Решение по делу № А63-15230/2021 от 06.03.2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Ставрополь Дело № А63-15230/2021

06 марта 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 27 февраля 2025 года.

Решение изготовлено в полном объеме 06 марта 2025 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Русановой В.Г., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Матвиенко Д.В., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК», г. Ставрополь, ОГРН <***>, в лице конкурсного управляющего ФИО2, к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю,

г. Ставрополь, ОГРН <***>, третьи лица, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Джанго и Компания», г. Пятигорск, ОГРН <***>, общество с ограниченной ответственностью «Гермес-СТ», г. Краснодар, ОГРН <***>, общество с ограниченной ответственностью «ЮгСпецСтрой», г. Ставрополь, ОГРН <***>, общество с ограниченной ответственностью «Группа-С», г. Москва, ОГРН <***>, общество с ограниченной ответственностью «Фортис», г. Ставрополь, ОГРН <***>, общество с ограниченной ответственностью «АСКГрупп», г. Ставрополь, ОГРН <***>, о признании недействительным решения от 02.07.2021 № 026/01/11-1128/2021 в части, при участии представителя управления ФИО3, доверенность от 14.01.2025 № МИ/315/25,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Ставропольского края поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК», г. Ставрополь (далее – ООО «СМДС ПМК», общество) в лице конкурсного управляющего ФИО2, к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Ставропольскому краю (далее – управление) о признании недействительным решения от 02.07.2021 № 026/01/11-1128/2021 в части признания в действиях ООО «СМДС ПМК», г. Ставрополь, факта нарушения пункта 1 части 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) при участии в открытых аукционах в электронной форме №№ 0121300034518000001, 012120000004719000053.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены общество с ограниченной ответственностью «Джанго и Компания», г. Пятигорск, общество с ограниченной ответственностью «Гермес-СТ»,

г. Краснодар, общество с ограниченной ответственностью «ЮгСпецСтрой», г. Ставрополь,

общество с ограниченной ответственностью «Группа-С», г. Москва, общество с ограниченной ответственностью «Фортис», г. Ставрополь, общество с ограниченной ответственностью «АСК-Групп», г. Ставрополь (далее – третьи лица).

Решением от 22.04.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 11.07.2022, заявленное требование удовлетворено.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 18.10.2022 дело передано на новое рассмотрение.

Суд кассационной инстанции установил, что судебные инстанции недостаточно исследовали фактические обстоятельства по данному делу, имеющие существенное значение для принятия законных судебных актов.

Судебные инстанции не дали оценку доводу управления о том, что исследование поведения ООО «СМДС ПМК» без учета и правовой оценки действий всех участников аукционов № 0121300034518000001 и № 0121200004719000053, противоречит правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 и пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства». Не получил оценку судебных инстанций и довод управления, со ссылкой на пункт 1.1 агентского договора, о том, что в соответствии с условиями договора ООО «Гермес СТ» не только просто готовило для общества заявки, а должно было осуществлять действия, которые должны привести принципала к выигрышу тендера/аукциона/конкурса.

Установив, что в результате оперативного мероприятия в тумбочке, примыкающей к рабочему столу ФИО4 (менеджер ООО «ЮгСпецСтрой») изъята USB карта в корпусе голубого цвета и блеклом с рукописной надписью «СМДС ПМК ФИО13» (протокол изъятия документов (предметов, материалов) от 17.10.2018), судебные инстанции не дали оценку данному обстоятельству. Указав, что электронная закупка № 121200004719000053 состоялась в марте 2019 и указанный факт не применим к данному аукциону, суды не учли, что спорными электронными закупками по данному делу являются закупки № 0121300034518000001 и

№ 0121200004719000053, состоявшиеся в июне 2018 года и марте 2019 года, соответственно.

Суды не исследовали, в том числе заявленный управлением в апелляционной жалобе довод о том, что в материалах дела содержатся не только фотографии чата «Г-Д-Г-Ю-Б», а также чатов «Мария А» и других. В чате «Мария А» имеется переписка от 30.05.2018 и 08.06.2018, в которой обсуждается поиск логинов и паролей ООО «СМДС ПМК» для входа на электронные торговые площадки. Указанные доказательства оценку судов не получили.

Указав, что довод управления о том, что заявка на указанные торги отправлена с IP- 195.16.59.122, принадлежащий ООО «ЮгСпецСтрой», не свидетельствует о картельном сговоре, суды исходили из того, что совпадение IP-адресов в данном случае может говорить о совпадении территории (адреса), причиной совпадения IP-адресов может являться использование юридическими лицами доступа к интернету посредством одного и того же интернет-шлюза; IP-адрес, с которого была осуществлена коммуникация, идентифицирует конечное устройство, с которого она сделана, но не само лицо. При этом суды в совокупности с указанным доказательством не оценили довод управления о том, что указанный IP-адрес предоставляется ООО «ЮгСпецСтрой» по адресу: <...>, а также протокол изъятия документов (предметов, материалов) от 17.10.2018 относительно общества.

Сославшись на непредставление управлением в отношении спорных закупок объективных доказательств, предусмотренных пунктом 24 постановления № 2, наличие причинно-следственной связи между действиями участников торгов и повышением, снижением или поддержанием цен на торгах в их совокупности с иными доказательствами, суды пришли к выводу о том, что оспариваемое обществом решение управления вынесено на основании ненадлежащих и недостаточных доказательств. Суды исходили из того, что при рассмотрении дела № 026/01/11-1128/2021 управлением исследованы доказательства, явившиеся предметом проверки и исследования в рамках дела № 026/01/11-885/2019, а из пояснений представителя управления следует, что в адрес управления поступило обращение Следственного отдела по Промышленному району г. Ставрополя СУ СК России по Ставропольскому краю № 572 о проведении анализа действий ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК Групп» на предмет наличия признаков нарушения антимонопольного законодательства, к которому была приобщена электронная переписка между ФИО5 и ФИО6 (юрисконсультом ООО «СМДС ПМК»), а также с работниками ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С» и ООО «Джанго и Компания»), а также материалы, которые для управления явились новыми и дополнительными обстоятельствами для возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства в отношении общества.

Отклонив изложенные в решении доводы управления о том, что управление не проводило повторную проверку деятельности ООО «СМДС ПМК», предметами рассмотрения дела № 026/01/11-1128/2021 и дела № 026/01/11-885/2019 являются действия ООО «СМДС ПМК» и других хозяйствующих субъектов при участии в различных закупочных процедурах, то есть предметы рассмотрения (событие правонарушения) различны, дело № 026/01/11-885/2019 возбуждено по итогам рассмотрения обращения УЭБ и ПК по СК, дело № 026/01/11-1128/2021 возбуждено по итогам рассмотрения обращения Следственного отдела по Промышленному району города Ставрополя Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю, суды указали, что по имеющимся в данном деле доказательствам управлением уже принималось решение от 20.12.2019 № 026/01/11-885/2019, в том числе в отношении общества. При этом судебные инстанции не учли, что согласно подпункту 1 пункта 4 статьи 25.1 Закона о защите конкуренции основаниями для проведения внеплановой проверки являются материалы, поступившие из правоохранительных органов, других государственных органов, из органов местного самоуправления, от общественных объединений, от Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по защите прав предпринимателей, уполномоченных по защите прав предпринимателей в субъектах Российской Федерации и указывающие на признаки нарушения антимонопольного законодательства. Каких-либо специальных требований к таким материалам Закон о защите конкуренции не предъявляет. Как следует из материалов дела и установлено судами, материалы для проверки поступили в управление от разных правоохранительных органов и в отношении различных электронных закупок, на основании которых управлением возбуждены дела № 026/01/11-885/2019 и

№ 026/01/11-1128/2021, при этом в материалы дела № 026/01/11-1128/2021 представлены дополнительные документы. Кроме того, указав, что по представленным в материалы данного дела доказательствам управление принимало решение от 20.12.2019 № 026/01/11-885/2019, суды не дали оценку тому обстоятельству, что законность указанного решения управления проверена судебными инстанциями при рассмотрении дела № А63-4320/2020, которые оценив представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу о соответствии закону оспариваемого, в том числе обществом, решения управления.

Кроме того, имеется вступивший в законную силу приговоре Промышленного районного суда города Ставрополя от 28.06.2022, которым установлено наличие картеля в действиях ООО «СМДС ПМК» и иных участников спорных аукционов, который в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 01.03.2011 № 273-О-О, согласно части 4 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) является одним из оснований, освобождающих от

доказывания, является обязательным для арбитражного суда по вопросам о том имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом (лицами).

При новом рассмотрении дела суду указано на необходимость учесть изложенное, исследовать и оценить представленные в материалы дела доказательства и доводы участвующих в деле лиц в соответствии с требованиями норм главы 7 АПК РФ, оценить установленные приговором Промышленного районного суда города Ставрополя от 28.06.2022 обстоятельства и принять судебный акт в соответствии с нормами материального и процессуального права.

При новом рассмотрении дела общество мотивированных доводов с учетом постановления суда кассационной инстанции не представило, явку представителя, в том числе от имени конкурсного управляющего ФИО2, не обеспечило, судебная корреспонденция, направленная в том числе на абонентский ящик арбитражного управляющего, возвращена с отметкой Почты России «за истечением срока хранения».

При первоначальном рассмотрении дела доводы общества основаны на том, что управлением не проведен анализ поведения каждого участника аукционов, не исследована тактика поведения каждого из этих участников, в связи с чем невозможно сделать вывод о наличии в действиях рассматриваемых лиц нарушения требований закона, которые ограничивают конкуренцию в ходе проведения аукционов и нарушают права иных участников аукциона; тактика поведения организаций по каждому из аукционов была различная, порядок, периодичность и величина снижения цен в ходе торгов не были идентичными. Факты, установленные управлением каждый в отдельности и совокупности не подтверждают в достаточной степени то обстоятельство, что достигнутый участниками аукционов результат торгов, соответствующий интересам каждого из них, в виде заключения государственных контрактов на наиболее выгодных для себя условиях, явился следствием их согласованных действий, а поведение участников на торгах не обусловлено наличием объективных причин. В качестве доказательств по делу управление использовало материалы по иному делу № 026/01/11885/19, что не применимо в данном деле. Общество указывало на то, что оспариваемое решение не соответствует положениям Закона о защите конкуренции и нарушает права ООО «СМДС ПМК» при осуществлении предпринимательской деятельности.

Управление в обоснование возражений указывало на доказанность выявленных в ходе рассмотрения дела № 026/01/11-1128/2021 фактов согласованности действий общества со всеми хозяйствующими субъектами при участии в открытых аукционах в электронной форме

№№ 0121300034518000001, 012120000004719000053, достаточности доказательств, свидетельствующих о заключении антиконкурентного соглашения всех участников каждой из закупочной процедур.

Представитель управления в судебном заседании настаивал на законности и

обоснованности оспариваемого решения, настаивал на отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, не явились, ходатайства об отложении или проведении судебного заседания в их отсутствие суду не представили.

В силу положений статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, по имеющимся письменным доказательствам.

Выслушав пояснения представителя управления, исполнив указания суда кассационной инстанции, исследовав материалы дела и дав правовую оценку представленным доказательствам в совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд счел требования общества не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 30.10.2018 в управление поступило обращение Управления экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Ставропольскому краю о наличии признаков картельного сговора в действиях ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Джанго и Компания», ООО «Фортис» и ряда других организаций, в том числе и иных организаций, не установленных на момент обращения. Также просило выделить специалиста для проведения совместных проверочных мероприятий.

02 ноября 2018 года управление сообщило Управлению экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Ставропольскому краю о выделении специалиста, а также направило запросы в адрес электронных торговых площадок о предоставлении информации об участии организаций в закупках за 3 года.

10 января 2019 года Следственным отделом по Промышленному району города Ставрополя Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю возбуждено уголовное дело в отношении ФИО5 и некоторых сотрудников ООО «Группа С» и ООО «ЮгСпецСтрой» по части 4 статьи 159 УК РФ – Мошенничество.

18 января 2019 года Следственным отделом по Промышленному району города Ставрополя Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю вынесено Постановление о назначении проверки деятельности ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис» и ООО «Бюро Альфа» на наличии признаков картельного сговора. Постановление было направлено в управление.

30 января 2019 года управлением был подготовлен и направлен ответ о наличии в действиях ООО «Гермес-СТ», ООО «АртАзимут», ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «Бюро Альфа», а также других организаций, признаков картельного сговора при участии в 237 закупках. Управлением были выявлены следующие косвенные доказательства: отсутствие экономического обоснования поведения одного из участников соглашения, создающего преимущества для другого участника соглашения, не соответствующего цели осуществления предпринимательской деятельности - получению прибыли, осуществление действий по подготовке и участию в закупках по одному фактическому адресу, использование общей инфраструктуры, подготовка заявок одним исполнителем.

11 февраля 2019 года Следственным отделом по Промышленному району города Ставрополя Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю возбуждено уголовное дело в отношении ФИО5 и иных неустановленных на момент возбуждения лиц по части 2 статьи 178 УК РФ – Заключение между хозяйствующими субъектами-конкурентами соглашения (картеля), запрещенного в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации.

В дальнейшим Следственным отделом по Промышленному району города Ставрополя Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю в управление периодически направлялись материалы, признанные доказательствами по уголовному делу и рассекреченные в установленном законом порядке, в порядке 161 УПК РФ.

Приказом от 19.07.2019 № 1126 управлением возбуждено дело № 026/01/11-885/2019 в отношении 27 хозяйствующих субъектов, в том числе ООО «Гермес-СТ», ООО «АртАзимут» и ООО «СМДС ПМК», по признакам нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

20 декабря 2019 года управлением было вынесено решение № 026/01/11-885/2019, которым установлено, что при проведении 162 закупочных процедур ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С». ООО «Джанго и Компания», ООО «Сфера». ООО «Фортис». ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «АСК ГРУПП», ООО «АртАзимут», ООО «Бюро «Альфа». ООО «АльянсСтрой», ООО «Винсадский», ООО «Марсель и Компания», ООО «Михайловская Строительная Компания», ООО «УДАРНИК-ХОЛДИНГ», ООО «Сварог», ООО «Стройсервис», ООО Компания «Мистер ДОМ», индивидуальный предприниматель ФИО7, ООО «ОКТАНТ ЮГ», индивидуальный предприниматель ФИО8, ООО «Континент-Строй». ООО «Контур», ООО «СМДС ПМК». ООО «Атлас», индивидуальный предприниматель БадалянАрмен Генрихович, индивидуальный

предприниматель ФИО11 и ООО «ВИРА ПЛЮС» отказались от конкуренции друг с другом с целью заключения контрактов с минимальным снижением, то есть имеются признаки антиконкурентного соглашения (картеля).

В действиях всех 27 хозяйствующих субъектов усмотрен факт нарушения требований пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции при участии в открытых аукционах в открытой форме с получением суммы дохода от вменяемого участия в реализации антиконкурентного сговора (картеля) в сумме 870 725 136,51 руб.

Решением от 03.11.2021 по делу № А63-15595/2020 Арбитражного суда Ставропольского края решение от 20.12.2019 управления № 026/01/11-885/2019 признано соответствующим нормам законодательства о защите конкуренции.

04 февраля 2021 года в управление поступило обращение Следственного отдела по Промышленному району г. Ставрополя СУ СК России по Ставропольскому краю № 572 о проведении анализа действий ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК Групп» на предмет наличия признаков нарушения антимонопольного законодательства.

Управлением были направлены запросы в адрес электронных торговых площадок: АО «Единая электронная торговая площадка», ООО «РТС-Тендер», ЗАО «Сбербанк-АСТ» и АО «ЭТС».

По результатам анализа ответов электронных торговых площадок и материалов, приложенных к обращению Следственного отдела по Промышленному району г. Ставрополя СУ СК России по Ставропольскому краю (электронная переписка между ФИО5 и ФИО6 (юрисконсультом ООО «СМДС ПМК»), а также с работниками ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С» и ООО «Джанго и Компания»), выявлены закупочные процедуры с участием ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК- ГРУПП», в действиях участников которых управлением выявлены признаки антиконкурентного сговора.

Также Следственным отделом по Промышленному району города Ставрополя Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ставропольскому краю в порядке статьи 161 УПК РФ были представлены материалы «ДСП», которые свидетельствовали о том, что ООО «АСК-ГРУПП», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и Компания» и ООО «Фортис» действуют совместно, а общее руководство данными хозяйствующими субъектами осуществляет ФИО5, а именно: протоколы изъятия документов (предметов, материалов), протоколы допросов, протоколы обысков, протоколы дополнительных допросов, общий журнал учета закупок с 2015

по 23.05.2018, общий журнал учета закупок с 23.05.2018 по 18.01.2019, распечатки телефонных разговоров, фотографии из мессенджера WhatsApp, переписка в мессенджере WhatsApp.

Указанные обстоятельства, согласно пунктам 1, 3 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции послужили основанием для возбуждения дела № 026/01/11-1128/2021 о признаках нарушения антимонопольного законодательства.

В пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016) судам разъяснено, что доказательствами по делу о нарушении антимонопольного законодательства могут служить и полученные в установленном законом порядке доказательства по уголовным делам, переданные в антимонопольный орган (с учетом положений статьи 161 УПК РФ). При этом необходимо иметь в виду, что материалы (копии материалов) уголовных дел могут использоваться в качестве доказательств по делам о картелях вне зависимости от наличия или отсутствия приговора по уголовному делу, поскольку в рамках производства по антимонопольному делу устанавливается факт наличия или отсутствия нарушения антимонопольного законодательства, а не факт совершения преступления или виновность/невиновность лица в совершении преступления.

Согласно части 2 статьи 161 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения следователя или дознавателя и только в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав, свобод и законных интересов участников уголовного судопроизводства.

Письмом от 11.08.2020 старший следователь Следственного отдела по Промышленному району города Ставрополя ФИО12 дала согласие на использование материалов «ДСП» для возбуждения других дел в отношении хозяйствующих субъектов, подконтрольных ФИО5 (том 15, л.д. 117).

Довод общества о том, что материалы уголовных дел, представленные административному ответчику, не подлежат оценке, являются не допустимыми и не относимыми, поскольку являются доказательствами, полученными управлением в ходе расследования уголовных дел, возбужденных в отношении физических лиц, которые никакого отношения к обществу и руководителю общества ФИО13 не имеют, судом отклонен.

Из материалов дела (том 14) следует, что электронный аукцион № 0121300034518000001 размещен администрацией муниципального образования Красного сельсовета Грачевского района СК на сумму 2 819 762,00 рублей на электронной площадке ЗАО «Сбербанк-АСТ». Дата размещения – 04.06.2018, дата окончания приема заявок – 13.06.2018.

Согласно сведениям электронной площадки ЗАО «Сбербанк-АСТ» для участия в закупке были поданы заявки от ООО «СМДС ПМК» от 09.06.2018 с IP=195.16.59.122, ООО «Джанго и Компания» от 09.06.2018, ООО «ЮгСпецСтрой» от 11.06.2018, ООО «Гермес-СТ» от 11.06.2018, ООО «Группа С» от 12.06.2018 с IP=46.174.114.202, 217.118.61.23.

Электронный аукцион № 0121200004719000053 размещен комитетом Ставропольского края по государственным закупкам на сумму 5 080 860,20 рублей на электронной площадке ЗАО «Сбербанк-АСТ». Дата размещения – 14.02.2019, дата окончания приема заявок – 05.03.2019.

Согласно сведениям электронной площадки ЗАО «Сбербанк-АСТ» для участия в закупке были поданы заявки от ООО «Монолит» от 04.03.2019 с IP=194.8.131.120, ООО «АСК ГРУПП» от 05.03.2019 с IP=212.58.114.97, ООО «Фортис» от 04.03.2019 с IP=212.58.114.97, от ООО «СМДС ПМК» от 04.03.2019 с IP=178.237.184.158, 91.232.204.147, ФИО14 от 04.03.2019 с IP=81.177.57.201.

В ходе рассмотрения дела № 026/01/11-1128/2021 управлением в отношении оспариваемых обществом закупок установлено следующее.

Закупка № 0121300034518000001 «Выполнение работ по ремонту автомобильных дорог по ул. Гагарина муниципального образования Красного сельсовета Грачевского района Ставропольского края». Начальная (максимальная) цена контракта - 2 819 762,00 руб. Дата публикации извещения - 04.06.2018.

№ п/п

Участники,

Дата

IP-адрес

Ценовое

IP-адрес

Снижение

Статус

допущенные по 1

подачи

предложен

подачи

от НМЦК,

заявки

частОиО зОая «вСкиМ ДС

2за0я1в8к-и0 6-09

з1а9я5в.к1и6 .59.1

2 и8е0, 5

1ц9е5н.о1в6о.5г9о.

% 0,50

оответствует

ОООП «МДжКа»н го и

1280:1089-:0160- 09

217.12128 .81.

6р6у3-б, 1. 0

пре1д2-л 2о же

поо тчваесттсит в2у ет

КомОпОаОни я»

2230:1580-:0362- 11

46.17243. 114.

ни- я

пооо тчваесттсит в1у ет

О«ОЮОг С«ГпеерцмСетср-оСйТ»»

1240:1387-:0063- 11

46.127042.1 14.

пооот чваесттсит в1у ет

23:31:08

202

по части 1

ООО «Группа С»

2018-06-12

46.174.114.

оответствует

В отношении данной закупки управлением сделан следующий вывод: ООО «СМДС

00:37:20 202 по части 1

ПМК» направляет ФИО5 материалы для подготовки документации. 04.06.2018 заказчик публикует извещение о проведении закупки. 09.06.2018 ФИО5 направила ФИО15 (юристу ООО «Гермес-СТ») поручение: «подай на Сбере 0121300034518000001 от ЮСС, Гермес, Группа С и ДиК. Со вторыми. Три версии заявки». 09.06.2018 заявка ООО «СМДС ПМК» была подана с IP-адреса -195.16.59.122, который используется ФИО4 (ведущий специалист по закупкам ООО «ЮгСпецСтрой»). ФИО5 рассматривала первые части заявок, готовила разъяснения по документации и определяла заявки для допуска.

Закупка № 0121200004719000053 «Выполнение работ по ремонту автомобильной дороги общего пользования местного значения муниципального образования Надеждинского сельсовета Шпаковского района Ставропольского края -улицы Свободная от дома № 80 до № 138 села Надежда, для обеспечения муниципальных нужд». Начальная (максимальная) цена контракта - 5 080 860,20 руб. Дата публикации извещения - 14.02.2019.

п/п

Участники,

Дата

IP-адрес

Ценовое

IP-адрес

Снижение

Статус

допущенные по 1

подачи

предложен

подачи

от НМЦК,

заявки

ОчаОстОи «зАаяСвКки-Г рупп»

2за0я1в9к-и0 3-05

з2а1я2в.к5и8 .114.

и-е ,

цено-в ого

% - с

соответству

00:29:20

ет

ООО «Фортис»

2019-03-04

212.58.114.

ру-б .

предл-о жен

С п

соответств по части 1

23:45:05

ия

ует по

ООО «СМДС

2019-03-04

91.232.204.

5 055

91.232.204.

0,50

оответству части 1

ПМК»

20:18:18

147

455,90

147

ет по части

В отношении данной закупки управлением сделан следующий вывод: ООО «СМДС

ПМК» направляет ФИО5 материалы для подготовки документации. 14.02.2019 заказчик публикует извещение о проведении закупки. 27.02.2019 ФИО5 направляет ООО «СМДС ПМК» заявку по закупке. ФИО5 рассматривала первые части заявок и определяла заявки для отклонения.

Управление установило, что в случае, когда в закупках принимают совместное участие: ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК-Групп» (количество участников от 2 до 4), то данные закупки проходят идентично - участники не вступают в конкурентную борьбу друг с другом, контракты заключаются с минимальным снижением,

Действия, продемонстрированные хозяйствующими субъектами, были направлены на заключение государственных контрактов с минимальным понижением цены. Подобная синхронность возможна только в случае, если действия каждого хозяйствующего субъекта заранее известны другому.

Наличие устойчивых связей между указанными обществами. Их участие в электронных аукционах в качестве формальных конкурентов, намеренное поведение каждого общества на торгах с целью достижения определенной цели (поддержания максимально высокой цены на торгах), их заведомая осведомленность о будущих действиях друг друга, свидетельствует о заключении между ними антиконкурентного соглашения, направленного на поддержание цен в аукционах.

Установленные управлением обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что в случае, когда в закупках принимают совместное участие: ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК-Групп», являясь конкурентами при проведении вышеуказанных

закупочных процедур, заранее согласовали свое поведение при проведении указанных аукционов, что в свою очередь позволило одному из них выиграть аукцион с минимальным снижением начальной (максимальной) цены контракта до 0,5%.

В ходе рассмотрения дела управлением установлены косвенные доказательства заключения и реализации антиконкурентного сговора, а именно:

1) ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК-ГРУПП» не конкурируют между собой при проведении торгов.

2) Установлено фактическое расположение ЭЦП ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК-ГРУПП» по одному и тому же адресу: <...>.

3) ООО «СМДС ПМК», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и компания», ООО «Фортис», ООО «АСК-Групп» использовали общую инфраструктуру для участия в закупках, несколько одних и тех же IP-адресов.

4) Заявки формировали сотрудники ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа-С», ООО «Джанго и Компания» и ООО «ЮгСпецСтрой».

Управление свои выводы основывало, в том числе на материалах дела № 026/01/11885/2019, ранее рассмотренного управлением, в том числе: протоколов изъятия документов (предметов, материалов), протоколов допросов, протоколов обысков, протоколов дополнительных допросов, общего журнала учета закупок с 2015 по 23.05.2018, общего журнала учета закупок с 23.05.2018 по 18.01.2019, распечаток телефонных разговоров, фотографий из мессенджера WhatsApp, переписки в мессенджере WhatsApp, скриншотов электронной переписки между ФИО5 и ООО «СМДС ПМК» (в лице Арустамяна А.С).

Решением от 02.07.2021 по делу № 026/01/11-1128/2021 в действиях ООО «СМДС ПМК», ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис» ООО «АСК Групп» признан факт нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции при участии в открытых аукционах в электронной форме № 0121300034518000001 и 0121200004719000053.

Не согласившись с данным решением в части, общество обратилось в арбитражный суд.

В соответствии с частью 1 статьи 198, частью 5 статьи 200, частью 2 статьи 201 АПК РФ, совместным постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» основанием для принятия решения суда о признании ненормативного акта, а в

случаях, предусмотренных законом, также нормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления недействительным являются одновременно как его несоответствие закону или иному правовому акту, так и нарушение указанным актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица, обратившихся в суд с соответствующим требованием.

Из смысла приведенных норм следует, что для признания ненормативных правовых актов недействительными, а действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными необходимо одновременное наличие двух условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Нарушением пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции признаются действия участников конкретных закупочных процедур, выраженные в сознательном отказе от конкуренции друг с другом с целью заключения контракта с минимальным снижением одним из участников.

Факт наличия антиконкурентного соглашения может быть доказан, в том числе, с использованием в совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов (пункт 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016). При этом само по себе ограничение конкуренции в случае наступления либо возможности наступления негативных последствий предполагается и не требует доказывания.

Согласно постановлению Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2010 № 9966/10 в силу части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами, если такие соглашения приводят или могут привести к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат), наценок; разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков). Из взаимосвязанных положений статей 11, 12, 13 Закона о защите конкуренции следует, что соглашения, которые приводят или могут привести к перечисленным в части 1 статьи 11 последствиям, запрещаются. Необходимость доказывания антимонопольным органом фактического исполнения участниками условий соглашения отсутствует, поскольку нарушение состоит в достижении договоренности, которая приводит или может привести к перечисленным в части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции последствиям.

В соответствии с положениями статьи 4 Закона о защите конкуренции под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме, при этом факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключенности в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством (статьи 154, 160, 432, 434 ГК РФ).

Таким образом, требования, установленные частью 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, запрещены сами по себе и не требуют доказывания в виде наступивших последствий (ограничения прав третьих лиц или получения выгоды от участия в сговоре).

Согласно пункту 7 статьи 4 Закона о защите конкуренции, конкуренция - соперничество хозяйствующих субъектов, при котором самостоятельными действиями каждого из них исключается или ограничивается возможность каждого из них в одностороннем порядке воздействовать на общие условия обращения товаров на соответствующем товарном рынке.

Таким образом, только самостоятельными действиями независимых хозяйствующих субъектов и формируется здоровая конкурентная среда.

Пунктом 17 статьи 4 Закона о защите конкуренции установлено, что отказ хозяйствующих субъектов, не входящих в одну группу лиц, от самостоятельных действий на товарном рынке является ограничением конкуренции (запрещено требованиями настоящего закона).

Из толкования названных норм следует, что сознательный отказ хозяйствующих субъектов от конкуренции друг с другом отрицательно сказывается на состоянии конкурентной среды.

Следовательно, имеется прямая причинно-следственная связь между соглашением участников (сознательный отказ от конкуренции друг с другом) и наступившими последствиями в виде заключением государственных контрактов с минимальным снижением.

В пункте 18 статьи 4 Закона о защите конкуренции определено, что под соглашением понимается договоренность в письменной форме, содержащаяся в документе или нескольких документах, а также договоренность в устной форме.

Согласно пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции, признаются картелем и запрещаются соглашения между хозяйствующими субъектами-конкурентами, то есть между хозяйствующими субъектами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке, или между хозяйствующими субъектами, осуществляющими приобретение товаров на одном товарном рынке, если такие соглашения приводят или могут привести к повышению, снижению или поддержанию цен на торгах.

При этом недопустимо исследовать только поведение ООО «СМДС ПМК» без учета и правовой оценки действий иных участников аукционов № 0121300034518000001 и

0121200004719000053.

Согласно положениям Закона о защите конкуренции соглашение является согласованным волеизъявлением двух или более участников.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 года, факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключения в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством, включая требования к форме и содержанию сделок, и может быть доказан в том числе с использованием совокупности иных доказательств, в частности фактического поведения хозяйствующих субъектов. О наличии соглашения может свидетельствовать совокупность установленных антимонопольным органом обстоятельств, в том числе единообразное и синхронное поведение участников, и иных обстоятельств в их совокупности и взаимосвязи.

Антиконкурентное соглашение может быть установлено и при отсутствии документального подтверждения наличия договоренности об его совершении и подробного порядка его реализации.

Вывод о наличии антиконкурентного соглашения может быть сделан исходя из фактических обстоятельств его совершения. Например, о наличии антиконкурентного соглашения, в числе прочих обстоятельств, может свидетельствовать тот факт, что они совершены различными участниками рынка относительно единообразно и синхронно при отсутствии на то объективных причин.

Подтверждать отсутствие со стороны конкретного хозяйствующего субъекта нарушения в виде согласованных действий могут, в том числе доказательства наличия объективных причин собственного поведения этого хозяйствующего субъекта на товарном рынке и (или) отсутствия обусловленности его действий действиями иных лиц.

Правовое значение придается также взаимной обусловленности действий участников аукциона при отсутствии внешних обстоятельств, спровоцировавших синхронное поведение участников рынка. Соглашение в устной или письменной форме предполагает наличие договоренности между участниками рынка, которая может переходить в конкретные оговоренные действия.

Кроме того, для констатации антиконкурентного соглашения необходимо проанализировать ряд косвенных доказательств, сопоставив каждое из них с другими и не обременяя процесс доказывания обязательным поиском хотя бы одного прямого доказательства. По итогам доказывания совокупность косвенных признаков соглашения и (или) согласованных

действий (при отсутствии доказательств обратного) может сыграть решающую роль.

Судебная практика делает вывод, что достаточность доказательств в каждом конкретном случае должна определяться индивидуально на основе оценки всей совокупности факторов. Доказывание наличия и фактической реализации антиконкурентного соглашения между хозяйствующими субъектами осуществляется на основании всестороннего изучения и оценки всех обстоятельств дела, а также всей совокупности доказательств, в том числе переписки, результатов проверок, анализа поведения участников в рамках предпринимательской деятельности, с учетом принципов разумности и обоснованности.

Аналогичная позиция отражена и в части 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства»: При возникновении спора о наличии соглашения, запрещенного пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона, судам следует давать оценку совокупности доказательств, свидетельствующих о наличии причинно-следственной связи между действиями участников торгов и повышением, снижением или поддержанием цен на торгах.

Таким образом, необходимо давать оценку действиям не только ООО «СМДС ПМК», но и иных участников сговора – ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК ГРУПП».

Судом отклонен довод общества о том, что условия агентского договора от 10.01.2018 № 01/2018 на оказание консультативных услуг, заключенного между ООО «СМДС ПМК» (принципал) и ООО «Гермес-СТ» (агент) не содержат обязанности агента обеспечить победу принципалу, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что согласно пункту 1.1. договора действия агента по агентской деятельности считаются исполненными, если данные действия привели к выигрышу принципалом тендера/аукциона/конкурса.

Таким образом, ООО «Гермес-СТ» (в лице ФИО5) не только просто готовило для ООО «СМДС ПМК» заявки (этого не достаточно для победы), а должно было осуществлять «действия», которые должны привести к выигрышу принципалом закупки.

Согласно материалам дела осуществлялись следующие «действия»:

- до опубликования извещения о проведении закупки, осуществлялась разработка технической части документации. Необходимые материалы получались от ООО «СМДС ПМК» (в лице юриста общества ФИО6) или непосредственно от заказчика.

- для создания видимости открытости и конкурентности закупки готовятся и подаются заявки от «массовки» (ООО «Гермес-СТ», ООО «Группа С», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК ГРУПП»).

- вместо заказчика готовятся разъяснения документации, которые поступают от

потенциальных участников.

- вместо заказчика рассматриваются заявки участников и отклоняются «лишние» заявки.

Довод, что с учетом специфики размещения электронных закупок на определенных электронных площадках никто из их участников не имеет возможности влиять на порядок подачи заявок, их определение и рассмотрение. ООО «СМДС ПМК» не имеет ни законных, ни договорных полномочий ограничить участие иных лиц в электронных закупках, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно части 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», на основании части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции запрещаются картели - ограничивающие конкуренцию соглашения между хозяйствующими субъектами- конкурентами, осуществляющими продажу товаров на одном товарном рынке или приобретение товаров на одном товарном рынке. Исходя из содержания данной нормы при установлении наличия картельного соглашения подлежит доказыванию факт того, что участники картеля являются конкурентами на товарном рынке и достигнутые между ними договоренности имеют предмет, определенный в пунктах 1 - 5 части 1 статьи 11 Закона. Наличие конкурентных отношений между участниками картеля подтверждается результатами проведенного анализа состояния конкуренции на товарном рынке. Ограничение конкуренции картелем в случаях, упомянутых в пунктах 1 - 5 части 1 статьи 11 Закона, в силу закона предполагается.

Материалами дела подтверждается, что участники картеля являются конкурентами при участии в закупках № 0121300034518000001 и 0121200004719000053 (анализ состояния конкуренции имеется в материалах дела), а предмет их стратегии запрещен пунктом 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции. Иные обстоятельства (рентабельность закупки, ущемление интересов третьих лиц, выгода каждого участника о реализации картеля и др.) не входит в предмет доказывания по такого рода делам.

Судом отклонен довод общества о том, что доказательств того, что общество поручало ООО «Гермес-СТ» или иным юридическим лицам, которые подали заявки на участие в электронной закупке осуществлять какие-либо действия на электронной площадке в отношении спорных аукционов, управлением не представлено, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Как установлено судом, данный вывод противоречит пункту 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 и части 24 Постановления Пленума

Верховного Суда РФ от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», в которых указано, что для констатации антиконкурентного соглашения необходимо проанализировать ряд косвенных доказательств, сопоставив каждое из них с другими и не обременяя процесс доказывания обязательным поиском хотя бы одного прямого доказательства. По итогам доказывания совокупность косвенных признаков соглашения и (или) согласованных действий (при отсутствии доказательств обратного) может сыграть решающую роль. Достаточность доказательств в каждом конкретном случае должна определяться индивидуально на основе оценки всей совокупности факторов. Доказывание наличия и фактической реализации антиконкурентного соглашения между хозяйствующими субъектами осуществляется на основании всестороннего изучения и оценки всех обстоятельств дела, а также всей совокупности доказательств, в том числе переписки, результатов проверок, анализа поведения участников в рамках предпринимательской деятельности, с учетом принципов разумности и обоснованности.

Довод общества о том, что при исследовании протокола допроса от 12.01.2019 юриста ООО «Гермес СТ» ФИО15, официально не трудоустроенной, установлено, что она работала юристом ООО «Гермес-СТ» с июня 2018 года по 11.01.2019 года, готовила и подавала заявки от указанных ФИО5 фирм, по которым ей были переданы ключи ЭЦП в перечне которых ООО «СМДС ПМК» не значится. Из протокола допроса от 16.02.2019 директора ООО «ЮгСпецСтрой» ФИО16 следует, что ФИО16 будучи наемным директором ООО «ЮгСпецСтрой», входил в группу компаний с ООО «Гермес-СТ», ООО «Джанго и Компания», ООО «Группа С», ООО «Сфера», ООО «Астор», ООО «Альфа». ФИО5 для участия в аукционах передала ему печати и ЭЦП ряда организаций, перечисленных в протоколе и которые хранились в столе у ФИО4, среди которых ООО «СМДС ПМК» не значится, подлежит отклонению по следующим основаниям.

В указанных протоколах действительно прямо не указано про ООО «СМДС ПМК», при этом в протоколе изъятия документов (предметов, материалов) от 17.10.2018 прямо указано, что ЭЦП ООО «СМДС ПМК» была изъята из ящика рабочего стола ФИО4 (менеджера ООО «ЮгСпецСтрой»).

Довод общества о том, что распечатки телефонных переговоров ФИО5 и ФИО4, фотографии мессенджера WhatsApp с телефонов ФИО15 и ФИО5 из чата «Г- Д-Г-Ю-Б» с мая 2018 года по 12.01.2019 года (тома 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13 дела), не заверены, фотокопии с телефона неизвестного происхождения с надписью вверху «Ожидание сети» свидетельствуют о переписке не установленных лиц, упоминаний об ООО «СМДС ПМК» и спорных аукционах в данных распечатках не содержится, подлежит отклонению по следующим

основаниям.

В указанных материалах содержится не только фотографии чата «Г-Д-Г-Ю-Б», но также из других чатов «Мария А» и др. В чате «Мария А» имеется переписка от 30.05.2018 и 08.06.2018, в которых обсуждается поиск логинов и паролей ООО «СМДС ПМК» для входа на электронные торговые площадки. Также имеется протокол осмотра предметов (документов) от 17.01.2019, согласно которому следователь произвел осмотр предметов, изъятых у ФИО15, мобильного телефона. В указанном протоколе указано: «… С целью фиксации содержащейся переписки в социальных сетях было произведено фотографирование данной переписки, при этом имеется зафиксированная информация в Чате под наименование «ГДГЮБ», «Дмитрий Кордон», «Мария А» и др. Данная переписка содержит сведения о ведении деятельности, связанной с подготовкой аукционов, а также непосредственно с участием организаций в аукционах. Выполненные фотографии переписки в «Чатах» социальной сети после осмотра скопированы на рабочий компьютер, применяемый следователем, после чего перенесены на DVD-диск, являющийся приложением к протоколу осмотра…».

Указанные материалы были рассекречены в установленном порядке, распечатаны и представлены следователем в управление. Копии указанных фотографий (как и всех иных материалов) были предоставлены управлению в материалы дела.

Судом отклонен довод общества о том, что согласно пункту 7 Постановления Пленума ВС РФ № 2 на основании части 2 статьи 9 Закона о защите конкуренции требования к поведению (действиям, бездействию) на товарном рынке хозяйствующего субъекта, по общему правилу, распространяются на действия (бездействие) группы лиц. Представленные управлением доказательства не свидетельствуют, что ООО «СМДС ПМК» наравне с ООО «Гермес-СТ», ООО «Джанго и Компания», ООО «Группа С», ООО «Сфера», ООО «Астор», ООО «Атлас», ООО «Фортис» состояло в группе лиц и в спорных аукционах не действовало в общем экономическом интересе группы лиц в отношении иных участников рынка, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Положения статьи 9 Закона о защите конкуренции регламентирует порядок отнесения хозяйствующих субъектов к одной «группе лиц». Общество и другие участники картеля в одну «группу лиц» (в понятии статьи 9 Закона о защите конкуренции) не входят.

При доказывании картелей положения статьи 9 Закона о защите конкуренции не применяются и не анализируются.

Данная статья не имеет отношения к рассматриваемому делу. Довод общества относительно вывода управления о том, что по закупке

№ 0121300034518000001 заявки всех пяти участников готовила ФИО5, что подтверждается перепиской с ФИО6 - юристом ООО «СМДС ПМК», а также, что

все заявки рассматривала ФИО5, не подтверждаются материалами дела. Электронное письмо (дата не известна) от «Северус Снегг» на имя «unapena00» (не установлено кому принадлежит данная электронная почта) с темой - подай на Сбере 0121300034618000001 от ЮСС, Гермес, Группа С и ДиК со вторыми, три версии заявок, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Заявки всех участников готовила ФИО5, что подтверждается электронной перепиской, имеющейся в материалах дела. ФИО5 использует несколько адресов электронной почты, в том числе для внешних контактов «Мария Алоян «aloyan86@mail.ru», для контактов со «своими» сотрудниками «Северус Снегг» «nagainakill@inbox.ru». С данного адреса электронной почты ФИО5 давала поручения ФИО15 подавать заявки «от всех наших» на закупки, которые в том числе являются предметом рассмотрения настоящего дела.

Кроме того, 25.06.2018 (11 часов 31 минута) в ходе переписки в мессенджере WhatsApp (чат «Мария А»), ФИО5 прямо сообщает ФИО15, что направляла ей письмо с этого электронного адреса.

Согласно ответу ООО «Мэйл.Ру» адрес электронной почты unapena00@mail.ru принадлежит ФИО15.

Кроме того, 30.05.2018 (13 часов 19 минута) в ходе переписки в мессенджере WhatsApp (чат «Мария А») ФИО15 сообщает ФИО5, что использует этот электронный адрес.

Довод истца относительно вывода управления о том, что заявка на указанные торги была отправлена с IP-195.16.59.122, который принадлежит ООО «ЮгСпецСтрой», не свидетельствует о картельном сговоре. Совпадение IP-адресов в данном случае может говорить о совпадении территории (адреса), причиной совпадения IP-адресов может являться использование юридическими лицами доступа к Интернету посредством одного и того же интернет-шлюза. IP-адрес, с которого была осуществлена коммуникация, идентифицирует конечное устройство, с которого она была сделана, но не само лицо, доказательств какой-либо зависимости общества от иных участников аукциона управлением не представлены, такие факты управлением не выяснялись, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ООО «СМДС ПМК» прямо указывает, что передало ЭЦП ООО «Гермес-СТ». Данный IP-адрес предоставляется ООО «ЮгСпецСтрой» по адресу: <...>. Согласно Протоколу изъятия документов (предметов, материалов) от 17.10.2018 ЭЦП ООО «СМДС ПМК» изъята из ящика рабочего стола ФИО4 (менеджера ООО «ЮгСпецСтрой»).

Довод общества о том, что по электронной закупке № 0121200004719000053 все заявки готовились ФИО5, что подтверждается перепиской с ФИО6 юристом ООО «СМДС ПМК», а также, что все заявки рассматривались ФИО5, не подтверждаются

материалами дела, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Заявки всех трех допущенных к аукциону участников готовились ФИО5, что подтверждается перепиской с ФИО6 (юрист ООО «СМДС ПМК»). ФИО5 рассматривала первые части заявок и определяла заявки для отклонения – отклонить 2 из 5 поступивших заявок.

На участие в данной закупке было подано 5 заявок, допущено до участия в аукционе было 3 заявки. Это подтверждается информацией электронной торговой площадки ЗАО «Сбербанк-АСТ» и Протоколом № 41-ЭА от 07.03.2019 рассмотрения первых частей заявок.

Довод общества о том, что согласно данным электронной площадки заявка была подана с отличных от других участников IP-адресов, что полностью исключает какую-либо договоренность общества с заказчиком, ФИО5 и другими участниками аукциона, подлежит отклонению , поскольку противоречит пункту 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.03.2016 года и части 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства», в которых указано, что для констатации антиконкурентного соглашения необходимо проанализировать ряд косвенных доказательств, сопоставив каждое из них с другими и не обременяя процесс доказывания обязательным поиском хотя бы одного прямого доказательства. По итогам доказывания совокупность косвенных признаков соглашения и (или) согласованных действий (при отсутствии доказательств обратного) может сыграть решающую роль. Достаточность доказательств в каждом конкретном случае должна определяться индивидуально на основе оценки всей совокупности факторов. Доказывание наличия и фактической реализации антиконкурентного соглашения между хозяйствующими субъектами осуществляется на основании всестороннего изучения и оценки всех обстоятельств дела, а также всей совокупности доказательств, в том числе переписки, результатов проверок, анализа поведения участников в рамках предпринимательской деятельности, с учетом принципов разумности и обоснованности.

Довод общества о том, что само по себе наличие в договоре, заключенном между хозяйствующими субъектами, условий, определяющих поведение участников договора во взаимоотношениях друг с другом и третьими лицами, не означает, что стороны договора преследовали цель ограничения конкуренции. В этих случаях должны учитываться ожидаемое состояние рынка и положение его участников, если бы спорное соглашение не имело места, а в случае реализации соглашения - его фактическое влияние на состояние конкуренции на

соответствующем товарном рынке, отклонен по следующим основаниям.

Данный вывод взят из второго абзаца части 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства».

Данная позиция не применима в настоящем деле, так как в первом абзаце данной части прямо указано, что она относится к «Соглашениям хозяйствующих субъектов, не указанных в части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции».

Предметом рассмотрения настоящего дела является нарушение пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

Довод общества о том, что при оценке того, направлены ли действия хозяйствующих субъектов на ограничение конкуренции в связи с достигнутыми между ними договоренностями, суд вправе принимать во внимание доводы участников соглашения, свидетельствующие о наличии разумных экономических и (или) обусловленных законодательством (в том числе отраслевым регулированием) причин в достижении соответствующих договоренностей между участниками соглашения, отклонен по следующим основаниям.

Данный вывод взят из третьего абзаца части 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 04.03.2021 года № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства».

Довод общества о том, что если участники договорились выйти на торги совместно только для того, чтобы они состоялись и не применялись правила заключения договора с единственным участником, их действия не квалифицируются как картельное соглашение (Обзор Верховного Суда Российской Федерации от 15.10.2021), отклонен по следующим основаниям.

В Разъяснениях ФАС России от 30.05.2018 № 14 «О квалификации соглашений хозяйствующих субъектов, участвующих в торгах» (утв. протоколом Президиума ФАС России от 30.05.2018 № 7) указано, что имеется две системы правового регулирования организации торгов, предусмотренные действующим российским законодательством, в зависимости от возникновения или отсутствия возникновения обязательности заключения договора (контракта) по результатам несостоявшихся торгов:

- первая, когда признание торгов несостоявшимися является, вместе с тем, основанием для заключения договора (контракта) с единственным участником, подавшим заявку на участие

в торгах и соответствующим всем требованиям торгов (например, пункт 25 части 1 статьи 93 Закона о контрактной системе, пункт 14 статьи 39.12 Земельного кодекса Российской Федерации и др.);

- вторая, когда признание торгов несостоявшимися не влечет для такого участника возникновения права на заключение договора по результатам несостоявшихся торгов (например, Федеральный закон от 21.12.2001 года № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества»).

В практике встречаются ситуации, когда хозяйствующим субъектом, желающим участвовать в торгах, достигается устное соглашение с иным хозяйствующим субъектом о необходимости его участия в торгах для выполнения формального условия проведения торгов, то есть признания торгов состоявшимися и получения права на заключение договора.

С учетом того, что бремя доказывания обстоятельств и обоснованности принятого решения лежит на антимонопольном органе, указанные обстоятельства не могут не оцениваться и игнорироваться при рассмотрении соответствующих соглашений хозяйствующих субъектов при рассмотренной выше второй системе правового регулирования организации торгов, не предусматривающей право единственного участника на заключение договора по результатам признанных несостоявшимися торгов.

Оценка таких обстоятельств должна осуществляться в рамках установления причинно-следственной связи между соглашением и негативными последствиями в виде повышения, снижения или поддержания цен на торгах, а именно:

- В случаях, когда регламентированная законодательством процедура проведения торгов предусматривает признание их несостоявшимися при наличии лишь одного участника и не создает оснований для заключения договора с единственным участником, соглашения двух хозяйствующих субъектов о совместном (согласованном) участии в таких торгах не могут быть квалифицированы по пункту 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции только лишь на том основании, что один из участников осуществляет пассивное поведение при проведении торгов или такое пассивное поведение является предметом их договоренности.

Прямым следствием такого соглашения в отсутствие иных доказательств его заключения для целей повышения, снижения или поддержания цен (например, последующий раздел предмета торгов между участниками) является признание торгов состоявшимися и заключение договора, что отвечает правомерным целям и интересам заказчиков (организаторов) торгов и заинтересованного участника и не может противоречить требованиям части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции.

При этом при наличии иных обстоятельств не исключается рассмотрение подобных действий по признакам иных антиконкурентных соглашений между участниками торгов, либо

между участниками и заказчиком (организатором) торгов.

- В тех же случаях, когда по результатам несостоявшихся торгов единственный участник в связи с наличием соответствующих положений законодательства приобретает право заключения договора (контракта) или когда в торгах принимают участие иные невзаимосвязанные участники, такое обоснование соглашения как исключительно обеспечение признания торгов состоявшимися для заключения договора не может соответствовать действительности и не должно приниматься.

В таких случаях следует применять подходы, изложенные в Разъяснении Президиума ФАС России № 3 «Доказывание недопустимых соглашений (в том числе картелей) и согласованных действий на товарных рынках, в том числе на торгах» (утв. протоколом Президиума ФАС России от 17.02.2016 года № 3).

Поскольку вышеуказанные 2 закупок проводились в порядке Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», согласно которого, в случае признания закупки несостоявшейся по причине подачи и/или допуска единственной заявки, такой участник всё равно приобретает право заключения договора (контракта), возможные доводы вышеуказанных хозяйствующих субъектов о том, что картель заключён исключительно с целью обеспечения признания торгов состоявшимися и для заключения договора, не соответствует действительности и не может приниматься.

Как установлено материалами настоящего дела, картель между хозяйствующими субъектами подтверждается не только поведением обществ на 2 закупках, но и достаточной совокупностью иных доказательств, ввиду этого их действия преследовали единственную цель – поддержание (не снижение) цен на торгах.

Управлением установлено, что когда в закупке имелся иной участник, не состоящий в сговоре, ООО «СМДС ПМК» вступало с ними в конкурентное состязание и существенно снижало цену контракта. Например, закупки №№ 0321300050220000007 на 11,00%, 0121200004720000455 на 14,00%, 0121200004719001239 на 7,50%, 0121200004719000941 на 40,95%, 0875300038918000073 на 16,44%, 0875300038918000068 на 20,50%, 0121200004718000066 на 13,50% и т.д.

Кроме того, две закупочные процедуры, являющиеся предметом рассмотрения настоящего дела ( № 0121300034518000001 и № 0121200004719000053), признаны несостоявшимися в связи с подачей единственного ценового предложения (часть 13 статьи 69 Федеральный закон от 05.04.2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд»).

Ссылка на Постановление Конституционного Суда РФ от 21.03.2013 года № 6-П,

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 06.04.2021 года № 10-П, в которых отмечено, что повторное привлечение лица к одному и тому же виду ответственности за одно и то же деяние было бы – вопреки конституционным требованиям правовой безопасности, правовой определенности и стабильности - ответственностью без правонарушения, что неприемлемо в правовом государстве. Соответствующий запрет не может быть сведен только к собственно административной ответственности, а распространяется и на случаи привлечения лица за содеянное одновременно к административной ответственности по Кодексу Российской Федерации об административных правонарушениях и к ответственности, хотя и предусмотренной отраслевыми федеральными законами, но по своей правовой природе являющейся публично-правовой, носящей, по общему правилу, карательный, а не восстановительный характер, подлежит отклонению по следующим основаниям.

Указанные принципы не применимы в настоящем деле.

Постановление Конституционного Суда РФ от 04.02.2019 года № 8-П «По делу о проверке конституционности статьи 15.33.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой гражданки …» и Постановление Конституционного Суда РФ от 06.04.2021 года № 10-П «По делу о проверке конституционности части 4 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с жалобой гражданина …» описывают ситуации, которые подпадают под понятие «двойное привлечение к административной ответственности».

В настоящем деле вопросы привлечения ООО «СМДС ПМК» к административной ответственности в рамках КоАП РФ не рассматривались и не могли быть рассмотрены, так предметом рассмотрения настоящего дела является соответствие Решения Ставропольского УФАС России по делу № 026/01/11-1128/2021 от 02.07.2021 года Закону о защите конкуренции на основании доказательств, собранных и раскрытых в ходе производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства.

Кроме того, настоящее дело рассматривается в порядке Главы 24 АПК РФ «Рассмотрение дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных федеральным законом отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц».

Рассмотрение судебных дел об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности осуществляется в порядке Главы 25 АПК РФ «Рассмотрение дел об административных правонарушениях», то есть другой процессуальный порядок.

Довод, что из материалов дела следует, что по имеющимся в данном деле

доказательствам управлением уже принималось решение от 20.12.2019 № 026/01/11-885/2019 в том числе в отношении общества; новые доказательства, не имеющиеся в распоряжении управления ранее, в силу статьи 51.2 Закона о защите конкуренции могли явиться основанием для пересмотра решения и (или) предписания по делу о нарушении антимонопольного законодательства по новым и (или) вновь открывшимся обстоятельствам, отклонен по следующим основаниям.

Предметом рассмотрения настоящего дела являются иные закупочные процедуры

( № 0121300034518000001 и 0121200004719000053), которые не были указаны в решении от 20.12.2019 № 026/01/11-885/2019 (судебное дело № А63-4320/2019).

На момент вынесения указанного решения, управление не располагало достаточными доказательствами, позволяющими признать нарушение по данным закупкам.

Необходимые доказательства появились у управления только 04.02.2021, когда Следственный отдел по Промышленному району г. Ставрополя ( № 11902070003010012 от 30.01.2021) предоставил выгрузки из электронной переписки между представителем ООО «СМДС ПМК» и ФИО5

Так как закупочные процедуры № 0121300034518000001 и № 0121200004719000053 являются отдельными эпизодами, управление не обязано было пересматривать решение от 20.12.2019 № 026/01/11-885/2019.

Управлению не запрещено использование одних и тех материалов для возбуждения и рассмотрения различных дел о нарушении антимонопольного законодательства по различным эпизодам (в данном случае различные закупки). Ни Закон о защите конкуренции, ни какой-либо иной процессуальный документ, таких запретов не содержит.

Управление при рассмотрении дел о нарушении антимонопольного законодательства руководствуется нормами Закона о защите конкуренции, частью 1 статьи 45.1 которого установлено, что под доказательствами по делу о нарушении антимонопольного законодательства понимаются сведения о фактах, которые получены в установленном настоящим Федеральным законом порядке и на основании которых комиссия устанавливает наличие либо отсутствие нарушения антимонопольного законодательства, обоснованность доводов лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для полного и всестороннего рассмотрения дела.

В качестве доказательств по делу о нарушении антимонопольного законодательства допускаются письменные доказательства и вещественные доказательства, пояснения лиц, участвующих в деле, пояснения лиц, располагающих сведениями о рассматриваемых комиссией обстоятельствах, заключения экспертов, аудио- и видеозаписи, иные документы и материалы (часть 3 статьи 45.1 Закона о защите конкуренции). Письменными доказательствами по делу о

нарушении антимонопольного законодательства являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения дела, акты, договоры, справки, переписка, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, изготовления копий электронных носителей информации либо иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам также относятся результаты анализа состояния конкуренции, проведенного в порядке, установленном федеральным антимонопольным органом (часть 4 статьи 45.1 Закона о защите конкуренции).

В силу положений статьи 45.1, пункта 1 части 2 статьи 39 Закона о защите конкуренции материалы и сведения, полученные от правоохранительных органов, могут являться основанием для возбуждения дел о нарушении антимонопольного законодательства.

Таким образом, законодательством прямо предусмотрено, что в качестве доказательств антиконкурентного сговора допускаются любые материалы и сведения, имеющие значение для полного и всестороннего рассмотрения дела.

Данной позиции придерживается и Верховный Суд РФ. Пунктом 9 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 16.03.2016 года, разъяснено, что статья 89 АПК РФ предусматривает представление в суд любых документов и материалов в качестве доказательств, если они содержат сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения спора. Такие документы и материалы могут содержать сведения, зафиксированные как в письменной, так и в иной форме.

Факт наличия антиконкурентного соглашения не ставится в зависимость от его заключенности в виде договора по правилам, установленным гражданским законодательством. Законодательством не определено и не может быть определено, какие доказательства его подтверждают, а также не установлены и не могут быть установлены требования к форме подтверждающих документов.

Согласно апелляционному определению от 23.05.2023 по делу № 22-2080/2023 Судебная коллегия по уголовным делам Ставропольского краевого суда указала, что вывод в отношении ФИО10 (примечание: ФИО13) сделан без учета показаний самого ФИО10 (примечание: ФИО13), который не принимал участие в судебных заседаниях, и определила приговор Промышленного районного суда г. Ставрополя от 28.06.2022 в отношении ФИО1 (примечание: ФИО17) изменить: исключить из описательно-мотивировочной части приговора ссылку на фамилию и инициалы «ФИО10» (примечание: ФИО13), указав «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство». В остальной

части приговор оставлен без изменения.

Таким образом, то обстоятельство, что в тексте приговора фамилия «ФИО13», заменена на «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», не оказывает существенного влияния на выводы о наличии антиконкурентного сговора в действиях ООО «СМДС ПМК».

На странице 65-66 приговора суда (в редакции с учетом апелляционного определения от 23.05.2023 по делу № 22-2080/2023) указано следующее: «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», согласно приказа № от дата и протокола внеочередного общего собрания участников Общества с ограниченной ответственностью «СМДС ПМК» от дата, был назначен директором данной организации. В период времени ранее дата лицо № , фактически выполняющей обязанности и функции руководителя следующих юридических лиц: ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Г. С», ООО «АСК Г.», ООО «Фортис» в составе организованной преступной Г. с сотрудниками хозяйствующих субъектов: лица № , лица № , лица № и ФИО17 (ФИО18), а также с лицом № , являющимся генеральным директором ООО «Гермес-СТ», лицом № , являющимся директором ООО «Джанго и Компания», находясь в неустановленном месте на территории <адрес>, имея умысел на ограничение конкуренции путем заключения между хозяйствующими субъектами - конкурентами ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля), запрещенного в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации, в целях обеспечения победы в аукционах в электронной форме на право заключения государственных контрактов, действуя умышленно, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, используя свои служебные положения, выраженное в праве действовать от имени Обществ, в том числе представлять их интересы и совершать сделки, являясь единоличными исполнительными органами указанных Обществ, вступила в преступный сговор с «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», до дата фактически выполняющим обязанности и функции руководителя, а с дата являющимся директором ООО «СМДС ПМК» ИНН № а также учредителем и фактическим руководителем ООО «Ставропольская МДС ПМК» ИНН № , на совершение преступных действий, направленных на ограничение конкуренции в сфере выполнения работ по ремонту автомобильных дорог.

В соответствии с разработанным совместным планом совершения преступления и реализации картельного соглашения, лицо № , действуя в составе организованной Г. с лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № и ФИО17 (ФИО18), должна была лично контактировать с представителями государственных заказчиков, расположенных в <адрес> и <адрес>, выясняя их потребности и планы закупок, касающихся выполнения работ

по ремонту автомобильных дорог, а также с помощью специально привлеченных ею для указанной цели других членов организованной Г. лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № и ФИО17 (ФИО18), должны были формировать цены на выполняемые работы, составлять закупочную документацию, включая подготовку технических заданий по предоставленным сметам, в которые в целях ограничении конкуренции и недопущения участия в Т. иных организаций, осуществляющих коммерческую деятельность на данном товарном рынке, по согласованию с заказчиками вносить «блокирующие позиции», передавать представителям государственных заказчиков, в том числе и через «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», в последующем принимающим участие в аукционах от имени находящихся под его управлением организаций, сформированные членами организованной Г. закупочную документацию.

Согласно распределению ролей между членами организованной Г., ее члены по поручению лица № , должны были осуществлять поиск и анализ информации о проводимых электронных аукционах, подготовку и подачу документации для участия коммерческих обществ в электронных аукционах на ремонт автомобильных дорог, в которых был заинтересован «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», являющийся генеральным директором ООО «СМДС ПМК» и управляющий деятельностью ООО «Ставропольская МДС ПМК», согласовав между лицом № , тактику поведения и установления цены до проведения электронных аукционов, обеспечить внесение денежных средств в счет обеспечения заявок на участие в аукционах, от подконтрольных лицу № , и членам организованной Г., а также непосредственно участвовать от имени ООО «Гермес-СТ», ООО «Г. С», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК Г.», ООО «СМДС ПМК» и ООО «Ставропольская МДС ПМК», в проведении электронных аукционов, используя переданные лицу № , для этого директором – «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство» электронные цифровые подписи ООО «СМДС ПМК» и ООО «Ставропольская МДС ПМК», предназначенные для работы с единой информационной системой в сфере закупок «www.zakupki.gov.ru» и электронной площадкой - сайтом в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», на котором проводятся конкурентные способы определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) в электронной форме, при этом целенаправленно делая не более 1 шага во время Т., стремясь в целях получения максимальной коммерческой прибыли к минимальному снижению начальной (максимальной) цены контракта.

Продолжая реализовывать совместный преступный умысел, лицо № , в составе организованной Г. с лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № и ФИО17 (ФИО18), действуя совместно и согласованно с «лицо № , дело в отношении которого

выделено в отдельное производство», существенно нарушая требования Федерального закона от дата № 135-ФЗ «О защите конкуренции», права и законные интересы на свободное осуществление хозяйствующими субъектами - конкурентами предпринимательской деятельности, создали систему действий, в целях обеспечения победы ООО «СМДС ПМК» и ООО «Ставропольская МДС ПМК» в аукционах в электронной форме.

Выполнив вышеуказанные подготовительные действия, направленные на ограничение участия в Т. и закупках иных организаций – конкурентов, осуществляющих коммерческую деятельность на рынке выполнения работ по ремонту автомобильных дорог, при участии в Т. ООО «СМДС ПМК», генеральным директором которого является «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство» и ООО «Ставропольская МДС ПМК», деятельностью которого управлял последний, директором ООО «Гермес-СТ» - лицом № , директором ООО «Джанго и Компания» - лицом № , лицом № , фактически выполняющей обязанности и функции руководителя: ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК Г.» и до дата ООО «Г. С», а в последующем деятельностью которого управляло лицо № , совершены согласованные действия, имитирующие конкурентную борьбу при участии в государственных закупках, под видом добросовестной коммерческой деятельности, в результате чего ООО «СМДС ПМК», директором которого является «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство» и ООО «Ставропольская МДС ПМК», деятельностью которого управлял последний, получали право на заключение государственных контрактов по максимально высокой, наиболее выгодной для себя цене.

Далее лицо № , действуя в составе организованной Г. с лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № и ФИО17 (ФИО18), продолжая реализовывать вышеуказанный преступный умысел, в период времени с дата по дата, находясь по адресу: <адрес> «А», а далее в период времени с дата по дата, по адресу: <адрес>, а также согласованно с «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», действующим в интересах ООО «СМДС ПМК» и ООО Ставропольская МДС ПМК», находясь по адресу: <адрес>, осуществляя каждый в своей части руководство ООО «СМДС ПМК» и ООО «Ставропольская МДС ПМК», ООО «Гермес – СТ», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК Г.», используя свое служебное положение руководителей коммерческих обществ, в нарушение п. 2 ч. 1 ст. 11 Закона о защите конкуренции, действуя из корыстных побуждений, желая извлекать доход от деятельности по выполнению работ по ремонту автомобильных дорог, в том числе за счет нарушения действующего антимонопольного законодательства, заключили между собой ограничивающее конкуренцию соглашение (картель), выразившееся в заключении указанными хозяйствующими субъектами-конкурентами, осуществляющими выполнение работ на одном товарном рынке,

антиконкурентного соглашения, реализуя которое посредством использования вышеуказанных противоправных антиконкурентных схем и методов, маскируя их под добросовестную, законопослушную коммерческую деятельность и имитируя конкурентную борьбу при участии в государственных закупках, участвуя в аукционах на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог, исполняя свои роли в совершении преступления согласно предварительно достигнутой описанной договоренности, при этом ФИО17 (ФИО18) выполняла действия, связанные с подачей заявок на участие в аукционах от имени юридических лиц подконтрольных лицу № , либо юридических лиц, которыми управляли иные члены организованной Г., такие как лицо № , лицо № , лицо № .

Так, лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», получил право на заключение государственных контрактов по максимально высокой, наиболее выгодной для себя цене, что привело к поддержанию максимально выгодных для данных организаций неконкурентно высоких цен на Т. при проведении учреждениями <адрес> и <адрес> следующих 9 открытых аукционов в электронной форме, в том числе по двум закупкам, которые являются предметом рассмотрения настоящего дела: 1) Закупка № 0121300034518000001 «Выполнение работ по ремонту автомобильных дорог по ул. Гагарина муниципального образования Красного сельсовета Грачевского района Ставропольского края». Начальная (максимальная) цена контракта – 2 819 762,00 руб. Дата публикации извещения – 04.06.2018 года.»

На страницах 67-68 приговора суда указано: «дата на официальном сайте единой информационной системы в сфере закупок в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на электронной площадке ЗАО «Сбербанк –АСТ» по адресу: <данные изъяты> опубликовано извещение и конкурсная документация для проведения электронного аукциона на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог по <адрес> С. <адрес>» (извещение № ) с начальной (максимальной) ценой контракта 2 819 762 рублей 00 копеек. Заказчиком данного аукциона являлся администрация муниципального образования Красного С. <адрес>). Участниками указанного аукциона являлись ООО «СМДС ПМК», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Гермес-СТ», ООО «Г. С», при этом по результатам проведенного аукциона ООО «СМДС ПМК» было признано победителем, после чего был заключен государственный контракт на сумму 2 805 663 рублей 10 копеек, который дата после выполнения установленных контрактом работ был оплачен государственным заказчиком. Закупка № 0121200004719000053 «Выполнение работ по ремонту автомобильной дороги общего пользования местного значения муниципального образования Надеждинского сельсовета Шпаковского района Ставропольского края – улицы Свободная от дома № 80 до № 138 села Надежда, для обеспечения муниципальных нужд». Начальная (максимальная) цена контракта – 5 080 860,20 руб. Дата публикации извещения – 14.02.2019.

На странице 68 приговора суда указано: «дата на официальном сайте единой информационной системы в сфере закупок в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на электронной площадке ЗАО «Сбербанк –АСТ» по адресу: <данные изъяты> опубликовано извещение и конкурсная документация для проведения электронного аукциона на выполнение работ по ремонту автомобильной дороги общего пользования местного значения муниципального образования ФИО19 <адрес> – <адрес> от <адрес> до № села Н., для обеспечения муниципальных нужд» (извещение № ) с начальной (максимальной) ценой контракта 5 080 860 рублей 20 копеек. Заказчиком данного аукциона являлся администрация муниципального образования Красного С. <адрес>). Участниками указанного аукциона являлись ООО «АСК-Г.», ООО «Фортис», ООО «СМДС ПМК», при этом по результатам проведенного аукциона ООО «СМДС ПМК» было признано победителем, после чего был заключен государственный контракт на сумму 5 055 455 рубле 90 копеек, который в период времени с дата по дата после выполнения установленных контрактом работ был оплачен государственным заказчиком».

В итоге на странице 68 Приговора суд пришел к следующим выводам: «Таким образом, в результате заключения между лицом № , действующей с лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , лицом № , а позднее с лицом № и ФИО17, в составе организованной Г. и «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля) и в последующем являющегося победителем в указанных аукционах, осуществили в последующем заключение контрактов по всем указанным аукционам, при этом их действия при участии в указанных электронных аукционах не соответствовали принципу добросовестности, явились проявлением монополистической деятельности, а также следствием заключенного между ними картельного соглашения, направленного на поддержание наиболее высоких, выгодных им цен на Т. Общий доход участников незаконного соглашения (картеля) ООО «СМДС ПМК», генеральным директором которого являлся «лицо № , дело в отношении которого выделено в отдельное производство», а также ООО «Ставропольская МДС ПМК», деятельностью которого руководил последний и следующими юридические лица ООО «Гермес-СТ», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК Г.», ООО «Г. С» в результате побед, достигнутых на Т. за период времени с дата по дата по указанным контрактам, исходя из общей суммы дохода, извлеченного всеми участниками картеля, составил 60 721 701 рубль 23 копейки, что в соответствии с ч. 1 примечания к статье 178 Уголовного кодекса Российской Федерации является доходом в крупном размере».

То есть суд уже дал оценку действиям участников двух вышеуказанных закупок, являющихся предметом рассмотрения настоящего дела, а именно наличие картеля (нарушения пункта 2 части 1 статьи 11 Закона о защите конкуренции) в действиях ООО «СМДС ПМК»,

ООО «Гермес-СТ», ООО «Джанго и Компания», ООО «ЮгСпецСтрой», ООО «Фортис», ООО «АСК ГРУПП» и ООО «Группа С».

Согласно данныи официального сайта Промышленного районного суда г. Ставрополя (http://promyshleny.stv.sudrf.ru/) приговор вступил в законную силу.

Согласно части 1 статьи 392 УПК РФ, вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда обязательны для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции установлено наличие картеля в действиях ООО «СМДС ПМК» и третьих лиц в рассматриваемых закупках.

Согласно части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

Указанная позиция также подтверждается выводами Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.06.2014 № 3159/14 по делу

№ А05-15514/2012

С учетом изложенного выше, судом установлено отсутствие оснований для признания решения управления недействительным как незаконным и нарушающим права общества, а требования общества подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 117, 130, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Ставропольского края

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья В.Г. Русанова