Судья Подыниглазов В.В.

Дело № 22-4435/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 14 августа 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Воронова Ю.В.,

судей Жихаревой А.А. и Чащухиной Л.В.,

при секретаре Астаповой М.С.,

с участием прокурора Левко А.Н.,

осужденного ФИО1, адвоката Власовой В.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по ФИО1 по его апелляционной жалобе на приговор Индустриального районного суда г. Перми от 04 июля 2022 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, судимый:

16 января 2008 года Миасским городским судом Челябинской области (с учетом постановления Златоустовского городского суда Челябинской области от 24 июня 2011 года) по п. «б» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69, ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ к 5 годам 5 месяцам лишения свободы;

26 февраля 2008 года Миасским городским судом Челябинской области (с учетом постановления Златоустовского городского суда Челябинской области от 24 июня 2011 года) п. «а» ч. 3 ст.158 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69, ч. 5 ст. 69 УК РФ к 5 годам 7 месяцам лишения свободы, освобожденный 28 марта 2014 года по отбытию наказания;

26 января 2016 года Троицким городским судом Челябинской области по п. «в» ч. 4 ст. 162, ч. 4 ст. 111 УК РФ, в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ к 14 годам лишения свободы;

31 августа 2018 года Октябрьским районным судом г. Иваново по п. «в» ч. 2 ст. 158, ч. 2 ст. 159, ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 159 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 14 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год;

25 февраля 2021 года Свердловским районным судом г. Перми (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением Пермского краевого суда от 08 августа 2023 года) по ч. 1 ст. 159 (шесть преступлений), ч. 2 ст. 159 (девятнадцать преступлений), п. «г» ч. 3 ст. 158 (девять преступлений) УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ к 5 годам лишения свободы, в силу ст. 70 УК РФ к 14 годам лишения свободы с ограничением свободы на 1 год, с установлением ограничений и возложением обязанности являться в вышеуказанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации;

осужден:

по п. «г» ч. 3 ст.158 УК РФ к 3 годам лишения свободы за каждое из двух преступлений (в отношении Л1., Л2.),

п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 2 годам 10 месяцам лишения за каждое из четырех преступлений (в отношении Б1., К1., К2., Г1.),

ч. 2 ст. 159 УК РФ к 2 годам лишения свободы за каждое из двух преступлений (в отношении А., В.),

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний к 5 годам лишения свободы,

в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказания, назначенного в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ, с наказанием, назначенным по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года, - к 17 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима, с исчислением его срока со дня вступления приговора в законную силу, с ограничением свободы на 1 год, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального района, где ФИО1 будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности являться в вышеуказанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации;

в силу п. 2 ч. 5 ст. 302, ч. 3 ст. 308 УПК РФ освобожден от отбывания наказания, назначенного по ч. 1 ст. 159 УК РФ в виде 1 года лишения свободы, в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

постановлено:

взыскать с ФИО1 в счет возмещения имущественного ущерба в пользу: А. – 8000 рублей; Л1. – 17000 рублей; Л2. – 27500 рублей; Г1. – 2380 рублей; В. – 40776 рублей; К1. – 4750 рублей; Б1. – 9018 рублей;

прекратить производство по гражданским искам С. в связи с ее отказом от иска, К2. – в связи с ее смертью;

решены вопросы о мере пресечения, зачете времени содержания под стражей и судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Воронова Ю.В., выступления осужденного ФИО1 и адвоката Власовой В.С. по доводам жалобы, мнение прокурора Левко А.Н. об изменении судебного решения, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным в хищении путем обмана денежных средств у С., в хищении денежных средств у А. и В., совершенных путем обмана, с причинением потерпевшим значительного ущерба.

Также он осужден за тайное хищение денежных средств у Б1., К1., К2., Г1., совершенных с банковского счета.

Кроме того, ФИО1 признан виновным в кражах с банковского счета денежных средств у Л1. и Л2., совершенных с причинением значительного ущерба гражданам.

Хищение имущества – денег у вышеуказанных жителей Пермского края ФИО1 совершены 16 февраля 2019 года, 13 и 25 мая 2019 года, 16 и 17 августа 2019 года, 22 августа 2019 года при отбывании им наказания в ФКУ ИК № 18 ГУФСИН России по Челябинской области при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный ФИО1, находя приговор незаконным и несправедливым, поставил вопрос об его отмене в связи с нарушением уголовно-процессуального закона, несоответствием выводов суда, фактическим обстоятельствам дела. Указывает, что явки с повинной, написанные в СИЗО-2 г. Магнитогорска по представленным оперативными сотрудниками номерам телефонов потерпевших, он не давал, а лишь подписывал пустые бланки. Показания на предварительном следствии он также не давал, следователь Г2. самостоятельно их записывала, а он без прочтения подписал, исходя из договоренности с оперативным сотрудником о вознаграждении, которое получил 22 декабря 2021 года. Находясь в следственном изоляторе с 05 августа 2021 года, он показаний не давал, после предъявления обвинения 08 ноября 2021 года вину не признал и от дачи показаний отказался по причине отсутствия обещанного вознаграждения, что судом проигнорировано. Поскольку ходатайство о запросе из СИЗО г. Магнитогорска информации о неоднократных посещениях его следователем в период до 12 января 2022 года суд не удовлетворил, тем самым нарушил принцип состязательности и право на защиту. Отмечает, что следователь Г2. сообщила суду ложные сведения о том, что при предъявлении ему материалов дела 26 января 2022 года он был ознакомлен и с обвинительным заключением. Так, обвинительное заключение следователем Г2. было направлено ему лишь 03 марта 2022 года, а вручено 21 марта 2022 года. В протоколах допросов потерпевших содержатся неизвестные им сведения, о которых они следствию не сообщали, а протоколы допросов читали поверхностно. Считает, что показания потерпевших в ходе следствия положены в основу приговора в нарушение требований закона. Находит необоснованной ссылку суда в обоснование выводов об однотипности и схожести преступлений с преступлениями, за которые он осужден по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года, поскольку это судебное решение не имеет преюдициального значения для настоящего дела. Считает, что показания О. не могли использоваться как доказательство его виновности, поскольку его супруга их не давала, подписала протокол по его просьбе, обусловленной его договоренностью с оперативными сотрудниками и следователем о получении им вознаграждения. Суд не удовлетворил его ходатайство о допросе жены в судебном заседании, чем нарушил его право на допрос последней и оспаривание ее показаний. Полагает, что из числа доказательств должны быть исключены выписки по счетам, открытым в ПАО «Сбербанк» на имя О., поскольку на банковские карты супруги

транзакций с абонентского номера № 8-951…685, либо Qiwi-кошелька c № 8-951…632 как и сведений о переводе ей денег со счетов потерпевших не установлено. Сведения из этой выписки являлись доказательством по приговору от 25 февраля 2021 года и допустимым доказательством в настоящем деле не являются. Относительно показаний Б2. о продаже ему в 2019 году телефонов и сим-карт, в том числе сим-карты с **…632, указывает, что не установлено время ее передачи. Приговором Свердловского районного суда от 25 февраля 2021 года установлено, что данный номер использовался им впервые только 22 мая 2019 года, а до этого мог находиться в распоряжении Б2. или других лиц. Считает несостоятельной ссылку суда на показания указанного свидетеля в ходе следствия, поскольку в судебном заседании Б2. их в части не подтвердил, отрицал наличие возможности слышать его разговоры по телефону, поскольку рядом с ним не находился, и утверждал о получении вознаграждения за предоставление ФИО2 помещения для звонков только в виде денежных переводов на киви-кошелек. По преступлению в отношении А. полагает, что суд необоснованно учел в качестве доказательства явку с повинной, так как при ее написания ему не разъяснялись требования ст. 144 УПК РФ, а также его показания в качестве подозреваемого от 26 мая 2021 года, которые являются недопустимыми. Отмечает, что указанные в протоколе сведения о номере и «имей» телефона, с которого был осуществлен звонок потерпевшей, номере ее телефона и указание ее пола, суммы для списания со счета он помнить не мог. Показания следователя об использовании им в ходе допроса записей из блокнота считает недостоверными и при отсутствии соответствующих данных в протоколе его допроса и сведений о применении технического средства (диктофона) с целью получения образцов его голоса для предъявления впоследствии потерпевшим, свидетельствует о нарушении требований ст. 166 и 189 УПК РФ. В связи с тем, что приговором Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года доказано использование им 22 и 25 февраля 2019 года телефона с имей …6540, не установлена принадлежность телефона ему, а также использование его им в другие даты, суд не должен был его использовать как доказательство. Считает недопустимыми доказательствами по данному эпизоду показания свидетеля Б2., с которым до середины 2019 года не был знаком, а также протокол осмотра места происшествия от 14 января 2022 года, поскольку установленные в нем сведения подтверждают лишь наличие сотовых вышек, ничего общего с местом происшествия не имеющих. Полагает, что протокол осмотра места происшествия с участием А. составлен с нарушением требований ст. 176, 177 УПК РФ, не содержит сведений, имеющих доказательственное значение, в ходе которого не были установлены номера банкоматов, использовавшихся потерпевшей для перевода денежных средств. Обращает внимание, что информация с CD-R диска, содержащая сведения о поступлении 16 февраля 2019 года в 09:05 часов на счет абонентского номера денежных средств в сумме 7804,88 рублей от клиента ПАО «Сбербанк», при отсутствии сведений о внесении этой суммы именно А., является предположением и доказательством его вины в силу ст. 14 УПК РФ служить не может. Предлагает

исключить из числа доказательств по данному эпизоду выписки по счетам, открытым в ПАО «Сбербанк» на имя О. за период с 14 мая по 24 августа 2019 года, поскольку преступление в отношении А.

совершено 16 февраля 2019 года. По хищению денежных средств у В. указывает, что следствием не установлено время звонка, поступившего тому, отсутствует детализация телефонных соединений абонентского номера № 8-965…331, а потерпевший в судебном заседании сообщил, что номер телефона звонившего не запомнил и узнал его от сотрудников полиции во время допроса. Таким образом, показания данного потерпевшего вызывают сомнение в их достоверности. Отмечает, что помещение швейного цеха и сотовые телефоны, для того, чтобы он мог совершать преступления, предоставлял ему Б2., и телефон, фигурирующий в качестве средства совершения преступления в отношении В. принадлежал Б2., которому он вернул его сразу после совершения преступления в отношении Ч., то есть 13 мая 2019 года с 10:20 до 10:33 часов, а сим-карту спрятал. Однако суд, используя сведения о том, что 13 мая 2019 года в данном телефоне была использована сим-карта с номером 8-951…632, обосновывает им приговор в отсутствие сведений о времени использования телефона и лице, установившем в него сим-карту с номером 8-951…632. Считает, что суд необоснованно в качестве доказательств использовал протокол осмотра информации о движении денежных средств, предоставленной АО «КИВИ Банк», по счету, прикрепленному к номеру 8-951…632, где зафиксировано поступление денежных средств в размере 5800 рублей на указанный номер 13 мая 2019 года в 08:47 часов, то есть за час до списания денежных средств с карты В.. Данная информация отношения к хищению его имущества не имеет, а выводы суда об обратном фактическим обстоятельствам дела не соответствуют. Ссылаясь на протокол осмотра выписки по банковской карте на имя В., где зафиксированы три расходные операции от 13 мая 2019 года об оплате услуг YANDEX MONEY, обращает внимание на отсутствие в деле сведений о номере данного кошелька и его владельце, что является основанием сомневаться в использовании им данного кошелька для хищения денег у В.. Полагает, что сделанные судом выводы из сведений в протоколе осмотра информации с технических каналов связи о том, что 13 мая 2019 года практически одновременно в телефоне с имей 3571…1411 использовались две сим-карты с номерами 8-963…331 и № 8-951…632, противоречат установленным приговором Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года обстоятельствам об использовании им телефона с номером 8-963…331 в период с 10:20 до 10:33 часов местного времени, то есть за час до списания денег со счета В., к которому он не имеет отношения, и указанное доказательство его причастности не подтверждает. Ссылаясь на информацию АО «КИВИ Банка» по счету с номером 8-951…632 за 25 мая 2019 года о поступлении в 13:42 часов денежных средств в сумме 8200 рублей в счет пополнения киви-кошелька со счета абонентского номера 8-951…632, отмечает, что телефонный звонок на номер потерпевшего Б1. 8-982…7269 совершен в 15:26:45, а выписка по банковской карте потерпевшего не содержит сведений о времени списания денег, в связи с чем эти

сведения не могут быть использованы в качестве доказательства и подлежат исключению из приговора на основании ст. 75 УПК РФ. Выражает несогласие с выводом суда о краже им денег с банковских счетов у Б1., К1., К2., Л1., Л2. и Г1., поскольку при сравнивании выписок по их банковским картам, очевидно, что в выписке по карте Б1. имеются сведения о номере 8-951…632, на который дважды осуществлено списание денежных средств по 4509 рублей, тогда как у остальных потерпевших счет, на который произошло списание, не установлен, поскольку «V*MOL» является аббревиатурой организации, принимающей платеж, и не может принадлежать ему, что, по его мнению, свидетельствует о наличии в приговоре не устраненных сомнений. Данное обстоятельство послужило основанием для заявления им ходатайства о вызове специалистов службы безопасности ВТБ-банка или Сбербанка, в чем ему судом было отказано, как и в дополнительном допросе Б1.. Данные решения суда свидетельствует об односторонности судебного разбирательства. Оспаривая виновность по эпизоду хищения денежных средств у С., отмечает, что потерпевшая не подтвердила свои показания в ходе следствия, указала, что никаких паролей звонившему не сообщала, самостоятельно перевела денежные средства на номер, продиктованный ей звонившим, а затем подтвердила операцию оператору банка. Отмечает, что именно эти ее показания судом положены в основу приговора, что повлекло переквалификацию его действий по данному эпизоду на ч. 1 ст. 159 УК РФ. Вопреки закону действиям следователя Г2., свидетельствующим о фальсификации доказательств, оценки судом не дано, а его показания в судебном заседании необоснованно отвергнуты как надуманные. По факту хищения денежных средств Л1. ссылается на выписку по ее счету банковской карты о списании денежных средств 19 августа 2019 года дважды по 8500 рублей, однако полагает, что при отсутствии сведений о времени списания и о том, куда денежные средства переведены, это ставит под сомнение сам факт хищения в результате звонка потерпевшей, что является неустранимым и не позволяет обоснование приговора сведениями данной выписки. Полагает, что суд необоснованно сослался в качестве доказательств его вины по данному эпизоду на выписку по банковскому счету О. о переводе ей 24 августа 2019 года с киви-кошелька с номера 8-908…168 на карту денежных средств в сумме 5000 рублей, поскольку следствием не установлена операция по пополнению киви-кошелька с указанным номером на дату совершения преступления. Сведения, приобщенные государственным обвинителем из общедоступного источника сети «Интернет», где «V*MDL» - это аббревиатура принимающей платеж организации, находящейся в г. Ярославле, к которой могут относиться сайты знакомств, ресурсы для взрослых, онлайн-казино, букмекеры, используемые в качестве доказательства его причастности к преступлениям, не являются таковыми, поскольку не установлено, что средства потерпевшей были списаны на какой-либо из представленных ресурсов, как не доказано и использование им подконтрольных счетов и связь с указанным регионом, что не позволяет считать данную информацию допустимым доказательством, поскольку суд в

подтверждение его виновности учитывает сам факт списания денежных средств с банковской карты на неустановленный счет, основываясь на предположениях, что недопустимо. Считает неправильной оценку суда его показаний в судебном заседании как недостоверных со ссылкой на приговор Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года, в котором установлено, что 19 августа 2019 года номер 8-908…168 использовался им в период с 10:01 до 10:24 часов, тогда как по информации на CD-R диске звонок потерпевшей Л1. в этот день был произведен в 12:19:38 часов. Утверждая о непричастности к этому преступлению, указывает, что воспользоваться сим-картой, о месте нахождения которой было известно Б2., могли иные осужденные. Кроме того, обращает внимание на то, что судом было нарушено его право на защиту, выразившееся в непредставлении ему времени для подготовки к судебным прения. Указывает, что протокол судебного заседания содержит в себе ряд недостатков, а аудиозапись подверглась изменению. Кроме того, считает, что суд необоснованно отказал ему в изготовлении копии протокола судебного заседания, поскольку он не имеет технической возможности изготовить ее самостоятельно. Отмечает, что суд ошибочно усмотрел в его действиях особо опасный рецидив по преступлениям, предусмотренным п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, поскольку наказание по приговорам от 16 января 2008 года и 26 февраля 2008 года им отбыто 28 марта 2014 года, в силу п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ в действующей до 23 июля 2013 года редакции закона, по истечении шести лет погашены. С учетом изложенного просит уголовное дело вернуть прокурору.

В возражениях государственный обвинитель Шатрова С.С. считает приговор законным, обоснованным и справедливым, не подлежащим отмене по доводам апелляционной жалобы.

Проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия приходит к следующему.

Порядок возбуждения уголовных дел, предусмотренный ст. 146 УПК РФ, по преступлениям, за которые осужден ФИО1, не нарушен. Поводами и основаниями для возбуждения уголовных дел явились материалы проверок, проведенных по заявлениям потерпевших о хищении у них денежных средств и явкам с повинной осужденного. Уголовные дела в соответствии со ст. 153 УПК РФ обосновано соединены в одно производство.

Предварительное расследование по уголовному делу в отношении ФИО1 проведено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, обвиняемый и защитник полностью ознакомлены с материалами дела.

Так, 26 января 2022 года ФИО1 ознакомлен с материалами дела в полном объеме без ограничения во времени, что заверено его подписью в соответствующем протоколе (т. 5 л.д. 129-131).

Несмотря на отказ ФИО1 от получения копии обвинительного заключения, о чем сотрудниками исправительного учреждения составлен акт от 01 марта 2022 года (т. 5 л.д. 235), в судебном заседании установлено, что обвинительное заключение, соответствующее положениям ст. 220 УПК РФ, составленное следователем и утвержденное прокурором, согласно его расписке (т.6 л.д. 211) и объяснению, им получено 21 марта 2022 года.

Нарушения уголовно-процессуального закона при передаче уголовного дела в Индустриальный районный суд г. Перми для рассмотрения по подсудности не допущено.

Таким образом, на момент начала рассмотрения судом уголовного дела по существу ФИО1 был ознакомлен с обвинительным заключением, содержащим доказательства обвинения и защиты.

Сведений о том, что адвокаты Кунгурова Л.А. и Стариков К.Н., осуществлявшие защиту ФИО1 на стадии предварительного следствия, и адвокат Бондарь С.А., защищавшая его в ходе судебного разбирательства, нарушили свои профессиональные обязанности, предусмотренные уголовно-процессуальным законом, из материалов дела не усматривается и суду второй инстанции не представлено.

Как видно из материалов уголовного дела, судебное следствие в суде первой инстанции проведено полно, с соблюдением права осужденного на защиту, нарушений принципа состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено, а также не допущено унижение чести и достоинства ФИО1 Каких-либо данных, указывающих на обвинительный уклон в действиях председательствующего, его личную, прямую или косвенную заинтересованность в исходе дела, необъективность процедуры судебного разбирательства в материалах уголовного дела не содержится, а также не усматривается какой-либо зависимости судьи Подыниглазова В.В. от государственных обвинителей Казанкиной М.Ю., Шатровой С.С. и Глуховой А.Ю., поддерживавших обвинение по делу.

Протокол судебного заседания содержит достаточную информацию о ходе рассмотрения дела по существу, в нем отражены все стадии процесса, изложены показания допрошенных лиц, вопросы и ответы участников процесса, их заявления, ходатайства, принятые по ним решения, выступления сторон в прениях. Протокол судебного заседания, подписанный секретарем судебного заседания и судьей, отвечает требованию ст. 259 УПК РФ и соответствует его аудиозаписи, данных о каком-либо воздействии на которую не содержится.

В соответствии с ч. 8 ст. 259 УПК РФ копии протокола и аудиозаписи судебного заседания изготавливаются по письменному ходатайству участника судебного разбирательства и за его счет. При этом данное правило не лишает заявителя возможности лично или с помощью адвоката, иных доверенных лиц получить копии необходимых ему материалов дела.

Как следует из дела, после постановления приговора в период с 18 по 22 июля 2022 года осужденный был ознакомлен со всеми материалами дела, в том числе протоколом судебного заседания и аудиозаписью, тем самым он реализовал право на подачу замечаний на протокол и обжалование приговора в апелляционном порядке. Замечания осужденного на протокол судебного заседания рассмотрены председательствующим в соответствии с ч. 3 ст. 260 УПК РФ, и решение по результатам рассмотрения приобщено к данному протоколу.

Все заявленные участниками процесса ходатайства разрешены судом первой инстанции в соответствии со ст. 271 УПК РФ, мотивы принятых решений

приведены. Каких-либо данных, свидетельствующих о необоснованном отклонении судом ходатайств со стороны защиты, судебной коллегией не установлено. Мотивированные решения суда не свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона и права осужденного на защиту.

Согласно протоколу судебного заседания, судом предоставлялось достаточное время участникам процесса для подготовки к судебным прениям, для чего 28 июня 2022 года в 10:50 часов объявлен перерыв в судебном заседании до 10:30 часов следующего дня, а 29 июня 2022 года непосредственно перед прениями был перерыв более двух часов, при этом ходатайства о дополнительном времени для подготовки к выступлению в прениях ФИО1 и его защитником не заявлялось.

Таким образом, судом не нарушено право осужденного на осуществление защиты от обвинения в преступлениях любым способом, не запрещенным законом.

Обвинительный приговор соответствует положениям ст. 303-304, 307-309 УПК РФ. Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу, нашли свое отражение в судебном решении, в котором содержится описание преступных деяний, с указанием времени, места, способа их совершения, формы вины, мотива и целей преступлений, а также проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности подсудимого в каждом инкриминируемом ему преступлении, при этом обосновано отвергнуты заявленные стороной защиты доказательства и отклонены ходатайства о признании ряда доказательств недопустимыми, мотивированы выводы относительно квалификации действий виновного и назначения ему наказания. Каких-либо противоречий в выводах судом не допущено.

Таким образом, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, постановленного с учетом требований ст. 299 и 303 УПК РФ, с возвращением уголовного дела прокурору либо в суд первой инстанции на новое судебное разбирательство не имеется.

Вопреки доводам жалобы, фактические обстоятельства по делу судом первой инстанции установлены полно, в ходе судебного следствия непосредственно допрошены потерпевшие и подсудимый, оглашены показания неявившихся свидетелей, а также исследованы материалы дела.

Судебная коллегия полагает, что доводы осужденного сводятся к переоценке доказательств по уголовному делу, его субъективному отношению к обстоятельствам преступления.

В суде первой инстанции ФИО1 вину в преступлениях, в которых его обвиняют, не признал, объяснил причину дачи им признательных показаний.

Однако, приведенные осужденным доводы судом были проверены в судебном заседании, они не нашли своего объективного подтверждения и получили надлежащую оценку в обжалуемом решении.

Вывод суда о виновности ФИО1 в преступлениях, в которых он признан виновным, основан на совокупности собранных по делу доказательств:

его признательных показаний, показаний потерпевших и свидетелей, и материалах дела.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции правомерно отнес к допустимым и достоверным доказательствам показания ФИО1, данные им на досудебной стадии производства по делу в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которым, с февраля по август 2019 года он, отбывая наказание в ФКУ ИК-18 г. Магнитогорска Челябинской области, совершал хищения денег денежных средств у жителей Пермского края.

Так, из признательных показаний осужденного следует, что он, используя находящиеся в его распоряжении сотовые телефоны и сим-карты, зарегистрированные на иных лиц, путем случайного набора абонентских номеров, представляясь сотрудником службы безопасности банка, связывался с потерпевшими и сообщал им ложную информацию о попытках несанкционированного списания денежных средств с их банковских счетов. Вводя потерпевших в заблуждение, он убеждал их совершить расходные операции в банкоматах по перечислению денег на названные им счета либо сообщить ему персональные данные банковских карт. Затем он, используя полученные от потерпевших сведения, похищал денежные средства и переводил их в своих интересах на иные счета, киви-кошельки и игровые счета.

Согласно материалам дела, ФИО1 перед каждым следственным действием следователем в присутствии адвоката разъяснялись его права, предусмотренные ст. 46, 47 УПК РФ, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, при этом он предупреждался о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу и в случае последующего отказа от них. Осужденный без какого-либо принуждения самостоятельно рассказывал об обстоятельствах преступлений, в присутствии адвокатов давал показания в качестве подозреваемого и обвиняемого – 26 мая и 30 августа 2021 года и 12 января 2022 года. При составлении протоколов допроса и после ознакомления с ними ФИО1 и его адвокаты о применении следователем или отдельными оперативными сотрудниками недозволенных методов расследования не заявляли, правильность отражения показаний удостоверяли каждый своей подписью.

При таких обстоятельствах судебная коллегия находит несостоятельными объяснения ФИО1 о том, что он не давал признательных показаний, а их содержание было записано следователем самостоятельно.

Как следует из показаний следователя Г2., на момент проведения данных следственных действий с ФИО1 ей было не известно о наличии какой-либо договоренности последнего с оперативными сотрудниками. Кроме того, Г2. объяснила, что ФИО1 при даче показаний использовал свои записи в блокнотах, поэтому в протоколах его допросов указаны данные номеров сотовых телефонов и имей.

Допрошенные в суде апелляционной инстанции по ходатайству прокурора в оперуполномоченные Л3., производивший изъятие 27 сентября 2019 года телефонов мобильной связи у ФИО1, и Ю., принимавший у осужденного явки с повинной, не подтвердили его доводы о

договоренности между ним и оперативными сотрудниками уголовного розыска и колонии о создании ему «комфортных условий» при отбывании наказания в случае дачи им явок с повинной по ряду неизвестных правоохранительным органам преступлений.

Как видно из показаний Л3., изъятие иных телефонов и сим-карт, кроме выданных самим ФИО1, им не производилось, причастность иных лиц к преступлениям, совершенных в соучастии с последним, не была установлена.

Кроме того, из пояснений Ю. следует, что ФИО1, используя свои записи в блокноте, добровольно и без какой-либо договоренности дал явки с повинной по ряду преступлений, сведения о которых ему (Ю.) ранее известны не были.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно признал достоверными и правдивыми признательные показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия, поскольку они содержат подробные сведения об обстоятельствах совершенных преступлений, в том числе об абонентских номерах телефонов потерпевших, неизвестных ранее иным лицам, кроме осужденного, и согласующихся в деталях с показаниями пострадавших и соответствующих другим доказательствам по делу.

Суд апелляционной инстанции считает, что отсутствие упоминания об использовании осужденным записей в блокнотах в протоколах его допросов и сведений об использовании диктофона существенным недостатком не является и их недопустимости не влечет, поскольку уточнений со стороны защиты об их использовании не содержится.

Из показаний потерпевшей А. следует, что утром 16 февраля 2019 года ей на телефон с номером 8-908…-6002 поступил звонок от мужчины, представившегося сотрудником «Сбербанка», с номера 8-951…685, сообщившего, что кто-то хочет похитить ее деньги, которые можно сохранить, переведя их на другой счет. Затем она в отделении банка сняла с кредитной карты 8000 рублей и далее по указанию мужчины, диктовавшего ей по телефону какие кнопки нужно нажимать, совершила операцию по переводу денег на указанный им номер со своего банковского счета.

Показания А. согласуются с данными осмотра ее банковской карты по счету, открытому в «Сбербанк» (ПАО), информацией о снятии в 08:59 часов по московскому времени через банкомат 8000 рублей, с временем детализации телефонных соединений по абонентскому номеру 8-951…685 и информацией о поступлении денежных средств 16 февраля 2019 года в 09:05 часов в сумме 7804 рубля 88 копеек в счет указанного абонентского номера от клиента данного банка.

Несмотря на отсутствие конкретной фамилии клиента банка, не вызывает сомнение вывод о внесении суммы денег в это время именно А.

То обстоятельство, что не зафиксирован номер банкомата при осмотре места происшествия, в ходе которого А. указала место его расположения в отделении «Сбербанк» (ПАО) по ул. **** г. Перми, где произвела снятие денежных средств по указанию осужденного со своей банковской карты,

о недопустимости доказательства не свидетельствует, поскольку нарушений требований ст. 176, 177 УПК РФ при производстве осмотра не допущено.

Согласно показаниям потерпевшего В., утром 13 мая 2019 года ему позвонил с телефона № 8-963…331 мужчина на его номер 8-908…4923, представился сотрудником службы безопасности банка и сообщил, что с его банковской карты пытаются снять деньги, назвав ему номер службы поддержки. Действуя по указаниям звонившего, он через банкомат «Почта Банка», вставив в него банковскую карту и под диктовку набирая цифры, несколько раз перевел со своего счета более 40000 рублей.

Как видно из показаний потерпевшей С. в судебном заседании, признанных достоверными и положенными в обоснование приговора, после звонка мужчины, представившегося сотрудником банка и сообщившего, что с ее карты пытаются оплатить товар в интернет-магазине, она по его предложению об отмене заказа и под диктовку с помощью своего телефона с номером 8-908…8410 через онлайн-приложение банка перевела 4567 рублей на номер 8-951…632.

Согласно показаниям потерпевшего Б1., 25 мая 2019 года с номера 8-951…632 ему поступил звонок от лица, назвавшегося сотрудником службы безопасности банка, сообщившего, что по его карте проводятся подозрительные операции, для защиты денег он назвал мужчине номер карты, срок использования и cvc-код, продиктовал ему два кода из поступивших на телефон смс-сообщений, после чего с его карты дважды были списаны деньги по 4509 рублей, при этом из-за плохой связи разговаривал по двум телефонам с номерами 8-982…7269 и 8-919…5682.

Потерпевшие К1., К2., Л1., Л2. и Г1., указали, что в августе 2019 года, позвонившему им мужчине, представившемуся сотрудником службы безопасности банка и сообщившему о попытке снятия с их счетов денежных средств, по его требованию они назвали ему номера своих банковских карт, срок их использования, cvc-код, а также коды из поступивших им с номера 8-908…168 смс-сообщений, после чего у них были списаны денежные средства разными суммами.

Судебная коллегия полагает, что суд дал правильную оценку приведенным показаниям потерпевших, устранив возникшие противоречия путем оглашения их показаний на досудебной стадии производства по делу, обоснованно признав их достоверными, поскольку они достаточно подробны, последовательны и подтверждены ими, в том числе в части указанных в протоколах их допросов номеров телефонов звонившего им мужчины, представлявшегося сотрудником службы безопасности, сведения о которых у них сохранились в памяти телефона как у А., в личном кабинете онлайн-банка как у Б1. и Л2., либо стали известны им из распечаток, полученных от операторов сотовой связи. Показания С., согласуются в этой части с данными осмотра информации с технических каналов связи о телефонных соединениях, зафиксировавших факты контактов между потерпевшими и абонентскими номерами, использовавшимися осужденным при совершении хищений, при сопоставлении которых с информацией в выписках по банковским счетам

потерпевших, содержащей аналогичные их показаниям сведения о времени и размере списания с их счетов денежных сумм, достоверность их показаний под сомнение не ставит.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что показания потерпевших подтверждают как обстоятельства, имеющие отношение к инкриминируемым ФИО1 хищениям, так и достоверность сообщенных им сведений в ходе досудебного производства.

Согласующиеся в деталях с показаниями ФИО1 на предварительном следствии, показания потерпевших подтверждаются следующими исследованными судом материалами дела: данными об устройствах связи и их географическом положении в пределах обслуживания базовой станции, расположенной в г. Магнитогорске Челябинской области в непосредственной близости от ФКУ ИК № 18, где осужденный в период с 16 февраля 2019 года по 22 августа 2019 года отбывал наказание, о чем информация зафиксирована в протоколе осмотра места расположения базовой станции «Теле-2» от 14 января 2022 года, отвечающего критериям относимости к расследуемым событиям и обоснованно приведенного в приговоре в качестве доказательства; сведениями о движении денежных средств по банковским счетам потерпевших (расходных операциях о снятии, переводе денежных средств, оплате товаров, услуг связи, оплате ввиду активации платной подписки на web-сервисе (сайтах знакомств, ресурсов с контентом для взрослых, онлайн-казино, букмекеры), информацией операторов сотовой связи о движении денежных средств по абонентским номерам, на которые осуществлялось перечисление денег потерпевшими, отражающими факты поступления похищенных денежных средств на мобильные телефоны и QIWI-кошельки, находящиеся в распоряжении ФИО1 (7-908…168, 7-951…632, 7-963…331), что согласуется и с результатами оперативно-розыскного мероприятия «Снятие информации с технических каналов связи», которыми использование перечисленных в показаниях осужденного ФИО1 сим-карт в мобильных устройствах, участвовавших в хищениях и идентифицированных по имей, бесспорно установлено.

Как видно из показаний свидетелей Н., Б3., П., М., ими в разное время на свое имя приобретались сим-карты, с номером 8-951…685 на имя Н., с номером 8-908…168 на имя Б3., с номером 8-951…632 на имя П., которыми они в 2019 году не пользовались, а передали их незнакомым лицам. В дальнейшем эти сим-карты оказались в исправительном учреждении в пользовании ФИО1 При таких обстоятельствах отсутствие в деле сведений о принадлежности сотового телефона с имей 3596…6540, применение которого одновременно с сим-картой № 8-951…685 при совершении преступления в отношении А. установлено из показаний самого осужденного, сомнение в его виновности не вызывает.

Согласно показаниям свидетеля Б2., в 2019 году он продал ФИО1, с которым содержался в одной колонии, мобильные телефоны «Samsung Galaxy Ace Duos», «Samsung Galaxy Win», «Xiaomi Redmi Note 5»,

«Sony Xperia», а также различные сим-карты, в том числе с номером 8-951…632. Кроме того, он ежедневно предоставлял ФИО2 за вознаграждение возможность звонить из помещения швейного цеха ПТУ. Он слышал как ФИО2, разговаривая по телефону, представлялся сотрудником службы безопасности банка, узнавал у разговаривавших с ним лиц реквизиты банковских карт.

Суд правомерно признал достоверными показания Б2. в ходе предварительного расследования, в том числе в части его осведомленности о содержании телефонных разговоров ФИО2, и положил их в обоснование приговора, поскольку они согласуются с признательными показаниями последнего и нарушений уголовно-процессуального закона при их получении не допущено. Кроме того, свидетель Б2. заслуживающих внимания объяснений, повлекших изменение им ранее данных показаний, не привел.

Также не могут быть приняты во внимание и доводы осужденного о том, что показания Б2. не могут быть признаны относимыми по преступлениям, совершенным в феврале и мае 2019 года, поскольку он до середины 2019 года не был знаком с ним, так как Б2. в судебном заседании 23 июня 2022 года пояснил, что знаком с Лушниковым на протяжении четырех-пяти лет.

Согласно рапорта сотрудника полиции, в результате наведения справок установлено, что марка телефонного аппарата с имей: 3543…8296 – «Samsung Galaxy Ace Duos», телефонного аппарата с имей: 3571…41101 – «Samsung Galaxy Win», которые использовались при совершении хищений в мае и августе 2019 года.

Из показаний свидетеля О., данных в ходе предварительного следствия, следует, что от мужа – ФИО1 ей стало известно, что тот в период его нахождения в исправительной колонии г. Магнитогорска с использованием сотового телефона играл в «казино», выигрыш переводил ей на банковскую карту. Позднее ФИО2 подтвердил информацию, ставшую ей известной от сотрудников полиции о том, что он звонил людям, представляясь им сотрудником банка, обманом похищал у них деньги, которые в период с февраля по август 2019 года частично переводил на ее банковский счет либо абонентский номер 8-951…7377, и созванивался с ней с разных абонентских номеров.

С доводами осужденного о нарушении его права на защиту в связи с оглашением судом показаний свидетеля О. и исключении их из числа доказательств суд апелляционной инстанции не соглашается по следующей причине.

Как видно из протокола судебного заседания, показания О. в связи с ее неявкой в судебное заседание оглашены на основании ч. 1 ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, в том числе осужденного (т. 6 л.д. 155). С этими показаниями сторона защиты была осведомлена в ходе предварительного следствия и имела возможность оспорить их, однако при выполнении ст. 217 УПК РФ ходатайства обвиняемым о проведении очной ставки с супругой не заявлялось.

Доводы ФИО1 о том, что его супруга показаний не давала, а лишь подписала составленные следователем протоколы, были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты, поскольку таких данных материалы дела не содержат и не подтверждены следователем Г2., сообщившей по факту допроса свидетеля, что показания О. фиксировались с ее слов, ей перед допросом разъяснялось право не свидетельствовать против супруга, она предупреждалась о том, что ее показания могут быть использованы в качестве доказательства в ходе дальнейшего производства по уголовному делу.

Вместе с тем у суда отсутствовали основания не доверять показаниям О., согласующимся с выписками по ее банковским счетам о неоднократном поступлении в мае и начале июня 2019 года денежных средств со счета Qiwi-кошелька 7-951…632, а в августе 2019 года – со счета Qiwi-кошелька с номером 7-908…168, при сопоставлении которых с ее показаниями о направлении денежных средств ФИО1, вывод о нахождении указанных абонентских номеров в его пользовании подтверждает и свидетельствует о его причастности к инкриминируемым преступлениям, и отсутствие в выписке по ее банковским счетам сведений о поступлении денежных средств непосредственно со счетов потерпевших этот вывод под сомнение не ставит, в том числе по преступлению в отношении А., в результате которого перевод денежных средств сделан потерпевшей по указанию осужденного на находившийся в его пользовании абонентский номер 8-951…685.

При таких обстоятельствах довод жалобы о признании недопустимым доказательством данных по банковским счетам О. суд второй инстанции не может признать состоятельными.

Судебная коллегия отмечает, что все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу, при этом в приговоре приведены мотивы, по которым одни доказательства признаны достоверными, а другие отвергнуты. Оснований для признания признательных показаний ФИО1, показаний потерпевших, свидетелей, в том числе О., Г2., Л3. и Ю., а также письменных доказательств недопустимыми доказательствами не имеется. Правильность оценки доказательств сомнений не вызывает, обстоятельства, при которых совершены вмененные осужденному преступления и которые в силу ст. 73 УПК РФ подлежали доказыванию, судом установлены правильно. При этом совокупность собранных и рассмотренных судом доказательств обоснованно была признана достаточной для постановления обвинительного приговора.

Ссылка в обжалуемом решении на приговор Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года, вступивший в законную силу 08 августа 2023 года, также не влечет за собой отмену приговора от 04 июля 2022 года.

Факт изъятия 27 сентября 2019 года у ФИО1 телефонов сотовой связи и сим-карт установлен показаниями оперуполномоченного Л3. и сведениями, поступившими из ФКУ ИК № 18 ГУФСИН России по Челябинской области, подтвердившими пребывание в этот день данного должностного лица в колонии, где отбывал наказание ФИО1

Доводы осужденного о применении к нему недозволенных методов при получении явок с повинной опровергаются не только показаниями Г2., но и показаниями Л3. и Ю., на основании которых установлено, что в ходе оперативных мероприятий не были выявлены иные лица, кроме ФИО1, причастные к хищению денежных средств у потерпевших по данному делу, только ФИО2 выдал определенное количество сотовых телефонов и сим-карт, использованных им при совершении преступлений, дал по ним явки с повинной.

Кроме того, материалы дела не содержат сведений о том, что иные лица, в том числе Б2., совершали преступления в отношении потерпевших с выданными осужденным телефонами и сим-картами, используя тот же метод их совершения, аналогичный способу, названному самим ФИО1, соответствующим в деталях совершения преступных деяний, установленных как по данному делу, так и приговором Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года.

Как видно из материалов дела, ФИО1 не сообщал до судебного разбирательства о каких-либо процессуальных нарушениях, более того, подтвердил изложенные в явках сведения о совершенных преступлениях в ходе проведенных с участием защитников допросов в качестве подозреваемого и затем, спустя более полугода, - обвиняемого, конкретизируя их по фактическим обстоятельствам по каждому эпизоду хищений, которые объективно согласуются с иными доказательствами.

Что касается объяснений ФИО1, данных им в ходе проверки сообщений о преступлениях, то они по смыслу ст. 74 УПК РФ доказательствами не являются, поэтому обоснованно судом не исследовались.

Исходя из позиции государственного обвинителя, обвинение по преступлению в отношении С. судом изменено на более мягкое. При этом признание достоверными ее показаний в судебном заседании о самостоятельном осуществлении денежного перевода под влиянием обмана и инструкции осужденного является результатом оценки судом рассмотренных доказательств в совокупности, не имеющей отношение к их фальсификации. Последующее решение суда об освобождении осужденного в силу ст. 78 УК РФ от отбывания наказания за хищение имущества С., относящегося к преступлениям небольшой тяжести, является законным и обоснованным.

Вывод суда о тайном способе хищения денежных средств у Б1. обоснованно сделан из показаний потерпевшего, лично не совершавшего действий по переводу денег, но сообщившего звонившему номер банковской карты, срок ее использования, cvc-код и дважды одноразовые пароли, которые соответствуют показаниям ФИО1 при допросе в качестве обвиняемого об использовании им полученных от потерпевшего данных банковской карты, с

помощью которых он произвел зачисление находящихся на счете Б1. денежных средств на свой абонентский номер 8-951…632.

При этом вопреки доводам жалобы информация о времени телефонного соединения указанного абонентского номера с номером потерпевшего Б1. 25 мая 2019 года в 15:26 часов не противоречит данным осмотра сведений, представленных АО «КИВИ Банк», согласно которой по счету Qiwi-кошелька, прикрепленного к номеру 8-951…632, зафиксировано поступление 8200 рублей в счет его пополнения 25 мая 2019 года в 13:42 часов со счета абонентского номера 8-951…632, а разница во времени обусловлена разными часовыми поясами, в силу чего банковские операции фиксируются по московскому времени, соответственно, поступление денег на Qiwi-кошелек по местному времени в 15:42 часов логично согласуется с показаниями потерпевшего о последовательности связанных с изъятием его имущества действий и не вызывает сомнений в относимости информации КИВИ Банка (АО) к данному преступлению, что необходимость его дополнительного допроса, как и привлечение специалиста службы безопасности банка исключало.

По той же причине следует признать обоснованной ссылку суда как на относимое доказательство по преступлению в отношении В. информацию АО «КИВИ Банк» по счету Qiwi-кошелька, прикрепленного к номеру 8-951…-632, согласно которой 13 мая 2019 года в 10:11 часов в счет его пополнения зафиксировано поступление денег в сумме 10 000 рублей, источником которого является абонентский номер 8-951…-632, использовавшийся, как установлено в результате ОРМ «Снятие информации с технических каналов связи», в телефоне с имей: 3571…1411 в один день с абонентским номером 8-963…331, что согласуется с выпиской по банковскому счету потерпевшего, открытому в АО «Почта Банк», по которому в период с 09:49 по 09:54 часов по московскому времени зафиксированы расходные операции по оплате услуг связи Теле-2 в общей сумме 15 776 рублей, в связи с чем доводы жалобы об обратном фактическим обстоятельствам дела не соответствуют, а наличие в информации КИВИ Банка (АО), помимо относимой к преступлению, иных сведений не влечет недопустимости указанного доказательства, которое в совокупности с иными данными бесспорно изобличает ФИО1 в причастности к данному преступлению, и вывод об этом не ставит под сомнение отсутствие детализации телефонных соединений по номеру 8-963…331 и времени входящего звонка потерпевшему В.

Доводы осужденного о том, что время использования абонентского номера 8-951…632 в данном случае не установлено, противоречат рассмотренным доказательствам, в частности, информации о движении денежных средств по счету Qiwi-кошелька к указанному номеру, пополнение которого 13 мая 2019 года осуществлено в 10:11 часов по московскому времени, то есть в течение 18 минут после банковских операций по списанию денег со счета потерпевшего В. в период с 09:49 до 09:54 часов, проведенных АО «Почта Банк» по московскому времени, что подтверждается дополнительно представленной суду апелляционной инстанции информацией, при этом данных о нахождении сим-

карты с номером 8-951…632 в период хищения денег у В. в распоряжении иных лиц, в том числе Б2., не установлено.

Отсутствие сведений о номере и владельце электронного кошелька YANDEX MONEY, куда в счет оплаты услуг списаны денежные средства со счета В., выводы о причастности к преступлению именно ФИО1, вопреки его доводам, под сомнение не ставит.

Данные о переводе денежных средств, похищенных у К1., К2., Л2. и Г1., на счет V*MDL (организации, принимающей платеж, к которой могут относиться онлайн-казино, букмекеры) согласуются с указанными ФИО1 сведениями о пополнении за счет похищенных денег игровых счетов, так и с показаниями свидетеля О., которой от супруга стало известно об его участии в игре в «казино» с помощью мобильного телефона в период отбывания наказания в колонии г. Магнитогорска, следовательно, в совокупности с иными доказательствами сомнений в его виновности не порождают.

Фактические обстоятельства, установленные судом, указывают на то, что хищение денежных средств А., В. и С. ФИО1 совершил путем обмана, введя их в заблуждение сообщением недостоверных сведений о себе, угрозе посягательства на их денежные средства, находящиеся на банковских счетах, которые под влиянием обмана осуществили их перевод на указанные осужденным счета, в связи с чем правовая оценка его действий как мошенничества является правильной.

Вместе с тем по преступлениям в отношении Б1., К1., К2., Л1., Л2. и Г1. безналичные денежные средства осужденный изъял с их банковского счета, воспользовавшись необходимыми для этого данными их платежных карт, cvc-кодов и паролей, ставшими ему известными под воздействием обмана, как способа получения доступа к банковским счетам, хищение с которых осуществил втайне от потерпевших, в связи с чем юридическая квалификация его действий по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ по этим эпизодам является также верной, а отсутствие в выписке по банковскому счету Л1. сведений о времени списания денежных средств и месте их последующего размещения об ином способе изъятия ее имущества не свидетельствует.

Квалифицирующий признак хищений имущества у А. и В., а также Л1. и Л2., совершенного с причинением значительного ущерба гражданину, установлен судом с учетом семейного и имущественного положения потерпевших, исходя из ежемесячных доходов и расходов, наличия иждивенцев, размера и значимости похищенных у них денежных средств.

Вопреки доводам жалобы, показаний Г2. об ознакомлении ФИО1 с обвинительным заключением одновременно с материалами дела, то есть 26 января 2022 года, являются заблуждением следователя, не влияющим на достоверность ее показаний в целом.

Что касается наказания в виде лишения свободы, что оно за каждое из преступлений назначено ФИО1 с соблюдением положений ст. 6, 43, 60 УК РФ, а именно: с учетом характера и степени общественной опасности, обстоятельств их совершения и личности виновного, смягчающих обстоятельств: явок с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступлений, отягчающего обстоятельства – рецидива преступлений, а также принято во внимание состояние здоровья виновного.

Утверждение осужденного о том, что две судимости 2008 года не могли учитываться в связи с тем, что с момента отбытия наказания по этим приговорам истек установленный п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ (в редакции от 13 июня 1996 года № 63-ФЗ) шестилетний срок, является ошибочным, так как по смыслу закона все правовые последствия, связанные с судимостью, определяются на момент совершения преступления.

Как видно из материалов дела, наказание в виде лишения свободы по приговорам Миасского городского суда Челябинской области от 16 января 2008 года и 26 февраля 2008 года, по которым ФИО1 осуждался за совершение тяжких преступлений, отбыто им 28 марта 2014 года. По приговору Троицкого городского суда Челябинской области от 26 января 2016 года, наказание в виде лишение свободы, назначенное осужденному за совершение особо тяжких преступлений, не отбыто.

На момент совершения ФИО1 в период с 25 мая по 22 августа 2019 года тяжких преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, за которые он осужден обжалуемым приговором, судимости по приговорам Миасского городского суда Челябинской области от 16 января 2008 года и 26 февраля 2008 года не были погашены.

При таких обстоятельствах при назначении наказания суд обоснованно учел рецидив преступлений в действиях ФИО1

Вопреки доводу жалобы особо опасный вид рецидива у осужденного образуют непогашенные судимости за умышленные тяжкие преступления по приговорам Миасского городского суда Челябинской области от 16 января 2008 года и 26 февраля 2008 года, а также по приговору Троицкого городского суда Челябинской области от 26 января 2016 года за умышленные особо тяжкие преступления – к реальному лишению свободы наряду с осуждением его к лишению свободы за вновь совершенные умышленные тяжкие преступления, предусмотренные п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

При таких обстоятельствах вид исправительного учреждения, в котором осужденному надлежит отбывать лишение свободы, в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 58 УК РФ судом определен правильно.

Применение условного осуждения при наличии особо опасного рецидива в силу п. «в» ч. 1 ст. 73 УК РФ исключено.

Правовых оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имелось.

Не усмотрел суд и оснований для применения положений ст. 64, ч. 3 ст.68 УК РФ, поскольку исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных преступлений, не установлено.

Таким образом, все значимые обстоятельства, обеспечивающие реализацию принципа индивидуализации наказания, судом учтены.

Суд апелляционной инстанции находит каждое из назначенных осужденному наказаний за преступления и по их совокупности соразмерными содеянному и справедливыми.

Решение по гражданским искам потерпевших судом принято правильно, в соответствии с гражданским законодательством суд обоснованно взыскал с ФИО3 денежные средства в размере причиненного им имущественного вреда А., Л1., Л2., Г1., В., К1. и Б1.

Вместе с тем судебная коллегия считает, что приговор подлежит изменению в соответствии со ст. 38915, п. 1 ч. 1 ст. 38918 УПК РФ по следующим основаниям.

Согласно ч. 1 ст. 75 УПК РФ, доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 настоящего Кодекса.

На основании ч. 2 ст. 75 УПК РФ к недопустимым доказательствам относятся показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде.

Как видно из материалов уголовного дела, явки с повинной по преступлениям, за которые осужден ФИО1, даны в отсутствии защитника и не подтверждены им при рассмотрении дела в суде первой инстанции, то есть являются недопустимыми доказательствами.

В нарушение п. 9 ч. 2 ст. 38917 УПК РФ суд привел в качестве доказательства виновности осужденного протоколы явок с повинной.

При таких обстоятельствах из обжалуемого приговора подлежат исключению из числа доказательств виновности ФИО1 протоколы его явок с повинной по преступлениям в отношении А., Л1., Л2., Г1., К2., В., К1., С., Б1. (т. 1 л.д. 98, 132, 182, 231; т. 2 л.д. 30, 74, 120, 166, 219).

Также приговор подлежит изменению указанием при описании преступного деяния в отношении В. от 13 мая 2019 года времени совершения банковских операций по переводу денежных средств с его банковского счета под влиянием обмана и по указанию ФИО1 с 09:49 до 10:05 часов по московскому времени – с учетом представленной АО «Почта Банк» суду апелляционной инстанции уточненной выписки по сберегательному счету потерпевшего.

Вместе с тем, исключение протоколов явок с повинной из числа доказательств и другие изменения приговора не влекут за собой его отмену, а также изменение квалификации действий осужденного и снижение наказания за отдельные преступления.

Согласно апелляционного определения Пермского краевого суда от 08 августа 2023 года, приговор Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года в отношении ФИО1 изменен, осужденный в силу ст. 78 УК РФ освобожден от уголовной ответственности по преступлениям небольшой тяжести, ему снижено наказание, назначенное в силу ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ, то есть по совокупности преступлений и приговоров.

При таких обстоятельствах по настоящему делу также подлежит снижению наказание, назначенное ФИО1 в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ.

Иных нарушений материального права и уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст. 38913-14, 38915, 38920, 38928, 38933, 38935 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Индустриального районного суда г. Перми от 04 июля 2022 года в отношении ФИО1 изменить:

исключить из его описательно-мотивировочной части из числа доказательств виновности ФИО1 в преступлениях – протоколы явок с повинной по преступлениям в отношении А., Л1., Л2., Г1., К2., В., К1., С., Б1. (т. 1 л.д. 98, 132, 182, 231; т. 2 л.д. 30, 74, 120, 166, 219);

по преступлению в отношении В. от 13 мая 2019 года уточнить время совершения банковских операций по переводу денежных средств с 09:49 часов до 10:05 часов по московскому времени;

в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения наказания, назначенного ФИО1 по настоящему делу в силу ч. 3 ст. 69 УК РФ, с наказанием, назначенным ему по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 25 февраля 2021 года, - к 15 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии особого режима с ограничением свободы на 1 год, с установлением ограничений: не выезжать за пределы территории муниципального района, где ФИО1 будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, с возложением обязанности – являться в вышеуказанный специализированный государственный орган один раз в месяц для регистрации;

срок наказания ФИО1 исчислять со дня вступления приговора в законную силу, зачесть ему в срок наказания время содержания под стражей и отбытое наказание с 25 февраля 2021 года до 14 августа 2023 года.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления

через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу, с соблюдением требований ст. 4014 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 40110 – 40112 УПК РФ.

В случае подачи кассационной жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: