Арбитражный суд Брянской области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Решение

город Брянск Дело №А09-8563/2023

22 января 2025 года

Резолютивная часть решения оглашена 21 января 2025 года.

Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Дюбо Ю.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Корячкиной Н.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО1, Брянская область, Брянский район, п.Кузьмино, (ИНН <***>, ОГРНИП <***>)

к ФИО2, г.Брянск,

третье лицо: Общество с ограниченной ответственностью «Фаворит», г.Брянск, (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании долга в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам основного должника в размере 56 074 руб. 79 коп,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО3, доверенность №32 АБ 1736898 от 12.02.2021,

от ответчика: не явились,

от третьего лица: не явились,

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1, п. Кузьмино Брянского района Брянской области (далее – ИП ФИО1), обратился в Арбитражный суд Брянской области с исковым заявлением к ФИО2, г. Брянск (далее – ФИО2), о взыскании в порядке субсидиарной ответственности 56 074 руб. 79 коп. по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Фаворит» (далее - ООО «Фаворит»).

В силу ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Фаворит».

Решением Арбитражного суда Брянской области от 16.02.2024 по делу № А09-8563/2023, оставленным без изменения постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Центрального округа от 20.09.2024 решение Арбитражного суда Брянской области от 16.02.2024 и постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2024 по делу № А09-8563/2023 отменены, дело направлено в Арбитражный суд Брянской области на новое рассмотрение.

При этом кассационная инстанция указала, что решение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций подлежат отмене как вынесенные при неправильном применении норм материального права и неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения спора.

Ответчик и третье лицо, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились.

Дело рассмотрено в порядке ст. 156 АПК РФ в отсутствие названных лиц по имеющимся в деле доказательствам.

Выслушав истца, изучив материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Арбитражного суда Брянской области от 13.07.2021 по делу № А09-1886/2021 с ООО «Фаворит» в пользу ИП ФИО1 взысканы 26 010 руб. основного долга, 15 085 руб. 80 коп. неустойки и 2 000 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины, в общей сумме 43 095 руб. 80 коп.

Судебный акт вступил в законную силу, исполнительный лист серии ФС № 023554210 выдан 25.08.2021.

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Брянской области от 21.10.2021 по указанному делу судом удовлетворено заявление истца о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

Выдан исполнительный лист серии ФС № 023562748.

Вышеуказанные исполнительные документы истцом дважды предъявлялись к исполнению, однако постановлениями Советского РОСП г. Брянска от 25.03.2022 и 15.06.2023 исполнительные производства, возбужденные на основании исполнительных листов серии ФС 023562748 и ФС 023554210, соответственно, окончены ввиду отсутствия у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание на основании п. 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».

Истец считая, что ФИО2 является единственным участником и директором ООО «Фаворит», то есть контролирующим общество лицом, не предприняла мер по погашению задолженности, при этом согласно размещенной в общем доступе финансовой информации в отношении ООО «Фаворит» по итогам 2021 года общество осуществляло свою деятельность с чистой прибылью в размере, достаточном для исполнения вступивших в законную силу судебных актов, а уже в 2022 году деятельность обществом не велась, в связи с чем на нее должна быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам ООО «Фаворит».

Данные обстоятельства послужили истцу основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Как следует из п. 1 ст. 48, пунктов 1 и 2 ст. 56, п. 1 ст. 87 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности. В то же время правовая форма юридического лица (корпорации) не должна использоваться его участниками и иными контролирующими лицами для причинения вреда независимым участникам оборота (п. 1 ст. 10 и ст. 1064 ГК РФ, пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума № 53).

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица (корпорации) вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 ГК РФ), на что обращено внимание в п. 1 постановления Пленума № 53).

Так, в силу ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1-3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1-3 ст. 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

Пункт 1 ст. 399 ГК РФ устанавливает основные положения, касающиеся порядка и оснований возникновения у лица субсидиарной ответственности по долгам основного должника, из содержания которой следует, что субсидиарная ответственность по долгам основного должника может возникать у факультативного должника только в силу указания закона, иного правового акта или условий обязательства. При этом требование кредитора может быть предъявлено к факультативному должнику, несущему субсидиарную ответственность, только после того, как данное требование было предъявлено к основному должнику и последний отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование.

При этом, согласно ст. 64.2 ГК РФ считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо). Исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ влечет правовые последствия, предусмотренные настоящим Кодексом и другими законами применительно к ликвидированным юридическим лицам. Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 ГК РФ.

Данным положениям корреспондирует правила ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, в связи с чем гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества, в том числе привлечение к субсидиарной ответственности руководителя при фактическом банкротстве возглавляемого им юридического лица, возмещение убытков.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

При этом в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц. Рассмотрение каких-либо требований о привлечении к гражданскоправовой ответственности в любом случае включает в себя как элемент рассмотрения фактологической составляющей - четыре обязательных условия (факт причинения убытков, вина, причинно-следственная связь, размер) привлечения к ответственности, установление которых необходимо для удовлетворения заявления о восстановлении в судебном порядке нарушенного права, так и элемент правовой квалификации, состоящей, в том числе, в ссылке на конкретную статью конкретного закона. Полное и детальное исследование и установление судом оснований для привлечения к ответственности, то есть верное рассмотрение по существу фактически заявленных требований не может нивелироваться неправильным указанием в тексте судебного акта иной правовой нормы.

Таким образом, квалификация судом заявленного требования в качестве привлечения к субсидиарной ответственности либо взыскания убытков в рассмотренном случае решающего значения не имеет, учитывая конкретные установленные по спору обстоятельства, а также, в частности, схожую правовую природу таких требований.

Положениями ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в п. 12 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (п. 1 ст. 1064 ГК РФ).

В ситуации, когда единственный участник хозяйственного общества одновременно выполняет функции генерального директора, действительно присутствует риск того, что такой участник, ведущий дела общества во всей полноте, включая руководство его текущей деятельностью (участвующий в переговорах с контрагентами, заключающий сделки от имени общества, свободно распоряжающийся имуществом общества и т.п.) будет использовать правовую форму юридического лица только в качестве средства защиты от имущественных притязаний кредиторов по отношению к себе лично. Однако в силу презумпции добросовестности, пока не доказано иное, предполагается, что даже при высокой степени контроля за деятельностью общества участник отделяет собственную личность от личности корпорации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637).

При обращении в суд с соответствующим иском доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из реестра недействующее юридическое лицо, объективно затруднено. Кредитор, как правило, лишен доступа к документам, содержащим сведения о хозяйственной деятельности общества, и не имеет иных источников сведений о деятельности юридического лица и контролирующих его лиц. Соответственно, предъявление к истцу-кредитору требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его невовлеченности в корпоративные правоотношения.

Доказывание того, что погашение требований кредиторов стало невозможным в результате действий контролирующих лиц, упрощено законодателем для истцов посредством введения опровержимых презумпций, при подтверждении которых предполагается наличие вины ответчика в том, что имущества должника недостаточно для удовлетворения требований кредиторов. Так, в частности, отсутствие у юридического лица документов, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством об обществах с ограниченной ответственностью, закон связывает с тем, что контролирующее должника лицо привело его своими неправомерными действиями в состояние невозможности полного погашения требований кредиторов должника, причинило тем самым им вред и во избежание собственной ответственности скрывает следы содеянного.

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего («брошенный бизнес»). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 № 305- ЭС23-29091, от 27.06.2024 № 305-ЭС24-809 по делу № А41-76337/2021).

При рассмотрении исков о привлечении к ответственности контролирующего лица бремя доказывания должно распределяться судом (ч. 3 ст. 9, ч. 2 ст. 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и могут его ограничить по своему усмотрению.

Следовательно, при решении вопроса о распределении бремени доказывания наличия или отсутствия оснований для привлечения к ответственности единоличного исполнительного органа в данном случае необходимо принимать во внимание, что при предъявлении иска к контролирующему лицу кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов.

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства.

В случае предоставления таких доказательства, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (ст. 9 и ч. 1 ст. 65 АПК РФ, п. 56 постановления Пленума № 53).

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 21.05.2021 № 20-П, по смыслу названного положения ст. 3 Закона об ООО, если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 1 ст. 71 АПК РФ предусмотрено, что арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Согласно части 2 указанной статьи арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из вступившего в законную силу решения Арбитражного суда Брянской области от 13.07.2021 по делу № А09-1886/2021 следует, что обязательства ООО «Фаворит» перед ИП ФИО1 возникло из договора № 240 на техническое обслуживание и ремонт автомобилей от 23.11.2017. В рамках данного договора ИП ФИО1 оказал ООО «Фаворит» услуги по техническому обслуживанию и ремонту автотранспортного средства - БМВ Х6 Х-Drive, 2010 года выпуска, государственный номер <***>, на общую сумму 26 010 руб., что подтверждено заказом-нарядом № 3Н00213562 от 28.10.2020 и приемо-сдаточным актом выполненных работ от 28.10.2020.

Согласно ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела.

Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В системе действующего правового регулирования предусмотренное ч. 2 ст. 69 АПК РФ основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями ч. 1 ст. 64 и ч. 4 ст. 170 АПК РФ означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 № 407-О, от 16.07.2013 № 1201-О, от 24.10.2013 № 1642-О).

Оснований для переоценки установленных при рассмотрении дела № А09-1886/2021 обстоятельств у суда не имеется в силу положений ч. 2 ст. 69 АПК РФ.

Судом установлено, что ООО «Фаворит» в установленном законом порядке несостоятельным (банкротом) не признано, из ЕГРЮЛ не исключено и является действующим юридическим лицом.

В ходе рассмотрения дела судом был направлен запрос в УМВД России по Брянской области о предоставлении сведений о собственниках транспортного средства БМВ Х6 Х-Drive, 2010 года выпуска, государственный номер <***>.

Согласно ответу УМВД России по Брянской области от 27.12.2024, собственником вышеуказанного транспортного средства с 31.12.2015 является ФИО2

Ответчик не представил объяснений относительно разумности технического обслуживания и ремонта не принадлежащего обществу автотранспортного средства - БМВ X6 X-Drive, 2010 года выпуска, государственный номер <***>, задолженность по оплате которых являлась предметом рассмотрения спора по делу № А09-1886/2021, за счет ООО «Фаворит».

Как отмечено ранее, постановлениями Советского РОСП г. Брянска от 25.03.2022 и 15.06.2023 исполнительные производства, возбужденные на основании исполнительных листов, выданных по делу № А09-1886/2021, окончены ввиду отсутствия у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание.

При этом, истцом в материалы дела представлены сведения финансовой информации в отношении ООО «Фаворит», согласно которым начиная с 2016 года и по итогам 2021 года общество осуществляло свою деятельность с чистой прибылью в размере, достаточном для исполнения вступивших в законную силу судебных актов, а уже в 2022 году деятельность обществом не велась. Однако ФИО2 как единоличный исполнительный орган ООО «Фаворит» доказательств, характеризующих хозяйственную деятельность должника, свидетельствующих о невозможности исполнения вступивших в законную силу судебных актов за счет соответствующих денежных средств вопреки требованиям ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представила, равно как и доказательств возможности удовлетворения требований кредитора.

Таким образом, сложившаяся ситуация, при которой юридическое лицо неспособно рассчитаться с кредитором, законность требования которого подтверждена вступившим в законную силу судебным актом, не объяснена ответчиком со ссылкой на какие-либо объективные причины.

При этом суд учитывает, что ФИО2 являлась единственным участником и директором ООО «Фаворит», вследствие чего обладала статусом лица, контролирующего должника. В связи с чем, оснований полагать, что она на момент вынесения судебных актов по делу № А09-1886/2021 не знала и не могла знать о наличии неисполненных перед истцом обязательств, у суда не имеется.

Добросовестный руководитель в сложившейся ситуации должен был принять все возможные и необходимые меры для удовлетворения требований кредиторов общества, воздержаться от совершения действий, в результате которых будут не исполнены обязательства перед кредиторами общества, не станет умышленно помогать должнику избежать принудительного осуществления прав его кредиторов, он не должен умышленно приводить свое общество к нарушению/неисполнению гражданско-правовых обязательств.

В рассматриваемом деле ответчик (руководитель) не обосновал ремонт личного транспортного средства за счет Общества.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Часть 5 ст. 70 АПК РФ предусматривает, что обстоятельства, признанные и удостоверенные сторонами в порядке, установленном этой статьей, в случае их принятия арбитражным судом не проверяются им в ходе дальнейшего производства по делу. Таким образом, положения ч. 5 ст. 70 АПК РФ распространяются на обстоятельства, которые считаются признанными стороной в порядке ч. 3.1. ст. 70 АПК РФ.

С учетом изложенного, принимая во внимание процессуальное поведение ответчика и отсутствие своевременно представленных объяснений, обстоятельства дела, указанные истцом, считаются признанными ответчиком.

С учетом изложенного, суд полагает возможным привлечение контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредитору.

Следовательно, требования истца подлежат удовлетворению в полном объеме.

При обращении в арбитражный суд истцом уплачена государственная пошлина в размере 2 242 руб. 99 коп. по платежному поручению № 980 от 21.08.2023.

В силу ст. 110 АПК РФ с ответчика подлежат взысканию в пользу истца 2 242 руб. 99 коп. расходов на оплату государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ :

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО2, г. Брянск, в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1, Брянская область, Брянский район, п.Кузьмино, (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) 56 074 руб. 79 коп. долга и 2 242 руб. 99 коп. расходов на оплату госпошлины.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Двадцатый арбитражный апелляционный суд г. Тула. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Брянской области.

Судья Ю.И. Дюбо