Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, Владивосток, 690001

www.5aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владивосток Дело

№ А59-2008/2021

13 мая 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 мая 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 13 мая 2025 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи К.П. Засорина,

судей А.В. Ветошкевич, М.Н. Гарбуза,

при ведении протокола секретарем судебного заседания В.А. Ячмень,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1,

апелляционное производство № 05АП-701/2025

на определение от 26.12.2024

судьи Е.В. Бадмаевой

по делу № А59-2008/2021 Арбитражного суда Сахалинской области

по заявлению финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО1 об оспаривании сделки должника и применении последствий её недействительности,

в рамках дела по заявлению ФИО3, ФИО4 о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом),

при участии:

финансового управляющего имуществом ФИО2 ФИО1 (лично), паспорт,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 и ФИО4 (далее – заявители, ФИО3 и Калужских А.И.) обратились в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании ФИО2 (далее – должник, ФИО2) несостоятельным (банкротом), введении процедуры реструктуризации долгов.

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 01.11.2021 (резолютивная часть от 25.10.2021) в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов, сроком на три месяца до 25.01.2022. Финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1 (далее – ФИО1), член Ассоциации Евросибирская саморегулируемая организация арбитражных управляющих.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 11.12.2021 № 226(7188).

Решением Арбитражного суда Сахалинской области от 11.01.2023 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина на четыре месяца до 11.05.2023, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1

Указание сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 28.01.2023 № 16 (7461).

Впоследствии срок процедуры реализации имущества ФИО2 и полномочий финансового управляющего ФИО1 неоднократно продлевался, последним определением от 31.05.2024 продлен до 02.09.2024.

04.06.2024 финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в Арбитражный суд Сахалинской области с заявлением о признании недействительной сделки по передаче ФИО2 в собственность третьего лица объектов недвижимости:

- жилого здания площадью 27,9 кв.м. с кадастровым номером 65:01:1001001:307, расположенное по адресу: Сахалинская обл., гор. Южно-Сахалинск, п/р Лиственничное, ул. Июльская, д. 39;

- земельного участка площадью 1000 +/- кв.м. с кадастровым номером 65:01:1001001:221, вид разрешённого использования: под жилой дом, местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка по адресу: Сахалинская обл., гор. Южно-Сахалинск, п/р Лиственничное, ул. Июльская, д. 39.

Также управляющий просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата указанного имущества в конкурсную массу должника. Одновременно просил истребовать в Управлении Росреестра по Сахалинской области регистрационное дело по объектам недвижимости с кадастровыми номерами 65:01:1001001:307 и 65:01:1001001:221, в том числе документы, на основании которых произошло прекращение права собственности от 12.03.2019 у ФИО2 и сведения о новом собственнике объектов недвижимости.

Также заявлены обеспечительные меры в виде запрета совершать действия, направленные на отчуждение спорного недвижимого имущества, приобретенного на основании оспариваемой сделки.

12.08.2024 управляющий уточнил требования в части ответчиков, просил признать ответчиками по спору ФИО5, ее законных представителей ФИО2 (должник) и ФИО6 (супругу должника).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 19.08.2024 указанное заявление принято к производству. Одновременно к участию в рассмотрении настоящего обособленного спора привлечены законный представитель ФИО5 – ФИО6, а также отдел опеки и попечительства Администрации муниципального образования «Курильский городской округ».

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 17.09.2024 приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области совершать регистрационные действия, направленные на отчуждение, в отношении следующего имущества: жилое здание площадью 27,9 кв.м. с кадастровым номером 65:01:1001001:307, расположенное по адресу: Сахалинская обл., гор. Южно-Сахалинск, п/р Лиственничное, ул. Июльская, д. 39; земельный участок площадью 1000 +/- кв.м. с кадастровым номером 65:01:1001001:221, вид разрешённого использования: под жилой дом, местонахождение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка по адресу: Сахалинская обл., гор. Южно-Сахалинск, п/р Лиственничное, ул. Июльская, д. 39.

Финансовым управляющим 17.10.2024 уточнены требования в части основания оспаривания сделки, просил признать ее недействительной по статьям 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Определением Арбитражного суда Сахалинской области от 26.12.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом должника ФИО1 отказано, с ФИО2 в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3 000 руб. Также судом определено отменить с даты вступления в законную силу определения обеспечительные меры, принятые определением суда от 17.09.2024.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, финансовый управляющий имуществом должника ФИО1 обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования в полном объеме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы управляющий указывает, что исходя из анализа финансового состояния должника за 2018-2019 гг., суд первой инстанции необоснованно пришел к выводу о наличии признаков неплатежеспособности должника, а также недостаточности имущества на дату совершения им оспариваемой сделки. По мнению апеллянта, в рассматриваемой ситуации, факт привлечения должника к уголовной ответственности свидетельствует о тех исключительных обстоятельствах, которые позволяют применить положения ГК РФ при оспаривании сделки. Отмечает, что отчуждение ликвидных активов на безвозмездной основе в пользу несовершеннолетнего ребенка в условиях длительного преступного деяния, является обстоятельством, достаточным для констатации того, что у должника имелась цель причинения вреда кредиторам путем сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания. Также апеллянт указывает, что сделка совершена аффилированными лицами (отец и дочь), фактически имущество не выбыло из владения должника, последний продолжал его использовать. Отмечает, что совершенная сделка имеет характерные признаки мнимости, учитывая сомнительную перспективу оспаривания сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ссылается на право оспорить данную сделку на основании статей 10, 168, части 1 статьи 170 ГК РФ.

Определением апелляционного суда от 06.02.2025 жалоба оставлена без движения на срок до 05.03.2025. Определением от 06.03.2025 срок оставления апелляционной жалобы без движения продлен до 02.04.2025. Определением апелляционного суда от 02.04.2025, в связи с устранением апеллянтом обстоятельств, послуживших основанием для оставления жалобы без движения, последняя принята к производству, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 05.05.2025.

В судебном заседании коллегией установлено, что к апелляционной жалобе финансового управляющего имуществом должника ФИО1 приложены дополнительные доказательства согласно перечню приложений, что расценено коллегией как ходатайство о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств.

Суд апелляционной инстанции на основании статей 159, части 2 статьи 268 АПК РФ определил приобщить в материалы дела дополнительные документы, как связанные с обстоятельствами настоящего спора и устраняющие неполноту материалов дела.

Коллегией заслушаны пояснения финансового управляющего, который поддержал доводы апелляционной жалобы, определение суда первой инстанции просил отменить по основаниям, изложенным в апелляционной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном процессе по делу о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, явку представителей в судебное заседание не обеспечили, что не препятствовало суду в порядке статьи 156 АПК РФ, пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения АПК РФ в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в АПК РФ» рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257 - 262, 266, 270, 272 АПК РФ.

Как следует из заявления управляющего, 18.02.2019 ФИО2 с согласия супруги ФИО6, оформленного нотариальным образом 21.02.219, подарил своей дочери ФИО5 земельный участок площадью 1000 +/- кв.м. с кадастровым номером 65:01:1001001:221, вид разрешённого использования: под жилой дом, и размещенный на нем объект индивидуального жилищного строительства (жилой дом площадью 27,9 кв.м., кадастровый номер 65:01:1001001:307), находящийся по адресу: Сахалинская обл., гор. Южно-Сахалинск, п/р Лиственничное, ул. Июльская, д. 39.

Кадастровая стоимость земельного участка составила 900 060 руб., жилого дома – 1 678 601,55 руб. (пункты 2.1, 2.2 договора дарения).

Переход права собственности на указанные объекты зарегистрирован Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Сахалинской области 12.03.2019.

Финансовый управляющий полагая, что данный договор дарения заключен в период предшествующий значительному ухудшению платежеспособности должника с целью вывода ликвидного имущества, без встречного представления и в пользу аффилированного лица, обратился в суд первой инстанции с заявлением о признании его недействительной сделкой на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ.

Посчитав недоказанной совокупность обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной, суд первой инстанции отказал в удовлетворении требований управляющего.

Повторно исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, заслушав пояснения апеллянта, участвовавшего в судебном заседании, проверив в порядке статей 266-272 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального права, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта в силу следующего.

Дела о банкротстве граждан рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 32 Закона и часть 1 статьи 223 АПК РФ), который в системе правового регулирования несостоятельности (банкротства) участников гражданского (имущественного) оборота является специальным.

Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

К сделкам, которые могут быть признаны недействительными по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве, относятся подозрительные сделки должника, а также сделки, предоставляющие предпочтение одному из кредиторов перед другими.

Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве один год, предшествовавший дате принятия заявления о признании банкротом, и составляющего по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом.

Оспариваемая сделка заключена 18.02.2019, дело о банкротстве возбуждено 28.06.2021, таким образом, сделка совершена в пределах срока, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Действующее законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки. Констатация факта наличия обстоятельств выхода за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве возможна в исключительных случаях, когда установленные судом обстоятельства ее совершения говорят о заведомой противоправной цели совершения сделки обеими сторонами, об их намерении реализовать какой-либо противоправный интерес, направленный исключительно на нарушение прав и законных интересов иных лиц (применительно к делу о банкротстве прав иных кредиторов должника). Исключительная направленность сделки на нарушение прав и законных интересов других лиц должна быть в достаточной степени очевидной исходя из презумпции добросовестности поведения участников гражданского оборота.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020(9).

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода периода подозрительности, а также сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, что явно не соответствует воле законодателя (определения Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1, 2).

По результатам исследования материалов дела коллегией не установлено наличие обстоятельств, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок (статья 61.2 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Установленные абзацами 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих обстоятельств:

- сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов;

- в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

- другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в числе которых совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При этом для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества (абзац 5 пункта 6 Постановления № 63).

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункт 7 Постановления № 63).

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из материалов дела следует и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что одаряемая является несовершеннолетней дочерью должника, соответственно, ее законный представитель ФИО6 – супругой должника.

Таким образом, судом установлено, что оспариваемая сделка совершена в пользу заинтересованного лица.

Вместе с тем сам по себе факт совершения сделки с заинтересованным лицом не свидетельствует об отсутствии реальных взаимоотношений по оспариваемой сделке и намерении сторон при заключении договора причинить вред кредиторам.

Исследовав вопрос о наличии признаков неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника на момент совершения дарения, коллегия, проанализировав выписку операций по лицевому счету должника № 40802810350340005786 за период с 27.03.2018 по 31.12.2019, пришла к выводу о том, что последний активно вел предпринимательскую деятельность, обороты по дебету и кредиту счета за указанный период составили более 69 млн. руб., что свидетельствуют об отсутствии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Наличие задолженности перед кредитором ФИО3 в размере 250 000 руб., включенной в реестр требований кредиторов должника, основанной на судебном приказе от 12.02.2021 № 2-178/2021 (задолженность по договору на приобретение запасных запчастей на автомобиль № 1 от 21.01.2019, срок оплаты 08.02.2019), учитывая обороты по счету должника, является сравнительно незначительной и не может свидетельствовать о его неплатежеспособности в момент совершения оспариваемой сделки.

Учитывая изложенное, в отсутствие признаков неплатежеспособности, цели причинения вреда кредиторам, коллегия пришла к выводу о том, что ФИО2 как собственник, вправе по своему усмотрению распоряжаться принадлежащим ему имуществом, в том числе посредством его отчуждения путем дарения своей несовершеннолетней дочери.

Из материалов дела следует, что в результате совершения договора дарения от 18.02.2019 из собственности должника безвозмездно выбыли земельный участок (кадастровая стоимость 900 060 руб.) и жилой дом (кадастровая стоимость 1 678 601,55 руб.).

Доводы финансового управляющего о мнимости заключенной сделки, в том числе ввиду нахождения имущества в пользовании должника и его супруги, отсутствие переоформления договоров на услуги ЖКХ, а также не изменение плательщика налога на спорное имущество, коллегией отклоняются.

Факт проживания в жилом помещении, отчужденном по договору дарения в пользу своего ребенка, несение расходов по его содержанию, по мнению суда апелляционной инстанции, не свидетельствует о мнимости воли сторон договора при его заключении и отсутствии у них цели достижения правовых последствий, предусмотренных оспариваемой сделкой.

Согласно пункту 1 статьи 80 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2017 № 22 «О некоторых вопросах рассмотрения судами споров по оплате коммунальных услуг и жилого помещения, занимаемого гражданами в многоквартирном доме по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности», в случае, если собственником жилого помещения (доли) является несовершеннолетний, то обязанность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг несут его родители независимо от факта совместного с ним проживания (статьи 21, 26, 28 ГК РФ и статьи 56, 60, 64 СК РФ). Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет вправе самостоятельно вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги. При недостаточности у несовершеннолетнего средств обязанность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг субсидиарной возлагается на его родителей (статья 26 ГК РФ).

Проживание родителей совместно с несовершеннолетними детьми, а также исполнение родителями императивного требования семейного законодательства о содержании детей, в том числе посредством оплаты за них коммунальных услуг, не может вменяться как недобросовестное поведение, свидетельствующее о выводе имущества с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Также при рассмотрении дела в суде первой инстанции, ответчиками заявлено о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что финансовый управляющий обратился с заявлением с пропуском годичного срока исковой давности, установленного для признания оспоримых сделок недействительными.

Повторно проанализировав указанные доводы, коллегия отмечает следующее.

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Следовательно, законодатель установил исчисление срока исковой давности с наличием объективных обстоятельств, когда истец узнал или должен был узнать нарушении его права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, положения пункта 1 статьи 200 ГК РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (постановление от 18.11.2019 № 36-П, определения от 25.10.2016 № 2309-О, от 20.07.2021 № 1592-О, др.).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» также разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Сделки с пороками, предусмотренными в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (подозрительные сделки), относятся к категории оспоримых сделок. Срок исковой давности для оспаривания таких сделок в судебном порядке составляет один год (пункт 2 статьи 181 ГК РФ и пункт 32 Постановления № 63).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий, в том числе исполняющий его обязанности (абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

Таким образом, срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона оснований.

В абзаце втором пункта 32 постановления № 63 разъяснено, что введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права.

В то же время для выявления факта совершения оспоримых сделок арбитражному управляющему должника предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393 по делу № А40-8514/2017), в течение которого управляющий, в том числе должен принять меры к получению документов, отражающих деятельность должника, на основании полученных документов провести анализ его финансового состояния.

Как следует из материалов дела, определением суда от 01.11.2021 (резолютивная часть от 25.10.2021) заявление ФИО3 и ФИО4 о банкротстве ФИО2 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО1 Решением от 11.01.2023 в отношении ФИО2 введена реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО1

По результатам процедуры реструктуризации долгов финансовым управляющим 26.12.2022 составлено заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ФИО2, в котором ФИО1 сделан вывод о выявлении трех потенциально ничтожных сделок.

В состав подозрительных сделок вошло следующее спорное имущество:

- автомобиль Лексус ЛХ570, 2019 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, дата регистрации на нового собственника 14.01.2019;

- жилое здание, площадью 27,9 кв. м, расположенное по адресу: <...>, дата сделки - 12.03.2019;

- земельный участок, расположенный по адресу: <...>, дата сделки - 12.03.2019.

При этом, исходя из пояснений управляющего, следует, что договор дарения от 18.02.2019 им не оспаривался в связи с отсутствием на это правовых оснований (в том числе, в связи с отсутствием у должника неисполненных обязательств, причинение вреда правам кредиторов, отсутствие признаков неплатежеспособности).

При таких обстоятельствах, учитывая, что управляющему стало известно о заключении данной сделки не позднее, чем в момент составления заключения от 26.12.2022, в связи с чем годичный срок исковой давности истек 26.12.2023, коллегия пришла к выводу о том, что управляющим пропущен срок исковой давности на оспаривание договора дарения от 18.02.2019, при этом о восстановлении срока им не заявлено, пропуск срока исковой давности не мотивирован.

Отклоняя доводы апеллянта о том, что в рассматриваемой ситуации срок исковой давности должен составлять три года, поскольку заявлено об оспаривании договора на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, коллегия отмечает следующее.

Как указано выше, коллегией не установлено наличие обстоятельств, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок (статья 61.2 Закона о банкротстве).

Условия для применения статьи 10 и 168 ГК РФ у суда отсутствуют, а ссылка управляющего на указанные статьи, по сути, направлена на обход специальных положений Закона о банкротстве.

В отношении признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ коллегия апелляционного суда также не установила оснований для ее квалификации сделок как мнимой.

Суд приходит к выводу о том, что финансовым управляющим имуществом должника заявлено об оспаривании договора на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ исключительно в связи с пропуском им годичного срока на оспаривание сделок, при этом уважительных причин пропуска срока апеллянтом не приведено.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе фактически представляют собой ранее сформированную позицию по делу, не содержат фактов, которые не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, все доводы и аргументы заявителя апелляционной жалобы проверены судом апелляционной инстанции, признаются несостоятельными и не подлежащими удовлетворению, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

По изложенным мотивам, оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены (изменения) судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

С учетом результатов рассмотрения апелляционной жалобы, государственная пошлина по ней относится на апеллянта (статья 110 АПК РФ).

Руководствуясь статьями 258, 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Сахалинской области от 26.12.2024 по делу № А59-2008/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Сахалинской области в течение одного месяца.

Председательствующий

К.П. Засорин

Судьи

А.В. Ветошкевич

М.Н. Гарбуз