РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 сентября 2022 года город Тула

Зареченский районный суд города Тулы в составе:

председательствующего Бабиной А.В.

при помощнике судьи Горшковой В.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации г. Тула о признании договора дарения заключенным, признании права собственности на квартиру, по встречному иску администрации г. Тула к ФИО1 о признании договора дарения недействительным, признании квартиры выморочным имуществом, признании права муниципальной собственности,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к администрации г. Тула о признании договора дарения заключенным, признании права собственности на квартиру, ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что он проживал совместно в гражданском браке с умершей 15.12.2021 Ф. более 20 лет по адресу: <адрес>. Данная квартира принадлежала на праве собственности матери его гражданской супруги Ф.Л., которая умерла 19.01.2021 г. Ф. является наследником Ф.Л. После оформления в наследство спорной квартиры, он и Ф. решили переоформить квартиру на него, поскольку они пожилые люди, Ф. часто болела, опасалась за свое здоровье. Подтолкнуло к этому введение ограничительных мер из-за появления новой инфекции Ковид-19. Он и Ф. хотели оформить брак, но из-за возраста стеснялись. В конце ноября, начале декабря Ф. заболела. Зная, что у нее нет наследников и учитывая, что она постоянно переживала и боялась смерти от Ковид-19, они решили переоформить квартиру на него. 01.12.2021 заключили договор дарения. После заключения договора дарения состояние Ф. резко ухудшилось, 09.12.2021 она попала в больницу, где умерла, в связи с чем, отдать документы на регистрацию они не успели. Он проживает в квартире и по настоящее время, оплачивает коммунальные услуги. Наследников у Ф. не было. Ранее оформить право на квартиру они не могла, так как квартира была в собственности матери Ф., а свидетельство о праве на наследство Ф. получила 03.10.2021. Просил суд признать договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> заключенным, состоявшимся и признать за ним право собственности на указанную квартиру.

Администрация г. Тула обратилась в суд со встречным иском, впоследствии уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ, к ФИО1 о признании договора дарения недействительным, признании квартиры выморочным имуществом, признании права муниципальной собственности, ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что

спорная квартира являлась единственным жильем для Ф. Она как проживала в спорном жилом помещении до совершения сделки, так и осталась проживать в нем после сделки. Ф. по-прежнему владела и пользовалась квартирой. В то время как оспариваемым договором дарения таких условий не предусмотрено. Согласно п.п.12-13 договора дарения ФИО1 становился собственником квартиры только после государственной регистрации перехода права собственности. Ф. по вопросу оформления (заключения) договора дарения квартиры, а также по регистрации сделки к нотариусу, в Управление Росреестра или МФЦ не обратилась, имея при этом достаточно времени (с момента регистрации своего права 06.09.2021 и до заболевания 09.12.2021) и обладая информацией о правовом порядке оформления имущества. Указанные обстоятельства объективно свидетельствуют о том, что оспариваемый договор был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия. Считает, что при таких обстоятельствах, договор дарения от 01.12.2021 является недействительным по основанию его мнимости. Поскольку наследники к имуществу Ф. отсутствуют, договор; дарения от 01.12.2021 является недействительным, в силу ст.1151, 1152 ГК РФ квартира считается выморочным имуществом. Администрация г. Тула просила суд признать недействительным договор дарения квартиры по адресу: <адрес>, от 01.12.2021 между Ф. и ФИО1; признать квартиру по адресу: <адрес> выморочным имуществом; признать право муниципальной собственности на квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый №, в порядке наследования по закону.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований просил отказать.

В судебном заседании представитель ответчика администрации г. Тула по доверенности ФИО2 возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1, просила удовлетворить встречный иск по основаниям, изложенным в нем.

Выслушав стороны, исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что собственником квартиры по адресу: <адрес>, являлась Ф. на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 03.09.2021 г., выданного нотариусом <адрес> П., на имуществу Ф.Л., умершей 19.01.2021 г.

Согласно справке о смерти № №, предоставленной отделом записи актов гражданского состояния по г. Тула комитета по делам записи актов гражданского состояния и обеспечения деятельности мировых судей в Тульской области, Ф. умерла 15.12.2021 г.

Согласно сообщению нотариуса г. Тула П. от 06.09.2022 за №, наследственное дело к имуществу Ф., умершей 15.12.2021 в производстве нотариуса не имеется.

Наследников после Ф. судом не установлено.

Истцом ФИО1 представлен договор, именуемый договором дарения земельного участка, из которого усматривается, что 01.12.2021 между Ф.(даритель) безвозмездно передает в собственность ФИО1 (одаряемый) недвижимое имущество: квартиру, общей площадью 50,7 кв.м., этаж 7, кадастровый №, расположенную по адресу: <адрес>.

Согласно п.6 одаряемый несет расходы по эксплуатации данной квартиры.

Согласно п.7 указанного договора в соответствии со ст. 551 ГК РФ одаряемый приобретает право собственности на указанную квартиру с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Пункт 12 договора предусматривает, что в соответствии со ст.131 ГК РФ переход права собственности одаряемого на указанную квартиру подлежит государственной регистрации в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Тульской области.

Согласно п.13 договора, в соответствии со ст. 233 ГК РФ моментом возникновения права собственности одаряемого по договору дарения возникает с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Данная сделка не была зарегистрирована в Едином государственном реестре прав.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 06.09.2021, собственником спорной квартиры является Ф.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Из содержания положений статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лица, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Обязательным условием сделки, как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений, является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей на основе избранной сторонами договорной формы.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Правовой целью вступления одаряемого в правоотношения, складывающиеся по договору дарения, является принятие дара с оформлением владения, поскольку наступающий вследствие исполнения дарителем такой сделки правовой результат (возникновения права владения) влечет для одаряемого возникновение имущественных прав и обязанностей. В свою очередь даритель, заинтересован исключительно в безвозмездной передаче имущества без законного ожидания какого-либо встречного предоставления от одаряемого (правовая цель). При этом предполагается, что даритель имеет правильное понимание правовых последствий дарения в виде утраты принадлежащего ему права на предмет дарения и возникновения данного права в отношении имущества у одаряемого.

В соответствии с пунктами 3, 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "О государственной регистрации недвижимости" (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2022), государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав). Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке.

Таким образом, государственная регистрация как формальное условие обеспечения государственной, в том числе судебной, защиты прав лица, возникающих из договорных отношений, объектом которых является недвижимое имущество, - призвана удостоверить со стороны государства юридическую силу соответствующих правоустанавливающих документов. Тем самым государственная регистрация создает гарантии надлежащего выполнения сторонами обязательств и, следовательно, способствует упрочению и стабильности гражданского оборота в целом.

Согласно Федеральному закону от 13.07.2015 N 218-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "О государственной регистрации недвижимости" государственный кадастровый учет, государственная регистрация прав, ведение Единого государственного реестра недвижимости осуществляются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти и его территориальными органами (далее - орган регистрации прав). В реестр прав на недвижимость вносятся сведения о правах, об ограничениях прав и обременениях объектов недвижимости, о сделках с объектами недвижимости, если такие сделки подлежат государственной регистрации в соответствии с федеральным законом, а также дополнительные сведения, внесение которых в реестр прав на недвижимость не влечет за собой переход, прекращение, ограничения прав и обременение объектов недвижимости.

В силу ст. 14 ФЗ от 13.07.2015 N 218-ФЗ (ред. от 14.07.2022) "О государственной регистрации недвижимости" (далее Закон) государственный кадастровый учет и (или) государственная регистрация прав осуществляются на основании заявления, за исключением установленных настоящим Федеральным законом случаев, и документов, поступивших в орган регистрации прав в установленном настоящим Федеральным законом порядке.

В соответствии со ст. 16 ФЗ № 218-ФЗ датой государственной регистрации прав является дата внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о соответствующем праве, об ограничении права или обременении объекта недвижимости.

Согласно п. 3 ч. 3 ст. 15 Закона государственная регистрация прав осуществляется по заявлению сторон договора - при государственной регистрации договора и (или) права, ограничения права или обременения объекта недвижимости, возникающих на основании такого договора, если иное не установлено настоящим Федеральным законом.

Таким образом, в процессе регистрации правообладатель (или соответственно доверенное лицо) участвует при подаче заявления о государственной регистрации права. С заявлением предоставляются и все необходимые документы. В дальнейшем все процедуры по проверке, регистрации и внесению соответствующей записи в реестр осуществляются компетентными органами, совершение сторонами каких-либо юридически значимых действий в процессе самой регистрации не требуется. Стороны могут лишь отозвать свое заявление до внесения записи о регистрации в реестр.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что если сделка, требующая государственной регистрации, совершена в надлежащей форме, но одна из сторон уклоняется от ее регистрации, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о регистрации сделки (пункт 2 статьи 165 ГК РФ). Сторона сделки не имеет права на удовлетворение иска о признании права, основанного на этой сделке, так как соответствующая сделка до ее регистрации не считается заключенной либо действительной в случаях, установленных законом.

Согласно Федеральному закону Российской Федерации от 30.12.2012 N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в статье 574, не подлежит применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона. Переход права собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации в соответствии со ст. 131 ГК РФ.

Договор дарения заключен между сторонами 01.12.2021, то есть после вступления Федерального закона Российской Федерации от 30.12.2012 N 302-ФЗ "О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", то есть правило о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащееся в ст. ст. 558, 560, 574, 584, не подлежит применению.

Однако, пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Нормами Гражданского кодекса Российской Федерации не регулируется порядок государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество в случае уклонения сторон договора дарения от такой регистрации.

В связи с этим, в соответствии со статьей 6 Гражданского кодекса Российской Федерации по аналогии подлежит применению пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому в случае, когда одна из сторон уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве, также по требованию судебного пристава-исполнителя вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 61 и 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если одна из сторон договора купли-продажи недвижимого имущества уклоняется от совершения действий по государственной регистрации перехода права собственности на это имущество, другая сторона вправе обратиться к этой стороне с иском о государственной регистрации перехода права собственности (пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации). Иск покупателя о государственной регистрации перехода права подлежит удовлетворению при условии исполнения обязательства продавца по передаче имущества.

Из системного толкования пункта 3 статьи 551, абзаца второго пункта 1 статьи 556 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 61 Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 года "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" следует, что для разрешения иска о государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество по договору дарения следует установить не только наличие документа о передаче имущества, но также фактический переход такого имущества от дарителя к одаряемому.

Судом установлено, что при жизни Ф. переход права собственности по договору дарения на квартиру зарегистрирован не был.

Договор дарения не подлежал государственной регистрации в силу закона, однако, переход права собственности на спорную квартиру на основании данного договора дарения к одаряемому подлежал государственной регистрации, вместе с тем, при жизни даритель и одаряемый за регистрацией перехода права собственности по данному договору не обращались, регистрация перехода права собственности по договору дарения квартиры не была произведена в установленном законом порядке. При этом пунктами 7, 12, 13 договора предусмотрено, что право собственности на спорную квартиру одаряемый приобретает с момента государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Тульской области.

При этом суд, принимает во внимание, что порядок передачи недвижимости в договоре дарения не прописан, передача дара определена сторонами после регистрации перехода права собственности (пункт 5,12,13 договора); условия, при выполнении которых этот дар мог быть передан одаряемому, не наступили, что свидетельствует о неисполнении сделки сторонами.

Ф., вступив в наследство после смерти матери Ф.Л., и получив свидетельство о праве на наследство по закону от 03.09.2021 г., зарегистрировала за собой право собственности на спорную квартиру 06.09.2021. Однако, являясь собственником спорной квартиры с указанного времени, Ф. не произвела регистрацию ФИО1 в ней. Каких-либо мер по оформлению договора дарения на ФИО1 с 06.09.2021 г. не предпринимала, о порядке перехода права собственности на недвижимое имущество Ф. было известно, в связи с оформление прав на наследственное имущество.

Стороны договора дарения от 01.12.2021 не обратились с соответствующим заявлением в органы государственной регистрации, что свидетельствует об отсутствии волеизъявления на совершение указанных действий. Кроме того, со дня подписания договора 01.12.2021 до смерти Ф. 15.12.2021 прошло две недели, данный срок для совершения волеизъявления (на государственную регистрацию перехода права собственности) является достаточным. Даритель какую-либо доверенность, в том числе в соответствии с п. 2 ст. 53 ГПК РФ, согласно которой доверенности могут быть удостоверены администрацией стационарного лечебного учреждения, в котором доверитель находится на излечении, для регистрации перехода прекращения права собственности на квартиру, не оформлял.

Кроме того, сам по себе факт подписания договора дарения, совершенного в простой письменной форме, передаточного акта, не свидетельствует о волеизъявлении дарителя на государственную регистрацию перехода права собственности по договору дарения на спорный объект недвижимости к одаряемому.

Согласно пояснениям истца ФИО1 они не спешили регистрировать переход права собственности, поскольку не думали о возможной смерти Ф., но на случай ее смерти, так как нет наследников, решили сделать договор дарения, вариант завещания они не рассматривали, так как это дороже. Ф. продолжала проживать в данной квартире.

Приведенные объяснения истца свидетельствуют о том, что волеизъявление Ф. было направлено на передачу имущества в его собственность после ее смерти, и соответственно подтверждают отсутствие волеизъявления на передачу квартиры ФИО1 в собственность при ее жизни. Приведенные факты свидетельствуют о том, что обе стороны сделки на момент ее заключения не имели намерения ее исполнять при жизни Ф.

Таким образом, после подписания данного договора, у Ф. не было намерения фактически передать квартиру ФИО1 Спорное жилье являлось единственным жильем умершей Ф. Последняя была зарегистрирована с 2004 г. в спорной квартире и проживала с матерью в вышеуказанной квартире всю жизнь. При этом, стороны в договоре не указали, что даритель Ф. вправе рассчитывать на сохранение за ней права пользования жилым помещением, то есть условиями договора стороны не согласовали данное право Ф. на проживание в течение всей жизни в спорной квартире. Волеизъявление сторон договора не было направлено на передачу спорной квартиры в собственность ФИО1 при жизни Ф., стороны не намеревались создать соответствующие условиям договора дарения правовые последствия, договор дарения не исполнили, не осуществили государственную регистрацию перехода права собственности на недвижимое имущество.

Доказательств обратного, как того требуют положения ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Истец ФИО1 ссылается на то, что фактически переход имущества состоялся, что подтверждается передаточным актом, наличием у него ключей от квартиры, фактом совместного проживания более 20 лет, ведения общего хозяйства.

Проверяя данные доводы, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что Ф. и ФИО1 в зарегистрированном браке не состояли.

При этом истец ФИО1 пояснил, что с Ф. проживал в гражданском браке более 20 лет. Познакомился с Ф. в Москве, она работала продавцом на рынке, а он охранником. Там она снимала квартиру. В г. Тула переехала в 2005 г. и нигде больше она не работала. Он зарегистрирован в г. Москва в квартире по договору социального найма, где также зарегистрирована его бывшая супруга и ребенок. В г.Москва он получает пенсию. Когда он работал в г. Москва, то в выходные приезжал к Ф., у него были ключи от квартиры все эти 20 лет. Выйдя на пенсию, он постоянно проживал с ней в спорной квартире, что было около двух лет назад, но точно он не помнит.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 зарегистрирован по адресу: <адрес>.

Согласно выписке из домовой книги № от 30.08.2022 по адресу: <адрес>, были зарегистрированы ответственный плательщик Ф.Л. - собственник, которая была снята с регистрации 19.01.21 по смерти, и ее дочь Ф. – дата регистрации с 22.06.2004 г., что также подтверждается поквартирной карточкой.

Таким образом, проживая более 20 лет в гражданском браке, истец не был зарегистрирован по адресу спорной квартиры.

Ссылаясь на факт совместного проживания, истец ФИО1 не представил тому объективных допустимых и достаточных доказательств. При этом, истцу ФИО1 неоднократно разъяснялись положения ст. 56 ГПК РФ, предлагалось представить доказательства, подтверждающие факт совместного проживания с Ф., однако истец данным правом не воспользовался.

Кроме того, довод ФИО1 о том, что с Ф. у него были очень близкие отношения, считали свой брак гражданским, совместно проживали длительное время, хотели зарегистрировать свой брак, опровергаются материалами дела.

Судом установлено, что брак с первой супругой у ФИО1 был расторгнут в 2009 г., что подтверждено пояснениями самого истца в ходе рассмотрения дела. Однако, суд принимает во внимание, что с указанного время, каких-либо мер на, направленных на регистрацию брака с Ф. предпринято не было, например, обращение с заявлением в органы ЗАГС.

Как следует из медицинской карты № стационарного больного Ф., предоставленной по запросу суда Городская больница №, Ф. была доставлена в инфекционное отделение 09.12.2021. Из содержащихся в указанной карте документов, усматривается, что при поступлении 09.12.2021 сознание у Ф. ясное, может идти. Документы, содержащиеся в медицинской карте, подписаны самой Ф. лично. Какие-либо данные о родственниках, их номера телефонов не указаны.

Таким образом, при поступлении в медицинское учреждение, будучи в сознании, осознавая, что больна, находится в медицинском учреждении, не сообщила медицинским работникам, кому следует позвонить, сообщить в какой она больнице находится, о состоянии ее здоровья, что в свою очередь, опровергает пояснения истца о наличии близких отношений между ним и Ф.

Кроме того, истец ФИО1 в судебном заседании пояснил, что 09.12.2021 Ф. была госпитализирована в больницу, но в какую именно он не помнит. В больницу передать ей что-либо он не ездил. О смерти Ф. он узнал, так как сам позвонил в больницу. Ни из больницы, ни из морга он ее не забирал, был только на кладбище.

Об отсутствии близких отношений, факта совместного проживания свидетельствуют и те обстоятельства, что с целью проведения почерковедческой экспертизы по ходатайству стороны ответчика, у ФИО1 были запрошены, имеющиеся подлинники подписи умершей Ф., однако истцом были представлены лишь договор возмездного оказания услуг от 19.01.2021, кассовый чек с приложением о приобретение дивана от 19.03.2021, содержащие лишь одну роспись Ф. При этом данные документы датированы 2021 г. При этом, предоставляя данные документы суду, истец пояснил, что иных документов нет. Каких-либо документов за предыдущие 18 лет совместного проживания, содержащие подпись Ф. представлены не были, также, как и не были представлены такие доказательства, которые подтверждали бы факт совместного проживания, близкого общения, например, письма, смс-сообщения, распечатка телефонных соединений с абонентом, фотографии с детализацией дат за период проживания, показания свидетелей. Истцом ФИО1 не заявлялись ходатайства о вызове в судебное заседание свидетелей, ни оформленные в письменном виде, ни в устном виде в ходе судебного заседания. Истец не был лишен возможности представить доказательства его доводов. В связи с изложенным, суд приходит к выводу о недоказанности истцом факта совместного проживания более 20 лет с умершей Ф., и наличия волеизъявления последней на передачу ему спорной квартиры при жизни.

При этом суд принимает во внимание, что довод истца об оплате ЖКУ надлежащими доказательствами не подтвержден, квитанции об оплате спорной квартиры им не представлены. Оплата же ЖКУ после смерти Ф. подтверждает лишь тот факт, что договор дарения был составлен на случай смерти Ф.

Кроме того, суд критически относится к пояснениям истца ФИО1 по поводу принятия решения о заключении спорного договора носят противоречивый характер. Так, в ходе судебного заседания истец пояснял, что инициатива о заключении данного договора исходила от него, через знакомых он нашел юриста, который составил договор. В исковом же заявлении истец указывает, что они совместно приняли решение переоформить квартиру, так как Ф. часто болела и опасалась за свое здоровье, а наследников у нее не было.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, Ф. посещала медицинское учреждение ГУЗ «Городская клиническая больница № 2 г. Тула им. Е.Г. Лазарева» всего три раза: 09.11.2021 консультация врача – гинеколога, которым было рекомендовано сделать маммографию м/желез, 10.11.2021 Ф. сделана маммография, 24.11.2021 консультация врача – гинеколога.

Каких-либо иных медицинских документов, подтверждающих частые заболевания Ф. в материалах дела отсутствуют, и истцом ФИО1 таковых суду не представлено.

С выше установленными обстоятельствами, довод истца, о том, что, Ф. подписав договор дарения спорной квартиры, тем самым выразила свое волеизъявление на передачу прав на квартиру истцу, но не смогла оформить надлежащим образом по независящим от ее воли обстоятельствам вследствие болезни, и впоследствии смерти, суд находит необоснованным и оценивает критически.

В совокупности с выше изложенными обстоятельствами, суд также принимает во внимание, что подпись и расшифровка подписи Ф. в представленном договоре дарения визуально отличается от ее подписи и расшифровки подписи в нотариальном деле к имуществу умершей ее матери Ф.Л., а также в медицинских документах ГБ №, куда Ф. была доставлена каретой скорой помощи. Так, при визуальном исследовании, совместно со сторонами по делу, расшифровка подписи и сама подпись Ф. в представленном истцом договоре дарения, отличается от почерка Ф. при написании ФИО и проставлении подписи в нотариальном деле, в медицинской карте, выполненными Ф. лично. При этом, довод истца ФИО1, что почерк за такое количество времени мог поменяться, судом отклоняются, поскольку подписи и их расшифровка в нотариальном деле датированы датами 25.03.2021, 03.09.2021, в медицинской карте подпись датирована 09.12.2021 г., а договор дарения составлен 01.12.2021 г.

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в совокупности, руководствуясь положениями законодательства, применимого к спорным правоотношениям, суд приходит к выводу о том, что договор дарения 01.12.2021 г. действительно не подлежал государственной регистрации в силу закона, однако, переход права собственности на спорную квартиру на основании данного договора дарения к одаряемому подлежал государственной регистрации, вместе с тем, при жизни даритель Ф. и одаряемый Г. за регистрацией перехода права собственности по данному договору не обращались, регистрация перехода права собственности по договору дарения спорного жилого помещения не была произведена в установленном законом порядке, доказательств, подтверждающих, что государственная регистрация перехода права собственности не была произведена по не зависящим от воли сторон обстоятельствам материалы дела не содержат. При этом, сам по себе факт подписания договора дарения, совершенного в простой письменной форме, акта приема-передачи, по мнению суда, не свидетельствует о волеизъявлении дарителя на государственную регистрацию перехода права собственности по договору дарения на спорную квартиру к одаряемому. Доказательств волеизъявления Ф. на передачу квартиры ФИО1 в собственность при ее жизни, суду не представлено. Факт совместного проживания истца ФИО1 с дарителем Ф. более 20 лет в гражданском браке, не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела, а подпись Ф. (дарителя) в договоре дарения при визуальном осмотре отличается от подписи, проставленной в документах: наследственном деле, медицинской карте, которые не вызывают у суда сомнений.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что у истца право собственности в отношении спорной квартиры после смерти дарителя ни как у одаряемого, ни как у наследника в силу приведенных выше положений закона не возникло.

В соответствии с п. 1 ст. 1151 ГК РФ в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158), имущество умершего считается выморочным.

В порядке наследования по закону в собственность городского или сельского поселения, муниципального района (в части межселенных территорий) либо городского округа переходит следующее выморочное имущество, находящееся на соответствующей территории: жилое помещение; земельный участок, а также расположенные на нем здания, сооружения, иные объекты недвижимого имущества; доля в праве общей долевой собственности на указанные в абзацах втором и третьем настоящего пункта объекты недвижимого имущества.

Если указанные объекты расположены в субъекте Российской Федерации - городе федерального значения Москве, Санкт-Петербурге или Севастополе, они переходят в собственность такого субъекта Российской Федерации.

Жилое помещение, указанное в абзаце втором настоящего пункта, включается в соответствующий жилищный фонд социального использования.

Иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.

Учитывая, что каких-либо наследников после смерти Ф. судом не установлено, договор дарения сторонами не исполнен, то спорная квартира, расположенная по адресу <адрес>, принадлежащая наследодателю Ф., является выморочным имуществом и в соответствии с действующим законодательством должно перейти в собственность муниципального образования г. Тула.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать.

Встречные исковые требования администрации г. Тула удовлетворить.

Признать квартиру, расположенную по адресу: <...> выморочным имуществом.

Признать право муниципальной собственности на квартиру расположенную по адресу: <...>, в порядке наследования по закону.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 26 сентября 2022 года.

Председательствующий А.В. Бабина