ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

г. Москва Дело № А40-161893/25-60-1033

07 ноября 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 22 октября 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 07 ноября 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Кравченко Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Низовцевой Д.Д,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску

ИНДИВИДУАЛЬНОГО ФИО1 АРТАШЕСОВНА (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>, Дата присвоения ОГРНИП: 02.07.2020)

к ДЕПАРТАМЕНТУ ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА ГОРОДА МОСКВЫ (123112, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 08.02.2003, ИНН: <***>)

3 лицо - ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ГОРОДА МОСКВЫ МОСКОВСКОЕ ГОРОДСКОЕ БЮРО ТЕХНИЧЕСКОЙ ИНВЕНТАРИЗАЦИИ (125375, Г.МОСКВА, ПЕР ГНЕЗДНИКОВСКИЙ М., Д. 9, СТР. 7, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 19.06.2015, ИНН: <***>)

Об обязании предоставить согласие,

при участии представителей – согласно протокола судебного заседания,

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель Манукян Шушаник Арташесовна (ИП ФИО3, истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Департаменту городского имущества города Москвы (Департамент, ответчик) об обязании Департамента, как собственника нежилого помещения, общей площадью 106,50 кв. м. (подвал, пом. I - комн. 1-3, 5-9), расположенного по адресу: ЮВАО, Рязанский проспект, дом № 33, кадастровый номер: 77:04:0002003:2270, надлежащим образом исполнить обязательства по договору № 00-00633/20 от 19.08.2020, путем направления письменного согласия ИП ФИО3 на выход инженеров БТИ для проведения обследования нежилого помещения с кадастровым номером 77:04:0002003:2270 с целью получения технической документации по уже имеющейся перепланировке, зафиксированной в договоре аренды № 00-00633/20 от 19.07.2020 и акте № 38 от 10.08.2020; взыскании с Департамента городского имущества города Москвы в пользу ИП ФИО3 неустойки в случае неисполнения решения суда в размере 10 000 руб. за каждый день просрочки исполнения с момента вступления в законную силу решения суда по дату фактического исполнения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Государственное бюджетное учреждение города Москвы «Московское городское бюро технической инвентаризации» (ГБУ МосгорБТИ).

В судебное заседание не явился представитель третьего лица, возражений относительно рассмотрения спора в отсутствие своего представителя не направил. Дело рассмотрено в отсутствие представителя третьего лица в порядке ст.ст. 123, 156 АПК РФ.

Истец поддержал заявленные требования по доводам иска.

Ответчик возражал против заявленных требований по доводам отзыва, ходатайствовал об оставлении искового заявления без рассмотрения.

Ходатайство ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения мотивированно тем, что требования, заявленные в настоящем иске, по сути дублируют уточненные требования, заявленные в рамках дела № А40-12188/2025 (п. 1 ч. 1 ст. 148 АПК РФ).

Рассмотрев данное ходатайство, суд находит его не подлежащим удовлетворению, а доводы, изложенные в нем, несостоятельными.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 148 АПК РФ, арбитражный суд оставляет исковое заявление без рассмотрения, если после его принятия к производству установит, что: в производстве арбитражного суда, суда общей юрисдикции, третейского суда имеется дело по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям.

Между тем, по делу № А40-12188/2025 рассмотрены требования ИП ФИО3 к Департаменту городского имущества города Москвы о признании незаконным одностороннего отказа Департамента от договора аренды № 00-00633/20 от 19.08.2020, оформленного уведомлением исх. № 33-6-177637/24 от 16.12.2024, в то время как в настоящем деле рассматривается требование об обязании предоставить согласие на выход инженеров БТИ на осмотр объекта аренды.

То обстоятельство, что спор возник на основании одного и того же договора аренды, оспаривается отказ Департамента от совершения действий, имеющих правовое и практическое значение для исполнения истцом своих обязательств арендатора по договору аренды, не свидетельствует о совпадении предмета иска.

Следовательно, данные требования не совпадают по предмету, что исключает применение в данном случае положений пункта 1 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, рассмотрев исковые требования, выслушав доводы истца и ответчика, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, пришел к следующим выводам.

19.08.2020 между Департаментом городского имущества города Москвы (арендодатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды объекта нежилого фонда, находящегося в собственности города Москвы (по результатам аукциона) № 00-00633/20.

Пунктом 1.1. договора установлено, что на основании распоряжения Департамента городского имущества города Москвы от 13.04.2020 № 11726 и выписки из протокола аукциона от 16.07.2020, арендодатель предоставляет, а арендатор принимает в аренду нежилое помещение (далее - объект аренды) общей площадью 106,50 кв. м. (подвал, пом. I - комн. 1-3, 5-9), расположенное по адресу: ЮВАО, Рязанский проспект, дом № 33, кадастровый номер: 77:04:0002003:2270.

В соответствии с пунктом 1.2. договора технические характеристики и иные сведения об объекте аренды указаны в выписке из технического паспорта БТИ № 3035/27 от 18.04.2014.

Пунктом 1.4. договора установлено, что объект аренды является государственной собственностью города Москвы. Запись в Едином государственном реестре недвижимости от 15.09.2005 № 77-77-04/107/2005-260.

Согласно акту № 38 от 10.08.2020 арендатор передал арендодателю недвижимое имущество (подвал, пом. I, комн. 1-3, 5-9), общей площадью 106,5 кв. м., кадастровый номер 77:04:0002003:2270, расположенное по адресу: <...>.

Пунктом 2 акта № 38 от 10.08.2020 зафиксировано наличие перепланировки объекта на дату составления акта с учетом данных ЕГРН, а именно - имеется согласно выписке из технического паспорта БТИ № 3035/27 по состоянию на 18.04.2014, а также в к. 3, 5 оборудованы межкомнатные перегородки, между к. 7 и 9 демонтированы межкомнатные перегородки, между к. 3 и 7 заложен дверной проем, между к. 1 и 9, 2 и 7 перенесены дверные проемы.

В соответствии с пунктом 13.12. договора арендатор обязуется в течение одного года оформить разрешительную документацию на имеющуюся перепланировку помещений согласно выписке из технического паспорта БТИ № 3035/27 по состоянию на 18.04.2014.

ИП ФИО3 направила в Департамент городского имущества города Москвы заявление б/н от 26.04.2021 о выдаче согласия на совершение действий по узакониванию перепланировки, которое было оставлено Департаментом без ответа, что подтверждается решением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2024 по делу № А40-171213/23.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 22.02.2024 по делу № А40-171213/23 установлено, что «помещение в момент его передачи в аренду уже имело множественную несогласованную перепланировку, что подтверждается отметкой БТИ на техническом плане, учитывая, что последнее обследование проводилось на 18.04.2014.

Доказательств того, что в период действия договора аренды именно истцом в комн. 3,5,7,9 был произведен монтаж некапитальных перегородок ответчиком не представлено.

Под перепланировкой помещения в многоквартирном доме понимается изменение его конфигурации, которое требует внесения изменения в технический паспорт жилого помещения (ч. 2 ст. 25 ЖК РФ) - то есть из толкования указанной нормы, перепланировка это физическое, намеренное воздействие лица, направленное на изменение конфигурации нежилого помещения, двойственный характер технической документации на объект недвижимости, ошибки при составлении технической документации, либо ошибки, возникшие при выгрузке данных из единых информационных баз и реестров не могут служить свидетельством совершенной физической перепланировки.

Таким образом, ответчик в нарушение ст. 65 АПК РФ не доказал, что истец нарушил условия договора и произвел перепланировку нежилого помещения с нарушением несущей способностью конструктивных элементов здания, с нарушением требований технических регламентов, и что в помещении создана угроза жизни, безопасности и здоровью граждан либо нарушены права третьих лиц.

Доказательства того, что в ходе установки сантехнического оборудования была произведена замена либо перенос водопроводных коммуникаций, ответчиком не представлено и в материалах дела таких доказательств не имеется.

Соответственно указанные в акте осмотра переустройства помещения об установлении сантехнического оборудования по смыслу статьи 25 ЖК РФ указанные работы не являются перепланировкой или переустройством помещения.

Также ответчик не представил в материалы дела, какие-либо технические заключения, подтверждающие нарушения несущей способности конструктивных элементов здания, несоблюдения требований технических регламентов, создания угрозы жизни, безопасности и здоровью граждан, а также изменения площади арендуемого нежилого помещения, требующего внесения изменений в данные Единого государственного реестра недвижимости».

Как следует из материалов дела, Департамент проигнорировал попытку ИП ФИО3 выполнить обязательства, предусмотренные п. 13.12. договора, направив ответ на указанное заявление лишь 18.09.2023, то есть спустя 2 года, что подтверждается скриншотом электронной почты (после поступления искового заявления по делу № А40-171213/23 в суд).

26.03.2024 ИП ФИО3 был инициирован процесс получения документов для узаконивания перепланировки, получены технические документы в отношении спорного нежилого помещения.

31.07.2024 ИП ФИО3 были запрошены документы БТИ, а именно: поэтажный план с экспликацией, между тем, в полученной от БТИ документации от июля 2024 года отражены не все фактические данные, отсутствуют сведения об оборудованных в к. 3, 5 межкомнатных перегородках, между к. 7 и 9 демонтированных межкомнатных перегородках, между к. 3 и 7 заложенного дверного проема, между к. 1 и 9, 2 и 7 перенесенного дверного проема, что не позволило провести техническую экспертизу о безопасности ранее выполненных работ по переустройству.

ИП ФИО3 повторно обратилась в БТИ с целью предоставления актуальной технической документации на спорный объект.

01.11.2024 от БТИ получен ответ, в котором БТИ информирует ИП ФИО3 о необходимости предоставления согласия собственника нежилого помещения на выход инженера БТИ и обследования нежилого помещения с целью отражения актуальных изменений.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, во исполнение требований, установленных п. 13.12. договора, ИП ФИО3 письмами от 01.11.2024, 12.11.2024, 03.12.2024, 11.12.2024 просила Департамент дать согласие на выход инженера БТИ для проведения обследования уже имеющейся перепланировки, зафиксированной в договоре аренды от 19.07.2020 и акте № 38 от 10.08.2020, с приложением скриншота ответа БТИ.

Департамент письмами исх. № ДГИ-Э-179359/24-1 от 22.11.2024, исх. № ДГИ-Э-185301/24-1 от 05.12.2024, от 17.12.2024 № ДГИ-Э200373/24-1 отказал в предоставлении доступа инженера БТИ для получения необходимых документов для исполнения обязательств, предусмотренных пунктом 13.12. договора, несмотря на то, что в своих письмах ранее указывал на необходимость предоставления технической документации, которую невозможно получить без обследования инженером БТИ спорного помещения.

В силу части 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предусмотрено законом или иными правовыми актами.

В силу статьи 331 Гражданского кодекса Российской Федерации соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

В соответствии с п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

При толковании условий договора суд с учетом особенностей конкретного договора вправе применить как приемы толкования, прямо установленные статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, иным правовым актом, вытекающие из обычаев или деловой практики, так и иные подходы к толкованию. В решении суд указывает основания, по которым в связи с обстоятельствами рассматриваемого дела приоритет был отдан соответствующим приемам толкования условий договора (п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора").

В пункте 1.2. договора указано, что технические характеристики и иные сведения об Объекте аренды указаны в выписке из технического паспорта БТИ № 3035/27 по состоянию на 18.04.2014.

В Акте от 10.08.2020 приема-передачи помещений прямо зафиксированы имеющиеся перепланировки.

П. 13.2 договора аренды 00-00633/20 от 19.08.2020 стороны согласовали, что арендатор обязуется в течение одного года оформить разрешительную документацию на имеющуюся перепланировку помещений согласно выписке из технического паспорта БТИ № 3035/27 по состоянию на 18.04.2014

При этом из материалов дела не следует, что на момент заключения договора между сторонами существовали какие-либо разногласия применительно к его условиям.

В соответствии с положениями статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (часть 2 статьи 10 ГК РФ).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Принцип эстоппель (estoppel) означает лишение стороны в споре права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного/арбитражного разбирательства, применение которой означает утрату права на защиту посредством лишения стороны права на возражение.

Основным критерием его применения является непоследовательное, непредсказуемое поведение участника гражданского правоотношения.

Данное понятие указывает на то, что поведение стороны для оценки ее добросовестности нужно рассматривать во времени, в некой хронологической протяженности, учитывая последовательность либо непоследовательность действий, возражений и заявлений этой стороны.

Переменчивое поведение хоть и не является гражданским правонарушением, но это явление небезразлично праву, так как лицо, изменив выбранный ранее порядок поведения, получает преимущество по сравнению с теми лицами, которые следуют своему предшествующему поведению и отношению к юридическим фактам.

Главная задача принципа эстоппеля состоит в том, чтобы воспрепятствовать стороне получить преимущества и выгоду, как следствие своей непоследовательности в поведении в ущерб другой стороне, которая добросовестным образом положилась на определенную юридическую ситуацию, созданную первой стороной.

Принцип эстоппеля предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства (заявлять возражения) в рамках гражданско-правового спора, если данные возражения существенно противоречат его предшествующему поведению (Обзор практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017)).

Данное правило вытекает из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, согласно которому при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности.

Из материалов дела следует, что помещения были переданы в аренду с имеющейся перепланировкой, по условиям договора ответчик это признавал, более того, в договоре сторонами согласовано об обязанности арендатора (истца) оформить разрешительную документацию на имеющуюся перепланировку, решением суда по делу А40-171213/23 также были установлены указанные факты, в связи с чем в хронологической протяженности поведение Департамента оценивается судом как непоследовательное и противоречивое.

В силу ч. 1 ст. 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, что служит основанием для возбуждения судом производства по делу.

По смыслу приведенных норм права в их системной связи с задачами судопроизводства (ст. 2 АПК РФ) и перечнем вопросов, разрешаемых судом при принятии решения, в число которых входит вопрос о том, подлежит ли иск удовлетворению (ч. 1 ст. 196 ГПК РФ, ч. 1 ст. 168 АПК РФ), при разрешении спора вектор судебной деятельности направлен на проверку обстоятельств, связанных с наличием либо отсутствием оснований для удовлетворения иска, а не отказа в нем. Соответственно, мотивом для отказа в иске служит ситуация, в которой суд не усмотрел оснований для удовлетворения требований истца.

Согласно ст. 49 АПК РФ и разъяснениям, содержащимся в п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 № 46 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции", иск, как сложная правовая конструкция, включает в себя два основных элемента - предмет и основания. Предметом иска является материально-правовое требование истца к ответчику. Основания иска - обстоятельства, на которые истец ссылается в обоснование своих требований к ответчику.

Как разъяснено в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 "О судебном решении", суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Соответственно, право определить предмет и основания иска принадлежит истцу (Определения Верховного Суда РФ от 25.12.2018 N 16-КГ18-44, от 15.02.2017 N 302-ЭС16-20322). При этом по смыслу ст. 12 ГК РФ избранный лицом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения и в конечном итоге привести к восстановлению нарушенного права или к реальной защите законного интереса (Постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 17.01.2019 по делу N А46-15655/2016), поскольку под защитой нарушенного права имеется в виду не только возможность обращения в арбитражный суд, но и возможность достижения в суде правового результата (Постановление Президиума ВАС РФ от 09.02.2010 N 13944/2009 по делу N А56-31225/2008).

Соответственно, выбор истцом способа защиты нарушенного права имеет существенное значение для достижения итогового правового результата, и в определенных случаях неправильное определение предмета и (или) оснований иска может привести к отказу в удовлетворении исковых требований.

Поэтому при ненадлежащем формулировании истцом способа защиты и очевидности преследуемого им материально-правового интереса суд не должен отказывать в иске ввиду неправильного указания норм права, в этом случае суд определяет, из какого правоотношения возник спор и какие нормы подлежат применению (Определение Верховного Суда РФ от 21.11.2016 N 305-ЭС14-5756 по делу N А40-11689/2011).

Иными словами, ошибочная правовая квалификация сложившихся отношений поводом к отказу в иске служить не может. Например, если истцом заявлено требование о взыскании с ответчика в качестве неосновательного обогащения (ст. 1102 ГК РФ) денежной суммы, переданной под расписку с условием о возврате, а суд при разрешении спора установит, что между сторонами сложились отношения займа (ст. 807 ГК РФ), он не может, руководствуясь этим мотивом, принять решение об отказе в удовлетворении требований истца, а должен разрешить спор по существу, установив, имеются ли основания для присуждения заявленной истцом к взысканию денежной суммы в качестве невозвращенного займа.

В случае если суд самостоятельно переквалифицирует спорные правоотношения, он обязан поставить этот вопрос на обсуждение сторон и определить обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, даже если стороны на некоторые из них не ссылались, а также распределить обязанности по доказыванию этих обстоятельств (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 21.07.2020 N 78-КГ20-23-К3).

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что право на судебную защиту признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Это право включает в себя не только право на обращение в суд, но и гарантированную государством возможность получения реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод. Иное не согласуется с универсальным для всех видов судопроизводства требованием эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего критериям справедливости. Когда суды не исследуют по существу обстоятельства дела, ограничиваясь только установлением формальных условий применения нормы, право на судебную защиту, закрепленное ст. 46 (ч. 1) Конституции Российской Федерации, оказывается существенно ущемленным (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021).

В силу пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса арбитражный суд не связан правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении. Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.11.2010 № 8467/10.

Согласно п. 2 ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в Кодексе.

В соответствии со ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Восстановление нарушенных прав осуществляется с использованием различных способов защиты, которые направлены в том числе на поддержание стабильности гражданско-правовых отношений (статья 12 ГК РФ). Перечень этих способов защиты в силу абзаца четырнадцатого поименованной статьи является открытым.

Данные положения закона относятся к основным началам гражданского законодательства и имеют универсальное значение, в том числе в отношениях между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, и органами, наделенными властными функциями.

Как следует из материалов дела, противоречивое и недобросовестное поведение ответчика препятствует ИП ФИО3 в реализации обязательств, предусмотренных п. 13.12 договора, за которые сам же Департамент начисляет штрафные санкции, в связи с чем суд приходит к выводу, что у истца не остается иного способа защиты своего права, кроме как обратиться в суд с настоящим иском об обязании Департамент исполнить свои встречные обязательства как собственника арендуемых помещений.

Исходя из предмета и основания заявленных требований, неоднократного отказа Департамента в предоставлении согласия на проведение технической инвентаризации арендуемых нежилых помещений, что явствует из переписки сторон, ответов ДИГМ, суд считает необходимым скорректировать просительную часть исковых требований, с учетом того, что не имеет правового значения в адрес кого будет выражено и направлено согласие Департамента, в адрес истца, или органов БТИ.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, производится судом в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 110 АПК РФ.

С учетом изложенного, на основании ст.ст. 10, 11, 12, 309, 310 ГК РФ, руководствуясь ст.ст. 65, 102, 110, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства ДЕПАРТАМЕНТА ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА ГОРОДА МОСКВЫ об оставлении искового заявления без рассмотрения отказать.

Обязать ДЕПАРТАМЕНТ ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА ГОРОДА МОСКВЫ (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) предоставить согласие на проведение технической инвентаризации арендуемого нежилого помещения общей площадью 106,5 кв.м. (подвал, пом. I комн. 1-3, 5-9), расположенного по адресу г. Москва, ЮВАО, Рязанский проспект, д.33 (кадастровый номер 77:04:0002003:2270).

Взыскать с ДЕПАРТАМЕНТА ГОРОДСКОГО ИМУЩЕСТВА ГОРОДА МОСКВЫ (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) в пользу ИНДИВИДУАЛЬНОГО ФИО1 АРТАШЕСОВНА (ОГРНИП: <***>, ИНН: <***>) расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 000 руб.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в Девятый арбитражный апелляционный суд в месячный срок с даты изготовления в полном объеме.

Судья Т.В. Кравченко