Дело №2-338/2025
УИД 22RS0037-01-2025-000335-25
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
22 декабря 2025 года с. Павловск
Павловский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Розбах О.А.,
при секретаре Рудометовой А.А.,
с участием: представителя истца ФИО1,
ответчика ФИО2,
представителя ответчика ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к Прахту В,А., ФИО5 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, применении последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
ФИО4 обратилась с иском к ФИО2, ФИО5 о признании недействительным договора дарения земельного участка и жилого дома, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного 25 октября 2023 г.
В обоснование заявленных требований указала, что является дочерью ФИО5 и сестрой ФИО2 25 октября 2023 г. ФИО5 заключила с ФИО2 договор дарения принадлежащих ей жилого дома и земельного участка, расположенных по вышеуказанному адресу. Ранее ФИО5 собиралась подарить указанные объекты недвижимости дочери истца – ФИО6, что подтверждается ее согласием на возведение к дому пристроя в 2014 году. В личной беседе истца с матерью выяснилось, что ФИО5 не помнит, где и когда она подарила земельный участок и жилой дом сыну. В последние несколько лет ФИО5 больна, у нее появились странности в поведении, она не ориентируется в пространстве, иногда теряется на улицах, бывает неадекватна, падает, плохо спит, у нее нарушена память на текущие события. Считает, что в момент совершения дарения ФИО5 в силу своего возраста и заболеваний была не способна понимать значение своих действий и не отвечала за их последствия, в связи с чем договор дарения от 25 октября 2023 г. является недействительным на основании пункта 1 статьи 177 ГК РФ. Истица полагает, что имеет правовой интерес в оспаривании договора дарения, поскольку его признание недействительным повлечет за собой возникновение у неё права на наследственное имущество по закону, так как она является пенсионером и должна иметь обязательную долю в наследстве матери.
Истец ФИО4 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело без ее участия, на заявленных требованиях настаивает.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании требования своего доверителя поддержал, пояснив, что у ответчика ФИО5 деменция, в связи с чем в момент заключения договора дарения она не понимала значения своих действий. Не согласен с заключением судебной психолого-психиатрической экспертизы, установившей отсутствие у ФИО5 на момент совершения оспариваемой сделки признаков психического расстройства, в силу которого она была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими, мотивируя тем, что экспертное заключение, составленное экспертами КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая психиатрическая больница им. Эрдмана» составлено с нарушением Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», поскольку не содержит поручение руководителя о проведении экспертизы, отсутствуют сведения о предупреждении экспертов об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ до начала производства экспертизы, подписка с предупреждением оформлена в день производства экспертизы.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании с иском не согласился, пояснив, что в октябре 2023 года его мать сама изъявила желание подарить ему дом и земельный участок по <адрес> в <адрес>. Она осознавала свои действия. Договор они оформляли в многофунциональном центре, там же забирали документы после оформления сделки. Он никогда сам не предлагал матери- ФИО5 подарить ему данные объекты недвижимости.
В письменных возражениях на исковое заявление ответчик ФИО2 с требованиями истца не согласен. Указывает, что оспариваемый договор исполнен сторонами, за ним зарегистрировано право собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные в <адрес>. Доказательств, объективно свидетельствующих о том, что ФИО5 на момент совершения оспариваемой сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими, истцом не представлено. Преклонный возраст ответчика об этом не свидетельствует.
Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.
В ранее состоявшемся судебном заседании ФИО5 с иском была не согласна, пояснила, что подарила дом сыну Валерию, вместе с ним ходила подписывать договор, но не помнит точно адрес учреждения, куда они ходили, принадлежность своей подписи в договоре подтверждает. У врача-психиатра на учете она никогда не состояла, в больницу обращалась по поводу высокого давления, заболеваний ушей. Сейчас живет у дочери. Когда жила в с.Павловске, ходила сама в магазин «Мария-Ра», покупала продукты, мясо, иногда ей продавцы вызывали такси, чтобы доехать до дома, иногда соседи помогали донести тяжелые сумки до дома.
Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании с иском не согласен, полагает, что обстоятельства, на которые ссылается истец, не нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, опровергаются заключением проведенной по делу судебной психолого-психиатрической экспертизы, оснований не доверять которому не имеется.
Представитель третьего лица- Управления Росреестра по Алтайскому краю в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще.
В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ суд признал возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие неявившихся участников судебного разбирательства, извещенных о месте и времени рассмотрения дела.
Выслушав доводы явившихся лиц и исследовав материалы дела, суд установил следующее.
Из материалов дела следует, что по договору дарения от 25 октября 2023 г. ФИО5 передала в дар Прахту В,А. принадлежащие ей на праве собственности жилой дом общей площадью 61 кв.м., с кадастровым номером 22:31:020004:3635 и земельный участок площадью 1217 кв.м., с кадастровым номером 22:31:020008:1292, расположенные по адресу: <адрес> (л.д.20).
1 ноября 2023 г. была произведена государственная регистрация права собственности на указанное имуществом за ответчиком ФИО2 (л.д.18,19).
Согласно пояснениям сторон, ФИО5 в переданном по договору дарения жилом доме не проживает, в настоящее время живет у дочери ФИО4
В соответствии с пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.
Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2 статьи 209 ГК РФ).
В пункте 3 статьи 218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 ГК РФ).
Статьей 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.
Согласно пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.
Согласно пункту 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 ГК РФ).
В соответствии с пунктом 1 статьи 171 ГК РФ ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства.
Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.
Пунктом 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Согласно пункту 3 статьи 177 ГК РФ, если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.
По смыслу приведенных положений закона, в предмет доказывания по делам указанной категории входит установление воли сторон на заключение договора безвозмездного отчуждения, принадлежащего дарителю имущества, в собственность одаряемого.
При этом, из содержания положений статьи 153 ГК РФ, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.
Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.
В силу пункта 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты, принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.
Судом в качестве свидетеля был допрошен П., который пояснил, что с 2017 года проживает в доме по <адрес>, по соседству с ФИО5 Непосредственно с ФИО5 он не общался, но видел ее на улице, его она знала, могла назвать его другим именем, видимо, в силу старости. По просьбе ее внучки возил ФИО5 в диагностический центр, у нее были какие-то проблемы с ушами. Бабушка передвигалась самостоятельно, сама ходила в магазин. Как-то помогал внучке Светлане поднять ФИО5, когда она упала в огороде.
Свидетель Ш. суду показала, что с 2012 года живет в доме по <адрес>. ФИО5 жила по <адрес> с внучкой и ее мужем. Раза два в неделю приходила к ним в гости, в том числе и осенью 2023 г. ФИО5 здоровалась с ней, узнавала. В основном, она лежала в комнате или варила на кухне еду собаке, либо кормила собаку. Бабушка ходила в магазин сама или с внучкой Светланой. Внучка говорила, что бабушка не разбирается в денежных купюрах. Иногда бабушка просила донести сумки из магазина. В последнее время ФИО5 стала падать: дома, в бане. Как-то видела, что ее вели домой из магазина, она резко «обессилила». Ее приведут, посадят на кровать, отдохнув минут пять, она вставала и шла дальше.
Свидетель О. суду пояснила, что с 2020 г. проживает по <адрес>, познакомилась с соседями - Светланой и ее мужем, бывала у них дома в 2024-2025 годах. В 2023 г. видела ее бабушку ФИО5 на улице, она одна ходила в магазин, просила помочь донести ей сумки, называла ее по имени - «Света». Тесно с бабушкой они не общались, но ничего особенного в психическом состоянии у нее не замечала, просто старческий возраст. Весной 2025 г. бабушке, видимо, стало плохо, так как видела, что ее из дома ведет женщина.
Свидетель Л. суду пояснила, что знает ФИО5 с 1981 г. Как только с нею стала жить внучка, домой к ним она не ходила, но часто видела ФИО5 в магазине «Мария-Ра», в том числе осенью 2023 г., здоровалась, спрашивала о здоровье. Видела, что она сама рассчитывалась на кассе. ФИО5 сама ходила по улице, в последнее время с палочкой, жаловалась на ноги. Иногда работник магазина вызывал ей такси. ФИО5 говорила, что хотела написать завещание на сына ФИО2
Свидетель П суду пояснила, что проживает с ФИО2 34 года, все это время знает и общается с ФИО5 Она жила с внучкой и ее семьей в доме <адрес>. Раньше они к ней приходили в гости, но потом внучка запретила. В последние 2,5 года ФИО5 сама приезжала к ним каждую субботу или воскресенье в баню на такси. В 2023 г. по ее предложению оформила уход за ней в Пенсионном Фонде, 01.09.2023 они вместе приезжали в отделение Пенсионного фонда, оформили документы. ФИО5 сама ходила в магазин за продуктами. Осенью 2023 г. она пришла к ним домой и сказала, что была в здании, где раньше был поссовет, и составила «дарственную» на Валерия. На следующий день они с ФИО5 и ФИО2 пошли туда с паспортами и подписали документы. Бабушка сама решила подарить сыну дом, потому что к ней плохо относилась внучка. Бабушку она видела 30.03.2025, она приезжала к ним в баню. 08.04.2025 она также собиралась к ним приехать, говорила, что получит пенсию, но не приехала. Позже узнали, что бабушке стало плохо.
Свидетель С в судебном заседании пояснила, что ранее работала продавцом в магазине «Мария-Ра», часто к ним приходила за покупками ФИО5 Последняя была одна или с внучкой. Она сама выбирала и складывала товар в корзину, но при расчете на кассе путалась в купюрах, просила ей помочь. Так как у ФИО5 не было своего телефона, по её просьбе она вызывала ей такси до дома, адрес называла сама. Также бабушка часто говорила, что поедет к сыну.
По сведениям КГБУЗ «Павловская ЦРБ», до заключения оспариваемой сделки ФИО5 один раз обращалась к врачу терапевту 13.03.2023, поставлен диагноз «гипертензивная (гипертоническая) болезнь с преимущественным поражением сердца без (застойной) сердечной недостаточности», также имели место обращения к врачам с указанным диагнозом после 25 октября 2023 г.: 14.03.2024, 18.04.2024, 14.05.2024 (л.д. 26).
В материалах дела имеется заключение врачебной комиссии КГБУЗ «АККПБ им Эрдмана Ю.К.» № 421 от 07.05.2025 о диагностировании у ФИО5 после заключения оспариваемой сделки ОЗГМ (органическое заболевание головного мозга) сосудистого генеза с выраженным когнитивным снижением, НФТО (нейрогенная дисфункция тазовых органов) по типу частичной утраты контроля за актом мочеиспускания и дефекации (л.д. 40).
Для определения наличия или отсутствия психического расстройства у ФИО5 в момент совершения сделки, степени его тяжести, степени имеющихся нарушений интеллектуального и (или) волевого уровня судом по ходатайству представителя истца ФИО1 была назначена судебно-психиатрическая экспертиза.
Согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 13.08.2025 №09-4-01-2915, проведенной КГБУЗ «Алтайская краевая клиническая психиатрическая больница имени Эрдмана Юрия Карловича», в представленных материалах дела отсутствуют сведения о том, что у ФИО5 на момент заключения договора дарения от 25 октября 2023 г. имелись признаки психического расстройства, вследствие которого она была лишена способности понимать значение своих действий или руководить ими. У психиатра на учете она не состояла и не состоит, впервые была проконсультирована психиатром в апреле 2025 г. Из пояснений свидетелей известно, что в исследуемый временной промежуток ФИО5 не обнаруживала признаков каких-либо грубых психических нарушений, она общалась со свидетелями, самостоятельно ходила в магазин и самостоятельно рассчитывалась на кассе, обращалась к свидетелям с просьбой донести сумки, иногда работник магазина по ее просьбе вызывал ей такси. Из пояснений свидетеля П ответчика ФИО2 в судебном заседании и пояснений экспертам и в суде самой подэкспертной известно, что она желала и желает, чтобы принадлежащий ей ранее дом с земельным участком принадлежал ее сыну, для чего она обращалась сама в МФЦ и с ее слов были составлены условия договора дарения от 25 октября 2023 г. На момент подписания договора дарения (из пояснений ответчика ФИО2) ФИО5 «всё понимала», других сведений о психическом состоянии ФИО5 на момент составления договора дарения от 25 октября 2023 г. не имеется. Таким образом, в представленных материалах дела отсутствуют сведения о том, что у ФИО5 на момент заключения договора дарения от 25 октября 2023 г. имелись признаки такого психического расстройства, вследствие которого она была лишена способности понимать значение своих действий и руководить ими.
Из психологического анализа материалов дела, пояснений участников судебного процесса, а также данных настоящего экспериментально-психологического исследования следует, что ФИО5 на момент совершения спорной сделки была вполне самостоятельна, ориентировалась в окружающей обстановке, всех узнавала, общалась, была в курсе событий, никто не замечал у нее каких-либо отклонений и странностей. В материалах дела нет сведений о том, что ФИО5 имела какие-либо интеллектуальные нарушения или нарушения мышления на момент спорной сделки, нет сведений о каких-либо нарушениях в эмоционально-волевой сфере. ФИО5 сама приняла решение подарить жилой дом и земельный участок ответчику и реализовала его. Таким образом, у ФИО5 на момент заключения договора дарения от 25.10.2023 не выявляется таких когнитивных и эмоционально-волевых нарушений, которые могли бы снижать или ограничивать ее способность понимать значение своих действий и руководить ими.
Представитель истца ФИО1 в судебном заседании заявил о недопустимости данного экспертного исследования, в связи с отсутствием в заключении судебной экспертизы письменного поручения руководителя экспертного учреждения о проведении экспертизы, подписки экспертов о предупреждении об уголовной ответсвенности по ст. 307 УК РФ, оформленной до проведения экспертизы, а не после, разъяснения прав и обязанностей. В обоснование указанных доводов суду представлена рецензия Некоммерческого партнерства «Саморегулируемая организация судебных экспертов» о том, что проведенная судебная экспертиза не является полной, всесторонней и объективной, в заключении отсутствуют общая оценка результатов исследования, выводы экспертов не обоснованны исследованием, вызывают сомнения в достоверности, также указано об отсутствии описания квалификации экспертов в экспертном заключении.
Федеральным законом от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" (ст. 25) определен состав сведений, которые должны быть отражены с заключении эксперта:
время и место производства судебной экспертизы;
основания производства судебной экспертизы;
сведения об органе или о лице, назначивших судебную экспертизу;
сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы;
предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения;
вопросы, поставленные перед экспертом или комиссией экспертов;
объекты исследований и материалы дела, представленные эксперту для производства судебной экспертизы;
сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы;
содержание и результаты исследований с указанием примененных методов;
оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам.
В данном случае экспертное заключение КГБУЗ «АКППБ имени Эрдмана Ю.К.» от 13.08.2025 №09-4-01-2915 содержит все указанные в законе обязательные сведения, в экспертном заключении имеется подписка всех трех экспертов о том, что они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ (л.д.92 оборот).
Все эксперты имеют высшее образование, эксперт ФИО7 – врач, судебно-психиатрический эксперт высшей категории, врач-психиатр высшей категории, заведующий отделением АСПЭ взрослых, стаж работы 40 лет, эксперт ФИО8 – медицинский психолог высшей категории, стаж работы 23 года, эксперт ФИО9 - врач, судебно-психиатрический эксперт высшей категории, врач-психиатр высшей категории, стаж работы 26 лет.
Заключение судебной экспертизы последовательно, с отражением использованных методов психиатрического экспертного исследования, научно-обоснованно, в сочетании с анализом медицинской документации, материалов гражданского дела содержит ответы на все поставленные судом вопросы. Экспертиза проведена с соблюдением требований Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», предъявляемых как к профессиональным качествам экспертов, так и к самому процессу проведения экспертизы и оформлению е результатов. Неуказание в заключении о разъяснении эксперту прав и обязанностей, предусмотренных ст. 85 ГПК РФ не может быть признано существенным нарушением требований гражданско-процессуального закона, влекущим признание данного доказательства недопустимым.
Таким образом, заключение судебно-психиатрической экспертизы соответствует установленным требованиям, оснований не доверять ему и для призания данного доказательства недопустимым в деле не имеется. Нарушений требований закона при назначении и проведении экспертизы не допущено. Ходатайства о назначении повторной судебно-психиатрической экспертизы истцом заявлено не было и, на основании вышеизложеного, суд не усматривает основании для ее назначения по своей инициативе.
Представленная представителем истца рецензия специалиста от 08.12.2025 №4222 не может быть принята в качестве надлежащего доказательства, поскольку она представляет собой частное мнение специалиста, в связи с чем не отвечает принципу относимости и допустимости доказательств по делу.
Исследовав представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, в том числе заключение судебно-психиатрической экспертизы, показания свидетелей, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения от 25 октября 2023 г. недействительным в соответствии с положениями п. 1 ст. 177 ГК РФ.
Суд при этом учитывает, что ФИО5 до заключения оспариваемой сделки не состояла на учете у врача-психиатра, не обращалась к врачу-психиатру по поводу каких-либо психических заболеваний, самостоятельно себя обслуживала, совершала покупки в магазине, при рассмотрении дела в суде и при опросе экспертом подтвердила свою волю на заключение оспариваемой сделки по дарению сыну ФИО2 жилого дома и земельного участка, из переданного в дар жилого дома выехала. Таким образом, в судебном заседании не нашло подтверждение то обстоятельство, что ответчик ФИО5 на момент подписания оспариваемого договора дарения не отдавала отчет своим действиям и не могла руководить ими, действовала не добровольно, её воля была направлена на достижение иного результата, нежели безвозмездное отчуждение принадлежащего ей имущества в собственность ответчика ФИО2
На основании изложенного, требования истца о признании недействительным договора дарения земельного участка и жилого дома от 25.10.2023, расположенных по адресу: <адрес>, применении последствий признания недействительности сделки, не подлежат удовлетворению.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО4 к Прахту В,А., ФИО5 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, применении последствий недействительности сделки оставить без удовлетворения.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Павловский районный суд Алтайского края в течение одного месяца со дня принятия его в окончательной форме.
Судья О.А. Розбах
Решение в окончательной форме принято 29 декабря 2025 года.