Дело № 11-4/2023
(УИД 75MS0041-01-2023-001266-05)
Мировой судья судебного участка
№ 39 Забайкальского района
Забайкальского края
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
13 сентября 2023 г. пгт. Забайкальск
Забайкальский районный суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Дёминой Н.В.,
при секретаре Мустафиной Т.Ф.,
с участием истца ФИО1,
её представителя ФИО2, действующего на основании устного ходатайства,
представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности от 25.05.2023 г. № №, участвующей посредством использования систем видеоконференц-связи с обеспечивающим её Центральным районным судом г. Читы Забайкальского края,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5 о защите прав потребителя по апелляционной жалобе представителя ФИО5 – ФИО3 на решение мирового судьи судебного участка № 39 Забайкальского судебного района Забайкальского края от 04 мая 2023 года, которым постановлено:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 12 000 рублей, штраф в размере 6 000 руб., всего 18 000 руб.
Взыскать с ФИО5 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 720 руб.,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась к мировому судье судебного участка № 39 Забайкальского судебного района с вышеуказанным исковым заявлением, ссылаясь на следующие обстоятельства.
19 февраля 2023 г. между ней и ФИО5, арендовавшей помещение в салоне красоты <данные изъяты>, заключен устныйдоговор на выполнение работы (оказание услуги) перманентного макияжа бровей и«теневой стрелки» с растушевкой глазного века. Стоимость работы составила 12 000руб. и была оплачена в полном объёме в день заключения договора.
В процессе эксплуатации, в течение гарантийного срока, были выявлены недостатки результата выполненной работы (оказанной услуги):асимметрия и неправильная форма бровей, отсутствие требуемого эффекта «теневойстрелки» и растушевкой. 28 февраля 2023 г. истица обратилась к ответчику спретензией, с указанием на выявленный недостаток, с требованием о возмещениирасходов по оплате оказанных ею косметологических услуг в полном объеме. 01 марта2023 г. ответчик отказалась удовлетворить претензию, в связи с отсутствием недостатков. Таким образом, ответчиком нарушено право потребителя на получение работы (услуги) надлежащего качества.
Ссылаясь на положения ст.ст. 4, 13, 15, 17, 29 ФЗ «О защите прав потребителей», ФИО1 просила обязать ответчика принять её отказ от исполнения услуги,взыскать стоимость работы (услуги) в сумме 12 000 рублей, штраф за несоблюдение вдобровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50%(пятьдесят) от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Решением от 04 мая 2023 года исковые требования удовлетворены частично, с ФИО5 в пользу ФИО1 взыскана стоимость работ в размере 12 000 руб., штраф в сумме 6 000 руб., а всего 18 000 руб. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.
Стороной истца вышеуказанное решение мирового судьи не оспаривалось.
Однако с решением мирового судьи не согласился ответчик, обжаловав его в апелляционном порядке. В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО3 указала, что решение мирового судьи является незаконным и необоснованным по следующим обстоятельствам.
19 февраля 2023 г. ФИО5 были оказаны услуги перманентного макияжа бровей и «теневой стрелки» с растушевкой глазного века ФИО1 Фактически между сторонами был заключен договор оказания услуг. В письменной форме договор не составлялся и не подписывался, правоотношения между истцом и ответчиком возникли из публичной оферты (рекламы услуг) исполнителя, размещенной в социальных сетях. Перманентный макияж бровей и век выполнен в современных поверхностный техниках сертифицированными пигментами премиум класса, одноразовыми расходными материалами по стандарту СанПиН. Эскиз бровей и стрелок предварительно был нанесен на лицо ФИО1 и ею одобрен. У истицы имелась заметная асимметрия бровей, которую удалось исправить уже при перовой процедуре нанесения перманентного макияжа бровей. После микропигментации бровей и век необходимо, как минимум, 28-30 дней для «укладки» введённого пигмента. В течение этого периода цвет и яркость указанных зон может становиться светлее, иногда пятнами, по мере отхождения корочек, и только через месяц можно оценивать готовый результат. По результатам 30-дневного восстановления рекомендуется коррекция - повторная процедура, в ходе которой мастер оценивает процент пигмента на коже после первой процедуры и, исходя из этого, вводит еще необходимое или желаемое для клиента количество пигмента. Также при повторной процедуре можно добавить ширину, длину бровей и стрелок по желанию клиента, о чем разъяснялось клиенту до начала процедуры. ФИО1 это было понятно, она согласилась на проведение процедуры.
Мировой судья в обжалуемом решении сослался на заключение специалиста от 28.02.2023 г. №, с которым ответчик не был ознакомлен. ФИО5 обращалась с просьбой о предоставлении копии заключения как к истцу, так и в мировой судебный участок. Указанная просьба оставлена без удовлетворения. Таким образом, при рассмотрении дела мировым судьей использованы доказательства, с которыми не ознакомлен ответчик.
Истец ссылается на то, что после проведения процедуры имелась асимметрия бровей, однако абсолютная симметрия лица не существует, процедура микропигментации проводится исключительно по надбровным дугам и по линии роста волосков в бровях эскиз бровей отрисовывался. В материалы дела представлены фотографии работы, где видны растушеванные стрелки и брови на одной линии.
Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 08 ноября 2013 года № 1349-ст утвержден и введен в действие Национальный стандарт Российской Федерации ГОСТ Р 55700-2013 «Услуги бытовые. Косметический татуаж. Общие требования» (далее - Стандарт), устанавливающий классификацию косметического татуажа, общие требования, требования безопасности услуг для жизни и здоровья потребителей, сохранности их имущества и охраны окружающей среды, являющийся основополагающим при разработке нормативных документов на конкретные виды услуг косметического татуажа и не распространяющийся на медицинские услуги.
Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. В нарушение требований ст.ст. 55, 60, 67 ГПК РФ, мировым судьей не исследованы все обстоятельства дела, не дана должная оценка установленным обстоятельств, в том числе не оценены особенности оказания услуги перманентного макияжа, а ответчик был лишен права на ознакомления с доказательствами, представленными истцом.
При рассмотрении дела истец подтвердила следующие обстоятельства: с работами мастера она была знакома и поэтому обратилась к нему; она ознакомилась с условиями оказания услуги, в том числе о необходимости проведения повторной процедуры по нанесению перманентного макияжа, по правилам ухода за макияжем, а также до нанесения перманента согласовала эскиз отрисованный мастером; цветовая гамма перманента оговаривалась с мастером до ненанесения - истицу все устроило, сразу после нанесения макияжа истица себя осмотрела, согласилась с результатом работы и оплатила выполненные работы. Фактически договор об оказании услуг, заключенный между истцом и ответчиком, содержит условие о необходимости повторной процедуры нанесения перманентного макияжа по истечению 30 дней после первой процедуры (данные сведения содержаться в социальных сетях мастера и каждый изучающий работы мастера в открытом доступе, видит и правила оказания услуги), именно на клиента ложится риск того, что перманентный макияж будет выглядеть блекло, возможны проявления асимметрии, которые устраняются при проведении второго сеанса нанесения перманентного макияжа.
В соответствии с п. 5 ст. 14 Закона РФ № 2300-1 от 7 февраля 1992 года «О защите прав потребителей», изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).
Как разъяснено в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №7 от 28 июня 2012 года «О рассмотрении гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).
Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 6 статьи 18, пункты 5 и 6 статьи 19, пункты 4, 5 и 6 статьи 29 Закона).
В рассматриваемом случае время обнаружения недостатков по истечению 30 дней с момента проведения процедуры. Однако истица предъявила требования о недостатках по истечению 14 дней с момента оказания услуги.
Принимая во внимание изложенные выше нормы права, учитывая фактические обстоятельства, в том числе не явку истицы на вторую процедуру нанесения перманентного макияжа, доводы истца о не качественности оказанных услуг являются необоснованными, а выводы суда при вынесении решения ошибочными. В ходе судебного разбирательства не установлено отсутствие у истца сведений о художественной манере (стиле) мастера нанесения и применяемых мастером красках (пигментах) при оказании ей (истцу) услуги по нанесению косметического татуажа, в материалах дела не имеется доказательств нарушения ответчиком при оказании истцу услуги на основании договора оказания услуг по нанесению косметического татуажа, закрепленных в приложении «А» Стандарта требований.
При рассмотрении дела нашел своё подтверждение факт предъявления мастером истцу до начала оказания услуги по нанесению татуировки подлежащих применению красок (пигментов), а также отрисованный на лице истицы эскиз был ею согласован дo начала оказания услуги, истец не отказалась от нанесения мастером перманентного макияжа с учетом осведомленности о всех особенностях. Также необходимо учитывать, что истица до обращения к ответчику ознакомилась с представленными фотографиями работ ответчика, которые размещены в большом количестве в социальных сетях, регулярно обновляются работы, мастер является востребованным специалистом с многолетним опытом работы и высоким уровнем знаний, и именно большое количество обращений за услугами мастера других граждан явилось для ФИО1 критерием выбора конкретного специалиста, в противном случае истица могла обратиться к безымянному эксперту, который выдал экспертное заключение.
Истец при принятии нанесенного перманентного макияжа и оплате оказанной услуги не предъявила ответчику каких-либо претензий относительно несоответствия косметического татуажа, достигнутым договоренностям и первоначальному эскизу в соответствии с закрепленным в Законе РФ № 2300-1 от 7 февраля 1992 года «О защите прав потребителей» порядке, а равно как и впоследствии не обращалась к ответчику с мотивированным требованием об устранении недостатков. По состоянию на дату направления ответчику претензии перманентный макияж не удален истцом при использовании лазерного метода, но при этом на предусмотренный обязательный осмотр истец не явилась.
Суд неправомерно удовлетворил иск, взыскав с ответчика фактическую полную стоимость оказанных услуг в размере 12 000 рублей, дополнительно неосновательно обогатив истицу на сумму штрафа в размере 6000 руб. При этом истица не просила о снижении цены, не просила о бесплатном устранении недостатков, которые по её мнению существовали на лице после оказания услуги, также истица не просила о компенсации за удаление перманентного макияжа. На лице истицы, по ее заявлению, были видны настолько не устранимые недостатки в результате оказанной услуги, что требуется не только оставить работу как есть на лице, но и потребовать деньги со штрафом. Такое поведение истца является недобросовестным, даже не исправный товар надлежит вернуть продавцу, если с него взысканы денежные средства в рамках иска потребителя, в рассматриваемом же случае, суд обязан подходить к делу с точки зрения всестороннего анализа фактических обстоятельств, а не идти на поводу потребителя, злоупотребляющего правом (ст. 10 ГК РФ).
Ссылаясь на положения Закона о защите прав потребителей, ст.ст. 309, 431, 432, 717, 779, 783 Гражданского кодекса Российской Федерации, Национального стандарта РФ 55700-2013 «Услуги бытовые. Косметический татуаж. Общие требования», Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О рассмотрении гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», а также ст. ст. 320, 321, 322, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представитель ответчика ФИО3 просила суд отменить решение мирового судьи судебного участка № 39 Забайкальского судебного района от 04 мая 2023 г. и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1
В ходе судебного разбирательства представителем ФИО5 – ФИО3 представлены дополнения к апелляционной жалобе, согласно которым представленное в материалы дела заключение специалиста ФИО4 не может быть принято судом как допустимое и относимое доказательство, поскольку из представленных документов об образовании следует, что ФИО4 является мастером по микроблейдингу, а не по перманетному макияжу. ФИО4 в своем заключении приходит к выводу о не качественности оказанной работы, указывает, что после процедуры перманентного макияжа брови стали асимметричными, не соблюдена длина, толщина и равномерность слоя. При этом не прикладывает фотографии ФИО1 до выполнения процедуры и при проведении осмотра, не сравнивает их, не делает замеров и визуальных пояснений. В заключении не содержится ни одной отсылки к нормативным документам. Приложенный сертификат об обучении говорит о том, что ФИО4 прослушала курс по микроблейдингу, её не аттестовали, не выдали диплом. Сертификаты выдают не имеющие обучающие, не имеющие лицензии для оказания образовательных услуг, соответственно компетентность специалиста не подтверждена. Специалист ФИО4 никогда не практиковалась в оказании услуг микроблейдинга, согласно открытым источниками она работает социальным работником ГУСО БСРЦ «Подросток», учавствовала в 2021 году в выборах депутатов Совета сельского поселения «Билитуйское», а в 2023 году на основании Решения Арбитражного суда Забайкальского края от 18 апреля 2023 года по делу № ФИО4 признана банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина. Возможно, острая финансовая нуждаемость «специалиста», без практических навыков, толкнула ФИО4 написать столь не компетентное заключение.
Таким образом, представленное ФИО1 заключение специалиста № является недопустимым доказательством и не может быть принято во внимание ввиду того, получено вне рамок рассмотрения дела, без предупреждения специалиста об уголовной ответственности.
Также в дополнении к апелляционной жалобе указано, что исходя из пояснений, данных ФИО1 в судебном заседании 08 августа 2023 г., ей было известно о необходимости коррекции проведенных процедур, в связи с чем она выражала намерение вновь обратиться к ФИО5 для выполнения коррекций уже выполненного перманентного макияжа и новых процедур, таких как перманент губ. Однако в последующем ФИО1 изменила свое мнение, полагала, что коррекция не требуется в связи с тем, что по её мнению работа выполнена с недостатками, а именно отличается цвет бровей и их ширина, что приводит к визуальному эффекту разного положения бровей, а также стрелки являются неяркими.
От истца ФИО1 через мирового судью судебного участка № 39 Забайкальского судебного района поступали возражения на апелляционную жалобу, в которых она просила оставить решение мирового судьи от 04 мая 2023 г. без изменения, а апелляционную жалобу без удовлетворения. С доводами ответчика, приведёнными в жалобе, не согласна ответчик имел достаточное время для ознакомления с материалами рассматриваемого мировым судом дела. Утверждение ответчика о мимической асимметрии лица не обоснованы, поскольку у ответчика отсутствует соответствующее медицинское образование и он не является экспертом в области челюстно-лицевой хирургии. Указанные ссылки являются оправданием недобросовестности исполнения оказываемых косметологических услуг. Представленные ФИО5 фотоматериалы по завершению работы по перманентному макияжу, а также размещенные в социальных сетях, выполнены с использованием графических фильтров и подвергались цифровой обработке, что не может являться доказательством высокого уровня мастера и его востребованности по причине модераторства.
Истица неоднократно, начиная с момента истечения суток по завершению сеанса нанесения перманентного макияжа, обращалась к ответчику с указанием на обнаруженные недостатки и просьбой их устранения в добровольном порядке, на что получила от ответчика в грубой форме отказ, с внесением её в «чёрный список». В дальнейшем ответчик позволял себе оскорбления в адрес лиц, вступающих с ней в переписку посредством мобильной связи от лица истицы, продолжая отказываться и уклоняться от устранения недостатков выполненной ей работы, а также возврата денежных средств для коррекции путём обращения к другим специалистам в области косметологии и перманентного макияжа.
Также необходимо отметить незначительное время выполнения работ, весь объем работ произведен вдвое быстрее, что могло привести к дефектам в её работе.
На указанные возражения, представителем ответчика был представлен письменный отзыв, согласно которому истец признает тот факт, что заключение специалиста, которое представленное в материалы дела, в адрес ФИО5 не направлялось, что является прямым нарушением п. 1 ст. 57 ГПК РФ. При этом мировой судья при рассмотрении дела не удостоверился в том, что единственноедоказательство, на которое ссылалась истец, направлено для ознакомления ответчику, что лишило последнего выразить свои возражения.
ФИО5 имеет большой опыт в косметологии и перманентном макияже, постоянно повышает свою квалификацию и может судить о наличии асимметрии лица, учитывая тот факт, что асимметрия есть у всех, выраженная в большей или в меньшей степени. Довод о том, что ФИО5 при демонстрации выполненных работ в социальных сетях использует графические фильтры, не состоятелен. Фотографии выполненных работ выкладывает без использования каких-либо фильтров, а высокий уровень специалиста подтверждают дипломы, сертификаты о прохождении большего количества обучений.
ФИО1 не обращалась за исправлением «недостатков», не желала записаться на приём к ФИО5 для визуальной оценки, отказалась направить фотографии, не заявляла требований о снижении стоимости оказанных услуг, соответственно именно ФИО1 избегала визуального осмотра специалистом, скрыла от ФИО5 заключение специалиста, квалификация которого не подходит для конкретного вида услуг. Истица требовала вернуть деньги полностью, что говорит о злоупотреблении правом со стороны ФИО1 (п. 2 ст. 10 ГК РФ). Работа была выполнена только после согласования с истицей эскиза, отрисованного специальным карандашом на лице истицы. При этом истице разъяснялась необходимость повторной процедуры в случае, если она желает более интенсивного цвета перманентного макияжа. ФИО5, имея большой опыт работы, оказала ФИО1 услугу в течение часа, полностью выполнив все необходимые действия для надлежащего оказания услуги. Истица в своем открытом аккаунте в «Вайбер» поставила фотографию, где использованы фильтры, в сравнении с реальными фотографиями, которые представлены ответчиком в настоящем отзыве. И так как речь идет о визуальных дефектах на лице истицы с её слов, то ответчик имеет право использовать открытые источники информации, которые содержат фотографии истицы, так как именно визуальное сравнение приведет к верной оценке обстоятельств дела.
Истец ФИО1 в судебном заседании дала пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении и возражениях на апелляционную жалобу, просила суд оставить решение мирового судьи без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. Дополнительно пояснила, что первоначально, когда ФИО5 сделала эскизы, относительно макияжа бровей её всё устроило, относительно теневой стрелки эскиз был выполнен некачественно, было прорисовано несколько линий, в связи с чем она не могла оценить этот эскиз, о чем пояснила мастеру. После процедуры обнаружила, что её левая бровь выше, чем правая. Уголок правой брови на второй день стал очень светлым, бледным. На второй день после процедуры она направила ФИО5 фотографию, где было видно, что брови кривые, на что ответчик ответила, что брови еще не зажили, коррекция должна быть не ранее, чем через месяц. Спустя 4-5 дней, когда отошло просила мастера сделать акцент на стрелку с растушевкой, просила сделать ее широкой однако ФИО5 сделала очень тонкую «стрелку». В переписке ФИО5 поясняла, что коррекция «теневой стрелки» не нужна в 90% случаях. При проведении самой процедуры она сообщала, что коррекция «теневой стрелки» не нужна. Спустя несколько дней после процедуры «стрелка» пропала. В настоящее время отчетливо видно, что «теневой растушевки» нет. Все данные ответчиком рекомендации она выполняла. Работа выполнена некачественно в течении 1 часа 20 минут, тогда как такая процедура должна длиться 3 часа. Мастер ничего ей не разъяснил, не успокоил ее. Она (истица) вела переписку с ответчиком нормально, не агрессировала, не выражалась нецензурной бранью, просила её доделать работу, требования о возврате оплаты не заявляла. Однако после направления претензии о не качественности выполненной работы, ФИО5 добавила её в черный список, а 3 марта 2023 г. удалила из группы. Затем ответчиком было предложено о выплате денежных средств в размере 6 000 рублей, и сказано об окончании их разговора. После чего ей пришлось писать ответчику с номера телефона супруга для установления адреса её проживания в целях направления досудебной претензии. Однако со стороны ФИО5 последовали оскорбления. Возможно, ФИО5 является хорошим мастером, но в данном случае работа была проведена некачественно. Оплатив 12 000 рублей, желаемый результат не получила. На второй день она отправляла ФИО5 фотографии, на которых визуально было видно, что брови очень кривые. Если у неё имеется асимметрия лица и бугристая кожа, необходимо было перманент сделать немного выше волосков. На бровях высыпания отсутствуют, кожа век в порядке. В данном случае не имеет никакого значения её проблемная кожа. Она изначально просила переделать эту работу. Из представленных в материалы дела фотографий следует, что до проведения перманентной процедуры у неё были нормальные брови, в настоящее время она вынуждена их подкрашивать и дорисовывать. К другим мастерам-бровистам не обращалась, т.к. в пгт. Забайкальск мастера не хотят браться за чужую работу и выполнять коррекцию чужой работы. Довод ФИО5 о том, что она (истец) к ней не прибыла на осмотр, является надуманным, поскольку она (истица) просила разрешения к ней приехать. Возможности позвонить или написать ответчику не имелось, поскольку как уже было отмечено, она заблокировала её и удалила из группы. В салоне «Вера» ответчик перестала работать. Также пояснила, что ей было известно, что для бровей необходима коррекция через месяц после проведения процедуры. Письменного информирования о проведении процедуры перманентного макияжа и теневой стрелки ей не представлялось, информацию, размещенную на странице в социальных сетях мастера, о данных процедурах она не видела
Представитель истца ФИО2 поддержал позицию своего доверителя, дополнительно выразив несогласие с заключением специалиста ФИО6, указав, что это заключение не имеет юридической силы, является только субъективным мнением специалиста, которым оценивались фотографии с использованием световых фильтров. Выводы носят предположительный характер. Также указал, что записаться на коррекцию на страницах ответчика в социальных сетях не было возможности.
Надлежаще извещенный ответчик в судебное заседание не явился по неизвестным причинам суду, просила рассмотреть дело в её отсутствие с участием представителя, которому доверяет представлять её интересы. В соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.
В ходе судебного разбирательства ответчик ФИО5 доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в дополнениях на апелляционную жалобу поддержала, суду пояснила, что сразу после проведения процедуры возможно увидеть окончательный результат, видеть форму бровей, но не их яркость и оттенок. После процедуры на бровях отечность отсутствует, на веках может быть отек, особенно на «теневых растушеванных стрелках». По «теневым стрелкам» очень важно первоначально нарисовать эскиз ровно, иначе один глаз может быть без отека, а второй глаз – с отеком. Когда отек спадает, все приходит в норму. На бровях может образоваться отек, если в момент их заживления, истец спала на одном боку. После проведения процедуры яркость уйдет на два тона, брови сужаются на 1-2 миллиметра, «теневые стрелки» сужаются на 2-3 миллиметра в длину и ширину. Коррекция носит рекомендательный характер. Если у истца было то, что она описывает, ей необходимо было явиться на коррекцию. Однако истец больше к ней на процедуру не приходила, хотя она (ФИО5) каждый месяц приезжает в <адрес>. На второй день после проведения процедуры предлагала подъехать к ней (ФИО5), но в тот момент она уже уехала из пгт. Забайкальска. В любом случае на второй день после процедуры ничего нельзя было сделать, т.к. необходимо дождаться полного заживления и восстановления кожи. Коррекция и татуаж – это одна процедура, разделенная на два этапа, первый этап – это подготовительные работы, второй - коррекция. Первая процедура, проведенная ФИО1, является подготовкой ко второй – основной процедуре (коррекция), на котором мастер доводит макияж до совершенства. На коррекции проверяется, сколько осталось пигмента, какой необходим цвет, корректируется яркость, длина, ширина. Коррекция носит рекомендательный характер и не является обязательной. ФИО1 в ходе проведения процедуры доводилась до сведения вся необходимая информация о перманентном макияже бровей и теневой стрелки, однако письменное информационное информирование не отбиралось. Вся необходимая информация с указанием результата работы, каким образом оказывается услуга размещена на социальной странице в Одноклассниках, Вайбере. Письменное информирование не оформлялось.
Согласно письменным пояснениям ответчика, она осуществляет прием по предварительной записи, приезд в пгт. Забайкальск планирует заранее, размещая соответствующую информацию в социальных сетях «Одноклассники» и в группах мессенджера «Вайбер». Звонков от ФИО1 после 17 февраля 2023 г. на её номер телефона не поступало, о чем свидетельствует детализация звонков, она не блокировала её контакт. 19 февраля 2023 года услуга ФИО1 была оказана надлежащим образом, в соответствии с цветотипом клиента были подобраны пигменты, отрисован эскиз и получено одобрение клиента на дальнейшую работу. ФИО1 было разъяснено, что если после заживления будет не достаточно интенсивный цвет и захочется цвет стрелок или бровей сделать ярче, то необходимо прийти на коррекцию за половину стоимости первой процедуры. Коррекцию необходимо провести не позднее 19.04.2023 г. ФИО1 записаться сразу не пожелала, указав, что на коррекцию запишется позже. В последующем речи о записи на коррекцию истица не вела, требовала вернуть деньги за оказанную услугу в полном объёме.
20.02.2023 г. ФИО1 отправила ей фотографию, указав, что левая бровь ярче чем правая, её не устраивает форма бровей, на что был дан ответ, что интенсивность цвета добавляется на коррекции, так как при первой процедуре производится укладка пигмента в кожу, а при коррекции дорабатывается интенсивность цвета и форма. При этом перманентный макияж - это не заменитель косметики для лица, при нанесении перманента должна сохраниться эстетичность, пигмент не может быть ярче, чем подходит типу кожи клиента, а визуально перманентный макияж призван подчеркнуть естественную красоту бровей, глаз. При этом обязательно учитывать особенности кожи, так как на жирной, пористой коже перманент укладывается хуже и требуется коррекция. Мастер перманентного макияжа может предложить записаться на коррекцию, но не вправе принуждать клиента в обязательном порядке прийти на коррекцию.
24.02.2023 г. ФИО1, потребовала исправления «формы и однородности цвета бровей» (все то, что необходимо проработать на коррекции) и «добавить цвета стрелкам». При этом ФИО1 не желала слышать про коррекцию, необходимость заживления кожи - она требовала устранения «недостатков» незамедлительно. Ей было несколько раз разъяснено про уход и коррекцию, и объявлено о записи на коррекцию не позднее апреля 2023 года. В услугах коррекции ей не было отказано. В эмоциональном
порыве, когда ФИО1 не были приняты её ответы относительно коррекции, в эмоциональном порыве она сказала истице, чтобы последняя искала другого мастера. 28
февраля 2023 года супруг ФИО1 составил текст заключения, которое подписала ФИО4 и направили в её адрес претензию о возврате денежных средств в полном объеме. ФИО1 она не блокировала, однако истец не предпринимала попыток связаться с ней по телефону.
Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы, дополнений к апелляционной жалобе, дополнительно пояснив, что ФИО5 не были представлены доказательства в суд первой инстанции в связи с незнанием норм гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые ей не были разъяснены судом. Информация обо всех негативных последствиях, о тех материалах и компонентах, используемых ФИО5, размещалась в социальных сетях для общего доступа с целью ознакомления потенциальных клиентов с правилами обращения за данной услугой, правилами оказания данной услуги. Информированное согласие, предусмотренное Национальным Стандартом Российской Федерации «Услуги бытовые. Косметический татуаж. Общие требования. ГОСТ Р 55700-2021» у ФИО1 не отбиралось. Из фотографий, представленных ФИО5 видно, что у ФИО1 ровные брови. У всех людей имеется асимметрия лица, в том числе у истицы. ФИО1 было разъяснено, что данная процедура не скроит эту асимметрию, не сгладит ее, не сделает ее менее заметной, однако подтверждающих доказательств не имеется, поскольку все разъяснения до клиента доводились в устном порядке. При этом истец пояснила, что ей рисовали эскиз на лице, она видела его и была с ним согласна, ей было известно о требуемой коррекции. Истец неверно истолковала те результаты работ, которые были ею получены после оказания первой услуги, и посчитала, что данная услуга оказана ненадлежащим образом. Стороны при решении данного вопроса были эмоциональны, одна сторона заявила требование о полном возврате денежных средств, вторая сторона, ожидая своего клиента на вторую процедуру, была удивлена, что клиент требует полного возврата денежных средств за незавершенную процедуру, о качестве услуги которой нельзя было судить на момент, когда клиент начал требовать возврата денежных средств. Сторона истца должна была прийти и показать результаты. Также указала, что ФИО5 не зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя.
Проверив материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, свидетеля, суд приходит к следующему.
В силу части 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, решение суда должно быть законным и обоснованным.
Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда решение содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
На основании статьи 9 Федерального закона от 26.01.1996 г. № 15-ФЗ "О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации" в случаях, когда одной из сторон в обязательстве является гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных бытовых нужд, такой гражданин пользуется правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также правами, предоставленными потребителю Законом Российской Федерации "О защите прав потребителей" и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами.
Согласно ст. 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.
В силу преамбулы Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 года № 2300-1, настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами, владельцами агрегаторов информации о товарах (услугах) при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), о владельцах агрегаторов информации о товарах (услугах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.
Согласно ст. 32 Закона «О защите прав потребителей», потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору. Аналогичное право предоставляет и пункт 1 статьи 782 Гражданского кодекса РФ, согласно которому заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.
В соответствии с п. 1, п. 3 ст. 29 Закона «О защите прав потребителей», потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.
Судом установлено, что 19 февраля 2023 г. ФИО5 (не зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя) на основании устного договора с ФИО1 была оказана последней услуга по перманентному макияжу бровей и «теневой стрелки» с растушевкой. Стоимость оказанных услуг в размере 12 000 рублей ФИО1 оплачена, что подтверждается чеком по операции от 19 февраля 2023 г. (номер документа №) (т. 1 л.д. 20).
Результатами выполненной работы ФИО1 была не удовлетворена, поскольку имелась асимметрия и неправильная форма бровей, отсутствовал требуемый эффект растушевки «теневой стрелки».
20 февраля 2023 г. ФИО1 обратилась к ФИО5 через мессенджер «Вайбер» с приложением фотографий, указав, что её левая бровь ярче, чем правая и не хватает уголка на правой брови, на что ФИО5 был дан ответ, что идет процесс заживления, необходима коррекция, но не ранее чем через месяц.
24 февраля 2023 г. истица вновь обратилась к ФИО5 через мессенджер «Вайбер» с вопросом об исправлении допущенных дефектов в работе, поскольку её не устраивает результат работы по бровям и растушевке, т.к. форма бровей разная, правая бровь очень бледная, а левая выше правой, растушевки практически не видно, стрелки, на которые истица просила сделать акцент, стали невидны. В ответе на данное обращение ФИО5 указала, что оказанная услуга является подготовкой к основной второй процедуре, на которой перманентный макияж доводится до совершенства. Также предложила ФИО1 найти другого мастера.
В соответствии с заключением специалиста № о проведении визуального осмотра и комплексной оценке дефектов и качества оказания платных косметологических услуг ФИО5 для ФИО1 от 28 февраля 2023 г., перманентный макияж бровей выполнен с нарушением симметрии их формы (асимметрия), толщины, длины и равномерности цветового слоя. Дефекты визуально четко различимы. После отшелушивания омертвевшего в результате проведения косметологического вмешательства слоя эпидермиса в области глазных век и спада их отечности, наблюдается асимметрия «теневой стрелки», в частности разница их длины и угла наклона с внешней стороны. Растушевка глазных век как таковая отсутствует, исходя из ширины слоя пигментации либо некорректно подобранного цветового пигмента – вместо этого оказана другая косметологическая процедура – межресничный перманентный макияж. Специалист пришел к выводу, что выявленные вышеуказанные визуальные дефекты являются приобретенными, мимических отклонений у ФИО1 не обнаружено. Восстановительный период, необходимый для оценки качества, произведенных ФИО5 косметологических процедур (брови 7/10 дней, веки 4/5 дней в зависимости от особенностей организма и возраста клиента) полностью выдержан и не влияет на их форму и симметрию, а лишь насыщенность пигмента.
28 февраля 2023 г. истица обратилась в адрес ответчика с досудебной претензией, в которой указала выявленные недостатки и заявила требование о возмещении расходов по оплате оказанных косметологических услуг в полном объеме в течение десяти дней с момента получения претензии.
В ответе на претензию от 01 марта 2023 г. ФИО5 указала об отсутствии оснований для удовлетворения претензии, поскольку перманентный макияж бровей и век выполнен в современных поверхностный техниках сертифицированными пигментами премиум класса, одноразовыми расходными материалами по стандарту СанПиН. Эскиз бровей и стрелок предварительно был показан и одобрен ФИО1 Также сразу после процедуры клиент видел готовую работу в зеркале и никаких претензий на тот момент не возникло. По истечении одной недели после процедур ФИО1 была прислана фотография, на котором одна бровь выше другой и фото стрелок с интернета с заявлением о желании именно таких отфотошопленных стрелок. В данном случае имеется мимическая асимметрия, и стрелки с интернета в реальности невозможны. В силу особенностей кожи ФИО1 (неровная бугристая поверхность кожи) могут проявляться признаки асимметрии бровей. Срок для восстановления после перманентного макияжа составляет от 28-30 дней, только по истечении этого периода можно судить о прижившимся пигменте. Для доведения татуажа до логического завершения рекомендуется коррекция (повторная процедура) в течении 2-3 месяцев. Большое значение имеет последующий уход и соблюдение всех рекомендаций мастера, соблюдались ли ФИО1 эти рекомендации и каков был уход после перманентного макияжа ей (ФИО5) неизвестно. Также указала, что ей не представлена копия заключения стороннего сертифицированного специалиста.
Суд первой инстанции, оценив заключение специалиста в совокупности с иными доказательствами, пришёл к выводу, что ФИО5 была оказана услуга ненадлежащего качества, при этом в нарушение ст. 56 ГПК РФ ею как ответчиком не представлено доказательств обратного, в связи с чем исковые требования о взыскании полной стоимости предоставленной услуги являются обоснованными.
В соответствии со статьей 4 Закона РФ «О защите прав потребителей», продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.
В силу п. 4 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.
Согласно положений пункта 5 статьи 14 указанного Закона, изготовитель (исполнитель, продавец) освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или нарушения потребителем установленных правил использования, хранения или транспортировки товара (работы, услуги).
Верховный Суд РФ в п. 28 Постановления Пленума от 28.06.2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснил, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14, п. 5 ст. 23.1, п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 ГК РФ). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (п. 6 ст. 18, п. п. 5 и 6 ст. 19, п. п. 4, 5 и 6 ст. 29 Закона о защите прав потребителей).
Таким образом, обязанность доказать наличие оснований освобождения от ответственности возложена на изготовителя (исполнителя, уполномоченную организацию или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера).
Вступая в гражданско-правовые отношения и приобретая услуги в личных целях, не связанных с предпринимательской деятельностью, потребители, как правило, являются более слабой стороной договора. Не обладая специальными познаниями, потребитель не может определить совокупность последовательных (алгоритм) действий, приводящих к желаемому результату, а также нужность и необходимость составления каких-либо документов.
Исполнитель напротив, являясь более сильной стороной потребительских отношений, имеет возможность оценить совокупность последовательных действий, приводящих к желаемому результату, а также необходимость составления каких-либо документов.
Применительно к рассматриваемому делу истец обязан доказать факт оказания возмездной услуги именно ФИО5, ответчик обязан доказать надлежащее качество оказанной услуги, либо наличие обстоятельств, освобождающих от ответственности за ненадлежащее оказание услуги.
В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции истцом были представлены доказательства оказания услуги перманентного макияжа бровей и теневой стрелки с растушевкой ФИО5, а также заключение специалиста ФИО4 о том, что услуга оказана ненадлежащего качества.
После изучения заключения специалиста от 28.02.2023 г. № (т. 1 л.д. 38-39) судом апелляционной инстанции специалист ФИО4 была опрошена судом.
В зале суда ФИО4 пояснила, что заключение было составлено после визуального осмотра, какие - либо отрисовки не делались, поскольку все недочеты были видны. Текст заключения был ею подготовлен в рукописной форме. Далее текст был набран на компьютере сожителем истицы ФИО2 Он же отредактировал текст, заменив «простые» слова на более грамотные. Она подписала итоговый вариант. Также ФИО4 пояснила, что после проведения процедуры брови у ФИО1 были асимметричными, конец одной брови тоньше чем у другой брови. В настоящее время у ФИО1 идет синева «теневой стрелки», растушевку не видно. Сейчас по истечению длительного периода времени коррекция уже невозможна. В течении двух – трех дней после процедуры было возможно устранить некоторые недочеты, но работать можно только по неповрежденному участку кожи. Все недостатки возможно было устранить на коррекции. Однако на коррекцию ФИО1 записаться не могла, поскольку мастер иногородний.
В последующем в адрес суда поступило заявление ФИО4 об отказе от данного ею заключения от 28.02.2023 г. №, поскольку оно не основано на знаниях, полученных в процессе обучения, а построено на информации, взятой в сети «Интернет». Единственным верным решением для ФИО1 в сложившейся ситуации было ожидание времени для производства коррекции перманентного макияжа не менее 30 дней, на которой дорабатываются все пожелания клиента.
В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Согласно ст. 60 ГПК РФ, недопустимыми доказательствами признаются такие доказательства, которыми в соответствии с законом не могут подтверждаться обстоятельства дела.
Таким образом, заключение специалиста ФИО4 от 28.02.2023 г. № (т. 1 л.д. 38-39) не может быть принято судом как допустимое и относимое доказательство качества выполненной ФИО5 работы.
Вместе с тем истцом представлены достаточные доказательства того, что услуга перманентного макияжа бровей и теневой стрелки с растушевкой оказана именно ФИО5 Стороной ответчика указанное обстоятельство не отрицалось.
В доказательство надлежащего оказания услуг стороной ответчика представлено заключение специалиста ФИО6 – мастером перманентного макияжа с 2016 г., в котором специалист приходит к выводам о том, что дефектов в одной выполненной 19 февраля 2023 г. ФИО5 процедуре перманентного макияжа бровей и теневой стрелки для ФИО1 не имеется, работа выполнена надлежащим образом в соответствии с нормами. Промежуточные результаты работы по выполнению перманентного макияжа лица оцениваются только с точки зрения «укладки» пигмента в кожу, а также для целей коррекции на второй процедуре. Одну процедуру перманентного макияжа нельзя оценивать как полноценно оказанную услугу. Объективная оценка работы без проведения коррекции невозможна, так как исходя из представленных фотографий, процент «укладки» пигмента с учётом особенности кожи, оказался низким и требовалась вторая процедура, от которой клиент отказался. У ФИО1 имеется выраженная мимическая привычка в подъеме мышц лба, что приводит к визуальному «вздергиванию» брови. Вместе с тем, оценивая фотографии с зажившим перманентным макияжем, видно, что когда клиент не напрягает мышцы лба (намеренно или по привычке), то присутствует лишь легкая асимметрия лица, характерная каждому человеку, так как идеально симметричных людей не бывает. Таким образом, после выполнения одной процедуры перманента бровей, у ФИО1 не имеется визуальных отклонений, брови находятся верно по отношению к золотому сечению лица. При этом требуется повторная процедура перманентного макияжа для верного «наполнения» пигментом после первой процедуры макияжа. Также необходимо отметить, что в настоящее время клиенту требуется повторная полноценная процедура перманентного макияжа, так как в необходимый срок для коррекции, клиент не обратился за оказанием услуги.
В письменных пояснениях специалист ФИО6 указала, что к выводу об отказе истца от процедуры коррекции, она пришла исходя из того, что первичная процедура проведена 19 февраля 2023 г., в срок до 19 апреля 2023 г. необходимо было провести коррекцию, однако 01 марта 2023 г. клиент уже потребовал вернуть все денежные средства за выполненные процедуры.
Оценивая представленное доказательство, суд приходит к следующему.
Статьей 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (часть 1).
Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (часть 2).
Согласно части 1 статьи 79 данного кодекса, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
Частью 2 статьи 80 этого же кодекса предусмотрено предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
В соответствии со статьей 188 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в необходимых случаях при осмотре письменных или вещественных доказательств, воспроизведении аудио- или видеозаписи, назначении экспертизы, допросе свидетелей, принятии мер по обеспечению доказательств суд может привлекать специалистов для получения консультаций, пояснений и оказания непосредственной технической помощи (фотографирования, составления планов и схем, отбора образцов для экспертизы, оценки имущества) (часть 1).
Специалист дает суду консультацию в устной или письменной форме, исходя из профессиональных знаний, без проведения специальных исследований, назначаемых на основании определения суда.
В судебной практике разъяснено, что из консультации специалиста не могут быть получены доказательства по делу, он лишь оказывает содействие суду в исследовании отдельных доказательств. Консультация специалиста не может подменять заключение эксперта в тех случаях, когда требуются специальные знания в области науки, техники, искусства, ремесла (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 03.04.2018 N 49-КГ18-2).
Представленное заключение изготовлено специалистом самостоятельно по просьбе ответчика и его представителя вне рамок судебного разбирательства, специалист не предупрежден об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных заключений. Выводы, отраженные в заключении являются субъективным мнением лица, его составившего и не отвечают требованиям допустимости доказательств.
В ходе рассмотрения дела судом апелляционной инстанции сторонам предлагалось назначить по делу судебно-косметологическую экспертизу, однако стороны от производства экспертизы отказались.
Иных доказательств, подтверждающих факт надлежащего оказания ФИО5 косметологической услуги ФИО1 суду не представлено.
Доводы ответчика о том, что ею как исполнителем не отказывалось в проведении коррекции, опровергаются материалами дела, в том числе представленной перепиской, в ходе которой ответчик указала ФИО1 на необходимость «искать себе нового мастера».
Кроме того, из представленного на запрос суда ответа следует, что в салоне красоты <данные изъяты> ФИО5 арендовала рабочее место в период с 18 февраля (с 08 часов 30 минут до 16 часов 30 минут) по 19 февраля 2023 г. (с 11 часов 00 минут до 17 часов 00 мину) для оказания услуг перманентного макияжа. После 19 февраля 2023 г. и по настоящее время мастер ФИО5 в мастерской красоты <данные изъяты> место не арендовала.
В представленных скриншотах объявлений о прибытии мастера ФИО5 в пгт. Забайкальск для оказания косметологических услуг не представлена информация о месте приёма.
Сообщения, направляемые истцом ФИО5 посредством мессенджера «Вайбер» до настоящего момента не доставлены, из группы Студия татуажа <данные изъяты> ФИО1 удалена. Указанное подтверждается представленными скриншотами (т. 1 л.д. 205-206).
Исходя из вышеизложенного, учитывая место проживания ответчика в <адрес>, суд приходит к выводу, что у ФИО1 отсутствовала реальная возможность записаться на коррекцию проведенных процедур перманентного макияжа бровей и «теневой стрелки».
Доводы представителя ответчика о возможности записаться на процедуру к мастеру путем совершения телефонного звонка или через социальные сети суд считает неубедительными и не свидетельствующими о нежелании истца пройти коррекцию ранее оказанных косметологических услуг.
Доказательств того, что до клиента была доведена необходимая информация относительно проведения процедуры перманентного макияжа бровей и теневой стрелки с растушевкой до проведения процедуры суду не представлено.
В то же время согласно ч. 1 ст. 10 Закона РФ «О защите прав потребителей», изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Согласно Национальному стандарту Российской Федерации ГОСТ Р 55700-2021 «Услуги бытовые. Косметический татуаж. Общие требования», утвержденному и введенному в действие приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 23 апреля 2021 года № 276-ст, которым должны руководствоваться организации и предприятия, независимо от их организационно-правовой формы и индивидуальные предприниматели, оказывающие услуги косметического татуажа, одним из основных показателей качества услуг косметического татуажа является соответствие результата услуги поставленной художественной задаче с учетом индивидуальных особенностей клиента; эстетическое и моральное удовлетворение клиента от результата оказанной услуги в ближайшей и отдаленной перспективе.
В силу п. 3.1, 3.2 Национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р 55700-2021 «Услуги бытовые. Косметический татуаж. Общие требования», косметический татуаж - это услуга косметического характера и назначения по удовлетворению эстетических потребностей клиента путем введения пигментов в кожу человека. Перманентный макияж - косметический татуаж в области лица с целью создания долговременного макияжа.
В соответствии с п. 5.8 вышеуказанного Национального стандарта, обязательными условиями при оказании услуг косметического татуажа являются, в том числе, проведение на подготовительном этапе процесса оказания услуги консультации с заключением договора между клиентом и исполнителем. Обязательным приложением к договору является информированное согласие клиента на оказание услуг, которое должно включать в себя дату подписания информированного согласия на оказание услуги, ФИО мастера косметического татуажа, реквизиты исполнителя услуги; ФИО, возраст клиента, его телефон и/или другую контактную информацию; информацию об особенностях здоровья клиента; ФИО мастера и его обязательства перед клиентом в соблюдении правил и норм оказания услуги; информацию об основных положениях; гарантию сохранения конфиденциальности информации, полученной от клиента; информацию об оказываемой услуге, выбранных для данного клиента технологии, инструментах, материалах, пигментах и т.п.; разъяснение аспектов, сопутствующих косметическому татуажу (противопоказания, возможность обезболивания, восстановительные процессы, рекомендации по уходу); предупреждение клиента о возможных рисках, необходимости выполнения дополнительных процедур, особенностях временных послепроцедурных осложнений и сроках сохранения результата услуги; подписи клиента и мастера, осуществляющего технологический процесс исполнения услуги.
В ходе судебного разбирательства установлено, что договор на оказание услуг сторонами заключен в устной форме, информированное согласие от ФИО1 не отбиралось. Указанное подтверждает доводы ФИО1 о том, что ей не были разъяснены возможные результаты перманентного макияжа с учётом особенностей её кожи, необходимость проведения коррекции, на которой возможно было исправление выявленных недостатков.
При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции верно пришёл к выводу, что оказанная ответчиком истцу услуга по перманентному макияжу бровей и «теневой стрелки» выполнена некачественно и взыскал с ответчика стоимость произведенных процедур в размере их полной стоимости.
Согласно п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Пункт 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указывает, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (пункт 6 статьи 13 Закона).
Поскольку требования истца в добровольном порядке ответчик не удовлетворил, то мировой судья взыскал с ответчика в пользу истца штраф за несоблюдение в добровольном порядке требований потребителя в размере 6 000 рублей.
Проверяя решение в пределах доводов апелляционной жалобы согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, суд апелляционной инстанции полагает выводы суда первой инстанции правильными.
С учетом положений части 6 ст. 330 ГПК РФ, согласно которой правильное по существу решение суда первой инстанции не может быть отменено по одним только формальным соображениям, суд апелляционной инстанции полагает, что оснований к отмене решения суда первой инстанции по изложенным доводам не имеется.
Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
Определил:
Решение мирового судьи судебного участка № 39 Забайкальского судебного района Забайкальского края от 04 мая 2023 года по иску ФИО1 к ФИО5 о защите прав потребителя – оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО5 – ФИО3 без удовлетворения.
Мотивированное определение изготовлено 18 сентября 2023 г.
Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу, через суд первой инстанции.
Председательствующий подпись Н.В. Дёмина
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>