Решение по делу № 2-549/2025 от 17.04.2025 - о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки.

Дело № 2-549/2025

УИД 13RS0025-01-2024-003102-38

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 17 апреля 2025 г.

Октябрьский районный суд г. Саранска Республики Мордовия в составе

судьи Салахутдиновой А.М.,

при секретаре судебного заседания Ладыгиной И.В.,

с участием:

истца ФИО1 и ее представителя ФИО6, действующего на основании части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации согласно письменному заявлению истца,

ответчика – акционерного общества «ТБанк»,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «ТБанк» о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к акционерному обществу «ТБанк» (далее – АО «ТБанк») о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указано, что 22 октября 2024 г. неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, действуя из корыстных побуждений, получило доступ к охраняемой законом информации, а именно личному кабинету истца на Едином портале государственных услуг и функций (ЕПГУ), что привело к блокированию и модификации компьютерной информации, после чего, используя модифицированную информацию, совершило умышленные действия, направленные на хищение с банковских карт (счетов) ФИО1 и ФИО3 денежных средств в общей сумме 1 581 000 руб. Так, неизвестное лицо 22 октября 2024 г. заключило от имени ФИО1 договор о выпуске и обслуживании кредитной карты <..> с АО «ТБанк» и произвело со счета кредитной карты перевод на счет, выпущенной на ее имя дебетовой карты <..> на сумму 190 000 руб., а также произвело уплату страховых тарифов и комиссий банка за выдачу кредита, всего на сумму 198 186 руб. 77 коп. Однако довести свои преступные деяния до конца, а именно похитить находившиеся на счете денежные средства в размере 190 000 руб., неизвестное лицо не смогло по независящим от него причинам, поскольку по заявлению истца операции по распоряжению денежными средствами были заблокированы. 22 октября 2024 г. ФИО1 и ФИО3 обратились с заявлениями в УМВД России по го Саранск и 30 октября 2024 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 272 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ), а 31 октября 2024 г. – уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 30, частью 2 статьи 272, пунктом «б» части 4 статьи 158 УК РФ. Поскольку в результате совершения мошеннических действий неустановленного лица, в отсутствие надлежащей проверки соответствующих операций, без надлежащего волеизъявления ФИО1, АО «ТБанк» заключило кредитный договор и предоставило денежные средства, полагает, что указанные сделки, совершенные под влиянием обмана, являются недействительными (ничтожными).

Ссылаясь на указанные обстоятельства, просила признать недействительным (ничтожным) договор о выпуске и обслуживании кредитной карты <..>, заключенный между банком и ФИО1, и применить последствия недействительности ничтожной сделки в следующем виде: прекратить обязательства ФИО1 перед банком по возврату денежных средств в рамках соответствующего кредитного обязательства, в том числе по уплате основного долга, процентов за пользование кредитом, штрафов, пеней, неустоек либо иных финансовых санкций; возвратить банку остаток денежных средств, находящихся на счете заблокированной дебетовой карты <..>, открытой на имя ФИО1

В письменном отзыве на исковое заявление от 31 марта 2025 г. представитель ответчика – АО «ТБанк» ФИО4, действующий на основании доверенности от 25 марта 2024 г. <..>, просил в иске к банку отказать в полном объеме, поскольку 6 января 2024 г. истец собственноручно подписал заявление-анкету, в которой выразил согласие на присоединение к условиям комплексного обслуживания физических лиц (далее - УКБО) и заключение договора расчетной карты <..>. 22 октября 2024 г. истец, войдя в личный кабинет посредством мобильного приложения Банка и PIN-кода, обратился с заявкой на заключение договора кредитной карты <..>. Банк акцептовал заявку истца на заключение договора кредитной карты <..>, проведя операцию по соответствующему договору. При совершении попытки внешнего перевода банк заблокировал карты и возможность совершения операций в личном кабинете истца, а также остановил операцию. В ходе проведения претензионной работы банком было предложено истцу отменить совершенный перевод с кредитной на расчетную карту, однако истец отказался. Так, банк выполнил необходимые действия и сохранил денежные средства на счете истца. Учитывая, что истец обратился в банк с сообщением о совершении в отношении него мошеннических действий после наступления окончательности операций, ввиду чего банк в соответствии с требованиями действующего законодательства не имел возможности их отменить. Таким образом, отсутствуют основания для признания договора кредитной карты <..> недействительным, а задолженности истца – отсутствующей. По состоянию на 22 марта 2025 г. задолженность по договору составляет 177 368 руб. 69 коп. Однако, в случае признания сделки недействительной, в рамках реституции банк обязан вернуть проценты, а истец – вернуть банку сумму основного долга (т.3 л.д.1-7).

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснив также, что она никакие деньги и кредитные карты в банке не брала, согласия своего не давала, от банка никаких смс-сообщений и звонков не получала, перевод денежных средств произошел в результате мошеннических действий. О том, что от ее имени с банком заключен договор кредитной карты, она узнала только вечером 22 октября 2024 г., находясь в полиции, после звонка в АО «ТБанк», сама она ничего не блокировала. На ее первоначальное требование все отменить и расторгнуть договор, очистив кредитную историю, банк ответил отказом. В дальнейшем сотрудники полиции рекомендовали ей не соглашаться на отмену совершенного перевода, т.к. данный кредит она не брала.

В судебном заседании представитель истца ФИО6 требования своего доверителя поддержал, которые просил удовлетворить в полном объеме, пояснив также, что в результате мошеннических действий неустановленных лиц на телефон истца была дистанционно установлена вредоносная программа, позволяющая без ведома ФИО1 получать сведения, дистанционно обращаться в банки. Приходившие смс, пароли истец не видел, т.к. экран телефона был черным, заблокированным, т.е. управление телефоном истца было перехвачено иными лицами и ФИО1 ничего не могла сделать, в том числе видеть какую-либо информацию. До настоящего времени телефон невозможно восстановить, в связи с чем истец приобрел новые номер и телефон. Поскольку счет истца был заблокирован, доступ в личный кабинет АО «ТБанк» аннулирован, вернуть денежные средства в размере 190 000 руб., которыми истец не пользуется, возможности не имелось.

В судебное заседание представитель ответчика – АО «ТБанк» не явился, в письменном отзыве на исковое заявление представитель ФИО4 просил рассмотреть дело в отсутствие представителя банка по причине отсутствия у него возможности явиться в суд ввиду территориальной удаленности суда.

Учитывая, что согласно статье 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) реализация участниками гражданского судопроизводства своих прав не должна нарушать права и охраняемые законом интересы других участников процесса на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, суд на основании статьи 167 ГПК РФ приходит к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившегося представителя ответчика, поскольку его неявка не является препятствием к разбирательству дела по имеющимся в деле доказательствам.

Суд, выслушав объяснения истца и его представителя, исследовав письменные материалы дела, оценив в совокупности представленные доказательства и рассмотрев дело в пределах заявленных исковых требований, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Как разъяснено в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

В силу пункта 1 статьи 433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Исходя из требований статьи 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности.

Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма. Если стороны договорились заключить договор в определенной форме, он считается заключенным после придания ему условленной формы, хотя бы законом для договоров данного вида такая форма не требовалась. Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго пункта 1 статьи 160 настоящего Кодекса (пункты 1, 2 статьи 434 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами. Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Пунктом 1 статьи 819 ГК РФ, предусмотрено, что по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.

В случае предоставления кредита гражданину в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (в том числе кредита, обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой), ограничения, случаи и особенности взимания иных платежей, указанных в абзаце первом данного пункта, определяются законом о потребительском кредите (займе).

В силу пункта 1 статьи 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

На основании пункта 1 статьи 854 ГК РФ списание денежных средств со счета осуществляется банком на основании распоряжения клиента.

Как следует из пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ «Об электронной подписи» простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Согласно пункту 2 статьи 6 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ «Об электронной подписи» информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия.

Поскольку законодательство Российской Федерации допускает заключение кредитного договора путем использования кодов, паролей или иных средств подтверждения факта формирования электронной подписи, проставление электронной подписи в заявке на предоставление кредита и в актах банка, устанавливающих условия кредитования и тарифы, расценивается как проставление собственноручной подписи.

Кредитный договор могут признать незаключенным в тех же случаях, когда считается незаключенным любой другой договор, в частности, если стороны не согласовали все существенные условия договора в требуемой форме.

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительной выдачи банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России 27 сентября 2018 г. N ОД-2525, к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

В силу пункта 6 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 апреля 2019 г.), согласно статьи 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Юридически значимым при наличии доводов клиента банка является:

- наличие воли на заключение кредитного договора (с высокой степенью вероятности действия мошенников),

- надлежащее, на русском языке и на основе кириллицы, информирование потребителя об условиях кредитования и конкретном содержании кредитного договора до его подписания,

- добросовестность и осмотрительность банка, извлекающего повышенную прибыль из облегченного распространения кредитного продукта (меры предосторожности при необычности времени, места и используемого устройства, мгновенном перечислении кредитных средств на чужой счет - способы подтверждения воли вплоть до вызова в офис банка).

Порядок и условия предоставления потребительского кредита урегулированы Федеральным законом от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее по тесту - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 статьи 5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 статьи 5).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в части 9 статьи 5 данного федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (часть 6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным федеральным законом (часть 14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Как следует из представленных материалов и установлено судом, 10 января 2024 г. между АО «ТБанк» и ФИО1 путем акцепта банком оферты заключен универсальный договор, в рамках которого заключен договор расчетной карты <..> (т.3 л.д.8-9).

Из договора следует, что он включает в себя в качестве неотъемлемых составных частей заявление-анкету, тарифы по тарифному плану и условия комплексного банковского обслуживания физических лиц (далее УКБО). В разделе «Контактные данные» заявления-анкеты указан номер телефона <***>.

В соответствии с пунктом 2.7 УКБО для заключения отдельных договоров в рамках уже заключенного универсального договора клиент предоставляет в банк заявку, оформленную, в том числе через каналы дистанционного обслуживания с использованием аутентификационных данных и/или подписанную простой электронной подписью в порядке, определяемом названными условиями; введение (сообщение банку) клиентом аутентификационных данных при оформлении заявки и/или предоставление банку заявки, подписанной простой электронной подписью, означает заключение между банком и клиентом договора на условиях, изложенных в заявке и соответствующих общих условиях, в том числе, если речь идет о кредитном договоре, договоре кредитной карты или договоре счета, по которому предоставляется разрешенный овердрафт, подтверждение клиентом на соответствующую дату того, что ему предоставлены индивидуальные условия договора и понятна информация о полной стоимости кредита; при этом, реквизиты заключенного договора, в том числе реквизиты счета могут быть предоставлены клиенту через каналы дистанционного обслуживания (т.3 л.д.22-41).

22 октября 2024 г. от имени ФИО1 в АО «ТБанк» подано заявление-анкета, в котором заявлено о заключении с истцом договора кредитной карты <..> и просьба выпустить кредитную карту с лимитом задолженности 199 000 руб., максимальный лимит задолженности – 1 000 000 руб. (т.3 л.д.11-12).

Исходя из отзыва АО «ТБанк» на исковое заявление, 22 октября 2024 г. в 08:35:11 был осуществлен вход в личный кабинет истца посредством мобильного приложения банка с характерного IP адреса и устройства истца. При этом был верно введен PIN-код, установленный для входа в личный кабинет.

В рамках данной сессии 22 октября 2024 г. в 08:36 заявке истца на заключение договора кредитной карты <..> был присвоен статус «Утверждено». Договор кредитной карты <..> был подписан путем ввода кода из СМС, направленного на мобильный номер истца. Перед подписанием указанного договора, он был показан клиенту в мобильном приложении, а после подписания – направлен в чате. Истец в личном кабинете мобильного приложения банка, ознакомившись с условиями договора, использовал аналог собственноручной подписи и в порядке, предусмотренном пунктом 14 статьи 7 Федерального закона от 21 декабря 2013 г. N 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» и пункта 2.7 УКБО, а именно нажав на кнопку «Подписать», подтвердил, что ему предоставлены условия договора и понятна отображенная информация.

В рамках этой же сессии с использованием кредитной карты истца посредством мобильного приложения была осуществлена следующая операция:

22 октября 2024 г. в 08:37:46 внутрибанковский перевод на договор расчетной карты истца <..> в размере 190 000 руб.

22 октября 2024 г. в 09:01 при попытке совершения перевода в размере 50 000 руб. с договора расчетной карты <..> по номеру телефона <..> карта и возможность совершения расходных операций в личном кабинете истца были заблокированы автоматической системой мониторинга операций банка.

В ходе разговора с сотрудником банка для проверки подозрительной операции истец не подтвердил указанную операцию и сообщил, что третьи лица получили доступ к личному кабинету истца в сервисе «Госуслуги» и оформили вышеуказанную заявку на кредитную карту. Банком был произведен сброс пароля и привязок к устройствам истца.

Таким образом, денежные средства в размере 190 000 руб., переведенные с договора кредитной карты <..>, были сохранены на договоре расчетной карты истца <..>.

Согласно отчету отправленных уведомлений от 22 октября 2024 г. на номер телефона <..> направлены сообщения:

- SMS: «Отправка GeoPush сообщений по операциям», время отправки – 8:13,

- SMS: «Отправка GeoPush сообщений по операциям», время отправки – 8:13,

- SMS: «Вы активируете кредитный продукт. Никому не говорите код ****!», время отправки – 8:36,

- PUSH: «Перевод на 194 350 руб., карта *5028. Доступно 4650 руб.», время отправки – 8:37,

- PUSH: «Отправили документы по вашей кредитной карте в чат», время отправки – 8:42,

- PUSH: «Подтвердите перевод на сумму 50 000 руб. на ваш счет в другой банк», время отправки – 9:00,

- PUSH: «Отказ на 50 000 руб., счет RUB. Переводы», время отправки – 9:01,

- SMS: «Карты и доступ временно заблокированы службой безопасности. Ожидайте звонка или смс», время отправки – 9:01,

- SMS: «Карты и доступ временно заблокированы службой безопасности. Ожидайте звонка или смс», время отправки – 9:01,

- SMS: «Отправка GeoPush сообщений по операциям», время отправки – 22:50,

- SMS: «Присоединитесь к видеозвонку: t-videocalls.ru/m/GbdjTGiwGkmE», время отправки – 22:52,

- SMS: «Отправка GeoPush сообщений по операциям», время отправки – 22:54,

- SMS: «Присоединитесь к видеозвонку: t-videocalls.ru/m/ipRAnBVbdFZa», время отправки – 22:54,

- SMS: «Отправка GeoPush сообщений по операциям», время отправки – 22:55,

- SMS: «Отправка GeoPush сообщений по операциям», время отправки – 22:57 (т.3 л.д.20).

Как следует из детализации оказанных услуг связи за период с 22 октября 2024 г. по 22 октября 2024 г. по абонентскому номеру истца: <..>, выполненной в форме таблицы, имеющей столбцы с наименованиями: «дата, время, GMT*, номер, зона вызова, зона направления вызова/номер сессии, услуга, длительность/объем, стоимость руб. без НДС», 22 октября 2022 г. в 7:50 на номер истца был осуществлен интернет-звонок:Volte с абонентского номера <..>, поступило четыре SMS через интернет от госуслуги: 7:52, 7:53, 8:18, 8:58; поступило семь SMS через интернет от Т-Банк: 8:13:49, 8:13:53, 8:36, 9:01:14, 9:01:15, 9:01:15, 9:01:16 (т.1 л.д.165-166).

30 октября 2024 г. по заявлению истца вынесены постановления о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 272 УК РФ, о признании истца ФИО1 потерпевшей, в которых установлено, что 22 октября 2024 г. примерно в 07:53 неизвестное лицо, находясь в неустановленном месте, из корыстной заинтересованности, совершило неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации, а именно к личному кабинету ФИО1 на Едином портале государственных услуг и функций (ЕПГУ) «Госуслуги», что привело блокирование и модификацию компьютерной информации (т.1 л.д.11,12-13).

Кроме того, постановлением от 31 октября 2024 г. возбуждено уголовное дело по признакам преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 272, частью 3 статьи 30, пункту «б» части 4 статьи 158 УК РФ, в котором установлено, что 22 октября 2024 г. неизвестное лицо совершило умышленные действия, непосредственно направленные на хищение с банковских счетов, принадлежащих ФИО3 и ФИО1 денежных средств в сумме 1 581 430 руб., в результате чего последним мог быть причинен материальный ущерб в особо крупном размере, но преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам, однако смогло похитить денежные средства с банковской карты АО «ТБанк» <..> в сумме 266 000 руб., принадлежащей ФИО3, а также 689 430 руб. с различных банковских счетов, принадлежащих ФИО1 (л.д.10).

Из письменных объяснений ФИО1 от 22 октября 2024 г. следует, что 22 октября 2024 г. в 07 час. 48 мин. на ее сотовый телефон позвонил неизвестный мужчина с номера телефона <..>, который представился сотрудником пенсионного фонда и пояснил, что необходимо прийти в отделение пенсионного фонда, но для упрощения процедуры он предложил провести онлайн-запись, на что она согласилась. Ей СМС-сообщением был прислан четырехзначный код и шестизначный код, которые она назвала мужчине. После этого, в 08:10 ей позвонили через мессенджер «Ватсап» с номера телефона <..> и сообщили, что мошенники получили доступ к ее учетной записи на портале госуслуг и для пресечения противоправных действий в отношении нее необходимо открыть счет в АО «Газпромбанк», при этом она не уточняла, для каких целей это нужно сделать. После этого ей также сказали, что необходимо установить на телефон приложение для блокировки мошенников. Файл с данной программой ей прислали в мессенджере «Ватсап». Она установила «Kaspersky_187CBRF.apk». После этого на телефоне появилось сообщение о проведении технических работ, которое впоследствии исчезло. Далее неизвестные просили ее не отключать телефон и быть на связи для своевременного получения необходимой информации. Позже она поняла, что стала жертвой мошеннических действий и заблокировала свои счета. Действиями мошенников ей причинен материальный ущерб на общую сумму 689 430 руб., что является для нее значительной суммой, т.к. ее заработная плата составляет 50 000 руб. (т.2 л.д.164).

Из протокола допроса потерпевшего ФИО1 от 12 ноября 2024 г. также усматривается, что она продиктовала пришедшие ей на телефон четырехзначные и шестизначные коды звонившему ей мужчине. Впоследствии, после того, как мужчина сказал, что ей также необходимо установить на принадлежащий ей мобильный телефон приложение для блокировки мошенников, с абонентского номера <..> ей прислали в мессенджере «Ватсап» данный файл, нажав на который она установила на свой телефон приложение «Kaspersky_187CBRF.apk». Позднее ей стало известно, что на ее имя оформлена кредитная карта АО «ТБанк» с кредитным лимитом в размере 190 000 руб. Данные денежные средства были переведены на ее дебетовую банковскую карту АО «ТБанк», которые остались на принадлежащем ей счете (т.2 л.д.190-194).

Исходя из протокола осмотра документов (предметов) от 29 октября 2024 г., объектом осмотра является телефон марки «Redmi9», имеющий различные приложения, в ходе просмотра которых за 22 октября 2024 г. имеются входящие и исходящие вызовы с абонентского номера <..>. При просмотре приложения «Ватсап» обнаружено сообщение, в котором вложен файл «Kaspersky_187CBRF.apk». Данный файл был скопирован на стендовый компьютер и исследован, в результате которого было установлено, что он является исполняемым, устанавливает приложение для системы Android, а именно – поддельное приложение антивируса Касперского. При проверке данного установочного файла антивирусной программы «Dr.Web Cureln» обнаружены две угрозы: файлы «classes.dex» и «rizaiprotect.arsc», упакованные в данный файл. Также данный установочный файл был проверен на сайте virustotal.com, где он определяется как вредоносная программа (т.2 л.д.175-176).

Согласно заключению эксперта группы компьютерных экспертиз отдела специальных экспертиз ЭКЦ МВД по Республике Мордовия №1501 от 7 апреля 2025 г. по материалам уголовного дела №12401890028001355, возбужденного 31 октября 2024 г., на представленном CD-R диске имеется файл с именем «kaspersky_187CBRF.apk» и каталог с именем «kaspersky_187CBRF». В соответствии с информацией, указанной в фабуле постановления, проводилось исследование файла с именем «kaspersky_187CBRF.apk», каталог с именем «kaspersky_187CBRF» не исследовался.

Файл с именем «kaspersky_187CBRF.apk» определяется антивирусными программами, указанными в исследовательской части, как вредоносный. Вид угроз описывается как «Вредоносная программа, предназначенная для ведения электронного шпионажа за пользователем (вводимая с клавиатуры информация, снимки экрана, список активный приложений и т.д.). Найденная информация передается злоумышленнику. Для передачи данных «хозяину» могут быть использованы электронная почта, FTP, НТТР (посредством указания данных в запросе) и другие способы».

Файл с именем «kaspersky_187CBRF.apk» относится к установочным и используется операционными системами мобильных телефонов на базе Android для распространения и установки мобильных приложений, мобильных игр и промежуточного программного обеспечения. Данный файл устанавливает мобильное приложение, атрибутирующее себя как «Кaspersky». Логотип и название, используемое вышеуказанным приложением, имеет сходство с антивирусными приложениями компании АО «Лаборатория Касперского».

Специальные возможности, исключения для установленного приложения «kaspersky_187CBRF.apk»: получение информации о том, какие действия выполняются в приложении, анализ содержимого активного окна, выполнение жестов нажатия, пролистывания, масштабирования и т.д.

Разрешения приложения «kaspersky_187CBRF.apk»: камера, контакты, местоположение, микрофон, память, телефон и SMS (т.3 л.д.47-54).

Поскольку компьютерная экспертиза была назначена в рамках уголовного дела, при ее проведении эксперт предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения (т.3 л.д.46), выводы эксперта сторонами не опровергнуты, суд признает заключение эксперта №1501 от 7 апреля 2025 г. надлежащим доказательством по настоящему делу.

В заявлении от 19 ноября 2024 г. ФИО1 просила АО «ТБанк» расторгнуть заключенный между сторонами договор о выпуске и обслуживании кредитной карты <..> с лимитом 199 000 руб., поскольку в результате мошеннических действий без ее ведома через мобильное приложение был заключен оспариваемый договор, при этом распоряжение на получение кредитной карты, тем более, о списании или перечислении кому-либо денежных средств она не давала (т.1 об.ст. л.д.83-84).

Исходя из переписки в личном кабинете, представленной ответчиком:

30 ноября 2024 г. - оператор: «Здравствуйте! К нам поступило обращение с просьбой отменить перевод от 22 октября 2024 г. в размере 190 000 руб. с кредитной карты <..> на дебетовую <..>. Уточните, вы согласны на отмену перевода?».

1 декабря 2024 г. – ФИО8: «Здравствуйте. Не нужно. Дело передано в суд».

Ассистент поддержки: «Не уверен, что понял вас. Можете переформулировать вопрос?».

ФИО9 «Здравствуйте. Не Нужно. Дело передано в суд».

Оператор: «Я передал команде новую информацию. О решении сообщим в виде PUSH или СМС, когда все проверим» (т.3 л.д.21).

В сообщении от 6 декабря 2024 г. АО «ТБанк» указало, что в результате проверки поступившей информации о том, что истец не оформлял кредитную карту, установлено, что необходимые документы были подписаны электронно, а это возможно только при наличии полного доступа к устройству потребителя, на которое установлено приложение Т-банка. Перевод был совершен на дебетовую карту. Деньги были сохранены. На предложение отменить перевод, получили отказ, в связи с чем сумма оставлена не дебетовом счете. Единственный шанс вернуть деньги – обращение в полицию (т.1 л.д.114).

Из представленной справки о движении средств от 17 марта 2025 г. по договору <..> от 22 октября 2024 г., заключенному с ФИО1, за период с 17 сентября 2024 г. по 17 марта 2025 г. ежемесячно производятся списания денежных средств на погашение просроченной задолженности, процентов по кредиту, штрафа за неоплату минимального платежа, платы за программу страховой защиты, платы за обслуживание (т.1 л.д.163-164).

Как указывает ответчик в отзыве на исковое заявление, по состоянию на 31 марта 2025 г. доступный остаток по договору расчетной карты составляет 147 441 руб. 54 коп., задолженность по договору по состоянию на 22 марта 2025 г. – 177 368 руб. 69 коп.

Таким образом, как следует из материалов дела и установлено судом, 22 октября 2024 г. в отношении ФИО1 совершены мошеннические действия неустановленными лицами. Так, неизвестное лицо, представившись сотрудником пенсионного органа и, введя в заблуждение относительно упрощения процедуры переоформления права на получение денежных средств вместо лекарств путем проведения онлайн-записи, с помощью смс-кода получило доступ к личному кабинету на сайте «Госуслуги». После получения информации о том, что личный кабинет на сайте «Госуслуги» был взломан и необходимо провести проверку с установлением антивирусной программы «Касперский», истец перешел по ссылке и установил указанное приложение. После этого у ФИО1 был заблокирован телефон с сим-картой и поступающие СМС-сообщения она не видела.

Тем самым, неизвестные лица, взломав личный кабинет истца на сайте «Госуслуги» и активировав вредоносное программное обеспечение на телефоне истца, получили неправомерный доступ к охраняемой законом информации, имея возможность от имени истца заходить в личные кабинеты истца в банках, подавать заявки на получение кредита и заключать кредитные договоры, без ведома ФИО1 В связи с чем направляемые АО «ТБанк» на принадлежащее истцу устройство СМС-сообщения, содержащие коды верификации и аутентификации клиента, а также для подписания договора кредитной карты и подтверждения операции по переводу денежных средств, ФИО1 не получала.

Обратившись в суд с иском, ФИО1 указала, что она никакого согласия (волеизъявления) на заключение кредитного договора и предоставление ей денежных средств, а в последствии распоряжении ними не давала. Информация об условиях кредитного договора непосредственно ей до заключения кредитного договора банком не предоставлялась, с соответствующей информацией она не знакомилась, номер телефона, с которого отправлялись СМС-сообщения в банк, содержащие простую электронную подпись в подтверждение юридически значимых действий, ей не принадлежит.

Не согласившись с доводами истца, ответчик настаивает на том, что 22 октября 2024 г. клиент осуществил вход в личный кабинет посредством мобильного приложения банка с характерного устройства клиента и IP адреса. В рамках данной сессии клиент обратился с заявкой на заключение договора кредитной карты, заявке был присвоен статус «Утверждено». Банк акцептовал заявку клиента на заключение договора, проведя внутрибанковский перевод на договор расчетной карты истца. При этом банк не имел права отменить оспариваемые клиентом операции.

Суд не может согласиться с доводами возражений ответчика, поскольку совокупность последовательных действий, совершенные в краткосрочный период времени (направление заявки в мобильном приложении банка на получение кредита 22 октября 2024 г. и попытка перевода денежных средств спустя несколько минут после получения кредитных средств с договора расчетной карты, обращение в банк о совершенных мошеннических действиях в тот же день – 22 октября 2024 г., в том числе правоохранительные органы), свидетельствует о том, что истец не имел волеизъявления на заключение договора кредитной карты, не совершал юридически значимых действий на его заключение с АО «ТБанк» и последующий перевод денежных средств.

Позицию ответчика о том, что банк не имел права отменить оспариваемые клиентом операции, суд находит несостоятельной, поскольку действия в мобильном приложении банка осуществлялись одномоментно посредством использования стороннего приложения, установленного истцом под влиянием обмана неустановленных лиц, в результате которого оформлен договор кредитной карты, осуществлена попытка перевода денежных средств.

Согласно пункту 1.11 Положения Банка России от 24 декабря 2004 г. N 266-П «Об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием» внутрибанковские правила в зависимости от особенностей деятельности кредитной организации должны содержать, в частности, систему управления рисками при осуществлении операций с использованием платежных карт, включая порядок оценки кредитного риска, а также предотвращения рисков при использовании кодов, паролей в качестве аналога собственноручной подписи (далее - АСП), в том числе при обработке и фиксировании результатов проверки таких кодов, паролей.

Таким образом, банк несет риски при использовании кодов, паролей в качестве аналога собственноручной подписи при заключении кредитных договоров.

Заключение договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдении не только формальных процедур выдачи кредита, но и предоставления клиенту предусмотренной законом необходимой информации о кредитном продукте, принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронном виде.

Аналогичные позиции выражены в определениях судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 17 января 2023 г. N 5-КГ22-121-К2, от 23 мая 2023 г. N 85-КГ23-1-К1, от 29 августа 2023 г. N 9-КГ23-10-К1, от 28 ноября 2023 г. N 67-КГ23-14-К8.

С учетом изложенного, суд отклоняются доводы ответчика о том, что банк не может нести ответственность как исполнитель услуги.

Таким образом, в нарушение требований статьи 820 ГК РФ письменная форма кредитного договора между его указанными сторонами не была соблюдена, поскольку договор кредитной карты истец не подписывал, каких-либо обязательств на себя по данному договору не принимал, а, следовательно, договор, подписанный от имени истца, является недействительным (ничтожным).

Правомерность использования кредитным учреждением простой электронной подписи как аналога собственноручной подписи при взаимодействии с клиентами подтверждается нормативно-правовыми положениями, изложенными в Федеральном законе от 6 апреля 2011 г. N 63-ФЗ «Об электронной подписи», статьях 160, 434 ГК РФ.

Тем не менее, указанная форма заключения кредитного договора предполагает наличие волеизъявления лица, дающего согласие на его заключение, и получение денежных средств.

Кредитный договор, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его обозначенными сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявление истца на возникновение кредитных правоотношений.

Заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В нарушение приведенных норм права ответчиком не доказано, что истец был ознакомлен с условиями договора кредитной карты, согласовывал индивидуальные условия договора, оформлял заявление на предоставление кредита, подписывал эти документы, в том числе простой электронной подписью.

То обстоятельство, что денежные средства поступили по внутрибанковскому переводу на договор расчетной карты истца, не свидетельствуют о заключении договора кредитной карты на условиях в нем отраженных.

В данном случае, несмотря на видимое соблюдение установленных процедур, не исключена возможность заключения кредитного договора посредством дистанционного банковского обслуживания от имени клиента, но фактически другим лицом, что свидетельствует о том, что процедура аутентификации и идентификации клиента имеет пороки, что не позволяет утверждать о том, что заключение договора кредитной карты было надлежащим образом подтверждено со стороны клиента.

На основании изложенного, суд считает необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить и признать договор о выпуске и обслуживании кредитной карты <..> от 22 октября 2024 г., заключенный от имени ФИО1 с АО «ТБанк», недействительным с момента его заключения.

Сама по себе передача кода для доступа в личный кабинет на сайте «Госуслуги», основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований не является, т.к. ФИО1, будучи введенной в заблуждение, передала код неустановленному лицу, действующему от имени сотрудника пенсионного органа для иных целей, отличных от заключения договора кредитной карты. Истец смс-паролей, направленных банком на его номер телефона, никому не сообщал, их не получал, обратное ответчиком не доказано, доказательств нарушения истцом правил УКБО материалы дела также не содержат.

С учетом того, что договор кредитной карты истцом не заключался, суд применяет последствия недействительности сделки в виде освобождения истца от обязательств по оспариваемому договору.

Поскольку сумма кредита была использована самим ответчиком на погашение обязательств, несмотря на получение сведений о совершении мошеннических действий и возбуждении уголовного дела, соответственно, в распоряжение истца сумма кредита по данному договору кредитной карты не поступила. На счете имеется остаток денежных средств по состоянию на 17 апреля 2025 г. (дата вынесения решения) в сумме 139 911 руб. 01 коп. (т.3 л.д.55) и, учитывая, что данные средства являются остатком зачисленных кредитных денежных средств, в качестве последствия недействительности сделки суд считает также возможным применить признание права ответчика на возврат указанной суммы.

Между тем, вопреки доводам возражений ответчика, оснований для применения двусторонней реституции и взыскания с истца в пользу ответчика суммы основного долга не имеется, поскольку, как установлено судом, ФИО1 денежные средства в размере 190 000 руб. не получала.

В силу частей 1 и 2 статьи 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (ИНН: <..>) к акционерному обществу «ТБанк» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>) о признании договора недействительным и применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать договор о выпуске и обслуживании кредитной карты <..> от 22 октября 2024 г., заключенный между акционерным обществом «ТБанк» и ФИО1, недействительным.

Применить последствия недействительности сделки в виде прекращения обязательства ФИО1 перед акционерным обществом «ТБанк» по возврату денежных средств в рамках соответствующего кредитного обязательства по договору о выпуске и обслуживании кредитной карты <..> от 22 октября 2024 г., в том числе по уплате основного долга, процентов за пользование кредитом, штрафов, пеней, неустоек либо иных финансовых санкций, и признания права акционерного общества «ТБанк» на возврат доступных денежных средств на карте банка <..>, держателем которой является ФИО1, по состоянию на 17 апреля 2025 г. в размере 139 911 (сто тридцать девять тысяч девятьсот одиннадцать) рублей 01 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путём подачи жалобы через Октябрьский районный суд г.Саранска Республики Мордовия.

Судья Октябрьского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия А.М. Салахутдинова

Мотивированное решение составлено 18 апреля 2025 г.

Судья Октябрьского районного суда

г. Саранска Республики Мордовия А.М. Салахутдинова