Постановление по делу № 15АП-3170/2025 от 25.05.2025 | 15 арбитражный апелляционный суд

ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Газетный пер., 34, <...>, тел.: <***>, факс: <***>

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

город Ростов-на-Дону дело № А53-11686/2023

25 мая 2025 года 15АП-3170/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 года

Полный текст постановления изготовлен 25 мая 2025 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Чеснокова С.С., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: представитель по доверенности от 04.04.2023 ФИО3;

от ФИО8: представитель по доверенности от 15.02.2022 ФИО4,

от финансового управляющего ФИО5: представитель по доверенности от 15.07.2024 ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО2 ФИО5 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.02.2025 по делу № А53-11686/2023 по заявлению финансового управляющего ФИО7 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,

ответчик: ФИО8

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее также – должник) в Арбитражный суд Ростовской области поступило заявление финансового управляющего ФИО7 (далее также – финансовый управляющий) о признании пункта 3 договора займа от 03.03.2020 на сумму 1 700 000 руб., заключенного между ФИО2 и ФИО8 (далее также – ответчик), ничтожным в части установления процентов за пользование займом в размере 48% годовых, просил снизить размер процентов за пользование займом от 03.03.2020 на сумму 1 700 000 руб. до размера ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации; признании недействительным договора залога от 03.03.2020, заключенного между ФИО8 и ФИО2 (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом первой инстанции в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.02.2025 в удовлетворении требования финансового управляющего отказано. В части требования о снижении размера процентов за пользование займом по договору от 03.03.2020 на сумму 1700000 руб. до размера ключевой ставки ЦБ РФ, производство прекращено. Взыскано с ФИО2 в доход федерального бюджета 12 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий обжаловал определение суда первой инстанции от 13.02.2025 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции не дана оценка доводам финансового управляющего о многократном превышении реальной и кадастровой стоимости имущества, переданного в залог по обеспечению исполнению обязательств по договору займа. Как указывает податель апелляционной жалобы, общая стоимость закладываемого имущества по состоянию на дату, предшествующую дате заключения договора займа и залога от 03.03.2020, составила 4 453 086, 57 руб. Между тем, как следует из договора залога, закладываемое недвижимое имущество оценивается сторонами в размере 1 700 000 руб., что явно свидетельствует о занижении стоимости имущества должника более чем в 3 раза. Судом первой инстанции не дана оценка доводам финансового управляющего относительно отсутствия у ответчика ФИО8 права по заключению договора залога жилого помещения с физическим лицом, поскольку ФИО8 не зарегистрирован для осуществления данной деятельности в установленном законном порядке. Не дана оценка доводам финансового управляющего о кабальности процентов по заключенному договору займа.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО8 просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суд апелляционной инстанции огласил, что во исполнение определения суда от 16.04.2025 об истребовании доказательств от ПАО "Сбербанк" поступили дополнительные доказательства, а именно: выписка по счету № 40702810652090031754 за период с 24.12.2019 по 31.12.2021; выписка по счету № 40702810952090031755 за период с 24.12.2019 по 31.12.2021.

Суд протокольным определением приобщил дополнительные доказательства к материалам дела как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

23 апреля 2025 года от ФИО8 поступили письменные пояснения и дополнительные доказательства, а именно: выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО "Югпромметалл"; информация из ресурса БФО за 2019 (финансовая отчетность ООО "Югпромметалл" за 2018-2019 гг.); информация из ресурса БФО за 2020 (финансовая отчетность ООО "Югпромметалл" за 2010-2020 гг.); судебная практика.

Суд протокольным определением приобщил дополнительные доказательства к материалам настоящего обособленного спора как представленные в обоснование возражений апелляционной жалобы.

05 мая 2025 года посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" во испотлнение определения суда апелляционной инстанции от МИФНС России № 25 по Ростовской области поступило ходатайство о приобщении дополнительных документов, а именно: справки 6-НДФЛ за 2019, 2020, 2021гг., бухгалтерская отчетность за 2019, 2020, 2021 гг., налоговая декларация по налогу на прибыль за 2019, 2020, 2021 гг., показатели справок НДФЛ 2019-2021 гг.

Суд протокольным определением приобщил дополнительные доказательства к материалам настоящего обособленного спора как непосредственно связанные с предметом исследования по настоящему спору.

Представитель финансового управляющего ФИО5 поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель ФИО2 поддержал правовую позицию финансового управляющего, просил обжалуемое определение отменить.

Представитель ФИО8 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Представители финансового управляющего ФИО5, ФИО2 пояснили суду, что иные документы, подтверждающие доводы апелляционной жалобы у сторон отсутствуют.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании её несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 10.04.2023 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 20.11.2023 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом). В отношении ФИО2 введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО7, из числа членов Ассоциации "МСК саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих "Содружество".

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры реализации имущества гражданина опубликованы в газете "Коммерсантъ" № 220(7665) от 25.11.2023.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 26.07.2024 (резолютивная часть) арбитражный управляющий ФИО7 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО2. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО5, из числа членов МСК СРО ПАУ "Содружество".

29.02.2024 в Арбитражный суд Ростовской области посредством сервиса электронной подачи документов "Мой Арбитр" поступило заявление финансового управляющего о признании договора займа от 03.03.2020 на сумму 17 000 000 руб., заключенного между ФИО2 и ФИО8 недействительным; признании договора залога от 03.03.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО8 недействительным; об обязании ФИО8 предоставить в материалы дела оригинал договора займа от 25.05.2018, доказательства передачи денежных средств по договору займа от 03.03.2020, оригинал договора залога от 03.03.2020: применении последствий недействительности сделки в виде признания отсутствующей задолженности ФИО2 перед ФИО8.

01.11.2024 от финансового управляющего поступило ходатайство об уточнении заявленных требований, согласно которого финансовый управляющий просил признать пункт 3 договора займа от 03.03.2020 на сумму 1 700 000 руб., заключенный между ФИО2 и ФИО8 (далее также – ответчик), ничтожным в части установления процентов за пользование займом в размере 48% годовых, просил снизить размер процентов за пользование займом от 03.03.2020 на сумму 1 700 000 руб. до размера ключевой ставки Центрального Банка Российской Федерации; признать недействительным договор от 03.03.2020, заключенный между ФИО8 и ФИО2.

Финансовый управляющий ссылается на то, что ФИО8 не представил доказательств реальности исполнения договора займа от 03.03.2020. В материалы дела предоставлены лишь копии судебных актов, подтверждающих образование задолженности. При этом в материалы дела не предоставлен сам договор займа от 03.03.2020, договор залога от 03.03.2020, расписки о получении и передачи денежных средств.

Финансовый управляющий полагает, что указанные сделки по выдаче займа и заключению залога имущества, совершены без предоставления должнику равноценного встречного исполнения, с целью причинения вреда кредиторам, в связи, с чем управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением со ссылкой на статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

Согласно статье 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

Из пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63), следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

По правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (пункт 1 Постановления N 63).

Таким образом, под сделками по смыслу главы III.1 Закона о банкротстве понимаются как непосредственно договоры, так и действия, направленные на исполнение существующих обязательств.

Специальные основания для оспаривания сделок должника перечислены в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве (пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (Определение Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС17-3098(2) от 14.02.2018).

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного Постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается Определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как указано выше, настоящее дело о банкротстве возбуждено 10.04.2023, оспариваемые сделки совершены 03.03.2020, то есть за пределами трехлетнего периода подозрительности, следовательно, не могут быть оспорены по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности.

При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, указанная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, соответственно управляющему и кредитору требуется доказывание и установление наличия у сделки пороков, выходящих за пределы подозрительности сделки согласно статье 61.2 Закона о банкротстве.

Статьей 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из разъяснений указанной нормы Закона о банкротстве, предусмотренных в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), для признания сделки недействительной по основанию ее подозрительности необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве трехлетний срок является пресекательным, поэтому у кредитора отсутствует материальное право оспаривать сделку, совершенную за пределами периода подозрительности.

Таким образом, оспариваемые сделки не подлежат оспариванию по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие в Законе банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 названного Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, как ничтожную в силу статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Финансовый управляющий при оспаривании сделки ссылается на положения статьи 10, 168, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иной заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления N 63 в рамках дела о банкротстве суд вправе квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно рекомендациям, изложенным в пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", если при заключении договора стороной было допущено злоупотребление правом, данная сделка признается судом недействительной на основании пункта 2 статьи 10 и статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 1 постановления Пленума N 25 добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По смыслу приведенных правовых норм и разъяснений, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. В частности злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, а в силу части 3 указанной статьи, лицо должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Указанная норма закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена законом или добровольно принятым обязательством (пункт 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом должен быть установлен умысел лица, совершившего обман (пункт 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 3 статьи 179 Гражданского кодекса). Данная норма направлена на защиту права граждан на свободное волеизъявление при совершении сделок и одновременно - на обеспечение баланса прав и законных интересов обеих сторон сделки (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 28.06.2018 N 1587-О).

В состав обстоятельств, необходимый для признания сделки недействительной как кабальной, входит заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида (пункт 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации").

Для признания оспариваемой сделки кабальной необходимо установление обстоятельств, подтверждающих ее заключение на крайне невыгодных для потерпевшего условиях, не соответствующих его интересу, существенно отличающихся от условий аналогичных сделок, возникновение тяжелых обстоятельств вследствие их стечения неожиданно в отсутствие возможности их предвидения или предотвращения, совершение этой сделки контрагентом потерпевшего в условиях его осведомленности о таком тяжелом стечении обстоятельств у последнего и с использованием этого положения (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2016 N 305-ЭС16-9313).

Только при наличии совокупности указанных выше признаков сделка может быть признана недействительной по мотиву ее кабальности. Самостоятельно каждый из признаков в отдельности не является основанием для удовлетворения соответствующего иска.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации определено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В обоснование заявленных доводов финансовый управляющий указал на следующие обстоятельства.

03.03.2020 между ФИО8 (далее также – займодавец) и ФИО2 (далее также – заемщик) заключен договор займа.

Согласно пункту 1 договора, займодавец передает заемщику в собственность деньги в сумме 1700000 (один миллион семьсот тысяч) руб. сроком до 15.03.2023, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу указанную сумму денег в обусловленный срок.

Согласно пункту 2 договора, предоставляемый займодавцем заем является процентным, то есть за пользование им взимаются проценты (плата).

Согласно пункту 3 договора, процентная ставка за пользование займом составляет 4% в месяц.

В соответствии с пунктом 5 договора, заемщик обязан возвращать ежемесячно 15-го числа каждого месяца, а займодавец обязан принять денежные средства от заемщика до истечения указанного в названном договоре срока, по следующему графику:

- 1-й платеж в размере 68000 (шестьдесят восемь тысяч) руб., не позднее 15 апреля 2020 года;

- со 2-го платежа по 35-й платеж в размере 68000 (шестьдесят восемь тысяч) руб., не позднее 15 числа каждого месяца;

- 36-ой платеж по займу в размере 1768000 (один миллион семьсот шестьдесят восемь тысяч) руб. не позднее 15.03.2023.

Между сторонами составлен акт приема-передачи денежных средств от 03.03.2020, согласно которого, ФИО8 в соответствии с пунктом 1 договора займа от 03.03.2020 передал ФИО2, а ФИО2 приняла денежные средства от ФИО8 в размере 1700000 руб.

В качестве обсечения обязательств по договору займа от 03.03.2020, между ФИО8 (далее также – залогодержатель) и ФИО2 (далее также – залогодатель) заключен договор залога от 03.03.2020.

По условиям договора залога от 03.03.2020, залогодатель закладывает залогодержателю принадлежащее ему по праву собственности следующее имущество:

- жилой дом: общая площадь 80,9 кв.м., (восемьдесят целых девять десятых), этажность 2, подземная этажность: 1, Литер: А, кадастровый номер: 61:55:0010404:140, инвентарный номер 7098, расположенный по адресу: <...>;

- земельный участок, кадастровый номер 61:55:0010404:44, площадь 547 кв.м., (пятьсот сорок семь) категория земель: Земли населенных пунктов - под домами индивидуальной жилой застройки, расположенный по адресу: <...>.

Согласно пункту 2 договора залога от 03.03.2020 закладываемое недвижимое имущество оценивается сторонами в виде нераздельной общей стоимости 1 700 000 рублей.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумма займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Пунктом 1 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей.

Договор займа от 03.03.2020 заключен в требуемой законом письменной форме, между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, а следовательно заемщик обязан исполнять условия договора.

В соответствии с пунктом 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В статьях 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В статье 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заёмщика процентов за пользование займом в размерах и порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Согласно пункту 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено. что в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя). В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, требование залогодержателя может быть удовлетворено путем передачи предмета залога залогодержателю (оставления у залогодержателя).

Статьей 334.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что залог между залогодателем и залогодержателем возникает на основании договора. В случаях, установленных законом, залог возникает при наступлении указанных в законе обстоятельств (залог на основании закона).

В соответствии со статьей 337 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения, в частности проценты, неустойку, возмещение убытков, причиненных просрочкой исполнения, а также возмещения необходимых расходов залогодержателя на содержание предмета залога и связанных с обращением взыскания на предмет залога и его реализацией расходов.

Согласно пункту 1 статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

В пункте 1 статьи 349 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что обращение взыскания на заложенное имущество осуществляется по решению суда, если соглашением залогодателя и залогодержателя не предусмотрен внесудебный порядок обращения взыскания на заложенное имущество.

Пункт 1 статьи 350 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривает, что реализация заложенного имущества, на которое взыскание обращено на основании решения суда, осуществляется путем продажи с публичных торгов в порядке, установленном настоящим Кодексом и процессуальным а законодательством, если законом или соглашением между залогодержателем и залогодателем не установлено, что реализация предмета залога осуществляется в порядке, установленном абзацами вторым и третьим пункта 2 статьи 350.1 названного Кодекса.

В нарушение условий заключенных договоров займа и залога недвижимого имущества, ФИО2 неоднократно не исполнялись обязательства по возврату ежемесячных платежей, что и явилось основанием для обращения ФИО8 в Новочеркасский городской суд Ростовской области с исковым заявлением о взыскании с ФИО2 задолженности по договору займа от 03.03.2020 (гражданское дело №2-1531/2021).

Решением Новочеркасского городского суда Ростовской области от 04.08.2021 по делу № 2-1531/2021 исковые требования ФИО8 удовлетворены частично. С ФИО2 в пользу ФИО8, взыскана задолженность по договору займа в размере 1292000 руб., неустойка за период с 16.10.2020 по 15.03.2021 в размере 40000 руб., а также проценты на сумму 1292000 руб. начиная с 05.08.2021, начисленные по ключевой ставке Банка России, действующей в соответствующие периоды по день фактического исполнения обязательства по выплате суммы займа. Взысканы с ФИО2 в пользу ФИО8 расходы по оплате государственной пошлины в размере 9794,85 руб. и расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб.

Дополнительным решением Новочерскасского городского суда Ростовской области от 15.09.2021 взысканы с ФИО2 в пользу ФИО8 проценты за период с 15.09.2020 по 15.03.2021 в размере 35630 руб.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 18.05.2022 решение отменено, вынесен новый судебный акт, которым с ФИО2 в пользу ФИО8 взыскана задолженность по договору займа от 03.03.2020 состоящая из суммы основного долга в размере 1700000 руб., суммы процентов за пользование займом за период с 15.09.2020 по 15.03.2021 в размере 408000 руб., суммы неустойки за период с 16.10.2020 по 15.03.2021 в размере 200000 руб., процентов по ставке 48% годовых на сумму основного долга в размере 1700000 руб. за период с 16.03.2021 по дату фактического погашения задолженности, неустойки по ключевой ставке Банка России на сумму основного долга в размере 1700000 руб. за период с 16.03.2021 по дату фактического погашения задолженности. Взысканы с ФИО2 в пользу ФИО8 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 25458 руб. и услуг представителя в размере 20000 руб. Обращено взыскание на жилой дом, кадастровый номер: 61:55:0010404:140, и земельный участок, кадастровый номер 61:55:0010404:44. Определен способ реализации имущества в виде продажи с публичных торгов, установив начальную продажную стоимость в размере 2899200 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Судебная коллегия по гражданским делам Четвертого Кассационного суда определением от 06 октября 2022 года отменила апелляционное определение Ростовского областного суда от 18.05.2022 в части установления начальной цены заложенного имущества и направила в отменённой части на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

15.03.2023 вынесла апелляционное определение, которым обращено взыскание на предмет залога и установлена его начальная продажная стоимость.

Судебные акты вступили в законную силу, выдан исполнительный лист, который был предъявлен в службу судебных приставов.

Однако исполнительное производство 230531/23/61064-ИП от 16.10.2023 прекращено 27.11.2023 в силу пункта 7 части 1 статьи 47 ФЗ "Об исполнительном производстве", в связи с введением в отношении должника процедуры банкротства.

Таким образом, решение суда ФИО2 исполнено не было в полном объеме, в связи с чем, ФИО8 обратился в Арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов.

До настоящего времени заявление ФИО8 о включении в реестр требований кредиторов в рамках обособленного спора по делу № А53-11686-5/23 не рассмотрено.

Относительно довода о завышении процентов по договору займа, суд апелляционной инстанции отмечает, что в данном случае договором займа от 03.03.2020 предусмотрено, что на сумму займа подлежит начислению проценты в размере 4 % в месяц.

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются мерой гражданско-правовой ответственности. Указанные проценты, взыскиваемые в связи с просрочкой возврата суммы займа, начисляются на эту сумму без учета начисленных на день возврата процентов за пользование заемными средствами, если в обязательных для сторон правилах либо в договоре нет прямой оговорки об ином порядке начисления процентов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Согласно разъяснению, данному в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Пунктом 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено. что сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 10.12.2013 N 162 "Обзор практики применения арбитражными судами статей 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 179 Гражданского кодекса Российской Федерации к элементам состава, установленного для признания сделки недействительной как кабальной, относится заключение сделки на крайне невыгодных условиях, о чем может свидетельствовать, в частности, чрезмерное превышение цены договора относительно иных договоров такого вида. Вместе с тем наличие этого обстоятельства не является обязательным для признания недействительной сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы или злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной.

Следовательно, для кабальной сделки характерными являются следующие признаки: она совершена потерпевшим лицом на крайне невыгодных для него условиях, совершена вынужденно - вследствие стечения тяжелых обстоятельств, а другая сторона в сделке сознательно использовала эти обстоятельства.

Обязательства ФИО2, уплатить проценты возникли в силу заключенного с ФИО8 договора, которым предусмотрен порядок и срок ежемесячных платежей, размер ответственности за несвоевременные платежи и проценты.

Между тем, судом апелляционной инстанции признаются необоснованными доводы должника и финансового управляющего о том, что договор займа заключен на заведомо невыгодных условиях (кабальная сделка), поскольку по смыслу пункта 3 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации кабальной сделкой считается сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась, тогда как доказательств, свидетельствующих о заключении договора при наличии названных обстоятельств, суду не представлено, с условиями договора ФИО2 была согласна и они не могут являться доказательством наличия крайне невыгодных условий, при которых последняя вынуждена была заключить договор. ФИО2 не доказана вся совокупность обстоятельств, при наличии которых оспариваемый договор может быть квалифицирован как кабальная сделка, а также не представлено доказательств того, что ответчик воспользовался этими тяжелыми обстоятельствами.

Кроме того, как установлено судом апелляционной инстанции, ФИО2 являлась директором и учредителем общества с ограниченной ответственностью "Югпромметалл", ИНН <***>, ОГРН <***>, то есть, занималась предпринимательской деятельностью с цель извлечения прибыли, то есть, фактически являлась профессиональным хозяйствующим субъектом. Оснований для выводов о том, что она не осознавала характер своих действий при заключении договора займа, или действовал вынужденно вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона (кредитор) воспользовалась, у суда не имеется. Также, вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации управляющий не доказал, что у должника имелась реальная возможность получить заемные денежные средства под меньшую процентную ставку у иных лиц, само по себе превышение размера процентов по договору ставки среднерыночных значений не свидетельствует о крайней невыгодности такого условия договора (кабальности сделки), с учетом положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ростовского областного суда от 18 мая 2022 года дана оценка размеру процентов, установленных договором займа от 03.03.2020, решён вопрос о снижении размера процентов до ключевой ставки ЦБ Российской Федерации.

Установление определенного процента за пользование суммой займа само по себе не свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны заимодавца, поскольку размер процентной ставки по договору был согласован сторонами, оснований для признания этих процентов кабальными не имеется.

С учетом изложенного. оснований для признания договора займа недействительным по заявленным основаниям не имеется.

В части требования о снижении размера процентов за пользование займом по договору от 03.03.2020 на сумму 1700000 руб. до размера ключевой ставки ЦБ РФ, суд первой инстанции производство прекратил.

При этом, судебная коллегия отмечает, что применительно к настоящему спору, предметом спора являются условия пункта 3 договора займа от 03.03.2020, в соответствии с которым процентная ставка за пользование займом составляет 4% в месяц.

Сам факт выдачи суммы займа и наличие договорных отношений установлен вступившим в силу судебным актом суда общей юрисдикции и сторонами не оспаривается. Между тем, вопрос о снижении суммы процентов фактически вытекает из требования об оспаривании условий договора как кабальные, то есть не является самостоятельным требованием при оспаривании сделки.

Тем более, как верно указано судом первой инстанции, вопрос о взыскании суммы задолженности и процентов уже был разрешен судом общей юрисдикции. То есть, в рамках настоящего спора суд должен дать оценку лишь недействительности сделки по заявленным основаниям.

Кроме того, как указано выше, определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.04.2025 судебное разбирательство по заявлению кредитора ФИО8 о включении требования в реестр кредиторов должника отложено на 28.05.2025, следовательно, должник и его финансовый управляющий не лишены права и возможности о снижении суммы неустойки и процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации как мера гражданско-правовой ответственности за неисполнение денежного обязательства, в рамках данного обсоленного спора, за период, не взысканный судом общей юрисдикции.

В отношении требования о признании недействительным договора залога от 03.03.2020, заключенного между ФИО8 и ФИО2, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором займа, заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором.

Деятельность по выдаче займов физическим лицам, обязательства заемщика по которым обеспечены ипотекой, регулируются, в частности, Законом о потребительском кредите, Законом об ипотеке, которыми после вступления в силу положений Федерального закона от 02.08.2019 № 271-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (с 01.10.2019) установлены специальные требования к субъектам, имеющим право выдавать займы, обеспеченные ипотекой и законодательно определен их перечень (кредитные организации, микрофинансовые организации, кредитные кооперативы, ломбарды) (пункт 1 статьи 6.1 Закона о потребительском кредите).

Согласно пункту 1 статьи 6.1 Закона о потребительском кредите деятельность по предоставлению кредитов (займов) физическим лицам в целях, не связанных с осуществлением ими предпринимательской деятельности, и обязательства заемщиков по которым обеспечены ипотекой, может осуществляться кредитными организациями, кредитными потребительскими кооперативами, сельскохозяйственными кредитными потребительскими кооперативами, учреждением, созданным по решению Правительства Российской Федерации для обеспечения функционирования накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих и реализации Министерством обороны Российской Федерации функций уполномоченного федерального органа исполнительной власти, обеспечивающего функционирование накопительно-ипотечной системы военнослужащих, единым институтом развития в жилищной сфере, а также организациями, осуществляющими деятельность по предоставлению ипотечных займов в соответствии с требованиями, установленными единым институтом развития в жилищной сфере, и включенными в перечень уполномоченных единым институтом развития в жилищной сфере организаций, осуществляющих деятельность по предоставлению ипотечных займов.

По смыслу положений статьи 9.1 Закона об ипотеке особенности условий кредитного договора, договора займа, которые заключены с физическим лицом в целях, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности, и обязательства заемщика по которым обеспечены ипотекой, а также особенности их изменения по требованию заемщика и особенности условий договора страхования, заключенного при предоставлении потребительского кредита (займа), обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой, устанавливаются Законом о потребительском кредите.

Таким образом, Закон об ипотеке определяет особенности условий кредитного договора, договора займа, которые заключены с физическим лицом в целях, не связанных с осуществлением им предпринимательской деятельности только относительно определенных категорий кредиторов и заимодавцев, к которым не отнесены физические лица, не осуществляющие профессиональную деятельность по предоставлению потребительских займов.

В соответствии с разъяснениями пункта 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2023 года № 23 "О применении судами правил о залоге вещей" ипотекой могут обеспечиваться, в том числе обязательства по договору займа, заключенному гражданами между собой для целей, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (статьи 2 Закона об ипотеке). К таким правоотношениям не подлежат применению положения Федерального закона от 21 декабря 2013 года № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", регулирующего отношения, связанные с предоставлением потребительских займов в качестве профессиональной деятельности (статьи 1, пункта 3 части 1 статьи 3 названного Закона).

Как указано выше, должник ФИО2 в спорный период заключения договоров являлась директором и учредителем общества с ограниченной ответственностью "Югпромметалл", ИНН <***>, ОГРН <***>, в подтверждением чего овтетчиком в суд апелляционной инстанции была представлена выписка из ЕГРЮЛ.

В целях установления обстоятельств, имеющих значения для дела, определением от 16.04.2025 суд апелляционной инстанции в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязал Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 25 по Ростовской области предоставить в отношении общества с ограниченной ответственностью "Югпромметалл" (ИНН <***>, ОГРН <***>) за период с 2019 по 2021 годы: надлежащим образом заверенные копии бухгалтерской отчетности (бухгалтерские балансы и формы 2 "Отчет о прибылях и убытках" по году) с расшифровкой показателей; надлежащим образом заверенные копии налоговых деклараций о доходах, сведения, переданные по форме 2-НДФЛ; сведения об открытых (закрытых) счетах, сведения об учредителях и руководителях.

Во исполнение определения суда апелляционной инстанции от Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Ростовской области поступил ответ. Инспекцией в материалы обсоленного спора представлены: справки 6-НДФЛ за 2019, 2020, 2021 гг., бухгалтерская отчетность за 2019, 2020, 2021 гг., налоговая декларация по налогу на прибыль за 2019, 2020, 2021 гг., показатели справок НДФЛ 2019-2021 гг.

Также суд апелляционной инстанции определением от 16.04.2025 обязал Юго-Западный банк ПАО "Сбербанк России" предоставить расширенную выписку о движении денежных средств по расчетным счетам №№ 40702810952090031755, 40702810652090031754, принадлежащим обществу с ограниченной ответственностью "Югпромметалл" (ИНН <***>, ОГРН <***>), за период с 01.01.2019 по 31.12.2021, открытым в ПАО "Сбербанк России", в том числе в электронном виде.

Во исполнение определения суда от 16.04.2025 об истребовании доказательств от ПАО "Сбербанк" поступили дополнительные доказательства, а именно: выписка по счету № 40702810652090031754 за период с 24.12.2019 по 31.12.2021; выписка по счету № 40702810952090031755 за период с 24.12.2019 по 31.12.2021.

Кроме того, 23 апреля 2025 года от ФИО8 поступили письменные пояснения и дополнительные доказательства, а именно: выписка из ЕГРЮЛ в отношении ООО "Югпромметалл"; информация из ресурса БФО за 2019 (финансовая отчетность ООО "Югпромметалл" за 2018-2019 гг.); информация из ресурса БФО за 2020 (финансовая отчетность ООО "Югпромметалл" за 2010-2020 гг.).

Проанализировав истребуемые документы, а также представленные документы от ответчика, суд апелляционной инстанции установил, что у ООО "Югпромметалл" обороты составили:

за 2018 год в размере 52268 руб.;

за 2019 год в размере 17162 руб.;

за 2020 год в размере 4823 тыс. руб.;

дебиторская задолженность в 2020 году выросла до 3265000 руб. по сравнению с аналогичным периодом прошлого года (1373000 руб.), а в 2018 году дебиторская задолженность составляла 974000 руб.

Прочие оборотные активы предприятия в 2020 году составляли 3507000 руб.; в 2019 году - 2420000; в 2018 году - 1789000 руб.

Нераспределенная прибыль предприятия за 2020 год составляла 1314000 руб.; за 2019 год - 1041000 руб.; за 2018 - 771000 руб.

Согласно показателям справок о доходах и суммах налога физических лиц, за отчетный год 2019 год сумма дохода ФИО2 составила 120000 руб.; за 2020 года сумма дохода составила 120000 руб.

В соответствии с поступившими выписками из ПАО "Сбербанк" перечисления по счетам общества являлись незначительными, так по счету № 40702810652090031754 за период с 24.12.2019 по 11.07.2022 сумма по дебиту составила 200 руб., сумма кредиту – 200 руб.;

По счету № 40702810952090031755 за период с 24.12.2019 по 16.01.2023, сумма по дебиту счета за период составила 25001 руб.; сумма по кредиту счета за период составила 25001 руб.

Таким образом, при отсутствии оборотов по банковским счетам общества, в 2020 году существенно увеличились оборотные активы, дебиторская задолженность и прибыль общества, следовательно, имеются основания для выводов о том, что общество производило наличные расчеты с контрагентами, при этом, в спорный период (за 2020 год) существенно увеличились обороты предприятия. о чем подробно указано выше.

Указанные обстоятельства кредитор связывает с тем, что должник заемные денежные средства мог использовать для нужд своего предприятия.

В свою очередь, в нарушение положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должник и финансовый управляющий не доказали, что займ был получен должником именно в потребительских целях.

Доводы должника о том, что заемные денежные средства были получены в целях лечения матери, судом апелляционной инстанции был подробно исследован и отклонен по следующим основаниям.

В обоснование указанных доводов, должник представил в материалы дела медицинскую документацию, датированные сентябрь-декабрь 2020 года, 2021 года, в то время как договор займа был заключен в марте 2020 года, то есть за полгода. При этом, оснований полагать, что должник заранее знал о возможном ухудшении состояния здоровья своей материи, не имеется, также как и нет доказательств аккумулирования и хранения этих средств. Также суд признает экономически нецелесообразным получение заемных средств под высокие проценты за полгода до наступления соответствующих обстоятельств, для лечения своей матери.

Кроме того, каких-либо платежных документов, подтверждающих расходование денежных средств на лечение матери, в материалы дела также не представлено.

Суд апелляционной инстанции, с целью всестороннего и полного исследования доказательств, объективного установления всех фактических обстоятельств спора, неоднократно откладывал судебные разбирательства, в том числе предлагая финансовому управляющему и должнику представить доказательства в обоснование своей позиции.

В судебном заседании представители финансового управляющего и должника на вопрос суда уточнили, что какие-либо иные доказательства в обоснование своей позиции о целях получения заемных средств, расходовании этих средств на лечение матери должника, у них не имеется. Ходатайств об истребовании судом доказательств также не заявлено.

Учитывая вышеизложенное, в нарушение положений части 2 статьи 9, части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации финансовый управляющим и должником не доказано, что ФИО8 осуществляет деятельность по предоставлению займов физическим лицам для целей, не связанных с предпринимательской деятельность, на профессиональной основе и что договор займа может быть квалифицирован как договор потребительского кредита. Оснований, применительно к рассматриваемому случаю, положений статьи 6.1 Закона № 353-ФЗ не имеется.

Наоборот, фактические обстоятельства спора не позволяют суду отклонить доводы кредитора о том, что должник расходовал заемные средства по собственному усмотрению, в том числе связанные с предпринимательской деятельностью, для нужд предприятия, где должник в указанный период являлся единственным участником и руководителем.

При указанных фактических обстоятельствах, сам по себе факт выдачи должнику займа и заключения договора ипотеки (залога недвижимости) не может являться доказательством злоупотребления правом со стороны ответчика и основанием для признания указанных условий договоров недействительными.

Факт обращения взыскания на заложенное имущество не свидетельствует о недобросовестности ФИО8, а указывает на обусловленную законом возможность возврата денежных средств посредством обращения взыскания на предмет залога.

Доказательств того, что договор займа был заключен исключительно в целях обременения залогом единственного актива должника, не представлено. Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных. Поэтому само по себе получение займодавцем обеспечения не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в его поведении. Доказательств недобросовестности займодавца, конкурсным управляющим в материалы дела не представлено.

Наличие договора займа и залога его участниками не скрывалось, залог был зарегистрирован в установленном порядке. Злоупотребление правом по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, равно как заключение договоров в обход закона с противоправной целью заявителем не доказано.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о превышении стоимости имущества, переданного в залог, размера денежных средств, переданных по договору займа, при выше установленных обстоятельствах не является основанием для признания сделок недействительными.

Кроме того, стороны не лишены права на мотивированное обращение в суд с заявлением о разрешений разногласий относительно начальной продажной цены залогового имущества при наличии на то оснований.

Кроме того, если спорное жилое помещение является единственным жильем для должника и членов его семьи, стороны не лишены права на заключение мирового соглашения с залоговым кредитором или утверждения локального плана реструктуризации применительно к пункту 4 статьи 213.17 Закона о банкротстве в установленном законом порядке (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.04.2023 N 305-ЭС22-9597, пункт 2 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2023 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15.05.2024).

Как указано ранее, оспариваемая сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, установленного статьей 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, данная сделка не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным законодательством о несостоятельности.

В силу изложенного заявление управляющего по данному обособленному спору могло быть удовлетворено только в том случае, если он доказал наличие в оспариваемых договорах пороков, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В отношении данного подхода сформирована устойчивая судебная практика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886).

Наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

В названных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 28.04.2016 № 306- ЭС15-20034, от 29.04.2016 N 304-ЭС15-20061, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886 (1), от 29.01.2020 N 308-ЭС19-18779 (1,2)).

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки (пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)").

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему субъективного права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Для квалификации сделки как совершенной при злоупотреблении правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны намеревались реализовать противоправный интерес

Однако в рассматриваемом случае управляющим не доказано наличие обстоятельств, свидетельствующих о выходе действий сторон за рамки состава статьи 61.2 Закона о банкротстве. Наоборот, все заявленные конкурсным управляющим доводы полностью охватываются пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

С учетом вышеизложенных фактических обстоятельств дела, судом апелляционной инстанции не установлено оснований для признания оспариваемого договора недействительным на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Управляющим не представлено достаточных, достоверных доказательств в подтверждение доводов в указанной части.

Доказательств, очевидно свидетельствующих об отклонении оспариваемой сделки от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, не представлено. Доказательств того, что ответчик является заинтересованным лицом, не представлено.

Финансовым управляющим указано, что на момент заключения договора займа и залога у должника имелась следующая задолженность:

- ООО "Феникс" в сумме 57 087,13 руб., (кредитный договор между ФИО2 и АО "Тинькофф Банк" от 16.01.2020);

- ПАО "Сбербанк России" в сумме 60 369,60 руб. (кредитный договор от 28.10.2016).

- АО "Банк Русский Стандарт" в сумме 17 981,53 руб., (кредитный договор № 34287443 от 08.07.2005).

Однако, следует отметить, что наличие задолженности перед иными кредиторами должника в столь незначительных размерах само по себе не может свидетельствовать о наличии признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества. Кредитор всегда осведомлен о факте непогашения долга перед ним. Однако это обстоятельство не свидетельствует о том, что кредитор должен одновременно располагать и информацией о приостановлении должником операций по расчетам с иными кредиторами.

Финансовым управляющим в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств, свидетельствующих о наличии информации о финансово-экономическом положении должника, размещенной в открытых источниках, а также сведений о том, что должник уведомлял кредитора о своей неплатежеспособности.

Доказательств, что в результате совершения спорной сделки должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, в материалах дела также не имеется.

Факт получения денежных средств должником отражен в договоре, подтвержден вступившим в силу судебным актом, финансовым управляющим не оспорен.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности материалами дела необходимой совокупности условий для признания сделок недействительными и об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований на основании положений статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также статей 10, 168, 170, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы финансового управляющего направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы относятся на подателя жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.02.2025 по делу № А53-11686/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2, ИНН <***>, в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 10 000 рублей.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий Г.А. Сурмалян

Судьи С.С. Чесноков

Н.В. Шимбарева