Решение по делу № А12-3892/2025 от 12.11.2025 | АС Волгоградской области

Арбитражный суд Волгоградской области

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Волгоград Дело №А12-3892/2025

«12» ноября 2025 года

резолютивная часть решения оглашена 12 ноября 2025 года

полный текст решения изготовлен 12 ноября 2025 года

Арбитражный суд Волгоградской области в составе судьи Акимова А.Н., при ведении протокола помощником судьи Поздняковой Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление общества с ограниченной ответственностью торговый дом «Транспортные логистические системы» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2 по обязательствам ООО «ВТЛК» (ИНН <***>),

привлеченные заинтересованные лица: ФИО3, ООО «Полфрост логистик» (ИНН <***>), ООО «ТК «Трансвента» (ИНН<***>)

при участии в судебном заседании:

от ООО «ТЛС» - ФИО4, доверенность от 10.08.2022 (онлайн),

от ФИО1 - ФИО5, доверенность от 04.03.2025,

УСТАНОВИЛ:

20.02.2025 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее - суд) поступило исковое заявление общества с ограниченной ответственностью Торговый дом «Транспортные логистические системы» о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, по обязательствам ООО «ВТЛК» (ИНН <***>) в сумме 3 884 340,01 руб., взыскании расходов по оплате государственной пошлины в сумме 141 530 руб., расходов по оплате услуг представителя 60 000 руб.

Определением суда от 27.02.2025 указанное исковое заявление принято к производству суда.

Представитель истца приобщил дополнительные пояснения.

Ответчики, ФИО1, ФИО2 представили в суд письменные возражения относительно заявленных требований.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения требования считаются надлежащим образом извещенными по правилам ст. 123 АПК РФ.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения заявления считается надлежащим образом извещенным по правилам ст. 123 АПК РФ.

Судебное заседание проводится судом без участия указанного лица по правилам ст. 156 АПК РФ.

ФИО1, ФИО2 заявили ходатайство о прекращении производства по делу в связи с отсутствием публикации на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве о присоединении кредиторов к заявлению о субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВТЛК» (ИНН <***>).

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, поданное вне рамок дела о банкротстве, считается предъявленным в интересах всех кредиторов, имеющих право на присоединение к иску, независимо от того, какой перечень кредиторов содержится в тексте заявления.

Такое заявление рассматривается судом по правилам главы 28.2 АПК РФ с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве (пункт 4 статьи 61.19 Закона о банкротстве). В соответствии с пунктом 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», заявитель, обратившийся с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, должен предложить другим кредиторам, обладающим правом на присоединение, присоединиться к его требованию (части 2 и 4 статьи 225.14 АПК РФ).

Такое предложение должно быть сделано путем включения сообщения в ЕФРСБ в течение трех рабочих дней после принятия судом к производству заявления о привлечении к ответственности (часть 6 статьи 13 АПК РФ, подпункт 3 пункта 4 статьи 61.19, пункт 3 статьи 61.22 Закона о банкротстве).

Публикация на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве, о присоединении кредиторов к заявлению о субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВТЛК» (ИНН <***>) размещена 04.07.2025 №18646934.

После представления истцом публикации на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве о присоединении кредиторов к заявлению о субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВТЛК» ФИО1 не настаивала на ходатайстве о прекращении производства по делу в связи с наличием публикации на сайте ЕФРСБ.

С учетом наличия на сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве, сообщения о присоединении кредиторов к заявлению о субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВТЛК» (ИНН <***>) от 04.07.2025 ходатайство ответчиков о прекращении рассмотрения спора удовлетворению не подлежит.

Согласно материалам дела, решением Арбитражного суда Тульской области от 07.10.2020 по делу № А68-12852/2019 с ООО «ВТЛК» взысканы денежные средства в размере 2 254 563 рублей в пользу ООО ТД «ТЛС».

Согласно определения Арбитражного суда Тульской области от 07.03.2024 и 06.11.2024 присужденные денежные суммы проиндексированы на 697 336,34 руб., и 107 542, 67 руб.

Решением Арбитражного суда Тульской области от 14.10.2024 по делу №А68-9556/2024 с ООО «ВТЛК» взысканы пени в размере 822 783 руб., возмещение государственной пошлины в размере 2 115 рублей в пользу ООО ТД «ТЛС». Сумма исковых согласно заявленных требований к КДЛ по обязательствам ООО «ВТЛК» составляет 2 254 563+ 697 336,34+107 542,67+822 783+2 115=3 884 340,01 руб.

ООО «Транспортные логистические системы» обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2, по обязательствам ООО «ВТЛК» (ИНН <***>) в сумме 3 884 340,01 руб., ссылаясь на наличие у указанных лиц обязанности провести ликвидацию, в том числе с применением процедур банкротства, на исключение из ЕГРЮЛ ООО «ВТЛК» и на наличие неисполненного судебных актов, по делу А68-9556/2024.

19.12.2024 года ООО «ВТЛК» было исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Согласно сведениям представленным ИФНС России по Дзержинскому району г. Волгограда от 27.02.2025 №14-04/00726, ФИО1 с 25.08.2014 года по 29.06.2021 являлась генеральным директором ООО «ВТЛК», с 25.08.2014 по 23.04.2021 учредитель должника (доля 100%).

ФИО2 с 23.04.2021 года – являлся учредитель ООО «ВТЛК» (доля 100%), с 29.06.2021 года – директор ООО «ВТЛК».

В обоснование своей позиции истец указывает на следующее, так стороны ООО ТД «ТЛС» и ООО «ВТЛК» заключили договор об оказании услуг № ТД ТЛС/ВТЛК-ТЭО от 25.02.2019 года и исполняли его. Но в результате нарушений условий договора у ООО «ВТЛК» образовалась задолженность.

- 04.10.2019 года ООО ТД «ТЛС» направляет в адрес должника претензию, которая остается без удовлетворения

- 17.10.2019 года Истец подает исковое заявление, по которому возбуждается делу №А68-12852/2019 года.

- 07.10.2020 года на основании решении АС Тульской области исковые требования истца удовлетворяются.

- 19.10.2020 года ФИО1 создает новую компанию ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА» (ИНН <***>), в которой является единственным учредителем и генеральным директором. ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА», согласно внесенным ОКВЭД, ведет предпринимательскую деятельность по оказанию услуг железнодорожных перевозок (основной ОКВЕД 49.20 – Деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки), то есть ФИО1 была создана компания занимающаяся точно такой же деятельностью как и ООО «ВТЛК».

-10.11.2020 года ООО «ВТЛК» подает апелляционную жалобу, которая обстается без удовлетворения и 18.01.2021 года решение вступает в силу.

-29.06.2021 года ООО «ВТЛК» окончательно «продается» и в ЕГРЮЛ вносятся сведения о новом директоре ФИО2

О смене директора не направляет информации, хотя в силу п.9.5. Договора данная информация должна быть направленна контрагенту.

- 19.12.2024 года ООО «ВТЛК» было ликвидировано и исключено из ЕГРЮЛ.

Таким образом, сразу после того, как судом первой инстанции были взысканы денежные в пользу ООО ТД «ТЛС» ФИО1 бросает ООО «ВТЛК» и создает зеркальную фирму ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА», которая, осуществляет идентичные виды деятельности, при единстве КДЛ в компаниях. Таким образом, ФИО1 создано «зеркальное общество», при этом предыдущее, имея признаки неплатежеспособности было брошено и впоследствии исключено их ЕГРЮЛ на основании недействительности сведений, содержащихся в ЕГРЮЛ.

Перед сменой КДЛ ФИО1 производит вывод дебиторской задолженности, а именно, после того, как решение суда по делу А68-12852/2019 вступило в силу, а Истец получил Исполнительный лист № ФС 034263877 от 21.01.2021 года, с 2021 года 4 раза обращался в ФССП с заявлением о возбуждении исполнительных производств, в дальнейшем (постановления о возбуждении и окончании исполнительных производств представлены истцом в материалы дела). Исполнительных производств были окончены в связи тем, что невозможно установить местонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях.

То есть, начиная 20.02.2021 года (дата возбуждения первого ИП) ООО «ВТЛК» не имело на своих счетах денежных средств, на которые могло бы быть обращено взыскание.

В тоже время ООО «ВТЛК» имело дебиторскую задолженность, при взыскании которой с контрагентов на нее было бы обращено взыскание в рамках исполнительных производств.

Согласно сведениям Картотеки арбитражных дел, ООО «ВТЛК» привлечено в качестве третьего лица в 16 делах с участием ИП ФИО3 и ИП ФИО2.

Каждое дело основывается на исковом заявлении о взыскании задолженности по договору между третьим лицом (ООО «ВТЛК») и ответчиком право требования которой перешло к ИП ФИО3 или ИП ФИО2 на основании договора цессии (А60-42197/2021, А60-45351/2021, А12-30886/2021, А60-53645/2021, А60-53656/2021, А12-53646/2021, А12-53648/2021, А12-53650/2021, А6053654/2021, А60-53654/2021, А12-53656/2021, А60-53661/2021, А60-53662/2021, А60-53667/2021, А60-11543/2022).

Таким образом, после продажи ООО «ВТЛК» ФИО2 с кредиторской задолженностью более 2,250 млн. руб., возбужденным исполнительным производствам, которые препятствует ведению предпринимательской деятельности, операция по счетам, новым директором заключается множество договоров цессии с самим собой и ИП ФИО3 (ИНН <***>, ОГРН <***>).

Посредством чего, в обход решения суда, возбужденного исполнительного производства по требованиям Истца директором производиться вывод дебиторской задолженности.

ООО ТД «ТЛС» обращаясь с настоящим исковым заявлением основывая его так же на общих нормах гражданско-правовой ответственности, которая возлагается на КДЛ основного должника, связи с исключением последнего из ЕГРЮЛ.

Согласно п. 3.1. ст. 3 Закона об ООО исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства.

В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, действовали неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

При этом, как следует из п. 3 ст. 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 6 ст. 61.19 Закона о банкротстве устанавливается, что при рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, установленное пунктом 3 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации, не применяется при рассмотрении исков, предусмотренных настоящей статьей, если должник исключен из Единого государственного реестра юридических лиц.

Таким образом, в связи с исключением основного должника из ЕГРЮЛ считается, что он отказался от исполнения обязательств.

В этом случае истец имеет право требовать исполнения обязательства от КДЛ в порядке субсидиарной ответственности, взыскивая убытки. Для привлечения КДЛ к ответственности необходимо доказать наличие неразумных или недобросовестных действий со стороны КДЛ, которые привели к исключению общества из ЕГРЮЛ и неисполнению обязательств.

Основание для привлечения к субсидиарной ответственности: Ввиду вышеуказанного, основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках настоящего иска являются недобросовестные действия КДЛ.

Законодатель, устанавливая ответственность за нарушения обязанностей, указанных в ст. 61.11 и 61.12, подразумевает, что нарушение данных норм выходит за пределы осуществления гражданских прав и соответственно является недобросовестным.

Истец, опираясь на положения ст. 10 ГК о пределах осуществления гражданских прав, устанавливающей запрет на недобросовестное поведение, лишь приводит примеры недобросовестности, которая подразумевается законодателем.

То есть ссылаясь на положения закона о банкротстве Истец исходит из общегражданских оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, руководствуясь в первую очередь нормами статей 53.1, 64.2 Гражданского кодекса РФ, п.3.1 ст.3 Закона об ООО.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ из в постановления от 21 мая 2021 года № 20-П, суды должны исходить из того, что при привлечении лиц, контролировавших общество, исключенное из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом для недействующих юридических лиц, к субсидиарной ответственности по его долгам кредитору, если на момент исключения общества из ЕГРЮЛ соответствующие исковые требования кредитора удовлетворены судом, его применение судами исходя из предположения о том, что именно бездействие этих лиц привело к невозможности исполнения обязательств перед истцом - кредитором общества, пока на основе фактических обстоятельств дела не доказано иное.

То есть КДЛ общества, исключенного из ЕГРЮЛ в административном порядке, действовали недобросовестно.

Истец вправе приводить доводы, подтверждающие его позицию и недобросовестность КДЛ. однако действует презумпция недобросовестности.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 7 февраля 2023 г. № 6-П (далее - постановление №6-П), бремя доказывания может быть перераспределено между кредитором и должником, в силу того, что кредитор вне рамок дела о банкротстве не может рассчитывать на помощь арбитражного управляющего, в связи с чем доступ к документации, которая может служить подтверждением факта недобросовестности и раскрывать причины неплатежеспособности должника затруднен.

Истец ООО ТД «ТЛС» привел множество доводов, подтверждающих недобросовестность ФИО2, среди которых вывод дебиторской задолженности, бездействие при исключении общества из ЕГРЮЛ, уклонение от исполнения решения суда и исполнительных производств.

Кроме того, ФИО2 проявляет пассивную позицию в ходе дела. Это дополнительно подтверждает недобросовестность и служит основанием для привлечения к субсидиарной ответственности.

Ответчик ФИО1 предоставляет отзывы на заявление. Однако ее доводы не соответствуют принципам презумпции вины и перераспределения бремени доказывания.

ФИО1 утверждает, что заявления истца безосновательны и не могут свидетельствовать о ее недобросовестности.

Однако на истце не лежит обязанность доказывать недобросовестность, а ответчик должен опровергнуть заявления и предоставить доказательства добросовестного выполнения обязанностей КДЛ. ⎯ ФИО1 не предоставлены доказательства опровергающие ее недобросовестность в период со вступления решения суда в законную силу и до момента «продажи» общества и прекращения ее статуса директора ООО «ВТЛК».

Без ответа осталось заявления Истца о создании ФИО1 о переводе бизнеса, создании зеркального общества ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА», оказывающей услуги по предоставлению вагонов. Что в силу ст.70 АПК подтверждает признание этого обстоятельства ответчиком.

Кроме того, ФИО1 не были предоставлены доказательства того, что ей были соблюдены меры должной осмотрительности при продаже общества.

А в силу того, что ФИО2 находится в другом регионе, допустил исключение общества из ЕГРЮЛ и вывел дебиторскую задолженность в обход действующих исполнительных производств, то можно утверждать, что вина за нарушение нормального гражданского оборота как так же лежит на ФИО1 вследствие недостаточной осмотрительности.

Тем не менее из – за совокупности событий и их последовательности Истец, утверждает, что действия ответчиков носили совместный характер, а следовательно, и ответственность должна быть распределена солидарно.

ФИО1 утверждает, что будучи руководителем в двух организациях (ООО «ВТЛК» и ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА») решила продать одну из них, так как основную часть ее активов составляла дебиторская задолженность.

Таким образом, для минимизации рисков возникновения убытков в виде расходов на юридические услуги было приянято решение продать ООО «ВТЛК» покупателю, который готов самостоятельно решать эти проблемы, то есть ФИО2

Данный довод Ответчика опровергается следующими обстоятельствами, любая организация, которая осуществляет предпринимательскую деятельность имеет определенный размер дебиторской задолженности. В то же время ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА» так же имеет дебиторскую задолженность в настоящий момент равную 1 637 тыс. рублей, но в связи с данным обстоятельством эта организация не продана. Истец предоставляет в материалы дела бухгалтерский баланс ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА» из ресурса БФО за в период с 2021 по 2024 года

Стоимость продажи ООО «ВТЛК» составила 10 000 рублей, что по мнению ФИО1 обосновывается риском по взысканию дебиторской задолженности.

Однако, в пользу ООО «ВТЛК» были взысканы денежные средства равные 2 344 200,00 руб., что подтверждает и сам Ответчик.

Таким образом, сделка по продаже общества носила явно несоразмерный характер и являлась недобросовестной, так как была направлена на уход от взыскания кредиторской задолженности.

ФИО1 был заявлен довод о том, что ссылка Истца на судебную практику является неосновательной и не имеющей отношения к делу. Что не соответствует действительности: В рамках дел № А60-20369/2018 и А45-2065/2022, на которые ранее указывал истец, судами были рассмотрены ситуации, когда основной должник был исключен из ЕГРЮЛ в административном порядке, а вследствие недобросовестных или неразумных действий на КДЛ была возложена субсидиарная ответственность по обязательствам общества.

Выводы, указанные в Определении Верховного суда РФ от 10.04.2023 по делу №А40-203072/2021, сводятся к необходимости судами разрешать вопрос о перераспределении бремени доказывания. О чем Истец и заявлял ранее, потому что в силу объективных причин не имеет доступа к информации, подтверждающей недобросовестность КДЛ.

Таким образом, приведенная судебная практика имеет прямое отношение к рассматриваемому делу, так как содержит аналогичную фабулу – исключение основного должника из ЕГРЮЛ

Основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в рамках настоящего иска являются недобросовестные действия КДЛ.

Но так как закон не содержит исчерпывающего перечня недобросовестных действий, для конкретизации, какие именно действия, совершенные КДЛ, являлись недобросовестными, истец ссылается как на действия, которые де-факто являются таковыми, так и на ст. 61.11 и 61.12 закона о банкротстве, в которых описаны действия КДЛ, за которые последний несет ответственность. Законодатель, устанавливая ответственность за нарушения обязанностей, указанных в ст. 61.11 и 61.12, подразумевает, что нарушение данных норм выходит за пределы осуществления гражданских прав.

То есть, не обладая правом на подачу иска по основаниям, указанным в законе о банкротстве, Истец, опираясь на положения ст. 10 ГК о пределах осуществления гражданских прав, устанавливающей запрет на недобросовестное поведение, лишь приводит примеры недобросовестности, которая подразумевается законодателем.

Истец обращаясь с заявленными требованиями указывает на недобросовестность ФИО1, приводит следующие доводы.

Так столкнувшись с судебным взысканием денежных средств (дело А68-12852/2019) в пользу ООО ТД «ТЛС» с ООО «ВТЛК», ФИО1, как единственный участник и директор, не стала инициировать процедуру банкротства или оплачивать долг, а начала подготовку к прекращению деятельности ООО «ВТЛК» и переводу бизнеса, ей было принято решение о создании общества – ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА».

Об этом свидетельствуют хронология событий: 17.10.2019 – ООО ТД «ТЛС» подает исковое заявление, по которому возбуждается дело №А68-12852/2019.

07.10.2020 – Решением АС Тульской области исковые требования Истца удовлетворяются в полном объеме.

19.10.2020 – ФИО1 регистрирует ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА». Основной вид деятельности новой компании (ОКВЭД 49.20 — «Деятельность железнодорожного транспорта: грузовые перевозки») полностью идентичен деятельности ООО «ВТЛК».

То есть сразу после вынесения судебного решения против ООО «ВТЛК» ФИО1 оценивает риски для последующего ведения бизнеса и начинает подготовку новой организации, вместе погашения имеющейся задолженности подтвержденной судебным актом.

28.10.2020 – Первый денежный перевод в размере 500 рублей с расчетного счета ООО «ВТЛК» на счет вновь созданного ООО «ТК «ТРАНСВЕНТА» без указания назначения платежа, что также свидетельствует взаимодействии между компаниями. Это подтверждается выпиской из Альфа-банка истребованной судом у банка. 23.12.2020 года – последний платеж ООО «ВТЛК» по счету Альфа-банка. Получателем денежных средств выступил ИП ФИО2 назначение платежа – оплата по договору об оказании юридических услуг.

18.01.2021 – Решение суда вступает в законную силу, обязательство ООО «ВТЛК» перед Истцом подтверждается окончательно на основании постановления суда апелляционной инстанции.

16.02.2021 – последняя операция по счету ООО «ВТЛК», ей являлось списание денежных средств по исполнительному производству.

29.06.2021 – ООО «ВТЛК» продается. ФИО1 уступает 100% долю ФИО2, который становится новым директором.

Как видно из данной последовательности событий создание ООО ТК «ТРАНСВЕНТА» напрямую связанно с вынесение решения о взыскании денежных средств с ООО «ВТЛК», а прекращение операций по расчетному счету в банке прекращается сразу после вступления решения суда в законную силу.

В совокупности с ведением идентичной деятельности, а также операциями между организациями можно утверждать о переводе деятельности на ООО ТК «ТРАНСВЕНТА», а в следствие этого о недобросовестности ФИО1

Действия ФИО1 по заключению сделки с ООО «МГУК» отдельно так же подтверждают ее неразумность и недобросовестность как руководителя ООО «ВТЛК» и непосредственно обусловили возникновение задолженности перед Истцом. ООО «ВТЛК» являлось посредником и занималось предоставлением вагонов. Вагоны, которые были предоставлены Истцом впоследствии ООО «ВТЛК» передало ООО «МГУК» - организации, которая на тот момент существовала менее трех месяцев, работала без предоплаты.

В материалы дела были представлены книги покупок и продаж за период с 1 квартала 2019 года по 4 квартал 2020 года. В книгах продаж отсутствуют документы, подтверждающие исполнение обязательств ООО «ВТЛК» перед ООО «МГУК».

ООО «ВТЛК» были совершены действия по искажению бухгалтерской отчетности и сокрытию реальных операций, что также доказывает недобросовестно ФИО1, как контролирующее должника лица.

В письменных пояснениях от ФИО1 от 04.11.2025 года были предоставлены возражения на доводы Истца относительно внесенных и выведенных ФИО1 денежных средства, а также предоставлены документы: подтверждающие внесение наличными на счет 40702810326220000907 в размере 1464700 руб., подтверждающие авансовые расходы на сумму 504519,16 руб., подтверждающие внесение займов наличными в кассу на сумму 1790500 руб. Однако предоставленные ответчиком документы не могут опровергать позицию истца, относительно неправомерного вывода ФИО1 денежных средств со счетов ООО «ВТЛК» в силу того, что не были представлены первичных документов по выдаче подотчетных средств. Ответчиком не предоставлены авансовые отчеты, которые являлись бы надлежащим подтверждением произведенных расходов. Вместо этого в материалы дела приложены отрезные корешки к авансовым отчетам. Данные корешки не содержат информации о цели получения подотчетных средств, следовательно, не являются первичными учетными документами. Они не подтверждают ни факта хозяйственной жизни, ни целевого и обоснованного расходования денежных средств. Если же обратить внимание на содержание отрезных корешков, то можно увидеть, что 7 из 29 предоставленных корешков выданы до 06.05.2019 года в этот день в банковской выписке ПСБ банка впервые появляется операция по выдаче подотчетных денежных средств, первая выдача подотчетных денежных средств согласно выписки из Альфа - банка была совершена 27.06.2019 года. Авансовый отчет, а тем более корешок к авансовому отчету оформляется после того, как денежные средства были выданы юридическим лицом. Таким образом, в силу только этого обстоятельства следует усомниться в подлинности предоставленных документов. А кроме того, предоставленные документы не могут служить доказательством правомерности операций по выдаче подотчетных денежных средств. Следовательно, ФИО1 необоснован вывод денежных средств со счетов ООО «ВТЛК» в размере 487 137 рублей (135 804 со счета в ПСБ-банке и 351 333 со счета в Альфа-банке). Данные действия привели к незаконному выводу активов ООО «ВТЛК» и снижению его платежеспособности по обязательствам перед ООО ТД «ТЛС».

ФИО1 был приведен довод о том, что правовое значение имеет лишь вывод денежных средств после вступления решения суда в законную силу – после 12.01.2021 года.

Данный довод необоснован, поскольку ФИО1 как директор общества знала (должна была знать), что вывод денежных средств со счетов ООО «ВТЛК» будет идти во вред кредиторам, даже если был совершен до вступления решения суда в силу. На основе анализа выписок из банков следует что на личный счет ФИО1 под видом займов систематически выводились денежные средства.

Ответчиком предоставлены в материалы дела платежные кассовые ордера на сумму покрывающую сумму займов с избытком, а также операции по выписке из Альфа-банка, которые якобы доказывают, что ФИО1 деньги были возращены в организацию. Но данные документы не могут служить доказательством, подтверждающим внесение сумм займов обратно на счет общества в силу того, что:

В назначении платежа отсутствуют сведения о цели внесения денежных средств - возврате займа. Указание "внесение средств" не идентифицирует конкретную хозяйственную операцию.

Внесение наличных денег на расчетный счет должно оформляться расходным кассовым ордером (РКО), а не приходным (ПКО). Нарушение этого правила свидетельствует о фиктивности операций.

Квитанции к ПКО подписаны одной ручкой с одинаковым наклоном, что указывает на их составление единовременно.

Поскольку при расчетах с контрагентами могут использоваться наличные денежные средства (при сумме до 100 000 рублей), а большинство представленных операций меньше указанной суммы, установить природу зачисленных средств не представляется возможным. ФИО1 могли быть предоставлены договоры займа или иные документы, которые подтверждали бы наличие займов и являлись первичными документами учета, но предоставлены не были.

Как видно из материалов дела, анализируя операции по расчетному счёту между ООО «ВТЛК» и ФИО1, видно, что ООО «ВТЛК» вернуло ФИО1 заем в размере 553 500 рублей – согласно выписке из Альфа-банка, ⎯ ООО «ВТЛК» вернуло ФИО1 заем в размере 248 500 рублей – согласно выписке из ПСБ-банка, ⎯ ООО «ВТЛК» выдало ФИО1 заем в размере 971 900 рублей – согласно выписке из Альфа-банка, ⎯ ФИО1 вернула заем ООО «ВТЛК» в размере 142 100 рублей – согласно выписке из Альфа-банка. Таким образом, общая сумма денежных средств, которые были переданы на счет ФИО1 в виде возврата или выдаче займа равняется 553 500 + 248 500 + 971 900 = 1 773 900 руб. Для того чтобы установить законность вывода денежных средств необходимо предоставление договоров займа, а также предоставление первичных документов. Вместо этого ФИО1 в качестве документов, которые должны подтверждать данные обстоятельства предоставлены квитанции к ПКО на сумму 1 790 500 рублей и выписка, подтверждающая внесение наличных на счет 40702810326220000907 (счет в Альфа-банке) в сумме 1 464 700 руб.

В предоставленной выписке из «Альфа-банка» в большинстве операций отсутствуют сведения позволяющие идентифицировать операцию как возврат займа ФИО1 в адрес ООО «ВТЛК» или как выдачу займа ФИО1 в адрес ООО «ВТЛК». Вместо этого в назначении платежа в большинстве операций указано «внесение средств ООО «ВТЛК» на счет».

То есть, невозможно определить основание для совершения данной операции и установить проведена ли она как возврат займа или это наличные денежные средства, полученные от контрагентов или наличные средства, полученные любом другим способом.

Внесение наличных денег на расчетный счет в банке не является кассовой операцией юридического лица. Данная операция оформляется банковскими документами, а не приходным кассовым ордером. Поэтому предоставление ФИО1 данных документов не имеет отношение к доказываемым обстоятельствам. При перемещении наличных из кассы организации в кассу банка, банком оформляются банковские документы, а юридическим лицом расходный кассовый ордер (РКО).

Оформление ПКО на суммы, идентичные банковским взносам, свидетельствует о неправильном бухгалтерском учете, а следовательно данные ПКО не могут служить доказательством, так как они не отражают действительную экономическую деятельность общества.

Возражения, предоставленные ФИО1 и ею приложенные доказательства не опровергают неправомерности вывода денежных средств со счетов ООО «ВТЛК» и тем самым снижение платежеспособности по обязательствам перед ООО ТД «ТЛС».

В то же время несоответствия в предоставленных отчетных документах подтверждают недобросовестность ФИО1 на должности генерального директора ООО «ВТЛК».

В соответствие с принципом добросовестного управления юридическим лицом, который закреплен в ст.53.1 ГК РФ действия должны быть квалифицированы как нарушение обязанности действовать добросовестно и разумно, что привело к невозможности погашения требований кредитора.

Согласно данным из ресурса БФО на 31.12.2020, ООО «ВТЛК» имело оборотные активы в размере 2 531 000 рублей, причем большую часть из них составляла дебиторская 5 задолженность. На это указывает сама ФИО1 в пояснениях к заседанию 12.11.2025 года. Учитывая, что хозяйственная деятельность общества фактически прекратилась в 2020 году, а работа по взысканию дебиторской задолженности была начата лишь в 2021 году новым КДЛ ФИО2, представленные в отчетности на конец 2020 года суммы дебиторской задолженности не могли относиться к деятельности нового периода. Таким образом, анализ бухгалтерской отчетности позволяет сделать вывод о том, что основную часть дебиторской задолженности ООО «ВТЛК» на конец 2020 года составляла задолженность самой ФИО1 перед обществом, сформировавшаяся в период единоличного управления ФИО1 Данное обстоятельство подтверждает, что на момент продажи общества у ООО «ВТЛК» имелись значительные активы, которые при добросовестном управлении могли быть направле

Продажа компании за 10 000 рублей при наличии у ООО «ВТЛК» дебиторской задолженности на сумму 2 344 200 рублей (как указано в письменных пояснениях ФИО1 от 29.05.2025) свидетельствует об отсутствии реальной хозяйственной цели в данной сделке.

В данном случае как отмечал ВС РФ в п.56 Постановления пленума ВС РФ №53 если кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность. Таким образом, доводы истца о недобросовестности и виновности контролирующего должника лица ООО «ВТЛК» имеют за собой фактические подтверждения, а те что опираются на косвенные доказательства должны быть опровергаться ответчиками в силу позиции ВС РФ.

С учетом вышеуказанного, суд приходит к выводу что действия ФИО1, как контролирующее должника лицо являются недобросовестными, направлены на попытку ухода от исполнения обязательств и тем самым приводят к нарушению гражданского оборота, а следовательно, служат основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, как способа восстановления прав Кредитора.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ по состоянию на 19.12.2024 (дата внесения в ЕГРЮЛ записи о прекращении деятельности ООО «ВТЛК») учредителем указанного общества и руководителем являлась ФИО2, в связи с чем, указанное лицо являлось лицом, имеющим фактическую возможность определять действия юридического лица, а, следовательно, обязан был действовать в интересах этого юридического лица добросовестно и разумно и нести ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

ФИО2 не мог не знать о наличии задолженности перед истцом при указанных выше обстоятельствах в связи с чем, ответчики, действуя добросовестно, должен был предпринять действия к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «ВТЛК», чего ими сделано не было. Обратного не доказано. Также ответчик ФИО2 не принял никаких действий к погашению суммы задолженности.

Если общество намерено прекратить деятельность, такое прекращение происходило бы через процедуру ликвидации, с погашением имеющейся задолженности, а при недостаточности средств – через процедуру банкротства. Суд полагает, что указанные обстоятельства нельзя признать нормальной практикой, а бездействия ответчиков в этой части противоречат основной деятельности коммерческой организации.

Фактически бездействия ответчика, повлекшие исключение ООО «ВТЛК» из ЕГРЮЛ, лишили возможности истца принимать меры к взысканию задолженности в порядке исполнительного производства.

Действия ФИО2 в качестве КДЛ ООО «ВТЛК» носят системный недобросовестный характер и выразились, в целенаправленном выводе активов общества, что сделало невозможным погашение требований кредиторов.

После приобретения общества в 2021 году ФИО2 вместо принятия мер по погашению задолженности перед Истцом организовал процедуру вывода дебиторской задолженности, что подтверждается таблицей с судебными спорами по которым была взыскана задолженность, имеющимися в материалах дела договором цессии.

Согласно представленной Истцом таблице арбитражных дел, сумма выведенной через договоры цессии задолженности составила не менее 1 854 600 рублей. Фиктивность и недобросовестность данных сделок, подтверждается их ценой. Стоимость уступки каждого права требования составляла 1 000 рублей, что составляет менее 1% от номинальной стоимости взысканных впоследствии требований.

Совершение данных сделок не имело разумной экономической цели и было заведомо убыточным для ООО «ВТЛК».

Это прямо противоречит принципам добросовестного управления ЮЛ, интересам общества и его кредиторов, и свидетельствует о злоупотреблении правом с целью личного обогащения контролирующего лица за счет имущества общества.

Кроме того проявлением недобросовестности ФИО2 является допущение административного исключения общества из ЕГРЮЛ 19.12.2024 как недействующего. Данные действия или бездействие были направлены на уклонение от процедур ликвидации или банкротства, в рамках которых были бы применены механизмы оспаривания подозрительных сделок, в том числе и упомянутых договоров цессии, и установлен полный объем обязательств общества.

Административное исключение позволило избежать контроля со стороны арбитражного управляющего и кредиторов.

Таким образом, действия ФИО2 по выводу активов и последующему исключению общества из ЕГРЮЛ влекут последствия для КДЛ связанные с привлечение к субсидиарной ответственности на основании недобросовестных действий, которые признаны таковыми в силу закона и определены ст.61.11 и ст.61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». А именно, в следствие действий, приведшим к невозможности удовлетворения требований кредиторов, а также неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве в установленный срок.

Суд считает, что в данном случае ответчик ФИО2, как учредитель и руководитель общества ООО «ВТЛК», не может быть признаны действовавшими добросовестно и разумно, поскольку его поведение не соответствовало поведению, ожидаемому от любого участника гражданского оборота, учитывающему права и законные интересы другой стороны, их недобросовестные действия обусловили невозможность получения истцом исполнения от общества либо в рамках исполнительного производства, либо в процедуре ликвидации должника.

При этом ответчиком не представили доказательств разумности и добросовестности своего поведения, которое способствовало бы погашению требований кредитора, либо доказательств невозможности удовлетворения требований кредитора в силу объективных причин в пределах риска предпринимательской деятельности.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о существовании причинно-следственной связи между бездействиями учредителя и руководителя общества «ВТЛК» ФИО2 и прекращением экономической деятельности названного общества.

Обычный стандарт доказывания («разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей») применим в процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600 (5 - 8) и предполагает признание обоснованными требований истца или возражений ответчика при представлении ими доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание таких требований и возражений.

Таким образом, предъявление к истцу требований, связанных с доказыванием обусловленности причиненного вреда поведением контролировавших должника лиц, заведомо влечет неравенство процессуальных возможностей истца и ответчика, так как от истца требуется предоставление доказательств, о самом наличии которых ему может быть неизвестно в силу его не вовлеченности в корпоративные правоотношения.

При этом ответчиком не представлено в материалы дела ни каких-либо пояснений, ни доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности Общества предпринимательских рисков, ФИО2 действовал добросовестно и приняла все меры для надлежащей деятельности Общества в целях исполнения обязательств перед контрагентами и судебного акта о взыскании спорной задолженности.

ФИО2 в данной ситуации бездействовал без должной добросовестности и разумности - зная о наличии долга, не намереваясь исполнять обязательства контролируемого им юридического лица, создала ситуацию, при которой деятельность последнего прекращена в административном порядке. Иного из дела не следует.

Нежелание стороны представить доказательства, подтверждающие ее возражения и опровергающие доводы процессуального оппонента, представившего доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент (Определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805, Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14).

Обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

При этом суд отмечает, что при обращении в суд с основанным на пункте 3.1 статьи 3 Закона №14-ФЗ требованием о привлечении к субсидиарной ответственности вне рамок дела о банкротстве, доказывание кредитором неразумности и недобросовестности действий лиц, контролировавших исключенное из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, объективно затруднено.

Исходя из статей 17 (часть 3), 19 (часть 1), 45 и 46 Конституции Российской Федерации и из специального требования о добросовестности, закрепленного в Гражданском кодексе Российской Федерации и в Закона №14-ФЗ, стандарт разумного и добросовестного поведения в сфере корпоративных отношений предполагает, что обязанность действовать в интересах контролируемого юридического лица включает в себя не только формирование имущества корпорации в необходимом размере, совершение действий по ликвидации юридического лица в установленном порядке и т.п., но и аккумулирование и сохранение информации о хозяйственной деятельности должника, ее раскрытие при предъявлении в суд требований о возмещении вреда, причиненного доведением должника до объективного банкротства. Отказ же или уклонение контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явная неполнота свидетельствуют о недобросовестном процессуальном поведении, о воспрепятствовании осуществлению права кредитора на судебную защиту.

Как разъяснено в пункте 56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротств» если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность.

В рамках настоящего спора истец с достаточной степенью убедительности поставил под сомнение разумность действий ответчика.

В связи с чем, бремя опровержения сомнений в добросовестности осуществления руководителем общества и его учредителем своих полномочий перешло на ответчиков.

Обстоятельства того, что неисполнение договорного обязательства обществом было связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности, ответчиками не раскрыты.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

Бездействие ответчика, является недобросовестным, неразумным и не соответствующим обычным условиям гражданского оборота, в связи с чем является основанием для возложения на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного общества.

Исключение общества из ЕГРЮЛ влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации, для отказа основного должника от исполнения обязательства.

Пунктом 3 статьи 64.2 ГК РФ установлено, что исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктами 1 - 4 статьи 53.1 ГК РФ - лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Ответственность, предусмотренную пунктом 1 настоящей статьи, несут также члены коллегиальных органов юридического лица, за исключением тех из них, кто голосовал против решения, которое повлекло причинение юридическому лицу убытков, или, действуя добросовестно, не принимал участия в голосовании.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 33 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) - заявление о признании должника банкротом принимается арбитражным судом, если требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, к должнику - гражданину - не менее чем пятьсот тысяч рублей и указанные требования не исполнены в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве - пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

В соответствии с пунктом 1 и подпунктом 5 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве - Если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице:

1. в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов;

2. в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве - неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Как следует из пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1. принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2. до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3. совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Из совокупности изложенного следует, что закон не содержит закрытого перечня действий и бездействия контролирующих лиц для привлечения к субсидиарной ответственности, которые определяются в зависимости от обстоятельств, а противоправность в корпоративных правоотношений состоит в нарушении лицом обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно.

Помимо этого, как пояснил Верховный Суд РФ в Определении от 20 июля 2021 года N 1-КГ21-4-КЗ по делу N 2-2965/2019 неосуществление контролирующими лицами ликвидации ООО при наличии на момент исключения из ЕГРЮЛ долгов общества перед кредиторами, когда исковые требования кредитора к обществу уже удовлетворены судом, свидетельствует о намеренном пренебрежении такими /лицами своими обязанностями, попытке избежать рисков привлечения к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве общества. Все это приводит к подрыву доверия участников гражданского оборота друг к другу, дестабилизации оборота, а если долг общества возник перед потребителями - и к нарушению их прав, защищаемых специальным законодательством о защите прав потребителей

Поскольку привлечение к субсидиарной ответственности по пункту 3.1 статьи 3 Закона N 14-ФЗ возможно только в том случае, если судом установлено, что исключение должника из реестра в административном порядке и обусловленная этим невозможность погашения им долга возникли в связи с действиями контролирующих общество лиц и по их вине, в результате их недобросовестных и (или) неразумных действий (бездействия), с учетом разъяснений Постановления N 62 и (в последующем Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N 20-П, суд, приходит к выводу о наличии правовых оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности.

Ответчик как участник юридического лица, не пытался вывести общество из финансового кризиса, а перестали вести хозяйственную деятельность, что повлекло исключение хозяйствующего субъекта из ЕГРЮЛ без проведения специальных процедур, обеспечивающих права и имущественные интересы кредиторов, что свидетельствует о неразумности и недобросовестности их действий.

Истец ссылался на то, что ответчик, выступая в отношении должника в качестве контролирующего лица, действовал недобросовестно, - фактически бросил организацию, не рассчитавшись с долгами и не обеспечив ее ликвидацию в установленном законом порядке (п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО).

Презумпция сокрытия следов содеянного применима также в ситуации, когда иск о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности подается кредитором вне дела о банкротстве - в случае исключения юридического лица из реестра как недействующего ("брошенный бизнес"). Иное создавало бы неравенство в правах кредиторов в зависимости от поведения контролирующих лиц и приводило бы к получению необоснованного преимущества такими лицами только в силу того, что они избежали процедуры банкротства контролируемых лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2024 N 305-ЭС23-29091).

Кроме того, закон не только дает право каждому свободно использовать свои способности и имущество для предпринимательской деятельности, в том числе через объединение и участие в хозяйственных обществах (статья 2, часть 1 статьи 30, часть 1 статьи 34 Конституции Российской Федерации, статьи 50.1, 51 ГК РФ, статьи 11, 13 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но и обязывает впоследствии ликвидировать созданное юридическое лицо в установленном порядке, гарантирующем, помимо прочего, соблюдение прав кредиторов этого юридического лица (статьи 61 - 64.1 ГК РФ, статья 57 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Во всяком случае, правопорядок не поощряет "брошенный бизнес", а добросовестный участник хозяйственного общества, решивший прекратить осуществление предпринимательской деятельности через юридическое лицо, должен следовать принципу «закончил бизнес - убери за собой».

С учетом изложенного, исследовав и оценив представленные доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, с учетом положений ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, о доказанности истцом оснований для привлечения руководителя и единственного участника должника ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ВТЛК», в настоящем случае имеются основания для привлечения ответчика ФИО2 к субсидиарной ответственности по долгам ООО «ВТЛК».

РФ дает основание для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Частью 3.1 ст. 3 Закона №14-ФЗ установлено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Возможность привлечения лиц, указанных в пунктах 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ к субсидиарной ответственности ставится в зависимость от наличия причинно-следственной связи между неисполнением обществом обязательств и недобросовестными или неразумными действиями данных лиц.

Под действиями (бездействием) контролирующего общества лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной такого неисполнения, то есть те, без которых объективное неисполнение не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение общества, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным неисполнением.

Участие в экономической деятельности может осуществляться гражданами как непосредственно, так и путем создания коммерческой организации, в том числе в форме общества с ограниченной ответственностью.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) - как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - постановление N 53).

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.

В соответствии с правилами статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с положениями статьи 68 АПК РФ, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с положениями части 3 статьи 9 АПК РФ арбитражный суд создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения обоснованных доводов заявителя лежит на лице, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчика к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя, участника к ответственности перед контрагентами управляемого ими юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и давать оценку не только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

По смыслу части 2 статьи 65 АПК РФ обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права.

Из положений указанных норм следует, что формирование предмета доказывания в ходе рассмотрения конкретного спора, а также определение источников, методов и способов собирания объективных доказательств, посредством которых устанавливаются фактические обстоятельства дела, является исключительной прерогативой суда, рассматривающего спор по существу.

В соответствии с нормами статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

ФИО1, ФИО2 не могли не знать о наличии задолженности перед истцом при указанных выше обстоятельствах (заключение договора аренды, взыскание суммы задолженности в судебном порядке) в связи с чем, ответчики, действуя добросовестно, должен был предпринять действия к прекращению либо отмене процедуры исключения ООО «ВТЛК», чего ими сделано не было. Обратного не доказано. Также ответчики не приняли никаких действий к погашению суммы задолженности по арендной плате.

Фактически бездействия ответчика, повлекшие исключение ООО «ВТЛК», из ЕГРЮЛ, лишили возможности истца принимать меры к взысканию задолженности в порядке исполнительного производства.

Суд считает, что в данном случае ответчики, как учредители и руководители общества ООО «ВТЛК», не может быть признаны действовавшими добросовестно и разумно, поскольку его поведение не соответствовало поведению, ожидаемому от любого участника гражданского оборота, учитывающему права и законные интересы другой стороны, их недобросовестные действия обусловили невозможность получения истцом исполнения от общества либо в рамках исполнительного производства, либо в процедуре ликвидации должника.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о существовании причинно-следственной связи между бездействиями учредителя и руководителя ФИО1, ФИО2 общества «ВТЛК» и прекращением экономической деятельности названного общества.

При этом ответчиком не представлено в материалы дела ни каких-либо пояснений, ни доказательств того, что при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по обычным условиям делового оборота и с учетом сопутствующих деятельности Общества предпринимательских рисков, ответчики, действовала добросовестно и приняла все меры для надлежащей деятельности Общества в целях исполнения обязательств перед контрагентами и судебного акта о взыскании спорной задолженности.

Ответчики, в данной ситуации бездействовала без должной добросовестности и разумности - зная о наличии долга, не намереваясь исполнять обязательства контролируемого им юридического лица, создала ситуацию, при которой деятельность последнего прекращена в административном порядке. Иного из дела не следует.

В рамках настоящего спора истец с достаточной степенью убедительности поставил под сомнение разумность действий ответчиков.

Вместе с тем ответчики не раскрыли информацию о причинах возникновения задолженности перед истцом, не обосновали экономическую целесообразность вступления в договорные отношения в отсутствие у общества средств для оплаты арендных платежей.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

1. принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

Ответчики как участник юридического лица, не пытался вывести общество из финансового кризиса, а перестали вести хозяйственную деятельность, что повлекло исключение хозяйствующего субъекта из ЕГРЮЛ без проведения специальных процедур, обеспечивающих права и имущественные интересы кредиторов, что свидетельствует о неразумности и недобросовестности их действий.

Истец ссылался на то, что ответчики, выступая в отношении должника в качестве контролирующего лица, действовал недобросовестно, - фактически бросил организацию, не рассчитавшись с долгами и не обеспечив ее ликвидацию в установленном законом порядке (п. 3.1 ст. 3 Закона об ООО).

В соответствии со статьей 110 АПК РФ понесенные истцом расходы по уплате государственной пошлины по иску подлежат отнесению на ответчиков.

По общему правилу, предусмотренному статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, стороне в пользу которой состоялось решение суда, присуждается возмещение с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу, исходя из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления 11 А12-7893/2024 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее - постановление Пленума от 21.01.2016 № 1).

Исходя из необходимости обеспечения правовой определенности и единообразия судебной практики при решении вопросов, касающихся распределения понесенных по конкретным делам судебных расходов, Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 21.01.2016 № 1 дал разъяснения, предполагающие возможность дифференцированного, с учетом объективной специфики категории дела, подхода к применению принципа присуждения судебных расходов лицу, в пользу которого состоялось судебное решение, а также в целях сбалансированной реализации частных и публичных интересов.

В пункте 5 названного постановления разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них в силу статья 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела, представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Возможность солидарного взыскания судебных расходов указана в разъяснении абзаца второго пункта 5 постановление Пленума от 21.01.2016 № 1, согласно которому, если лица не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками или кредиторами, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке в порядке части 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 323, 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации,. Примененная правовая конструкция процессуальных статусов лиц, участвующих в судебном разбирательстве, инициированном в данном случае как участником общества, так и самим обществом, не изменяет правил распределения судебных расходов, поскольку представительский характер косвенного иска не является бесспорным обоснованием для несения бремени судебных расходов лишь участником за общество (равно и наоборот), так как данные лица имеют самостоятельный правовой интерес.

Таким образом, за рассмотрение исковых требований в размере 3 884 340,01 руб., государственная пошлина составляет 141 530 руб., которую необходимо взыскать солидарно с ответчиков в пользу истца.

Согласно ст. 106 АПК РФ к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся в том числе: расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей) и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В силу ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

По смыслу названных правовых норм, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу.

В силу ч. 2 ст. 110 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Как следует из материалов дела, 01.08.2024 между ИП ФИО4 (Исполнитель) и ООО Торговый Дом «Транспортные логистические системы» (Заказчик) был заключен договор оказания услуг (далее - договор оказания услуг), по условиям которого исполнитель обязуется по поручению заказчика оказать юридические услуги по представлению интересов заказчика в суде при привлечении контролирующих лиц ООО «Волжская транспорно-логистическая компания» солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Дополнительным соглашением №4 от 13.02.2025 договора оказания услуг установлено, что стоимость услуг, указанных в п.2.1.1 Договора в суде первой инстанции составляет 60000 руб., представлено платёжное поручение № 113 от 16.02.2025 на сумму 60000 руб.

В п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумные пределы расходов являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности судебного разбирательства, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в арбитражном процессе.

Вместе с тем, следуя правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 N 454-О, реализация права по уменьшению суммы расходов судом возможна лишь в том случае, если он признает эти расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела.

В п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 20.05.2008 N 181118/07, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Доказательства, подтверждающие разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представлять сторона, требующая возмещения указанных расходов в силу статьи 65 АПК РФ. Аналогичная позиция изложена в пункте 3 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 05.12.2007 N 121 "Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах".

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

В случае, если сторона не представляет суду доказательств чрезмерности понесенных другой стороной судебных расходов с учетом сложившейся в регионе стоимости оплаты услуг адвокатов, а также сведений статистических органов о ценах на рынке юридических услуг, то в отсутствие таких доказательств суд вправе по собственной инициативе возместить расходы в разумных, по его мнению, пределах, лишь при условии, что сумма заявленного требования явно превышает разумные пределы.

В соответствии со статьей 48 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на получение квалифицированной юридической помощи. Лицо, обратившееся за соответствующей юридической помощью, самостоятельно решает вопросы о том, в каком объеме ему должна быть оказана юридическая помощь и выбирает субъекта, которым юридические услуги могут быть оказаны. Нормативное указание на "разумный предел судебных расходов" не означает "самый экономичный (минимально возможный) размер судебных расходов". Право выбора исполнителя правовых услуг принадлежит лицу, нуждающемуся в защите своих прав, нарушенных действиями стороны, и поэтому такое лицо не обязано обращаться к исполнителям услуг, предлагающим наименьшую цену на рынке подобных услуг.

Исходя из принципа состязательности сторон доказательства, подтверждающие или опровергающие названные критерии, вправе представлять все участники процесса. Тем не менее, минимальный стандарт распределения бремени доказывания при разрешении споров о взыскании судебных расходов сформулирован в Информационном письме N 121, согласно п. 3 которого лицо, требующее возмещения расходов на оплату услуг представителя, доказывает их размер и факт выплаты, другая сторона вправе доказывать их чрезмерность.

В соответствии с п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора.

Нормы АПК РФ также не ограничивают участвующих в деле лиц в количестве представителей, которые могут участвовать от их имени в судебном заседании и представлять их интересы в арбитражном процессе. Однако при определении размера судебных издержек следует оценить их разумность с точки зрения наличия объективной потребности участия нескольких представителей в судебных заседаниях. Разумность размеров, как категория оценочная, всякий раз определяется индивидуально, исходя из особенностей конкретного дела, произведенной оплаты представителя и т.д.

Таким образом, при определении разумного размера судебных расходов, суд исходит не только из собственно расходов на оплату услуг представителя, взимаемых за аналогичные услуги, в том числе и сложившейся стоимости оплаты услуг адвокатов в регионе, но и соотносит соответствующие расходы с обстоятельствами конкретного спора (объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, рассмотрения дела в порядке упрощенного производства и другие обстоятельства), с целью установления баланса между правами лиц, участвующих в деле, что не исключает отнесение на проигравшую сторону расходов в размере меньшем, чем утвержденные соответствующим адвокатским образованием минимальные расценки.

Поскольку расходы понесены, у проигравшей стороны возникла обязанность по их оплате.

В действиях представителя истца признаки недобросовестности отсутствовали, ответчиками надлежащих доказательств чрезмерности понесенных истцом судебных расходов не представлено, оснований для их снижения с учетом объема оказанных услуг не имеется.

Факт несения истцом судебных издержек в заявленном размере подтвержден доказательствами, отвечающими признакам относимости, допустимости и достоверности.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1, при рассмотрении заявления по вопросу о судебных издержках суд разрешает также вопросы о распределении судебных издержек, связанных с рассмотрением данного заявления.

Исходя из данного разъяснения следует, что издержки, понесенные в связи с рассмотрением судом вопроса о распределении судебных расходов по делу, подлежат распределению в том же порядке и по тем же правилам, что и издержки, связанные с рассмотрением дела по существу (статьи 110 - 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 установлен запрет на рассмотрение вопроса о возмещении судебных издержек, понесенных в связи с рассмотрением заявления по вопросу о судебных издержках, только в том случае, если такое заявление подается в самостоятельном порядке после завершения рассмотрения вопроса о взыскании судебных расходов, понесенных в связи с рассмотрением дела по существу.

Объективных и достаточных доказательств чрезмерности понесенных истцом расходов, сведений статистических органов о ценах на рынке юридических услуг, ответчик в материалы дела не представил, равно как и не представил доказательств того, что какие-либо из указанных услуг, связанных с подготовкой документов и представительством в суде, были излишними (статьи 65 и 9 АПК РФ).

Учитывая доказанный факт несения истцом расходов на представителя в целях защиты его прав в суде первой инстанции, принимая во внимание, учитывая участие представителя заявителя в судебных заседаниях арбитражного суда, категорию спора (спор, вытекающий из возмещения убытков, причиненных действиями контролирующих лиц общества), объем подготовленных представителем истца документов, ходатайств, заявлений, учитывая время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что предъявленный заявителем размер судебных расходов на представителя является обоснованным и разумным и подлежит удовлетворению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Как следует из смысла статьи 322 ГК РФ, солидарные обязательства возникают вследствие неделимости предмета, по которому эти самые обязательства появились, поскольку нельзя определить, какую роль в причинении ущерба сыграли действия каждого из привлекаемых к ответственности лиц, подлежащая возмещению сумма разделяется между всеми ними поровну.

В пункте 5 постановления Пленума от 21.01.2016 N 1 разъяснено, что, если лица, не в пользу которых принят судебный акт, являются солидарными должниками, судебные издержки возмещаются указанными лицами в солидарном порядке (часть 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 323 и 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В соответствии с пунктом 2 статьи 322 ГК РФ обязанности нескольких должников по обязательству, связанному с предпринимательской деятельностью, равно как и требования нескольких кредиторов в таком обязательстве, являются солидарными, если законом, иными правовыми актами или условиями обязательства не предусмотрено иное, следовательно, солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом.

Поскольку в результате рассмотрения дела N А12-3892/2025 по существу о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО2 привлечены солидарно, судебные расходы взыскиваются солидарно.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

Привлечь ФИО2, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Волжская транспортно-логистическая компания» (ИНН <***>).

Взыскать с ФИО2, ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности в пользу общества с ограниченной ответственностью торговый дом «Транспортные логистические системы» (ИНН <***>) солидарно денежные средства в размере 3 884 340,01 руб., расходы по оплате государственной пошлины в сумме 141 530 руб., расходы на оплату услуг представителя 60 000 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные арбитражным процессуальным законодательством Российской Федерации.

Судья А.Н. Акимов