СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-1094/2025-ГК

г. Пермь

04 июня 2025 года Дело № А60-11025/2024

Резолютивная часть постановления объявлена 26 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 04 июня 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Муталлиевой И.О.,

судей Бояршиновой О.А., Коневой О.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания до и после перерыва секретарем судебного заседания Морозовой А.М.,

при участии (до и после перерыва):

от истца (посредством веб-конференции): ФИО1, удостоверение адвоката, доверенность от 10.01.2025;

от ответчика: ФИО2, паспорт, доверенность от 01.04.2025, диплом;

третье лицо ФИО3 к веб-конференции не подключился по независящим от суда причинам;

от иных лиц – представители не явились;

лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу третьего лица, ФИО3,

на решение Арбитражного суда Свердловской области

от 19 декабря 2024 года по делу № А60-11025/2024

по иску Нижне-Тагильского городского отделения общероссийской общественной организации «Всероссийское добровольное пожарное общество» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

к обществу с ограниченной ответственностью «Нижнетагильский экзаменационный центр «Пожбезопасность» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок,

третьи лица: ФИО3, ФИО4,

установил:

Нижне-Тагильского городское отделение общероссийской общественной организации «Всероссийское добровольное пожарное общество» (далее – истец, НТГО ВДПО) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Нижнетагильский экзаменационный центр «Пожбезопасность» (далее – ответчик, ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность») о признании недействительными следующих договоров: № 1-22 от 10.01.2022, № 2-22 от 03.02.2022, № 3-22 от 02.03.2022, № 4-22 от 02.04.2022, № 5-22 от 02.05.2022, № 6-22 от 02.06.2022, № 7-22 от 02.08.2022, № 8-22 от 02.09.2022, № 9-22 от 02.10.2022, № 10-22 от 02.10.2022, № 11-22 от 02.10.2022, № 12 от 02.11.2022, №12-1 от 01.12.2022, № 1 от 01.01.2023, № 2 от 03.02.2023, № 3 от 01.03.2023, № 4 от 01.04.2023, № 5 от 02.05.2023, № 6 от 02.06.2023, № 7-1 от 02.07.2023, № 9 от 02.09.2023; о применении последствия недействительности сделок путем взыскания с ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» в пользу НТГО ВДПО денежных средств в размере 2 026 357 руб. 00 коп. (с учетом уточнения исковых требований (письменное уточнение от 03.12.2024 – л.д. 122-123), принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ)

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмете спора, привлечены: ФИО3 (далее – ФИО3), ФИО4 (далее – ФИО4).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.12.2024 (резолютивная часть от 05.12.2024) исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с принятым решением, третьим лицом ФИО3 подана апелляционная жалоба на решение суда, в которой заявитель просит решение суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В обоснование апелляционной жалобы указывает, что истцом не представлено доказательств для вывода о ничтожности (мнимости) оспариваемых сделок. Заявитель жалобы настаивает на том, что факт оказания предусмотренных договорами услуг является доказанным, ссылаясь на договоры подряда, акты выполненных работ. Указывает, что наличие у НТГО ВДПО собственного персонала не свидетельствует о невозможности исполнения договорных обязательств перед заказчиками иными способами (с привлечением сторонних лиц и организаций). Поясняет, что ответчиком работы выполнены с привлечением работников НТГО ВДПО; результат работ, выполненный ответчиком по спорным договорам, впоследствии передан НТГО ВДПО контрагентам; денежные средства, оплаченные истцом ответчику по договорам подряда, были направлены на оплату как налогов, так и услуг исполнителей, привлеченных по гражданско-правовым договорам. Считает, что наличие аффилированности ФИО3 и ФИО4 не опровергает факт выполнения ответчиком работ, оказание услуг и их стоимости.

Помимо этого апеллянт считает, что суд, при применении последствий недействительности сделки, вышел за пределы исковых требований, взыскав с ответчика необоснованно 385 200 руб., поскольку истцом, с учетом уточнений иска, не заявлялись требования о признании недействительными договоров за 2021 год и актов выполненных работ за 2021 год, при этом в общую сумму 2 026 357 руб. включены оплаты по договорам и актам 2021 года.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2025 апелляционная жалоба принята к производству, дело назначено к судебному разбирательству на 14.04.2025 на 10 час. 15 мин.

08.04.2025 от истца поступил отзыв, согласно которому НТГО ВДПО просило оставить жалобу без удовлетворения.

11.04.2025 ответчиком, третьим лицом ФИО3 представлены возражения на отзыв истца.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.04.2025 (в составе судей Муталлиевой И.О., Григорьевой Н.П., Балдина Р.А.) судебное разбирательство по настоящему делу отложено на 19.05.2025 на 12 час. 10 мин. Апелляционный суд предложил истцу представить: пояснения относительно доплаты государственной пошлины за подачу искового заявления в установленном размере; расчет заявленных требований в форме таблицы с указанием: номера платежного поручения и даты перечисления по нему; суммы и назначения платежа по каждому платежному поручению; сведений по какому договору (из 21-го) произведен платеж; а также представить первичные документы по перечислению (платежные поручения, выписки по счету), а также письменную позицию по доводу апеллянта о том, что в общую сумму заявленных исковых требований 2 026 357 руб. 00 коп. включены суммы оплат не только по договорам подряда, признанных судом недействительными, но и по договорам заключенным в 2021 году на сумму 385 200 руб. 00 коп., о признании которых недействительными истцом не заявлялось.

15.05.2025 от истца поступили письменные пояснения, содержащие доводы относительно доплаты государственной пошлины и перечислений за 2021 год и таблицы по перечислениям на расчетный счет ответчик.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.05.2025 для рассмотрения дела № А60-11025/2024 произведена замена судей Григорьевой Н.П., Балдина Р.А. на судей Бояршинову О.А., Коневу О.Ф., в связи чем настоящее дело рассмотрено в составе судей Муталлиевой И.О., судей Бояршиновой О.А., Коневой О.Ф.

19.05.2025 ответчиком представлены возражения на письменные пояснения истца.

В судебном заседании, состоявшемся 19.05.2025, представитель истца поддержал свою позицию, дал пояснения по вопросам суда.

С учетом пояснений представителя истца суд апелляционной инстанции в судебном заседании 19.05.2025 объявил перерыв на основании ст. 163 АПК РФ до 26.05.2025 до 16 час. 00 мин. и предложил истцу представить расчет исковых требований.

26.05.2025 от истца поступили письменные пояснения, содержащие сведения о перечисления на расчетный счет ответчика и суммы по договорам в таблице, а также доводы в части применения двусторонней реституции.

26.05.2025 ответчиком представлены возражения на письменные пояснения истца.

После перерыва 26.05.2025 судебное заседание продолжено в том же составе суда, при участии тех же представителей сторон.

В заседании суда апелляционной инстанции судом заслушаны пояснения представителей истца и ответчика относительно заявленных требований.

Третье лицо ФИО3, которому было одобрено ходатайство об участии в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции, к судебному заседанию по веб-конференции до и после перерыва не подключился, по телефону сообщил, что не возражает на рассмотрении дела в его отсутствие (о чем составлена телефонограмма, приобщенная к протоколу судебного заседания).

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, ФИО3 являлся исполняющим обязанности председателя совета (руководителем) НТГО ВДПО.

ФИО3 также был директором ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность».

Как указано в исковом заявлении, в период с 2021 года по 2023 год с банковского счета истца были переведены денежные средства на счет ответчика в следующем размере:

-13.12.2021 – 55 000 руб.;

-20.12.2021 – 28 000 руб.;

-30.12.2021 – 122 200 руб.

Всего за 2021 год: 205 200 руб.

-11.07.2022 – 80 000 руб.;

-06.09.2022 – 100 000 руб.;

-30.09.2022 – 16 000 руб.;

-08.11.2022 – 130 000 руб.;

-30.11.2022 – 70 000 руб.;

-12.12.2022 – 55 000 руб.;

-21.12.2022 – 1 170 руб.;

-21.12.2022 – 10 732 руб. 12 коп;

-22.12.2022 – 10 106 руб. 88 коп.;

-26.12.2022 – 310 000 руб.;

-29.12.2022 – 100 000 руб.

Всего за 2022 год: 883 009 руб.

-20.06.2023 – 77 000 руб.;

-28.06.2023 – 108 000 руб.;

-27.07.2023 – 35 000 руб.;

-28.07.2023 – 40 000 руб.;

-31.07.2023 – 100 000 руб.;

-10.08.2023 – 40 148 руб.;

-23.08.2023 – 160 000 руб.;

-31.08.2023 – 165 000 руб.;

-18.09.2023 – 113 000 руб.;

-02.10.2023 – 100 000 руб.;

-04.10.2023 – 35 000 руб.;

Всего за 2023 год: 938 148 руб.

Итого: 2 026 357 руб.

Все указанные выше платежи были переведены из НТГО ВДПО в ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» по назначению платежей «договор подряда».

29.09.2023 по итогам проверки деятельности НТГО ВДПО вышестоящим Свердловским областным отделением Всероссийского добровольного пожарного общества был составлен акт проверки, в котором на стр. 10 установлено, что ФИО3 как исполняющий обязанности председателя совета НТГО ВДПО допустил нарушения: «с 04.07.2023 года получает подотчёт, но не отчитывается на эту сумму, получает следующий подотчёт и т.д.».

Позже в бухгалтерии было выяснено, что по указанным выше денежным переводам из НТГО ВДПО в ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» по договору подряда НТГО ВДПО не получило встречного предоставления от ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность», поскольку отсутствуют акты выполненных работ, рабочая документация и договоры и иные подтверждающие документы.

К декабрю 2023 года ФИО3 не был переизбран на должность директора в НТГО ВДПО.

ФИО3 как директор ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» инициировал процедуру ликвидации ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность».

Считая, что заключённые договоры подряда между НТГО ВДПО и ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность», по которым некоммерческая организация (НКО) не получила встречного предоставления за денежные переводы от общества, являются недействительными (мнимыми) сделками, а действия директора ФИО3 по выводу денежных средств в аффилированную организацию являются неразумными и недобросовестными, в связи с чем денежные средства в размере 2 026 357 руб. подлежат возврату НТГО ВДПО, последнее направило претензию 13.02.2024 с требованием о возврате денежных средств.

Поскольку требования указанные в претензии удовлетворены не были, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

В период рассмотрения искового заявления об оспаривании сделок по перечислениям, ответчиком раскрыты документы, послужившие, основанием для совершения оспариваемых платежей, в связи, с чем истец уточнил исковые требования (л.д. 122-123) и просил признать недействительными: договор № 1-22 от 10.01.2022, договор № 2-22 от 03.02.2022, договор № 3-22 от 02.03.2022, договор № 4-22 от 02.04.2022, договор № 5-22 от 02.05.2022, договор № 6-22 от 02.06.2022, договор № 7-22 от 02.08.2022, договор № 8-22 от 02.09.2022, договор № 9-22 от 02.10.2022, договор № 10-22 от 02.10.2022, договор № 11-22 от 02.10.2022, договор № 12 от 02.11.2022, договор №12-1 от 01.12.2022, договор № 1 от 01.01.2023, договор № 2 от 03.02.2023, договор № 3 от 01.03.2023, договор № 4 от 01.04.2023, договор № 5 от 02.05.2023, договор № 6 от 02.06.2023, договор № 7-1 от 02.07.2023, договор № 9 от 02.09.2023; применить последствия недействительных сделок путем взыскания с ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» в пользу НТГО ВДПО денежных средств в размере 2 026 357 руб. Уточнения исковых требований приняты в порядке ст. 49 АПК РФ.

Удовлетворяя исковые требований, суд первой инстанции, руководствовался положениями ст. 166, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), принял во внимание то, что ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих наличие в его распоряжении трудовых ресурсов для выполнения работ по оспариваемым договорам, приобретению/получению материалов со стороны заказчика, понесенных финансовых затрат, отсутствует информация о доступе на объекты, сведения какими лицами, когда и какая работы выполнялась, учел аффилированность сторон, и пришел к выводу о том, что оспариваемые договоры являются мнимыми.

В качестве последствий недействительности сделки суд взыскал с ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» в пользу НТГО ВДПО 2 026 357 руб. 00 коп.

Кроме того, суд с ответчика в пользу истца взыскал 6 000 руб. 00 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Исследовав материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, представленные пояснения сторон, суд апелляционной инстанции пришел к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В силу п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут придать ей требуемую законом форму и произвести для вида соответствующие действия (формальное исполнение), что само по себе не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении вопроса о квалификации той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение реально совершить и исполнить соответствующую сделку.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25 от 23.06.2015 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Норма п. 1 ст. 170 ГК РФ, согласно которой сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна, направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо для создания искусственных оснований для получения и удержания денежных средств или имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (ст. ст. 65, 168, 170 АПК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок (п. 1 ст. 711 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 743 ГК РФ подрядчик обязан осуществлять строительство и связанные с ним работы в соответствии с технической документацией, определяющей объем, содержание работ и другие предъявляемые к ним требования, и со сметой, определяющей цену работ.

Согласно п. 1 ст. 746 ГК РФ оплата выполненных подрядчиком работ производится заказчиком в размере, предусмотренном сметой, в сроки и в порядке, которые установлены законом или договором строительного подряда. При отсутствии соответствующих указаний в законе или договоре оплата работ производится в соответствии со статьей 711 настоящего Кодекса.

В силу п. 4 ст. 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и приемка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной.

При рассмотрении доводов сторон судом апелляционной инстанции установлено, что ответчик, ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность», в лице директора ФИО3 в отзыве на исковое заявление (л.д. 23-24) пояснил, что спорные сделки между НТГО ВДПО и ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» были заключены «с целью выплаты серой заработной платы работникам НТГО ВДПО и снижения налоговой нагрузки последнего, которые фактически являются сделками, совершенными с целью заведомо противной основам правопорядка и нравственности. Полученные по сделкам денежные средства ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» обналичивало и передавало действующему на тот момент исполняющему обязанности представителя НТГО ВДПО ФИО3, с целью уплаты заработной платы сотрудникам НТГО ВДПО, о чем свидетельствуют расписки, которые находятся у третьего лица».

Далее, 26.07.2024 ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность», в лице директора ФИО3 просило предоставить дополнительное время для мирового урегулирования настоящего спора, заключения мирового соглашения – л.д. 35.

В дальнейшем в ходе рассмотрения дела , ответчик во втором отзыве на исковое заявление (л. д. 40-45) изменил правовую позицию полностью, указал, что им выполнялись работы за спорный период в сфере пожарной безопасности, в подтверждение чего им представлены акты выполненных работ за 2021 – 2023 годы (л.д. 67-90).

Законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не отвечающего обычной коммерческой честности (правило «эстоппель»). Таким поведением является, в частности, поведение, не соответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, что идет вразрез с принципом добросовестности, на котором базируется как гражданское право (п. 3, 4 ст. 1, ст. 10, п. 3 ст. 307 ГК РФ, п. 1 Постановления № 25, так и арбитражный процессуальный закон (ч. 2 ст. 41 АПК РФ, п. 2 Постановления № 46).

Из сказанного следует, что для оценки действий участника арбитражного процесса в качестве противоречивых и недобросовестных, необходимо установить его предшествующее и последующее поведение, явно не согласующееся друг с другом, притом последнее должно быть направлено на недобросовестное извлечение преимуществ из непредсказуемого и непоследовательного изменения вектора собственной позиции.

С учетом вышеизложенных обстоятельств позиция ответчика признается судом апелляционной инстанции противоречивой, поскольку, ответчик вначале признал исковые требования, указав, что сделки имеют мнимый (фиктивный) характер, просил время для мирного урегулирования спора, а в последующем полностью диаметрально изменил позицию и стал ссылаться на выполнение работ по договорам подрядов.

При этом факт реальности выполнения указанных сделок ответчиком не доказан (ст. 65 АПК РФ).

Вопреки позиции апеллянта, судом первой инстанции обоснованно учтен факт аффилированности, поскольку в спорный период ФИО3 являлся руководителем НТГО ВДПО и одновременно являлся единственным участником ООО «НТЭЦ».

Руководствуясь положениями устава истца, суд верно заключил, что, для заключения договора подряда между истцом и ответчиком ФИО3 в силу закона и устава ВДПО требовалось, во-первых, уведомить, во-вторых, получить согласие вышестоящего органа НКО – Совета Свердловского областного отделения ВДПО. Между тем в документах бухгалтерской отчётности истца отсутствуют документы об уведомлении и получении согласия на заключение договора подряда с ООО «НТЭЦ».

Исследуя представленные в последующем, в электроном виде договоры (28.08.2024) апелляционная коллегия отмечает, что ни один из 21 договора подряда не содержит сведений о месте проведения работ; не имеет деловой переписки, согласований времени и места проведения работ, запросов доступа на объект.

При этом ответчиком не представлено доказательств того, что у него имелась своя материально-производственная база и специальное оборудование, лицензия на выполнение лицензирующих видов деятельности, а также официально устроенные работники со специальными знаниями и умениями в сфере пожарной безопасности. По открытым данным из базы ФНС «Прозрачный бизнес» установлено, что среднестатистическая численность работников компании составляет 2 сотрудника, что не опровергнуто (ст. ст. 9, 65 АПК РФ).

Ответчик указывает, что работники истца одновременно осуществляли трудовые функции как у истца (работали по трудовым договорам), так и у ответчика («по совместительству»). Вместе с тем, доказательств привлечения конкретного списка работников истца на выполнение спорных работ, сведения о заключении гражданских или иных договоров с работниками истца, ответчик не представил, равно как и доказательств оплаты работ работникам в рамках конкретных обязательств.

Ответчиком в подтверждение реальности сделок представлены акты приема-передачи выполненных работ, которые подписаны со стороны НТГО ВДПО - ФИО3, со стороны ООО «НТЭЦ» - ФИО4 Вместе с тем, суд апелляционной инстанции к указанным актам относится критически, поскольку ФИО3 (бывший руководитель НТГО ВДПО) и ФИО4 являются аффилированными лицами, ФИО4 занимал должность исполнительного директора в ООО «НТЭЦ», единственным участником которого является ФИО3 При этом указанные акты (л.д. 68-88) не содержат иных сведений кроме наименования работ и цены, не позволяют соотнести виды и объемы требуемых работ применительно к конкретным объектам их выполнения. Журналов работ, сведений о закупке материалов (пр. кабель, составы для огнезащитной обработки) не представлены.

Проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что представленные доказательства ответчика не подтверждают реальность выполнения работ по указанным договорам подряда.

При таких фактических обстоятельствах, принимая во внимание противоречивую позицию ответчика относительно фактического получения денежных средств, а также то, что ответчиком не представлено надлежащих доказательств, подтверждающих наличие в его распоряжении трудовых ресурсов для выполнения работ по оспариваемых договорах, приобретению/получению материалов со стороны заказчика, понесенных финансовых затрат, в отсутствие сведений и доказательств места проведения спорных работ, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемые договоры являются мнимыми. В связи с чем исковые требования в части признания недействительными спорных договоров удовлетворены судом первой инстанции правомерно.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

Поскольку названные договоры признаны судом недействительными сделками, то подлежит удовлетворению и требование истца о применении последствий недействительности данных сделок.

При этом как следует из материалов дела, первоначально обращаясь с исковым заявлением, истец просил признать недействительными все договоры подряда в период с 2021 года по 2023 год, заключенные между НТГО ВДПО и ООО «НТЭЦ» и все совершенные в их исполнение платежи; применить последствия недействительной сделки и взыскать с ООО «НТЭЦ» денежные средства в размере 2 026 357 руб. 00 коп. Указанная сумма денежных средств представляет собой сумму платежных переводов в адрес ответчика за период с 2021 года по 2023 год в рамках договоров соответствующего периода (из которых 205 200 руб. - платежи за 2021 год; 883 009 руб. – платежи за 2022 год; 938 148 руб. – платежи за 2023 год).

В последствии в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции истец в порядке ст. 49 АПК РФ уточнил исковые требования (уточнение принято судом), просил признать недействительным договор № 1-22 от 10.01.2022, договор № 2-22 от 03.02.2022, договор № 3-22 от 02.03.2022, договор № 4-22 от 02.04.2022, договор № 5-22 от 02.05.2022, договор № 6-22 от 02.06.2022, договор № 7-22 от 02.08.2022, договор № 8-22 от 02.09.2022, договор № 9-22 от 02.10.2022, договор № 10-22 от 02.10.2022, договор № 11-22 от 02.10.2022, договор № 12 от 02.11.2022, договор №12-1 от 01.12.2022, договор № 1 от 01.01.2023, договор № 2 от 03.02.2023, договор № 3 от 01.03.2023, договор № 4 от 01.04.2023, договор № 5 от 02.05.2023, договор № 6 от 02.06.2023, договор № 7-1 от 02.07.2023, договор № 9 от 02.09.2023. Применить последствия недействительных сделок путем взыскания с ООО «НТЭЦ» в пользу НТГО ВДПО денежных средств в размере 2 026 357 руб. То есть истец, уточнив исковые требования, конкретизировал перечень договоров подлежащих признанию судом недействительными (21 договор за период с 2022 года по 2023 год). При этом сумму в размере 2 026 357 руб., подлежащую взысканию в порядке реституции, истец оставил в неизменном виде.

Таким образом, в общую сумму заявленных исковых требований 2 026 357 руб. 00 коп. истцом включены суммы оплат не только по договорам подряда, признанных судом недействительными, но и по договорам заключенным в 2021 году на сумму 385 200 руб. 00 коп., о признании которых недействительными истцом не заявлялось.

Определением от 14.04.2025, суд апелляционной инстанции предложил истцу представить в виде таблицы оспариваемые перечисления, а также представить пояснения относительно платежей в 2021 года.

Во исполнение определения суда истец представил сведения о перечислениях на расчетный счет ответчика и суммы по договорам в таблицах за 2021 год, 2022 год и 2023 год.

Проанализировав представленную истцом таблицу перечислений и договоров за 2021 год, суд апелляционной инстанции установил, что все перечисления и договоры за 2021 ода., приведенные в таблице, не являлись предметом исковых требований, решением суда первой инстанции данные договоры не были признаны недействительными. Истцом не представлено доказательств того, что суммы переводов за 2021 года являлись авансовыми платежами по спорным договорам. При этом назначение платежа во всем периодам «оплата по договору подряда» не позволяет соотнести оплату по конкретному договору.

Принимая во внимание указанное и учитывая, что истец при уточнении исковых требований исключил требование о признании недействительным договоров за 2021 год с учетом приведенных в иске платежей, самостоятельные платежи за 2021 год не оспаривал, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что последствия признания сделок недействительными в виде реституции на сумму 205 200 руб. не подлежат применению.

Относительно приведенных истцом сведений о перечислениях и договорах за 2022 год и 2023 год, апелляционным судом установлено что, за 2022 год истцом приведены платежные поручения на общую сумму 1 031 893 руб. 10 коп. и договоры на общую сумму 1 554 823 руб. 14 коп. При этом предметом исковых требований являлись перечисления на общую сумму 883 009 руб. 00 коп. За 2023 год истцом приведены платежные поручения на общую сумму 1 430 148 руб. 00 коп. и договоры на общую сумму 1 684 130 руб. 30 коп., однако, предметом исковых требований являлись перечисления на общую сумму 938 148 руб. 00 коп.

Таким образом, сведения о перечисления за 2022-2023г., представленные истцом в суд апелляционной инстанции, не совпадают со сведениями, указанными в исковом заявлении истца и принятом по делу решении суда, а именно представленная таблица за 2022 год включает перечисления по платежным поручениям № 149, 147, 298, таблица за 2023 год включает перечисления по платежным поручения № 58, 59, 61, 86, 118, 127, 138, 140, 176, 235, 238, 244, которые не являлись предметом исковых требований и предметом рассмотрения дела.

При этом, апелляционный суд в силу п. 1 ст. 49 АПК РФ не правомочен принимать уточнения исковых требований, то есть не может выходить за рамки заявленных в суде первой инстанции истцом требований.

Исходя из того, что истцом в суде первой инстанции приводился конкретный перечень платежей за 2022 год и 2023 год на общую сумму 1 821 157 руб. 00 коп., об иных платежах, которые отражены в представленных истцом в суде апелляционной инстанции таблицах, заявлено не было, следовательно, размер денежных средств подлежащих возврату ответчиком истцу по правилам реституции составляет 1 821 157 руб. 00 коп.

При указанных обстоятельствах требование истца о применении последствий недействительности сделок в виде возврата ответчиком 1 821 157 руб. 00 коп. подлежит удовлетворению. Оснований для удовлетворения требований истца о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ООО «НТЭЦ «Пожбезопасность» в пользу НТГО ВДПО 205 200 руб. у суда первой инстанции не имелось и в их удовлетворении следовало отказать.

Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит изменению в связи с несоответствием выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 270 АПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По смыслу п. 1 ч. 1 ст. 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации при объединении в заявлении, поданном в арбитражный суд, нескольких взаимосвязанных требований неимущественного характера уплате государственной пошлиной подлежит каждое самостоятельное требование.

В силу подп. 2 п. 1 ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина по требованию о признании сделки недействительной (на момент подачи иска) составляла 6 000 руб.

Таким образом, НТГО ВДПО подлежала уплате государственная пошлина по 21-му требованию, заявленным в просительной части уточненного искового заявления в размере 126 000 руб. Однако, как следует из материалов дела, при подаче иска НТГО ВДПО платежным поручением № 106 от 04.03.2024 в федеральный бюджет была перечислена государственная пошлина в сумме 6 000 руб.

Поскольку исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию сумма уплаченной истцом государственной пошлины по иску в размере 6 000 руб., а государственная пошлина в сумме 120 000 руб. подлежит довзысканию с ответчика в доход федерального бюджета.

С учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы, государственная пошлина в размере 30 000 руб. подлежит отнесению на заявителя жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 176, 258, 266, 268, 269, 270, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2024 года по делу № А60-11025/2024 изменить, изложив п. 3 резолютивной части решения в следующей редакции:

«3. Применить последствия недействительности сделок, взыскав с общества с ограниченной ответственностью «Нижнетагильский экзаменационный центр «Пожбезопасность» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу Нижне-Тагильского городского отделения общероссийской общественной организации «Всероссийское добровольное пожарное общество» (ОГРН <***>, ИНН <***>) 1 821 157 руб. 00 коп.

В удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделок в иной сумме отказать», а также дополнить резолютивную часть решения п. 5 в следующей редакции:

«5. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нижнетагильский экзаменационный центр «Пожбезопасность» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета РФ 120 000 руб. 00 коп. государственной пошлины по иску».

В остальной части решение Арбитражного суда Свердловской области от 19 декабря 2024 года по делу № А60-11025/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия через Арбитражный суд Свердловской области.

Председательствующий И.О. Муталлиева

Судьи О.А. Бояршинова

О.Ф. Конева