СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, <...>

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 17АП-1676/2024-ГК

г. Пермь

24 февраля 2025 года Дело № А71-22470/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 19 февраля 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 24 февраля 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Маркеевой О.Н.,

судей Дружининой О.Г., Коньшиной С.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Черногузовой А.В.,

при участии:

от истца – ФИО1, паспорт, доверенность от 22.01.2024, диплом;

от ответчика – ФИО2, паспорт, доверенность от 22.01.2024, диплом;

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрел в судебном заседании апелляционные жалобы истца, индивидуального предпринимателя ФИО3,

на решение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 19 декабря 2024 года

по делу № А71-22470/2023

по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>),

третьи лица: общество с ограниченной ответственностью «Агроторг» (ОГРН <***>, ИНН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО5 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО6 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО7 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО8 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), индивидуальный предприниматель ФИО9 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>), закрытое акционерное общество «Прогресс-Фармаимпекс» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – истец, ИП ФИО3) обратился в Арбитражный суд Свердловской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (далее – ответчик, ИП ФИО4) о взыскании 3 916 535,08 руб. убытков (с учетом принятого судом уточнения иска в порядке ст. 49 АПК РФ).

К участию в деле в порядке ст. 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Агроторг», индивидуальный предприниматель ФИО5, индивидуальный предприниматель ФИО6, индивидуальный предприниматель ФИО7, индивидуальный предприниматель ФИО8, индивидуальный предприниматель ФИО9, закрытое акционерное общество «Прогресс-Фармаимпекс»

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19.12.2024 исковые требования оставлены без удовлетворения.

Не согласившись с вынесенным решением, истец обратился в суд с апелляционной жалобой на указанный судебный акт, в которой просит решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В апелляционной жалобе истец приводит доводы о том, что долгосрочный договор аренды (заключаемый на срок более года) подлежит государственной регистрации, специфика сдачи имущества в аренду обществу «Агроторг» с целью размещения в нем магазина заключается в необходимости несения затрат на проведение подготовительных работ, проект договора (как и сам договор) предусматривал для арендодателя финансовые санкции в случае, если договор не будет зарегистрирован. Срок аренды на срок менее 10 лет обществом «Агроторг» не рассматривался, что подтверждается протоколом переговоров и долгосрочным договором аренды (ДДА). Заключение договора с учетом условий предварительного договора при наличии обеспечительных мер являлось бы кабальной сделкой для истца, исключительно наличие обременения повлекло невозможность сдачи имущества в аренду и заключения договоров (предварительного и долгосрочного).

Отмечает, что судом первой инстанции не учтено, что ремонтные работы, проводившиеся на объекте, выполнялись с целью заключения договора с обществом «Агроторг» и с его согласия, работы были завершены 05.07.2022, выполнение работ не препятствовало истцу заключить договор. Представитель общества «Агроторг» в судебных заседаниях 06.08.2024 и 25.09.2024 изложенные в письме общества от 06.06.2024 факты не подтвердила и не поддержала, информацию об источнике сведений о проведении реконструкции не раскрыла. Реконструкция фактически не проводилась, выполнялись работы по перепланировке помещения согласно постановлению Администрации № 305, согласованные с обществом «Агроторг».

Также указывает, что договоры с третьими лицами заключены в декабре 2022 года после отзыва общества «Агроторг» протокола переговоров в октябре 2022 года и выполнения работ по ремонту помещения. С периода начала ведения переговоров (март 2022 года) по декабрь 2022 года у истца имелся только один потенциальный арендатор (ООО «Агроторг»), который намеревался заключить договор аренды, в случае заключения которого именно указанное лицо произвело бы и ремонт помещения. В связи с тем, что договор заключен не был, ремонт производился истцом самостоятельно. Истец действовал разумно и добросовестно, предпринимал попытки отменить обеспечительные меры. При этом решением суда по делу № А71-18166/2021 установлена необоснованность требований ответчика к истцу, что влечет необоснованность наложения мер.

До судебного заседания от ответчика поступил отзыв на апелляционную жалобу, в котором он выразил несогласие с доводами, изложенными истцом в апелляционной жалобе, мотивированно отклонил их, просил оставить решение суда без изменения.

Судом отзыв ответчика приобщен к материалам дела в порядке, предусмотренном ст. 262 АПК РФ.

В судебном заседании представитель истца настаивал на доводах, изложенных в апелляционной жалобе, просил отменить решение суда и удовлетворить заявленные требования.

Представитель ответчика просил решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии со статьей 156 АПК РФ не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 05.12.2022 по делу № А71-18166/2021 в удовлетворении исковых требований ИП ФИО4 к ООО «Торговый дом», ИП ФИО3 отказано.

При рассмотрении указанного дела № А71-18166/2021 определением от 27.12.2021 частично удовлетворено заявление индивидуального предпринимателя ФИО4 о принятии по иску обеспечительных мер, судом приняты обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Удмуртской Республике совершать регистрационные действия по регистрации перехода права собственности и (или) иных обременений в отношении объекта недвижимости: нежилое помещение, кадастровый номер 18:27:030306:399, площадью 745,8 кв.м., расположенный по адресу: <...>.

Определением суда от 25.05.2022 по делу № А71-18166/2021 отказано в удовлетворении заявления ФИО3 об отмене обеспечительных мер, мотивированного тем, что он является третьим лицом по делу и собственником спорного имущества, поэтому как к нему, так и к его имуществу не должны применяться обеспечительные меры, ограничивающие его право в полной мере использовать принадлежащим имуществом и сдавать его в долгосрочную аренду (более 11 месяцев), а также иным образом получать и извлекать прибыль.

Определением суда от 07.07.2022 по делу № А71-18166/2021 отказано в удовлетворении заявления ФИО3 об отмене обеспечительных мер, мотивированного тем, что на протяжении шести месяцев ФИО4 не приведено достаточных и допустимых оснований затруднительности исполнения решения суда в отсутствии обеспечительных мер; что обеспечительные меры в рассматриваемом случае могут применяться только в отношении имущества ответчика, а не третьего лица; что длительное ограничение прав заявителя в использовании принадлежащего ему имущества нарушает баланс интересов сторон.

Определением суда от 23.08.2022 по делу № А71-18166/2021 с учетом постановления Семнадцатого арбитражного апелляционного суда к участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО3

Определением от 03.04.2023 принятые на основании определения Арбитражного суда Удмуртской Республики от 27.12.2021 по делу №А71-18166/2021 обеспечительные меры судом отменены в связи с вступлением в законную силу решения суда от 05.12.2022.

Как указывает истец, в результате принятых по ходатайству ответчика индивидуального предпринимателя ФИО4 обеспечительных мер по делу № А71-18166/2021 в виде запрета совершать регистрационные действия по регистрации обременений на нежилое помещение с кадастровым номером 18:27:030306:399, расположенное по адресу: УР, <...> площадью 745,8 кв.м. (далее – спорное нежилое помещение), истец, как собственник указанного помещения, в спорный период не мог сдавать имущество в долгосрочную аренду, а также иным образом получать и извлекать прибыль.

Ссылаясь на достижение договоренности с потенциальным арендатором (обществом «Агроторг») спорного помещения о размере арендной платы 350 000 рублей в месяц, истец предъявил в суд исковое требование о взыскании убытков, возникших за период действия обеспечительных мер (11 месяцев), в общей сумме 3 916 535,08 руб. (с учетом уточнения) (неполученная арендная плата и расходы за коммунальные платежи соразмерно арендуемой площади).

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия доказательств наличия причинно-следственной связи между наличием обеспечительных мер и невозможностью сдачи имущества в аренду ввиду их принятия.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, отзыва, заслушав пояснения представителей сторон и исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Кодекса.

В силу пункта 1 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 этой статьи).

В силу пункта 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по смыслу статьи 15 ГК РФ упущенной выгодой является неполученный доход, на который увеличилась бы имущественная масса лица, право которого нарушено, если бы нарушения не было. Применительно к убыткам в форме упущенной выгоды, то есть неполученным доходам, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (часть 2 статьи 15 ГК РФ), это лицо должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления.

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

При рассмотрении дел о возмещении убытков следует иметь в виду, что положение пункта 4 статьи 393 ГК РФ, согласно которому при определении упущенной выгоды учитываются предпринятые стороной для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления, не означает, что в состав подлежащих возмещению убытков могут входить только расходы на осуществление таких мер и приготовлений.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 Постановления № 7 упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Согласно пункту 3 указанного постановления при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 ГК РФ). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Указанные разъяснения позволяют использовать при доказывании размера упущенной выгоды не только конкретные меры и приготовления, предпринятые для ее получения (например, доказательства заключения договоров, направленных на получение выгоды), но и данные об обычной прибыли, которую получает истец в условиях, когда аналогичные обязательства исполняются надлежащим образом.

Должник в таком случае имеет возможность доказывать, что в данной конкретной ситуации обычная прибыль не была бы получена кредитором даже в том случае, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 3 постановления Пленума № 7).

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

Таким образом, размер упущенной выгоды определяется с учетом реальности получения дохода при обычных условиях гражданского оборота, мер, предпринятых истцом для ее получения, сделанных с этой целью приготовлений, а также разумных затрат, которые мог понести участник оборота, если бы другой участник гражданского оборота действовал в соответствии с законом. В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

При доказанности оснований гражданско-правовой ответственности сумма арендной платы в качестве упущенной выгоды может быть взыскана арендодателем с лица, действия которого привели к наступлению этих обстоятельств (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2015)).

В качестве обоснования возникновения убытков истец ссылается на принятие определением суда от 27.12.2021 по делу № А71-18166/2021 обеспечительных мер, повлекших невозможность сдачи истцом имущества в долгосрочную аренду.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что при ведении переговоров о заключении договора аренды обществу «Агроторг» было известно о наличии существующих ограничений в спорный период в отношении нежилого помещения, стороны договора могли его заключить на спорный период как краткосрочный с последующей его регистрацией как долгосрочный, в связи с чем, наличие обременения не могло являться препятствием для заключения договора.

При этом суд отметил, что возможность заключения договора аренды как краткосрочного следует из пункта 8.2 проекта договора аренды нежилого помещения, согласно которому с даты подписания договора и до даты его государственной регистрации он действует как краткосрочный договор, заключенный на 11 месяцев, исчисляемых со дня подписания договора. Если государственная регистрация договора не будет осуществлена до истечения 11 месяцев, договор автоматически продлевается на тех же условиях и на тот же срок.

Суд пришел к выводу о том, что отсутствие возможности государственной регистрации договора аренды, на которое ссылается истец в обоснование исковых требований, не могло являться препятствием для заключения договора и не являлось единственным препятствием для заключения договора с обществом «Агроторг», отметив, что в период с мая 2022 года в нежилом помещении истца проводились ремонтные работы, что само по себе, сверх имеющегося обременения, могло являться препятствием для сдачи объекта в аренду. При этом суд также отметил, что наличие обеспечительных мер не препятствовало истцу извлекать прибыль от сдачи в аренду иных помещений иным лицам, о чем свидетельствует заключенные в период действия обременения договоры аренды.

Выводы суда первой инстанции являются правильными, основанными на верно установленных обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, и применимых нормах права. Оценка представленных в дело доказательств в совокупности, произведенная судом апелляционной инстанции в порядке статьи 71 АПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств и доводов сторон, не позволила суду апелляционной инстанции прийти к иным выводам.

Доводы апелляционной жалобы истца, направленные по существу на переоценку выводов суда первой инстанции, судом апелляционной инстанции не принимаются с учетом следующего.

Право на обращение с заявлением о применении обеспечительных мер прямо предусмотрено арбитражным процессуальным законодательством (частью 1 статьи 90 АПК РФ). Законодательство устанавливает принцип состязательности судебного процесса и исключает возможность заведомой предопределенности результата рассмотрения иска.

Исходя из правовой природы обеспечительных мер и цели, на достижение которой направлено их применение, само по себе обращение с таким заявлением не может рассматриваться как противоправное поведение, даже если впоследствии иск лица, подавшего ходатайство о принятии обеспечительных мер, будет признан судом необоснованным (пункт 34 Обзора судебной практики Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016).

Вместе с тем правопорядок не должен содействовать как испрашиванию обеспечительных мер по необоснованным искам, так и освобождению от ответственности субъектов, заявивших соответствующие требования.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

В силу части 1 статьи 98 АПК РФ ответчик и другие лица, чьи права и (или) законные интересы нарушены обеспечением иска, после вступления в законную силу судебного акта арбитражного суда об отказе в удовлетворении иска вправе требовать от лица, по заявлению которого были приняты обеспечительные меры, возмещения убытков в порядке и в размере, которые предусмотрены гражданским законодательством, или выплаты компенсации. При этом, размер компенсации определяется судом в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости по спорам, указанным в статье 225.1 Кодекса, в пределах от десяти тысяч до одного миллиона рублей, по другим спорам - от одной тысячи до одного миллиона рублей (часть 2 статьи 98 АПК РФ).

Положениями приведенной выше нормы предусмотрено право ответчика, чьи права и (или) законные интересы нарушены обеспечением иска, потребовать взыскания убытков либо выплаты компенсации.

Возмещение убытков производится в порядке и в размере, предусмотренном гражданским законодательством (статья 15 ГК РФ), а компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения прав и законных интересов заявителя, при этом заявитель не обязан доказывать размер понесенных убытков.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

С учетом изложенного, а также правовой позиции, изложенной в пункте 34 Обзора судебной практики Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, для удовлетворения иска о взыскании убытков вследствие принятия обеспечительных мер необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: принятие обеспечительных мер по заявлению соответствующего лица, размер понесенных убытков и причинно-следственную связь между действиями заявителя по заявлению об обеспечении иска и возникшими в результате этого убытками. Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении иска.

При этом в предмет доказывания по иску о возмещении убытков, причиненных в связи с обеспечением иска, не входит установление виновности инициировавшего принятие обеспечительных мер лица, поскольку право на возмещение соответствующих убытков основано на положениях части 3 статьи 1064 ГК РФ и возникает в силу прямого указания закона (статья 98 АПК РФ).

Как указано в пункте 46 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 10.11.2021, обеспечительные меры являются вмешательством в имущественную сферу субъекта (в его собственность), такое вмешательство всегда компенсируется, на что и направлено нормативное регулирование, установленное в статье 98 АПК РФ.

Согласно указанной позиции при выборе такого способа защиты, как взыскание компенсации, отсутствует необходимость строгого доказывания размера понесенных убытков по правилам статьи 15 ГК РФ. Однако закрепленные в статье 98 АПК РФ критерии определения размера присуждаемой компенсации, касающиеся характера ограничения (нарушения) имущественной сферы потерпевшего обеспечением иска и учета принципов разумности и справедливости, предполагают обоснование потерпевшим негативных последствий, наступивших от обеспечительных мер, доказывание им причинно-следственной связи между негативными последствиями на стороне потерпевшего и обеспечением иска.

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

При исследовании фактических обстоятельств дела судом установлено, что обеспечительные меры в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области совершать любые регистрационные действия, связанные с отчуждением недвижимого имущества, принимались Арбитражным судом Удмуртской Республики определением от 27.12.2021 в рамках дела № А71-18166/2021 по заявлению ИП ФИО4

Поскольку в удовлетворении исковых требований судом в рамках дела № А71-18166/2021 отказано, после вступления в законную силу решения от 05.12.2022 по указанному делу обеспечительные меры были отменены.

Истец в рамках рассмотрения настоящего дела ссылается на то, что наличие обеспечительной меры в виде запрета совершения действий по регистрации обременений явилось причиной невозможности заключения долгосрочного договора аренды, реализации собственником права пользования принадлежащим ему имуществом и извлечения доходов.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции исходит из того, что в рамках дела № А71-18166/2021 судом обеспечительных мер в виде запрета на сдачу имущества в аренду не принималось. Установление судом запрета на совершение действий по регистрации обременений не препятствует реализации собственнику права владения указанным имуществом, в том числе путем его сдачи в аренду в силу следующего.

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно документально подтвердить, что оно совершило конкретные действия и сделало с этой целью приготовления, направленные на извлечение доходов, которые не были получены в связи с действием (бездействием) ответчика. Взыскатель должен доказать, что совершенные ответчиком действия (бездействие) явилось единственным препятствием, не позволившим истцу получить доходы, которые он получил бы при обычных условиях гражданского оборота.

Само по себе отсутствие государственной регистрации договора аренды не исключает договорного характера отношений сторон, что следует из разъяснений, изложенных в пункте 14 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды».

Истец, исходя из пункта 2 статьи 651 ГК РФ, не был лишен возможности заключить договор аренды здания на срок менее года, государственная регистрация которого не требовалась.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, само по себе принятие обеспечительных мер в виде запрета осуществлять любые регистрационные действия в отношении спорного объекта недвижимого имущества не препятствовало заключению истцом договоров аренды этого имущества на срок менее 1 года с возможностью их дальнейшей пролонгации (Определение Верховного Суда РФ от 12.08.2016 N 309-ЭС16-8954 по делу № А07-13504/2015).

Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что истцом предпринимались попытки заключения договора аренды с иными лицами в спорный период, что также подтверждается истцом в апелляционной жалобе, который указывает лишь на наличие одного потенциального арендатора – общества «Агроторг».

Доводы апелляционной жалобы со ссылкой на наличие лишь одного потенциального арендатора, заключение договора с которым обладает своей спецификой, а договор содержит санкции за факт отсутствия его регистрации, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку относятся к предпринимательскому риску самого истца.

В материалы дела не представлено доказательств, что истец предпринимал действия по поиску и совершению попыток сдачи в аренду имущества иным арендаторам, само по себе желание истца сдать в аренду имущество конкретному арендатору на конкретный срок не может являться основанием для вывода о том, что лишь наложенные по заявлению ответчика обеспечительные меры явились единственным препятствием для получения прибыли.

Довод истца со ссылкой на пункты 1.5.1, 1.5.4, 1.5.8 проекта предварительного договора аренды, согласно которым к дате подписания договора аренды помещение должно быть свободно от обременений, не состоять в судебном споре и под арестом, правомерно не принят во внимание судом первой инстанции с учетом того, что указанный проект предварительного договора сторонами договора аренды подписан не был, а доказательств того, что наличие обременения и невозможность государственной регистрации договора аренды являлись для потенциального арендатора препятствием для заключения договора материалы дела, и, в том числе, пояснения общества «Агроторг» не содержат.

При этом в силу положений ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В свою очередь условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В материалах дела также отсутствуют доказательства того, что истец предлагал обществу «Агроторг» исключить отмеченные им пункты, касающиеся мер ответственности, применяемых в случае, если договор не будет зарегистрирован, равно как и не предлагал изменить срок, в течение которого необходимо зарегистрировать договор.

Более того, как обоснованно отметил суд первой инстанции, возможность заключения договора аренды как краткосрочного следует из пункта 8.2 проекта договора аренды нежилого помещения, согласно которому с даты подписания договора и до даты его государственной регистрации он действует как краткосрочный договор, заключенный на 11 месяцев, исчисляемых со дня подписания договора. Если государственная регистрация договора не будет осуществлена до истечения 11 месяцев, договор автоматически продлевается на тех же условиях и на тот же срок.

Кроме того, согласно пункту 2.6 проекта договора аренды нежилого помещения обязательство по уплате арендной платы арендатором возникает со дня принятия помещения по акту-приема и прекращается в день возврата им помещения арендодателю по акту приема-передачи.

Содержание указанного пункта проекта договора соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 18.02.2016 № 301-ЭС15-20323 по делу № А82-13446/2014, арендодатель вправе требовать от арендатора исполнения обязанности по внесению арендной платы с момента передачи ему в аренду имущества вне зависимости от момента государственной регистрации договора, подлежащего государственной регистрации.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что представленные в материалы дела документы в виде проектов предварительного договора аренды и договора аренды подтверждают наличие заинтересованности общества «Агроторг» в получении в долгосрочную аренду имущества истца, направление документов, выполнение работ, но не подтверждают, что помещение было готово к сдаче в аренду в заявленный истцом период и лишь наличие обеспечительных мер явилось основанием для не заключения договора аренды.

Ссылка истца на согласование обществом «Агроторг» проведения работ по перепланировке помещения в соответствии с постановлением администрации № 305 отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку из электронной переписки с сотрудником общества «Агроторг» ФИО10 следует лишь согласование проекта перепланировки и разграничительной ведомости по строительным работам, которая была направлена 01.06.2022, в то время как работы велись с мая 2022 года, в связи с чем, у суда отсутствуют основания полагать, что работы были согласованы с потенциальным арендатором.

Более того, ссылаясь на то обстоятельство, что такой ремонт был бы проведен обществом «Агроторг» в случае заключения с ним договора аренды, истец при этом указывает, что ремонт производился в связи с уведомлением об отзыве протокола переговоров, что также свидетельствует об отсутствии согласования проведения работ с обществом «Агроторг», а также о вынужденном характере их проведения и об отсутствии оснований полагать, что помещение было готово к сдаче в аренду в заявленный истцом период.

Суд апелляционной инстанции отдельно отмечает, что при изучении материалов дела и аудиопротокола судебного заседания от 25.09.2024 установлено, что позиция третьего лица последовательно и однозначно сводилась к тому, что причиной отказа от заключения договора аренды с истцом явилась совокупность факторов, в том числе проведение работ на объекте, выбор иного места для размещения магазина, наличие обеспечительных мер.

Таким образом, из позиции общества «Агроторг» также не следует, что наличие обеспечительным мер явилось единственной причиной для отказа от заключения договора аренды с истцом, такой отказ был заявлен с учетом наличия иных факторов, который хозяйствующий субъект вправе учитывать при ведении своей деятельности и осуществлении предоставленными статьей 421 ГК РФ прав.

Ссылка апеллянта на обращение истца с заявлениями об отмене принятых обеспечительных мер во внимание не принимается, поскольку указанные обстоятельства не свидетельствуют о том, что убытки в виде неполученной арендной платы фактически возникли у истца и возникли исключительно в связи с наложением мер и отказом в их отмене.

При этом, определения от 25.05.2022 и от 07.07.2022 по делу № А71-18166/2021 об отказе в отмене мер, равно как и определение от 27.12.2021 о принятии обеспечительных мер предметом апелляционного обжалования не являлись.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически выражает несогласие с произведенной судом оценкой доказательств и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.

Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь изменение или отмену решения суда первой инстанции. Решение суда является законным и обоснованным и отмене не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 19 декабря 2024 года по делу № А71-22470/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

О.Н. Маркеева

Судьи

О.Г. Дружинина

С.В. Коньшина