альтернативные точки высадки

Позволяет вычислить наиболее эффективные точки высадки пассажира, для достижения минимального времени движения по пути к пункту назначения, включая возможность уйти пешком от таких точек.

Примеры использования ответчиком:

https://yandex.ru/company/news/25-l1-22

3) Режимы «По пути», «По делам», «Мой район»

Позволяет вычислить наиболее эффективные попутные поездки, исходя из специально заданных параметров, таких как, например направление домой, по делам, по определенному направлению; движение в заданном радиусе, районе, что в разы сокращает время движения в заданные пункты с пассажирами.

Примеры использования ответчиком:

https://www.youtube.com/watch?v=puFZKnYgWK4

https://pro.yandex.ru/ru-ru/moskva/knowledge-base/taxi/app/homeward

4) Тариф «Вместе» (ФИО4)

Позволяет заказать такси с другим пассажиром в попутном направлении, учитывая наиболее эффективные варианты.

Примеры использования ответчиком:

https://taxi.yandex.ru/blog/chto-takoe-tarif-vmeste-i-kak-on-rabotaet

https://go.yandex/ru_ru/lp/rides/carpool

https://www.youtube.com/@user-lq21j3sj1i/search?query=комбо

5) Алгоритм, запрещающий посадку высадку пассажиров

Позволяет определить наиболее эффективную точку посадки пассажира, разрешенную по правилам дорожного движения.

Примеры использования ответчиком:

https://www.forbes.ru/tekhnologii/499167-andeks-taksi-nacal-testirovat-zapret-na-podacu-masiny-v-mesta-bez-stoanok

При этом, 26.07.2018г. от ООО «Яндекс», как заинтересованного лица, поступило возражение относительно указанного патента.

Рассмотрев представленное возражение, ФГУ «Палата по патентным спорам Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам» принято решение № 2015135630/11 (2631752) от 06.08.2019г. об удовлетворении возражения и признании патента недействительным полностью.

В ходе патентного спора ответчик не смог оспорить все пункты формулы. В результате им же и коллегией ППС, было признано на заседании внесение изменений в формулу.

По мнению истца, принимая во внимание описание вариантов реализации изобретения, становится очевидным наличие крайне близких сходств (до степени смешения) используемых ответчиком вариантов реализации формулы заявителя с вариантом формулы, который был утвержден коллегией ППС с учетом возражений ответчика:

Способ управления движением транспортных средств, при котором:

- соединяют посредством объединенной сети клиентские устройства участников дорожного движения, имеющие блок позиционирования и навигации, с сервером, имеющим модуль нахождения оптимальных рекомендаций построения маршрута для каждого участника дорожного движения, соединенный с модулем осуществления двусторонней связи с упомянутыми клиентскими устройствами участников дорожного движения,

- отправляют на сервер данные от всех участников дорожного движения, соответствующие параметрам предполагаемого маршрута,

- находят оптимальные рекомендации построения маршрута для каждого участника дорожного движения,

- отправляют вычисленную рекомендацию на клиентское устройство для каждого участника дорожного движения,

отличающийся тем, что

- создают базу данных персональных данных и всех маршрутов всех участников дорожного движения,

- производят персонализацию участников дорожного движения по указанной базе данных персональных данных и всех маршрутов всех участников дорожного движения,

- находят оптимальные рекомендации построения маршрута для каждого участника дорожного движения путем формирования предложения общего транспортного средства для участников дорожного движения, у которых по меньшей мере частично совпадают маршруты движения,

- определяют место посадки, высадки таким образом, чтобы обеспечить наименьшую потерю времени.

- способ по п. 1, отличающийся тем, что вычисляют эффективность применения данного способа и передают данные, соответствующие результатам вычислений на клиентские устройства участников дорожного движения, (внесенный на заседании ППС признак).

В рамках переговоров, в свою очередь, именно указанные варианты позиционировались сторонами как возможное решение проблем такси с использованием решений заявителя, что явно говорит о недобросовестном использовании указанных решений ответчиком, принимая во внимание тот факт, что ответчик имел доступ к опубликованной патентной заявке до запуска своих обновлений, включая формулу изобретения.

Как указывает официальный сайт ответчика, все перечисленные варианты реализации используются по настоящий 2023 год, некоторые из которых запущены с 2017 года.

Таким образом, с 2017 года (непосредственно после начала переговоров между заявителем и ответчиком) ответчик своими конклюдентными действиями выразил непосредственное желание не только использовать изобретение, схожее с изобретением ответчика, но и извлечь из такого использования коммерческую выгоду.

При этом одновременно ответчиком были предприняты непосредственные действия, направленные на прекращение интеллектуальных прав заявителя на изобретение.

По мнению истца, вышеизложенные обстоятельства свидетельствуют не только о заинтересованности ответчика в проекте заявителя, но и о наличии у ответчика умысла в присвоении результатов работы заявителя.

Также, истец пояснил, что в процессе переговоров с ответчиком заявитель неоднократно раскрывал ответчику принципиальные и технические особенности объекта интеллектуальной собственности, полагаясь на добросовестность и деловую репутацию ответчика.

Так, 19 июля 2019 года заявитель представил ответчику стратегические предложения по внедрению и монетизации объекта интеллектуальной собственности.

Обращение заявителя, содержащее указанное предложение, было зарегистрировано ответчиком, в частности, за #19071907192203360 от 20.07.2019г.

Однако ответчик сообщил об отсутствии заинтересованности в рассмотрении указанного предложения.

Между тем, заявитель посчитал, что указанное предложение было рассмотрено и не только принято во внимание, но и использовано впоследствии в 2022 году.

05 декабря 2022 года ответчиком был запущен тариф «Вместе», представлявший собой поиск попутчиков для совместной поездки в приложении «Яндекс.Такси», принцип работы которого также представляется заявителю крайне схожим с его изобретением.

Заявитель возвращался к попыткам переговоров неоднократно в период до 07.11.2019г., однако после запуска сервиса «Яндекс.Попутка» ответчик предпочел игнорировать такие попытки заявителя.

Также, 19.03.2018г. заявитель обнаружил, что ответчик в своих сервисах частично использует элементы изобретения заявителя, о чем уведомил ответчика вначале по электронной почте, а в дальнейшем письмом от 19.04.2018г. (РПО № 1071432206608). Указанное письмо было получено адресатом, в чем у заявителя имеется уведомление о вручении. Ответа на указанное письмо заявителю не поступало.

Более того, как стало известно заявителю из открытых источников, разработка заявителя используется ответчиком все более и более интенсивно. Так, если ранее речь шла про функции, с помощью которых осуществлялся поиск попутчиков, то в настоящий момент функционал изобретения заявителя, в частности, определение точки посадки, отвечающей правилам дорожного движения и сокращающей время в пути, является обязательной частью алгоритма вызова такси в приложении «ЯндексТакси». Указанная функция была внедрена ответчиком в качестве обязательной 25.10.2023г.

При этом сервисы поиска попутчиков, либо обновления, работа которых использует новые инструменты логистики, основанных на объединении маршрутов попутчиков, концептуально и (вероятнее всего) технически основанные на изобретении заявителя регулярно возобновляют работу в сервисах ответчика, что является непосредственным свидетельством их коммерческой привлекательности и состоятельности.

При этом ответчик в рамках переговоров (при их прекращении) указал, что предложенные заявителем функции не могут найти коммерческого применения в составе сервисов ответчика.

Таким образом, действия ответчика содержат признаки недобросовестного ведения переговоров, что силу ст. 434.1 ГК РФ является основанием для возмещения убытков, причиненных таковыми переговорами.

В соответствии с п. п. 3-4 ст. 434.1 ГК РФ, при вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

1) предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;

2) внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать.

Сторона, которая ведет или прерывает переговоры о заключении договора недобросовестно, обязана возместить другой стороне причиненные этим убытки.

Убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Если в ходе переговоров о заключении договора сторона получает информацию, которая передается ей другой стороной в качестве конфиденциальной, она обязана не раскрывать эту информацию и не использовать ее ненадлежащим образом для своих целей независимо от того, будет ли заключен договор. При нарушении этой обязанности она должна возместить другой стороне убытки, причиненные в результате раскрытия конфиденциальной информации или использования ее для своих целей.

В соответствии с п. 19 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные п. 1 и 2 ст. 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

Таким образом, по мнению заявителя, фактом недобросовестного поведения ответчика, приведшего к убыткам для заявителя, являются:

1. ответчик первоначально ввел заявителя в заблуждение относительно своей готовности участвовать в переговорах относительно сотрудничества в сфере использования изобретения заявителя;

2. ответчик после получения достаточной информации относительно изобретения заявителя прекратил всяческую коммуникацию с заявителем;

3. ответчик сообщил заявителю, что не заинтересован в использовании изобретения заявителя;

4. ответчик воспрепятствовал заявителю в получении права на защиту изобретения, оспорив патент заявителя;

5. ответчик использует функции изобретения заявителя в своих сервисах.

Каждое обстоятельство по отдельности является достаточным свидетельством некорректного, недобросовестного ведения переговоров, направленного на получение у заявителя достаточного количества информации об изобретении, и в тоже время — избежание заключения каких бы то ни было обязывающих соглашений.

Заявитель посчитал, что недобросовестные действия ответчика были направлены не только на получение сведений об изобретении заявителя как об объекте интеллектуального права. Ответчик недобросовестным путем получил инновацию на уровне, как идеи, так и подходов к реализации, которую впоследствии использовал в своих сервисах.

Заявитель, по собственному убеждению, основанному на ранее изложенных обстоятельствах, является не только разработчиком алгоритма, позволяющего осуществлять поиск попутчиков, определять удобные точки посадки и иными способами оптимизировать использование транспортных средств; Заявитель является автором идеи о возможности такой оптимизации с использованием публично доступных сервисов.

Таким образом, заявитель полагает, что ответчик, действуя недобросовестно, не только присвоил техническую составляющую изобретения заявителя — ответчик присвоил идею, которая имеет широчайший потенциал, которым ответчик пользуется все активнее.

На основании вышеизложенного заявитель полагает правомерным требовать от ответчика возмещения убытков, причиненных недобросовестным ведением переговоров.

Заявитель, принимая во внимание длительность и трудозатраты, связанные с работой над проектом, а также иные обстоятельства, такие как итоговые (полученные и расчетные) финансовые результаты ответчика, полученные им при использовании указанного проекта, а также коммерческую привлекательность проекта, оценивает общую сумму убытков, причиненных заявителю действиями ответчика в 10 000 000 руб. 00 коп.

Поскольку требования истца ответчик добровольно не удовлетворил, истец обратился в суд с настоящими требованиями.

Оценив представленные доказательства в совокупности в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции посчитал исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Так, согласно пункту 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» предполагается, что каждая из сторон переговоров действует добросовестно и само по себе прекращение переговоров без указания мотивов отказа не свидетельствует о недобросовестности соответствующей стороны. На истце лежит бремя доказывания того, что, вступая в переговоры, ответчик действовал недобросовестно с целью причинения вреда истцу, например, пытался получить коммерческую информацию у истца либо воспрепятствовать заключению договора между истцом и третьим лицом.

Данная позиция также подтверждается пунктом 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Вместе с тем недобросовестность действий ответчика предполагается, если имеются обстоятельства, предусмотренные подпунктами 1 и 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ. В этих случаях ответчик должен доказать добросовестность своих действий.

Такими обстоятельствами в силу пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ являются: предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны; внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона не могла разумно этого ожидать.

В обоснование требований истец ссылался на подпункт 2 пункта 2 статьи 434.1 ГК РФ, указывая, что ответчик внезапно и неоправданно прекратил переговоры при таких обстоятельствах, при которых истец не мог разумно этого ожидать.

Между тем, чтобы неожиданное и немотивированное прерывание стороной переговоров являлось недобросовестным, требуется доказать особые обстоятельства, которые могли создать у стороны переговоров разумные ожидания того, что переговоры неожиданно прерваны не будут.

Типичным вариантом таких особых обстоятельств является ситуация, когда одна из сторон на той или иной стадии переговоров уверяет другую о серьезности своих намерений и желании во что бы то ни стало прийти к соглашению и прилагает все усилия к нахождению компромисса, подталкивая другую сторону приступить к подготовке исполнения.

Неожиданное и не оправданное какими-то объективными причинами прерывание переговоров в такой ситуации (особенно когда большинство параметров сделки уже согласовано) с учетом конкретных обстоятельств может быть признано недобросовестным (постановление Арбитражного суда Северо-западного округа от 28.08.2023 по делу № А56-90428/2022).

Однако, в материалы дела не представлено документов, свидетельствующих о том, что по итогам коммуникации у истца могли быть сформированы какие-либо объективные ожидания относительно перспектив переговоров, а также о том, что ответчик давал обещания, заверения истцу о заключении договора, подталкивал истца к заключению договора, уверял о серьезности своих намерений или желании во что бы то ни стало прийти к соглашению, подталкивал истца приступать к подготовке исполнения.

Из искового заявления усматривалось, что именно истец настаивал на продолжении переговоров и пытался прийти к взаимодействию с ответчиком, в том числе, в период оспаривания им патента истца.

Кроме того, как указывал ответчик, и не было опровергнуто истцом, переговоры о заключении какого-либо договора, имеющего конкретный предмет и цель, между истцом и ответчиком в принципе отсутствовали. Какие-либо условия сделки сторонами не обсуждались.

Более того, предметом договора могут выступать конкретные объекты гражданского оборота, в частности, охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность) (статья 128 ГК РФ), например произведения науки, литературы и искусства, программы для ЭВМ, изобретения (пункт 1 статьи 1225 ГК РФ).

Между тем, по итогам рассмотрения возражения, ФГУ «Палата по патентным спорам Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам» было принято решение № 2015135630 от 06.08.2019г. об удовлетворении заявленного возражения, признании патента № 2631752 недействительным полностью, поскольку техническое решение по патенту истца не соответствовало условиям патентоспособности. Патент аннулирован с даты подачи заявки.

Также, надлежащих доказательств использования ответчиком изобретения истца, не представлено. Доводы, изложенные в исковом заявлении, являются предположительными. Как указывал сам истец, ответчиком использована идея, содержащаяся в изобретении истца. Однако, идеи не являются объектами интеллектуального права.

Вопреки доводам истца, им не доказаны элементы состава правонарушения для возложения на ответчика ответственности в виде компенсации истцу убытков, а именно факт наличия убытков, их размер и причинно-следственная связь между противоправным поведением ответчика и убытками истца.

Согласно пункту 3 статьи 434.1 ГК РФ убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

В обоснование размера убытков истец ссылался на то, что в случае достижения соглашения истец приобрел бы право участвовать в коммерческих проектах ответчика.

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что в результате возмещения убытков, причиненных недобросовестным поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом.

Например, ему могут быть возмещены расходы, понесенные в связи с ведением переговоров, расходы по приготовлению к заключению договора, а также убытки, понесенные в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом (статья 15, пункт 2 статьи 393, пункт 3 статьи 434.1, абзац первый пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).

В силу указанного постановления при недобросовестном ведении переговоров убытки взыскиваются по модели защиты так называемого негативного интереса: истцу присуждается такая сумма, которая должна поставить его в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным лицом. Позитивный интерес не защищается (в отличие от случая нарушения уже заключенного договора).

В рамках модели защиты негативного интереса в первую очередь речь идет о расходах, понесенных в связи с ведением переговоров (например, оплата услуг юристов, оценщиков и т.п.).

Истцом в материалы дела не представлено доказательств невозможности ведения переговоров и как следствие утраты возможности заключения договора с иным лицом, ввиду настоятельных заверений ответчика о заключении договора с ним.

Также истец не обосновал расчет заявленных убытков, доказательств несения каких-либо расходов, в том числе на подготовку к переговорам и заключению договора.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о недоказанности факта причинения и размера вреда, противоправности поведения ответчика, причинной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями, в связи с чем, отсутствуют основания для взыскания заявленных убытков в размере 10 000 000 руб. 00 коп. с ответчика.

Ответчиком также было заявлено о пропуске срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196, статьи 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указывал истец, переговоры между заявителем и ответчиком велись на протяжении периода с 07.07.2016г. по 20.07.2022г.

При этом, об использовании своего изобретения ответчиком истец узнал 19.03.2018г., в июле 2019г. ответчик проинформировал истца об отсутствии интереса в рассмотрении предложения #19071907192203360 от 20.07.2019г. Заявитель возвращался к попыткам переговоров неоднократно в период до 07.11.2019г., однако после запуска сервиса «Яндекс.Попутка» ответчик предпочел игнорировать такие попытки заявителя, что в свою очередь опровергает наличие самого процесса переговоров в период с 08.11.2019г. по 20.07.2022г.

Таким образом, о нарушении своих прав истец узнал не позднее ноября 2019 года.

С иском истец обратился в суд 02.11.2023г., то есть с пропуском срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции признал исковые требования необоснованными и неподлежащими удовлетворению.

Рассмотрев дело в порядке ст. ст. 266, 268 АПК РФ, заслушав представителей сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения.

Истец указывает в жалобе, что он явился на заседание к назначенному времени, однако узнав, что имеется задержка, решил, что может беспрепятственно уйти на продолжительное время. В итоге к фактическому времени начала заседания Истец не явился по собственной вине.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (ст. 9 АПК РФ).

Истец также указывает, что он не имел возможности представить в материалы дела дополнительные пояснения с учетом позиции Ответчика.

Между тем, позиция Ответчика уже была известна Истцу 2,5 месяца.

14.08.2024 Ответчик направил в адрес Истца отзыв на иск, а 22.08.2024 представил данный отзыв в материалы дела. Истец не явился ни в заседание 22.08.2024, ни в заседание 30.10.2024.

Следовательно, Истец имел возможность на протяжении более чем 2-х месяцев представить свою дополнительную позицию в материалы дела, но не сделал этого. Представление такой позиции в день заседания было бы нарушением принципов состязательности и добросовестности (ч. 2 ст. 9, ч. 2 ст. 41 АПК РФ).

Довод Истца о том, что им в тот же день (после заседания по существу) были поданы дополнительные документы, которые не были рассмотрены судом, является необоснованным, поскольку решение уже было вынесено, такие документы должны были быть направлены в суд заблаговременно.

Суд первой инстанциями сделал обоснованные выводы об отсутствии нарушения прав Истца, поскольку стороны не вели переговоры о заключении какого-либо договора, а у Истца не было объекта, в отношении которого можно было бы заключить договор.

Довод Истца о том, что вывод суда о недоказанности факта заинтересованности Ответчика в сотрудничестве и недобросовестном ведении переговоров о заключении договора является необоснованным, нельзя признать состоятельным.

Согласно п. ст. 434.1 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.

В силу п. ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Положения статьи 434.1 ГК РФ регулируют отношения сторон, связанные с ведением переговоров, целью которых является заключение конкретного договора.

Предметом договора могут выступать конкретные объекты гражданского оборота, в частности, охраняемые результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (интеллектуальная собственность) (ст. 128 ГК РФ), например произведения науки, литературы и искусства, программы для ЭВМ, изобретения (п. ст. l225 ГК РФ).

Согласно п. 5 ст. 1259 ГК РФ, авторские права не распространяются на идеи, концепции, принципы, методы, процессы, системы, способы, решения технических, организационных или иных задач, открытия, факты, языки программирования, геологическую информацию о недрах.

Истец в исковом заявлении не поясняет и не подтверждает, относительно какого именно договора велись переговоры.

На момент взаимодействия Яндекса и Истца у последнего не было какого-либо объекта интеллектуальной собственности или иного объекта гражданского оборота, в связи с чем, не представлялось возможным заключить договор в отношении какого-либо объекта.

В связи с изложенным, саму коммуникацию между Яндексом и Истцом также нельзя трактовать как переговоры, потому что переговоры о заключении договора в отсутствие какого-либо предмета будущей сделки, невозможны.

Ссылки же Истца на его изобретение по патенту № 2631752 не имеют правового значения в настоящем деле, поскольку патент признан недействительным полностью и аннулирован с даты подачи заявки.

В настоящий момент решение о признании недействительным патента не оспаривается в суде. Последний акт Суда по интеллектуальным правам был принят 29.09.2020 (дело № СИП-937/2019).

Следовательно, обстоятельства, на основании которых допускается предъявление требований о взыскании убытков в порядке ст. 434.1 ГК РФ, отсутствуют, что исключает возможность удовлетворения требований Истца.

В обоснование требований Истец ссылается на то, что Яндекс внезапно и неоправданно прекратил переговоры при таких обстоятельствах, при которых Истец не мог разумно этого ожидать.

Между тем, чтобы неожиданное и немотивированное прерывание стороной переговоров являлось недобросовестным, требуется доказать особые обстоятельства, которые могли создать у стороны переговоров разумные ожидания того, что переговоры неожиданно прерваны не будут.

Неожиданное и не оправданное какими-то объективными причинами прерывание переговоров в такой ситуации (особенно когда большинство параметров сделки уже согласовано) действительно, может быть, с учетом конкретных обстоятельств признано недобросовестным.

Однако, у Истца не могли быть сформированы какие-либо объективные ожидания относительно перспектив переговоров, поскольку:

-Яндекс не давал обещаний, заверений Истцу о заключении договора,

-Яндекс не подталкивал Истца к заключению договора,

-Яндекс не уверял Истца о серьезности своих намерений или желании во что бы то ни стало прийти к соглашению,

-Яндекс не подталкивал Истца приступать к подготовке исполнения.

Кроме того, переговоры о заключении договора между Истцом и Яндексом отсутствовали. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Таким образом, Истцом не опровергнута презумпция добросовестности Яндекса и не обоснована разумность своих ожидании относительно итогов переговоров (которых, по мнению Яндекса, и не было).

Также Истцом не был доказан ни один из элементов, необходимых для возмещения убытков, в том числе не доказано наличие каких-либо противоправных действий Яндекса и причинно-следственная связь между понесенными убытками и виновными действиями Яндекса.

Согласно ч. 3 ст. 434,1 ГК РФ убытками, подлежащими возмещению недобросовестной стороной, признаются расходы, понесенные другой стороной в связи с ведением переговоров о заключении договора, а также в связи с утратой возможности заключить договор с третьим лицом.

Согласно абз. 2 п. 20 Пленума № 7 в результате возмещения убытков, причиненных недобросовестным поведением при проведении переговоров, потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным контрагентом.

В силу Пленума № 7 при недобросовестном ведении переговоров убытки взыскиваются по модели защиты так называемого негативного интереса: истцу присуждается такая сумма, которая должна поставить его в положение, в котором он находился бы, если бы не вступал в переговоры с недобросовестным ЛИЦОМ. Позитивный интерес не защищается (в отличие от случая нарушения уже заключенного договора). В рамках модели защиты негативного интереса в первую очередь речь идет о расходах, понесенных в связи с ведением переговоров (например, оплата услуг юристов, оценщиков и т.п.).

Истцом не приведены доказательства несения каких-либо убытков, в том числе издержек, обусловленных ведением переговоров (которых к тому же и не было), в связи с чем, требование о взыскании убытков не подлежит удовлетворению.

Следовательно, судом первой инстанции были сделаны обоснованные и законные выводы о том, что в действиях Яндекса отсутствует нарушение прав Истца.

Истец пропустил срок исковой давности.

Доводы об обратном не подтверждены материалами дела.

В апелляционной жалобе Истец указывает, что вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности является необоснованным, поскольку Истец направлял и после 2019 года (до 20.07.2022) в адрес Яндекса предложения об использовании своего изобретения (уже аннулированного с августа 2019 года), однако Яндекс уклонялся от ответа.

Это обстоятельство, по мнению Истца, означает, что стороны вели переговоры, а, следовательно, срок исковой давности необходимо исчислять с 20.07.2022 г.

Между тем, уже 07.07.2016 г. Яндекс проинформировал Истца об отсутствии интереса к сотрудничеству.

В соответствии с п. 1 ст. 196, ст. 200 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, Истец узнал об имевшем, по его мнению, нарушении его права в день отказа Яндекса от дальнейшей коммуникации, то есть 07.07.2016 г.

То есть срок предъявления требования к Яндексу истек 7.07.2019 г.

Направление Истцом адрес Яндекса писем после 07.07.2016 г. не может свидетельствовать о том, что между сторонами велись какие-либо переговоры. Одностороннее направление писем в адрес лица не является переговорами (иначе срок исковой давности по ст. 434.1 ГК РФ можно было бы неоднократно продлевать односторонним направлением писем с предложением о заключении договора).

Кроме того, в своем иске (том 1, л. д. 5-6) Истец сам сообщает суду и подтверждает, что после очередного направления Истцом в адрес Яндекса своего предложения 19.07.2019, Яндекс сообщил об отсутствии заинтересованности, а с ноября 2019 года игнорировал попытки Истца связаться с Яндексом, что опровергает наличие самого процесса переговоров с ноября 2019 года, на что справедливо указал суд первой инстанции.

В силу абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При указанных обстоятельствах апелляционный суд приходит к выводу, что доводы жалобы не могут являться основанием для отмены либо изменения законного и обоснованного решения суда.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что судебный акт с указанием в резолютивной части реквизитов платежных документов является основанием для обращения в налоговый орган с заявлением о возврате государственной пошлины (письма Министерства Российской Федерации по налогам и сборам от 23.09.2004 № 04-4-09-1211 и от 15.11.2004 № 04-4-09-1234).

Руководствуясь ст.ст. 266, 267, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 17.01.2025 по делу №А40-252910/23, оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 (ИНН <***>) из Федерального бюджета РФ излишне уплаченную госпошлину по апелляционной жалобе в размере 20 000 руб., уплаченной на основании чека по операции от 28 февраля 2025, СУИП 561176789225OVWG.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Суд по интеллектуальным правам.

Председательствующий судья Ю.Н. Кухаренко

Судьи: Т.В. Захарова

В.В. Валюшкина