ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

04.08.2025

Дело № А41-73542/2024

Арбитражный суд Московского округа

в составе: судьи С.Ю. Дацука,

рассмотрев в соответствии с частью 2 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации без вызова сторон

кассационную жалобу

индивидуального предпринимателя ФИО1

на решение Арбитражного суда Московской области от 20 ноября 2024 года и

постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 марта 2025 года,

принятые в порядке упрощенного производства,

по иску индивидуального предпринимателя ФИО1

к индивидуальному предпринимателю ФИО2

о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – ИП ФИО1, истец) обратился в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик) о расторжении договора инвестиционного займа от 23 апреля 2022 года, взыскании задолженности в размере 1 300 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 321 316,60 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31 мая 2022 года до момента фактического исполнения решения суда, расходов на оказание юридических услуг в размере 40 000 руб.

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства по правилам главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Решением Арбитражного суда Московской области от 20 ноября 2024 года исковые требования удовлетворены частично, договор инвестиционного займа от 23 апреля 2022 года расторгнут, с ответчика в пользу истца взыскана задолженность в размере 1 300 000 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 321 316,60 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 13 августа 2024 года до даты фактической оплаты задолженности, в остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 марта 2025 года решение Арбитражного суда Московской области от 20 ноября 2024 года отменено в части расторжения договора займа, взыскания задолженности, процентов за пользование чужими денежными средствами, в указанной части в удовлетворении исковых требований отказано, в остальной части решение Арбитражного суда Московской области от 20 ноября 2024 года оставлено без изменения.

Не согласившись с судебными актами судов первой и апелляционной инстанций, истец обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление, оставить в силе решение суда первой инстанции.

В обоснование жалобы инициатором кассационного пересмотра указано на ненадлежащую оценку представленных доказательств, нарушение и неправильное применение норм материального и процессуального права.

Истец указывает, что суд апелляционной инстанции пришел к преждевременному выводу о частичном исполнении договора инвестиционного займа.

Кроме того, истец отмечает, что из существа договора займа следует его возвратность, следовательно, имеются основания для взыскания фактически переданных по договору денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик в отзыве на кассационную жалобу возражал против доводов процессуального оппонента, просил оставить принятый по делу судебный акт суда апелляционной инстанции в силе как законный и обоснованный.

В соответствии с частью 2 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена без вызова сторон.

Изучив материалы дела, проверив в пределах требований, предусмотренных статьями 284, 286, 287, 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии судебных актов, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

1. Фактические обстоятельства дела.

1.1. Как следует из материалов дела и установлено судами, 23 апреля 2022 года между истцом (инвестор) и ответчиком (предприниматель) был заключен договор инвестиционного займа, согласно которому инвестор передает предпринимателю в собственность денежные средства в размере 1 500 000 руб. в порядке и на условиях, предусмотренных договором.

Переданные денежные средства должны использоваться на приобретение предпринимателем сервисного центра. Условия договора о приобретении сервисного центра и индивидуализирующие характеристики сервисного центра описаны в пункте 1.2 договора.

В соответствии с пунктом 1.3 договора передача заемных средств должна была осуществляться по следующему графику:

– 1 000 000 руб. в срок не позднее 23 апреля 2022 года,

– 500 000 руб. в срок не позднее 30 мая 2022 года.

В силу пункта 1.4 договора предприниматель обязуется выплачивать инвестору вознаграждение путем ежемесячных выплат в размере 50% от прибыли, полученной предпринимателем от работы сервисного центра, до момента наступления общей суммы всех выплат в размере 3 000 000 руб.

Предприниматель обязан обеспечить инвестору возможность контроля за целевым использованием денежных средств путем предоставления ежемесячного отчета не позднее 15 числа каждого месяца (пункт 2.2 договора).

Согласно пункту 7.2 договора в случае несоблюдения инвестором пункта 1.3 или 1.1 договора договор прекращает свое действие, а внесенные денежные средства не возвращаются арендатору.

1.2. Из представленных в материалы дела расписок следует, что фактически инвестором было передано 1 300 000 руб.

В связи с неисполнением ответчиком обязательства по возврату полученных денежных средств, инвестор направил в его адрес претензию, однако установленный досудебный порядок урегулирования спора не привел к преодолению разногласий.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в арбитражный суд.

1.3. Разрешая спор, суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь условиями заключенного договора инвестиционного займа, положениями статей 309, 310, 317.1, 395, 450, 451, 452, 807, 809, 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, установил нарушение обязательства по возврату полученных денежных средств со стороны ответчика, пришел к выводу о наличии оснований для расторжения договора, взыскания задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами в заявленном размере.

1.4. Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении требований истца о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами, руководствовался положениями статей 8, 309, 310, 421, 431, 807, 810, 814, 819, 821.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в соответствии с пунктом 7.2 договора если денежные средства внесены не в полном объеме, то они не подлежат возврату инвестору.

В связи с изложенным суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сумма задолженности не может быть взыскана, соответственно, начислению не подлежат и производные финансовые санкции.

2. Позиция суда кассационной инстанции.

Суд округа не может согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций, полагает, что судами были неверно применены нормы материального права, выводы судов не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Судами при рассмотрении спора не было учтено следующее.

2.1. Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу действия принципа свободы договора стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору (пункт 2 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с этим стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Из материалов настоящего дела усматривается, что между сторонами был заключен договор, который поименован как «договор инвестиционного займа».

Соответственно, при разрешении настоящего дела необходимо было в первую очередь дать должную правовую квалификацию сложившимся между сторонами правоотношениям, определить, был ли сторонами заключен договор, который прямо предусмотрен действующим законодательством, или сторонами был заключен смешанный договор, который содержит в себе совокупность прав и обязанностей, предусмотренных несколькими договорными типами.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что судам при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора.

2.2. Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Из вышеприведенных положений следует, что квалифицирующим признаком договора займа является предоставление одной стороной в собственность другой стороны денежных средств с последующим возникновением обязательства такой стороны по возврату переданных ей денежных средств с процентами, если необходимость уплаты процентов предусмотрена законом или договором.

Суд округа полагает необходимым отметить, что заключенный между сторонами договор правомерно был квалифицирован судами первой и апелляционной инстанций в качестве договора займа, поскольку его условия в полной мере соответствуют квалифицирующим признакам данного договорного типа.

Так, в соответствии с пунктом 1.1 договора истец предоставил ответчику в собственность денежные средства на условиях возвратности.

Также стороны согласовали целевой характер предоставляемых по договору денежных средств по смыслу статьи 814 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом заемщик при заключении договора целевого займа обязуется обеспечить возможность осуществления займодавцем контроля за целевым использованием денежных средств (пункт 1 статьи 814 Гражданского кодекса Российской Федерации), а при нарушении целевого характера использования денежных средств вправе воспользоваться специальными средствами защиты, предусмотренными пунктом 2 статьи 814 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Также стороны согласовали, что возврат суммы займа (тела долга) и процентов за пользование заемными средствами будет осуществляться ежемесячно в размере 50% от полученной заемщиком прибыли до момента выплаты суммы в размере 3 000 000 руб.

Само по себе определение размера уплачиваемых процентов в зависимости от размера прибыли заемщика, а также право лица, предоставившего средства, осуществлять контроль за расходованием денежных средств не исключают возможности квалификации договора в качестве договора займа (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2025 № 305-ЭС24-24318).

Таким образом, к заключенному между сторонами договору в полной мере подлежат применению все нормативные положения и предписания высшей судебной инстанции, касающиеся регламентации отношений сторон по указанному договору.

2.3. Суд апелляционной инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных истцом требований, руководствовался тем, что пунктом 7.2 договора предусмотрена невозможность возврата денежных средств в случае нарушения займодавцем положений пунктов 1.1 и 1.3 договора.

Осуществив толкование указанного договорного условия в соответствии с положениями статей 421, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о его правомерности, невозможности взыскания истцом переданных денежных средств.

Между тем, судом не принято во внимание, что свобода договора сторон по определению его условий не является безграничной.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов.

При этом, если норма содержит прямое указание на возможность предусмотреть иное соглашением сторон, суд исходя из существа нормы и целей законодательного регулирования может истолковать такое указание ограничительно, то есть сделать вывод о том, что диспозитивность этой нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила.

Существо законодательного регулирования договора займа состоит в том, что денежные средства предоставляются займодавцем заемщику на условиях возвратности, возможность (невозможность) же начисления процентов за пользование денежными средствами может быть предусмотрена законом или договором.

Передача лицу денежных средств в отсутствие возможности осуществления их возврата по сути представляет собой заключение договора дарения, для констатации заключенности которого необходимо установить наличие совместного волеизъявления сторон на соответствующие правовые последствия, в частности намерение одного лица одарить (облагодетельствовать) другое лицо (animus donandi).

Между тем, материалы дела не содержат обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о наличии соответствующего намерения на стороне истца.

Условие пункта 7.2 договора, исключающего возможность возврата переданных денежных средств, если их размер оказывается меньше установленной договором суммы (1 500 000 руб.), могло быть применено лишь после оценки на предмет его принципиальной допустимости, наличия признаков ничтожности как противоречащего существу законодательного регулирования (статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Данное требование выполнено не было.

Таким образом, постановление суда апелляционной инстанции не может быть признано законным и обоснованным, принятым при правильном применении норм материального права.

2.4. Суд кассационной инстанции вместе с этим не может согласиться и с выводами, к которым пришел суд первой инстанции при разрешении дела.

Фактически удовлетворяя требования истца в полном объеме, суд первой инстанции оставил без должного внимания и всесторонней оценки договоренность сторон о необходимости целевого использования денежных средств, уплаты суммы займа (тела долга) и процентов ежемесячно в размере 50% от прибыли ответчика.

В частности, судом первой инстанции не устанавливалось, были ли вообще переданные ответчику денежные средства использованы целевым образом – направлены на приобретение сервисного центра в порядке, предусмотренном пунктом 1.2 договора.

Судом также было оставлено без внимания обстоятельства, связанные с предоставлением ответчиком истцу отчетов о расходовании денежных средств, о полученной за месяц прибыли в соответствии с пунктом 2.2 договора.

Суду при разрешении спора необходимо было установить, извлекалась ли ответчиком какая-либо прибыль при осуществлении предпринимательской деятельности (оказании услуг в сервисном центре), которая должна была бы в соответствии с условиями договора быть направлена на возврат суммы долга и процентов.

Указанные обстоятельства не были установлены судом первой инстанции при рассмотрении дела.

2.5. В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2025 № 305-ЭС24-24318, по смыслу пункта 3 статьи 1, пунктов 1 и 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны не могут установить обязательство (обязанность совершить определенное действие или воздержаться от определенного действия), в котором должник бессрочно лишается возможности его прекращения вследствие надлежащего исполнения или по иным основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Гражданское законодательство, обеспечивая свободу участников оборота, как правило, признает необходимым предоставить стороне обязательства, состоящей в правоотношении, возникшем на неопределенный срок, возможность воспользоваться правом на его одностороннее прекращение (статьи 310, 610, 1010, 1051 ГК РФ и др.), и из такого же подхода исходит практика Верховного Суда Российской Федерации, признавая недопустимым бессрочный запрет на прекращение участия лица в договоре, когда такой запрет не отвечает существу законодательного регулирования обязательств определенного вида (определения Судебной коллегии по экономическим спорам от 11 июня 2020 года № 306-ЭС19-24912, от 20 августа 2021 года № 305-ЭС21-10216 и иные).

Существо законодательства регулирования заемных правоотношений предполагает необходимость установления срока (фиксированного или определимого), в пределах которого осуществляется возврат суммы займа и начисление процентов за пользование займом (пункт 1, 2 и 6 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Возможности установления неограниченного по времени и непрекращаемого обязательства заемщика по уплате процентов национальный правопорядок не предусматривает.

В связи с этим в случае установления того, что обязанное лицо фактически не ведет согласованную предпринимательскую деятельность или осуществление предпринимательской деятельности не приносит прибыли, которая может быть направлена на погашение принятых на себя обязательств в течение разумного срока (статья 314 Гражданского кодекса Российской Федерации), надлежит постановить на обсуждение вопрос о прекращении договорных правоотношений (расторжении договора) и определении ликвидационных обязательств сторон.

При определении последствий расторжения заключенного договора следует принять во внимание положения статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора».

2.6. Суд округа также не может согласиться с выводом суда первой инстанции о возможности и периоде взыскания в настоящем случае процентов за пользование чужими денежными средствами, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты, уплачиваемые за пользование чужими денежными средствами, подразделяются на два вида: регуляторные (проценты за правомерное пользование чужими денежными средствами) и охранительные (проценты за нарушение принятых на себя обязательств).

В настоящем случае сторонами в пункте 1.4 договора согласована уплата регуляторных процентов в составе ежемесячных платежей в размере 50 % от прибыли.

Соответственно, поскольку размер регуляторных процентов установлен договором, то статья 317.1 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежала.

Для взыскания охранительных процентов на основании статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (финансовой санкции) необходимо установление нарушения обязательства со стороны ответчика – в данном случае неперечисления 50% от полученной прибыли.

Поскольку судом не было установлено, извлекалась ли в принципе прибыль ответчиком от осуществления хозяйственной деятельности, то не может быть сделан вывод о нарушении обязательства по уплате процентов, следовательно, применение статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации является преждевременным.

2.7. При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции приходит к выводу о необходимости отмены решения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции как принятых при неправильном применении норм материального права, неполном выяснении существенных для разрешения дела обстоятельств, несоответствии выводов имеющимся в деле доказательствам.

Суд округа полагает необходимым направить дело на новое рассмотрение.

Суду первой инстанции при новом рассмотрении спора необходимо установить, использовались ли ответчиком полученные денежные средства целевым образом, как это предусмотрено пунктом 1.2 договора.

Если денежные средства использовались не по предусмотренному назначению, надлежит определить последствия нецелевого расходования денежных средств в соответствии с положениями договора и пункта 2 статьи 814 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При целевом расходовании денежных средств, в свою очередь, необходимо выяснить, предоставлялись ли ответчиком истцу отчеты в соответствии с пунктом 2.2 договора, была ли извлечена ответчиком прибыль, которая могла быть направлена на исполнение обязательства в порядке пункта 1.5 договора.

С учетом приведенных в постановлении правовых позиций, суду следует рассмотреть вопрос о возможности расторжения заключенного договора, взыскания суммы задолженности, процентов за пользование чужими денежными средствами (при установлении просрочки исполнения обязательств), принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 176, 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 20 ноября 2024 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 05 марта 2025 года по делу № А41-73542/2024 отменить.

Дело № А41-73542/2024 направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Судья С.Ю. Дацук