К делу №2-7585/2025

УИД 23RS0041-01-2025-000088-44

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 сентября 2025 года г. Краснодар

Прикубанский районный суд г. Краснодара в составе:

председательствующего судьи Бровцевой И.И.,

при секретаре Бреус Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании штрафа за неисполнение договорных обязательств, встречному иску ФИО2 к ФИО1 о признании условий договора аренды недействительным (ничтожным),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании штрафа за неисполнение договорных обязательств по договору аренды недвижимого имущества с правом выкупа №№ от 01.07.2022 в размере <данные изъяты>, судебных расходов в размере <данные изъяты>

В обоснование требований указано, что 01.07.2022 между ФИО2 и ФИО1 заключен Договор аренды недвижимого имущества с правом выкупа №. Согласно п. 3.1.5 Договора аренды, Арендодатель обязуется в срок до 01 июля 2023 года предоставить Арендатору документ, выданный уполномоченным органом, подтверждающий исключение из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») имущества, указанного в п.п. 1.2.1 - 1.2.2 настоящего Договора (земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №). Общая площадь участка, исключаемого из ООПТ «Лотос», составляет 2 261 га. Обязательства Арендодателем не исполнены, подтверждение исключения земельных участков с кадастровыми номерами № и № из состава ООПТ «Лотос» арендатору не предоставлено. Письмом от 17.07.2023 Арендатор в порядке п. 3.7.2 Договора аренды направил Арендодателю уведомление об одностороннем отказе от Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от 01.07.2022. В связи с неполучением от Арендодателя ответа на заявление Арендатора от 17.07.2023 об одностороннем отказе от Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от 01.07.2022, Арендатором подготовлены и подписаны со своей стороны Соглашение от 18.08.2023 о расторжении указанного Договора аренды, а также соглашения от 18.08.2023 о расторжении Договоров № №, № №, № №, № № субаренды земельных участков. Указанные Соглашения в количестве трех оригинальных экземпляров каждый направлены арендодателю. С 18 августа 2023 года владение и пользование Арендатором Имуществом, указанным в п. 1.1 и п. 1.2 Договора аренды, прекращено. В соответствии с п. 8.1 Договора аренды, в случае неисполнения Арендодателем обязательств, предусмотренных п. 3.1.5 и п. 3.3 настоящего Договора, а также в случае расторжения настоящего договора по инициативе Арендодателя, Арендодатель обязуется оплатить Арендатору штраф в размере <данные изъяты>, в течение 12 месяцев с даты направления Арендатором в адрес Арендодателя соответствующего уведомления. Указанным письмом от 06.10.2023 Арендатор уведомил Арендодателя в соответствии с п. 8.1 договора аренды об оплате штрафа в размере <данные изъяты>, предусмотренного за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств по договору. В связи с непоступлением денежных средств в установленное время, 19.11.2024 в адрес ФИО2 направлена досудебная претензия, которая оставлена без ответа.

ФИО2 обратилась в суд со встречными исковыми требованиями к ФИО1 о признании пункта 3.1.5. договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от 01 июля 2022 года, заключённого между ФИО2 (арендодатель) и ФИО1 (арендатор), недействительным (ничтожным) по основаниям статей 10, 166-168 ГК РФ.

В обоснование требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (арендодатель) и ФИО1 (арендатор) заключён договор аренды недвижимого имущества с правом выкупа № №. На момент заключения с ФИО1 договора аренды ФИО2 являлась арендатором земельного участка с кадастровым номером № площадью 10 800 175 кв.м. на основании договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к договору аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от ДД.ММ.ГГГГ; земельного участка с кадастровым номером № площадью 678 830 м. на основании договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от 02.02.2022. Пунктом 3.1.5. договора на арендодателя возложена обязанность в срок до 31 декабря 2022 года предоставить арендатору документ уполномоченного органа об исключении из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») земельных участков с кадастровыми номерами № и № общей площадью 2 261 га. Для исполнения обязательства по пункту 3.1.5. договора ФИО2 был разработан Проект материалов, обосновывающих изменение границ, площади, режима особой охраны и функционального зонирования государственного природного комплексного заказника регионального значения «Лотос» путём выведения земельных участков с кадастровыми номерами № и № из состава территории ООПТ «Лотос», а также инициировано исключение из состава ООПТ «Лотос» земельных участков с кадастровыми номерами № и №. Однако в согласовании проекта отказано в соответствии с действующим законодательством. Кроме того, земельные участки с кадастровыми номерами № и № входят в состав границ Государственного природного комплексного заказника регионального значения «Лотос», образованы из состава земель особо охраняемой природной территорией регионального значения «Лотос», относятся к землям природно-заповедного фонда. Внесение изменений в режим особой охраны государственного природного комплексного заказника регионального значения «Лотос» путём исключения из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») земельных участков с кадастровыми номерами № и № направлено на изъятие земель природно-заповедного (природоохранного) фонда, что является прямым нарушением требований пункта 5 статьи 24 (соблюдение установленного в государственном природном заказнике режима особой охраны), части 4 статьи 58 (запрет изъятая земель природно-заповедного фонда) Закона № 7-ФЗ, пункта 3 статьи 95 ЗК РФ (изъятие в пределах земель особо охраняемых природных территорий земельных участков не допускается), части 3 статьи 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 406-ФЗ (сохранение ООПТ в ранее установленных границах), пунктов 1, 14 статьи 39.8 ЗК РФ. Проект договора аренды от 01.07.2022, в том числе условия пункта 3.1.5. договора, был разработан ФИО1 При составлении проекта договора от 10.07.2022, включающего в себя пункт 3.1.5. о возложении на ФИО2 как арендодателя обязанности в срок до 31 декабря 2022 года предоставить арендатору ФИО1 документ уполномоченного органа об исключении из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») земельных участков с кадастровыми номерами № и №, расположенных в границах государственного природного комплексного заказника регионального значения «Лотос»», относящихся к природно-заповедному фонду, находящихся в собственности Краснодарского края, ФИО1 был обязан учесть правомочия Администрации Краснодарского края как уполномоченного органа, Министерства природных ресурсов и экологии РФ, МПР Краснодарского края на распоряжение землями природного заказника, а также запрет, установленный законодательством (Законом № 7-ФЗ, ЗК РФ, Законом № ЗЗ-ФЗ, частью 3 статьи 10 Закона № 406-ФЗ) в отношении земельных участков с кадастровыми номерами № и № на изъятие (исключение) этих участков из состава земель ООПТ регионального значения «Лотос». Установленная в пункте 3.1.5. договора обязанность арендодателя по предоставлению в срок до 31 декабря 2022 года арендатору документа, выданного уполномоченным органом, подтверждающего исключение из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») земельных участков с кадастровыми номерами № и №, относящихся к землям природно-заповедного фонда, выходит за рамки арендных отношений, не связана с предметом договора аренды, прямо нарушает требования природоохранного и земельного законодательства, посягает на публичные интересы. Таким образом, у ФИО2 как владельца (на праве аренды) земельных участков с кадастровыми номерами № и № отсутствовали правовые основания (юридические возможности) для инициации и получения в установленном законом порядке постановления Губернатора Краснодарского края «О внесении изменений в некоторые правовые акты Главы администрации (Губернатора) Краснодарского края» о внесении изменений в режим особой охраны и исключение земельных участков с кадастровыми номерами № и № из государственного природного комплексного заказника регионального значения «Лотос». Подтверждением указанного служат положения природоохранного и земельного законодательства, а также письмо Министерства природных ресурсов и экологии РФ от ДД.ММ.ГГГГ № и письмо МПР Краснодарского края от ДД.ММ.ГГГГ №.2-08- 36262/23. Действующее законодательство в силу прямого законодательного запрета не предусматривает право сторон включать в договор субаренды земельного участка обязанность арендодателя по предоставлению субарендатору решения уполномоченного органа о внесение изменений в режим особой охраны и исключение земельного участка из государственного природного комплексного заказника регионального значения. Пункт 3.1.5. договора является ничтожным по основаниям статей 10, 168 ГК РФ как не соответствующий нормам природоохранного и земельного законодательства и не влечёт юридических последствий с момента совершения сделки - договора аренды от 01.07.2022.

Представитель истца (ответчика по встречному иску) ФИО3 в судебном заседании на удовлетворении заявленных требований настаивала, против удовлетворения встречных исковых требований возражала, заявила о пропуске срока исковой давности.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) по доверенности ФИО4 в судебном заседании против удовлетворения заявленных требований возражал, встречные исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель министерства природных ресурсов Краснодарского края в судебное заседание не явился, был уведомлен надлежащим образом, просил суд рассмотреть дело в его отсутствие.

Выслушав мнение представителей сторон, исследовав материалы дела, оценив в совокупности доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, ФИО2 являлась арендатором:

- земельного участка с кадастровым номером № площадью 10 800 175 кв.м., на основании договора аренды земельного участка сельскохозяйственного № от ДД.ММ.ГГГГ, дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к договору аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от ДД.ММ.ГГГГ;

- земельного участка с кадастровым номером № площадью 678 830 кв.м., на основании договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от ДД.ММ.ГГГГ.

Данные земельные участки расположены в границах Заказника «Лотос», находятся в функциональной зоне «особо охраняемая зона».

На спорных участках расположены объекты недвижимости - 18 гидротехнических сооружений с кадастровыми номерами №, местоположение<адрес>

Будучи собственником гидротехнических сооружений и арендатором спорных участков, в отношении указанных объектов недвижимости ФИО2 (арендодатель) заключила с ФИО1 (арендатор) договор аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно пункту 3.1.5. договора арендодатель (ФИО2) принял на себя обязанность в срок до ДД.ММ.ГГГГ предоставить арендатору документ, выданный уполномоченным органом, подтверждающий об исключении из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») имущества, указанного в п.п. 1.2.1. - 1.2.2. договора (земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером № общей площадью 2 261 га), в соответствии с прилагаемой схемой, указанной в приложении № 5 к договору. Общая площадь участка, исключаемого из ООПТ «Лотос», составляет 2 261 га.

При этом предметом Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ, являются вышеуказанные гидротехнические сооружения в количестве 18 штук.

Земельные участки с кадастровыми номерами № и №, находящиеся в муниципальной собственности, переданы ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 в субаренду ФИО1 по иным договорам субаренды № № от ДД.ММ.ГГГГ и № № от ДД.ММ.ГГГГ, которые не содержат обязанности ФИО2 как арендодателя по их исключению из ООПТ «Логос».

Следовательно, заключение сторонами Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего спорный пункт 3.1.5, не нарушает положения Земельного кодекса РФ и отраслевых законодательных актов

Мотивируя свои требования, ФИО1 указывает на то, что обязательства арендодателем не исполнены, подтверждение исключения земельных участков с кадастровыми номерами № и № из состава ООПТ «Лотос» арендатору не предоставлено.

В свою очередь ФИО2 ссылается на недобросовестность поведения арендатора, отсутствие абсолютной свободы сторон договора, а также то, что п.3.1.5 договора выходит за рамки арендных отношений, не связан с предметом договора аренды, прямо нарушает требования природоохранного и земельного законодательства, посягает на публичные интересы, то есть является ничтожным. Кроме того, пункт 3.1.5. договора содержит указание на событие, которое не отвечает в соответствии со статьей 190 ГК РФ признаку неизбежного наступления, так как исполнение арендодателем обязательства по указанному пункту договора находится в прямой зависимости от воли третьих лиц, не являющихся сторонами договора.

Согласно положений ст. 307 Гражданского кодекса РФ, в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности.

Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

При установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Согласно п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 421 Гражданского кодекса РФ, граждане и юридические липа свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

В силу положений п. 1 ст. 434.1 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, граждане и юридические лица свободны в проведении переговоров о заключении договора, самостоятельно несут расходы, связанные с их проведением, и не отвечают за то, что соглашение не достигнуто.

При вступлении в переговоры о заключении договора, в ходе их проведения и по их завершении стороны обязаны действовать добросовестно, в частности не допускать вступление в переговоры о заключении договора или их продолжение при заведомом отсутствии намерения достичь соглашения с другой стороной. Недобросовестными действиями при проведении переговоров предполагаются:

1)предоставление стороне неполной или недостоверной информации, в том числе умолчание об обстоятельствах, которые в силу характера договора должны быть доведены до сведения другой стороны;

2)внезапное и неоправданное прекращение переговоров о заключении договора при таких обстоятельствах, при которых другая сторона переговоров не могла разумно этого ожидать (п. 2 ст. 434.1 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что при заключении Договора аренды №№ от ДД.ММ.ГГГГ каждая из сторон действовала свободно, в своем интересе; никакая из сторон не являлась более сильной при заключении Договора аренды.

Тот факт, что технически текст Договора аренды был набран и распечатан стороной ФИО1 не имеет самостоятельного правового значения, поскольку в его тексте были отражены исключительно достигнутые сторонами договоренности. Условия Договора аренды корректировались в том числе стороной Арендодателя, и в итоге сторонами была подписана согласованная редакция Договора.

Заключенный Договор аренды не являлся договором присоединения по смыслу ст. 428 Гражданского кодекса РФ, когда ФИО2 не имела возможности при наличии несогласия с его условиями внести корректировки. Об этом свидетельствует тот факт, что Договор аренды подписан ФИО2 без протокола разногласий, ею начато исполнение его условий (в том числе - пункта 3.1.5). Кроме того, в период действия Договора аренды ФИО2 не заявлялось о недействительности какого-либо из его условий.

Кроме того, суд принимает во внимание и то обстоятельство, что ФИО2 начаты действия по исключению из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером № до заключения Договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ, о чем свидетельствует ее обращение к ректору ФГБО ВО «Кубанский государственный аграрный университет имени И.Т. Трубилина» с письмом от ДД.ММ.ГГГГ о проведении исследовательских работ по подготовке материалов экологического обоснования изменения границ и площади особо охраняемой природной территории «Лотос» (далее - ООПТ «Лотос») с целью выведения участков с кадастровыми номерами № и № из территории ООПТ «Лотос».

Таким образом, утверждения ФИО2 о том, что условие п. 3.1.5 Договора аренды сформулировано именно ФИО1, противоречит фактическим обстоятельствам, материалам дела и пояснениям самого истца по встречному иску.

В соответствии с п. 3 ст. 432 Гражданского кодекса РФ, сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

Согласно п. 5 ст. 166 Гражданского кодекса РФ, заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться па действительность сделки.

Согласно позиции, изложенной в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление Пленума № 25), положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

В соответствии с п. 70 Постановления Пленума № 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Сторона сделки, из поведения которой явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю на сохранение сделки (пункт 2 статьи 166 ГК РФ) (и. 72 Постановления Пленума № 25).

После заключения Договора аренды ФИО2 продолжено исполнение принятых на себя обязательств по исключению из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №. Так, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 получен «Проект материалов, обосновывающих изменение границ, площади, режима особой охраны и функционального зонирования государственного природного комплексного заказника регионального значения «Лотос»», выполненный Научно-исследовательским институтом прикладной и экспериментальной экологии ФГБОУ ВО «Кубанский государственный аграрный университет им. И.Т. Трубилина, а также инициированы и проведены общественные обсуждения, направлено обращение и документы в Министерство природных ресурсов Краснодарского края, проведена государственная экологическая экспертиза и пр.

Таким образом, после заключения Договора аренды ФИО2 своими действиями подтвердила действительность условия, изложенного в и. 3.1.5 Договора аренды, не заявляла о его недействительности и недостижимости.

В указанных условиях поведение ФИО2, направленное на выполнение обязательства, установленного и. 3.1.5 Договора аренды, давало основание ФИО1 полагаться на действительность заключенного сторонами Договора арены в целом и п. 3.1.5 - в частности.

При изложенных обстоятельствах требования ФИО2 о признании пункта 3.1.5 Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ недействительным (ничтожным) не отвечают принципу добросовестного поведения участника гражданского оборота, являются недопустимыми и не имеют правового значения.

Рассматривая доводы ФИО2 о том, что пункт 3.1.5. договора содержит указание на событие, которое не отвечает в соответствии со статьей 190 ГК РФ признаку неизбежного наступления, так как исполнение арендодателем обязательства по указанному пункту договора находится в прямой зависимости от воли третьих лиц, не являющихся сторонами договора, суд исходит из следующего.

В абзаце первом п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по смыслу п. 1 ст. 314 ГК РФ, ст. 327.1 ГК РФ срок исполнения обязательства может исчисляться в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной, совершения ею определенных действий или с момента наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Если действия кредитора, совершением которых обусловлено исполнение обязательства должником, не будут выполнены в установленный законом, иными правовыми актами или договором срок, а при отсутствии такого срока - в разумный срок, кредитор считается просрочившим (ст. 328 или 406 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 314 ГК РФ исчисление срока исполнения обязательства допускается в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Подобным же образом в силу ст. 327.1 ГК РФ исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству может быть обусловлено совершением или несовершением сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Зависимость достижения желаемого результата (исполнения обязательства) от воли третьих лиц не свидетельствует о неисполнимости обязательства стороной договора.

Согласно ч. 6 ст. 106 Земельного кодекса РФ, если иное не предусмотрено настоящей статьей, установление, изменение, прекращение существования зоны с особыми условиями использования территории осуществляются на основании решения уполномоченного органа государственной власти, органа местного самоуправления.

В решении об изменении зоны с особыми условиями использования территории указываю сведения об изменении границы зоны с особыми условиями использования территории, ее подзоны и (или) ограничения использования земельных участков, расположенных в границах данной зоны, ее подзоны, которые отличаются от указанных ограничений, предусмотренных в решении об установлении данной зоны с особыми условиями использования территории (ч. 9 ст. 106 Земельного кодекса РФ).

В соответствии с п. б ч. 11 ст. 2 Федерального закона от 14.03.1995 № ЗЗ-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях», решения об установлении, изменении, о прекращении существования охранных зон особо охраняемых природных территорий, указанных в пункте 10 настоящей статьи, принимаются в отношении охранных зон природных парков и памятников природы регионального значения высшим должностным лицом субъекта Российской Федерации.

В Краснодарском крае действует Закон Краснодарского края от 31.12.2003 № 656-КЗ «Об особо охраняемых природных территориях Краснодарского края», статьей 72 которого установлен порядок изменения границ, площади, режима особой охраны, функционального зонирования особо охраняемых природных территорий регионального значения.

Государственный региональный комплексный заказник «Лотос» образован постановлением главы администрации Краснодарского края от 18 апреля 1994 года № 219 «Об организации государственных региональных комплексных заказников «Красный лес» Красноармейского района и «Лотос» Приморско-Ахтарского района Краснодарского края».

Постановлением главы администрации (губернатора) Краснодарского края от 30 августа 2018 года № 540 изменено наименование особо охраняемой природной территории с «Государственный региональный комплексный заказник «Лотос» на «Государственный природный комплексный заказник регионального значения «Лотос»», а также утверждено Положение о государственном природном комплексном заказнике регионального значения «Лотос» и его границы.

В соответствии с п. 7.1. Положения о государственном природном комплексном заказнике регионального значения «Лотос» изменение границ, площади, категории, режима особой охраны, функционального зонирования заказника, снятие правового статуса ООПТ регионального значения осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации и Краснодарского края.

Таким образом, само Положение о государственном природном комплексном заказнике регионального значения «Лотос» допускает возможность изменения его границ и площади.

Как указал Конституционный суд РФ в Определении от 28.03.2024 № 591-0, Федеральный закон «Об охране окружающей среды» предусмотрел, что природные объекты, имеющие особое природоохранное, научное, историко-культурное, эстетическое, рекреационное, оздоровительное и иное цепное значение, находятся под особой охраной, для чего устанавливается особый правовой режим, в том числе создаются особо охраняемые природные территории, входящие в природно- заповедный фонд, изъятие земель которого по общему правилу запрещается (пункты 1, 3 и 4 статьи 58). Эти законодательные нормы действуют во взаимосвязи с иными положениями отраслевого законодательства, которые относят земли особо охраняемых природных территорий к объектам общенационального достояния и не допускают в пределах этих земель прекращение прав на землю для нужд, противоречащих их целевому назначению (пункты 2 и 3 статьи 95 Земельного кодекса Российской Федерации).

Следовательно, пункт 4 статьи 58 Федерального закона «Об охране окружающей среды», являясь элементом механизма, необходимого для охраны особо охраняемых природных территорий, не предполагает произвольного изменения границ таких территорий, в том числе в случаях, которые не являются изъятием земель природно-заповедного фонда, и не может расцениваться как нарушающий конституционные права заявителей в указанном ими аспекте.

Таким образом, действующее законодательство не только допускает возможность изменения границ особо охраняемых природных территорий, но и определяет его порядок.

Как следует из доводов встречного искового заявления ФИО2. Ж.А. и представленных ею документов, приведенный выше порядок ей был известен, поскольку при исполнении договорных обязательств она действовала именно в соответствии с ним.

Приведенные ФИО2 ссылки на разъясняющие письма государственных органов (Минприроды России) не обладают признаками нормативно-правового акта и не имеют юридической силы, поскольку являются выражением мнения конкретного лица по конкретной рассматриваемой ситуации.

Доводы ФИО2 о том, что спорный пункт 3.1.5. Договора аренды является недействительным, поскольку содержит недостоверную информацию о площади земельных участков, подлежащих исключению из ООПТ «Лотос», судом также не принимаются в виду следующего.

Согласно пункт 3.1.5 Договора аренды Арендодатель обязуется, в срок до 01 июля 2023 года предоставить Арендатору документ, выданный уполномоченным органом, подтверждающий об исключении из состава особо охраняемой природной территории «Лотос» (ООПТ «Лотос») Имущества, указанного в п.п. 1.2.1 - 1.2.2 настоящего Договора (земельного участка с кадастровым номером № и земельного участка с кадастровым номером №), в соответствии с прилагаемой Схемой, указанной в Приложении № 5 к настоящему Договору.

Общая площадь участка, исключаемого из ООПТ «Лотос», составляет 2 261 га.

Таким образом, в Договоре аренды конкретно определены земельные участки, в отношении которых Арендодатель принял па себя обязанность осуществить мероприятия по выводу из состава ООПТ «Лотос».

Кроме того, полные сведения о земельных участках, указанных в и. 3.1.5 Договора аренды, имелись у ФИО2 до заключения Договора аренды, поскольку правообладателем указанных земельных участков являлась сама ФИО2 на основании Договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от ДД.ММ.ГГГГ; Дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к Договору аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения от ДД.ММ.ГГГГ №, Договора аренды земельного участка сельскохозяйственного назначения № от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, предмет обязательства был согласован сторонами, понятен ФИО2 и исполнялся ею. Во всех документах относительно мероприятий по выводу земельных участков из ООПТ «Лотос», представленных ФИО2 в материалы дела, указаны кадастровые номера земельных участков и их фактическая площадь. Наличие технической счетной ошибки при переводе площади земельных участков из метров квадратных в гектары не свидетельствует о несогласованности предмета обязательства.

Рассматривая доводы ФИО2 о признании п.3.1.5 договора аренды ничтожным в связи с посягательством на публичные интересы, суд исходит из следующего.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (пункт 1 статьи 168 ГК РФ).

В силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ); сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт 2 статьи 391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ); договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт 3 статьи 572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт 3 статьи 596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 426 ГК РФ условия публичного договора, не соответствующие требованиям, установленным пунктами 2 и 4 этой статьи, являются ничтожными.

Применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды... Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов (п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»),

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Являясь стороной Договора аренды, ФИО2, знала о его условиях в момент его заключения, то есть 01 июля 2022 года. Соответственно, срок исковой давности начал течь для нее с указанной даты и истек 01 июля 2023 года.

Указанное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении встречного иска.

Таким образом, принимая во внимание выше установленное, а также пропуск срока исковой давности, о котором заявлено стороной по делу, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2

В то же время, удовлетворяя требования ФИО1 о взыскании штрафа за неисполнение условий договора, суд исходит из следующего.

В соответствии с п. 8.1 Договора аренды, в случае неисполнения Арендодателем обязательств, предусмотренных п. 3.1.5 и п. 3.3 настоящего Договора, а также в случае расторжения настоящего договора по инициативе Арендодателя, Арендодатель обязуется оплатить Арендатору штраф в размере <данные изъяты>, в течение 12 месяцев с даты направления Арендатором в адрес Арендодателя соответствующего уведомления.

В соответствии с п. 3.7.2 Договора аренды, Арендатор вправе в любое время отказаться от договора аренды, письменно известив Арендодателя об этом не менее чем за 30 (тридцать) календарных дней до предполагаемого окончания срока аренды по настоящему Договору.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ Арендатор в порядке п. 3.7.2 Договора аренды направил Арендодателю уведомление об одностороннем отказе от Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с неполучением от Арендодателя ответа на заявление Арендатора от ДД.ММ.ГГГГ об одностороннем отказе от Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ, Арендатором подготовлены и подписаны со своей стороны Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении указанного Договора аренды, а также соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении Договоров № №, № №, № №, № № субаренды земельных участков, указанные Соглашения в количестве трех оригинальных экземпляров каждый направлены арендодателю.

С ДД.ММ.ГГГГ владение и пользование Арендатором Имуществом, указанным в п. 1.1 и п. 1.2 Договора аренды, прекращено.

Письмом от ДД.ММ.ГГГГ Арендатор в порядке п. 3.7.2 Договора аренды повторно направил Арендодателю уведомление об одностороннем отказе от Договора аренды недвижимого имущества с правом выкупа № № от ДД.ММ.ГГГГ, а также подписанные со своей стороны Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении указанного Договора аренды и соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении Заговоров № №, № №, № №, № № субаренды земельных участков.

Указанным письмом от ДД.ММ.ГГГГ Арендатор также уведомил Арендодателя в соответствии с п. 8.1 договора аренды об оплате штрафа в размере <данные изъяты>, предусмотренного за неисполнение или ненадлежащее исполнение своих обязательств по договору.

В соответствии с п. 1 ст. 309 Гражданского кодекса РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или ими обычно предъявляемыми требованиями.

Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами и иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 Гражданского кодекса РФ).

Таким образом, принимая во внимание установленное неисполнение ФИО2 условий договора аренды с правом выкупа №№ от ДД.ММ.ГГГГ, у суда имеются все основания для удовлетворения заявленных исковых требований ФИО1 и взыскании штрафа в размере <данные изъяты> в соответствии с п.8.1 договора.

Кроме того, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании штрафа за неисполнение договорных обязательств, удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 штраф за неисполнение договорных обязательств в размере <данные изъяты> и расходы по уплате госпошлины в размере <данные изъяты>.

В удовлетворении встречного иска ФИО2 к ФИО1 о признании условий договора аренды недействительным (ничтожным) - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд путем подачи жалобы через Прикубанский районный суд г. Краснодара в течение месяца с момента вынесения.

Мотивированное решение изготовлено 06.10.2025.

Судья: