Постановление по делу № 18АП-16182/2024 от 24.01.2025

ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-16182/2024

г. Челябинск

24 января 2025 года

Дело № А76-7209/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 16 января 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2025 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Тарасовой С.В.,

судей Бабиной О.Е., Лучихиной У.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Сбродовой М.Е., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Бастион» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 29.10.2024 по делу № А76-7209/2024.

В судебном заседании приняли участие представители:

Министерства имущества Челябинской области - ФИО1 (доверенность №1/7 от 09.01.2024, диплом, свидетельство о заключении брака, удостоверение №1387);

общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Бастион» - ФИО2 (доверенность от 01.02.2024, диплом, свидетельство о заключении брака, паспорт).

Министерство имущества Челябинской области (далее - истец, Министерство) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Бастион» (далее - ответчик, ООО ЧОО «Бастион») о взыскании ущерба в размере компенсированного морального вреда в сумме 770 000 руб. и убытков, понесенных в связи с прекращением контракта, в размере 85 734 руб.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 29.10.2024 исковые требования удовлетворены в полном размере.

Судебным актом также распределены судебные расходы по уплате государственной пошлины.

ООО ЧОО «Бастион» (далее также – податель жалобы, апеллянт) не согласилось с вынесенным судебным актом, обжаловав его в порядке апелляционного производства.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ответчик указывает на то, что истцом не представлены доказательства неисполнения или ненадлежащего исполнения договора со стороны, а именно не сохранность имущества, переданного на хранение.

Акты, которые предъявляет истец, подписаны в одностороннем порядке, не являются доказательством нарушения обязательств по сохранности имущества. При заключении договора, на который ссылается истец, сторонами не был составлен акт приема-передачи имущества с детальным указанием состояния имущества, согласно которого можно было бы установить состояние (разницу) имущества переданного на момент заключения договора и на момент принятия решения о расторжении договора и дающее право утверждать о каких-либо ухудшениях имущества по прошествии времени. Кроме того ответчик предоставил на обозрение суда фотографии объекта, подтверждающие неисполнение истцом обязательств по надлежащему содержанию имущества.

Инициатором расторжения договора явился сам истец, то есть последний заведомо знал о невозможности заключения иного договора по цене, которая была бы равной цене расторгнутого договора с ответчиком, а значит заведомо знал о наличии рисков образования разницы, которая не приемлема для бюджета истца.

Требование о взыскании с ответчика суммы в размере 85 734 руб. является необоснованным, так как решение о расторжении и заключении договора с новым контрагентом, принимались истцом при отсутствии вины ответчика.

Истец подтверждает, что договор на оказание услуг по хранению объекта был заключен с ответчиком по итогам электронной закупки, ответчиком приняты обязательства по хранению объекта, при этом хранение имущества не подразумевает и не включает в себя обязательств по содержанию имущества, то есть выполнение работ, которые в том числе повышают безопасность объекта, переданного на хранение.

При неиспользовании здания по прямому назначению истец самостоятельно и за свой счет должен был обеспечить монтаж необходимого оборудования (в дверные, оконные проемы и т.п.), препятствующего прямому проникновению внутрь здания. При этом территория самого объекта не огорожена, здание находится в прямом доступе для посторонних лиц. Тогда как возведение ограждения и монтаж оборудования для повышения безопасности зданий, строений, сооружений является составляющей для надлежащего выполнения обязанностей собственника имущества для повышения безопасности имущества, находящегося в собственности и не предусмотрено договором, предметом которого является хранение имущества и не входит в обязанности ответчика.

Учитывая вышеизложенное, а также с учетом того, что истцом был заключен договор с ООО «Радогост» на аналогичных условиях хранения имущества, как и с ООО ЧОО «Бастион», который в отличие от ответчика не является охранным предприятием и не имеет лицензии на осуществление охранной деятельности, дает право ответчику утверждать, что истцом ненадлежаще исполняются обязанности по содержанию имущества, находящегося в его собственности.

Истец как лицо, требующее возмещения убытков, фактически не располагает доказательствами противоправности действий ответчика как причинителя вреда, обязанностью которого было хранение имущества, а техническое содержание имущества, находящегося в собственности истца, является обязанностью и ответственностью последнего.

Апеллянт считает, что у заказчика (истца) не было оснований для одностороннего отказа от исполнения государственного контракта от 11.01.2022 № 4.

Согласно представлению Прокуратуры Челябинской области об устранении нарушений закона № 21-11-2022 от 13.09.2022 истцу надлежало принять меры к безотлагательному ограничению свободного доступа несовершеннолетних в здание учебного комбината.

От Министерства поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором истец просил оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Отзыв приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном статьей 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель истца с доводами апелляционной жалобы не согласился, считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать.

Законность и обоснованность судебного акта проверена судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, в государственной собственности Челябинской области находится нежилое здание - учебный комбинат общей площадью 8 317,5 кв.м с кадастровым номером 74:03:0804026:24, расположенное по адресу: <...> Октября, дом 33.

С целью надлежащего исполнения возложенной на Министерство обязанности по содержанию объекта и его хранению Министерством проведен электронный аукцион (№ извещения в ЕИС 0869200000221004422) с начальной (максимальной) ценой контракта - 244 141 руб. 20 коп.

В результате проведения указанного аукциона между Министерством (заказчик) и ООО ЧОО «Бастион» (исполнитель) заключен государственный контракт от 11.01.2022 № 4 (далее - контракт; т. 2, л.д. 22-25) на оказание услуг по хранению объекта.

Согласно пункту 1.1 контракт заключается по итогам проведенного электронного аукциона, протокол № 0869200000221004422 от 24.12.2021, в соответствии с Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон № 44-ФЗ).

Согласно пункту 1.2 контракта в целях обеспечения нужд заказчика исполнитель обязуется оказать услуги по хранению объектов недвижимого имущества, находящихся в государственной казне Челябинской области: учебный комбинат общей площадью 8317,5 кв. м (74:03:0804026:24), расположенный по адресу: <...> Октября, 33 (далее - объект, имущество), а заказчик обязуется оплатить данные услуги.

Пунктом 1.3 контракта определен перечень оказываемых заказчику услуг, составляющих предмет контракта:

- обеспечение сохранности, целостности конструкции и потребительских свойств имущества, находящегося в государственной казне Челябинской области, указанного в пункте 1.2 настоящего контракта, в том числе (при необходимости) осуществление профилактических мероприятий;

- создание условий, препятствующих проникновению посторонних лиц на охраняемый объект, а также порче и (или) физическому уничтожению объекта.

Услуги оказываются исполнителем по месту нахождения имущества: <...> Октября, 33 (п. 1.5 контракта)

Услуги должны быть оказаны в соответствии с Техническим заданием (Приложение № 1), являющимся неотъемлемой частью настоящего контракта (далее - техническое задание) (пункт 1.6 контракта).

Срок (период) оказания услуг: с даты заключения контракта по 31.12.2022 (пункт 1.7 контракта).

Объем оказания услуг: 8 760 часов (пункт 1.8 контракта).

Истец указывает, что 16.09.2022 в Министерство поступило обращение Следственного отдела по городу Аша следственного управления Следственного комитета России по Челябинской области (от 12.09.2022 № 12-314пр22) по факту проверки сообщения о преступлении (халатность неустановленных лиц), в результате которого 27.06.2022 произошло падение несовершеннолетней потерпевшей с третьего этажа объекта, повлекшее тяжкий вред здоровью. По результатам проверки следственными органами установлено, что в вечернее время потерпевшая через дверной проем, доступ на который не был ограничен, вошла в здание, после чего упала с оконного проема третьего этажа объекта.

Ашинским городским судом Челябинской области по делу № 2-272/2023 вынесено решение от 22.06.2023, оставленное без изменения апелляционным определением Челябинского областного суда от 19.10.2023 (т. 1, л.д. 52-65), по заявлению ФИО3 (действующей своих интересах и интересах своей малолетней дочери) о взыскании с Министерства морального вреда в размере 770 000 руб. в связи с получением ее малолетней дочерью тяжкого вреда здоровью в результате падения с объекта.

Исполнительные документы от 02.11.2023 ФС № 041966646, от 02.11.2023 ФС № 041966644 исполнены Министерством платежными поручениями от 25.12.2023 № 521271, от 05.12.2023 № 421204 (т. 1, л.д. 50-51).

Исковые требования мотивированы тем, что в нарушение установленных контрактом обязанностей, что подтверждается, в том числе, актом осмотра объекта от 30.09.2022, составленным представителем Министерства, доступ на объект не ограничен, состояние аварийное, в сравнении с предыдущим осмотром ухудшилось, представитель ООО ЧОО «Бастион», ответственный за хранение, отсутствует (т. 1, л.д. 101). Нарушение контракта, выразившееся в необеспечении ограничения доступа посторонних лиц на объект и создания условий, препятствующих их проникновению, повлекло причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшей.

В результате недобросовестного исполнения ООО ЧОО «Бастион» условий контракта Министерство понесло убытки в виде расходов, связанных с компенсацией морального вреда потерпевшей и ее законному представителю, в размере 770 000 руб.

Кроме того, в связи с ненадлежащим исполнением ООО ЧОО «Бастион» обязательств по контракту, Министерством принято решение об одностороннем отказе от его исполнения, направленное ООО ЧОО «Бастион» в ЕИС 06.10.2022.

В соответствии с частью 13 статьи 95 Закон № 44-ФЗ указанное решение вступило в силу 17.10.2022.

В целях ограничения доступа к объекту Министерством заключен новый государственный контракт № 332 от 18.10.2022 (далее - контракт № 332; т. 1, л.д. 34-37) с обществом с ограниченной ответственностью «Радогост» (далее - ООО «Радогост»). Стоимость контракта № 332 составила 90 000 руб., срок оказания услуг - с 18.10.2022 по 31.12.2022, объем оказания услуг 1 800 часов.

Учитывая, что стоимость услуг по содержанию и хранению объекта (за 1800 часов) по договору, заключенному с ООО ЧОО «Бастион», составляет 4 266 руб., по договору с ООО «Радогост» - 90 000 руб., разница стоимости услуг - 85 734 руб., составляют убытки Министерства в порядке статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

В силу пункта 1 статьи 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основной задачей судопроизводства в арбитражных судах является защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность, а также прав и законных интересов Российской Федерации в указанной сфере.

Право на судебную защиту нарушенных прав и законных интересов гарантировано заинтересованному лицу положениями статьи 46 Конституции Российской Федерации, статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом право на судебную защиту предполагает конкретные гарантии его реализации и обеспечение эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям справедливости.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что защита нарушенных прав осуществляется, в том числе путем возмещения убытков.

Из положений пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

В пунктах 1, 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере: в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (статья 15, пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из смысла названной нормы права следует, что для взыскания убытков необходимо доказать наличие одновременно нескольких условий, а именно: факт причинения убытков, противоправное поведение ответчика (вина ответчика, неисполнение им своих обязательств, обязанностей), причинно-следственную связь между понесенными убытками и неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств и непосредственно размер убытков.

Принимая во внимание правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» и в постановлении Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (раздел «Общие положения об ответственности и о возмещении убытков»), заявитель должен доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для наступления указанной гражданско-правовой ответственности, а именно: наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) ответчика, собственно наличие убытков должника, а также с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками.

На привлекаемом к гражданско-правовой ответственности лице, в свою очередь, лежит обязанность по доказыванию отсутствия убытков либо вины в причинении убытков. Также оно вправе представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе оспаривать как сам факт наличия убытков, своей вины, наличия причинной связи между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства и убытками, а также вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства того, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков.

Таким образом, в силу изложенных норм и разъяснений возмещение убытков допускается при доказанности факта причинения убытков и их размера (наличие убытков), противоправности действий (бездействия), наличии причинной связи между противоправными действиями (бездействием) и наступившими последствиями и вины причинителя вреда, при этом в отсутствие хотя бы одного из указанных условий обязанность лица возместить причиненный вред не возникает.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Истцом заявлено требование о взыскании убытков вызванных ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору на оказание услуг по хранению объекта недвижимого имущества, который по своей правовой природе является договором хранения.

Согласно пункту 1 статьи 886 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

При этом в силу пункта 1 статьи 891 Гражданского кодекса Российской Федерации хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи.

При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором.

Лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности (пункты 1, 2, 3 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

При этом отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

Как верно установлено судом и не оспаривается сторонами, ответчику по государственному контракту от 11.01.2022 № 4 передано на хранение недвижимое имущество, а именно: учебный комбинат общей площадью 8 317,5 кв. м (74:03:0804026:24), расположенный по адресу: <...> Октября, 33.

При этом в пункте 1.3 контракта определен перечень оказываемых заказчику услуг, составляющих предмет контракта:

Решением Ашинского городского суда Челябинской области от 22.06.2023 по делу № 2-272/2023, оставленным без изменения апелляционным определением Челябинского областного суда от 19.10.2023 (т. 1, л.д. 52-65), установлено, что 27.06.2024 несовершеннолетняя дочь ФИО3 свободным доступом прошла на территорию четырехэтажного здания бывшего ПТУ г. Сим, расположенного по адресу: <...> Октября, д. 33, упала с третьего этажа указанного здания, что повлекло тяжкий вред здоровью.

Указанным решением с Министерства в пользу ФИО3 взыскан моральный вред в размере 770 000 руб. в связи с получением ее малолетней дочерью тяжкого вреда здоровью в результате падения с объекта.

ООО ЧОО «Бастион» было привлечено к участию в деле № 2-272/2023 в качестве третьего лица.

Как верно указано судом первой инстанции, в заключенном контракте стороны определили, что при исполнении обязательств по хранению ООО ЧОО «Бастион» должно было создать условия, препятствующих проникновению посторонних лиц на объект.

Между тем в рассматриваемом случае ООО ЧОО «Бастион», как хранитель, достаточных мер, исключающих проникновение посторонних лиц на объект, не предприняло. Обстоятельства проникновения постороннего лица на объект подтверждены вступившим в законную силу решением Ашинского городского суда Челябинской области от 22.06.2023 по делу № 2-272/2023.

Решение Ашинского городского суда Челябинской области от 22.06.2023 по делу № 2-272/2023 о возмещении морального вреда исполнено Министерством в полном объеме, что подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями от 25.12.2023 № 521271, от 05.12.2023 № 421204 на общую сумму 770 000 руб. (т. 1, л.д. 50-51).

С учетом положений статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, суммы, выплаченные Министерством, являются понесенными им убытками по вине ответчика.

В рассматриваемом случае причинение Министерству убытков находится в причинно-следственной связи с действиями ООО ЧОО «Бастион», которое в рамках исполнения обязательств по договору хранения не предприняло необходимых мер по исполнению своих обязательств по недопущению проникновения посторонних лиц на объект, переданный на хранение.

Ссылки ответчика на выписку из журнала обходов объекта по адресу: <...> Октября, 33 (т. 3, л.д. 31-36), правомерно не приняты в качестве достаточных доказательств принятия всех возможных мер по недопущению проникновения посторонних лиц на объект.

Более того, из представленных в материалы дела фотографий спорного объекта усматривается отсутствие какого-либо ограждения по периметру объекта, наличие свободного доступа как через дверные проемы, так и через оконные конструкции.

Указание ответчика на то, что обязанность по содержанию имущества лежит на Министерстве во внимание суда не принимается, поскольку не имеет правого значения в рамках конкретных обстоятельств дела.

Спорный договор заключён между сторонами по результатам электронного аукциона (№ извещения в ЕИС 0869200000221004422) в соответствии с Законом № 44-ФЗ.

Подавая заявку на участие в аукционе и подписывая, как победитель, с истцом соответствующий государственный контракт, ответчик не мог не знать о его предмете. Более того, действуя разумно и предусмотрительно, как требуется по характеру обязательства, ответчик мог до участия в аукционе выехать на объект и осмотреть его и, в случае несогласия с предложенными истцом условиями, отказаться от участия в таком аукционе.

Между тем в рассматриваемом случае, подписывая с истцом государственный контракт, ответчик, зная о предмете договора, а также о состоянии недвижимого имущества, каких-либо возражений относительно состояния передаваемого на хранение объекта не заявлял, о необходимости принятия истцом каких-либо мер (установка забора, оконных и дверных проемов или их заколачивание и т.д.) предупреждающих свободный доступ в нежилое здание не сообщал, самостоятельно соответствующих действий не произвел.

Как верно отмечено судом первой инстанции, ответчик, подписывая договор хранения, действовал добровольно и должен был осознавать возможные последствия от заключения договора хранения. Доказательств заключения договора ответственного хранения под влиянием обмана или заблуждения в материалах дела не имеется, стороны о таких обстоятельствах не заявляли.

В соответствии с пунктом 2.3.1 контракта исполнитель вправе получать от заказчика разъяснения по всем вопросам, возникающим в ходе оказания услуг, и любую дополнительную информацию, необходимую для выполнения своих обязательств.

Кроме того, и после заключения контракта, в ходе его исполнения ответчиком какие-либо уведомления в адрес Министерства о необходимости обеспечить ограждение здания, установить двери, а также о невозможности надлежащего оказания услуг по хранению ввиду отсутствия электроэнергии, материальных ресурсов и необходимости оказания содействия в исполнении контракта ООО ЧОО «Бастион» не направлялись.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

По общему правилу если иное не предусмотрено законом или договором (п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации) лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность без вины до пределов непреодолимой силы.

Исходя из положений статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства в суд представляются лицами, участвующими в деле (статьи 65 и 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя по контракту могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата своих действий. В данном случае исполнитель отвечает перед заказчиком за полезность своей деятельности как таковой, поскольку исполнитель является профессиональным участником спорных правоотношений, вместе с тем, доказательств, свидетельствующих об активном поведении ответчика на протяжении всего периода оказания услуг и совершении им соответствующих действий, материалы дела не содержат.

В настоящем случае истцом заключался договор с ответчиком, являющимся профессиональным участником данных правоотношений, не только для обеспечения сохранности имущества, но и для создания условий, препятствующих проникновению посторонних лиц на охраняемый объект, причем ни контракт, ни техническое задание к нему не содержат перечень условий, мер, которые необходимо предпринять ответчику для ограничения доступа посторонних лиц на объект, ввиду чего суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ответчик не был ограничен в выборе таких условий (мер), в том числе и обращения к заказчику о возведении ограждения, поскольку принимая объект без соответствующего ограждения, ответчик должен был и мог понимать о необходимости проведения соответствующих мероприятий для надлежащего исполнения обязательств по контракту.

Из представленных в материалы дела доказательств следует об отсутствии в действиях исполнителя разумности и осмотрительности при использовании своих знаний и умений, свойственной для соответствующей сферы деятельности.

Поскольку причинение истцу убытков находится в причинно-следственной связи с ненадлежащим исполнением обязанностей хранителя по заключенному контракту, суд первой инстанции пришел к верному выводу, что исковые требования о взыскании убытков в размере компенсированного истцом морального вреда в сумме 770 000 руб. являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

Также истцом заявлено требование о взыскании с ответчика убытков в сумме 85 734 руб., в виде разницы по замещающей сделке.

Как установлено материалами дела, истцом принято решение об одностороннем отказе от исполнения контракта, в связи с ненадлежащим исполнением ООО ЧОО «Бастион» обязательств по контракту.

06.10.2022 указанное решение размещено в ЕИС с отметкой о получении данного решения ответчиком.

Статьей 450 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено названным Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда при существенном нарушении договора другой стороной.

Согласно пункту 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В соответствии с пунктом 7.6 контракта заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта вступает в силу, и контракт считается расторгнутым через десять дней с даты надлежащего уведомления заказчиком поставщика (подрядчика, исполнителя) об одностороннем отказе от исполнения контракта (часть 13 статьи 95 Закона № 44-ФЗ).

Особенности взыскания убытков, вызванных ненадлежащим исполнением должником договора, повлекшее его прекращение по инициативе кредитора, урегулированы статьей 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, имеющей цель - восстановить имущественные интересы кредитора так, как если бы обязательство было исполнено должником надлежащим образом.

В случае, если неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора повлекло его досрочное прекращение и кредитор заключил взамен него аналогичный договор, кредитор вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям договора, заключенного взамен прекращенного договора (часть 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 11, по смыслу статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктов 1 и 2 статьи 405 Гражданского кодекса Российской Федерации, риски изменения цен на сопоставимые товары, работы или услуги возлагаются на сторону, неисполнение или ненадлежащее исполнение договора которой повлекло его досрочное прекращение, например, в результате расторжения договора в судебном порядке или одностороннего отказа другой стороны от исполнения обязательства.

В пункте 12 постановления Пленума № 7 указано, что если кредитор заключил замещающую сделку взамен прекращенного договора, он вправе потребовать от должника возмещения убытков в виде разницы между ценой, установленной в прекращенном договоре, и ценой на сопоставимые товары, работы или услуги по условиям замещающей сделки (пункт 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Кредитором могут быть заключены несколько сделок, которые замещают расторгнутый договор, либо приобретены аналогичные товары или их заменители в той же или в иной местности и т.п.

Добросовестность кредитора и разумность его действий при заключении замещающей сделки предполагаются (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307, статья 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Должник вправе представить доказательства того, что кредитор действовал недобросовестно и/или неразумно и, заключая замещающую сделку, умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению (пункт 1 статьи 404 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, должник вправе представлять доказательства чрезмерного несоответствия цены замещающей сделки текущей цене, определяемой на момент ее заключения по правилам пункта 2 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из содержания указанного разъяснения следует, что для взыскания убытков на основании пункта 1 статьи 393.1 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить: наличие прекратившего действие договора, замещающей его сделки, разницы цены между ними, а также неисполнение или ненадлежащее исполнение должником договора, которое повлекло его досрочное прекращение.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее их возмещения, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Недоказанность одного из указанных составляющих свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Приведенными нормами материального права установлено, что замещающая сделка должна быть аналогична не только по своей правовой природе, но и преследовать те же цели, которые были установлены при заключении первоначального договора купли-продажи. Законодательная конструкция «заключение аналогичного договора» означает заключение такого же договора. Таковой может считаться заключенная кредитором в разумный срок сделка, предметом которой является аналогичное исполнение.

Из материалов дела следует, в целях ограничения доступа к объекту Министерством заключен новый государственный контракт от 18.10.2022 № 332 с ООО «Радогост» (т. 1, л.д. 34-36) на хранение объекта недвижимого имущества - нежилое здание - учебный комбинат общей площадью 8317,5 кв. м с кадастровым номером 74:03:0804026:24, расположенное по адресу: <...> Октября, дом 33.

Таким образом, предмет оказания услуг по контракту между истцом и ответчиком, и по заключенному взамен него контракту от 18.10.2022 № 332 совпадает.

Стоимость контракта от 18.10.2022 № 332 составила 90 000 руб., срок оказания услуг - с 18.10.2022 по 31.12.2022, объем оказания услуг: 1 800 часов.

Судом первой инстанции установлено, что стоимость 1 часа услуг по заключенному между истцом и ответчиком контракту составляет 2 руб. 37 коп., стоимость 1 800 часов - 4 266 руб.

В заключенном между Министерством и ООО «Радогост» государственном контракте от 18.10.2022 № 332 стоимость 1 800 часов оказываемых услуг составляет 90 000 руб., разница в стоимости услуг за период с 18.10.2022 по 31.12.2022 составила 85 734 руб.

Ссылки ответчика на небольшую стоимость услуг по контракту правомерно не приняты судом первой инстанции во внимание, поскольку в ходе проведения электронного аукциона (№ извещения в ЕИС 0869200000221004422) начальная (максимальная) цена контракта составляла 244 141 руб. 20 коп., снижение цены до 20 751 руб. 87 коп. произошло по инициативе ООО ЧОО «Бастион» в ходе конкурентной процедуры (т. 1, л.д. 19-21).

Поскольку основанием для вынесения Министерством решения от 22.09.2022 № 5/13330 об одностороннем отказе от исполнения контракта с ответчиком явилось нарушение ООО ЧОО «Бастион» условий контракта, суд первой инстанции пришёл к верному выводу, что предъявление истцом к взысканию убытков, в виде разницы по замещающей сделке в сумме 85 734 руб. является обоснованным, и подлежат удовлетворению в заявленном объеме.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Обжалуемое решение соответствует требованиям статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а отсутствие в содержании решения оценки судом всех доводов заявителя или представленных им документов, не означает, что судом согласно требованиям части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не была дана им оценка.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, не подтверждены отвечающими требованиям главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами, основаны на ином толковании правовых норм, направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, сделанных при правильном применении норм материального права, и не могут быть признаны основанием к отмене или изменению решения. Иная оценка подателем жалобы обстоятельств спора не свидетельствует об ошибочности выводов суда. Каких-либо новых обстоятельств, опровергающих выводы суда, апеллянтом не приведено.

Всем доказательствам, представленным сторонами, обстоятельствам дела, суд первой инстанции дал надлежащую правовую оценку, оснований для переоценки выводов у суда апелляционной инстанции в силу статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах решение арбитражного суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционная жалоба - удовлетворению.

Судебные расходы по апелляционной жалобе распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в связи с оставлением апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на ее подателя.

В связи с предоставлением судом апелляционной инстанции ответчику отсрочки по уплате государственной пошлины, с подателя апелляционной жалобы в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по апелляционной жалобе в сумме 30 000 руб.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 29.10.2024 по делу № А76-7209/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Бастион» - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью частная охранная организация «Бастион» в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья С.В. Тарасова

Судьи: О.Е. Бабина

У.Ю. Лучихина