Решение по делу № 2-156/2025 от 03.07.2025 - о признании жилого помещения супружеским имуществом, признании права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства, истребовании имущества из незаконного владения, признании права собственности в порядке наследования и взыскании компенсации морального вреда.

Пятигорский городской суд (Ставропольский край)

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

<ФИО> обратилась в Пятигорский городской суд с иском к <ФИО> о признании жилого помещения супружеским имуществом, признании права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истцы - пережившая супруга <ФИО>, и сын <ФИО>, как наследники по закону первой очереди, своевременно подавшие заявление о принятии наследства после смерти <ФИО>..;

Резолютивная частьитоговое решение суда

Исковые требования <ФИО> и <ФИО> к <ФИО> о признании жилого помещения супружеским имуществом, признании права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества

Суды по аналогичным делам принимают разные решения

Посмотреть все аналогичные дела →

УИД:26RS0029-01-2024-009286-58

Дело № 2-156/25

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 июля 2025 года Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи - Бегиашвили Ф.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи - Строевой Ю.А.,

с участием:

истцов - ФИО1 и ФИО2,

представителя истцов ФИО1 и ФИО2 - адвоката Симонян А.В., (действующего на основании ордера и доверенности),

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4, (действующего на основании доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Пятигорского городского суда гражданское дело по иску ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании жилого помещения супружеским имуществом, признании права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства, истребовании имущества из незаконного владения, признании права собственности в порядке наследования и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Пятигорский городской суд с иском к ФИО3 о признании жилого помещения супружеским имуществом, признании права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства и взыскании компенсации морального вреда.

Свои требования ФИО1, с учетом уточненных требований в порядке ст. 39 ГПК РФ, мотивирует тем, что она является супругой ФИО5, состояла с ним в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ по день его смерти ДД.ММ.ГГГГ На момент смерти он проживал в домовладении № по <адрес>. Указанный дом построен на земельном участке, принадлежащим супругу ФИО5 на праве пожизненного наследуемого владения, на их совместные денежные средства со ФИО5 в период нахождения в официальном браке. Дом построен и введен в эксплуатацию 2019 году. От совместного брака она и ФИО5 имеют сына - ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., который является инвалидом с детства, который нуждается в постоянном уходе, в связи, с чем она постоянно проживала совместно с сыном, так как в доме не было необходимых удобств.

ДД.ММ.ГГГГ после смерти открылось наследство, в состав которого должно было войти домовладение по адресу: <адрес>, в части принадлежащая умершему супругу - ФИО5

С целью получения свидетельства о праве на наследство она обратилась к нотариусу по Пятигорскому нотариальному округу ФИО16, однако нотариус отказала ей в выдаче свидетельства, сославшись на то, что согласно выписке из ЕГРН право собственности ФИО5 на жилой дом и право пожизненного наследуемого владения на земельный участок прекращены ДД.ММ.ГГГГ в связи со смертью ФИО5

Она обратилась в ОМВД России по <адрес> с заявлением о мошенничестве. По итогам проверки по материалу КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ и КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно, что дом оформлен на ФИО3, родную сестру ФИО5, которой ФИО5 подарил на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ в МФЦ <адрес> она получила копию договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ознакомившись с которым у нее возникли сомнения в том, что рукописная запись в графе «даритель» выполнена ФИО5, вызванные тем, что ФИО5 более чем за месяц до подписания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ страдал тяжелой болезнью от которой и скончался: рак поперечно обоюдной, сигмовидной, прямой кишки, метастазы печени и множественные метастазы в кости скелета, анемия при новообразованиях. В связи с оттеком головного мозга состояние ФИО5 фактически не позволяло совершать какие-либо активные действия, в том числе подписывать какие-либо документы, поскольку он находился в тяжелом состоянии на постельном режиме.

Она обратилась в «Пятигорский центр экспертиз и оценки» для проведения экспертного исследования принадлежности почерка, которым выполнена запись в графе «Даритель» договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выводам экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ копии подписи и краткой рукописной записи в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «Даритель» на лицевой стороне второго листа копии Договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно, выполнены не ФИО5, а другим лицом с подражанием и намеренным изменением почерка ФИО5, образцы почерка которого представлены на исследование. Кроме того, ФИО5 незаконно распорядился, без ее ведома, принадлежащей ей долей в праве совместной собственности на спорный дом.

В связи с чем, ссылаясь на ст. 160, 168, 256 ГК РФ, ст. 34, 35, 39 СК РФ, просит суд признать жилое помещение - жилой дом, общей площадью - 101,3 кв.м., с кадастровым номером № по адресу: <адрес> совместной собственностью супругов ФИО1 и ФИО5, признав за ФИО1 право собственности на ? доли в праве совместной собственности на данное жилое помещение; признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения - жилого дома, общей площадью - 101,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного на земельном участке с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу <адрес>, заключенного между ФИО5 и ФИО3, применив последствия недействительности сделки; включить 1/2 долю в праве собственности в жилом помещении - жилом доме, общей площадью - 101,3 кв.м., с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, а также права пожизненного наследуемого владения на земельный участок с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., расположенного по адресу: <адрес>, в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО5 и взыскать с ФИО3 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере - 5.000 рублей.

ФИО2 обратился в Пятигорский городской суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности в порядке наследования.

Свои требования истец ФИО2 мотивирует тем, что он является родным сыном ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ В соответствии ч. 1 ст. 1142 ГК РФ он является наследником первой очереди по закону умершего ФИО5, наравне со своей матерью - ФИО1

После смерти отца ФИО5, в установленный законом шестимесячный срок, он подал заявление нотариусу о принятии наследства, открывшееся после смерти отца.

В процессе оформления наследства от нотариуса стало известно, что право собственности на указанный дом по адресу: <адрес>, ранее принадлежащее родителям, как общее имущество, нажитое в период брака, прекращено ДД.ММ.ГГГГ.

Посчитав, что домовладение похищено злоумышленниками в результате мошеннических действий, мать обратилась с заявлением в ОМВД <адрес>.

По результатам проверки было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, из содержания которого ему и матери впервые стало известно, что, якобы, его отец ФИО5, будучи тяжело больным, подарил ДД.ММ.ГГГГ указанный дом своей родной сестре ФИО3, проживающей на смежном земельном участке по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в МФЦ <адрес> был получен договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что отец подарил своей сестре безвозмездно жилой дом, общей площадью 101,3 кв. м., с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, расположенный на земельном участке, с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м. по этому же адресу.

Считает, что данный договор является сфальсифицированным документом, поскольку для его совершения у его отца не было никаких предпосылок, причин и оснований. В семье были очень хорошие отношения, как между родителями, так и между ним, как сыном, и его родителями, и в частности с его отцом. Никогда отец не высказывал намерений одаривать свою сестру, ФИО3, этим жилым домом.

Более того, ему известно, что смежный участок с домом по адресу: <адрес>, в котором проживает ФИО3, подарил ей его дедушка, а бабушка подарила земельный участок по адресу: <адрес> со старым саманным домиком со строениями отцу истца, то есть дедушка и бабушка истца таким образом распорядились своим имуществом, поделив его между своими детьми.

Он же, сын умершего ФИО5, носит имя и назван в честь своего деда, является инвалидом с детства, никогда и, ни при каких обстоятельствах его отец не лишал бы его наследства в отношении этого дома.

Более того, у его семьи была и есть только однокомнатная квартира номер 70 по <адрес>. Эту квартиру его матери в молодости, ещё до брака с отцом, купили в <адрес>, ее родители.

Его родители: мать ФИО1 и отец ФИО5, долго строили жилой дом кадастровый № на земельном участке кадастровый №, доставшегося отцу от бабушки, по адресу <адрес>, чтобы у их семьи был дом на земле, и всегда планировали, что наступит время, когда дом полностью выстроится, чтобы все вместе переехали в этот дом.

Никогда и ни при каких обстоятельствах его отец не лишал бы его, инвалида с детства, и его мать этого дома, а тем более путем безвозмездного отчуждения. Его, инвалида с детства, состояние здоровья и его будущее всегда беспокоило отца, между ними были самые теплые и заботливые отношения, какие могут быть между отцом и его единокровным сыном. Он всегда был хорошим и любящим отцом и никогда не одаривал бы какого-либо имуществом - единственным жильем, лишающим его наследства, а тем более свою сестру ФИО3, которая в жилье не нуждалась. Другого жилья, помимо этого, которое могло бы перейти ему по наследству, у отца не было.

Его отец умер от болезни с диагнозом: рак поперечно ободочной сигмовидной, прямой кишки, метастазы печени и множественные метастазы в кости скелета, анемии при новообразованиях.

Состояние отца, в том числе с отеком головного мозга не позволяло ему совершать какие-либо осознанные активные действия, понимать содержание и осознано подписывать какие-либо документы, он был в тяжелейшем состоянии с таким диагнозом на постельном режиме.

Его тетя - ответчик ФИО3 тщательно, до последнего, скрывала от него и его матери факт оформления на себя спорного жилого дома, о чем он и его и мать узнали только после проведения проверки сотрудниками полиции. ФИО3 достоверно знала и была уверена, что его мать - ФИО1, никогда и ни при каких обстоятельствах не дала бы согласия на совершение данной сделки, так как отчуждение этого имущества лишило бы мать, а тем более его - инвалида с детства, прав на это имущество, что отец никогда не допустил бы.

Полагает, что подпись отца в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ сфальсифицирована, поэтому до последнего ФИО3, будучи близкой родственницей, родной сестрой его отца, тщательно скрывала от него и мамы, с которой общалась, факт оформления на себя спорного имущества, заведомо зная, что спорное имущество приобретено его родителями в браке, по этой же причине не пригласила нотариуса для оформления данной сделки, не заявляла о необходимости получения нотариального согласия его матери, как сособственника спорного имущества, на совершение данной сделки, и все потому, что его отец был тяжело болен, и никто из нотариусов не согласился бы оформлять эту сделку, по этой же причине ФИО3 не оформила договор купли-продажи, так как это общее имущество супругов, по этой же причине не оформила завещание, т.е. она, ФИО3, избрала именно тот вариант, который позволил бы ей узаконить сфальсифицированную сделку.

Согласно выводам экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ подпись в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ выполнена не его отцом - ФИО5, а иным лицом.

В связи с чем, ссылаясь на ст. 153, 154, 160, 166, 167, 168, 173.1, 302, 572, 1110, 1142, 1152, 1154 ГК РФ, ст. 33, 34, 35, 39 СК РФ, просит суд признать недействительной (ничтожной) сделкой договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения - жилого дома общей площадью - 101,3 кв.м., с кадастровым номером № расположенный на земельном участке с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>, совершенной от имени ФИО5, применив последствия недействительности сделки.

Истребовать из незаконного владения ФИО3 жилой дом, общей площадью - 101,3 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный на земельном участке с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес> и возвратить в наследственную массу, открывшуюся после смерти ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Признать за ним право собственности в порядке наследования по закону на 1/2 доли в праве собственности на жилой дом, общей площадью - 101,3 кв.м., с кадастровым номером № и земельный участок, с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>.

Определением Пятигорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ суд, признав, что объединение гражданских дел будет способствовать правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, объединил однородные гражданские дела истцов ФИО1 к ФИО6 и ФИО2 к ФИО6 для совместного рассмотрения и разрешения дела, в одно производство с присвоением номера 2-156/25.

В судебном заседании представитель истцов ФИО1 и ФИО2 - адвокат Симонян А.В., действующий на основании ордера и доверенностей, поддержал заявленные истцами требования в полном объёме и просил суд их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 - поддержали заявленные требования в полном объёме и просили суд их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО3 - ФИО4, действующий на основании доверенности, полагал заявленные истцами требования не обоснованными и просил суд в иске отказать за необоснованностью.

Ответчик ФИО3, представители администрации <адрес>, УФС ГРК и К по <адрес> и нотариус ФИО16, надлежащим образом извещенные о дате, времени и месте слушания гражданского дела в судебное заседание не явились. От представителя администрации <адрес> поступило ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Ответчик ФИО3, представители УФС ГРК и К по <адрес> и нотариус ФИО16, о причинах уважительности своей неявки суд в известность не поставили. Суд, в соответствии с ч. 3, ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц участвующих в деле, допросив свидетелей, допросив судебного эксперта, допросив свидетелей, исследовав письменные доказательства, материалы гражданского дела, заключение комиссии экспертов, наследственное дело №, медицинские карты, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, пришел к следующему.

Конституция РФ гарантирует судебную защиту прав и свобод каждому гражданину (ст. 46) в соответствии с положением ст. 8 Всеобщей декларации прав и свобод человека, устанавливающей право каждого человека «на эффективное восстановление прав компетентными национальными судами в случае нарушения его основных прав, предоставленных ему Конституцией, в том числе и права на наследование (ст. 35 п. 4) или законом.

Ст. 12 ГК РФ предусматривает способы защиты гражданских прав, в том числе и восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

При этом лицо, права и законные интересы которого нарушены, вправе обращаться за защитой в суд и иные компетентные органы.

Согласно ч. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с ч. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключение договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с п.2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 153, п. 3 ст. 154 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение прекращение гражданских прав и обязанностей. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно ч. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Договор отчуждения недвижимости заключается путем составления одного документа, подписанного сторонами, что следует из ст. 550 ГК РФ.

В соответствии со ст. 153-154 ГК РФ, сделки - это волевые действия, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей, то есть на достижение определенного правового результата.

Действительной может быть признана лишь сделка, в которой волеизъявление лица соответствует его действительной воле.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В силу ст.168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 1 ст. 1110 ГК РФ при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил настоящего Кодекса не следует иное.

Наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Наследство открывается со смертью гражданина (ст. 1111, 1112, 1113 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1142 ГК РФ, наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Согласно п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Лица, совершившие письменную сделку, должны подписать ее и засвидетельствовать тем самым соответствие изложенного в сделке с их волей.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в абз. 6 и 7 п. 3.1 Постановления от 21.04.2003 г. № 6-П «По делу о проверке конституционности положений п. 1 и 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11», поскольку добросовестное приобретение в смысле ст. 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ (последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции). Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные ст. 302 ГК РФ основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

В соответствии с п. 1 ст. 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В силу п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Согласно п. 1 ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

В соответствии с п. 1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В соответствии с ч. 1 ст. 33 СК РФ, законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Согласно ч. 1, 2 ст. 34 СК РФ, спорный дом относится к имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено.

Правилами ч. 3 ст. 35 СК РФ предусмотрено, что для заключения одним из супругов сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат государственной регистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма, или сделки, подлежащей обязательной государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам ст. 173.1 ГК РФ (положения абз. 2 п. 3 ст. 35 (в ред. ФЗ от 14.07.2022 г. № 310-ФЗ) применяются к отношениям, возникшим после 01.09.2022 г.).

В соответствии с ч. 1 ст. 173.1 ГК РФ, сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Согласно п.2 ст. 576 ГК РФ, дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных ст. 253 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 253 ГК РФ, участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом. Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» в состав наследства входит принадлежавшее наследодателю на день открытия наследства имущество (п. 14 Постановления).

Наследник, подавший заявление о принятии наследства либо заявление о выдаче свидетельства о праве на наследство без указания основания призвания к наследованию, считается принявшим наследство, причитающееся ему по всем основаниям (п. 34 Постановления).

Отказ от наследства в пользу других лиц (направленный отказ) может быть совершен лишь в пользу лиц из числа наследников по завещанию, а также наследников по закону любой очереди, которые призваны к наследованию (п. 44 Постановления).

Судом установлено, что не оспаривается сторонами, истец ФИО12 состояла в зарегистрированном браке с ФИО5 с ДД.ММ.ГГГГ, что повреждается свидетельством о заключении брака серия III-ГН № от ДД.ММ.ГГГГ (т. I, л. д. 12).

От совместного брака имеют сына, истца по настоящему делу - ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, инвалида с детства, что подтверждается свидетельством о рождении серия I-ГH № от ДД.ММ.ГГГГ, справкой серия МСЭ-2011 № от ДД.ММ.ГГГГ (т. I1, л. <...>).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся у него объекты недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, что не оспаривается сторонами, ФИО5, до момента его смерти, принадлежало на праве собственности жилое здание, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, зарегистрированное в ЕГРН за № от ДД.ММ.ГГГГ и право пожизненного наследуемого владения на земельный участок, по этому же адресу, площадью - 557 кв.м., с кадастровым номером №, зарегистрированное в ЕГРН за № от ДД.ММ.ГГГГ

Основанием регистрации права ФИО5 на спорный жилой дом и земельный участок явились: - свидетельство о праве собственности на землю №, выдан ДД.ММ.ГГГГ Комитетом по земельным ресурсам и землеустройству <адрес> края, технический план здания от ДД.ММ.ГГГГ (т. I, л.д. 72, 73), а также договор дарения домовладения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО13, как дарителем и ФИО5, как одаряемым, удостоверенного нотариусом ФИО16 (т. I, л. д. 93).

Как следует из материалов дела, ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серия III-ДН № от ДД.ММ.ГГГГ, выданным отделом ЗАГС <адрес> ЗАГС <адрес> (т. I, л. <...>).

Из исследованных судом материалов наследственного дела № (т. I, л. д. 67-77), открытого после смерти ФИО5, следует, что ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 адрес нотариуса <адрес> ФИО16 поступило заявление о принятии наследства как наследника по закону первой очереди, являющейся супругой умершего (т. I, л. д. 69).

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО2 в адрес нотариуса <адрес> ФИО16 поступило заявление о принятии наследства как наследника по закону первой очереди, являющимся сыном умершего (т. I, л. д. 69).

ДД.ММ.ГГГГ от ФИО1 в адрес нотариуса <адрес> ФИО16 поступило заявление об отказе от наследства в пользу сына - ФИО2, как наследника по закону первой очереди, являющейся супругой умершего (т. I, л. д. 70).

Из ответов нотариуса ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ регистрационный №, справок от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ №, следует, что других наследников по закону, а также по завещанию, кроме ФИО1 и ФИО2, подавших соответствующие заявления от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ о принятии наследства, не имеется, к нотариусу иные лица о принятии наследства поле смерти ФИО5, не обращались.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истцы - пережившая супруга ФИО1, и сын ФИО2, как наследники по закону первой очереди, своевременно подавшие заявление о принятии наследства после смерти ФИО5, являются единственными наследниками по закону, имеющими право на принятие наследства.

При оформлении наследства истцу ФИО1 стало известно, что права умершего супруга ФИО5 на спорный жилой дом и земельный участок прекращены в ЕГРП, запись регистрации от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ (т. I, л. д. 72,73), собственником и правообладателем спорного имущества является сестра умершего - ответчик ФИО3 на основании договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО3

Согласно п. 1.1 договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ по настоящему договору даритель безвозмездно передает в собственность одаряемого (своей сестре), а одаряемый принимает (от своего брата) в собственность в качестве дара объект недвижимого имущества, расположенный по адресу: Российская Федерация, <адрес>, город- курорт Пятигорск, <адрес>.

Земельный участок с кадастровым номером № в собственность дарителю не предоставлялся.

Пункт 1.2. договора содержит следующие сведения об объекте: вид объекта недвижимости здание, наименование жилой дом, назначение: жилое, общей площадью - 107,5 кв. м., номера кадастровый №.

Указанный объект недвижимого имущества принадлежит дарителю на праве собственности на основании свидетельства о праве собственности на землю № от ДД.ММ.ГГГГ орган выдачи: комитетом по земельным ресурсам и землестроительству <адрес> края, технического плана здания, сооружения, помещения либо объекта незавершенного строительства от ДД.ММ.ГГГГ, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним ДД.ММ.ГГГГ сделана запись регистрации № (п.1.2.1.).

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что даритель гарантирует, что до подписания настоящего договора объект никому не продан, не заложен, в споре, под арестом и запретом отчуждения не состоит и свободен от любых прав третьих лиц.

Одаряемый принял указанный дар.

Согласно ч. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Указанные требования закона, ответчиком по делу соблюдены, договор дарения зарегистрирован в ЕГРН, что подтверждается исследованными судом материалами дела.

При толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (ч. 1 ст. 431 ГК РФ).

Указанные договоры дарения составлены в предусмотренной законом форме, в них содержатся существенные условия, а именно указанны стороны договора, одаряемый, а также указан предмет договора, принадлежащий на праве собственности дарителям, на момент совершения указанной безвозмездной сделки.

Обстоятельства запрещающие, либо ограничивающие дарение, предусмотренные ст. 575, 576 ГК РФ, судом не установлены.

Дееспособность дарителей, на момент совершения указанной сделки, не оспаривается.

Между тем, истцы, являясь супругой умершего и наследниками по закону умершего ФИО5, обратились с настоящим иском суд.

Согласно ст. 1110 ГК РФ наследование регулируется ГК РФ и другими законами, а в случаях, предусмотренных законом, другими правовыми актами.

Конституционный суд РФ, раскрывая понятие основных прав и свобод человека, являющихся непосредственно действующими, установил, что они предоставляют, в том числе, свободу наследования - «это право включает в себя как право наследодателя распоряжаться своим имуществом, так и право наследника на его получение» (Постановление ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ).

При этом лицо, права и законные интересы которого нарушены, вправе обращаться за защитой в суд и иные компетентные органы. Способ выбора защиты нарушенного права принадлежит исключительно истцу.

В свидетельстве о рождении истца ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, запись акта о рождении № от ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГСа администрации <адрес>, указаны родители: отец - ФИО5, мать - ФИО1.

Из доводов стороны истца, изложенных в иске следует, что на момент совершения указанных сделок, наследодатель болел и не был способны понимать значение своих действий и руководить ими кроме того, в оспариваемом договоре дарения учинена не иго подпись.

Судом установлено, что также следует из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях № ГБУЗ СК «ГКБ» <адрес>), ДД.ММ.ГГГГ в 07:33 ФИО5 экстренно выездной бригадой медицинской помощи доставлен в стационар больницы. Диагноз при поступлении: «Анемия при новообразованиях (c00-d48+)» (Анемия при опухолях (онкологических заболеваниях) Находился на стационарном лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. I, л. д. 104-105).

Таким образом, судом установлено, что на дату заключения договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 страдал тяжелой формой рака, проходил медикаментозное лечение и ДД.ММ.ГГГГ умер, причина смерти согласно записи акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ: «Болезнь головного мозга уточненная, недостаточность сердечная при гипертонической болезни, отек мозга».

Обстоятельства, связанные с тяжелой болезнью ФИО5, а также отсутствие объективных предпосылок для одаривания ФИО5 спорным имуществом третьих лиц, послужили основанием для возникновения сомнения у истца ФИО1 в принадлежности ФИО5 подписи в графе «даритель» договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ и обращения истца ФИО1 в экспертную организацию «Пятигорский Центр Экспертиз и Оценки» для проведения почерковедческого исследования указанной подписи (т. I, л. д. 22-41).

Согласно выводам проведенного исследования, копия подписи и краткой рукописной записи в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «даритель» на лицевой стороне второго листа копии договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ выполнены не ФИО5, а другим лицом с подражанием и намеренным изменением почерка ФИО5, образцы почерка которого представлены на исследование.

Заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст. 55 и 79 ГПК РФ, такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ22-2-К5).

Для разрешения заявленных истцом требований по существу, необходимы специальные познания.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а так же иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела, которые могут быть получены из заключения экспертов.

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Из экспертного исследования № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного экспертом ФИО24, копия подписи и краткой рукописной записи в виде фамилии и инициалов от имени ФИО14 в графе «даритель» на лицевой стороне второго листа копии договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно, выполнены не ФИО14, а другим лицом.

Согласно заключению судебного эксперта ФИО26 за №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, подпись и краткая рукописная запись в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «Даритель» в оригинале договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ выполнены ФИО5.

Рукописные записи в представленных на экспертизу документах: в оригинале договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ; в заявлении ФИО5 об увольнении с работы от ДД.ММ.ГГГГ; в оригинале нотариального согласия от ДД.ММ.ГГГГ; трех почтовых открытках и информационном добровольном согласии на проведение интенсивной терапии реанимационного пособия, для проведения которых необходимо письменное информированное согласие пациента от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены двумя разними лицами, а именно:

- в оригинале договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ; в заявлении ФИО5 об увольнении с работы от ДД.ММ.ГГГГ; в оригинале нотариального согласия от ДД.ММ.ГГГГ; трех почтовых открытках - одним лицом ФИО5;

- в информационном добровольном согласии на проведение интенсивной терапии реанимационного пособия, для проведения которых необходимо письменное информированное согласие пациента от ДД.ММ.ГГГГ - другим лицом, не ФИО5.

В судебном заседании эксперт ФИО26 пояснил, что судебную почерковедческую экспертизу на основании определения Пятигорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ производил он, будучи предупрежденным, об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, которому также были под роспись разъяснены ст. 16, 17 ФЗ «О государственной судебной экспертной деятельности в РФ». Он занимает должность эксперта, имеет стаж экспертной работы 35 лет и имеет высшее юридическое и экспертно-криминалистическое образование. В ходе проведения экспертизы были даны ответы на вопросы, поставленные судом. Возрастных изменений не выявлено, выявлен сбивающий фактор - болезнь, что установлено по медицинской карте. Психологического воздействия в почерке не обнаружено. Договор дарения исследован на предмет технической подделки, подделка не установлена, договор является подлинным. В исследуемом материале знаки четкие, рельефное изображение четкое. Подпись четкая, движения с вышесредней степени выработанности, с замедленным темпом, но под влиянием сбивающего фактора - болезненного состояния. При исследовании признак относительного размещения движения при исполнении подписи, не был применен. При производстве экспертизы были применены действующие методики и вывод сделан не вероятностным, а категорическим. Патологические признаки, связанные с психическим расстройством исполнителя, отсутствовали, однако, это не было отражено в заключении. Выводы, изложенные в заключении, поддерживает.

Между тем, согласно заключению специалиста ФИО27 за № от ДД.ММ.ГГГГ, заключение эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, выполнено на низком профессиональном уровне, не является полным, всесторонним и объективным, произведено с нарушениями действующего законодательства, методик (методических рекомендаций) проведения почерковедческой экспертизы, в связи с чем данное заключение эксперта не может являться допустимым доказательством и его выводы не могут быть использованы при принятии юридически значимых решений.

Выводы эксперта ФИО26 не объективны, не обоснованы, не отвечают критериям достоверности и сформулированы с нарушениями методических рекомендаций проведения почерковедческой экспертизы.

Для ответа на поставленные перед экспертом вопросы, для получения результатов, отвечающих критериям объективности, всесторонности и полноты исследования, с целью исключения либо подтверждения причинения технической подделки подписи и почерка в данном конкретном случае в связи с особенностями исследуемого материала, целесообразно проведение комплексного исследования, включающего в себя технико-криминалистическую экспертизу документов, а также почерковедческую экспертизу.

Согласно ч. 2 ст. 87 ГПК РФ, в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

В ходе допроса судебного эксперта, судом установлены сомнениями в правильности и обоснованности указанного заключения, в связи, с чем суд полагает необходимым назначить по делу повторную комплексную судебную технико-криминалистическую экспертизу документов и судебную почерковедческую экспертизу, производство которой поручить другим экспертам.

С учетом изложенного получение на основе специальных знаний информации об обстоятельствах, имеющих значение для дела, возможно лишь посредством назначения и проведения судебной экспертизы, которую суд обязывает провести ч. 1 ст. 79 ГПК РФ в случае недостаточности собственных познаний.

В силу ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

При указанных обстоятельствах и наличии спора между сторонами, суд считает необходимым, назначить по делу повторную комплексную судебную технико-криминалистическую экспертизу документов и судебную почерковедческую экспертизу.

Не согласившись с выводами Заключения эксперта №-ПтГССК судебной почерковедческой экспертизы по гражданскому делу № от ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 обратилась с ходатайством о назначении повторной судебной почерковедческой экспертизы в обоснование которого указала, что между нею, сыном ФИО15 и супругом ФИО5 в период жизни последнего были хорошие, теплые, семейные отношения. ФИО5 страдал тяжелой болезнью в последнее время перед кончиной, но при этом он всегда заботился о семье и особенно о единственном сыне, инвалиде с детства ФИО15 При жизни ФИО5 никогда не высказывал намерений подарить совместно нажитое в период брака имущество - жилой дом, с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, своей сестре ФИО3 либо иному лицу. Наоборот ФИО5 намеревался путем реконструкции увеличить площадь дома ещё на две комнаты, благоустроить дом, чтобы переехать в этот дом всей семьей для проживания, а в последующем, чтобы этот дом остался сыну ФИО15 когда он создаст свою семью, а они родители - ФИО1 и ФИО5 будут жить отдельно в однокомнатной <адрес>, которую в добрачный период купили ФИО15 её родители. Заявила, что убеждена, что подпись ФИО5 в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ подделана, так как с учетом той любви и заботы, которую ФИО5, как отец, проявлял при жизни к своему единственному сыну инвалиду с детства, то ФИО5 не мог в принципе лишить его наследства, что это является в высшей степени противоестественно для ФИО5, как отца и супруга. Кром е того, ФИО5 никогда не подписывался таким образом, как это воспроизведено в Договоре дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, т.е. в виде полного буквенного написания своей фамилии.

С учетом указанных обстоятельств, а также непосредственных обстоятельств заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, и с учетом того, что жилой дом является общим имуществом супругов, нажитом в период брака, истец ФИО1 заявила, что подпись от имени ФИО5 в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ сфальсифицирована и не принадлежит ФИО5

Экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что подпись и краткая рукописная запись в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «Даритель» на лицевой стороне второго листа копии Договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно, выполнены не ФИО5, а другим лицом с подражанием и намеренным изменением почерка ФИО5, образцы почерка которого были представлены на исследование.

Согласно Заключению эксперта судебной почерковедческой экспертизы №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ подпись и краткая рукописная запись в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «Даритель» в оригинале Договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, выполнены ФИО5.

Согласно выводу в заключении специалиста №и-2025 от ДД.ММ.ГГГГ «Центра инновационных технологий и корпоративной безопасности» ФИО27, заключение эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ не содержит все обязательные сведения для заключения эксперта в соответствии со ст. 25 ФЗ № 73-ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В заключении эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют (не указаны):

- сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы (ст. 25 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ);

- содержание исследований (не все результаты исследований, отраженные в исследовательской части заключения эксперта и выводах, аргументированы (подтверждены) экспертом в исследовательской части заключения эксперта и/или приложении к нему);

- материалы, иллюстрирующие заключение эксперта (фотографии, схемы, графики и т.п.).

Заключение эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, оформлено с нарушением действующего законодательства.

Заключение эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, выполнено экспертом ФИО26, в течении 16 дней, 4 из которых, пришлись на выходные дни и 6 дней на написание ходатайства о запросе необходимых для исследования дополнительных образцов почерка (которые по итогу не были представлены, на что указывает эксперт ФИО26 на странице 7 заключения).

Иллюстрация 1. Фрагмент страницы 3 заключения эксперта №-ПтГССК судебной почерковедческой экспертизы по гражданскому делу № УИД №-58 от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертом ФИО26

Поспешность эксперта ФИО26 при выполнении заключения эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ привела к нарушениям ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», методики проведения почерковедческих и технико-криминалистических экспертиз документов и ведомственных (МЮ РФ, МВД РФ) методических рекомендаций, инструкций и приказов.

«Эксперт обязан:

- провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

Допущенные экспертом ФИО26 при выполнении заключения эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ нарушения методики исследования, выбор неустойчивых групп частных признаков, игнорирование очевидных различий в общих признаках, привели к разрыву логических цепочек и, как следствие, к неверным выводам заключения эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ.

Изучением исследовательской части заключения №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что, экспертом ФИО26, сформулированы неаргументированные выводы, само исследование экспертом выполнено поверхностно, непрофессионально и с существенными нарушениями методики проведения почерковедческой экспертизы.

Так, экспертом ФИО26, при проведении исследования «пропущена» (не применена) обязательная стадия оценки сравнительных образцов по ряду обязательных критериев.

В то время как, почерковедческая методика предусматривает обязательную оценку сравнительных образцов по следующим критериям:

- на сопоставимость по времени и условиям выполнения (эксперт на начальном этапе оценил недостаточность предоставленного сравнительного материала для ответа на поставленные вопросы и несмотря на это в нарушение требований методики проведения почерковедческой экспертизы провел исследование с нарушением данного критерия с последующим формулированием категоричного вывода по поставленным вопросам);

- на достаточность сравнительных образцов по количеству и качеству (между тем свободные образцы почерка предоставлены с разрывом во времени более 20 лет);

Иллюстрация 2 в заключении специалиста. Фрагмент страницы 7 заключения эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ.

- на определение пределов ВАРИАЦИОННОСТИ почерка в пределах одного исполнителя (между тем эксперт дает противоречивую (взаимоисключающую) оценку по данному критерию).

Иллюстрация 3 в заключении специалиста. Фрагмент страницы 12 заключения эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ.

По требованию методики проведения почерковедческой экспертизы эксперт в обязательном порядке должен исключить технико-криминалистическую подделку исследуемого почеркового материала (подписи и краткого рукописного текста), однако, выполняя исследование, эксперт ФИО26, в нарушение методики проведения почерковедческой экспертизы, делает не аргументированные выводы, либо просто, констатирует результаты, не проводя исследование, например: «Рукописная запись «ФИО5» в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ, выполнена почерком выше средней выработанности, однако с выразившимися признаками нарушения координации движений 1й и 2й групп (замедленный темп выполнения), что проявляется в угловых и овальных элементов…», таким образом, экспертом ФИО26 при описании исследуемого материала указаны взаимоисключающие друг друга выводы (см. илл. №, ниже), на этапе визуального и микроскопического исследования, эксперт указывает на наличие нарушения координации движения 1й и 2й группы, которые являются диагностирующими признаками двух разных категорий проблем: нарушение координации движения 1й группы - являются признаками подделки почеркового материала, тогда как нарушения координации движения 2й группы - являются признаками появившимися в процессе заболевания (наблюдаются у возрастной группы, при некоторых заболеваниях, а также при употреблении некоторых фармацевтических препаратов влияющих на ЦНС). Более того нарушение координации движения всегда сопряжено и является признаками низкой выработанности почерка, что очевидно при оценке исследуемого почерковедческого материала. Таким образом, из исследовательской части заключения эксперта на страницах 11 и 12 указаны 2 тезиса логически входящие в противоречие друг с другом:

- характеристика «Выше средней степени выработаности»;

- нарушение координации движения 1й группы (признаки подделки подчерка, подписи).

Таким образом, следует констатировать, что в заключении №-ПтГССК судебной почерковедческой экспертизы эксперт ФИО26 сам указывает на признаки подделки подписи, при этом анализ признаков подделки подписи вопреки требованиям методики проведения почерковедческих экспертиз - отсутствует.

Между тем очевидно, что кроме микроскопического, никакого другого исследования экспертом ФИО26 не выполнялось, то есть в том числе, не выполнялись исследования по определению, возможной технической подделки подписи и почерка, которые могут не оставлять следов технической подделки, (например техническая подделка подписи на просвет, либо способом копирования по образцу), соответственно эксперт ФИО26 вводит в заблуждение лиц, оценивающих заключение эксперта (при том, что такая необходимость следовала из представленных на исследование материалов).

Так, дальнейшее исследование иллюстраций заключения №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертом ФИО26, указывает на то, что в представленных материалах имеются похожие на исследуемые рукописные записи образцы (представленные в качестве свободных), которые с большой степенью вероятности могли послужить (быть использованы) прототипом для технической подделки, материалы иллюстрации которых экспертом были размещены на разных страницах заключения №-ПтГССК. (илл. №, 5).

Таким образом, для ответа на поставленные перед экспертом вопросы для получения результатов, отвечающих критериям объективности, всесторонности и полноты исследования, с целью исключения либо подтверждения применения технической подделки подписи и почерка, целесообразно проведение комплексного исследования, включающего в себя технико-криминалистическую экспертизы документов, а также почерковедческую экспертизу.

Обязательные критерии, подлежащие установлению на стадии «детального исследования сравнительных образцов» описаны в специальной литературе (илл. №).

Исходя из вышеизложенного, следует констатировать, что экспертом ФИО26, в нарушение обязательных требований методики проведения почерковедческих экспертиз, не проведено исследование, направленное на изучение представленных сравнительных образцов на предмет их достаточности по количеству и качеству, сопоставимости по времени и условиям выполнения, по установлению пределов вариационности, и продолжено исследование с не обработанными вводными данными, что объективно исключает всесторонность, полноту и объективность экспертного исследования.

Использование при проведении почерковедческой экспертизы некачественного сравнительного материала описана в специальной литературе и показывает на степень экспертной ошибки при работе с ненадлежащими образцами (илл. №).

В своем заключении №-ПтГССК эксперт ФИО26, вопреки требованиям методики проведения почерковедческих экспертиз, не дает сведений о наличии видов подписей у ФИО5 (в представленных материалах в качестве свободных образцов отсутствуют подписи в буквенной транскрипции, а представлены только в смешанной транскрипции), и не производит их анализ, хотя на исследование ее вариант представлен, (илл. №, 9).

Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта - скомпонованы (размещены в заключении эксперта) в порядке, затрудняющим анализ предоставленного материала, что является нарушением ст. 8 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и Методики проведения почерковедческой экспертизы.

Согласно ст. 8 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме.

Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных.

Предоставление материалов в недостаточном объеме, иллюстрирующих заключение эксперта, не позволяет проверить обоснованность и достоверность сделанных экспертом выводов.

Также необходимо отметить, что эксперт ФИО26 для обоснования экспертных выводов, сформулированных им в заключения эксперта №-ПтГССК, вопреки требованиям Методики проведения почерковедческих экспертиз, выбрал наименее ценные группы частных признаков, большинство из которых «форма движения при выполнении» наиболее подвержена изменению в случае подделки почеркового материала. При этом вопреки требованиям Методики проведения почерковедческих экспертиз, уклонился от выявления признаков из наиболее устойчивой к подделке подписи и высоко информативной группе «относительное движение при выполнении» (Таблицы № и 3 на страницах 18-19 и 23-24 заключения эксперта №-ПтГССК от 24.02.2025г.).

Также, вопреки требованиям Методики проведения почерковедческих экспертиз, экспертом ФИО26 проигнорированы имеющиеся различающиеся особенно общих и частные признаки в исследуемой подписи от имени ФИО5 в исследуемом договоре дарения.

Следует констатировать, что при проведении исследований экспертом ФИО26 были допущены многочисленные существенные нарушения методики проведения почерковедческой экспертизы, которые исключают соответствие заключения эксперта №-ПтГССК судебной почерковедческой экспертизы требованиям объективности, всесторонности и полноты исследования, обоснованность и достоверность выводов, сформулированных экспертом.

Таким образом, выводы эксперта ФИО26, выполнившим заключение эксперта №-ПтГССК от 24.02.2025г. с существенными нарушениями методических рекомендаций проведения почерковедческой экспертизы, не объективны, не обоснованы и не отвечают критериям достоверности.

Согласно выводам Заключения специалиста №и-2025 от ДД.ММ.ГГГГ «Центра инновационных технологий и корпоративной безопасности»:

1. Заключение эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, экспертом ФИО26, выполнено на низком профессиональном уровне, не является полным, всесторонним и объективным, что противоречит статье 8 «Объективность, всесторонность и полнота исследований» Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГг. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», произведено с нарушениями действующего законодательства, методик (методических рекомендаций) проведения почерковедческой экспертизы, в связи с чем данное заключение эксперта не может являться допустимым доказательством и его выводы не могут быть использованы при принятии юридически значимых решений.

2. Выводы эксперта ФИО26 в заключении №-ПтГССК от 24.02.2025г, не объективны, не обоснованы, не отвечают критериям достоверности и сформулированы с нарушениями методических рекомендаций проведения почерковедческой экспертизы.

3. Для ответа на поставленные перед экспертом вопросы для получения результатов, ответчающих критериям объективности, весторонности и полноты исследования, с целью исключения либо подтверждения применения технической подделки подписи и почерка в данном конкретном случае в связи с особенностями исследуемого материала, целесообразно проведение комплексного исследования, включающего в себя технико-криминалистическую экспертизу документов, а также почерковедческую экспертизу.

В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. По заключению судебной экспертизы в судебном заседании был допрошен эксперт ФИО26, который подтвердил свои выводы, подтвердил обстоятельства того, почему он пришел к таким выводам, а также дал пояснения по проведенной экспертизе, но не ответил на все поставленные сторонами вопросы.

Правильность и обоснованность выводов эксперта вызвали у суда сомнения, так как последний не дал убедительного ответа, почему экспертом вопреки требованиям Методики проведения почерковедческих экспертиз, выбраны наименее ценные группы частных признаков, большинство из которых «форма движения при выполнении» наиболее подвержена изменению в случае подделки почеркового материала. Почему эксперт, вопреки требованиям Методики проведения почерковедческих экспертиз, уклонился от выявления признаков из наиболее устойчивой к подделке подписи и высокоинформативной группе «относительное движение при выполнении» (Таблицы № и 3 на стр. 18-19 и 23-24 заключения эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ).

Также, экспертом не дан убедительный ответ, почему вопреки требованиям Методики проведения почерковедческих экспертиз, им не приняты во внимание, проигнорированы имеющиеся различающиеся особенно общих и частные признаков в исследуемой подписи от имени ФИО5 в исследуемом договоре дарения недвижимого имущества от 09.07.2024г.

В связи с вышеуказанными обстоятельствами, а также оценив выводы Заключения специалиста № от 24.03.2025г. «Центра инновационных технологий и корпоративной безопасности» ФИО27, которые, по мнению суда заслуживают внимания, а приведенные доводы убедительны, аргументированы и последовательны, у суда возникли обоснованные сомнения в объективности и достоверности вывода эксперта в Заключении эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, содержащего противоречия и вызывающие обоснованные сомнениями в их правильности и обоснованности, в связи с чем суд считает невозможным положить в основу решения экспертное заключение №-ПтГССК от 24.02.2025г., выполненного эксперт ФИО26,

Согласно ч.2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Суд также пришел к выводу, что необходимость в назначении повторной судебной почерковедческой экспертизы вызвана, в том числе и наличием противоречивых выводов в экспертном заключении № от ДД.ММ.ГГГГ, в заключении эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, а также наличием Заключения специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ «Центра инновационных технологий и корпоративной безопасности» о существенных нарушениях, содержащихся в Заключении эксперта №-ПтГССК от ДД.ММ.ГГГГ, что соответствует сложившейся судебной практики и позиции Верховного суда РФ, указывающей на необходимость принятия «…предусмотренных процессуальным законодательством мер для устранения этих противоречий - путем назначения дополнительной либо повторной судебной экспертизы в целях получения возможности дальнейшей оценки представленных доказательств. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-ЭС24-16745 по делу № А59-561/2019).

В целях установления юридически значимых обстоятельств и определения подписи лица в оспариваемом документе, суд счел необходимым поставить на обсуждение сторон вопрос о назначении повторной комплексной судебной технико-криминалистической экспертизы документов и судебной почерковедческой экспертизы.

При указанных обстоятельствах и наличии спора между сторонами, суд счел необходимым, назначить по делу повторную комплексную судебную технико-криминалистическую экспертизу документов и судебную почерковедческую экспертизу.

Определением Пятигорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза, производство которой было поручено экспертной организации «ЮФО Специализированный Экспертно-Криминалистический Центр».

Согласно выводам, изложенным в заключении судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ подпись и краткий рукописной текст в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в Договоре дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, в графе «Даритель», выполнены не ФИО5, образцы почерка которого представлены на исследование, а другим лицом с подражанием и намеренным изменением почерка ФИО5.

Почерк на представленных документах: заявление ФИО5 об увольнении с работы от ДД.ММ.ГГГГ.; информационное добровольное согласие на проведение интенсивной терапии от ДД.ММ.ГГГГ.; оригинал нотариального согласия от ДД.ММ.ГГГГ и три почтовые открытки выполнен одним лицом, а в оригинале Договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ. выполнен другим лицом.

Следов технической подделки рукописной подписи и краткой рукописной записи фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «даритель» в оригинале Договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ., в т.ч. не оставляющих следов подделки (например техническая подделка подписи на просвет, либо способом копирования по образцу), в т.ч. с использованием в качестве образца (прототипа) для технической подделки рукописной записи представленного в качестве свободного образца краткой рукописной записи фамилии и инициалов от имени ФИО5 в графе «заявитель» в оригинале Согласия серии <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ., удостоверенного нотариусом <адрес> ФИО30 не обнаружено.

Допрошенный в судебном заседании судебный эксперт ФИО31 пояснил, что судебную почерковедческую экспертизу на основании определения Пятигорского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ производил он, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, которому также были под роспись разъяснены ст. 16, 17 ФЗ «О государственной судебной экспертной деятельности в РФ». Он занимает должность эксперта, имеет стаж экспертной работы более 24 года и имеет высшее техническое и юридическое образование. Экспертиза проводилась в помещении по <адрес>. В ходе проведения экспертизы были даны ответы на вопросы, поставленные судом. Были обследованы материалы данного гражданского дела и спорный подлинный документ в результате. В результате исследования были выявлены признаки необычности подписи и текста, что описано на стр. 7 заключения, а именно извилистость элементов в связи с изменением почерка, подпись произведена с подражанием. Исследование вопроса № описано в текстовой форме, что соответствует Методическим рекомендациям. Рецензия на выводы судебной экспертизы не влияют, на выводы судебной экспертизы. Имеется достаточно признаков для однозначного вывода, изложенного в заключении. Выводы, изложенные в экспертном заключении, поддерживает и считает обоснованными.

У суда нет оснований ставить под сомнения результаты проведенного судебным экспертом ФИО31 исследования. Заключение судебной экспертизы отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы обоснованы. В обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, выводы основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе. У суда не имеется оснований сомневаться в выводах судебного эксперта, имеющего соответствующую квалификацию, образование и стаж работы, предупреждённого об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Экспертиза проведена с непосредственным изучением всей документации, заключение соответствует требованиям законодательства, содержит обоснование выводов, соответствующие исследования, ссылки на использованные специальной документации. Экспертное заключение мотивировано, выводы эксперта согласуются с иными доказательствами по гражданскому делу. При таких обстоятельствах суд полагает, что заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют.

Суд критически относится к заключению ООО «Агентство оценки корп.» №-Р от ДД.ММ.ГГГГ, произведенного специалистом (рецензентом) ФИО32, поскольку указанное заключение, произведено специалистом, не привлеченным судом и не предупрежденным об уголовной ответственности за заведомо ложное заключение, опровергается заключением судебной почерковедческой экспертизы.

По существу дарение является сделкой, и к ней применяются общие правила о порядке признания ее недействительной.

Оспоримость сделки означает доказывание какого-либо факта, имеющего значение для действительности сделки.

Действительной может быть признана сделка лишь тогда, когда ее заключение, условия и исполнение подтверждены письменными доказательствами, а сама сделка ничего противозаконного не содержит.

В основном подлежат доказыванию вопросы, связанные с наличием воли и правильным ее отражением в волеизъявлении.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст.153 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.160 Гражданского кодекса РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Подписи участников сделки являются необходимым элементом простой письменной формы, которую нельзя признать соблюденной при их отсутствии.

Согласно п. 2 ст. 162 ГК РФ в случаях, прямо указанных в законе или в соглашении сторон, несоблюдение простой письменной формы сделки влечет ее недействительность.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (ч. 1 ст. 572 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Частями 2, 3, 4 ст. 1 ГК РФ предусмотрено, что граждане (физические лица) приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно выводам заключения судебной почерковедческой экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ подпись и краткий рукописной текст в виде фамилии и инициалов от имени ФИО5 в Договоре дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, в графе «Даритель», выполнены не ФИО5, образцы почерка которого представлены на исследование, а другим лицом с подражанием и намеренным изменением почерка ФИО5, соответственно суд приходит к выводу о том, что спорный жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес> незаконно выбыли из правообладания ФИО5, а в последующем из состава наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО5

В силу ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В связи с тем, что заключением судебной почерковедческой экспертизы №-КП/2025 от ДД.ММ.ГГГГ установлен факт подделки подписи ФИО5 (дарителя) в договоре дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ спорного жилого дома, являющейся как супружеским, так и наследственным имуществом, что противоречит положениям ст. 572 ГК РФ, так как волеизъявление дарителя на заключение договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ не могло быть выражено, суд приходит к выводу о том, что договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО3, подлежит признанию недействительным.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО33 пояснил, что состоит в родственных отношениях с истцми и ответчиком. Он является двоюродным братом ответяика ФИО3 и умершего ФИО5, отношения с ними родстененые. Истица с умершим братом ФИО5 состояли в браке, они длительное время строили дом по <адрес>. ФИО1 жила с их сыном в квартире, а брат жил в доме, строил дом. Со своей женой и сыном брат ни когда не ссорился, они всегда собирались вместе с семьей. При жизни брат говорил, что в случае его смерти, дом унаследует сын. Брат помогал сыну деньгами, оплачивал его обучение. ФИО1 приходила к брату на стройку, убиралась, готовила мужу еду, однажды она отдала ему деньги для передачи брату на стройку. Брата также навещала их сестра ФИО3, помогала ему, кормила его собак. ФИО5 строил в период совместного брака жилой дом на земельноьм участке, который подарила ему их бабушка. ФИО5 не намеревался продать или подарить спорное имущество кому-либо, в том числе ФИО3 При нахождении ФИО5 в больнице в ДД.ММ.ГГГГ он навестил его. Он был подавлен увиденным, так как ФИО5 выглядел очень ослабленным, он лежал на кровати, не мог шевелиться, пожаловался, что не может подать ему руки, чтобы поздароваться, так как не было сил. Плакал и просил увезти его из бльницы. Врач, с которым он пообщался, сказал ему, что на днях они выпишут ФИО5 домой, так как ему осталось недолго жить, болезнь прогресирует и медикаментозно помочь невозможно, дальше состояние его будет ухудшаться. Зная ФИО17 ВА.В., его планы о дальнейшей судьбе спорного дома, состояние ФИО5 перед смертью, он исключает достоверность договора дарения недвижимого имущества. ФИО5 не был в состоянии что-либо подписывать, и ни при каких обстоятельствах не подарил бы дом сестре, обделив единственного сына, которого любил и которому помогал.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО34 пояснила, что в родственных отношениях с лицами, участвующими в деле, не состояит. Истицу знает с 1976 года, отношения с ней хорошие. ФИО3 не знает. С семьей ФИО17 у нее хорошие отношения, часто бывала в гостях на <адрес> и в их квартире. Они жили одной семьей, отношения между ними были добрыми, отец помогал сыну, учил его в институте. Что касается спорного имущества, то ФИО5 необнократно говорил, что данный жилой дом он строит для сына. Никогда ФИО18 не высказывал намерения подарить споррое имущество кому-либо, в том числе и ФИО3 ФИО5 умер неожиданно, болел не продолжительное время, был очень слаб.

Суд, оценивая показания указанных свидетелей по правилам ст. 67 ГПК РФ, принимает их в качестве допустимого доказательства, так как оснований не доверять показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей не имелось, поскольку они последовательны и согласуются с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела. Какой-либо заинтересованности данных свидетелей в исходе дела суд не усматривает, кроме того перед допросом свидетели были предупреждены об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО36 пояснила, что ФИО5 занала с 2002 г., сним жили в одном доме по <адрес>, вели совместное хозяйство, бюджет был единым, она готовила еду, стирала вещи. ФИО1 не знает, а ФИО2 знает. Они ФИО5 не навещали, к нему не приходили, навещала его сестра ФИО3. Она помогала брату деньгами, кормила собак. У ФИО5 был автомобиль, в доме находились его ружья. При жизни ФИО5 рассказал ей, что его бывшая жена спросила его о завещании, он ей ничего не ответил, одноко говорил, что дом подпишет сестре ФИО3. В больнице за ФИО5 ухаживала она. При составлении договора дарения дома она присутствовала, приехал юрист, сотавил текст договора дарения, зачитал вслух и ФИО5 подписал договор. Услуги юриста за слставления договора дарения оплатила ФИО3.

В судебном заседании свидетель ФИО37 пояснил, что ФИО5 знал с 2016 года, ездили с ним на рыбалку. С ним познакомился, так так дружит с сыном ФИО3. Истцов впервые увидел на его похоронах. Последние годы жизни у ФИО5 было нормальное самочуствие, он жил с гражданской женой - Люзей. О том, что состоялось дарение дома в пользу ФИО3, он узнал со слов своего друга, сына ФИО3

Суд критически относиться к показаниям указанных свидетелей, находящихся в товарищеских отношениях с ответчиком и расценивает их как желание помочь ответчику.

Судом установлено и как это следует из материалов дела, спорное имущество - жилой дом возведен истцом ФИО1 и ФИО5 в период брака и является совместным имуществом супругов. В период брака между супругами не заключался брачный договор, определяющий режим имущества совместно нажитого в период брака.

Частью 1 ст. 39 СК РФ предусмотрено, что при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки, по правилам ст. 173.1 ГК РФ (положения абз. 2 п. 3 ст. 35 (в ред. ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 310-ФЗ) применяются к отношениям, возникшим после ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно п. 2 ст. 576 ГК РФ, дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 настоящего Кодекса.

Судом установлено, что истец ФИО1 не давала согласия на распоряжение спорным домом, находящимся в совместной собственности, о том, что собственность на спорный дом по договору дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ зарегистрировано на ответчика ФИО3, истцу ФИО1, стало известно после обращения с заявлением от ДД.ММ.ГГГГ в адрес нотариуса <адрес> о принятии наследства как наследника по закону первой очереди, являющейся супругой умершего (т. I, л. д. 69), т.е. по истечении более месяца, после смерти супруга - ФИО5 и двух месяце после даты данной сделки.

Ответчик ФИО3, зарегистрировавшая право собственности на спорный дом ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на следующий день на основании договора дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, состоя в близких родственных отношениях с истцами, по существу, длительное время скрывала факт перехода права собственности и регистрации права собственности за ней на спорный дом.

В связи с тем, что договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, предметом которого является спорный жилой дом (совместная собственность супругов), заключен в отсутствии согласия участников совместной собственности, что противоречит положениям ч. 3 ст. 35 СК РФ, ч. 1 ст. 173.1 ГК РФ, п. 2 ст. 576 ГК РФ, ч. 1, 2 ст. 253 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО5 и ФИО3, подлежит признанию недействительным.

Соответственно, не соответствует обстоятельствам дела и положения п. 1.3 договора дарения недвижимого имущества, которым предусмотрено, что даритель гарантирует, что до подписания настоящего договора объект свободен от любых прав третьих лиц.

Кроме того, в данном случае подлежат применению последствия недействительности данного договора в виде признания недействительной записи в ЕГРН о переходе права собственности на спорный жилой дом к ответчику ФИО3, о восстановлении записи о регистрации права на спорный жилой дом и земельный участок за ФИО5

Так как на день смерти ФИО5, спорное имущество - жилой дом и земельный участок на праве пользования, по адресу: <адрес>, находились в собственности и пользовании умершего, соответственно в силу ст. 1112 ГК РФ жилой дом, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером № и права на земельный участок, с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>, подлежат включению в состав наследственного имущества после смерти ФИО5

Поскольку в судебном заседании установлено, что единственными наследниками по закону первой очереди после смерти ФИО5, подавшими заявления о принятии наследства в установленный законом срок, являются истцы ФИО1 и ФИО2, соответственно суд приходит к выводу о том, что требования истцов в части признания жилого помещения супружеским имуществом, признания права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности в порядке наследования, подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч. 2 ст. 14 ФЗ от ДД.ММ.ГГГГ № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются в том числе вступившие в законную силу судебные акты, в связи с чем суд считает необходимым указать в резолютивной части решения суда, что данное решение является основанием для внесения в ЕГРН соответствующих записей о правах на спорное имущество.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно ст. 305 ГК РФ права, предусмотренные ст. 301 - 304 настоящего Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 34-39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.

В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам ст. 301, 302 ГК РФ.

Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам ст. 301, 302 ГК РФ, а не по правилам главы 59 ГК РФ.

Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (ст. 301, 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст. 301, 302 ГК РФ.

В соответствии со ст. 301 ГК РФ лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика.

Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

В судебном заседании установлено, что спорное имущество - жилой дом и права на земельный участок по адресу: <адрес>, в настоящее время находится в пользовании и в собственности ответчика ФИО3, что не опровергнуто сторонами в судебном заседании. При этом судом установлено, что данное спорное имущество выбыло из собственности наследодателя ФИО5, помимо его воли, что спорный жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, является наследственным имуществом и входит в состав наследства. А также что единственными наследниками, принявшим наследство умершего ФИО5 являются истцы - ФИО1 и ФИО2, которые лишены возможности восстановить свои нарушенные права на данное имущество не иначе, как путем истребования ее из чужого незаконного владения ответчика ФИО3 и передачи в наследственную массу.

Истцом ФИО1 заявлены требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в сумме - 5.000 рублей, которые не подлежат удовлетворению в силу следующих причин.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Таким образом, компенсация морального вреда в данном случае должна предусматривать вину ответчика.

Истец, в обоснование заявленных им требований в этой части, ссылается на длительную конфликтную ситуацию в семье. Письменных доказательств в обоснование заявленных требований в указанной части, не указывает.

Под моральным вредом понимаются нравственные и физические страдания, причиненные действием (бездействием), посягающим на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, достоинство личности, деловая репутация и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право пользования своим именем и т.п. - п. 2 постановления Пленума ВС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № с изменениями и дополнениями, «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Поскольку истцом не представлены письменные доказательства в ухудшении здоровья, следовательно, требования о компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

Оценивая относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности и в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что в условиях состязательности гражданского процесса, в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ, доводы истцов опровергнуты стороной ответчика в части.

В соответствии с требованиями ст. 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства ни имеют для суда заранее установленной силы.

Суд не находит оснований сомневаться в выводах заключения судебной экспертизы №-КП/2025 от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку выводы специалиста, предупрежденного об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, научно обоснованы и согласуются с доказательствами, исследованными в ходе судебного заседания, которым судом дана правовая оценка установленными судом фактическими обстоятельствами дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в условиях состязательности процесса, надлежащих доказательств тому, что подпись в оспариваемом договоре дарения учинена дарителем собственноручно, материалы дела не содержат.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ, оценивая относимость, допустимость и достоверность доказательств, суд приходит к выводу о том, что, в условиях состязательности гражданского процесса, требования истцов в части признания жилого помещения супружеским имуществом, признания права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства, истребовании имущества из незаконного владения и признании права собственности в порядке наследования, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению, а в части взыскания компенсации морального вреда, не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 и ФИО2 к ФИО3 о признании жилого помещения супружеским имуществом, признании права собственности ? долю супружеского имущества, признании договора дарения недействительным, включении имущества в состав наследства, истребовании имущества из незаконного владения, признании права собственности в порядке наследования и взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить в части.

Признать жилое помещение - жилой дом, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, совместной собственностью супругов ФИО1 и ФИО5, признав за ФИО1 право собственности на ? доли в праве совместной собственности на данное жилое помещение.

Признать недействительным договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения - жилого дома, общей площадью - 107,5 кв.м., кадастровый №, расположенного на земельном участке с кадастровым номером № площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО5 и ФИО3, применив последствия недействительности сделки.

Включить 1/2 доли в праве собственности в жилом помещении - жилом доме, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, а также право пожизненного наследуемого владения на земельный участок, с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., расположенного по адресу <адрес>, в состав наследства, открывшегося после смерти ФИО5.

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в сумме - 5.000 рублей, отказать.

Признать недействительной (ничтожной) сделкой договор дарения недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения - жилого дома, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером №, расположенного на земельном участке с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>, совершенного от имени ФИО5, применив последствия недействительности сделки.

Истребовать из незаконного владения ФИО3 жилой дом, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером №, расположенный на земельном участке, с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>, и возвратить недвижимое имущество и имущественные права в наследственную массу, открывшегося после смерти ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Признать за ФИО2 право собственности в порядке наследования по закону на 1/2 долю в праве собственности на жилой дом, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером № и имущественные права на земельный участок, с кадастровым номером №47, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>.

Данное решение суда является основанием для органа государственной регистрации прав на недвижимость для внесения в ЕГРН записи о прекращении права ФИО3 на спорный на жилой дом, общей площадью - 107,5 кв.м., с кадастровым номером № и имущественные права на земельный участок, с кадастровым номером №, площадью - 557 кв. м., по адресу: <адрес>, и восстановлении записей о правах на данное имущество.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Пятигорский городской суд.

Мотивированное решение суда изготовлено 03.07.2025 г.

Судья Ф.Н. Бегиашвили

В ряде случаев суды приходят к противоположным выводам

Актуальная практика 2025–2026 →