Дело № 2-99/2022

УИД 36RS0028-02-2022-000171-61

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Эртиль 24 августа 2022 года

Панинский районный суд Воронежской области в составе:

председательствующего – судьи Ледовской Е.П.,

при секретаре Продан А.С.,

с участием истца ФИО1,

его представителя ФИО2,

представителя ответчика - ООО «Ленинский путь – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Ленинский путь» и ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, возврате 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, погашении записи в Едином государственном реестре прав на недвижимость,

УСТАНОВИЛ

ФИО1 обратился в Панинский районный суд Воронежской области с указанным исковым заявлением к ООО «Ленинский путь» и ФИО4, указав в обоснование своих требований, что .... года умер его родной брат Б.С.И.. Ему принадлежали 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ..... Данная земельная доля досталась брату в наследство от матери Б.М.М. на основании свидетельства о праве на наследство № .... от .... года. Право собственности было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, запись № .... от .... года. Б.С.И. страдал психическим заболеванием - .... За ним постоянно осуществляла уход его (ФИО1) жена, которая покупала ему медикаменты, помогала снимать ему с карты денежные средства, готовила, убиралась. Временами у Б.С.И. проявлялись приступы шизофрении, выраженные в раздвоении личности, потере памяти, не понимании окружающей обстановки, в связи с чем он проходил лечение в КУЗ ВО «....», куда каждый год помещался на стационар. Они собирались обратиться в суд с заявлением о признании его недееспособным, но, считали, что с прохождением лечения его состояние улучшится, и такая необходимость отпадет. Однако его состояние так и не улучшилось, и в дальнейшем он покончил жизнь самоубийством. После смерти брата он (ФИО1) вступил в наследство, так как является его наследником в порядке наследников второй очереди на основании ст. 1143 ГК РФ. Однако в дальнейшем он узнал о том, что его брат продал свои земельные доли ООО «Ленинский путь» в лице ФИО4. Как выяснилось, 27.09.2019 года Б.С.И. заключил договор купли-продажи с данным обществом, после чего на его банковский расчетный счет были перечислены денежные средства в размере 120 000 руб.. Для него (ФИО1), также, как и для всей их семьи, это была удивительная и шокирующая новость. Они до сих пор не могут понять, как человек, который с трудом осознавал происходящее вокруг, периодически имел приступы шизофрении, а именно, раздвоение личности, страдал потерями памяти и часто просто не понимал, где находится, мог собственноручно, без посторонней помощи, подписать договор купли-продажи. Уверен, что в том состоянии, в котором Б.С.И. находился на тот момент своей жизни, он не мог самостоятельно осознавать сущность и характер совершаемой сделки. Считает, что он был или обманут, или введен в заблуждение ответчиком. Так как он (ФИО1) является наследником своего брата, то считает, что данной незаконной сделкой нарушены его права. После того, как он узнал о совершении данной сделки, он обратился с заявлением в полицию для восстановления справедливости. В связи с чем просит признать недействительным договор купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 19 500 000 кв. м., расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ...., заключенный между Б.С.И. и ООО «Ленинский путь» в лице директора ФИО4; возвратить в собственность его (ФИО1) 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 19 500 000 кв. м., расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ...., погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимость запись № .... от .... года о государственной регистрации права собственности на 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 19 500 000 кв. м., расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ...., за ООО «Ленинский путь».

Впоследствии исковые требования истцом ФИО1 были изменены: просит признать недействительным договор купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 19 500 000 кв. м., расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ...., заключенный между Б.С.И. и ООО «Ленинский путь» в лице директора ФИО4; возвратить в собственность Б.С.И. 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 19 500 000 кв. м., расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ....; погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимость запись № .... от .... года о государственной регистрации права собственности на 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, вид разрешенного использования: для сельскохозяйственного производства, общей площадью 19 500 000 кв. м., расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ...., за ООО «Ленинский путь».

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 иск поддержали по основаниям, указанным в исковом заявлении.

Представитель ответчика - ООО «Ленинский путь – ФИО3 иск не признал, показав, что в соответствии с действующим законодательством у нас имеется право договорных отношений: непосредственно когда стороны договариваются о существенных условиях и о предмете. В данном случае сторонами договорных отношений были Б.С.И. и ООО «Ленинский путь». Договор купли-продажи был заключен в 2019 году, подписан сторонами, прошел обязательную государственную регистрацию. К чему они пришли, указано в договоре купли-продажи. При заключении данного договора стороны обговорили все условия и определились с финансовой составляющей и с порядком передачи данного земельного участка. Данный договор купли-продажи при жизни оспорен не был. Б.С.И. не был признан недееспособным, то есть он дееспособен и отдал отчет своим действиям. Он официально был трудоустроен; выполнял свои обязательства по месту своей трудовой деятельности. Б.С.И. проживал отдельно, вел свое хозяйство, сам ухаживал за собой, имел возможность покупать продукты питания, имел возможность сам себе приготовить. У него был огород. Естественно, он на нем что-то выращивал. Не было никаких прецедентов того, что Б.С.И. где-то был найден, в каком-то нехорошем состоянии, был принудительно помещен в какое-то учреждение. Исходя из первоначальных пояснений самого истца, у него с братом были доверительные отношения; они с супругой часто приезжали к нему и оказывали всякую помощь; они знали, что проведен газ, что появились денежные средства на счетах и т.д.. Оснований относительно законности и обоснованности предъявленных требований к ответчикам ООО «Ленинский путь» и ФИО4 (который не является участником сделки) нет, потому что в исковом заявлении и в показаниях сторона не обосновывает свои требования. Считает, что показания ФИО1 в данном судебном заседании имеют безосновательный характер. Понимать верное толкование его словам не имеет места быть, поскольку изначально было одно, далее - другое, а в исковых требованиях указаны тоже такие моменты, которые даже сам истец не может пояснить, хотя составлял и подписывал данное заявление сам ФИО1. Поэтому считает, что данное исковое заявление не подлежит удовлетворению в связи с необоснованностью и недоказанностью. Кроме того, срок исковой давности составляет год с момента того, как человек мог узнать о совершении данной сделки. В своих показаниях сам истец отчетливо указывал на тот факт, что он знал, что в 2019 году были получены денежные средства, и что они снимались с карты. Он знал происхождение этих денежных средств. С этого момента он знал, что данная сделка была совершена. Считает, что в данном случае применимы сроки исковой давности, поскольку оспоримость данной сделки могла возникнуть гораздо ранее, при жизни человека.

Ответчиком - ООО «Ленинский путь» - также представлены в суд письменные возражения на исковое заявление, в котором указывают, что суждения и высказывания истца в своем исковом заявлении о том, что умерший Б.С.И. страдал психическими заболеваниями, которые не давали возможности отдавать отчет его действиями, что умерший не мог самостоятельно совершать элементарные операции, нуждался в постоянном уходе и контроле; что истец постоянно контактировал с умершим и оказывал ему всяческую помощь и уход; что умерший не мог подписать договор; что он был обманут или введен в заблуждение ответчиком, вводят суд в заблуждение и являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. В соответствии с пунктом 1 договора купли-продажи от 27.09.2019 года продавец (Б.С.И.) продал, а покупатель (ООО «Ленинский путь») купил 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер ..... Согласно п. 2.2., расчет между сторонами произведен полностью в момент подписания договора, претензии стороны не имели друг к другу. Спорный договор купли-продажи спорного земельного участка истцом заключен по своей воле и в своих интересах. Истец на момент сделки являлся право-дееспособным лицом, не был лишен дееспособности. Переход права собственности на спорный земельный участок был зарегистрирован в ЕГРП за ответчиком. Следовательно, у ответчика после заключения сделки купли-продажи земельного участка не было оснований не полагаться на действительность сделки. Кроме того, само по себе нарушение условиями сделки требований закона или иного правового акта не может автоматически повлечь ничтожность сделки. Для этого необходимо установить совокупность условий, предусмотренных нормами ст. 166 ГК РФ, которые влекут ничтожность сделки. В соответствии с п. 1 данной статьи, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Пунктом 2 статьи 166 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Следовательно, для установления ничтожности сделки купли-продажи земельного участка помимо условий сделки, нарушающих требования закона или иного правового акта, должно быть установлено и следующее необходимое условие: сделка должна посягать на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Согласно п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что применительно к ст.ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Следовательно, само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов. В п.2 Определения Конституционного Суда РФ от 8 июня 2004 г. № 226-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества «Уфимский нефтеперерабатывающий завод» на нарушение конституционных прав и свобод статьей 169 Гражданского кодекса Российской Федерации и абзацем третьим пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации «О налоговых органах Российской Федерации» раскрыты понятия «основы правопорядка» и «нравственность». Понятия «основы правопорядка» и «нравственность» не являются настолько неопределенными, что не обеспечивают единообразное понимание и применение соответствующих законоположений. Статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, т.е. достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит, заведомо и очевидно для участников гражданского оборота, основам правопорядка и нравственности. Таким образом, оспариваемый договор купли-продажи земельного участка не является ничтожным, а может являться только оспоримой сделкой в силу п. 1 ст. 168 ГК РФ, согласно которому, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу ч. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Исходя из разъяснений, изложенных в п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. На основании вышеуказанного толкования, руководствуясь действующим законодательством РФ, ответчик на законных основаниях приобрел 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер ...., о чем свидетельствует сам договор, подписанный сторонами, и факт получения денежных средств. Сделка совершена в дееспособном состоянии сторон, при здравом смысле и здравом понимании последствий перехода права собственности, наравне с ее реализацией. Также в своих пояснениях истец указывает, что заключал договор купли-продажи под надуманным предлогом, обманом, введением в заблуждение ответчика 1. Однако данные доводы истца носят неподтвержденный характер. Тем самым ответчик вводит в заблуждения суд и всех участников гражданского процесса, так как указанные деяния носят уголовный характер, а ознакомившись с гражданским делом, имеются письменные доказательства проверки по факту совершения данного правонарушения, где вина ответчика не установлена, и заявитель получил неоднократно отказ в возбуждении уголовного дела, что лишний раз свидетельствует о недействительности изложенного в исковом заявлении. Считают, что законных оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. На основании вышеизложенного, просят отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме (т.1 л.д. 113-118).

Кроме того, ответчиком - ООО «Ленинский путь» - также представлено в суд ходатайство о применении сроков исковой давности, в котором указывают, что при оспаривании сделки купли-продажи земельного участка по ст. 168 ГК РФ годичный срок исковой давности также может исчисляться с момента, когда истец узнал о существовании договора купли-продажи участка. Срок исковой давности также может исчисляться с момента государственной регистрации перехода права собственности на спорное имущество. Если срок исковой давности, о применении которой заявлено стороной спора, истек, то по заявлению стороны исковые требования не подлежат удовлетворению на основании п. 2 ст. 199 ГК РФ. Государственный кадастровый учет, государственная регистрация возникновения или перехода прав на недвижимое имущество удостоверяются выпиской из ЕГРН. Право на земельный участок было зарегистрировано и сторона имела возможность узнать о произошедшей сделке. В связи с чем просят применить сроки исковой давности и отказать в удовлетворении требований истца в полном объеме (т. л.д.111).

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился; о времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом (направленная по месту его регистрации и фактическому месту жительства судебная повестка вернулись с указанием «истек срок хранения»), о чем в деле имеются сведения (л.д.43-48, 92-93). Ходатайств об отложении дела не поступило.

Копии определений от 04.04.2022 года и 17.05.2022 года о подготовке дела к судебному разбирательству, судебная повестка на 24.08.2022 года были заблаговременно направлены по адресу регистрации и по месту фактического жительства ответчика. Судебная почтовая корреспонденция ответчиком не была получена, почтовый конверт возвращен в суд с отметкой «истек срок хранения».

Применительно к пункту 35 Правил оказания услуг почтовой связи, утвержденных приказом Минкомсвязи России от 31.07.2014 № 234, и части 2 статьи 117 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отказ в получении почтовой корреспонденции, о чем свидетельствует его возврат по истечении срока хранения, следует считать надлежащим извещением о слушании дела.

Отсутствие надлежащего контроля за поступающей по месту регистрации корреспонденцией является риском самого гражданина, и он несет все неблагоприятные последствия такого бездействия.

В силу положений статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующих равенство всех перед судом, при возвращении почтовым отделением связи судебных повесток и извещений с отметкой «за истечением срока хранения», неявка лица в суд по указанным основаниям признается его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела.

В соответствии с пунктом 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю.

Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Как следует из разъяснений, изложенных в пунктах 63, 67, 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю.

Юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. В данном случае риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

В заявлениях от 27.04.2022 года и от 08.06.2022 года ответчик ФИО4 просил рассмотреть дело в его отсутствие, против удовлетворения иска возражает (т.1 л.д.110, 209).

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области (Управление Росреестра по Воронежской области) и Департамента имущественных и земельных отношений Воронежской области, также в судебное заседание не явились; о времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о чем в деле имеется сведения (л.д. 120-121).

Принимая во внимание, что в соответствии с положениями части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, неявка в суд лиц, участвующих в деле и надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного заседания, не является препятствием для рассмотрения и разрешения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся ответчика и третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.

Выслушав объяснения истца, его представителя, представителя ответчика, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд находит данный иск не подлежащим удовлетворению.

Как установлено в судебном заседании, Б.С.И. на основании протокола общего собрания собственников земельных долей общей долевой собственности бывшего колхоза «Родина» Эртильского района Воронежской области №1 от 07.04.2008 года; постановления администрации Эртильского муниципального района Воронежской области №205 от 14.04.1995 года; соглашения об определении размера долей в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения от 07.07.2008 года; свидетельства на право собственности на землю серия .... №...., выданного .... года комитетом по земельным ресурсам и землеустроительству Эртильского района Воронежской области; свидетельства о праве на наследство по закону, выданного .... года нотариусом Эртильского нотариального округа Воронежской области С.Е.И. (документ нотариального удостоверен: 1473) являлся собственником 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером .... (т.1 л.д. 12-13; 69).

27.09.2019 года между Б.С.И. и ООО «Ленинский путь» заключен договор купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, в соответствии с которым Б.С.И. продал ООО «Ленинский путь» принадлежащие ему на праве собственности 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, расположенный по адресу: ...., северная часть кадастрового района с кадастровым номером ...., за 120000 руб. (т.1 л.д. 12-13).

В пункте 2.2. договора указано, что расчет между сторонами произведен полностью до его подписания.

Переход права собственности на объект недвижимости к ООО «Ленинский путь» зарегистрирован в установленном законом порядке Управлением государственной регистрации, кадастра и картографии по Воронежской области 01.10.2019 года (т.1 л.д.13, 69).

.... года Б.С.И. умер, что подтверждается свидетельством о смерти .... №.... (копия - т.1 л.д.16).

Согласно материалам наследственного дела №..../...., наследником после смерти Б.С.И. является его брат ФИО1 (т.1 л.д.55-73).

Настоящие исковые требования истец обосновывает тем, что Б.С.И. в связи с психическим заболеванием - .... не мог самостоятельно осознавать сущность и характер совершаемой сделки, чем воспользовались работники ООО «Ленинский путь», в частности - ФИО4, при оформлении обманным путем прав на недвижимость.

Согласно п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с положениями ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

На основании п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Согласно п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (ст. 130 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу положений ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Несоблюдение формы договора продажи недвижимости влечет его недействительность.

В соответствии с п. 1 ст. 551 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на недвижимость по договору продажи недвижимости к покупателю подлежит государственной регистрации.

Положениями п. 1 ст. 131 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В силу п. 2 ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации наследование осуществляется по завещанию и по закону.

Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии с п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Такая сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно положениям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обязано доказать наличие оснований для недействительности сделки, то есть бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, лежит на истце.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, нашедшей свое отражение в п. 73 Постановления Пленума от 29.05.2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом суд исходит из того, что доказательственная деятельность, в первую очередь, связана с поведением сторон, процессуальная активность которых по доказыванию ограничена процессуальными правилами об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств (ст. ст. 56, 59, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В случае процессуального бездействия стороны в части представления в обоснование своих требований и возражений доказательств, отвечающих требованиям процессуального закона, такая сторона самостоятельно несет неблагоприятные последствия своего пассивного поведения.

В судебном заседании было установлено, что на момент заключения сделки – договора купли-продажи доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения - 27.09.2019 года - Б.С.И., действительно, стоял (с .... года) на учете у врача-психиатра БУЗ Воронежской области «....» с диагнозом «....», что подтверждается справкой БУЗ Воронежской области «....» (т.1 л.д.21), а также обозренными в судебном заседании медицинскими картами стационарного больного Б.С.И. №...., № ...., №.... и амбулаторной картой из кабинета врача-психиатра БУЗ ВО «....».

Однако в судебном заседании было установлено, что Б.С.И. на момент заключения оспариваемой сделки в связи с имеющимися у него заболеваниями не был признан недееспособным; не имел группу инвалидности. За период с 2014 года до 27.09.2019 года он лишь 2 раза - в 2014 году - находился на стационарном лечении по поводу имеющегося у него психического расстройства; всего 2 раза обращался за медицинской помощью к врачу-психиатру – 1 раз в 2014 году и 1 раз в 2016 году. Б.С.И. проживал один в принадлежащем ему на праве собственности доме; работал в ООО «Ленинский путь»; самостоятельно занимался благоустройством жилого дома; обрабатывал земельный участок при доме; обслуживал себя сам; распоряжался принадлежащими ему денежными средствами; благоразумно распорядился по договору купли-продажи денежными средствами, потратив их на благоустройство жилого дома – проведя газовое отопление.

Указанные обстоятельства подтверждаются показаниями в судебном заседании истца Б.С.И., представителя ответчика - ООО «Ленинский путь» ФИО3, свидетелей Б.В.В., С.А.В. и П.А.И.; обозренными в судебном заседании медицинскими документами в отношении Б.С.И., отказным материалом КУСП №.... от .... года по заявлению гражданина ФИО1.

Не оспариваются по существу данные обстоятельства и истцом.

По делу судом была назначена судебная посмертная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.

Согласно экспертному заключению КУЗ ВО «Воронежский областной клинический психоневрологический диспансер» №1841 от 13 июля 2022 года, в момент заключения договора купли-продажи – 27.09.2019 года – Б.С.И. обнаруживал признаки психического расстройства в форме ..... Об этом свидетельствуют данные материалов гражданского дела и медицинской документации о развитии у подэкспертного с 2014 года бредовых идей ущерба, отношения, отравления на фоне аффективных нарушений (аутоагрессивное поведение, периоды двигательного возбуждения, страх, тревога), что послужило причиной его госпитализации в психиатрический стационар, откуда он был выписан после проведенного курса лечения (когда признаки психического расстройства нивелировались) с восстановленной трудоспособностью. В последующем на протяжении 7 лет у испытуемого отмечалось состояние стойкой ремиссии, что подтверждается отсутствием после 2014 года в его поведении признаков бреда, галлюцинаций, расстроенного сознания и иной психотической симптоматики, эмоциональной неадекватности, суицидальной настроенности при сохранении последовательности и целенаправленности всех ее действий, социальной продуктивности, так как испытуемый продолжал работать, занимался строительством дома, что свидетельствует о его способности оперировать своими знаниями, о сохранной адаптации в наиболее важных сферах жизни, а степень изменений в эмоционально-волевой и ассоциативной сферах была выражена не столь значительно, и при сохранности прогностических и критических способностей не исключала возможностей понимать характер и значение своих действий и руководить ими. На момент составления договора купли-продажи 27.09.2019 года имеющиеся у испытуемого изменения психики не достигали уровня, который лишал бы способности понимать формальный и содержательный уровень юридических действий и руководить ими. В предоставленных материалах дела и медицинской документации не содержится сведений о том, что испытуемый в юридически значимый период находился в «таком состоянии», которое исключало бы способность понимать характер и значение своих действий и руководить ими, так как он был в этот период правильно ориентирован в обстановке, узнавал окружающих и поддерживал с ними адекватный речевой контакт, сохранял трудоспособность, был адаптирован в социально-бытовом плане, отмечалась целенаправленность поведения, способность планировать, принимать решения, контролировать свои действия, что свидетельствует о способности оперировать своими знаниями, о сохранной адаптации в наиболее важных сферах жизни, способности правильно воспринимать обстоятельства при подписании указанного договора. Таким образом, на момент составления договора купли-продажи 27.09.2019 года испытуемый мог понимать характер и значение своих действий и руководить ими. В материалах гражданского дела, медицинской документации не содержится сведений о присущих Б.С.В., в юридически значимый период времени, индивидуально-психологических особенностей (в том числе юридически важных, таких как повышенная внушаемость, подчиняемость, зависимость от значимого лица или референтной группы), а также не содержится сведений о его эмоциональном состоянии, которое могло существенным образом оказать влияние на его сознание и деятельность, а именно в период заключения договора купли-продажи от 27.09.2019 года, поэтому ответить на вопрос № 2 не представляется возможным (т.2 л.д.104-109).

Таким образом, довод истца о неспособности Б.С.И. понимать значение своих действий и руководить ими на период заключения оспариваемого договора не нашел своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства. То обстоятельство, что Б.С.И. в период подписания договора купли-продажи от 27.09.2019 года страдал ....» безусловно не свидетельствует о неспособности Б.С.И. понимать значение своих действий и руководить ими. Имеющаяся медицинская документация, характеризующая состояние здоровья Б.С.И. исследована экспертами, сведения, изложенные в медицинских документах, содержатся в экспертном заключении, противоречий не имеется.

Заключение посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы является ясным, полным, сомнений в правильности и обоснованности данного заключения у суда не имеется, экспертиза проведена и заключение составлено квалифицированными экспертами, которые предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Экспертное заключение составлено в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ от 31.05.2001 года «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ, не содержит противоречий.

Относимые, допустимые доказательства, опровергающие правильность и обоснованность посмертной комплексной психолого-психиатрической экспертизы в материалы дела не представлены.

Форма и содержание заключенного Б.С.И. договора купли-продажи от 27.09.2019 года соответствуют требованиям действующего законодательства.

Сторонами согласованы все существенные условия договора купли-продажи.

Судом не установлено каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о порочности волеизъявления Б.С.И., который, последовательно реализуя принадлежащие ему, как собственнику, правомочия, распорядился имуществом по своему усмотрению.

Факт передачи денежных средств Б.С.И. в указанном в договоре размере подтвержден обозренными в судебном заседании платежным поручением №000720 от 04.12.2019 года (копия – т.1 л.д.220), сберегательной книжкой Сбербанка России на имя Б.С.И., счет № .... (копия – т.1 л.д. 212-217).

Б.С.И. при жизни не заявлял о нарушении ООО «Ленинский путь» и ФИО4 условий договора в части оплаты согласованной цены имущества.

Вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено доказательств в подтверждение доводов о недействительности договора купли-продажи.

В соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Таким образом, оценивая представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи с нормами действующего законодательства, регулирующими спорные правоотношения, принимая во внимание, что доказательств, отвечающих требованиям относимости, допустимости, с достоверностью свидетельствующих о том, что Б.С.И. в день подписания договора - 27.09.2019 года - не мог понимать значение своих действий и руководить ими, не представлены, суд приходит к выводу, что правовых оснований для признания договора купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения от 27.09.2019 года недействительным не имеется.

Поэтому, требования истца не подлежат удовлетворению.

Учитывая, что исковые требования о признания договора купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения от 27.09.2019 года не подлежат удовлетворению, суд находит необходимым в удовлетворении производных требований о возврате 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, погашении записи в Едином государственном реестре прав на недвижимость отказать.

Кроме того, суд находит, что данный иск к ответчику ФИО4 не подлежит удовлетворению и по тому основанию, что он является ненадлежащим ответчиком по данному делу, так как, как установлено в судебном заседании, договор купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения заключен между Б.С.И. и ООО «Ленинский путь»; ФИО4 не является стороной сделки.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности подлежат отклонению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в Росреестре.

Как разъяснено в п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Там же в абзаце 2 указанного пункта изложено, что вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Исследуя вопрос о сроках реализации права на судебную защиту, Конституционный Суд Российской Федерации в ряде определений (от 14 декабря 1999 года № 220-О, от 3 октября 2006 года № 439-О и др.) со ссылкой на правовые позиции, сформулированные в Постановлении от 16 июня 1998 года № 19-П, неоднократно указывал, что установление этих сроков обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушение права на судебную защиту. Положения, устанавливающие срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности, а также определяющие начало течения срока исковой давности, сформулированы таким образом, что наделяют суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела.

Право на имущество умершего в порядке наследования возникает у наследников с момента смерти наследодателя (ст. 1110, 1113, 1114, 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации), из чего следует, что узнать о нарушении права до момента его возникновения лицо, привлекаемое к наследованию, объективной возможностью не располагает.

Достоверных доказательств того, что истцу ФИО1 при жизни Б.С.И. достоверно было известно о заключенном последним договоре купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения от 27.09.2019 года, а также о том, кто является надлежащими ответчиками по иску о защите его права, ответчиком представлено не было. Не было их добыто и судом.

Кроме того, при жизни наследодателя истец в силу ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации правом на оспаривание договора купли-продажи от 27.09.2019 года не обладал, поскольку охраняемого законом интереса в спорном имуществе не имел.

Таким образом, в рассматриваемом случае срок исковой давности следует исчислять с момента открытия наследства к имуществу Б.С.И., которым является момент его смерти, датируемый .... года.

Из этого следует, что срок исковой давности по требованию о признании договора купли-продажи от 27.09.2019 года недействительным истекал .... года, тогда как исковое заявление предъявлено в суд 24.03.2022 года (т.1 л.д. 35), то есть в его пределах.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ

В удовлетворении иска ФИО1 к ООО «Ленинский путь» и ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, возврате 2/316 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения, погашении записи в Едином государственном реестре прав на недвижимость отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд в месячный срок со дня его принятия в окончательной форме.

Судья

Мотивированное решение суда составлено 29.08.2022 года.

Судья