Судья 1 инстанции Лукьянова Л.И. №22-3128/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

23 августа 2023 года г.Иркутск

Судебная коллегия по уголовным делам Иркутского областного суда в составе:

председательствующего Куликова А.Д.,

судей Покровской Е.С., Ляховецкого О.П.,

при секретаре Товтиной И.Ф.,

с участием прокурора Яжиновой А.А.,

осужденных: ФИО1, ФИО2, посредством системы видео-конференц-связи,

защитников – адвокатов: Рушакова В.А., Арсентьева Д.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Коваленко А.Н. на приговор Тайшетского городского суда Иркутской области от 14 ноября 2022 года, которым

ФИО1, (данные изъяты), судимый 12 апреля 2022 года Тайшетским городским судом Иркутской области по ст.228 ч.2 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 2 года,

осужден по ст.228.1 ч.4 п.«а» УК РФ (2 преступления) к 10 годам лишения свободы за каждое; по ст.30 ч.3, ст.228.1 ч.4 п.п.«а,г» УК РФ к 9 годам лишения свободы; по ст.228 ч.2 УК РФ к 2 годам лишения свободы; на основании ст.69 ч.3 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 13 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

ФИО2, (данные изъяты), ранее судимая 6 марта 2017 года Тайшетским городским судом Иркутской области по ст.228.1 ч.1 УК РФ к 5 годам лишения свободы условно с испытательным сроком в 4 года,

осуждена по ст.228.1 ч.4 п.«а» УК РФ к 10 годам лишения свободы; по ст.30 ч.3, ст.228.1 ч.4 п.п.«а,г» УК РФ к 9 годам лишения свободы; по ст.228 ч.1 УК РФ к 1 году лишения свободы; на основании ст.69 ч.3 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначено 10 лет 6 месяцев лишения свободы; в соответствии со ст.74 ч.5 УК РФ отменено условное осуждение по приговору Тайшетского городского суда Иркутской области от 6 марта 2017 года; в соответствии со ст.70 УК РФ по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 6 марта 2017 года назначено 11 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Приговор Тайшетского городского суда Иркутской области от 12 апреля 2022 года в отношении ФИО1 постановлено исполнять самостоятельно.

Срок наказания осужденным исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения осужденным до вступления приговора в законную силу оставлена прежней - заключение под стражу.

В соответствии со ст.72 ч.3.2 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО1 под стражей с Дата изъята до дня вступления приговора в законную силу, а также время задержания с Дата изъята по Дата изъята из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима; в соответствии со ст.72 ч.3.4 УК РФ - время нахождения под домашним арестом с Дата изъята по Дата изъята из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

В соответствии со ст.72 ч.3.2 УК РФ в срок лишения свободы зачтено время содержания ФИО2 под стражей с Дата изъята до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии со ст.132 УПК РФ УПК РФ взысканы в доход федерального бюджета расходы по оплате труда адвокатов: с ФИО1 -104 805 рублей, с ФИО2 – 61 374 рубля.

Этим же приговором осуждены ФИО21 и ФИО20, в отношении которых судебный акт не обжалуется.

Решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Куликова А.Д., выступления осужденных ФИО1, ФИО2, защитников Рушакова В.А., Арсентьева Д.С., поддержавших доводы апелляционных жалоб, прокурора Яжиновой А.А., полагавшей приговор суда законным и обоснованным, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены за преступления, связанные с незаконным оборотом наркотических средств.

Преступления совершены Дата изъята в <адрес изъят> при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Коваленко А.Н. считает квалификацию действий ФИО1 неверной, назначенное наказание чрезмерно суровым, не отвечающим принципам справедливости и гуманизма.

Обращает внимание, что ФИО1 активно сотрудничал со следствием, подтвердил в суде свои признательные показания, изобличающие себя и иных участников, в том числе являющихся его близкими родственниками.

Полагает, что следствием и судом фактически была установлена минимальная роль ФИО1 в данной группе лиц, при этом остальным фигурантам назначено менее строгое наказание.

Указывает, что совершенные ФИО1 преступления являются по сути малозначимыми, связаны исключительно с имеющейся у него наркотической зависимостью, и состоят в причинной связи с действиями, направленными на получение наркотического средства для личного потребления, а не для коммерческой выгоды.

Отмечает, что ФИО1 совершал действия из одного места в краткие сроки и фактически из одного источника получения наркотического средства, что не опровергнуто стороной обвинения и иное не установлено судом.

На основании изложенного просит вынести справедливый приговор, соединив все составы преступлений в один эпизод и снизив назначенное ФИО1 наказание.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) осужденный ФИО1, выражая несогласие с приговором, считает его необъективным, несправедливым, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела и чрезмерно суровым.

Указывает, что на Дата изъята он не был судим и не привлекался к уголовной ответственности.

Оспаривает выводы суда о его неоднократной смене позиции в суде, тогда как он признал вину в ходе предварительного следствия и давал правдивые показания в суде.

Указывая об отсутствии у него корыстного умысла, полагает, что его действия следует квалифицировать как пособничество в совершении преступления.

Считает, что при назначении наказания судом не приняты во внимание признание им вины, возраст, плохое состояние здоровья, активное способствование раскрытию преступления. Кроме того, судом не дано оценки его доводам в судебном заседании и жизненным обстоятельствам.

Ссылаясь на разъяснения, изложенные в постановлении Правительства №1002 от 1 октября 2012 года «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств, психотропных веществ…», оспаривает установленный судом размер наркотического средства по преступлениям от Дата изъята и Дата изъята . При этом отмечает, что в приговоре масса указана в граммах, тогда как она измеряется в миллиграммах и не является значительным размером. Кроме того, в уголовном деле данные наркотические средства отсутствуют, их наличие и принадлежность ему либо матери ничем не доказана.

Обращает внимание, что суд взял в основу приговора общую массу отходов, которые он выдал добровольно, при этом согласно экспертизе не вся эта масса содержала наркотическое средство.

Ссылаясь на стенограмму телефонных переговоров, указывает, что его действия связаны с приобретением наркотического средства для личного употребления, а не в коммерческих целях.

Полагает необходимым соединить вменяемые ему преступления в один эпизод, поскольку наркотическое средство приобреталось из одного источника и у одного человека.

Оспаривая сведения, изложенные в характеристике, данной ему участковым уполномоченным полиции с места жительства, указывает, что ранее к уголовной ответственности не привлекался, административных нарушений не имеет, у врачей нарколога и психиатра на учете не состоит.

Обращает внимание, что свидетели в судебном заседании не подтвердили показания, данные ими в ходе предварительного следствия.

Отмечает, что проживал с матерью и отцом-инвалидом в коммунальной квартире, собственности не имел, работал неофициально, употреблял наркотические средства более 10 лет.

На основании изложенного просит пересмотреть приговор, дать верную квалификацию его действиям, назначить наказание, не ухудшающее его настоящее положение.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) осужденная ФИО2, выражая несогласие с приговором, считает его необъективным, не соответствующим фактическим обстоятельствам дела и чрезмерно суровым.

Указывая об отсутствии у нее корыстного умысла, полагает, что ее действия следует квалифицировать как пособничество в совершении преступления.

Считает, что при назначении наказания судом не принято во внимание признание ею вины, возраст, плохое состояние здоровья, активное способствование раскрытию преступления. Кроме того, судом не дано оценки ее доводам в судебном заседании и жизненным обстоятельствам.

Указывая об алкогольной зависимости ФИО20 и ее нахождении при допросах в нетрезвом состоянии, оспаривает изобличающие ее (ФИО3) показания. Кроме того, при обыске у ФИО21 был обнаружен мак и конопля, однако ее супруг не был привлечен к уголовной ответственности, как и сама ФИО21, поскольку они пояснили, что наркотические средства предназначались для личного употребления. При этом отмечает, что при обыске у А-вых были найдены маковая крошка и отходы от конопли, в связи с чем им было вменено несколько преступлений, тогда как они поясняли, что эти средства для личного употребления ФИО1 без цели сбыта.

Ссылаясь на разъяснения, изложенные в постановлениях Правительства №1002, №681, указывает, что отходы находились в сыром виде и не содержали наркотических средств в достаточной массе для возбуждения уголовного дела.

Оспаривая законность и обоснованность результатов оперативно-розыскных мероприятий, отмечает, что запись на дисках сфабрикована и на видео ничего не видно.

Высказывается о неквалифицированной помощи адвокатов в судебном заседании в связи с тем, что они не поддержали ее ходатайство относительно дисков с ОРМ, ее защитник не запросил справку с вокзала <адрес изъят>, утратил ее копию приговора. При этом утверждает, что заявления о предоставлении адвокатов они написали по совету следователя, которая пояснила, что оплата услуг адвоката будет из федерального бюджета, а не за их счет.

Ссылаясь на запись телефонных переговоров, указывает, что наркотические средства приобретались для личного употребления ФИО1, который страдал наркотической зависимостью. При этом вознаграждений и оплаты не было.

Указывает, что во время проведения закупки у ФИО40, сестры ФИО21, там присутствовала ФИО20, тогда как арестован был ее старший сын, который находился у себя дома. Обращает внимание, что ФИО21 не была привлечена к уголовной ответственности, при этом ее показания были использованы против А-вых.

Обращает внимание на показания свидетелей Свидетель №10 и Свидетель №11 о том, что сотрудники ОМОН оказывали на них физическое давление и требовали дачи показаний против А-вых, что подтверждается аудиозаписью судебного заседания.

Оспаривая результаты проведенной экспертизы наркотического средства, изъятого Дата изъята , указывает, что судом было отказано в удовлетворении ее ходатайства о повторной экспертизе.

Высказываясь о предвзятости суда, отмечает, что ФИО1 сотрудничал со следствием и судом, при этом судом не были учтены имеющиеся в обвинительном заключении смягчающие его наказание обстоятельства, он был признан судом организатором преступлений. Между тем, ссылаясь на показания ФИО12, утверждает, что никто группу не создавал и не организовывал. Полагает, что следствием и судом неверно квалифицированы действия ФИО1

Утверждает, что при проверочной закупке в качестве «закупного» участвовал человек, который является наркоманом и наркоторговцем, что подтверждается записью телефонных переговоров. Кроме того, ФИО21 просила наркотическое средство у ФИО12 в связи с тем, что ее супруг является наркозависимым.

Обращает внимание, что является пенсионеркой, имеет хронические заболевания, полностью признала вину, активно способствовала расследованию преступления, муж является инвалидом, наркоманом, сын также является наркоманом, нуждается в лечении.

Отмечает, что добровольно выдала наркотическое средство, но следователем это учтено не было. Кроме того, масса данного наркотического средства измерялась в миллиграммах, а не в граммах.

Утверждает, что ей не зачтено время содержания под стражей сроком 3 месяца по предыдущему приговору, также не учтена справка о досрочном погашении условного срока.

Указывает, что при проведении закупки Дата изъята по адресу: <адрес изъят>, она находилась в другом городе.

Высказывается о неверном вменении ей нескольких эпизодов, тогда как преступление было одно.

На апелляционные жалобы осужденных и защитника государственным обвинителем Петухиной Н.Е. поданы возражения, в которых высказаны суждения об отсутствии оснований для отмены либо изменения приговора по их доводам.

Проверив в апелляционном порядке с учетом требований ст.389.19 ч.1 УПК РФ материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, выслушав мнения участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Расследование по уголовному делу проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. При производстве следственных и процессуальных действий, экспертных исследований, нормы уголовно-процессуального законодательства также были соблюдены.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями глав 36 - 39 УПК РФ, определяющих общие условия судебного разбирательства и процедуру рассмотрения уголовного дела.

Содержание протокола судебного заседания свидетельствует, что судебное разбирательство проведено без нарушений положений УПК РФ.

Вина ФИО1 и ФИО2 полностью подтверждается достаточной совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, которым в приговоре дана надлежащая оценка с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Такими доказательствами, в частности, обоснованно признаны показания осужденных ФИО12, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20, данные в ходе предварительного следствия при допросах в качестве подозреваемых и обвиняемых, оглашенные в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в порядке ст.276 ч.1 п.1 УПК РФ, в которых они подробно поясняли об обстоятельствах вступления между собой и ФИО12 (в отношении которого вынесен обвинительный приговор в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве) в сговор на сбыт наркотических средств, о распределении между собой конкретных обязанностей, о видах наркотических средств, способах их расфасовки, хранении, реализации, тактике конспирации, получении вознаграждения. ФИО1 также показал об обстоятельствах приобретения и изготовления им наркотического средства для личного употребления.

Подтвердили свои показания ФИО12, ФИО1 и ФИО21 при проведении очных ставок между ними и ФИО12

Также ФИО1 подтвердил свои показания по факту приобретения им наркотического средства - конопля при проведении их проверки на месте.

Эти показания совпадали с фактическими данными, полученными из других достоверных источников, в частности, из результатов оперативно-розыскных мероприятий, заключений судебных экспертиз, а также с показаниями свидетелей и другими объективными доказательствами по делу.

Как следует из материалов уголовного дела, показания в ходе предварительного следствия даны ФИО12, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20, в присутствии адвокатов, после разъяснения им процессуальных прав и ст.51 Конституции РФ. Протоколы допросов ими были прочитаны и собственноручно подписаны, с указанием о соответствии показаний сведениям, в них изложенным. После допросов от осужденных и защитников заявлений, замечаний не поступило, о чем также имеются соответствующие записи.

В своих признательных показаниях осужденные сообщили органам следствия подробную информацию, которая могла быть известна только лицам, совершившим преступления.

Оглашенные показания осужденных были надлежащим образом оценены судом, сопоставлены с другими представленными сторонами доказательствами и верно положены в основу приговора. Сомнений в своей правдивости у судебной коллегии они не вызывают.

Как следует из исследованных в судебном заседании протоколов следственных действий, осужденные вели себя адекватно, давали показания добровольно и без принуждения. Также из данных протоколов видно, что в их производстве принимали участие профессиональные защитники - адвокаты, что исключало возможность оказания на их подзащитных какого-либо давления со стороны следователя или оперативных сотрудников. Факты незаконных методов ведения следствия судом установлены не были.

Таким образом, у суда первой инстанции не имелось оснований признавать вышеуказанные протоколы допросов и проверки показаний на местах недопустимыми доказательствами. Не усматривает таких оснований и судебная коллегия.

Имеющиеся противоречия между показаниями осужденных, данными в период следствия и в судебном заседании, были должным образом оценены судом первой инстанции, мотивы, по которым суд принял одни показания в качестве доказательств и отверг другие, в приговоре подробно приведены, с ними соглашается судебная коллегия.

Судом первой инстанции дана оценка показаниям ФИО1 и ФИО2, излагавших свою версию произошедших событий, связанных с совершенными ими преступлениями, которые обоснованно признаны судом несостоятельными и опровергнутыми, как собранными по делу доказательствами, так и установленными в ходе судебного следствия фактическими обстоятельствами дела.

Все доводы стороны защиты, в том числе изложенные в апелляционных жалобах, тщательно проверялись в судебном заседании, получили надлежащую оценку суда первой инстанции, который, признавая их несостоятельными, справедливо указал о том, что они опровергаются собранными по делу доказательствами, приведенными в приговоре.

Также судом первой инстанции исследовались в качестве доказательств виновности осужденных и изложены в приговоре:

показания свидетеля ФИО13 об обстоятельствах проведения им оперативно-розыскных мероприятий в <адрес изъят> Дата изъята , Дата изъята , Дата изъята с целью установления лиц, занимающихся сбытом наркотических средств, в ходе которых были установлены ФИО12, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20 Также показавшего об обстоятельствах проведения обыска Дата изъята по месту жительства А-вых по адресу: <адрес изъят>;

показания свидетелей Свидетель №2, ФИО14, Свидетель №4, Свидетель №3, участвовавших в оперативно-розыскных мероприятиях и пояснивших о ходе их проведения;

показания свидетелей под псевдонимами ФИО54, ФИО55, ФИО56, данные о личностях которых были засекречены, участвовавших в оперативно-розыскных мероприятиях в качестве закупных при проведении проверочных закупок, приобретавших наркотические средства у ФИО1 и ФИО2;

показания свидетелей Свидетель №10, Свидетель №14, Свидетель №16, Свидетель №17, Свидетель №15, Свидетель №19, Свидетель №11, ФИО15, свидетеля под псевдонимом ФИО57, данные на предварительном следствии, и оглашенные в порядке ст.281 УПК, Свидетель №9, пояснивших о своей осведомленности об осуществлении А-выми, ФИО21, ФИО20 сбыта наркотических средств;

показания свидетелей ФИО16, Свидетель №6 по факту проведения обыска по месту жительства А-вых; свидетеля Свидетель №7 по факту проведения личного обыска ФИО1

Показания свидетелей обоснованно оценены судом первой инстанции как допустимые и достоверные доказательства, не доверять им оснований не имелось, поскольку они подробны, непротиворечивы, согласуются между собой и с оглашенными показаниями ФИО12, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20, объективными доказательствами по делу. Оснований для оговора ими осужденных не установлено. Мотивы, по которым суд принял одни показания в качестве доказательств и отверг другие, в приговоре также приведены. С ними судебная коллегия соглашается.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, каких-либо существенных противоречий в показаниях указанных лиц, ставящих под сомнение законность проведенных следственных действий и доказанность виновности осужденного не усматривается. Тот факт, что ряд свидетелей в судебном заседании свои оглашенные показания не подтвердили, не ставит их под сомнение, так как они были получены в строгом соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального закона.

Довод жалобы об оказании воздействия на свидетелей со стороны сотрудников ОМОН является голословным и ничем объективно не подтвержден.

Кроме показаний свидетелей вина ФИО1 и ФИО2, подтверждается приведенными в приговоре объективными доказательствами:

материалами ОРМ «проверочная закупка», «наблюдение», «прослушивание телефонных переговоров», «СИТКС» в отношении ФИО12, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20, протоколами обысков в жилище осужденных, протоколами осмотров материалов ОРМ и предметов, изъятых в ходе обысков; заключениями судебных экспертиз о виде и размере изъятых наркотических средств, а также другими доказательствами, приведенными в приговоре.

Суд первой инстанции обоснованно не усмотрел нарушений уголовно-процессуального закона при сборе доказательств по уголовному делу, при проведении следственных и процессуальных действий, которые давали бы основания для признания полученных доказательств недопустимыми. Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда, которые надлежащим образом мотивированы в приговоре.

Все экспертизы по делу назначены и проведены в соответствии с требованиями ст.ст.195-196 УПК РФ, заключения экспертов оценены судом в совокупности с другими доказательствами. Заключения полностью отвечают требованиям ст.204 УПК РФ, а также Федеральному Закону «О государственной экспертной деятельности в РФ». Нарушений процессуальных прав участников судебного разбирательства при назначении и производстве указанных экспертиз, которые повлияли или могли повлиять на содержание выводов экспертов, следователем не допущено. Выводы экспертов аргументированы и отвечают на поставленные вопросы.

Вопреки доводам жалоб, вес и размер наркотических средств установлен судом верно, на основании заключений судебно-химических экспертиз, оснований не доверять выводам которых не имеется.

Утверждение ФИО2 о наличии у нее алиби Дата изъята не нашло своего подтверждения, поскольку оно опровергается вышеизложенными показаниями свидетелей и материалами ОРМ «проверочная закупка».

Давая оценку материалам оперативно-розыскных мероприятий, проведенных в отношении осужденных, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что они могут быть использованы в качестве доказательств виновности ФИО1 и ФИО2

Проводимые для пресечения незаконной деятельности ФИО12, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20 мероприятия, соответствуют Закону «Об оперативно-розыскной деятельности» и уголовно-процессуальному закону. В результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий информация в отношении указанных лиц о занятии сбытом наркотического средства - подтвердилась. Только проведенный комплекс ОРМ позволил установить указанных лиц, зафиксировать конкретные факты их незаконной деятельности.

Уголовно-процессуальным законом установлено, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующими сбор, проверку и оценку доказательств. Из материалов дела видно, что все фактические данные, полученные в результате оперативно-розыскных мероприятий, согласно положениям ст.89 УПК РФ были представлены субъекту доказывания с соблюдением процессуального порядка, дающего возможность проследить их происхождение и преобразованы в доказательства путем проведения соответствующих следственных действий. Поэтому суд обоснованно принял в подтверждение виновности осужденных указанные доказательства.

Нарушений Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд судом первой инстанции не установлено. Не усматривает таковых и судебная коллегия.

Провокация преступлений со стороны сотрудников полиции из материалов не усматривается, напротив, признательные показания самих осужденных свидетельствуют о том, что умысел на сбыт наркотического средства сформировался у них задолго до проведения оперативно-розыскных мероприятий и независимо от деятельности правоохранительных органов. Данные обстоятельства подтверждаются также показаниями свидетелей, не доверять которым оснований не имеется, так как наличие у них какой-либо личной заинтересованности и причины для оговора осужденных не установлены. Доводы о получении показаний путем незаконных методов ведения следствия являются голословными.

Совокупность приведенных и иных доказательств, содержание которых подробно приведено в приговоре, позволили суду признать доказанной вину ФИО1 и ФИО2 в совершении преступлений.

Доводы осужденных ФИО1 и ФИО2, отрицавших свою роль в сбыте наркотических средств в составе организованной группы, были предметом тщательной проверки суда первой инстанции и полностью опровергнуты изложенными в приговоре доказательствами.

При рассмотрении уголовного дела судом проверены все подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст.73 УПК РФ. Фактические обстоятельства дела установлены верно и полно изложены в приговоре.

Совокупность исследованных в суде первой инстанции доказательств обоснованно признана судом достаточной для принятия по делу итогового решения, в приговоре изложены мотивы, по которым одни доказательства приняты судом, а другие отвергнуты. Оснований не согласиться с данными выводами у судебной коллегии не имеется.

Таким образом, несогласие осужденных с показаниями свидетелей, указание о недопустимости и недостоверности письменных материалов, в том числе материалов ОРМ, направлены на переоценку доказательств, касающихся совершения преступлений. Изложенные доводы не могут быть удовлетворены, поскольку данная судом первой инстанции оценка доказательствам, вопреки доводам жалоб, соответствует требованиям ст.ст.17, 88, 307 УПК РФ. Оценка дана доказательствам как каждому в отдельности, так и в их совокупности, при этом суд в приговоре достаточно подробно мотивировал свое решение.

Тот факт, что данная судом оценка доказательствам не совпадает с позицией осужденных и защитника, не свидетельствует о предвзятости и необъективности суда при рассмотрении уголовного дела.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями ст.ст.302, 307 и 308 УПК РФ.

Положенные в основу приговора доказательства отвечают требованиям ст.74 УПК РФ, данных, об использовании судом доказательств, указанных в ст.75 УПК РФ, приговор не содержит. Порядок их исследования в судебном заседании, предусмотренный УПК РФ, судом первой инстанции соблюден в полной мере.

Суд первой инстанции верно квалифицировал действия ФИО1 по эпизоду от Дата изъята по ст.228.1 ч.4 п.«а» УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств организованной группой, в значительном размере; действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от Дата изъята по ст.228.1 ч.4 п.«а» УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств организованной группой, в значительном размере; действия ФИО1 и ФИО2 по эпизоду от Дата изъята по ст.30 ч.3, ст.228.1 ч.4 п.«а» УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств организованной группой, в крупном размере; действия ФИО1 по факту изъятых при обыске наркотических средств – масло каннабиса (гашишное масло) и частей растения конопля по ст.228 ч.2 УК РФ как незаконные хранение и приобретение наркотических средств без цели сбыта, в крупном размере; действия ФИО1 по факту изъятого при обыске наркотического средства – масло каннабиса (гашишное масло) по ст.228 ч.1 УК РФ как незаконное хранение наркотических средств без цели сбыта, в значительном размере.

Данная квалификация соответствует содержащемуся в приговоре описанию преступных деяний, в ее обоснование судом приведены убедительные мотивы, свидетельствующие о правильности такого решения.

Утверждение стороны защиты о том, что действия осужденных следовало квалифицировать одним составом преступления, является несостоятельным и опровергаются приведенными в приговоре доказательствами.

Так, судом верно указано что оснований для квалификации действий подсудимых ФИО1 и ФИО2 по сбыту наркотиков как единого, продолжаемого преступления, не имеется, поскольку в каждом случае наркотические вещества реализовывались из разных оптовых партий, по своему виду не идентичны, не совпадают по составу, размеру, продавались различным покупателям, с определенным разрывом во времени. То есть у подсудимых каждый раз возникал самостоятельный умысел на сбыт наркотических средств, что образует совокупность преступлений, ответственность за которые, согласно ст.17 УК РФ, наступает за каждое из них.

Вопреки доводам жалоб, в действиях всех подсудимых по сбыту наркотических средств установлен корыстный мотив, поскольку от своей деятельности ФИО1, ФИО2, ФИО21 получали материальную выгоду, превратив деятельность по распространению наркотиков в дополнительный источник своего дохода, а ФИО20 – дохода своей дочери ФИО21 Кроме того, имелась возможность использовать часть предназначавшихся для сбыта наркотических средств без каких-либо финансовых затрат у подсудимого ФИО1 для личного потребления, у подсудимой ФИО21 - для употребления супругом.

Квалифицирующий признак по эпизодам от Дата изъята , Дата изъята , Дата изъята и Дата изъята – совершение преступления в составе организованной группы, нашел свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Согласно ст.35 ч.3 УК РФ, преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений.

Как обоснованно указано судом в приговоре, из исследованных доказательств и фактических действий подсудимых видно, что организованная группа, созданная ФИО12, в отношении которого вынесен обвинительный приговор, в силу родственных отношений обладала сплоченностью всех ее членов в период совершения преступлений, действовавших согласованно для достижения общей преступной цели, направленной на личное обогащение от сбыта наркотических средств на территории <адрес изъят>, устойчивостью, выразившейся в осуществлении преступной деятельности на протяжении длительного периода времени, наличием стабильно функционирующей сети сбыта наркотических средств, четкой организованной структурой, представляющей собой подчиненность участников группы ее руководству, распределением и выполнением каждым членом организованной группы отведенной ему роли, отработанной в течение длительного времени системой конспирации, а также наличием используемых технических средств связи. В соответствии с распределением ролей, ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20, занимая в структуре организованной группы должность непосредственных сбытчиков наркотических средств потребителям, регулярно получали от организатора как в расфасованном на мелкие дозы, так и в рассыпчатом виде, наркотические вещества. В последнем случае подготавливали их к сбыту путем раскладывания по дозам, осуществляли в дальнейшем сбыт наркотических средств способом «из рук в руки» за наличный расчет либо в обмен на товары народного потребления. Преступления совершались с использованием приемов конспирации, выразившейся в распространении наркотиков среди знакомых и проверенных наркозависимых лиц, телефонные разговоры участников группы между собой и с покупателями наркотических средств носили завуалированный характер, в разговорах употреблялись специальные, заранее оговоренные слова и выражения, отражающие обстоятельства совместной деятельности участников группы, смысл которых не был понятен посторонним лицам. Каждый член организованной группы получал свою часть прибыли от незаконной деятельности в зависимости от роли и участия в совершении преступлений.

Преступная деятельность ФИО1, ФИО2, ФИО21, ФИО20 в составе организованной группы прекратилась лишь в связи с ее пресечением сотрудниками правоохранительных органов.

Кроме того, судебная коллегия считает, что поскольку ФИО1 и ФИО4 выполняли действия, направленные на сбыт наркотических средств в составе организованной группы и являются соисполнителями преступлений, следовательно основания для квалификации их действий со ссылкой на ст.33 ч.5 УК РФ, то есть как пособников в совершении преступлений, отсутствуют.

Нарушений судом первой инстанции норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на допустимость доказательств, на постановление законного, обоснованного и мотивированного решения, не установлено.

Судебное разбирательство проведено с соблюдением принципа всесторонности, полноты и объективности. В соответствии с положениями ст.15 УПК РФ, председательствующий, соблюдая принцип состязательности, предоставил сторонам равные возможности в исследовании доказательств и разрешении ходатайств.

Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с принятием по ним должных решений. Решения суда по ходатайствам сомнений в своей законности и обоснованности не вызывают. Мотивированный отказ в удовлетворении ряда ходатайств стороны защиты не может свидетельствовать о необъективности суда.

Доводы осужденной о нарушении права на защиту, по мнению судебной коллегии, не могут быть признаны состоятельными, поскольку являются голословными. Согласно материалам уголовного дела и протоколу судебного заседания защиту ФИО2 осуществлял профессиональный защитник - адвокат, позиция которого была активной и не расходилась с позицией осужденной.

Определяя вид и размер наказания ФИО1 и ФИО2, суд в полной мере учел не только характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений, но и данные об их личностях, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи.

Объективность сведений, изложенных в характеристике, данной участковым уполномоченным полиции относительно личности ФИО1 у судебной коллегии сомнений не вызывает, так как данные сведения не были опровергнуты стороной защиты.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, предусмотренных ст.61 УК РФ, судом обоснованно признаны: активное способствование раскрытию и расследованию всех преступлений, изобличение других участников преступлений; признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, молодой возраст, совершение преступления впервые.

В отношении ФИО2 - активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, пенсионный возраст.

Фактических и правовых оснований для повторного учета указанных обстоятельств судебной коллегией не установлено. Сведений о наличии иных смягчающих наказание обстоятельств, которые были известны суду, но не были учтены при назначении наказания, материалы уголовного дела не содержат, не усматривает таковых и судебная коллегия.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1 и ФИО2, установлено не было.

Таким образом, судом первой инстанции учтены все известные обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, выводы о необходимости назначения ФИО1 и ФИО2 наказания только в виде лишения свободы, равно как об отсутствии оснований для применения ст.73 УК РФ, в приговоре мотивированы и являются, по мнению судебной коллегии, правильными.

Наказание осужденным назначено с учетом положений ст.62 ч.1, ст.66 ч.3 УК РФ.

Кроме того, суд обсудил возможность применения к ФИО1 и ФИО4 положений ст.15 ч.6, ст.64 УК РФ и оснований к тому не усмотрел. Не установлены они и судебной коллегией.

Виды исправительных учреждений определены ФИО1 и ФИО2 верно в соответствии с требованиями ст.58 ч.1 п.п.«б,в» УК РФ.

При таких обстоятельствах наказание, назначенное ФИО1 и ФИО2, является справедливым, соразмерным содеянному и смягчению не подлежит.

Довод ФИО2 о погашении предыдущей судимости по приговору Тайшетского городского суда Иркутской области от 6 марта 2017 года основан на неверном толковании уголовного закона. В связи с тем, что преступления совершены осужденной в период испытательного срока, условное осуждение подлежало отмене в силу ст.74 ч.5 УК РФ с назначением ей окончательного наказания по совокупности приговоров согласно ст.70 УК РФ.

Данных о том, что по состоянию здоровья осужденные не могут содержаться в местах лишения свободы, в суд не представлено.

Не основаны на требованиях уголовно-процессуального закона доводы о необоснованном взыскании процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату.

Вопрос о взыскании с осужденных процессуальных издержек разрешен в соответствии с требованиями ст.ст.131, 132 УПК РФ. Выводы суда в этой части надлежаще мотивированы.

Как следует из материалов уголовного дела, в том числе, протокола судебного заседания, по назначению суда первой инстанции в порядке ст.51 УПК РФ защиту ФИО1 осуществляла адвокат Коваленко А.Н., ФИО2 – адвокат ФИО5 Отводов и заявлений о ненадлежащем осуществлении адвокатами своих обязанностей от ФИО1 и ФИО2 не поступало. Положения ст.132 УПК РФ осужденным были разъяснены и понятны.

Вопрос о взыскании процессуальных издержек был разрешен в судебном заседании, осужденным была предоставлена возможность довести до суда свою позицию по данному вопросу, сведений об имущественной несостоятельности ФИО1 и ФИО2 не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, при разрешении вопроса о взыскании процессуальных издержек с осужденных, связанных с участием адвокатов в судебных заседаниях, суд первой инстанции, проверил их материальное положение, учел данные о личностях, семейном положении, принял во внимание возраст, отсутствие иждивенцев, ограничений к труду, и пришел к правильному выводу о возможности взыскания с ФИО1 и ФИО2 процессуальных издержек, не установив оснований для полного или частичного освобождения от их взыскания.

Оснований не согласиться с выводами суда, которые достаточно подробно в постановлении мотивированы, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Нарушений норм уголовного либо уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену приговора, судом не допущено.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения апелляционных жалоб адвоката Коваленко А.Н., осужденных ФИО1, ФИО2 судебной коллегией не установлено.

Вместе с тем, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора по следующим основаниям.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО2 содержалась под стражей по приговору Тайшетского городского суда Иркутской области от 6 марта 2017 года в период со Дата изъята по Дата изъята . В этой связи в срок наказания указанный период подлежал зачету в соответствии со ст.72 ч.3.2 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Тайшетского городского суда Иркутской области от 14 ноября 2022 года в отношении ФИО1, ФИО2 изменить:

в резолютивной части указать о зачете в соответствии со ст.72 ч.3.2 УК РФ в срок наказания ФИО6 времени содержания под стражей по приговору Тайшетского городского суда Иркутской области от 6 марта 2017 года в период со Дата изъята по Дата изъята из расчета один содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Коваленко А.Н. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г.Кемерово) через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденными – в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного определения.

В случае обжалования осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Куликов А.Д.

Судьи Покровская Е.С.

Ляховецкий О.П.