Апелляционное определение по делу № 22-4695/2023 от 31.08.2023

Судья ФИО2 Дело №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе председательствующего судьи Чигинева В.В.,

судей Фроловичева А.В., Березина Н.Е.,

при секретаре Молькове А.С.,

с участием прокурора второго апелляционного отдела прокуратуры <адрес> Немчиновой Н.С.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Астафурова А.А., представившего удостоверение и ордер,

рассмотрела в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой адвоката Астафурова А.А., возражениями государственного обвинителя Д. на апелляционную жалобу на приговор Тоншаевского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин РФ, временно зарегистрированный по адресу: <адрес>, проживающий без регистрации по адресу: <адрес>, имеющий основное общее образование, имеющий несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ, невоеннообязанный, не работающий, не судимый,

признан виновным и осужден за совершение преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222.1 УК РФ, ч.1 ст.223 УК РФ (в редакции Федерального закона Российской Федерации от 24.11.2014 года №370-ФЗ), ч.1 ст.105 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию:

- по ч.1 ст. 222.1 УК РФ - 5 лет 2 месяца лишения свободы со штрафом 10 000 рублей;

- по ч.1 ст.223 УК РФ (в редакции Федерального закона Российской Федерации от 24.11.2014 года №370-ФЗ) – 3 года 2 месяца лишения свободы со штрафом в размере 100 000 рублей;

- по ч.1 ст.105 УК РФ – 9 лет лишения свободы.

В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ. по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет со штрафом в размере 105 000 рублей, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы ФИО1 постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Постановлено зачесть ФИО1 в срок лишения свободы в соответствии с п. «а» ч.3.1 ст.72 УК РФ время его содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора суда в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строго режима.

Мера пресечения ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена в виде заключения под стражей.

По делу решены вопрос о вещественных доказательствах и процессуальных издержках.

Заслушав доклад судьи Фроловичева А.В., выступления осужденного ФИО1, ее защитника – адвоката Астафурова А.А., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Полянцевой Л.В., возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 признан виновным и осужден:

- за незаконное хранение взрывчатых веществ;

- за незаконное изготовление боеприпасов;

- за убийство, то есть умышленное причинение смерти Ц.

Преступления совершено при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В суде первой инстанции ФИО1 свою виновность в незаконном хранении взрывчатых веществ признал, в незаконном изготовление боеприпасов и убийстве Ц. Утверждал, что смерть Ц. причинил по неосторожности.

В апелляционной жалобе адвокат Астафуров А.А. выражает несогласие с приговором, считает его вынесенным с существенными нарушениями уголовно – процессуального закона. По мнению защитника, суд лишил ФИО1 права выбора рассмотрения дела с участием присяжных заседателей при наличии соответствующего ходатайства. Суд фактически не разрешил ходатайство о возвращении дела прокурору в порядке ст. 237 УК РФ. Просит приговор суда отменить, уголовное дело вернуть прокурору <адрес> для устранения препятствий рассмотрения дела в суде первой инстанции.

Государственный обвинитель Д. в возражениях на апелляционную жалобу адвоката Астафурова А.А. просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1, ее защитник – адвокат Астафуров А.А. поддержали доводы апелляционной жалобы.

Прокурор Немчинова Н.С. возражала против удовлетворения апелляционной жалобы.

Рассмотрев материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, выслушав мнения сторон, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Оснований для отмены судебного решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Как усматривается из материалов уголовного дела, обвинительное заключение по уголовному делу утверждено ДД.ММ.ГГГГ. Согласно имеющейся в материалах уголовного дела расписки, обвинительное заключение вручено ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

Каких либо весомых оснований, опровергающих вручение ФИО1 обвинительного заключения ДД.ММ.ГГГГ, стороной защиты не представлено. Довод стороны защиты о том, что ДД.ММ.ГГГГ невозможно утвердить обвинительное заключение и вручить его в этот же день в 10 час. ФИО1, находившемуся в следственном изоляторе на удалении 300 километров от места утверждения обвинительного заключения, являются несостоятельными. Каких либо объективных препятствий для утверждения обвинительного заключения ДД.ММ.ГГГГ прокурором и вручения его в этот же день в 10 час. находившемуся в следственном изоляторе ФИО1 не имелось. Содержащиеся в расписке ФИО1 данные об объеме врученного ему обвинительного заключения со списком лиц подлежащих вызову в суд и справкой по уголовному делу соответствуют объему обвинительного заключения, списка лиц подлежащих вызову в суд и справке по уголовному делу, содержащимся в уголовном деле.

При таких обстоятельствах, у суда не имелось объективных оснований для и вывода о невручение обвинительного заключения ФИО1 и возвращении уголовного дела прокурору по этому основанию. Повторное вручение копии обвинительного заключения ФИО1 в судебном заседании не свидетельствует о невручении ФИО1 обвинительного заключения ДД.ММ.ГГГГ.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы являются несостоятельными, поскольку у стороны защиты отсутствовали правовые основания как о заявлении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору, так и для заявления ходатайства о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей по истечении срока, предусмотренного ч.3 ст.229 УПК РФ, в связи с чем, рассмотрение данных ходатайств судом первой инстанции без удаления в совещательную комнату не является нарушением уголовного процесса, существенно повлиявшим на вынесение законного и обоснованного приговора по делу.

В то же время, в соответствии с ч.1 ст.389.19 УПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу о необходимости изменения приговора в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, неправильное применение уголовного закона.

Согласно приговору ФИО1 признан виновным и осужден по ч.1 ст. 223 УК РФ за незаконное изготовление боеприпасов. Как установлено судом, он в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в нарушение требований ст.ст.6, 16, 22, 25 Федерального закона «Об оружии» от 13.12.1996 №150-ФЗ, не имея соответствующей лицензии, предусмотренной п.2 Постановления Правительства Российской Федерации от 12.07.2000 №513 «О мерах по усилению государственного контроля за производством, распространением и применением взрывчатых веществ и отходов их производства, а также средств взрывания, порохов промышленного назначения и пиротехнических изделий в Российской Федерации», не имея соответствующей лицензии, у себя в доме изготовил не менее двух патронов к охотничьему гладкоствольному оружию 16 калибра, которыми ДД.ММ.ГГГГ произвёл выстрелы в Ц., а также незаконно хранил необходимые для изготовления боеприпасов мерный стаканчик и комбинированное приспособление для снаряжения охотничьих боеприпасов центрального воспламенения, пыж контейнеры 16 калибра, войлочные пыжи, дробь, пыж-контейнер с пулей 16 калибра, 33 гильзы охотничьих патронов 16 калибра, являющихся составными частями боеприпасов.

В основу выводов о виновности ФИО1 судом положены протокол осмотре места происшествия судом положены: протокол осмотра места происшествия, заключения экспертов, показания осужденного ФИО1 о самостоятельном снаряжении им охотничьих патронов, показания свидетеля С., видевшей как ФИО1 самостоятельно снаряжал охотничьи патроны, показания эксперта О.

Однако, судебная коллегия не может согласиться с выводами о виновности ФИО1 в незаконном изготовлении боеприпасов.

Согласно показаниям ФИО1 в судебном заседании, у него не было капсюлей, необходимых для изготовления охотничьего патрона. Они у него закончились около 4 лет назад. Патроны, которыми он произвел выстрелы, он мог купить, так как он покупал и готовые патроны.

Таким образом, из показаний ФИО1 в суде первой инстанции не следует вывод о том, что охотничьи патроны, из которых он произвел выстрелы в Ц. и себя, были снаряжены именно им.

При этом судом первой инстанции также подтверждено и отсутствие у ФИО1 капсюлей, без которых невозможно снаряжение охотничьих патронов.

Несмотря на наличие указанных сомнений в виновности, суду не представлено экспертного заключения о том, каким способом были снаряжены вменяемые в вину ФИО1 охотничьи патроны: заводским или самостоятельным.

При таких обстоятельствах показания ФИО1 в судебном заседании о приобретении им охотничьих патронов у третьих лиц не опровергнуты.

Кроме того, ч.1 ст.223 УК РФ, по которой осужден ФИО1, предусматривает уголовную ответственность за незаконное изготовление боеприпасов.

Отнесение предмета к категории боеприпасов требует специальных познаний и подлежит разрешению экспертом.

Представленные суду доказательств: заключения эксперта и показаний эксперта О. не содержат вывода о том, что вменяемые в вину ФИО1 охотничьи патроны являются боеприпасами.

Более того, согласно заключению эксперта, ружьё, из которого произведены выстрелы вменяемыми ФИО1 охотничьими патронами, является гладкоствольным охотничьим ружьём, пригодным для производства выстрелов охотничьими патронами, а из показаний эксперта О. следует, что он не может отнести охотничий патрон к категории боеприпасов.

Также судом первой инстанции не приведено и правовых обоснований, которые позволяют охотничий патрон отнести к категории боеприпасов, а положения ст.ст.6, 16, 22, 25 Федерального закона «Об оружии» от 13.12.1996 №150-ФЗ и п.2 Постановления Правительства Российской Федерации от 12.07.2000 №513 «О мерах по усилению государственного контроля за производством, распространением и применением взрывчатых веществ и отходов их производства, а также средств взрывания, порохов промышленного назначения и пиротехнических изделий в Российской Федерации» не позволяют этого сделать.

Таким образом, судом по делу достоверно не установлено, что вменяемые ФИО1 охотничьи патроны снаряжены им и относятся к категории боеприпасов.

При таких обстоятельствах, а также принимая во внимание отсутствие уголовной ответственности за хранение гильз, пуль, пыжей, пыжей контейнеров, дроби для гражданского гладкоствольного охотничьего оружия, судебная коллегия признаёт несостоятельными выводы суда о виновности ФИО1 по ч.1 ст.223 УК РФ, в связи с чем исключает его осуждение по данной статье из приговора, а уголовное дело и уголовное преследование по данному эпизоду преступления прекращает на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии ФИО1 состава преступления.

Также судебная коллегия исключает из осуждения ФИО1 по ч.1 ст.221 УК РФ ошибочное указание суда на нарушение требований ст.25 Федерального закона от 13.12.1996 N 150-ФЗ "Об оружии", и п.2 Постановления Правительства Российской Федерации от 12.07.2000 №513 «О мерах по усилению государственного контроля за производством, распространением и применением взрывчатых веществ и отходов их производства, а также средств взрывания, порохов промышленного назначения и пиротехнических изделий в Российской Федерации», как не имеющих отношения к совершенному преступлению.

Однако, поскольку данное обстоятельство не уменьшает степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления и не влияет на обстоятельства, предусмотренные ст.60 УК РФ, судебная коллегия не учитывает его как основание для снижения наказания по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.222.1 УК РФ.

В остальном, по преступлениям, предусмотренным ч.1 ст.222.1 и ч.1 ст.105 УК РФ, обжалуемый приговор в полной мере отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к приговору ст.ст. 297-299, 302-309 УПК РФ. В соответствии с требованиями ст.307 УПК РФ, в описательно-мотивировочной части приговора изложены описания преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа, формы его вины и мотива, характера вреда, причиненного преступлениями.

По каждому преступлению выводы суда о виновности осужденного ФИО1 соответствуют фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью исследованных надлежащим образом в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре, которым суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал оценку как каждому в отдельности, так и в совокупности с точки зрения относимости, достоверности и допустимости, и привел мотивы, по которым одни доказательства признал достоверными, а другие отверг.

Дело судом рассмотрено с соблюдением принципа состязательности сторон, предусмотренного ст. 15 УПК РФ. Вопреки доводам защитника судом созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты исследованы. Заявленные сторонами ходатайства разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, принятые судом по ходатайствам решения мотивированы и аргументированы и судебная коллегия не усматривает оснований с ними не согласиться.

Согласно требованиям закона каждое из доказательств, положенное в обоснование приговора оценено с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Приговор вынесен с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, нарушений требований ст. 252 УПК РФ при описании преступного деяния судом не допущено.

Не устраненных существенных противоречий в исследованных судом доказательствах, сомнений в виновности осужденного, требующих истолкования их в пользу последнего, судебной коллегией не установлено.

Признательные показания осужденного ФИО1 о незаконном хранении им промышленно изготовленного бездымного пороха – взрывчатого вещества метательного действия, массой 416,9 грамма и 21,8 грамма, объективно согласуются с протоколом осмотра места происшествия, заключениями экспертов, по месту, времени, способу совершения преступления и обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора.

Совокупность данных доказательств получена надлежащим должностным лицом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, с соблюдением гарантированных Конституцией Российской Федерации основных прав и свобод гражданина.

Право на защиту осужденного реализовано, ст.51 Конституции РФ ему разъяснена, показания даны в присутствии защитника.

Экспертизы по делу проведены лицами, обладающим соответствующими познаниями, с указанием конкретных данных, на основании которых эксперты пришли к соответствующим выводам и не противоречат исследованным в судебном заседании доказательствам, не требуют их дополнительного разъяснения экспертами.

Оснований сомневаться в объективности выводов экспертов, имеющих соответствующий стаж работы и квалификацию, у судебной коллегии нет.

Мотивов для оговора осужденного не установлено.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч.1 ст.222.1 УК РФ как незаконное хранение взрывчатых веществ. Судебная коллегия не усматривает оснований для иной квалификации действий осужденного по данному преступлению.

Показания осужденного ФИО1 о том, что он выстрелом из ружья причинил смерть Ц. объективно согласуются с протоколом осмотра места происшествия, заключением эксперта характере и локализации телесных повреждений у Ц., механизме их образования и причине смерти и обоснованно положены в основу обвинительного приговора.

На основании протокола осмотра места происшествия и заключения судебно-медицинской экспертизы трупа Ц. суд пришёл к обоснованному выводу о том, что ФИО1, действуя умышленно, с целью убийства, направив ружьё в Ц., произвел выстрел, тем самым причинил ей телесные повреждения, повлекшие её смерть.

Как следует из заключения эксперта, орудие убийства является охотничьим гладкоствольным ружьём ИЖ-58, снабженным предохранителем. То есть, для производства выстрела из ружья необходимо вставить патроны, после чего снять с предохранителя и только после этого нажатие на курок приведет к выстрелу. Все механизмы ружья работают исправно. (т.2, л.д.161).

Как следует из показаний ФИО1 в судебном заседании, в день убийства он, идя на охоту, зарядил ружьё двумя патронами. При этом, выстрелов из ружья в этот день он до убийства Ц. не совершал.

При таких обстоятельствах суд обоснованно критически отнёсся к доводам стороны защиты об отсутствии у ФИО1 умысла на убийство Ц. и неосторожном характере совершённых осужденным действий.

Совершённые осужденным ФИО1 действия: внёс в дом заряженное ружьё, направил его на Ц., снял с предохранителя и произвёл выстрел, свидетельствуют об их осознанном и умышленном характере.

Право на защиту осужденного реализовано, ст.51 Конституции РФ ему разъяснена. Показания осужденным даны в присутствии защитника.

Мотивов для оговора осужденного не установлено.

Данная совокупность доказательств является достаточной для разрешения уголовного дела. Иные исследованные в суде доказательства не опровергают выводы о виновности осужденного и не могут являться основанием для иной квалификации его действий.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч.1 ст.105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

По каждому преступлению, назначая наказание осужденному ФИО1, суд руководствовался общими принципами назначения наказания, предусмотренными уголовным законом, учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность осужденного, наличие смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.222.1 УК РФ и наличие по преступлению предусмотренному ч.1 ст.105 УК РФ отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.63 УК РФ – совершение преступления с использованием оружия.

В соответствии с требованиями закона, суд привел в приговоре мотивы решения всех вопросов, связанных с определением вида и размера наказания по данным преступлениям.

Выводы суда о невозможности применения положений ч. 6 ст. 15, ст.ст.64, 73 УК РФ в приговоре мотивирован надлежащим образом, и судебная коллегия не усматривает оснований с ними не согласиться.

Каких-либо неучтенных, либо новых данных, влияющих на меру ответственности осужденного, судебная коллегия не находит, а назначенное ему наказание за каждое из указанных совершенных преступлений признает справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим требованиям уголовного закона, полностью отвечающим задачам его исправления, предупреждения совершения новых преступлений.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 должен отбывать наказание, определён в соответствии с требованиями закона.

Суд первой инстанции обоснованно не назначил осужденному отбывание части срока наказания в тюрьме.

В тое же время, в связи с прекращением в отношении ФИО1 уголовного дела и уголовного преследования по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.223 УК РФ на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ, судебная коллегия смягчает ФИО1 наказание по правилам ч.3 и 4 ст.69 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Тоншаевского районного суд <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить:

- по преступлению, предусмотренному ч.1 ст.222.1 УК РФ исключить указание на нарушение требований ст.25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 150-ФЗ "Об оружии", исключить указание на п.2 Постановления Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О мерах по усилению государственного контроля за производством, распространением и применением взрывчатых веществ и отходов их производства, а также средств взрывания, порохов промышленного назначения и пиротехнических изделий в Российской Федерации»;

- исключить из приговора осуждение ФИО1 по ч.1 ст.223 УК РФ и уголовное и уголовное преследование ФИО1 по ч.1 ст.223 УК РФ прекратить на основании п. 3 ч.2 ст.302 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии ФИО1 состава преступления.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию, которому разъяснить, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. С требованием о возмещении имущественного вреда ФИО1 вправе обратиться в суд с заявлением в порядке ст.399 УПК РФ для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора. Также ФИО1 вправе обратиться с иском о возмещении морального вреда к казне Российской Федерации в порядке гражданского судопроизводства;

- назначенное ФИО1 наказание по правилам ч.3 и 4 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч.1 ст.222.1 УК РФ и ч.1 ст.105 УК РФ, смягчить до 11 лет 6 месяцев лишения свободы со штрафом 10000 рублей.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Астафурова А.А. без удовлетворения.

Настоящее определение вступает в законную силу с момента его провозглашения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев с момента вступления апелляционного определения в законную силу, а осужденного, содержащейся под стражей в тот же срок с момента вручения ей апелляционного определения.

В случае обжалования апелляционного определения в соответствии с главой 47.1 УПК РФ, осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи