Постановление по делу № 03АП-6314/2024 от 20.03.2025 | 3 арбитражный апелляционный суд

ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 марта 2025 года

Дело №

А33-24908/2023

г. Красноярск

Резолютивная часть постановления объявлена «12» марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен «20» марта 2025 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Бутиной И.Н., Парфентьевой О.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: от ответчика (индивидуального предпринимателя ФИО2) - ФИО3, представителя по доверенности от 14.12.2023,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО5 Валентиновны

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «25» сентября 2024 года по делу № А33-24908/2023,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО5 (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – истец) обратилась в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – ответчик) об истребовании из незаконного владения ответчика имущества, принадлежащего истцу в соответствии с приложением №1 к исковому заявлению: перечень товара на сумму 467 399 рублей 23 копейки: торговое оборудование: стеллаж - 1, витрина – 2, Компьютер, МФУ, кассовый аппарат; взыскать упущенную выгоду в размере 1 921 402 рублей 85 копеек.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 25.09.2024 судом в иске отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, истец обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просил решение суда первой инстанции отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявитель указывает следующее:

- суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание довод истца о том, что арендодатель обязан заключить с арендатором дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку уплаты арендной платы, по условиям, указанным в Постановлении Правительства Российской Федерации № 439 от 03.04.2020;

- нарушение арендодателем прав арендатора и находится в прямой причинно-следственной связи с причинением убытка арендатору, потому как при соблюдении арендодателем норм части 1 статьи 19 Закона № 98-ФЗ данной ситуации не произошло бы, и арендатор далее занимался бы предпринимательской деятельностью, извлекая прибыль при обычных условиях гражданского оборота и выплачивая арендную плату, и также задолженность по арендной плате;

- обстоятельства возникновения права залога на всё имущество арендатора у арендодателя не определены.

Ответчик представил в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу, в котором возразил против удовлетворения жалобы, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта.

В судебном заседании представитель ответчика поддержал ранее изложенные возражения по доводам апелляционной жалобы.

Кроме того, представитель ответчика заявил ходатайство о приобщении копии соглашения о залоге, письма в адрес истца.

В соответствии со статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд удовлетворил ходатайство ответчика и приобщил к материалам дела указанные документы – поскольку на соглашение стороны ссылались в первой инстанции, письмо подтверждает попытку ответчика урегулировать спор между сторонами.

Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного суда: http://3aas.arbitr.ru/, а также в общедоступной автоматизированной системе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) в сети «Интернет»), явку своих представителей в судебное заседание не обеспечил.

При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает жалобу в отсутствие его представителей.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Между индивидуальным предпринимателем ФИО5 индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен договор аренды от 01.12.2019 № 2019/12/02, в соответствии с пунктом 1.1 которого арендодатель в порядке и на условиях, предусмотренных договором, передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование за плату часть нежилого помещения № 16 площадью 26,4 кв.м., расположенного на 1 этаже по адресу: Новосибирская 7. Из них торговая площадь составляет 13,2 кв.м. складского помещения 13,2 кв.м.

Согласно пункту 3.1.1 договора арендатор обязуется своевременно уплачивать арендную плату, вносить и своевременно пополнять в течение всего срока аренды обеспечительный платеж в соответствии с условиями договора, а также надлежащим образом исполнять иные денежные обязательства, установленные договором.

В соответствии с пунктом 5.2 договора сумма базовой арендной платы за помещение в месяц составляет 26 400 рублей.

Пунктом 5.3 договора установлено, что базовая арендная плата подлежит оплате арендатором ежемесячно, на основании договора арендодателя, за каждый месяц срока аренды, не позднее 5 числа текущего месяца.

21.08.2020 истец обратился к ответчику с заявлением о заключении с арендатором дополнительного соглашения, предусматривающего отсрочку уплаты арендной платы, предусмотренной в 2020 году, по условиям, указанным в Постановлении Правительства Российской Федерации № 439 от 03.04.2020 в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 01.04.2020 № 98-ФЗ.

Ответчик обратился к истцу претензий от 21.08.2020 № исх. № 08/Лит об оплате задолженности в размере 66 000 рублей до 31.08.2020 по договору аренды № 2019/12/02 от 01.12.2019, также ответчик указал, что по истечению срока, в отсутствии оплаты, будут применены пункты 5.12, 5.13, 6.10, 9.7 договора от 01.12.2019 № 2019/12/02.

В ответе на претензию истец сообщил ответчику, что у последнего отсутствует право требовать уплаты арендной платы и применять пункты договора об ограничении доступа, удержания имущества и расторжения договора в одностороннем внесудебном порядке.

В соответствии с пунктом 5.12 договора при просрочке внесения арендной платы (подпункт 5.2. договора) (в полном объеме или частично, свыше 7 календарных дней арендодатель вправе без какого-либо дополнительного предупреждения ограничить доступ или воспрепятствовать деятельности арендатора на арендуемых площадях и удерживать находящееся в помещении оборудование и иное имущество в целях обеспечения исполнения арендатором своих обязательств по договору.

Ограничение доступа может производиться любыми доступными способами, препятствующими осуществлению арендатором своей деятельности на арендованных площадях (в том числе смена замков входной группы помещения, установление пропускного режима и т.д.) В этом случае арендодатель вправе потребовать от арендатора, помимо уплаты удвоенной арендной платы, возмещения убытков, причиненных арендодателю (в том числе расходы на хранение и охрану имущества арендатора, упущенную выгоду). С момента ограничения доступа в помещение у арендодателя возникает право залога на все имущество, находящееся в нем. Правила данного пункта применяются к отношениям сторон также после истечения срока аренды, предусмотренного договором. Арендодатель не несет риска возможных убытков арендатора, причиненных действиями арендодателя, указанными в данном пункте. Арендодатель не несет ответственности за сохранность имущества, находящегося в помещении, и не обязан обеспечивать его охрану в случае совершения арендодателем или третьими лицами по его указанию действий, указанных в данном пункте. Подписанием договора арендатор подтверждает отсутствие возражений или иных претензий в случае совершения арендодателем или третьими лицами по его указанию действий, указанных в данном пункте. Данные действия будут считаться совершенными с согласия арендатора, независимо от дальнейшего неодобрения таких действий.

Согласно пункту 5.13 договора право арендодателя ограничить доступ либо воспрепятствовать деятельности арендатора на арендуемых площадях и удерживать находящееся в помещении оборудование и иное имущество в целях обеспечения исполнения арендатором своих обязательств по договору в соответствии с настоящим пунктом договора, не ограничивает право арендодателя расторгнуть договор в порядке, предусмотренном разделом 6 договора.

В соответствии с пунктом 9.7 договора стороны пришли к соглашению, что вне зависимости от иных положений договора, не исключая и не ограничивая каким-либо образом возможность реализации арендодателем иных прав по договору, арендодатель в случаях и в порядке, предусмотренных приложением к договору («соглашение о залоге»), приобретает право залога на имущество арендатора в обеспечение исполнения любых его денежных обязательств по договору, в том числе которые возникнут в будущем (обеспечиваемые обязательства). Соглашение о залоге содержится в приложении № 2 к договору.

Между сторонами заключено соглашение о залоге (приложение № 2 к договору аренды нежилого помещения № 2019/12/02 от 01.12.2019), согласно пункту 1 которого стороны пришли к соглашению, что вне зависимости от иных положений договора, не исключая и не ограничивая каким-либо образом возможность реализации арендодателем иных прав по договору, арендодатель в случаях и в порядке, предусмотренных настоящими приложением к договору («соглашение о залоге»), приобретает право залога на имущество арендатора в обеспечение исполнения любых его денежных обязательств по договору, в том числе которые возникнут в будущем (обеспечиваемые обязательства).

В соответствии с пунктом 2 соглашения в случае ненадлежащего исполнения арендатором денежных обязательств по договору у арендодателя автоматически возникает право залога на все имущество, находящееся в арендуемом помещении, включая товары в обороте (предмет залога), с момента наступления обстоятельств, предусмотренных пунктами 5.18. договора, о чем арендатор письменно не уведомляется арендодателем. В случае если предметом залога по данному соглашению о залоге выступает товар в обороте к правоотношениям сторон применяются правила статьи 357 ГК РФ.

24.09.2020 не уведомив истца, ответчик вывез имущество ИП ФИО5, находящееся в арендованном помещении, и сдал данное помещение новым арендаторам, тем самым расторгнув договор в одностороннем порядке.

В материалы дела представлен акт описи имущества в порядке принятия мер по задолженности от 25.09.2022, подписанный со стороны ответчика, согласно которому ИП ФИО2 в залог принимается имущество на основании договора от 01.12.2019 № 2019/12/02, указанное в акте.

В подтверждение права собственности истребуемого имущества, истец представил в материалы дела акты инвентаризации.

Необоснованное удержание спорного имущества послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как верно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, заключенный между сторонами договор по своей правовой природе является договором аренды, отношения по которому регулируются главой 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель обязуется предоставить имущество арендатору за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи) (часть 1 статьи 607 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что договор аренды заключается на срок, определенный договором.

Предметом настоящего спора является требование об истребовании из незаконного владения ответчика имущества, принадлежащего истцу.

В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации право владения, пользования и распоряжения имуществом принадлежит только собственнику.

В пункте 36 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Объектом виндикации является индивидуально-определенная вещь, отличающаяся от вещей, определенных родовыми признаками, конкретными, только ей присущими характеристиками.

Собственник индивидуально-определенной вещи, истребующий эту вещь из чужого незаконного владения, обязан указать те признаки, которые позволили бы выделить эту вещь из однородных вещей, возможно имеющихся у ответчика.

Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Согласно статье 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - Постановление № 10/22) разъяснено, что применяя статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, судам следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика (пункт 36 Постановления № 10/22).

Таким образом, при рассмотрении виндикационного иска (иск не владеющего собственника к владеющему не собственнику) суду необходимо установить наличие у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое индивидуально-определенное имущество (подтверждение первичными и иными документами факта приобретения истцом имущества), фактическое нахождение спорного имущества у ответчика, незаконность владения ответчиком этим имуществом (обладание имуществом без надлежащего правового основания либо по порочному основанию).

Для удовлетворения исковых требований необходимо наличие указанных фактов в совокупности, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

При этом собственник индивидуально-определенной вещи, истребующий эту вещь из чужого незаконного владения, обязан указать на те признаки, которые позволили бы выделить эту вещь из однородных вещей, возможно, имеющихся у ответчика.

Согласно правовой позиции, сформулированной Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в постановлении от 13.09.2011 № 3413/11, а также Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 11.02.2014 № 4-КГ13-35 с помощью виндикационного иска может быть истребовано индивидуально-определенное имущество (вещь), которое находится у незаконного владельца в натуре, одним из условий истребования имущества из чужого незаконного владения является возможность его индивидуализации и идентификации.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Истребуя имущество (товарный остаток), заявитель ссылался на акты инвентаризации, представленные в материалы дела. Вместе с тем, данные акты являются односторонними документами, не имеющими данных ни о лице, ответственном об их составлении, ни о программном обеспечении в котором учитываются данные. Соотнести перечисленное имущество и сведения из накладных невозможно. Накладные датированы 2019 годом - началом 2020 года. Сведения о реализации товаров за истекший период отсутствуют. При этом имеющиеся в деле накладные не имеют подписей и печатей в графе «получил», не указаны должность и фамилия лица, отпустившего товар, что не позволяет определить принадлежность подписи, покупателем указан ИП ФИО6, ИП ФИО7, а не истец, нет доказательств оплат. Аналогичным образом отсутствуют документы о торговом оборудовании, мебели, компьютеров, оргтехники, на захват и удержание которых указывает истец.

Соответственно вывод суда первой инстанции о том, что эти доказательства не могут подтверждать доводы истца о существовании этого имущества, о его приобретении истцом, о реальном существовании его на момент прекращения доступа, о нахождении его у ответчика, являются верными.

В материалы дела представлен акт описи имущества в порядке принятия мер по задолженности от 25.09.2022 (т.1, л.д. 101), подписанный со стороны ответчика, согласно которому ИП ФИО2 в залог принимается имущество на основании договора от 01.12.2019 № 2019/12/02, указанное в акте.

Акт подписан сторонами, факт существования данного имущества подтвержден.

Истец указал, что данное имущество (в том числе) незаконно удерживается ответчиком.

Оценивая данный довод, апелляционный суд учитывает следующее.

01.12.2019 между индивидуальным предпринимателем ФИО5 индивидуальным предпринимателем ФИО2 заключен договор аренды № 2019/12/02.

В соответствии с пунктом 5.12 договора при просрочке внесения арендной платы (п.п. 5.2. договора) (в полном объеме или частично, свыше 7 (семи) календарных дней арендодатель вправе без какого-либо дополнительного предупреждения ограничить доступ или воспрепятствовать деятельности арендатора на арендуемых площадях и удерживать находящееся в помещении оборудование и иное имущество в целях обеспечения исполнения арендатором своих обязательств по договору.

Ограничение доступа может производиться любыми доступными способами, препятствующими осуществлению арендатором своей деятельности на арендованных площадях (в том числе смена замков входной группы помещения, установление пропускного режима и т.д.) В этом случае арендодатель вправе потребовать от арендатора, помимо уплаты удвоенной арендной платы, возмещения убытков, причиненных арендодателю (в том числе расходы на хранение и охрану имущества арендатора, упущенную выгоду). С момента ограничения доступа в помещение у арендодателя возникает право залога на все имущество, находящееся в нем. Правила настоящего пункта применяются к отношениям сторон также после истечения срока аренды, предусмотренного договором. Арендодатель не несет риска возможных убытков арендатора, причиненных действиями арендодателя, указанными в настоящем пункте. Арендодатель не несет ответственности за сохранность имущества, находящегося в помещении, и не обязан обеспечивать его охрану в случае совершения арендодателем или третьими лицами по его указанию действий, указанных в настоящем пункте. Подписанием договора арендатор подтверждает отсутствие возражений или иных претензий в случае совершения арендодателем или третьими лицами по его указанию действий, указанных в настоящем пункте. Данные действия будут считаться совершенными с согласия арендатора, независимо от дальнейшего неодобрения таких действий.

В соответствии с пунктом 9.7 договора стороны пришли к соглашению, что вне зависимости от иных положений договора, не исключая и не ограничивая каким-либо образом возможность реализации арендодателем иных прав по договору, арендодатель в случаях и в порядке, предусмотренных настоящими приложением к договору («соглашение о залоге»), приобретает право залога на имущество арендатора в обеспечение исполнения любых его денежных обязательств по договору, в т.ч. которые возникнут в будущем (обеспечиваемые обязательства). Соглашение о залоге содержится в приложении № 2 к настоящему договору.

Между сторонами заключено соглашение о залоге (приложение № 2 к договору аренды нежилого помещения № 2019/12/02 от 01 декабря 2019 года), согласно пункту 1 которого стороны пришли к соглашению, что вне зависимости от иных положений договора, не исключая и не ограничивая каким-либо образом возможность реализации арендодателем иных прав по договору, арендодатель в случаях и в порядке, предусмотренных настоящими приложением к договору («соглашение о залоге»), приобретает право залога на имущество арендатора в обеспечение исполнения любых его денежных обязательств по договору, в т.ч. которые возникнут в будущем (обеспечиваемые обязательства).

В соответствии с пунктом 2 соглашения в случае ненадлежащего исполнения арендатором денежных обязательств по договору у арендодателя автоматически возникает право залога на все имущество, находящееся в арендуемом помещении, включая товары в обороте (предмет залога), с момента наступления обстоятельств, предусмотренных п. 5.18. договора, о чем арендатор письменно не уведомляется арендодателем. В случае если предметом залога по настоящему соглашению о залоге выступает товар в обороте к правоотношениям сторон применяются правила ст. 357 ГК РФ.

Таким образом, возможность удержания имущества предусмотрена соглашением между сторонами, условием чего является наличие задолженности по арендной плате.

Ссылаясь на пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2023 № 23 «О применении судами правил о залоге вещей», истец указывает, что соглашение о залоге между сторонами должно быть признано незаключенным. Апелляционный суд обращает внимание, что данное постановление было принято после подписания договора.

В договоре залога, залогодателем по которому является лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность, и который обеспечивает все существующие и (или) будущие обязательства должника перед кредитором, должна быть указана максимальная твердая сумма требований. Если такая сумма не определена, договор залога считается незаключенным (абзац первый пункта 2 статьи 339 ГК РФ).

В пункте 6 соглашения о залоге сказано, что взыскание может быть обращено в случае неисполнения денежных обязательств размере превышающем месячный размер Базовой арендной платы. В пункте 7 – что стоимость предмета залога определяется как размер базовой арендной платы за один месяц. Принимая во внимание, что истец, выступая арендатором, достоверно обладая информацией о суммах по договору, неся бремя ответственности перед обществом за неисполнение/неполное исполнение своих обязательств, а также о размере требований по обеспеченным залогом обязательствам, приходит к выводу об отсутствии оснований для признания незаключенным соглашения о залоге. Кроме того суд полагает, что позиция истца по оспариванию договора о залоге направлена на необоснованное уклонение от исполнения обязательств перед ответчиком (аналогичная позиция - Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 18.01.2024 № Ф09-8970/23 по делу № А60-337/2023).

В соответствии с частью 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. Размер арендной платы определяется договором аренды (пункт 4 статьи 22 Земельного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 3.1.1 договора аренды от 01.12.2019 № 2019/12/02 установлено, что арендатор обязуется своевременно уплачивать арендную плату, вносить и своевременно пополнять в течение всего срока аренды обеспечительный платеж в соответствии с условиями договора, а также надлежащим образом исполнять иные денежные обязательства, установленные договором.

Как верно установлено судом первой инстанции, задолженность истца за арендную плату составила 87 120 рублей за период с 01.04.2020 по 24.09.2020.

Истцом факт наличия данной задолженности и сумма задолженности не оспаривались.

В апелляционной жалобе заявитель указывает, что суд первой инстанции необоснованно не принял во внимание довод истца о том, что арендодатель обязан заключить с арендатором дополнительное соглашение, предусматривающее отсрочку уплаты арендной платы, по условиям, указанным в Постановлении Правительства Российской Федерации № 439 от 03.04.2020.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 439 «Об установлении требований к условиям и срокам отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества», было рекомендовано юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям - арендодателям объектов недвижимости при предоставлении отсрочки уплаты арендной платы по договорам аренды недвижимого имущества в соответствии с требованиями, утвержденными настоящим постановлением, предусмотреть уменьшение размера арендной платы с учетом фактического неосуществления арендатором недвижимого имущества деятельности, а также с учетом нерабочих дней, установленных указами Президента Российской Федерации о мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения в связи с новой коронавирусной инфекцией.

Требования к отсрочке предусмотрены этим документом и сводятся к следующим правилам:

2) отсрочка предоставляется в отношении недвижимого имущества, находящегося в государственной, муниципальной или частной собственности, за исключением жилых помещений;

3) отсрочка предоставляется на срок до 1 октября 2020 г. начиная с даты введения режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации на следующих условиях:

а) задолженность по арендной плате подлежит уплате не ранее 1 января 2021 г. и не позднее 1 января 2023 г. поэтапно не чаще одного раза в месяц, равными платежами, размер которых не превышает размера половины ежемесячной арендной платы по договору аренды;

б) отсрочка предоставляется на срок действия режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации в размере арендной платы за соответствующий период и в объеме 50 процентов арендной платы за соответствующий период со дня прекращения действия режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации до 1 октября 2020 г.;

в) штрафы, проценты за пользование чужими денежными средствами или иные меры ответственности в связи с несоблюдением арендатором порядка и сроков внесения арендной платы (в том числе в случаях, если такие меры предусмотрены договором аренды) в связи с отсрочкой не применяются;

г) установление арендодателем дополнительных платежей, подлежащих уплате арендатором в связи с предоставлением отсрочки, не допускается;

д) размер арендной платы, в отношении которой предоставляется отсрочка, может быть снижен по соглашению сторон;

е) если договором аренды предусматривается включение в арендную плату платежей за пользование арендатором коммунальными услугами и (или) расходов на содержание арендуемого имущества, отсрочка по указанной части арендной платы не предоставляется, за исключением случаев, если в период действия режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на территории субъекта Российской Федерации арендодатель освобождается от оплаты таких услуг и (или) несения таких расходов;

4) условия отсрочки, предусмотренные пунктом 3 настоящих требований, применяются к дополнительным соглашениям к договору аренды об отсрочке независимо от даты заключения такого соглашения.

Вопреки указанию суда первой инстанции, истец попал в категорию лиц, которым предоставляются меры поддержки.

Основным видом деятельности истца согласно выписке из ЕГРИП является торговля розничной прочая в неспециализированных магазина – ОКВЭД 47.19.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 12.05.2020 № 657 «О внесении изменений в перечень отраслей российской экономики, а наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой короновирусной инфекции» вид деятельности с кодом ОКВЭД 47.19 «Торговля розничная прочая в неспециализированных магазинах» включён в перечень отраслей, пострадавших от коронавируса.

На территории Красноярского края режим повышенной готовности был введен с 16.03.2020 Постановлением Правительства Красноярского края от 16.03.2020 № 152-п.

Постановление Правительства РФ от 12 мая 2020 года № 657 «О внесении изменений в перечень отраслей российской экономики, а наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой короновирусной инфекции» вступило в законную силу и действует с 21.05.2020 года.

При этом дополнительное соглашение между сторонами заключено не было.

Но при этом:

а) срок на который могла бы предоставляться отсрочка, к настоящему моменту истек, однако задолженность так и не была погашена – на что указывают стороны, в подтверждение факта приглашения к погашению задолженности ответчик в настоящем заседании представил письмо, которое было адресовано истцу и оставлено без ответа.

В силу этого не принимаются ссылки заявителя жалобы на вопрос №3 Обзора о порядке согласования условия об отсрочке,

б) ответчик указывает, что истец продолжил деятельность, используя площади для складирования и иной деятельности, что подтверждается фактом платежа от 07.09.2020 (т.1, л.д. 44), то есть отсутствует условие - фактическое неосуществление арендатором недвижимого имущества деятельности. Ответчик справедливо отмечает, что большего количества доказательств он не может представить, так как у него нет полномочий получить соответствующие документы.

К отраслям российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате пандемии коронавируса является достаточным основанием для предоставления отсрочки арендной платы арендатору и установления иных дополнительных оснований для этого не требуется. Однако, если арендодателем будет доказано, что бизнес арендатора не пострадал от пандемии, и его требования являются ничем иным, как проявлением недобросовестного поведения (например, если объект аренды использовался вопреки установленным ограничительным мерам), суд может и отказать в защите принадлежащего арендатору права полностью или частично на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса, п. 1 постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,

в) при этом ответчик снизил сумму арендной платы вдвое в отсутствие соглашения, что подтверждается расчетом: 26 400 рублей (арендная плата по п. 5.2 договора) * 6 месяцев (за период с 01.04.2020 по 24.09.2020) = 158 400 рублей, ответчик же требует оплаты 87 120 рублей, то есть суммы почти вдвое меньшей, что объясняется тем, что ответчик произвел уменьшение арендной платы не за полный месяц, а с вступления в силу постановления.

Истец не оплатил арендную плату даже вдвое меньшую установленной. При этом указанные им нормы полного освобождения от арендных платежей не предусматривал.

Соответственно, поведение арендодателя было правомерным, требования закона соблюдены, нарушений с его стороны при требовании причитающейся ему оплаты арендной платы не допущено.

Факт задолженности зафиксирован им правомерно.

В свою очередь истец арендную плату вносить перестал, доказательств приостановления осуществления розничной торговли в материалы дела не представил.

Таким образом, коллегия судей приходит к выводу о том, что истец, не уплатив задолженность по арендной плате за период с 01.04.2020 по 24.09.2020 в размере 87 120 рублей, с учетом снижения ответчиком данного размера в два раза, и после прекращения действия отсрочки, определенной Постановлением Правительства Российской Федерации № 439 от 03.04.2020 – 01.10.2020, злоупотребил своим правом.

Из разъяснений, данных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Злоупотребление как явление проявляется в большинстве случаев в том, что при внешне формальном следовании нормам права нарушитель пытается достичь противоправной цели. Формальному подходу, в частности, может быть противопоставлено выявление противоречивых, парадоксальных, необъяснимых обстоятельств, рассогласованности в доказательствах, нелогичности доводов (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27.02.2025 № Ф06-587/2025 по делу № А57-26768/2023).

Довод истца о том, что ответчик пренебрегает принципами деловой этики и интересами партнера не может быть принят – ответчик не должен вопреки собственным интересам ведения предпринимательской деятельности нести убытки в интересах истца.

Соответственно у ответчика были правовые основания для удержания имущества – что исключает возможность удовлетворения требований истца о его истребовании. Вопреки доводам истца в апелляционной жалобе, удержание и залог (глава 23 ГК РФ) являются не мерами ответственности, которые указаны в пп. «в» п. 3 Постановления Правительства РФ от 03.04.2020 № 439 (штрафы, проценты за пользование чужими денежными средствами или иные меры ответственности – глава 25 ГК РФ), и поэтому соответствующие ограничения не распространяются на настоящую ситуацию.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что 24.09.2020 не уведомив истца, ответчик вывез имущество ИП ФИО5, находящееся в арендованном помещении, и сдал данное помещение новым арендаторам, тем самым расторгнув договор в одностороннем порядке. Довод истца о расторжении договора в более ранний период не подтверждается документально.

Наравне с иным, истцом заявлялось требование о взыскании упущенной выгоды в размере 1 921 402 рублей 85 копеек.

Гражданское законодательство основывается на том, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного поведения (пункт 4 статьи 1, пункт 1 статьи 309 ГК РФ).

В силу положений пункта 1 статьи 15, пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Под убытками согласно пункту 2 статьи 15 Гражданского кодекса понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу статей 15, 393 Гражданского кодекса, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение.

В обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Размер подлежащих возмещению убытков, включая упущенную выгоду, определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункты 4 - 5 статьи 393 ГК РФ, пункты 3 - 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Поскольку упущенная выгода представляет собой неполученный доход, то, как указано в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ее возмещением, следует принимать во внимание, что ее расчет, представленный истцом, как правило, является приблизительным и носит вероятностный характер. Это обстоятельство само по себе не может служить основанием для отказа в иске.

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что возмещение убытков как мера ответственности носит компенсационный характер и направлено на восстановление имущественного положения потерпевшего лица. Убытки в форме упущенной выгоды подлежат возмещению, если соответствующий доход мог быть извлечен в обычных условиях оборота, либо при совершении предпринятых мер и приготовлений, но возможность его получения была утрачена кредитором вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником.

При этом объективная сложность доказывания убытков, в том числе в форме упущенной выгоды, их размера, равно как и причинно-следственной связи, не должна снижать уровень правовой защищенности участников экономического оборота при необоснованном посягательстве на их права. Отказ в иске о возмещении упущенной выгоды не может быть основан на том, что истец не представил доказательства, которые бы подтверждали получение дохода в будущем не с вероятностью, а с безусловностью.

Если предназначенное для коммерческого использования имущество приобретается лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную экономическую деятельность, то предполагается, что при обычном ходе событий такое лицо, действуя разумно и предусмотрительно, сделало бы необходимые приготовления к началу использования имущества в своей деятельности и, следовательно, доход от ее ведения мог быть получен, по крайней мере, в размере, который является средним (типичным) для данного вида деятельности. Возникновение упущенной выгоды у кредитора в такой ситуации является обстоятельством, которое должник предвидел или мог разумно предвидеть при заключении договора как вероятное последствие его неисполнения или ненадлежащего исполнения.

Иное может быть доказано должником, который в опровержение доводов кредитора вправе представлять доказательства, свидетельствующие о том, что допущенное им нарушение (уклонение от передачи имущества в установленный срок) не являлось единственным препятствием для извлечения дохода и существовали иные обстоятельства, которые не позволили бы использовать имущество, либо размер полученного дохода в условиях ведения деятельности кредитором должен был составить меньшую величину.

Как указано выше, неправомерные действия со стороны ответчика отсутствовали, поскольку ответчик действовал в соответствии с условиями спорного договора аренды помещения, которые согласованы сторонами на основании принципа свободы договора, в том числе в части определения содержания его условий, соответственно, истцом не доказана совокупность элементов для применения гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков за спорный период (вина ответчика в причинении убытков истцу, а также противоправность и причинно-следственная связь между действиями (бездействием) ответчика и возникшими убытками), в связи с чем основания для удовлетворения исковых требований в части взыскания упущенной выгоды также отсутствовали.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

Решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «25» сентября 2024 года по делу № А33-24908/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

И.Н. Бутина

О.Ю. Парфентьева