АРБИТРАЖНЫЙ СУД

КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Дело № А27-2391/2023

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

11 декабря 2023 г. г. Кемерово

Резолютивная часть решения суда 05 декабря 2023 г.

Решение суда изготовлено в полном объеме 11 декабря 2023 г.

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Н.К. Фуртуна,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Федосовой,

рассмотрев в судебном заседании иск акционерного общества «АльфаСтрахование» к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о возмещении ущерба в порядке суброгации в сумме 415527,40 руб., судебных расходов по уплате государственной пошлины в сумме 7355,27 руб.,

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Континент», ФИО2,

при участии: от ответчика – ФИО3, доверенность от 15.03.2023,

установил:

акционерное общество «АльфаСтрахование» (далее – истец, страховая компания) обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ответчик, предприниматель) о возмещении ущерба в порядке суброгации в сумме 415527,4 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что истец в результате наступления страхового случая произвел выплату страхового возмещения, в связи с чем, приобрел право требования к виновному лицу

Ответчиком представлен отзыв на исковое заявление, указано на отсутствие вины.

В судебном заседании ответчик по заявленным требованиям возражал, просил в иске отказать.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, заслушав пояснения представителя ответчика, суд считает следующее.

25 ноября 2021 г. по адресу автомобильная дорога Кемерово-Новокузнецк, 56 км. + 500 м, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в результате которого причинены механические повреждения транспортному средству ISUSU, государственный регистрационный знак <***>, застрахованному в момент ДТП в акционерном обществе «АльфаСтрахование».

Из протокола об административном правонарушении от 25 ноября 2021 г. и постановления от 25.11.2021 следует, что водитель ФИО1, управляя транспортным средством 37632А, государственный регистрационный знак <***>, остановился на автомагистрали Кемерово-Новокузнецк, 56 км. + 500 м вне специальных площадок для стоянки, в результате чего транспортное средство ISUSU, государственный регистрационный знак <***> столкнулось с транспортным средством ФИО1

Решением от 01.04.2022 Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области по делу № 12-21/2022 постановление старшего инспектора по ИАЗ ОГИБДД России по Ленинск-Кузнецкому муниципальному округу от 25.11.2021 о привлечении ФИО1 к административной ответственности и о наложении штрафа отменены, производство по делу прекращено в связи с истечением сроков давности привлечения к административной ответственности.

В тоже время, 02.12.2021 от собственника транспортного средства ISUSU, государственный регистрационный знак <***> в адрес общества «АльфаСтрахование» направлено заявление о страховом событии с указанием вышеперечисленных обстоятельств. По результатам рассмотрения заявления принято решение от 28.12.2021 о страховой выплате. В основу указанного решения положен акт от 06.12.2021 исследования транспортного средства, заключение специалиста от 11.12.2021 № 834427, соглашение от 23.12.2021 об урегулировании убытка. Впоследствии страховой компанией выплачено страховое возмещение в сумме 831054,8 руб., что подтверждается платежным поручением от 28.12.2021 № 616041.

Впоследствии, в адрес ответчика направлена претензия с требованием возместить ущерб в порядке суброгации. В добровольном порядке стороны не смогли урегулировать спор, в связи с чем, обратились в суд с настоящим иском.

В соответствии с пунктом 1 статьи 965 ГК РФ к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

При суброгации происходит перемена лиц в обязательстве на основании закона (статья 387 ГК РФ), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.

Согласно пункту 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25) разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, истец, требуя возмещения ущерба, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ должен доказать наличие всех указанных элементов ответственности в их совокупности.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума ВС РФ № 25 отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Указанные разъяснения применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора сами по себе не освобождают истца от обязанности доказывания факта причинения вреда.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статья 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

Ответчик, возражая против исковых требований, указал, что отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими последствиями в виде ущерба, поскольку автомобиль был остановлен на краю проезжей части с включенными световыми приборами и аварийной сигнализацией, и стоящий автомобиль смогли объехать иные участники дорожного движения. Также, из отзыва ответчика следует, что в действиях ФИО1 отсутствует противоправность поведения, то есть нарушения Правил дорожного движения, поскольку соответствующее постановление отменено решением от 01.04.2022 Ленинск-Кузнецкого районного суда Кемеровской области. По мнению ответчика, указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии вины и отсутствии оснований для взыскания ущерба.

Определением от 30.05.2023 по делу назначена экспертиза, на разрешение эксперту поставлены следующие вопросы:

- Какими требованиями ПДД РФ в сложившейся дорожной обстановке должен был руководствоваться водитель ФИО2, водитель ФИО1?

- Соответствуют ли требования пункта 8.1, пункта 9.10, пункта 10.1 ПДД РФ действия водителя ФИО2 в сложившейся дорожно-транспортной ситуации?

- Находятся ли в прямой причинно-следственной связи с ДТП действия водителя ФИО1?

- Чьи действия из водителей находятся в причинно-следственной связи ДТП?

Согласно экспертному заключению № 1097/3-3 водитель остановленного ТС, ФИО1 должен был руководствоваться требованиями п. 16.1 ПДД РФ, а водитель автомобиля ISUZU, движущийся по своей полосе движения, должен был руководствоваться требованиями п. 10.1 и 10.3 ПДД РФ.

Экспертом указано, что действия водителя остановленного ТС ФИО1 не соответствовали требованиям п. 16.1 ПДД РФ. По причине отсутствия сведений о маневре ТС, дать ответ на предмет того должен ли был водитель автомобиля ISUZU руководствоваться требованиями п. 8.1 ПДД РФ и соответствовали ли его действия данному пункту, не представляется возможным. Применяемость п. 9.10 ПДД РФ относится к выбору дистанции при движении ТС друг за другом с одинаковой скоростью. Указанные условия в материалах дела не обозначены, поэтому дать ответ на предмет того, должен ли был водитель автомобиля ISUZU руководствоваться требованиями п. 9.10 ПДД РФ и соответствовали ли его действия данному пункту, не представляется возможным.

В отношении причинно-следственной связи эксперт пришел к выводу о том, что поскольку, сформировать вывод о том располагал или нет водитель автомобиля ISUZU технической возможностью предотвратить ДТП путем экстренного торможения при движении с допустимой скоростью по условиям общей видимости, в случае если опасность для него возникла на расстоянии конкретной видимости заданной в ответе на ходатайство (50-150 м) не представляется возможным, то ответить на вопрос о причинно-следственных связях действия водителя и ДТП также не представляется возможным.

Из протокола об административном правонарушении следует, что ФИО1 остановил транспортное средство на участке автодороги (автомагистрали) Кемерово-Новокузнецк вне специальных площадок для остановки. Указанное обстоятельство сторонами не оспаривается.

В тоже время ответчиком оспаривается обстоятельство нахождения в причинно-следственной связи действия в виде остановки транспортного средства с причиненным ущербом, поскольку ответчик полагает, что ФИО2 мог уклониться от столкновения.

В этой части суд полагает необходимым отметить следующее.

Суд считает, что нахождение транспортного средства на автомагистрали в неположенном месте явилось причиной столкновения транспортных средств. Фактические обстоятельства дела не содержат указание на какие-либо иные причины, кроме неправомерного размещения транспортного средства ответчика на автомагистрали в нарушение Правил дорожного движения. При этом доводы о нарушении водителем ФИО2 требований пункта 10.1 ПДД не подтверждаются какими-либо доказательствами, в связи с чем, в состав причинно-следственной связи не входят.

Рассматривая вопрос квалификации причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившим ущербом, суд приходит к выводу о том, что поведение индивидуального предпринимателя в виде остановки в неположенном месте на автомагистрали является причиной возникновения вреда.

Довод о том, что после остановки транспортного средства на краю проезжей части с ним избежали столкновения два автомобиля, а автомобиль истца не избежал столкновения, суд находит несостоятельным по следующим основаниям. Из объяснений водителя ФИО2 следует, что перед столкновением, автомобиль под управлением ФИО2 по левой полосе опередили два автомобиля, в то время как водитель ФИО2 двигался по правовой полосе, на которой находилось препятствие в виде автомобиля ФИО1 Следовательно, водители двух автомобилей, во-первых не совершали и не должны были совершать действий для уклонения от столкновения с автомобилем ФИО1, поскольку траектории их движения не пересекались со стоящим транспортным средством; во вторых, автомобили двигались в разных полосах движения, что само по себе образует иные фактические обстоятельства, и, как следствие, иную причинно-следственную связь. При этом из пояснений индивидуального предпринимателя ФИО1 следует, что грузовой фургон (государственный регистрационный знак <***>) относительно границ проезжей части в момент столкновения располагался следующим образом: правая сторона грузового фургона была на обочине, левая часть на краю проезжей части, что свидетельствует о необходимости ФИО2 совершать действия для того, что бы избежать столкновения. Указанные обстоятельства осложнены плохой видимостью (50-150 метров) и темным временем суток.

Доказательств наличия включенных световых приборов суду не представлено. Опрошенный в судебном заседании эксперт пояснил, что при отсутствии других исходных данных невозможно определить причину ДТП в случае наличия включенных световых приборов на стоящем транспортном средстве. Нарушение Правил дорожного движения имеется только у водителя ФИО1, осуществившего остановку в неустановленном месте. По заданным исходным данным невозможно определить причину ДТП.

Заданные исходные данные эксперту определены судом с учетом, в том числе, пояснений представителя ответчика.

При таких обстоятельствах, суд находит обоснованными доводы истца о доказанности причинно-следственной связи между противоправным действием ФИО1, выраженного в остановке транспортного средства на автомагистрали и причинением ущерба.

Довод об отсутствии противоправности ввиду отмены постановления об административном правонарушении не свидетельствует о соответствии действий ФИО1 требованиям нормативно-правовых актов, поскольку отмена постановления вызвана отсутствием уведомления третьего лица – общества «Континент», в то время как из объяснений водителей, протокола об административном правонарушении и схемы дорожного-транспортного происшествия следует то, что ФИО1 остановился на автомагистрали вне специальных площадок для стоянки.

Оценивая доводы ответчика относительно отсутствия вины суд полагает необходимым отметить, что указанные доводы не подтверждаются какими-либо доказательствами.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из пояснений ответчика следует, что после остановки были включены световые габаритные (стояночные) огни, аварийная сигнализация, которые хорошо просматривались в условиях видимости около 50-150 метров. В тоже время, объяснение водителя ФИО2 содержат сведения об отсутствии включенных световых приборов и аварийной сигнализации. Объяснение водителя ФИО1 также каких-либо сведений о световых приборах не содержат. При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 не представлено доказательств совершения действий, исключающих вину ответчика.

В отношении размера ущерба доводов не заявлено. Вина ответчика истцом заявлена в размере 50%.

Исследовав и оценив иные доводы в порядке статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что они не имеют правового значения при вышеизложенных обстоятельствах и их оценке применительно к предмету спора.

При таких обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

К судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, в числе прочих относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам (статья 106 АПК РФ).

Частью 2 статьи 107 АПК РФ установлено, что эксперты получают вознаграждение за работу, выполненную ими по поручению арбитражного суда, если эта работа не входит в круг их служебных обязанностей как работников государственных судебно-экспертных учреждений.

Согласно части 1 статьи 109 АПК РФ денежные суммы, причитающиеся экспертам, специалистам, свидетелям и переводчикам, выплачиваются по выполнении ими своих обязанностей.

Следовательно, исходя из указанных норм процессуального права, по общему правилу эксперт вправе получить вознаграждение после выполнения им своих обязанностей.

Из системного толкования части 2 статьи 107, статей 108, 109 АПК РФ с учетом правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 05.04.2011 № 15659/10, следует, что выплата вознаграждения эксперту не ставится в зависимость от соответствия или несоответствия экспертного заключения предъявляемым к нему требованиям и оценки его судом; непринятие его в качестве доказательства по делу не может являться основанием для освобождения стороны, заявившей о назначении экспертизы, от выплаты вознаграждения и, соответственно, от возмещения по правилам статьи 110 АПК РФ судебных расходов на оплату экспертизы стороной по делу при принятии решения по иску.

В противном случае оплата таких судебных издержек, понесенных в условиях неочевидной доказательственной силы, будет зависеть от той оценки, которая будет дана судом тому или иному доказательству по результатам рассмотрения спора, что противоречит основным принципам арбитражного процесса.

При таких обстоятельствах, расходы за проведение судебных экспертиз подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Экспертом представлен счет на оплату, согласно которому стоимость экспертизы составит 21776 руб. При этом согласно ответу от 02.05.2023 № 535 на запрос о возможности проведения экспертизы, стоимость проведения судебной экспертизы составляет 16332 руб.

В соответствии с пунктом 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», в исключительных случаях, когда по объективным причинам эксперт не может заранее рассчитать затраты на проведение экспертизы (например, ввиду характера и объема исследуемых объектов), по согласованию с участвующими в деле лицами, по ходатайству или с согласия которых назначается экспертиза, и экспертом (экспертным учреждением, организацией) суд при назначении экспертизы может определить предварительный размер вознаграждения эксперта. При этом эксперт информирует суд, а также лиц, участвующих в деле, о пределах возможного увеличения размера вознаграждения ввиду невозможности заранее рассчитать все затраты на производство экспертизы, а также об обстоятельствах, влияющих на увеличение стоимости исследований.

Выплата эксперту (экспертному учреждению, организации) вознаграждения в размере, превышающем установленный предварительный размер вознаграждения, может быть произведена только при наступлении указанных обстоятельств и с учетом абзаца второго части 2 статьи 107 АПК РФ. Не производится выплата эксперту (экспертному учреждению, организации) вознаграждения сверх согласованных при назначении экспертизы пределов увеличения размера вознаграждения.

Ответ экспертного учреждения не содержит указаний о возможном увеличении стоимости вознаграждения эксперта, что свидетельствует о том, что эксперт не проинформировал суд, а также лиц, участвующих в деле, о пределах возможного увеличения размера вознаграждения. В этой связи, разница между первоначально указанной стоимостью экспертизы и стоимостью, обозначенной после осуществления экспертизы, не подлежит выплате в качестве вознаграждения.

При таких обстоятельствах, расходы за проведение судебной экспертизы относятся на ответчика в сумме 16332 руб. По вопросу о перечислении денежных средств экспертной организации с депозитного счета арбитражного суда вынесено отдельное определение.

На основании статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Иск удовлетворить.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>) в пользу акционерного общества «АльфаСтрахование» (ИНН <***>) ущерб в порядке суброгации в сумме 415527,40 руб., судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 7355,27 руб., всего 422882,67 руб.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья Н.К. Фуртуна